Текст книги "Оставьте тело вне войны (СИ)"

Автор книги: Сергей Шемякин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 51 страниц)

В комнату постучав, вошёл заместитель и комбат повторил ему практически слово в слово то, что сказал ему Хранитель. От себя добавил:

– Бойцам дать часовой отдых, можно лёжа. Отлучаться из расположения запрещаю. Через час построение для постановки задач, всех, кроме караула. Сержанты пусть оставят за себя заместителей.

"Молодец! И память хорошая, и головой соображает, и распоряжается уверенно! Толковый у меня дядька!"

Лейтенант ушел. Со двора послышались приглушённые команды.

– Значит, давай так, Борис! Сейчас поучимся разговаривать мысленно. Всё что хочешь мне сказать, говоришь про себя мысленно. Пробуем! Ты меня хорошо слышишь? Отвечай мысленно.

– Да хорошо! – заорало со всех сторон.

– Не старайся кричать, говори спокойно. У тебя получается, но слишком громко. Убавь энергию и желание что-то прокричать. Я тебя слышу прекрасно. Сделай свою мысленную речь тише. Давай, скажи что-нибудь.

– Глеб, а ты давно Хранителем работаешь? – раздался вполне нормальный голос.

– Хранители не работают, а служат. Ты у меня первый, раньше никогда не приходилось выступать в этой роли. Сказал мысленно хорошо, не громко и не тихо, недостаток один, всё, что ты мне говоришь, слышат все. Твой голос слышится во все стороны. Обрати внимание, мою речь ты слышишь только из того места, где я нахожусь. И кроме тебя её никто не услышит, если где-то вокруг и есть природные слышащие. Постарайся направить свою мысль именно на меня, Глеба, тогда только я и буду её слышать. Ты как бы мысленно обращаешься – "Слушай, Глеб, а что если нам выпить по пятьдесят грамм!" Пробуй!

– Слушай, Глеб, а что если нам действительно выпить по пятьдесят грамм? У меня есть ещё бутылка "Московской", – раздалось чётко в самом ухе.

– Молодец, очень хорошо сказал. Правильно. Но хранители не пьют, не едят и не спят. Мы всегда начеку, за правым плечом. А теперь я буду мысленно тебе вопросы задавать, а ты тренируйся правильно отвечать. Не напрягайся, говори свободно, а мыслеречь направляй на меня. Поехали.

– Расскажи-ка мне Боря, как укомплектован батальон.

– Батальон укомплектован личным составом на треть, фактически имеется одна рота вместо четырёх. Включая командиров в строю всего сто два человека. Специалистов по ремонту нет, я танковое училище кончал, Юрий тоже. Производственника всего два: Васильев работал на Сталинградском тракторном, четыре года, производственный мастер, а Ревякин на Челябинском тракторном, но всего год, мой земляк. Среди бойцов есть несколько слесарей, один хороший сварщик, два станочника. Остальные подай, принеси, подержи. Эвакуационный взвод хороший. Имею пять подготовленных механика водителя на танки, три на тяжёлые, два на лёгкие. Водители на машинах все с опытом. Пять человек из этого взвода приписано к тылам, подчиняются старшине. Два повара, кладовщик, конюх, плотник. Есть четыре хороших владимирских тяжеловоза, держим в конюшне полка. Тягачей всего три – "Ворошиловцы". Трактора исправны, половина моторесурса. Но танк КВ не тянут, надо двойной сцепкой таскать. Техники от штата пятьдесят процентов. Имею редкость – две машины с ремонтными мастерскими, одна на базе Газ-АА, вторая – на Зис-5. Из оружия имеем четыре винтовки, четыре нагана – у сержантов и старшины, и два ТТ – у меня и у зама. Цинк винтовочных патронов, ну и к пистолетам и револьверам по сотне на ствол. Бойцы винтовку знают, но стреляли один раз. Есть два артиллериста, воевали в финскую, стоят на должностях ремонтников орудийных систем. Есть механик-водитель танка, Михайлович Александр Иванович, тоже финскую прошёл. Танкист. Больше никто не воевал. Электриков нет, мотористов нет, связистов нет. Руководство по танку Т-34 в дивизии всего два, одно у меня. Техника танкистами не изучена, практики мало, ломают часто. Запчасти фактически не поступают, хотя заявки поданы ещё два месяца назад. Принято на ремонт двадцать два танка из них: восемь легких БТ-7, четыре тяжёлых КВ-1, остальные Т-34. Есть два бронеавтомобиля, которые уже отремонтированы. Только передать.

