Текст книги "История Карелии с древнейших времен до наших дней"

Автор книги: Николай Кораблёв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 76 (всего у книги 83 страниц)

Окончательный вариант Декларации, принятый Верховным Советом КАССР, существенно отличался от проекта Конституционной комиссии. В него не вошло положение о том, что «законодательством Карельской АССР гарантируется представительство карельского, финского и вепсского народов в органах государственной власти республики». Его заменили гарантией возрождения национальной самобытности коренных народов и свободного национального и культурного развития всех народов Карелии. Появился отсутствовавший в проекте раздел, посвященный местным Советам. Положение проекта о праве Карелии на выход из состава СССР и РСФСР сформулировано не столь категорично: «Карельская АССР заявляет о своем праве на изменение государственного статуса...» В то же время провозглашалось право Верховного Совета КАССР приостанавливать действие законов и других актов органов государственной власти и управления РСФСР и СССР, выходящих за рамки добровольно передаваемых полномочий, либо ущемляющих права и интересы народов Карелии. Декларация о государственном суверенитете Карельской АССР оставляла открытым вопрос о национальном характере государственности республики. Он не был ни отвергнут, ни подкреплен какими-либо правовыми механизмами.

Верховный Совет КАССР рассматривал Декларацию о государственном суверенитете Карельской АССР как основу для разработки новой Конституции республики, заключения Союзного и Федеративного договоров. На той же сессии он сформировал делегацию Карельской АССР для участия в подготовке и подписании этих документов. 21 декабря 1990 г. Верховный Совет КАССР одобрил основные принципы проекта Союзного договора, вынесенного на рассмотрение IV Съезда народных депутатов СССР, предложив Верховному Совету РСФСР ускорить процесс согласования интересов и полномочий с Союзом ССР, суверенными республиками по подписанию Союзного договора, активизировать работу по подготовке Федеративного договора.

21 марта 1991 г. состоялся референдум о судьбе СССР. В нем приняло участие 75,8% избирателей республики. 76% из них проголосовало за сохранение Советского Союза, 22,2% – против. В состоявшемся одновременно российском референдуме участвовало 76,2% избирателей, из них 61,1% проголосовали за введение поста Президента РСФСР, 33,8% – против.

Продолжая политическую линию, закрепленную в Декларации о государственном суверенитете, Верховный Совет КАССР одобрил проект Союзного договора, разработанный с участием представителей республик. Проект Федеративного договора одобрения не получил. Депутаты постановили решить вопрос о его подписании после доработки с участием субъектов федерации. Они предлагали «закрепить за субъектами федерации право самостоятельно решать вопросы владения, пользования и распоряжения землей, недрами и другими природными ресурсами на своей территории. Республикам, входящим в РСФСР, на основании Федеративного договора должно быть предоставлено право выхода из федерации в порядке, установленном участниками договора».

26 марта 1991 г. вносятся изменения в Конституцию Карельской АССР. Новая редакция статьи 11 предусматривала, что «земля, ее недра, ресурсы континентального шельфа, растительный и животный мир в их естественном состоянии, памятники истории и культуры являются собственностью народа Карельской АССР и основой экономического суверенитета». Статью 104 дополнили пунктом 6, дающим республике право опротестовывать решения органов государственного управления СССР и РСФСР, нарушающие установленные законом права республики.

В январе 1991 г. объединенная сессия Шелтозерского, Шокшинского и Рыборецкого сельских Советов Прионежского района предложила включить в повестку дня очередной сессии Верховного Совета республики обсуждение законопроекта о национальных районах и национальных сельских Советах. Верховный Совет КАССР на своей 6-й сессии действительно рассмотрел проект закона «О правовом статусе национального районного, поселкового и сельского Советов народных депутатов», но депутаты его отклонили и отправили на доработку. Многие депутаты вообще не были убеждены в необходимости его принятия.

Тем не менее под давлением общественного мнения в марте 1991 г. Верховный Совет Карелии следующим образом сформулировал 71 статью Конституции республики: «Карельская АССР определяет свое районное деление и решает иные вопросы административно-территориального устройства республики в соответствии с законодательством. В Карельской АССР могут быть образованы национальные административно-территориальные единицы (национальные районы, национальные поселковые и сельские Советы)». Теперь открывались возможности для практических шагов по созданию национально-административных единиц. 12 июня 1991 г. в Калевальском районе состоялся референдум о придании району статуса национального. Подавляющее большинство принявших участие в голосовании поддержали эту идею.

