Текст книги "Восток в новейший период (1945-2000 гг.)"

Автор книги: авторов Коллектив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 95 (всего у книги 113 страниц)

Глава 40
Монголия
Г.С. Яскина

Окончание Второй мировой войны и события 1945 г. имеют особое значение в истории Монголии. 9 августа советское правительство, в соответствии с решениями Ялтинской конференции, объявило войну Японии. Непосредственное участие в этой войне приняла Монгольская Народная Республика (МНР). Решение об этом было вызвано следующими причинами.

Во-первых, сложились благоприятные условия для окончательного решения вопроса о при знании ее в качестве независимого, суверенного государства, поскольку такой международный статус, провозглашенный МНР в 1921 г., был оспорен Китаем, продолжавшим считать Внешнюю Монголию (МНР) частью своей территории.

На Ялтинской конференции в феврале 1945 г. советское правительство добилось от глав союзных государств, США и Великобритании, согласия на сохранение существующего status quo Внешней Монголии (т. е. независимого государства) в качестве одного из условий объявления Советским Союзом войны Японии.

14 августа того же года при подготовке к подписанию СССР и Китаем Договора о дружбе и союзе предварительно состоялся обмен нотами между внешнеполитическими ведомствами сторон по вопросу о государственной независимости МНР, в которых стороны обязались признать независимость Монголии после проведения там плебисцита.

Во-вторых, к тому времени Монголия уже на протяжении многих лет находилась в конфронтационных отношениях с Японией, проводившей агрессивную политику в Азии.

В-третьих, связанная с СССР союзническими договоренностями, МНР считала своим долгом вступить в войну, доказав, таким образом, свою солидарность с Советским Союзом и «стремление внести свой вклад в дело Объединенных Наций».

В-четвертых, у монгольского руководства оставались надежды на объединение МНР и Внутренней Монголии (Китай) в единое государство.

10 августа 1945 г. Монгольская Народная Республика вслед за Советским Союзом объявила войну Японии. Примечательно, что Монголия, которую Китай считал в то время частью своей территории, воевала в составе не Народно-освободительной армии Китая, а советской Красной армии. Этот факт еще раз подчеркивает, что Монголия считала себя независимым от Китая государством[73]73
  В 1944 г., т. е. незадолго до окончания Второй мировой войны, И.В. Сталин отклонил осторожный зондаж монгольских руководителей о возможности Монголии присоединиться к СССР в качестве одной из советских республик.


[Закрыть]. Командовал монгольскими войсками маршал Х. Чойбалсан.

В первую неделю войны части Красной армии и армии МНР освободили г. Долонпор и ряд других китайских городов и деревень, оккупированных японскими войсками. 20 августа они освободили г. Жэхэ, 21 августа – г. Калган, а 23 августа японские войска прекратили сопротивление.

20 октября 1945 г. в МНР по требованию националистического (гоминьдановского) правительства состоялся всенародный референдум. Результаты его были однозначны – монгольский народ высказался за сохранение государственной независимости МНР. 5 января 1946 г. правительство Китайской Республики признало независимость МНР в ее существующих границах. Отныне независимость Монголии была признана не только Советским Союзом, но и Китаем. 13 февраля 1946 г. между МНР и Китайской Республикой были установлены дипломатические отношения. Независимость МНР признали США и Великобритания. Затем, 6 октября 1949 г., почти сразу же после образования Китайской Народной Республики, МНР и КНР установили между собой дипломатические отношения.

Таким образом, окончание Второй мировой войны и юридическое оформление международного статуса Монголии, активное участие ее вооруженных сил в разгроме Квантунской армии – все это привело к расширению внешних связей МНР, открыло перспективу вступления в Организацию Объединенных Наций. 27 февраля 1946 г. состоялось подписание нового Договора между СССР и МНР о дружбе и взаимопомощи сроком на десять лет с возможностью пролонгации его на последующее десятилетие. Если укрепление МНР в качестве суверенного государства лежало в русле внешнеполитических интересов Москвы, то Улан-Батору, в свою очередь, требовались поддержка Советского Союза на международной арене, в охране государственных границ и экономическая помощь.

