Текст книги "Сказки"

Автор книги: Александр Дюма

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 43 страниц)

Поэтому он велел страже сопровождать его до самого дворца, где он был встречен с великой радостью.

Ну а молодая принцесса нисколько не усомнилась, что она видит перед собой своего мужа, и спросила у него, почему он так долго не появлялся.

– Я заблудился в лесу, – ответил Уилфрид, – и только сегодня смог вырваться оттуда.

Вечером пришельца проводили в спальню его брата и предложили лечь в королевскую постель; однако в постели он положил между собой и принцессой обоюдоострый меч; она совершенно не поняла, что это значит, но спросить не решилась.

В течение двух дней Уилфрид разузнавал обо всем, что было известно о заколдованном лесе, а на третий день заявил:

– Мне настоятельно необходимо вернуться в лес и там поохотиться.

Старый король и молодая принцесса всячески его отговаривали, но он настоял на своем и на следующий день отправился в лес с тем же самым эскортом, который сопровождал его брата.

На протяжении всего пути Уилфрид весьма умело беседовал с начальником эскорта, и тот не усомнился, что говорит с молодым принцем; неудивительно, что Уилфрид выведал у него все, что ему было нужно.

Доехав до леса, он увидел ту самую белую лань, которую увидел его брат, и так же, как его брат, сказал сопровождающим:

– Оставайтесь здесь, я хочу один поохотиться за этим прекрасным животным.

И он вошел в лес, сопровождаемый только своими зверями, и там преследовал лань, но так и не смог ее настичь; он увидел, как она исчезла в тот самый миг, когда ему, казалось, уже удалось затравить ее; с наступлением ночи Уилфрид так же, как его брат, был вынужден заночевать в лесу.

Когда Уилфрид так же, как его брат, разжег костер, он, как и Готлиб, услышал над головой какие-то стенания.

– Ай-ай-ай! – произносил чей-то голос. – Как же здесь холодно!

Он поднял голову и увидел старую колдунью с глазами совы.

– Если, матушка, тебе холодно там, наверху, – сказал он ей, – то спускайся и погрейся у костра.

– И не подумаю, – ответила колдунья, – твои звери меня съедят.

– Мои звери вовсе не злые, они тебя не тронут, так что спускайся.

– Сейчас я брошу тебе палку, – сказала она, – и если ты побьешь их этой палкой, они и в самом деле меня не тронут.

Услышав эти слова, охотник выразил некоторое удивление и сказал:

– Если я ручаюсь за своих зверей, тебе нечего беспокоиться; спускайся, иначе я сам стащу тебя с дерева.

– Ух ты! – хмыкнула старуха. – Стащить меня с дерева! Если ты захочешь это сделать, все равно не сможешь.

– Это мы еще посмотрим, – произнес Уилфрид, – а для начала я пошлю тебе пулю.

– Наплевать мне на твои пули, – заявила колдунья, – попробуй, и сам убедишься в этом.

Охотник прицелился и выстрелил в нее.

Но, будучи колдуньей, она была неуязвима для свинцовых пуль!

– Не очень-то ты удачлив! – насмешливо воскликнула колдунья.

И она швырнула в охотника его же свинцовую пулю.

Видя такое свое невезение, охотник, столь редко допускавший промахи, теперь уже не сомневался, с кем он имеет дело.

Ему пришлось прибегнуть к другому средству: перезаряжая ружье, он вставил в ствол одну из серебряных пуговиц со своей одежды, и, поскольку колдунья не была защищена от серебряных пуль, выстрелом ранило ее в бедро, да так, что она кубарем свалилась с дерева на землю.

Охотник поставил ногу на ее грудь и сказал:

– Если ты, старая мошенница, сейчас же не расскажешь мне, что ты сделала с моим братом, я своими руками брошу тебя в огонь.

Она испугалась и попросила пощады.

– Где мой брат? – еще требовательнее, чем в первый раз, спросил охотник.

– Твой брат находится в пещере, – отвечала колдунья. – Он превращен в камень, он и его звери.