– Ты отдохни Борис немножко, – перебил комбата Глеб. – Поначалу мысленно говорить трудновато, можешь, если хочешь, губами шевелить. Но это на первое время. Потом втянешься. Я сам неделю тренировался, чтобы не уставать и правильно мысли направлять. И чтобы для окружающих незаметно было. У тебя в этом вопросе сейчас всё хорошо. Далеко пойдёшь. Теперь я буду излагать тебе имеющиеся сведения, а ты слушай и запоминай. Об этой информации пока никому ни звука. С командиром дивизии пойдём делиться после обеда, или ближе к вечеру, когда работы все организуем.

– Двадцать второго июня начнется война. Гитлеровская Германия нападёт на Советский Союз. Потом к ней присоединится Венгрия и Румыния. Война покатится от Балтийского до Чёрного моря. На Львовский выступ будут наступать две немецкие армии и танковая группа Клейста в восемьсот танков. Задача этой группы будет войти в прорыв и двигаться на Ровно и Киев. Немцы, естественно не пойдут в те районы, где стоят наши танковые корпуса, разведка у них работает хорошо, в отличие от нашей. Начнется чехарда, когда наши части будут пытаться перехватить немецкий танковый клин. Танки будут наматывать бесполезные километры, жечь моторесурс и просто выходить из строя, ни разу не выстрелив по врагу. Поскольку наша задача эвакуировать подбитую и сломанную технику и восстанавливать её, то первое, что нам требуется – это разведка маршрутов. Мы должны знать, на какой дороге застряли наши танки, сколько их, и какие поломки. Чтобы эвакуировать не все, а те, что можно быстро восстановить и послать в бой. Поэтому, наша задача, первое: отремонтировать как можно больше танков из числа имеющихся, до начала боевых действий. Запчасти снять с наиболее неремонтопригодных машин, ремонтировать те, где меньше работ. Второе: из числа танков Т-34 минимум на двух машинах снять башни имеющие неисправности и дефекты. Сделать два манёвренных, скоростных тягача из получившихся корпусов. Третье: сформировать минимум две разведгруппы для осмотра маршрутов прохождения колон, вооружённые, имеющие связь с местом дислокации батальона. Четвёртое: местными националистами с начала боевых действий планируется нападение внутри города на штабы, командиров, семьи военнослужащих, военные объекты и войска гарнизона. Бандеровцы стянули к Львову значительные силы, до двух тысяч человек. Активные действия начнут с началом нападения немцев. С четырьмя винтовками, мы погубим людей и ни от кого не отобьемся. Необходимо сегодня возвести две сторожевых вышки, установить на них пулемёты. Закопать пару танков для обстрела внутреннего двора и окрестностей. Фактически здесь останутся одни тылы, боевые части уйдут. И нам придётся тяжело. Пятая задача: получить вооружение для личного состава, гранаты, взрывчатку, как можно больше, чтобы взрывать не эвакуированные машины, топливо для танков и машин, продовольствие. Сделать запасы, а если получится, то и закладки на случай отступления. То есть поучаствовать в вывозе корпусных и дивизионных складов. Просто так нам ничего не дадут. Вот примерные задачи на три дня. Всё это надо выполнить к исходу 21 июня. Вопросы есть?

– Есть и много!

– Тогда давай по новой, и листок возьми, помечай.

1) Отремонтировать как можно больше танков, тех, где меньше работ.

2) С двух Т-34 снять башни, переоборудовать в тягачи. Снять со всех танков пулемёты и боеприпас – патроны и снаряды. Выдать для изучения по одному пулемёту на взвод. Остальные складировать под охраной.

3)Сформировать две разведгруппы на четырёх автомобилях. Подобрать специалистов. Запросить у командира дивизии для охраны взвод обученных пехотинцев. Два отделения отдать в группы разведки. Вооружить пулемётами. Получить средства связи и радистов при них.