Советско-монгольский договор 1946 г., как и протокол 1936 г., носили союзнический характер. Новый договор содержал четкую оценку политической ситуации на Дальнем Востоке, возникшей после Второй мировой войны. Правительства СССР и МНР обязались в случае военного нападения на одну из договаривающихся сторон оказать друг другу всевозможную помощь, в том числе военную.

Осознание Монголией себя государством, получившим международное признание, сыграло огромную роль в укреплении монополии Монгольской народно-революционной партии (МНРП) на политическую власть. Пользуясь поддержкой коммунистических и рабочих партий сотрудничающих с ней стран, МНРП стала решительнее и глубже вторгаться в экономическую и культурную жизнь страны, единолично принимать все основополагающие, практически государственные решения и претворять их в жизнь при помощи разветвленной сети первичных партийных организаций, центральных и местных государственных органов власти. Восстановлена была практика созыва партийных съездов и народных хуралов, прерванная было в период 1940–1947 гг. Одновременно складывались предпосылки для концентрации властных высших функций в руках одного политического лидера и его малочисленного окружения.

В декабре 1947 г. собрался XI съезд МНРП. Он подвел итоги деятельности партии за более чем семилетний период, прошедший после X съезда, и утвердил первый детально разработанный пятилетний план развития народного хозяйства и культуры на 1948–1952 гг.

Начиная с этого момента вся последующая история народного хозяйства МНР вплоть до конца 1980-х годов развивалась в соответствии с заложенной в конце 1940-х – начале 1950-х годов административно-командной моделью управления национальной экономикой. Каждый очередной съезд МНРП принимал директивы по планам развития народного хозяйства и культуры страны сроком на пять лет (исключением стал только один трехлетний план на 1958–1960 гг.) и передавал их на утверждение Великому народному хуралу (ВНХ). В общей сложности в Монголии было реализовано таким образом восемь плановых пятилеток. Планы были несовершенны и выполнялись далеко не полностью, особенно в сфере кочевого животноводства, которое оказалось неподвластным плановому регулированию в силу высокой зависимости от природных условий и несовершенства самих планов. Плановые задания завышались, при разработке показателей в расчет принимались в первую очередь политические соображения. Так, предполагалось, что поголовье скота в МНР, насчитывавшего в то время от 22 до 26 млн. голов, может достичь 100 млн. (установка Сталина), затем – 50 млн. голов (совет Сталина и установка Чойбалсана) и, наконец, 31 млн. (задача первого пятилетнего плана). Но даже более умеренное задание, предусмотренное директивами XII съезда МНРП (1953 г., вторая пятилетка), довести рост поголовья скота до 27,5 млн., увеличив его на 20 % от уровня 1952 г., оказалось невыполнимым. Успешнее развивались другие народно-хозяйственные секторы – промышленность, строительство, транспорт и связь, так как именно туда направлялась в первую очередь основная экономическая помощь СССР. Но прирост и в этих секторах происходил преимущественно за счет экстенсивного развития, т. е. строительства и ввода в эксплуатацию новых производственных объектов. Экономические же показатели в целом (себестоимость продукции, ее качество и т. п.) отставали.

Государственное строительство того периода официально ориентировалось на развитие в стране политической демократии. В феврале 1949 г. был созван XI Великий народный хурал, который внес поправки в действующую конституцию МНР, согласно которым Малый народный хурал был распущен, а Великий становился государственным законодательным органом. Внесены были также изменения в избирательную систему. Выборы стали всеобщими (ранее участие в них было ограничено), равными (до того – не вполне равные), прямыми (ранее – многостепенные) и тайными (до того – открытые). На основе новой избирательной системы в июне 1951 г. прошли выборы в Великий народный хурал. Однако выборы в то время не были демократическими, так как кандидаты в депутаты назначались Центральным комитетом партии по их деловым качествам. Фактически граждане голосовали за назначенцев, кандидатурам которых не было альтернативы. Вновь избранный ВНХ состоял из 295 депутатов. Председателем его Президиума был избран бывший председатель Малого хурала Г. Бумцэнд, Совет министров возглавил Х. Чойбалсан.