Охотник заставил злодейку проводить его к пещере, что она и сделала, прыгая на одной ноге; когда они вошли в пещеру, Уилфрид потребовал:

– Теперь, старая колдунья, ты вернешь к жизни не только моего брата и его зверей, но еще и всех находящихся здесь людей, превращенных тобою в камень.

Колдунья, видя, что ей придется повиноваться, взяла свою палочку, коснулась ей каждого камня, и молодой принц с его зверями поднялись, а вместе с ними поднялась целая толпа путешественников, торговцев, ремесленников, солдат, которые горячо поблагодарили своего освободителя и отправились к себе домой.

Когда оба близнеца увидели друг друга, они крепко обнялись, от всего сердца радуясь тому, что столь чудесным образом снова встретились.

Затем они схватили страшную старуху и, чтобы она не смогла причинить другим такое же зло, какое она причинила им, бросили ее в огонь, где она сгорела в наказание за то, что была колдуньей.

Едва она испустила последний вздох, как заколдованный лес исчез, подобно пару, и с того места, где находились братья, они смогли увидеть не только город, но и королевский дворец.

В ту же минуту братья направились к замку и по дороге поведали друг другу о своих приключениях. Готлиб рассказал брату, каким образом он стал зятем короля и главным правителем всего королевства.

Когда он закончил свой рассказ, взял слово Уилфрид.

– Конечно же, я догадался об этом, – сказал он с улыбкой. – Ведь, когда я вошел в город, все принимали меня за тебя и оказывали мне королевские почести; даже твоя жена осталась в заблуждении, и мне пришлось сесть за стол рядом с ней и лечь в ее постель.

Когда молодой принц услышал такое, его охватила ревность, ослепившая его до такой степени, что он выхватил саблю и одним ударом отсек своему брату голову.

Но едва это убийство было совершено, он бросился к обезглавленному телу, стал рвать на себе волосы и проявлять глубочайшее отчаяние.

И тогда медведь, даже в самых трудных обстоятельствах никогда не терявший присутствия духа, подошел к нему и сказал:

– Не отчаивайся, хозяин, все можно поправить; отрезанную голову можно вновь поставить на место. Зайцу известен корень жизни, с помощью которого мы приставим голову к туловищу, и он, конечно же, с величайшим удовольствием окажет тебе услугу, отправившись за этим корнем.

– О мой зайчишка! – воскликнул Готлиб, умоляюще складывая ладони.

А заяц уже был далеко, он бежал так быстро, что за ним едва можно было уследить глазами.

Через сутки он вернулся, настолько велико было его усердие.

Тело Уилфрида поставили на ноги, голову водрузили на шею, корень жизни вложили в рот, и голова соединилась с туловищем так крепко, что старший брат остался в неведении о том, что с ним произошло, и полагал, что на время был погружен в сон, который он объяснял охватившей его сильной усталостью.

Однако, поскольку он был бодр и свеж, они тотчас пустились в путь и два часа спустя подъехали к окрестностям города.

И тогда Готлиб сказал брату:

– Ты настолько похож на меня, что я сам не могу разобраться, кто из нас кто; на тебе такие же королевские одежды, как на мне; тебя сопровождают такие же звери, как меня. Давай войдем в город каждый через противоположные ворота и одновременно вступим в королевский замок.

Такое предложение понравилось старшему брату; на этом они и расстались.

Добравшись до города, каждый из них, как и было условлено, появился у противоположных ворот.

Тотчас же начальник стражи тех ворот, где показался молодой принц, и начальник стражи тех ворот, где показался его брат, отправились во дворец, оба появились там в одну и ту же минуту и каждый из них объявил о прибытии молодого принца с его зверями.

– О, такое просто невозможно! – воскликнул старый король. – Каким это образом мой зять может быть одновременно и у северных, и у южных ворот?! Ведь между ними расстояние не меньше одного льё!

В это мгновение с противоположных сторон ко дворцу подъехали оба брата. Они спешились во дворе, каждый со своей стороны крыльца, и одновременно поднялись в приемный зал.