4) Усилить охрану. Для чего построить сторожевые вышки по углам забора, так, чтобы забор простреливался с внешней и внутренней стороны. Вышки обшить котельным железом, при отсутствии изготовить из брёвен, обложив с внутренней стороны мешками с песком. Закопать пару танков, для возможности обстрела внутреннего двора. Танки можно закопать по углам с внешней стороны забора, тогда будем иметь возможность пушечного обстрела прилегающих районов.

5) Получить вооружение на личный состав и группы разведки, винтовки, гранаты, взрывчатку и к ней детонаторы, огнепроводный и детонирующий шнур, патроны. Обязательно осветительные и сигнальные ракеты. Получить средства радиосвязи. Провести обучение личного состава стрельбе из пулемёта, действиям в случае нападения диверсантов и бандитов, действиям в наступлении и обороне, порядку движения и наблюдения на транспорте, действиям по воздушной тревоге. Отрыть в расположении достаточное количество окопов и щелей. Часть щелей сделать перекрытыми, часть вырыть под сломанными танками. Каждому бойцу иметь в вещмешке запасные портянки, не менее сотни патронов, сухой паёк на трое суток. Старшине иметь запас обмундирования, обуви, нательного белья. Создать запас топлива в бочках и запас продовольствия на весь батальон. При необходимости запас вывезти в указанный район.

– Это, пожалуй, пока всё, готовься инструктировать людей. Причина – обострение обстановки на границе.

Г Л А В А 7

– Пан звеньевой, пан звеньевой, а с какой начнём? – спросил Панас сразу, как только закончили завтракать яишней с салом.

– А ты бы, с какой хотел?

– Я б с учителки, у ней и сиськи больше и задок потолще.

– Самое вкусное, Панас, надо оставлять на послед. Поэтому тащите сюда еврейку, только замок не забудьте назад навесить.

Хозяйственная пристройка примыкала к хате, имела свою дверь и была так же выбелена белой глиной, как и сам дом. Четырёхскатная высокая соломенная крыша была общей. Здесь имелась кладовка, чулан для инвентаря, люк в погреб и небольшой загон для животных в зимнее время. Отапливалось помещение за счет одной из стенок печи, расположенной в хате. На торце имелось одно окно, закрытое бело-голубыми ставнями. Пленниц содержали в чулане, размером полтора на полтора, выбросив оттуда весь инвентарь. Поскольку при наличии лопаты или топора, можно было вполне пробить саманную стену или сделать в земляном полу подкоп.

Рьяные хлопцы, извлекли Риву в одно мгновенье из чулана, закрыли обратно дверь и потащили несчастную девушку в хату.

– Раздевайся! – приказал Остап, когда парни поставили девчонку перед ним.

– Да пошёл ты… – начала девушка, но продолжить не смогла, содрогнувшись от мощного удара в живот и рухнув на пол.

– Разденьте её! – приказал, звеньевой.

Риву очень быстро и аккуратно раздели. Ни один деревенский не стал бы на девке рвать платье или другую одежду – они денег стоят! Библиотекарша по-прежнему продолжала лежать на полу, свернувшись калачиком.

– Показываю, как надёжно связать пленного, – сказал Остап. – Этому меня немцы в подготовительном лагере в тридцать девятом научили. Для начала бьёшь пленного под дых, он падает и скрючивается, – показал Остап на Риву, – если не скрючивается, бьёшь ещё раз сапогом в живот. Заходишь со спины и придавливаешь шею коленом. Сильно сейчас не давлю, а то эту цыплячью шейку на раз сломать можно. Достаёшь с пояса верёвку в два аршина, связываешь сначала вместе колени, притягиваешь верёвкой голову к коленям и делаешь один оборот вокруг шеи. Теперь пускаешь верёвку за спину и связываешь локти. Остался конец в две пяди. Этот конец можно привязать к дереву, ножке кровати, забору, тогда пленник никуда даже не откатится, когда придёт в себя. Всё ли понятно хлопцы!

– Всё, дядька Остап. Тогда развязывайте жидовку, а потом снова вяжите, как я показал. Каждый по разу! Шею только не сломайте.