В 1953 г. на третьем пленуме ЦК МНРП были подведены итоги выполнения заданий первой пятилетки. Показатели экономического развития выросли, но были далеки от официальных плановых заданий. Но были и немалые достижения. Общее поголовье скопа в стране увеличилось на 8,7 %, было создано несколько новых государственных хозяйств. В пригородах столицы стали работать три новые государственные молочные фермы. Ежегодный среднегодовой темп роста промышленного производства составил 9,8 % (вместо 19,4 % по плану). Особенно выделялся рост капиталовложений в аграрный сектор, объем которых в 1952 г. превышал уровень 1947 г. в десять раз. При содействии СССР была сооружена и вступила в строй ширококолейная железная дорога от Улан-Батора до пограничного пункта Наушки, были модернизированы и расширены несколько предприятий перерабатывающей промышленности, телефонизированы и радиофицированы многие населенные пункты. В 1949 г. состоялось подписание ряда двусторонних межправительственных соглашений, в том числе об учреждении крупных советско-монгольских акционерных предприятий – общества «Совмонголметалл», «Уланбаторская железная дорога». В 1952 г. МНР и КНР достигли договоренности о строительстве железной дороги от Улан-Батора до монгольско-китайской границы – на территории МНР, и до китайско-монгольской границы – на территории КНР. В июле 1954 г. в Улан-Баторе с официальным визитом побывал Чжоу Эньлай.

Большим успехом в сфере культурного строительства в годы первой пятилетки был резко возросший уровень грамотности населения. Составлявший в 1946 г. только 36 %, он поднялся до 99 % в 1953 г. Усилению влияния СССР на формирование и развитие образования и просвещения в МНР способствовал переход Монголии со старого монгольского письменного языка (уйгурское письмо) на кириллицу. Начиная с 1 июля 1950 г. все государственное делопроизводство было переведено на новую письменность.

26 января 1952 г. скончался премьер-министр МНР маршал Х. Чойбалсан, находившийся на лечении в Москве. В 1953 г. умер И.В. Сталин. С этими двумя событиями многие историки связывают окончание культа личности Чойбалсана и начало кратковременного потепления политического климата в Монголии.

В июле 1954 г. прошла очередная сессия ВНХ второго созыва, избравшая Председателем Президиума ВНХ Ж. Самбу. Сессия образовала правительство во главе с Ю. Цеденбалом. Вслед за сессией собрался XII съезд МНРП (ноябрь 1954 г.), он внес изменения и дополнения в устав партии, утвердил директивы развития народного хозяйства и культуры МНР на 1953–1957 гг. (вторая пятилетка). Планировалось довести поголовье скота в стране до 27,5 млн., увеличив его на 20,7 % но сравнению с 1952 г. Съезд потребовал от государства широкой поддержки аратских хозяйств и их производственных объединений, подчеркнул также огромное значение индустриализации «в деле продвижения страны по пути социализма», определив ежегодный темп роста промышленной продукции в 7,8 %.

Продвижение к заданным целям происходило в осложнившейся международной обстановке, вызванной разногласиями между СССР и Китаем после XX съезда КПСС (февраль 1956 г.). МНРП одобрила доклад Н.С. Хрущева и решения XX съезда по вопросу о культе личности Сталина, в Китае же эти события вызвали обратную реакцию. Для МНР новая ситуация грозила опасностью быть вовлеченной в битву «двух гигантов». Действительно, многое положительное из того, что достигли МНР и КНР в ходе сотрудничества, стало утрачиваться. Страну покинули китайские рабочие (около 10 тыс. человек), помогавшие монголам строить ряд промышленных объектов, закрылись управления кадрами китайских рабочих, созданные при монгольском правительстве и при посольстве КНР в Улан-Баторе.