– Ну и ну, дочь моя! – воскликнул старый король, обращаясь к принцессе. – Посмотри, кто из них двоих твой муж; что касается меня, то я ума не приложу.

Молодая принцесса пребывала в немалом смущении, но вдруг ей в голову пришла мысль о драгоценностях, подаренных его животным.

За спиной Готлиба стоял лев с ее ожерельем из изумрудов, медведь с ее бриллиантовыми серьгами, волк с ее жемчужным браслетом, лиса с ее сапфировым кольцом и заяц с ее рубиновым кольцом.

Принцесса указала рукой на Готлиба:

– Вот мой муж!

– И это правда, – подтвердил, рассмеявшись, молодой принц.

Затем все сели за стол. Обед прошел весело, и, когда с наступлением вечера Готлиб сопровождал жену в спальню, молодая принцесса спросила его:

– Скажи, почему в последнюю ночь ты положил между нами обоюдоострый меч? Сначала мне было очень страшно: ведь я подумала, уж не хочешь ли ты меня убить.

И тогда молодой принц рассказал жене, насколько верен ему оказался его брат.

ХРАБРЫЙ ПОРТНЯЖКА

I

Однажды чудесным летним утром один портняжка из Бибриха сидел на своем рабочем столе перед окном. Он пребывал в отличном настроении и, ловко орудуя своей иглой, пел во весь голос старинную балладу, в которой речь шла о бедном пастухе, женившемся на дочери императора.

Он допевал последний куплет своей песни, когда под его окном появилась какая-то крестьянка, выкрикивавшая на ходу:

– Продается вкусное варенье! Вкусное варенье!

Призыв долетел до уха портняжки. Он открыл окно, высунул голову и в свою очередь крикнул:

– Сюда! Идите сюда, голубушка! И я вас избавлю от вашего товара!

Крестьянка бегом поднялась на четвертый этаж, где жил портняжка, поверив, что она и в самом деле нашла хорошее место сбыта для своего варенья.

Эта вера только укрепилась после того, как портняжка попросил открыть один за другим все ее горшочки с вареньями: сливовым, абрикосовым, яблочным, грушевым и другими.

Портняжка, остановив свой выбор на абрикосовом варенье, отрезал огромный ломоть хлеба и велел крестьянке:

– Положите-ка мне сверху слой абрикосового варенья, да потолще, и, если наберется целая унция, то денек у вас будет удачным, ничего не скажешь!

Славная женщина, принявшая всерьез слова портняжки и поверившая, что сейчас она избавится по крайней мере от половины своего товара, погрузила в горшок деревянную ложку и, выполняя пожелание покупателя, щедро намазала весь ломоть хлеба.

– Вот вам на один крейцер! – сказала она.

Портняжка поторговался минутку, но в конце концов решился и заплатил женщине крейцер.

Крестьянка ушла, недовольно ворча, но портняжка не обратил на это ни малейшего внимания.

– Есть такой бутерброд будет довольно приятно, – сказал он, – но прежде чем откусить от него кусок, надо закончить куртку.

И, выполняя это разумное решение, он положил лакомство на стол поближе к себе и снова принялся за шитье, но поскольку бутерброд так и притягивал его взгляд, он стал делать стежки все крупнее и крупнее.

За это время запах варенья распространился по всей комнате и привлек мух, сотнями летавших по комнате, так что целые тучи этих чревоугодниц, невзирая на опасность, расположились на бутерброде.

– А вас, негодниц, кто-нибудь сюда звал? – рассердился портняжка.

И он попытался прогнать их взмахом руки.

Однако растревоженные мухи, покинув на секунду бутерброд, тут же вернулись к нему в еще большем числе.

У портняжки возникли небеспочвенные опасения, что, если он будет продолжать работу над курткой, даже делая при этом сколь угодно крупные стежки, но предоставив мухам полную свободу действий, то, как бы мало ни ела каждая из них, у него, когда куртка будет закончена, останется один только хлеб.

