Текст книги "Страх и Голод. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Константин Федотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 90 страниц)

До самого вечера мы ехали вперед, и на ночевку остановились в узкой лесополосе, что была расположена посреди поля. Все мы вышли из машин, никто не проронил ни слова. Гена тут же забрался в КУНГ и вылез из него, держа в руке бутылку водки, пластиковые стаканчики и пачку хлебцев. Он молча до краев наполнил первый и поставил его под молодую березку, затем налил стакан мне, Алине и себе.

Мы постояли немного в полной тишине, каждый думал о своем, вспоминая человека, с которым мы были совсем немного знакомы, а затем выпили. И хоть стояла полная тишина, но она была громче любых слов…

Глава 24

Ян (Додик)

Услышав выстрел, мое сердце просто замерло, я прекрасно понимал, кто стрелял и что нам за это грозит. Первое, что мне хотелось сделать, так это завести машину и уехать отсюда как можно дальше, но, увы, сделать я этого не могу, не потому, что я весь такой верный товарищ, а потому, что ворота заперты.

– Убери ствол, сука! – раздался крик с улицы в унисон с топотом бегущих к нам людей.

Деваться мне было некуда, так что я тяжело вздохнул и, натянув на ноги берцы, вышел на улицу.

Заглянув за машину, я увидел лежащего на животе Петю, его руки были собраны за спину, и тот самый боец, с которым мы общались, удерживал их своим коленом. Боец сжимал в одной руке пистолет, который отобрал у моего напарника, а во второй у него был фонарик, которым он освещал девушку, что неподалеку сидела на пятой точке и дрожала от страха.

– Отпусти, гнида мусорская! – еле‑еле шевеля языком, прошипел Петя.

– Господи, что он несет. ‑представляя последствия его выходки, истошным тоном произнес я, приложив ладони к своему лицу.

– Закрой свой рот, пока я тебя не обнулил! – грозно прошипел боец.

Параллельно всему этому в нашу сторону от соседних машин бежало еще двое мужиков, освещая себе путь фонариками.

– Марина! – громко крикнул один из них.

– Пап, я тут! – ответила девушка и громко заплакала.

– Ну все! Кажись, теперь мы точно приехали! – прошипел я, представляя то, что сейчас папаня будет очень жестко наказывать Петю за посягательства на свою дочку.

Мужчины подлетели к лежащему на земле Пете и бойцу, и папаша сразу помог девушке подняться и небрежно толкнул ее в сторону своих машин.

– В общем так, уважаемые! – поднявшись на ноги, обратился к нам боец. – Ты! – ткнул он в меня пальцем, – забираешь своего кореша и убираетесь отсюда, пока я вас не задвухсотил! – грозно прошипел он. – А вы тоже с рассветом убираетесь отсюда! Вторая ночь какой‑то кипеж, и все из‑за твоей шшш… Хм. Дочки! – ткнул он пальцем в мужика.

Мужчина понимающе кивнул и отправился со своим напарником вслед за дочуркой, а я подошел за своим попутчиком, который успел уснуть за это время.

– Командир, можно мы тоже с рассветом? – жалобным тоном обратился я к бойцу.

– Можно Машку за ляжку! Я сказал, убирайтесь отсюда! Я вижу, что ты вроде парень нормальный и не при делах вовсе, но это не снимает с тебя ответственности! Вы же вместе приехали, так что тут все как Дюма писал, один за всех и все за одного, мушкетеры хреновы! Радуйся, что не постреляли тут вас как куропаток! – добавил он и указал мне рукой на ворота.

– Я все понял, и на том спасибо. – склонив голову, ответил я.

Петя вроде бы не крупный малый, но, черт возьми, какой же он тяжелый, это просто невыносимо, хотя, скорее, это я слабый. Затащить его в машину у меня не получалось, разбудить тоже не выходило. Видя мои потуги, бравый боец все же сжалился надо мной и помог затолкать Петю в салон.

– В общем так, я смотрю, дела у тебя еще хуже, чем я думал. – захлопнув дверь, обратился ко мне боец, достав из‑за уха сигаретку и начав катать ее между пальцами. – Сейчас выезжай за ворота, отъедешь метров на десять, и до рассвета можешь стоять там, я парням скажу, стрелять не будут, но только чтоб без фокусов. Если что, не обессудь!

– Большое спасибо, если он начнет чудить, я сам его пристрелю! – радостно ответил я.

– Все, тогда выезжай. – махнул он мне рукой, после чего подкинул сигарету в воздух, ловко поймал ее губами и пошел к воротам, попутно прикуривая ее.