В этих условиях монгольское руководство считало необходимым укрепить в стране позиции социализма, сделав сердцевиной своей внутренней политики ускорение процесса формирования общественной (социалистической) собственности в ее основных формах – государственной и кооперативной. Такая политика вполне отвечала марксистско-ленинскому учению о социализме, практическое осуществление которого Монголия видела на примере других социалистических стран. Кроме того, первые попытки продолжить обобществление части хозяйств путем создания аратских производственных объединений (АПО), предпринятые в начале 1940-х годов, считались удачными. За пять лет, с 1948 по 1952 г. число АПО в стране выросло на 52,7 %, количество членов – на 100 %, численность обобществленного скота – в шесть раз. Путем кооперирования монгольское руководство стремилось решить следующие экономические проблемы: обеспечить подъем животноводства и на этой основе увеличить выход товарной продукции отрасли, улучшив, таким образом, снабжение городов продовольствием, сырьем – перерабатывающую промышленность, повысить управляемость развитием сельского хозяйства и экспортный потенциал страны.

Процесс быстрого, фактически массового форсированного кооперирования аратских хозяйств развернулся в годы реализации директив по трехлетнему народно-хозяйственному плану (1958–1960) и проходил под руководством партийных организаций. Созванный в марте 1958 г. XIII съезд МНРП поставил задачу – завершить кооперирование основной массы аратских хозяйств в течение ближайших трех лет. Инициированное сверху, массовое кооперирование аратских хозяйств завершилось в 1959 г., когда 200 тыс. мелких индивидуальных (частных) хозяйств оказались состоящими в 389 крупных сельскохозяйственных объединениях (СХО, как стали называться затем АПО), которые вместе с госхозами образовали социалистический сектор в сельском хозяйстве. Таким образом, в Монголии возникла однородная по сути форма собственности – общественная в двух видах: государственная (промышленность, торговля, транспорт и связь) и кооперативная. В дальнейшем кооперативная собственность стала постепенно приобретать черты государственной. Особенностью монгольской коллективизации было оставление в личной собственности члена СХО значительной части скота. Фактически это было признанием невозможности обеспечить существование арата только за счет общественного производства.

В годы трехлетки произошло еще одно важное событие в экономической жизни страны – в МНР завершилось формирование при помощи СССР земледелия в качестве самостоятельной отрасли, способной обеспечить население мукой собственного производства.

Начиная с 1960 г. МНР начала сотрудничать с отдельными частными фирмами Японии и Великобритании. Создавались предпосылки к установлению торговых связей с фирмами США. Австрии, Швеции, ФРГ, Италии, Бельгии. В 1960 г. по решению ЦК МНРП и Совета министров МНР при Министерстве внешней торговли была создана Торговая палата и организован внешнеторговый арбитраж.

Изменения происходили и в характере власти в МНР, она становилась все более авторитарной. После Второй мировой войны в странах социализма выросла роль коммунистических партий и стали складываться режимы, при которых власть оказывалась в руках одного, главного политического лидера, занимающего одновременно два высших поста – первого секретаря ЦК партии и председателя Совета министров. Монголия не была исключением. На втором пленуме ЦК МНРП в ноябре 1958 г. Ю. Цеденбал, председатель Совета министров МНР, был избран первым секретарем ЦК МНРП.

Итак, к началу 1960-х годов во внутреннем и внешнем положении МНР произошли фундаментальные изменения. Наметился рост экономического потенциала, выросла численность населения. С установлением социалистических производственных отношений во всех сферах народного хозяйства возникла экономическая база для дальнейшего формирования авторитарного режима. Моноукладная экономика облегчила последующее применение на практике административно-командных методов управления народным хозяйством. Но внешнеполитическое положение страны укрепилось.

Все эти важнейшие достижения, равно как и представления руководства о дальнейшем пути развития страны, в обобщенной форме были закреплены в конституции Монгольской Народной Республики, утвержденной первой сессией ВНХ IV созыва 6 июля 1960 г.

Новая конституция пришла на смену прежней, действовавшей с 1940 г. В преамбуле была сформулирована стратегическая цель МНР – «завершить социалистическое строительство и построить в дальнейшем коммунистическое общество». Монгольская народно-революционная партия объявлялась «направляющей и руководящей силой государства и общества МНР».

В конституции 1960 г. была определена социальная природа монгольского государства: «Монгольская Народная Республика является социалистическим государством рабочих, кооперированных аратов (животноводов) и земледельцев и трудовой интеллигенции, основанным на союзе рабочего класса и кооперированного аратства». Политической основой государства были признаны народные хуралы (собрания) всех степеней.