– Ну, погодите-ка, погодите, – пробормотал портняжка, вытаскивая из кармана свой платок, – уж я вас хорошенько угощу вареньем!

И он нанес по грабительницам беспощадный удар.

Когда бой был закончен и все оставшиеся в живых мухи вновь поднялись к потолку, портняжка пересчитал павших в сражении: убитых было не менее семи, правда, три или четыре из них еще дрыгали лапками.

– Да ты, оказывается, отважный малый! – воскликнул победитель в восторге от собственной храбрости. – Ей-Богу, надо, чтобы весь город узнал о том, что ты сейчас совершил!

И портняжка, не медля ни минуты, выкроил пояс прямо из того куска сукна, из которого он должен был пошить верхнее платье, куртку и штаны для приходского священника, и на этом поясе красной нитью вышил крупными буквами слова: "Семерых – одним махом!"

Когда пояс был готов, портняжка застегнул его на себе и, найдя, что теперь он выглядит как отважный удалец, воскликнул:

– Нет, не только один-единственный город должен знать, каков я! Об этом должен знать весь мир!

И вот, забросив незавершенную работу и еще нетронутый кусок сукна, если не считать полоски, отрезанной на пояс, портняжка съел бутерброд, ставший первопричиной всего этого треволнения, и осмотрел дом в надежде захватить с собой хоть что-нибудь из съестного.

Однако он нашел только головку старого сыра раза в два побольше куриного яйца; сыра настолько старого, что он стал похож на камень; тем не менее портняжка сунул его в карман.

Выходя из города, он заметил трепыхавшегося в кусте жаворонка. Портняжка подбежал поближе и, увидев, что птичка попала в силок, сразу же освободил ее и поместил в другой карман, застегнув его на пуговицу.

Затем он бодро зашагал по дороге и, пребывая в легком и радостном расположении духа, не чувствовал усталости.

Дорога привела его на вершину горы; там на самом высоком уступе восседал великан.

Этот великан был так огромен, что напоминал живую статую, для которой гора служила не более чем пьедесталом.

Кто-нибудь другой стал бы тут же спасаться бегством, но только не храбрый портняжка: он, напротив, пошел прямо к великану.

– Здравствуй, приятель! – крикнул он, откинувшись назад, чтобы разглядеть лицо гиганта. – Готов поспорить, что ты взобрался на эту гору, чтобы обозреть наш бескрайний мир. Вот и я пустился в путь, чтобы повидать его; не хочешь ли и ты пойти вместе со мной?

Великан опустил голову, поискал взглядом портняжку и, обнаружив его, с презрением оглядел.

– Глупец! – произнес он. – Да подобает ли мне идти вместе с таким ничтожеством, как ты?

– Ах, вот ты как! – откликнулся портняжка.

И, распахнув свой камзол, он гордо показал колоссу свой пояс с вышитыми на нем словами: "Семерых – одним махом!"

Великан прочел надпись, подумал, что речь идет о семерых людях, которых портняжка сразил одним ударом, и почувствовал некоторое уважение к нему.

Однако он пожелал подвергнуть его испытанию и, взяв камень в руку, сказал портняжке:

– Ну-ка, попробуй сделать так, как я!

И он сдавил камень с такой силой, что из него выступили капли воды.

– Ну-ну! – сказал портняжка. – И это все? У нас это называется детской игрой.

И, вытащив из кармана кусок сыра, он сжал его так сильно, что между пальцами у него потекла жидкость.

Гигант, введенный в заблуждение цветом сыра, принял его за камень.

Он не знал, что и сказать, так как не мог поверить, что столь жалкое существо способно на такое геройство.

Тогда великан наклонился, поднял булыжник и бросил его так высоко, что он тут же исчез из виду.

– Давай, недомерок, – произнес великан, – попытайся сделать что-нибудь подобное!

– Брошено хорошо! – одобрил коротышка. – Но, как бы высоко ни залетел твой камень, он все равно упадет на землю. А теперь смотри: я заброшу свой камень так высоко, что он никогда не упадет.