Через пять минут приём немецкой разведки был хлопцами освоен.

– Кладите её на стол! – приказал Остап. Этот приём связывания к старикам и пожилым может быть не пригоден. Колени прижаты к груди, – показал он пальцем, – дыхание затруднено, вполне может сдохнуть, если сердце слабое. Если пленник начинает трепыхаться, то затягивает верёвку вокруг шеи. Часа два в таком виде можно держать, а то труп вместо языка можно получить. Для девок такой метод тоже подходит – все её дырочки в вашем распоряжении. Развязывай, давай Панас, что-то бледнеть стала. А ты Стефан воды принеси.

Риве прыснули на лицо воды и она очнулась. Живот болел страшно.

– Ноги ей раздвиньте, и придержите, чтоб не брыкалась.

– А вам хлопцы повезло, – вынес свой вердикт Остап, – целка она ещё никем не пробованная. Поскольку Панас и так половину села перепортил, так что или Стефан, или Петро. Решайте хлопцы, кто первым будет. Парни бросили монету – выпало Стефану.

Ривку насиловали долго, до самого обеда. Она и плевалась, и орала, и обмочилась дважды. Парни были неутомимы. Когда дело дошло до Панаса, с его здоровенным хозяйством, то она уже визжала как маленький щенок, которому тяжёлым сапогом отдавили лапу. После обеда приволокли и Марину. Баба, конечно, она была аппетитная, но как ни терзали её, только мычала и молча глотала слёзы. К вечеру мужики выдохлись

Тащите два мешка, пакуйте и несите к оврагу, – распорядился звеньевой. – Потом Петро и Панас вернётесь, а ты Стефан их пока там постережёшь. Ривку в мешок засунули на раз. Её чёрные глаза уже ни на что не реагировали, застыв в безумии. Марине, пытавшейся сопротивляться, отвесили пару оплеух.

Вернувшимся парням, Остап выдал двуручную пилу и длинное шило.

– Ты Панас, убьешь жёнку милицейскую. Попробуешь шилом работать. Я вам уже объяснял, что шилом любого часового снять можно. Левой рукой рот заткнул, а шилом ударил в сердце, глаз или в висок. Есть ещё один удар – в ухо. Если в ухо ударить, да ещё потом ваткой заткнуть, то крови не видно. Мало кто догадается, что москаль через ухо убит. Вот на бабе этой и попробуешь. Ты, Петро, берёшь пилу и жидовку клятую со Стефаном распиливаете. Ксендз проклял её чрево, так вот чрево это и отпилите. Привяжете её к бревну и развалите на две половинки. Пилу надо ставить выше пупка, чтоб кости не пилить. Пять раз дёрните, и будут из жидовки две половинки. Казнь эта для ворогов лютых и предателей, коммунистов и советских партийцев. Она врагов Украины в страх вгоняет. Тела в овраг сбросите, а завтра лопаты возьмёте и прикопаете. Инструмент не забудьте в ручье сполоснуть.

Г Л А В А 8

В одиннадцать часов 18 июня работы в ремонтно-восстановительном батальоне развернулись полным ходом. Башни с двух танков Т-34 сняли за четыре часа. На одном была неисправно пушка, на втором из-за дефекта погона, башню просто клинило. Была одна нехитрая методика, позволявшая без крана снять многотонную башню. Точнее кран был – примитивный козловый. На расстоянии примерно четырёх метров было закопано по два бревна, наклоненных друг к другу. Вершины этих брёвен соединялись металлическими скобами и толстой металлической полосой. Снизу и примерно на метр от вершины бревна, чтобы не разошлись под нагрузкой, дополнительно скреплялись 70 миллиметровым брусом. На эти два бревенчатых треугольника сверху было уложено толстое бревно, прикреплённое к «ногам» полосой и скобами. К этому бревну подвешен мощный металлический блок, удивительно напоминающий танковый каток тридцать четвёрки с проточенным пазом. От смещения металлическое основание блока удерживалось витыми проволочными диагональными растяжками. Через блок был переброшен длинный 30 метровый трос от лебёдки «Ворошиловца», имевшей тяговое усилие в двенадцать тонн. Танк задним ходом загнали под этот самодельный «кран», вывернули болты, удерживающие кольцо погона, башню опутали тросами и зацепили их за крюк тягового троса. Все разбежались подальше, и водитель тягача запустил лебёдку. Сооружение поскрипело, обещая развалиться, но свою задачу выполнило. Башня поползла вверх и закачалась на тросах, чуть клюнув в сторону пушки. Механик водитель танка тут же выехал из-под опасного многотонного груза. Бойцы шустро подтащили под башню деревянную платформу на металлических полозьях из труб и тягач пополз назад, опуская башню на тележку. Башню освободили от тросов, а платформу с грузом тут же подцепил второй «Ворошиловец» и потащил на указанное командиром место, освобождая место под краном. Бойцы работали слаженно, сержант Васильев командовал уверенно и дело спорилось.