В качестве экономической основы страны конституция назвала всенародную собственность на средства производства. Конституция 1960 г. носила двойственный характер. С одной стороны, она объективно оценила действительно немалые успехи страны, достигнутые по многим направлениям жизнедеятельности монгольского общества, а с другой – содержание ее было идеологизировано, т. е. экономические стимулы развития подменялись идеологическими установками и мобилизационными лозунгами.

С момента принятия новой конституции страна вступила в новый, сравнительно длительный этап своей истории, определяемый как этап социалистического строительства. В рамках этого этапа выделяются три периода. Первый период (1961–1984) охватывает время существования МНР в условиях авторитарной политической системы, часто называемой в литературе «эрой Цеденбала»; второй отрезок времени (1985–1989) выделяется обострением внутренних противоречий и зарождением демократического движения. Третий период (1990–2000) связан с такими событиями, как свершение либерально-демократической революции и смена модели социально-экономического развития.

Монополия партии на власть привела к появлению в каждой из стран социализма авторитарного лидера в лице ее высшего руководителя. В Монголии таким лидером стал Ю. Цеденбал. Укрепление диктаторских функций МНРП вкупе с властью авторитарного лидера было обусловлено рядом внешних и внутренних факторов. Первые были связаны с меняющейся международной обстановкой, влиянием примеров политических режимов в других странах социалистической системы, вторые – с единой для всех них социалистической идеологией как условием успешного развития по пути прогресса. Ужесточение политического режима сама МНРП связывала с тем, что Китай не оставлял надежд на возвращение Монголии в свой состав. Во время пребывания советской делегации в Пекине (но поводу празднования 5-й годовщины провозглашения КНР) Мао Цзэдун предложил Хрущеву и Булганину «согласовать» вопрос о присоединении МНР к Китаю. Ответ был дан однозначный – судьба Монгольской Народной Республики должна решаться не в Пекине или Москве, а в Улан-Баторе. Это был чрезвычайно редкий в международной практике инцидент, когда одно социалистическое государство (Китай) предприняло конкретные шаги к поглощению другого социалистического государства (МНР), официально им признанное. С учетом этого факта Монголия продолжала предпринимать более энергичные шаги для вступления в ООН, стремясь укрепить с таким трудом завоеванный международный статус суверенного государства.

Вопрос о членстве в ООН монгольское правительство поднимало регулярно (в 1946, 1948, 1955 и 1957 гг.), но просьба отклонялась под различными предлогами до тех пор, пока под давлением советской дипломатии Совет Безопасности не утвердил резолюцию, рекомендующую Генеральной Ассамблее принять МНР в ряды ООН. 27 октября 1961 г. стало датой официального вступления Монголии в самую влиятельную в мире международную структуру. Это событие повысило авторитет Монголии на мировой арене, напоминало Китаю о ее независимости.

Другим важным событием в международной жизни МНР стало ее вступление в Совет экономической взаимопомощи, состоявшееся 7 июля 1962 г. Монголия подписала договоры о сотрудничестве со всеми странами членами СЭВ. Благодаря членству в этой организации она стала пользоваться торгово-экономическими преференциями, предусмотренными уставом Совета для слаборазвитых стран. Установка СЭВ на выравнивание уровней развития ее членов открывала перед МНР перспективу получать существенную помощь от этой организации, стать активным участником процесса социалистической экономической интеграции, реализации Комплексной программы дальнейшего углубления и совершенствования сотрудничества и развития социалистической экономической интеграции (1971). Но одновременно свертывались экономические связи Монголии с Китаем. Сократился товарооборот между двумя странами. В течение 1960–1964 гг. ежегодные китайские поставки в МНР пшеницы уменьшились с 3350 до 200 т, пшена – с 4560 до 100 т, хлопчатобумажных тканей – с 19,6 млн. до 1,1 млн. м. К советско-китайским и монгольско-китайским границам начали стягиваться китайские войска.