И притворившись, что он наклоняется и подбирает с земли булыжник, портняжка пошарил у себя в кармане, вынул оттуда жаворонка, подбросил его в воздух, а тот, обрадовавшись обретенной свободе, стал подниматься, подниматься все выше, все выше и так и не опустился.

– Вот так! – промолвил портняжка. – Ну, что ты теперь скажешь, приятель?

– Молодец! – отозвался великан. – Но теперь посмотрим, в состоянии ли ты нести ощутимую тяжесть.

– Можешь поставить хоть весь мир на одно мое плечо, – заявил портняжка, – и я переложу его на другое не раньше, чем через час.

Великан подвел портняжку к лежавшему на земле огромному вырванному с корнем дубу.

– Помоги-ка мне вынести из леса это дерево, если оно тебе по плечу.

– Охотно, – согласился портняжка, – положи ствол себе на плечо, а я понесу крону со всеми ветвями. Надеюсь, ты не станешь говорить, что это легко?

Великан не стал с ним спорить, положил ствол дерева себе на плечо, а портняжка преспокойно уселся на одну из ветвей; и, поскольку великан никак не мог обернуться и поглядеть назад, ему пришлось одному нести дуб, а сверх того еще и портняжку; он обливался потом, а портняжка беззаботно насвистывал:

Три друга через Рейн переправлялись,

Веселые, ничуть не унывая!.. —

точь-в-точь как если бы нести этот огромный дуб было для него сущей безделицей.

Протащив некоторое время эту тяжелейшую ношу, гигант, весь запыхавшийся, остановился.

– Послушай, – сказал он, – мне придется спустить дерево на землю: идти дальше я не могу.

Портняжка проворно спрыгнул с дуба, взял в руки конец последней ветви, делая вид, что все время нес ее и теперь несет, и сказал великану:

– На вид ты парень крепкий, а все же не в состоянии нести свою часть этого дерева, не так ли? Ну-ну! Не так-то уж ты силен, дружище.

Затем они продолжили свой путь. Гигант, крайне пристыженный своей неудачей, шагал, притихший и молчаливый, в то время как портняжка, проворный и радостный, шел, задрав кверху нос, откровенно гордясь своим превосходством над колоссом.

Соперники проходили мимо вишневого дерева.

Великан ухватил дерево за вершину, на которой висели самые спелые вишни, наклонил ее и вложил ее в руку портняжки, сказав ему:

– Подержи-ка эту ветку, и мы полакомимся вишнями.

Но портняжка был слишком слаб, чтобы удержать согнутое дерево, и когда ветвь, выпрямляясь, сработала, как пружина, она подбросила беднягу так, что он пролетел над вершиной вишни и, к счастью, упал на пашню по другую сторону дерева, ничего себе не повредив.

– Как это понять? – хмыкнул великан. – Неужели тебе не хватает силенок удержать этот кустик?

– Ну что ж! – откликнулся портняжка. – Ты забыл, кто сжал камень так, что из него потекла вода; кто бросил булыжник так высоко, что он вообще не упал на землю; кто нес такой тяжелый дуб, что он едва не раздавил тебя?! А теперь речь идет о том, чтобы согнуть это жалкое вишневое деревцо! Нет, это пустяки. Я вот взял да и перепрыгнул через него, как ты сам видел. Постарайся-ка сделать то же самое!

Гигант попытался; но из-за того, что ноги его запутались в ветвях, он всем своим телом упал на то же самое поле, где портняжка приземлился на ноги.

– Черт побери! – рыкнул великан. – Если уж ты такой бравый парень, приглашаю тебя переночевать в нашей пещере.

– Охотно, – без колебаний согласился портняжка.

И он последовал за гигантом.

Войдя в пещеру, он увидел целую дюжину ужинавших там великанов. Каждый из них держал за задние ноги либо зажаренную косулю, либо лань и с жадностью впивался в мясо зубами.

Портняжка огляделся, увидел, как велика пещера и сказал себе:

"Ух ты! Здесь куда просторнее, чем в моей мастерской!"