"Хорошие тягачи! И укомплектованы, и брезент есть, и в кузов можно слона посадить или взвод гвардейцев. Скорость приличная. Да, гусеницы слабоваты, будь грунтозацепы побольше, и тяговое усилие бы возросло. Зря Борька на них жалуется, он просто других тягачей не видел. "Ворошиловцы" сейчас самые лучшие, у немцев не было ничего похожего", – подумал Глеб. – "Было бы их количество по штату, и с тридцать четвёрками заморачиваться не пришлось. Будет бой, надо будет постараться немецких танков надёргать. Подремонтируем, и нам подспорье будет, да и гаубичникам в их дивизии помочь можно будет, у них орудия нечем таскать. Дадим пяток танков немецких и пусть себе катаются, не за просто так, конечно. Да и у батальона лишние пушки и пулемёты появятся. А мужики молодцы. По неисправностям вполне профессионально прошлись. Из двадцати двух негодных планируют десяток в строй ввести за три дня и два тягача сделать. Это они здорово размахнулись. Командиру дивизии должно понравиться. Не было ни хрена, а тут – алтын! Целый десяток танков! Лишняя рота!"

Ремонтные работы кипели на всей танковой линейке. Одни разбирали машины, добывая дефицитные запчасти, другие готовили запланированные танки к ремонту. Основным инструментом были кувалды, тяжёлые молотки, ломы и монтировки. Удары по металлу раздавались беспрерывно. Большинство танков было без ящиков с ЗИПами, не поставленных заводами, так что поживиться ремонтникам было особо не чем – ни запасных частей, ни принадлежностей. А какую-нибудь копеечную резиновую прокладку или патрубок в рембате не сделаешь.

У забора копошились бойцы транспортного взвода, закапывая брёвна для возведения караульных вышек. Опоры ставили внутри периметра, планируя сделать над забором двухметровые свесы. Руководил здесь плотник, весьма довольный, что и ему нашлась важная работа.

Не снятых хозяевами танков пулемётов ДТ набралось восемь штук. Два из них предстояло вернуть с отремонтированными машинами. Но шесть числились официально за батальоном (в акте приема-передачи техники на ремонт). Диски тоже были в комплекте, набитые патронами. Борис просто цвёл от наличия нежданно-негаданно появившегося серьёзного вооружения. Глеб предложил ему выставить пару БТ с неисправной ходовой на позиции, чтобы можно было обстреливать всю территорию части.

"Борис, ты не смотри, что там весь парк танками заполнен. Приказ дадут, и они все по тревоге уйдут, и в расположении пусто будет. А здесь до ворот примерно километр. Из винтовки и даже пулемёта не больно достанешь. А из сорокапятки в самый раз! Тем более у тебя два артиллериста есть!" Командир согласился. Места установки танков обсудили, и тягачи перетащили два БТ-7, с разрушенной подвеской катков, к местам позиций. Снаряды перед ремонтом экипажи должны были выгружать и сдавать на склад, но ремонтники на это особо не напирали, поскольку имели специально отрытое и оборудованное стеллажами место для хранения боеприпасов, поэтому штук сорок снарядов на ствол нашлось.