15 января 1966 г. СССР и МНР заключили между собой сменивший договор 1946 г. Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи сроком на 20 лет с правом его автоматического продления на следующие 10 лет. Ввиду обострившейся обстановки на Дальнем Востоке большое значение имело положение нового договора о том, что стороны «будут совместно предпринимать все необходимые меры, включая военные, в целях обеспечения безопасности, независимости и территориальной целостности обеих стран». В соответствии с Договором 1966 г., на территорию МНР по просьбе ее правительства в том же году вошли советские войска, которые были выведены только в 1989 г. Таким образом. СССР защищал не только интересы собственной безопасности, но и своего союзника.

В такой обстановке в МНР произошло новое ужесточение политического режима, так как монгольское руководство, занявшее сторону Советского Союза в конфликте с Китаем, считало необходимым укреплять внутриполитическую стабильность таким путем. Любая критика политики партии, высшего руководства объявлялась отступлением от марксизма-ленинизма. Авторитарный политический режим в Монголии был тесно связан с именем Ю. Цеденбала, в руках которого концентрировалась неограниченная власть.

Однако недовольство подобным порядком стало проявляться в среде политической элиты и творческой интеллигенции. Их отдельные представители пытались высказывать свои взгляды на историю страны и происходящие в ней перемены с точки зрения, не совпадающей с официальной позицией. В адрес МНРП звучали упреки в слабом руководстве экономикой, в проведении несамостоятельной политики на международной арене, забвении важных традиций страны и т. п. Примеров тому было много. Участью критиков становились смещение их с занимаемых должностей и высылка в провинцию. Дело не кончалось тюремным заключением и другими жесткими репрессиями наподобие тех, которые применялись в 1930-х годах, но все-таки это тоже были ломавшие судьбы людей репрессии.

МНРП, направляемая главой государства, управляла всеми государственными телами, в ее фактическом подчинении находились все органы власти, от их низших ступеней до высших. Она руководила общественными организациями – профсоюзами. Монгольским революционным союзом молодежи, творческими союзами и другими общественными организациями. Численность членов партии продолжала расти. В середине 1961 г. в ее рядах насчитывалось 43,9 тыс. членов и кандидатов в члены МНРП, в то время как все население страны, включая несовершеннолетних и лиц престарелого возраста, составляло 936,9 тыс. человек (1960). В 1966 г. в МНРП состояло уже 48,5 тыс. членов и кандидатов в члены партии.

Дальнейшее развитие Монголии – вплоть до отправления в отставку Ю. Цеденбала (август 1984 г.) и быстрого нарастания предпосылок политического и социально-экономического кризиса – продолжалось в рамках устоявшегося авторитарного режима и диктатуры МНРП. Особенно много усилий прилагалось для партийного обеспечения хозяйственного строительства, идейно-политического воспитания населения. В 1966 г. на XV съезде партии была принята новая программа МНРП. В этой четвертой по счету программе со времени создания Монгольской народно-революционной партии были отражены теоретические представления ее руководителей о сущности некапиталистического пути развития, определены задачи и стратегия развития МНР на весь период завершения строительства социализма. Если в 1940 г. X съезд МНРП заявил, что МНР прочно стала на некапиталистический путь развития, то на XV съезде было сказано, что страна уже «совершила исторический переход от феодализма к социализму». Это было явное «забегание вперед», продиктованное желанием «идти в ногу» с другими, более развитыми странами социализма.

Однако, несмотря на то что задачи экономического строительства на съезде и в Программе были максимально политизированы, само их конкретное содержание (развитие материально-технической базы промышленности, повышение уровня механизации труда, постепенное внедрение автоматизации в производственные процессы и т. п.) свидетельствовало – МНР в сфере экономики решала те же проблемы, с которыми сталкивались слаборазвитые суверенные страны, независимо от характера их политического строя. Страна продолжала развиваться, используя те возможности, которыми она для этого располагала. В третьей пятилетке (1961–1965) национальный доход МНР вырос на 30 %, валовая продукция сельского хозяйства – на 20 %, промышленного производства – на 60 основные фонды народного хозяйства увеличились на 80 %.