Затем, взяв ломоть хлеба и кусок дичи, он тоже поужинал, сходил напиться к источнику, спокойно возвратился в пещеру и спросил у великана:

– Ну, так где я буду спать?

Гигант показал ему постель, равную по площади двенадцати или пятнадцати поставленным вплотную друг к другу бильярдным столам.

Портняжка стал устраиваться там на ночь, но, подумав, что ложе для него чрезмерно велико, он спустился с другой его стороны на землю и улегся между громадной постелью и стеной.

Когда наступила полночь, великан, приведший гостя к своим товарищам, бесшумно встал и, полагая, что портняжка погрузился в глубокий сон, взял железную палку и одним ударом разбил огромное ложе надвое.

– Прекрасно! – сказал он, свершив этот славный подвиг. – Уж на сей раз я покончил с этим кузнечиком.

На рассвете великаны отправились в лес и уже совершенно забыли о существовании портняжки, как вдруг увидели, что он весело шагает по дороге, насвистывая какую-то песенку.

– Семерых – одним махом! – в один голос воскликнули они. – А нас только дюжина, так что ему не потребуется даже двух взмахов!

И великаны бросились в бегство, словно сам дьявол гнался за ними по пятам!

II

Храбрый портняжка не стал напрасно терять время на то, чтобы преследовать великанов, в компании которых у него не было никакого интереса, и один продолжил путь, шагая куда глаза глядят, поскольку его мало заботило, в какую сторону идти.

Прошагав с рассвета до полудня, он дошел до парка, в котором стоял прекрасный дворец, показавшийся портняжке дворцом здешнего короля, и, почувствовав усталость, улегся прямо на траве и уснул.

Проходившие в это время люди стали разглядывать его, признав в нем чужестранца, и прочли на его поясе: "Семерых – одним махом!"

"Боже правый! – сказали они себе. – Что пришел творить здесь в мирное время подобный рубака? Должно быть, это какой-нибудь прославленный герой!"

Они пошли сообщить об увиденном королю и сказали ему, что, если разразится какая-нибудь война, этот человек окажется здесь полезным, а потому важно ни в коем случае его не отпускать.

Такой совет показался королю вполне разумным, и он отправил к спящему одного из своих придворных, поручив ему пригласить героя на королевскую службу.

Посланец не осмелился будить столь опасного человека из страха, что тот проснется не в духе, и остался стоять перед незнакомцем, ожидая, пока тот соизволит открыть глаза.

Портняжка, заставив королевского посланца прождать целый час, наконец стал потягиваться, почесывать себе ухо и моргать спросонья.

Придворный, выполняя королевское поручение, посулил ему множество всяких благ, если он согласится принять чин в королевской армии.

– Черт побери! – воскликнул портняжка. – Я затем только сюда и явился; но предупреждаю вас, что не соглашусь принять чин ниже главнокомандующего.

– Полагаю, что именно это и собирался предложить король вашему превосходительству, – заявил придворный. – Так что, если вы соблаговолите последовать за мной во дворец, где вас ждет его величество, вы незамедлительно будете обо всем осведомлены.

В ответ на такое обещание портняжка последовал за придворным во дворец.

Там его ждал король; он принял чужестранца с самыми высокими почестями, дал ему чин главнокомандующего, назначил ему жалованье в двадцать тысяч флоринов и поместил его в одном из своих замков.

Но все другие офицеры королевской армии были весьма недружелюбно настроены по отношению к нему: они завидовали столь быстрой карьере и мечтали отправить его ко всем чертям.

– Что с нами будет? – обеспокоенно спрашивали они друг друга. – Если у нас возникнет ссора с этим парнем, он способен одним ударом убить семерых из нас, а этого мы не можем допустить.

Тогда они решили всем вместе отправиться к королю и подать его величеству прошение о своей общей отставке.

– Мы не приучены, – заявили они ему, – жить с человеком, девиз которого: "Семерых – одним махом!"