Сев за руль, я медленно покинул территорию и, отъехав немного от ворот, прижал машину к обочине.

– Петя, какой же ты все‑таки урод! – с искренней ненавистью в голосе сказал я напарнику, но ему было глубоко плевать, он сейчас сладко спал, растянувшись на разложенном сиденье.

Время на сон еще оставалось, но поспать мне было не суждено, мало того, что от Пети очень сильно разило перегаром, так он еще и начал невероятно громко храпеть. Это было просто невыносимо, я его толкал, бил, пинал, зажимал рот, пытался перевернуть, все это было бесполезно, парень просто спал и все ему было нипочем.

В итоге я встречал рассвет, сидя на капоте машины, попивая горячий кофе и даже не один, а в компании того самого бойца, который вышел ко мне, когда увидел, что я разжег огонь. Бойца, кстати, звали Серегой, мы попили с ним кофейка, поболтали о разном, а как только на улице стало достаточно светло, он пожелал мне счастливого пути. И напоследок он дал два совета, первый – избавиться от Пети, а второй – найти какую‑нибудь колонию с выжившими и прибиться к ней, так как таким людям, как я, в одиночку не выжить, а в компании с Петей риски на смерть увеличиваются в разы. Мне, конечно, хотелось уточнить у него: «таким, как я» – это каким? Но не хотел понижать и без того низкую самооценку.

Серега подсказал мне, как выехать обратно на трассу, нужно просто ехать по бетонным плитам, и совсем скоро я окажусь на шоссе. Так оно и было, я проехал около пяти километров и оказался на дороге.

Настроение было просто ужасным, с того момента, как наша команда разделилась, и я связался с Петей, меня преследуют одни проблемы, причем все они исключительно из‑за него, и это, мягко говоря, раздражало. Тут и так все непросто, погибнуть можно буквально на каждом шагу, так и Петя еще масла в огонь подливает.

Петя проснулся только после полудня, открыв глаза, он сразу начал искать воду, благо она была на заднем сиденье. Припав к полуторалитровой бутылке воды, он осушил ее за один присест, а затем потер руками заспанное лицо, вытер слюни с щеки и, закурив сигарету, попросил остановить машину, так как ему приспичило по нужде. Место было спокойное, так что отказывать я не стал.

– Эх, хорошо‑то как! – закончив свои дела и потянувшись, радостно заявил Петя.

– Ты больше ничего не хочешь сказать? – спросил я у него.

– Нет. – пожал он плечами, возвращаясь в машину. – А что? – добавил он, перед тем как захлопнуть дверь.

– Слушай, что с тобой не так? – не выдержав, взорвался я. – Почему ты ведешь себя как последний ублюдок? Ты словно специально создаешь нам проблемы каждый день!

– Так получилось, просто та сука меня разозлила, вот и все. Я вообще не хотел стрелять, так, припугнуть, чтобы сговорчивее была. А потом просто равновесие потерял и случайно пальнул в воздух. – без доли сожаления ответил он.

– Ты вообще вменяемый?! Нас же предупреждали, что грохнут за это! – закричал я.

– Не грохнули же! – пожал он плечами в ответ. – И вообще, хватит ныть, поехали уже! – поморщившись, добавил он и взял в руки еще одну бутылку с водой.

Логика Пети меня просто поражала, такое невозмутимое спокойствие! Все то у него просто! Мне кажется, он себя ведет подобным образом далеко не от большого ума, а от полного его отсутствия. Не зря его в детстве унижали, не потому, что он слабак, а потому, что он недалекий долбоклюй! С ним даже разговаривать невозможно, не то что какие‑то дела иметь.

Дорога постепенно начала становиться холмистой, то высокие подъемы, то затяжные спуски, все это говорило о том, что медленно, но верно мы приближаемся к Уралу. Состояние дороги оставляло желать лучшего, местами она была разбита совсем, на обочинах порой стояли скелеты выгоревшей техники. Количество зомби варьировалось от очень много до совсем ни одного, среднего как‑то не было. Но в целом оно и ясно, зомби появляются там, где есть люди, а чем дальше мы от Москвы, тем меньше плотность населения и количество поселений. В целом это даже очень хорошо, чем меньше зомби, тем нам будет спокойнее.

Спускаясь вниз с высокого склона, мы въехали на железнодорожный мост, вдруг Петя засуетился, выглядывая в окно, затем он его резко опустил и по пояс высунулся из машины. Я думал, что ему поплохело и его сейчас вывернет, но нет.

– Тормози! Я, кажется, кое‑что заметил! – восторженно заявил он.