В следующее, четвертое плановое пятилетие (1966–1970) Монголия столкнулась с понижением темпов роста национального дохода до 21 %, а основных фондов – до 50 %, хотя промышленность росла примерно теми же темпами, что и в третьей пятилетке. При росте капиталовложений в развитие сельского хозяйства поголовье скота в стране сократилось с 23,8 млн. в 1965 г. до 22,6 млн. голов в 1970 г. Это свидетельствовало о низкой эффективности общественного производства, слабой защите кочевого хозяйства от стихии природы, неудовлетворительном использовании основных фондов, снижении роли моральных стимулов для роста производительности труда. Именно поэтому МНРП на своем XVI съезде (июнь 1971 г.) выдвинула новый теоретический тезис о том, что для полной победы социализма потребуется длительный отрезок времени, состоящий из нескольких этапов.

Тем не менее, контрольные цифры очередной, пятой пятилетки (1971–1975) предусматривали высокие темпы экономического роста. Их достижение было рассчитано на финансовую, материальную и техническую помощь СССР и других стран членов СЭВ. 28 декабря 1970 г. Советский Союз и Монголия заключили между собой Соглашение об экономическом сотрудничестве на 1971–1975 гг. СССР принял на себя обязательство предоставить МНР кредит в сумме 570 млн. рублей из расчета 2 % годовых. Затем в 1973 г. были подписаны советско-монгольские межправительственные соглашения о создании совместного горно-обогатительного комбината «Эрдэнэт» на базе крупного медно-молибденового месторождения. На реализацию этого проекта Советский Союз выделил Монголии кредит на льготных условиях. Последняя очередь этого предприятия вошла в строй в 1981 г. С этого времени его продукция стала обеспечивать до 40 % монгольского экспорта. Проводя политику индустриализации, МНР пользовалась помощью и других стран членов СЭВ. При их содействии в стране были построены Дарханский овчинно-шубный комбинат (совместно с Болгарией), биокомбинат под Улан-Батором и швейная фабрика (с Венгрией), Уланбаторская обувная фабрика (с Чехословакией), ковровый комбинат в Эрдэнэте (с ГДР) и ряд других важных промышленных объектов.

Партия продолжала держать в своих руках управление народным хозяйством. Ее очередные съезды – XVII (1976) и XVIII (1981) утвердили соответственно директивы шестого и седьмого планов развития народного хозяйства и культуры, а XIX съезд (1986) – восьмой и последний в истории МНР пятилетний план. Итоги их выполнения показали рост монгольской внешней торговли с социалистическими странами, которым принадлежало 96,6 % во внешнеторговом обороте МНР, в том числе Советскому Союзу – 81,8 %. На долю развитых капиталистических стран приходилось только 3,3 %.

В целом экономика и культура МНР в рассматриваемый период развивались относительно высокими темпами, но все-таки они были недостаточными для решения поставленных задач. В годы последних пятилеток строились и вступали в эксплуатацию крупные объекты народно-хозяйственного значения, в том числе горно-обогатительный комбинат «Эрдэнэт», угледобывающее предприятие «Баганур»; расширены Шарынгольский угольный разрез, две столичные электростанции, горно-добывающее предприятие «Бор Ундур», Хутульский цементный комбинат и др. В начальный период эксплуатации прибыли от производственной деятельности них предприятий были незначительны. К тому же финансирование строительства производилось главным образом за счет внешних, преимущественно советских, займов и кредитов. Если в середине 1970-х годов задолженность МНР Советскому Союзу составляла около 2,2 млрд. рублей, то в 1989 г. монгольский долг возрос до 9,7 млрд. переводных рублей. К тому же в сфере торговли двух стран повышение цен на товары советского производства опережало рост цен на монгольские товары. При этом МНР не отрицала народнохозяйственное значение советской помощи. Тем не менее, факт растущей задолженности оказал негативное влияние на развитие монгольской экономики.

К середине 1980-х годов в монгольском обществе проявились признаки застоя. Сказывались недостатки централизованного планирования. Слабее действовали моральные стимулы роста производства, падал жизненный уровень населения. Назревало недовольство отсутствием реальных демократических свобод, зажимом критики, тотальным вмешательством партийных органов во все сферы жизнедеятельности страны и государства. Все это, вместе взятое, стало предопределять необходимость проведения в МНР радикальных политических и экономических реформ.