В общем, в батальоне всё складывалось нормально. Народ озадачен, работы идут. Кое-где, по утверждённому плану уже начали рыть щели и окопы. Сварщик уже закрыл отверстия от снятых башен в корпусах тридцать четвёрок шестимиллиметровыми квадратными листами. В один лист даже врезал люк от БТ, неизвестного происхождения. Кресла командира танка и заряжающего опустили и переварили. Теперь в изготовленном тягаче вполне помещался экипаж из четырёх человек. Имевший на вооружении пулемёт, и штатные средства связи.

На обед старшина, как и приказывали, расстарался. Гречневая каша была пополам с тушёнкой. Чай духовитый, и каждому бойцу выдали кусок белого хлеба с маслом. Ржаного то было полно.

– Борис, а у тебя сколько полевых кухонь? – мысленно спросил Глеб, пока командир уплетал кашу из котелка.

– Две! Хотя по штату четыре. Одна в наличии, вторая пока, за ненадобностью, на складе дивизионном стоит, – ответил так же мысленно старший лейтенант.

– Дай распоряжение, чтобы старшина вторую получил, и привёл в готовность к эксплуатации. Смазку убрали, промыли, прокипятили и прочее. Для чего? Объясняю! Во-первых, резерв на случай боевых действий. Во-вторых, у тебя мощное транспортное обеспечение – 17 автомобилей и три тягача. И ещё чем-нибудь после начала войны разживёмся. На этот транспорт ты можешь посадить в два раза больше людей, чем у тебя есть. Когда наши части будут отступать, посадишь к себе роту бойцов. Тебе будет вооружённая защита, им – средство передвижения. Да и ваших штабных и тыловиков наверняка прибьётся не один десяток. Кладовщики, они тоже жить хотят. Под это дело можно с них что-то нужное выбить. Гранаты, патроны, топливо, спирт, курево, медикаменты, бинты и так далее.

– Это ты толково предложил! – сказал Борис, замедлив пережёвывание каши, и впав в задумчивость. До него только сейчас стала доходить масштабность надвигающейся беды.

– Ты ешь, ешь! После обеда дашь бойцам перекурить, построишь. Похвалишь за ударный труд, объявишь пару благодарностей. Поставишь задачи, и пойдём бумагу командиру дивизии писать. Кстати бойцу на шлагбауме, дай команду посторонних в расположение части не пускать. Связь с КПП есть?

– Нет, но я дам команду и полевой телефон за час проведут.

– И повязку красную пусть ему сделают в соответствии с уставом.

Борис покраснел, это было его упущение. Мелочь, а неприятно.

– Тебе сейчас надо всем показать, что ОРВБ – отдельная часть, и подчиняется только командиру дивизии. Остальные пусть идут лесом. Поскольку в трудных ситуациях всегда появляется масса руководящих засранцев, желающих воспользоваться чужим трудом, людьми и имуществом. Таких, надо сразу ставить на место, словом или силой оружия, невзирая на количество звёзд на погонах. Ты – командир отдельной части, а это много! Кстати, а как у тебя почерк?

– Не блещет, штатный писарь всегда переписывает важные документы.

– Писарь, это тот, который в канцелярии сидит?

– Да. Маэстро очень толковый боец из счетоводов, штабные бумаги все на нём.

– Единственный боец при штабе, писарь, да ещё толковый, х-м! – хмыкнул Глеб. – Значит, наверняка, стучит особисту на офицеров и сержантов.

– Какому особисту?

– Ну, в твоем случае в особый отдел дивизии, не знаю, сколько там офицеров. А может и самому начальнику.

– Думаешь, я на подозрении?

– Да нет, что ты. Просто это обычная практика получения информации об обстановке в части. А в твоём штабе, состоящем из писаря, больше получить информацию не у кого. У него, кстати, очень необычное прозвище, музыкант что ли?

– Музыкант и не простой! Победитель районных и областных конкурсов баянистов. Играет так, что весь батальон только рты открывает. Полный псевдоним Маэстро Синий. Это он заработал от одного районного клубного администратора. Тот говорит, что за афиша: играет Марк Синицын, напишу Маэстро Синий. Он его так и объявил: Играет Маэстро Синий! Всем вам известный Марк Синицын! Неоднократный победитель музыкальных конкурсов баянистов. Так и повелось.