– Что? – не сбавляя скорости, скептически уточнил у него я.

– Там внизу военный грузовик лежал, а рядом с ним цинки с патронами! – пояснил он.

Подобная находка была бы нам очень кстати, так что я сразу сбавил ход и развернул машину. Проехав еще раз через мост, я остановился на обочине, и мы вышли из машины.

На асфальте виднелись черные следы торможения и счесанная трава. Никаких рельсов безопасности тут не было, хотя спуск с обочины был очень крутой, почти отвесный, а главное, очень длинный. Посмотрев вниз, я убедился, что там лежит старый добрый и очень сильно искореженный военный КАМАЗ, и вокруг него лежали зеленые ящики, некоторые из них были разломаны, и при помощи бинокля я рассмотрел их поближе. И правда это были цинки с патронами для автомата, калибр я, конечно, не увидел, но все равно это патроны, а в кузове, возможно, еще будут и автоматы.

Помимо этого на путях прямо под мостом стоял очень длинный товарняк с крытыми вагонами, предназначенными для перевозки различных грузов, правда, большая их часть была открыта, видимо, кто‑то там уже побывал.

– Может, и по поезду тоже прошвырнемся? – предложил мне Петя.

– Зачем? Там уже кто‑то побывал, да и что там может быть полезного? – скептически ответил я.

– В целом да, ты прав, тогда пойдем за патронами? – спросил он у меня.

– Да, не верю, что это говорю, но ты реально молодец, хоть какая‑то польза от тебя. – похвалил я напарника, от чего он поморщился, испытывая неприязнь.

Цинки весят немало, так что, еще раз убедившись, что все вокруг спокойно, мы скинули с себя все лишнее, надели рюкзаки за спину и стали спускаться вниз. Обратно будет идти тяжело, тут и без груза быстро при всем желании забраться не получится, а с грузом это будет та еще тренировка, и к тому же одной ходкой тут не обойдется, нужно будет сделать ни один заход, и даже не два и не три, затаримся по полной!

Спускаться пришлось тоже аккуратно, трава тут росла невысокая, но очень скользкая, и я не хотел лететь вниз кубарем. До КАМАЗа было метров двести, не больше, хоть и недалеко, но спуск занял около пяти минут, а подъем займет гораздо больше времени. Осторожно осмотрев грузовик, обойдя его вокруг, мы увидели погибший экипаж из трех человек, все они были переломаны, и шансы на выживание при такой аварии просто нулевые.

Заглянув в кузов, я увидел, что кроме ящиков с патронами в нем больше ничего не было, но хотя бы калибр был наш, и это очень хорошо. Мы спокойно положили по три цинка в рюкзаки и взяли по два в руки и приступили к восхождению на гору. Но не успели и шагу ступить, как вдруг со стороны поезда раздалось до боли знакомое шипение.

Душа ушла в пятки, а колени подкосились сами собой, из вагонов поезда стали выпрыгивать зомби, причем делали они это очень активно и шустро, а затем вся эта толпа побежала на нас с Петей. Их было просто невероятное количество, а у нас, как назло, при себе только пистолеты, да и будь у нас автоматы, это при такой орде это никак бы не исправило наше положение.

– Бежим! – скомандовал я, бросая цинки на землю и скидывая с себя рюкзак, так как с ним мне придется куда сложнее.

Петя рванул следом, и мы приступили к восхождению на гору. А зомби тем временем очень активно стали нас нагонять, и, судя по их скорости, они реально могли бы нас настигнуть. Паника охватила меня, я в ужасе, помогая себе руками, пытался подниматься вверх по дороге, постоянно оглядываясь назад. Петя же прилично отставал от меня, его ведь мучило похмелье, и это сказывалось на его физическом состоянии, он был весь красный, по его лицу ручьями стекал пот, он тяжело дышал, но полз за мной следом.

У меня в голове появилась одна мысль, что даже если зомби и настигнут нас, то он будет первым, и, возможно, это даст мне немного времени, чтобы успеть добраться машины.

Вдруг за спиной раздался выстрел, а потом еще один и еще. На моем лице даже появилась ехидная ухмылочка. Что, сдулся, мелкий алкоголик? Решил, что пистолета тебе будет достаточно для того, чтобы отбиться от такой толпы?

Но вдруг после очередного выстрела что‑то обожгло мне колено, и нога сама прогнулась, я упал пластом, а следом яркой вспышкой в голове взорвалась адская боль. Я только и смог, что посмотреть на ногу, из которой обильно вытекала кровь, машинально зажав рану руками. Следующее, что я увидел, так это фирменную, противную и мерзкую ухмылочку Пети, который проползал мимо меня.