Король был крайне огорчен тем, что из-за одного, безусловно столь доблестного, но внешне столь невзрачного человека ему придется потерять своих самых верных слуг; он проклинал то легкомыслие, с каким он прельстился пришельцем, и открыто признался, что очень хотел бы от него избавиться; но он не решился дать ему отставку, опасаясь, что чужестранец разгромит всю его армию, перебьет его народ, а у него самого отнимет трон.

После долгих сомнений ему в голову пришла, наконец, одна мысль.

Он велел передать портняжке следующее: поскольку столь великому воину должно быть прискучило состояние мира, в котором ему приходится пребывать, король намерен сделать ему некое предложение.

– Клянусь честью, – заявил портняжка, – я и сам начинаю уставать от своей лености и стыдиться своей праздности. Передайте королю, что, позавтракав, я тотчас приду выслушать его распоряжения.

Однако монарха вовсе не привлекало оказаться лицом к лицу с таким страшным человеком.

Он велел передать портняжке, что тому не стоит утруждать себя визитом, а королевское предложение главнокомандующий получит у себя на дому.

И в самом деле, тот же самый придворный, который уже навещал портняжку, предстал перед ним снова.

Придворный явился, чтобы передать ему предложение короля.

Король сообщал своему главнокомандующему, что в одном из лесов его королевства, план которого он ему посылает, обитают два огромных великана, живущие только кровью и грабежами, огнем и разбоем и в итоге наносящие стране величайший ущерб.

Великаны эти внушали людям такой страх, что никто не решался проходить через этот лес, а если кто-нибудь в крайнем случае и пересекал его, то дрожал за свою жизнь до той минуты, пока не выходил из леса.

Если герой убьет этих великанов, то король отдаст ему в жены свою единственную дочь и в качестве приданого она принесет ему половину королевства.

В помощь храброму портняжке король предложил сотню конников.

– О-о! – воскликнул тот, кому было сделано такое предложение. – Вот это меня вполне устраивает! Я знаком с великанами, имел с ними дело и быстренько с ними разберусь.

Портняжка щелкнул пальцами.

– И в качестве доказательства – продолжал он, – заявляю, что ничуть не нуждаюсь в помощи сотни конников, которых предложил мне король. Я отправлюсь к великанам один, один вступлю с ними в бой и один их убью: тот, кто убивает семерых одним махом, не испугается пары великанов.

Герой отправился в путь, и, поскольку король настоял на помощи сотни конников, портняжка велел им ждать его на опушке леса:

– Оставайтесь здесь! А я отправлю на тот свет двух негодяев и, когда с ними будет покончено, возвращусь сообщить вам об этом.

Сотня конников, вполне довольных тем, что их главнокомандующий решил одолеть великанов в одиночку, спешились на опушке леса, в то время как их начальник храбро углубился в самую его чащу.

Но по мере того как портняжка все дальше продвигался в глубь леса, он замедлял шаг, опасливо поглядывая по сторонам; вскоре он увидел двух гигантов, спавших под деревом и громко храпевших.

Портняжка, которому вовсе не была свойствена бездеятельность, не стал терять ни минуты; он набил карманы камнями и вскарабкался на дерево, у подножия которого лежали его противники, а дерево, к счастью, оказалось таким ветвистым, что храбреца далеко не всякий разглядел бы среди листвы.

Поднявшись до половины высоты дерева, портняжка устроился на подходящей ветви как раз над головами спящих великанов и оттуда бросил сначала один камень, затем второй, а затем и третий прямо на глаз одного из спящих.

Первый камень великана нисколько не обеспокоил; второй – почти не обеспокоил, но третий, чуть покрупнее, вынудил его приоткрыть глаз. Гигант растолкал своего соседа и недовольно спросил:

– Что это тебе вздумалось забавляться, щекоча мне нос, пока я сплю?! Это мне досаждает.

– Тебе это мерещится, – возразил второй великан. – Я сплю сжав кулаки и даже не думаю тебя щекотать.

И они оба вновь уснули.

Тогда портняжка бросил один камень на грудь второго гиганта, затем второй, а затем третий.