– Хорошо, убедил! Используем красивый почерк товарища Маэстро. Я буду диктовать тебе мысленно документ, ты диктовать его писарю, а тот писать. Но подписку о неразглашении с него придётся взять. Документ категории совершенно секретно.

Построение после обеда заняло полчаса. Командир ОРВБ поблагодарил бойцов, объявил благодарности с занесением в карточку поощрений и взысканий, поставил задачи и назначил сроки выполнения. По докладам два танка уже восстановили.

Потом пошли писать доклад, оставив лейтенанта Лукьяненко на хозяйстве. Дверь домика закрыли, Маэстро пригласили в комнату командира с бумагой и писчими принадлежностями.

– Товарищ ефрейтор, это правда, что вы стучите на меня и командиров нашего батальона в особый отдел дивизии?

– Да, – еле слышно выдохнул Синицын, понурив голову. – Но мне приказал майор Лизин, и деваться мне было некуда. Хожу в штаб, раз в неделю сообщаю устно о том, что у нас творится. Но я же не дурак, всё подряд рассказывать.

– Вот это правильный подход, Синицын. Одобряю. Задачи батальону на утреннем построении ты слышал, работы предстоит много и в сжатые сроки. Сейчас будем составлять сов. секретный документ.

Бери лист бумаги и пиши: Расписка о неразглашении. Ниже: Я, писарь войсковой части 9810, Синицын Марк Анатольевич, обязуюсь ни единому лицу не разглашать ставшие мне известными при переписке совершенно секретные сведения. В случае разглашения, предупреждён, что буду расстрелян без суда и следствия. Дата: 18.06.1941 г. Подпись: ефрейтор Синицын М.А.

Михайлов взял листок, помахал в воздухе, чтоб быстрей высохли чернила и сказал:

– Имей в виду, Маэстро, "ни единому лицу", это и особиста касается, и любого военного или гражданского. Это понятно?

– Да, товарищ старший лейтенант.

– Теперь пиши сам документ. В верхнем углу: лист 1. Ниже, тоже в углу: Совершенно секретно. Строчку отступи и с красной строки: Только Командующим 5-й и 6-й армии КОВО, командирам в должности не ниже командира дивизии с обязательной подпиской о неразглашении. С обязательной регистрацией количества размноженных копий, распиской об ознакомлении с документом лиц допущенных решением командующих армий. Копии подлежат уничтожению не позднее 27.06.1941 г. Оригинал, с соблюдением мер секретности, может быть направлен Верховному Главнокомандующего.

Пиши красиво, Маэстро! Может быть, сам товарищ Сталин читать будет!

Две строчки отступаешь, и дальше с красной строки пишешь текст:

По специальному каналу из источника, заслуживающего абсолютного доверия, получена информация о нападении Гитлеровской Германии на Советский Союз 22 июня 1941 года по всей линии границ.

Время нападения с 4.00 до 4.30, отличное на различных участках. На советско-германском фронте сформированы три немецких ударные группы армий: "Север", "Центр" и "Юг". Группа Север наносит удар по Прибалтийским республикам, планируя захват Ленинграда во взаимодействии с финскими войсками. Группа Центр, как самая мощная группировка, планирует разгром советских войск в Белоруссии, захват Минска и наступление на Москву. Будет оказывать помощь группам Север и Юг в окружении группировок советских войск. Группа Юг ведёт наступление на Киев, Ростов-на-Дону, Одессу, Севастополь.

22 июня в войну вступит Румыния. Боевые действия начнёт 1–2 июля в составе 3-й и 4-й армии численность 220 тысяч человек. 28 июня в войну после провокации с бомбардировкой самолетами без опознавательных знаков вступит Венгрия – пять бригад численность 40 тысяч человек.

В состав группы Юг немцев входят три армии: 6-я, 17-я, 11-я и 1-я танковая группа. 11-я армия ожидает вступления в войну союзников – венгров и румын, которые будут действовать совместно, под руководством немцев. Боевые действия с 22 июня поведут 6-я армия Рейхенау, 17-я армия Штюльпнавеля и 1-я танковая группа Клейста.