– Да не верю, что это говорю, но ты реально молодец, хоть какая‑то польза от тебя, Додик. – презрительным тоном повторил он мою фразу, глядя мне в глаза, и продолжил свой путь.

– Сука! Ненавижу тебя, ублюдок! Будь ты проклят! Чтоб ты сдох как помойная крыса! – кричал я что было сил, сжимая ногу.

Понимая, что пришел мой конец, я потянулся за своим пистолетом, но боль была настолько невыносимой, и руки так сильно тряслись, что я просто не смог даже расстегнуть кобуру.

Зомби были уже совсем рядом, и все было кончено, все, что мне оставалось, это только помолиться и попросить прощения у всех тех, кому я причинил боль, особенно у той самой молодой семьи, чью машину я угнал в Подольске.

И вот я почувствовал, как кто‑то жестко схватил меня за ногу и дернул на себя, потом зубы начали впиваться в мое тело и рвать плоть, я орал изо всех сил, надеясь, что от этого мне станет легче, а потом наступила темнота.

Петя (Мамкин пирожочек)

Зомби, скрывающиеся в поезде, были для нас полной неожиданностью. Мне и так было не очень хорошо из‑за вчерашнего загула, но теперь стало еще хуже. Да и вообще, с каких это пор зомби стали прятаться в засадах? Это же тупые животные, ведомые инстинктами, а тут раз, засада! Это просто ужас какой‑то!

Но делать нечего, из оружия только пистолет, и остается только уповать на то, чтобы добраться до машины быстрее, чем они до нас, а бежали они, кстати, крайне быстро.

Ян уверенно лидировал в нашем забеге, да и зомби активно нагоняли нас. Мое сердце колотилось с бешеной скоростью, словно вот‑вот вырвется из груди. Пот ручьями тек по лицу и спине, я так сильно даже в бане никогда не потел. Содержимое желудка просилось наружу, но времени не было, в данной ситуации остановиться – значит погибнуть, причем самой что ни на есть страшной смертью.

Мой напарничек уверенно удалялся от меня, и я уже начал понимать, что просто не успею добежать до машины, зомби сцапают меня у самой дороги. Вдруг мне в голову пришла одна народная мудрость про медведя. Если медведь гонится за вами, не нужно бежать быстрее него, нужно бежать быстрее своего товарища.

В честной гонке мне Яна не обогнать – это факт, но кому нужна эта честность, когда на кону жизнь? Достав пистолет, я начал стрелять в него, мне было плевать, куда я попаду, главное – не убить его одним выстрелом. Пару выстрелов прошли мимо, но я все же попал ему прямо в колено, и вуаля! Я теперь вырываюсь в лидеры. Ян не сразу понял, что с ним произошло, но когда понял, то начал орать, словно резаный, чем еще больше порадовал меня. А когда я проползал мимо него, то не смог удержаться от колкости и процитировал его последнее острое выражение касательно меня.

– Да не верю, что это говорю, но ты реально молодец, хоть какая‑то польза от тебя, Додик. – несмотря на жесткую одышку, с наслаждением прокомментировал я.

Смотреть на Яна было одно удовольствие, смесь страданий, безысходности, паники и ненависти в его глазах – это было просто превосходно. Но время поджимало, и я продолжил свой путь. Ян что‑то кричал мне в спину, скорее всего ругался и проклинал, но я уже почти не слышал, так как шипение и рычание зомби заглушали его голос. А потом и вовсе, он перешел на истеричный рев, зомби рвали его, я бы с удовольствием посмотрел на это, но увы, времени на это не было от слова совсем.

Когда я уже поднимался на саму дорогу, зомби настигли моего теперь уже бывшего напарника и начали рвать его на части, позабыв о моем существовании. Забрался на твердое покрытие, поднялся на дрожащие ноги и поспешил к машине. Как можно скорее я подбежал к двери и потянул на себя ручку, но она не поддалась, и тут меня словно током ударило.

– Сука! Ключи! – прокричал я, впадая в панику, ключи от машины были у Яна, которого сейчас рвут на части. И она теперь превратилась в бесполезный кусок металла. И все оружие и еда находится в кузове, который открывается обычным ключом, и мне никак не взломать замок.

Тем временем первые зомби уже начали подниматься вслед за мной на дорогу.

– Нет! Нет! Нет! Проклятье! – только и успел сказать я, видя как зомби начали приближаться ко мне.

Не забудьте поделиться своим мнением о книге в комментариях, это помогает стать лучше как автору.

Продолжение следует…