– Что это значит? – спросил разбуженный гигант. – Чем тебе мешает моя грудь?

– По правде говоря, – ответил ему сосед, – мне до тебя дела не больше, чем до турецкого султана.

И великаны обменялись еще несколькими обидными репликами; но, поскольку оба испытывали усталость, они вновь уснули.

Тогда портняжка выбрал самый большой из своих камней и изо всех сил запустил его в нос первому великану.

– Ну, это уже слишком! – взревел тот и в ярости вскочил на ноги. – Уж на этот раз ты не станешь отрицать, что это твоих рук дело!

И он со всей силой навалился на приятеля, который, и сам уже пребывая в раздражении, без лишних слов дал нападавшему сдачи; и вскоре, избивая друг друга, они так разъярились, что, вырвав с корнями деревья, орудовали ими как палицами и колотили друг друга до тех пор, пока оба не упали замертво.

Портняжка тотчас же спустился со своего дерева, говоря себе:

"Редкостная удача, что они не вырвали дерево, на котором я сидел! Пришлось бы мне, как белке, перепрыгнуть на соседнее дерево. Ну да я человек проворный!"

Он извлек из ножен саблю, нанес каждому из великанов по паре глубоких ран в грудь, а затем отправился к сопровождавшим его конникам.

– Дело сделано, – сказал он им, – я отправил на тот свет двух мерзавцев; схватка оказалась жаркой, но что они могли сделать с таким человеком, как я, который убивает одним махом семерых?!

– Не ранены ли вы, генерал? – спросили конники.

– Ха! Еще чего не хватало! – ответил храбрый портняжка. – Слава Богу, они даже ни к одному моему волоску не сумели прикоснуться!

Конники не могли поверить услышанному; но по настоянию портняжки, который пошел впереди них, они въехали в лес и увидели там двух залитых кровью гигантов, вокруг которых на развороченной земле лежали вырванные с корнем деревья.

Всадники переглянулись, и взгляды их говорили:

"Проклятье! Тут, похоже, было жарко. Какой же молодец наш главнокомандующий!"

Портняжка отсек головы у обоих гигантов, приторочил их к ленчику седла и с триумфом возвратился в город в сопровождении сотни конников.

Король, узнав о возвращении портняжки от посыльного, которого тот отправил поприветствовать короля и сообщить ему о победе, направился навстречу герою и встретил его на опушке леса.

Там портняжка потребовал от монарха исполнить данное им обещание, то есть выдать за него свою дочь и отдать половину королевства. Однако король весьма сожалел об этом своем обещании, а потому заявил ему:

– Прежде чем выдать за тебя мою дочь и отдать тебе половину королевства, я повелеваю тебе совершить еще один подвиг.

– Какой? – спросил портняжка.

– В другом моем лесу, – отвечал король, – водится единорог, который причиняет там огромный вред; желаю, чтобы ты привел его живым в мой зверинец.

– Да что мне какой-то единорог! Я опасаюсь его ничуть не больше, чем двух великанов; семерых – одним махом, вот мой девиз! – воскликнул портняжка.

Он взял две веревки равной длины и телегу, запряженную двумя быками, с тем чтобы поместить туда единорога, когда тот будет пленен, и захватил с собой свою сотню конников, но не в надежде на их помощь в поимке единорога, а только ради того, чтобы они довели его до леса, где он надеялся встретить зверя.

Искать там единорога долго не пришлось.

Увидев портняжку, он устремился прямо к нему, чтобы пронзить противника рогом.

– Потише, потише, красавец! – воскликнул портняжка. – Не будем так спешить.

И он остановился, прижавшись спиной к дереву и выжидая, когда единорог окажется шагах в десяти от него, а затем проворно переместился к противоположной стороне дерева.

Мчавшийся на человека зверь вонзил свой рог в дерево так глубоко, что не смог вовремя его вытянуть, и портняжка связал ему четыре ноги двумя своими веревками.

– Ага, попалась птичка, – произнес портняжка, выходя из-за дерева.

И кончиком сабли он освободил рог из ствола дерева.