Состав 6-й армии: 17-й и 44-й армейские корпуса, куда входят 14 дивизий: пехотные – 9, 44, 56, 57, 62, 75, 111, 168,262, 297, 298, 299; лёгкопехотная – 99-я, охранная – 213-я.

Состав 17-й армии: 4-й и 52-й армейские корпуса, 49-й горный корпус. Резерв: 97-я и 100-я легкопехотные дивизии. 4-й АК: 5 – пехотных дивизий – 24, 71, 262, 295, 296. Придан 243-й дивизион штурмовых орудий. 52-й АК: 101-я лпд, 444 и 454-я охранные дивизии. 49-й ГК: 1-я горная дивизия, 68-я и 257-я пд.

Состав 1-й танковой группы: четыре армейских корпуса и 16-я моторизованная дивизия в резерве. Придана 311-я артиллерийская дивизия. 3-й АК (13 и14-я танковая дивизии, 25-я моторизованная), 14-й АК (9-я тд, моторизованные дивизии СС "Викинг" и "Адольф Гитлер"), 48-й АК (11 и 16 тд, 25 пд), 29-й АК (229 и 4 пд). На вооружении пяти танковых дивизий немцев имеется 800 танков: Т-2 (20мм пушка) -217шт, командирских танков -65шт, Т-3 (пушка 37мм) – 162шт, Т-3 (пушка 50мм) – 255шт, Т-4 (пушка 75 мм) – 100шт.

Сосредоточив значительные силы на Сокальском выступе, прорвав оборону укрепрайонов силами пехотных частей, немцы планируют нанести удар 1-й танковой группой в направлении Сокаль, Берестечко, Дубно, (дополнительно Владимир-Волынский, Луцк), далее Ровно, Житомир, Киев, обойдя Киевский укрепрайон с южной стороны. При этом выдавить части советских войск с Львовского выступа южнее, с последующим окружением (после вступления в войну 11-й армии и союзников) и уничтожением. Следует иметь в виду, что пехотные части немцев имеют численное превосходство в три раза, а слабо обученные танковые части советских механизированных корпусов не умеют атаковать пехоту, поддержанную артиллерией и авиацией. Имеются части пехоты, обкатанные танками и обученные противостоять танковым атакам (например, егеря 1-й гд).

В связи с ограниченностью моторесурса огромное значение приобретает правильное маневрирование мехкорпусами. Проведение маршей в районы сосредоточения, в направлении противника без точной разведки его местоположения, ведёт в результате поломок к массовому выходу из строя танков и уничтожению мехкорпусов без боевого соприкосновения. Пятикратное численное превосходство в танках может быть растеряно за пять дней бесцельных манёвров. Отступление мехкорпусов в тыл бессмысленно, ибо марш в пятьсот километров выводит 90 % танков из строя. Выгоднее оставить их в окружении в жёсткой обороне (при наличии топлива и боеприпасов), что оттянет значительные силы немцев для их блокирования и скуёт наступательные действия на длительное время.

Танки КВ практически не доступны для танковых пушек и противотанковой артиллерии немцев. При организации и наличии хорошей разведки, имеется уникальная возможность в течение первой недели войны обороной тяжёлыми танками и пехотой остановить группу Клейста и разгромить её в зоне Львовского выступа, скрытно подтянув нужные части до начала боевых действий. Поскольку в районе Венгерской границы отсутствуют немецкие части, часть сил можно перебросить оттуда, вернув их после 25 июня на место.

Расположение германских войск вдоль границы на начало боевых действий от Ковеля до Перемышля следующее: пехотные дивизии – 56-я (севернее Ковеля), 62-я (Ковель), 298-я и 44-я (Владимир-Волынский). На Сокальском выступе: 168-я, 299-я, 111-я, 75-я, 57-я (Сокаль, на Берестечко), 297-я (на Радзехов), 9-я, 262-я, 296-я, 24-я (Рава-Русская), 295-я, 97-я лпд (на Магеров), 71-я (на Немиров), 1-я горнострелковая (на Любачев), 68-я (на Яворов), 257-я (на Судова Вишня), 101-я лпд (Перемышль). Всем частям ставится задача по захвату целыми мостов: пример – 257-й пд – мост на шоссе Радымно-Краковец, 101-я лпд – мосты в районе Перемышля.