Республиканский съезд представителей карелов в июне 1991 г. заявил о необходимости отказаться от статуса автономной республики. Он выступил за провозглашение Карельской республики в составе РСФСР, за создание на этнической территории карелов их национальных образований, за то, чтобы карельскому языку был придан статус государственного и т. д. Возможно, что именно решения съезда представителей карелов повлияли на депутатов Верховного Совета КАССР, которые в июле 1991 г. все же приняли в первом чтении, хотя и с перевесом всего в один голос, законопроект «О правовом статусе национального поселка, национального сельсовета КАССР».

4 июля 1991 г. Верховный Совет Карельской АССР принял решение об участии в подписании Договора о Союзе суверенных государств в составе РСФСР. В состав делегации Карелии вошел представитель Совета уполномоченных республиканского съезда представителей карелов. Однако работа над этим документом, как и подписание нового Союзного договора, была сорвана событиями августа 1991 г.

События августа 1991 г. в Карелии

После объявления о переходе президентских полномочий к Г. И. Янаеву, создания ГКЧП и введения чрезвычайного положения в отдельных регионах страны республиканские органы власти заняли пассивную, выжидательную позицию. Президиум Верховного Совета КАССР 19 августа собирался дважды, но оба раза не принял никаких решений из-за отсутствия кворума. Удалось лишь образовать инициативную депутатскую группу для подготовки заседания Президиума и сессии Верховного Совета КАССР.

В то же время демократические движения и организации немедленно и решительно выступили против действий ГКЧП, заявили о поддержке действий российского руководства и призвали население республики к акциям гражданского неповиновения. Такой же была позиция Петрозаводского городского Совета народных депутатов. Президиум Петрозаводского горсовета 19 августа принял постановление «О политической ситуации в стране», в котором заявил о незаконности действий ГКЧП и подчинении только решениям российского руководства в лице Президента, Верховного Совета и Совета Министров РСФСР. Членам президиума и депутатам горсовета было поручено выйти в трудовые коллективы, на предприятия и организации города для разъяснения ситуации и контроля исполнения решений органов государственной власти и управления РСФСР. Президиум призвал предприятия и организации города, обеспечивающие его жизнедеятельность, отказаться от забастовок, ограничившись другими политическими формами протеста.

Президиум Петрозаводского горсовета принял также обращение к жителям Петрозаводска, в котором предельно четко обозначил свою оценку происходящих событий: «Мы... выражаем решительный протест против попытки антиконституционного дворцового переворота и требуем восстановления законной, избранной народом власти. Келейное объявление инициатора перестройки и демократических реформ, избранного Съездом народных депутатов Президента страны М. С. Горбачева, якобы недееспособным, причем со стороны лиц, узурпирующих президентскую власть, является неслыханным произволом, попранием конституционных норм, надругательством над волей народа и здравым смыслом. Стремящиеся использовать в своих корыстных политических целях аппарат подавления руководители заговора должны немедленно уйти со своих постов, склонив голову перед волей народа, и понести заслуженное наказание».

В своем обращении президиум горсовета указал Верховному Совету КАССР, сотрудникам КГБ и МВД КАССР, военнослужащим Петрозаводского гарнизона на необходимость выполнения указов Б. Ельцина. Обращаясь к петрозаводчанам, президиум призвал их принять участие в политических акциях протеста вплоть до забастовок (за исключением предприятий и организаций, обеспечивающих жизнедеятельность города). Руководители города и группа депутатов горсовета заявили о выходе из КПСС.

19 августа 1991 г. состоялось совместное заседание Петрозаводского отделения СДПР, Координационного совета НФК, оргкомитета «Демократического союза» г. Петрозаводска, Координационного совета движения «Демократическая Россия» в Карелии, Карельского республиканского отделения Демократической партии России и Координационного совета Ассоциации «зеленых» Карелии. Было принято два документа, адресованных Верховному Совету КАССР. В первом говорилось о возмущении действиями ГКЧП и необходимости «дать населению недвусмысленный ответ – чью власть признает Президиум ВС КАССР и СМ КАССР на территории Карелии... собирается ли Президиум ВС КАССР и СМ КАССР добиваться ясности в вопросе о состоянии здоровья М. С. Горбачева или безропотно признать Г. И. Янаева в качестве исполняющего обязанности Президента СССР. Требуем незамедлительно дать населению Карелии ответ о своей позиции через все средства массовой информации. Промедление с ответом может внести смуту и спровоцировать беспорядки». Во втором документе содержалось требование дать развернутое разъяснение правительственного сообщения об отстранении М. С. Горбачева от власти и образовании ГКЧП.

В телеграмме, адресованной Б. Н. Ельцину, демократические организации республики заявляли о своей верности российским властям и «готовности выполнять распоряжения этой власти и отстаивать ее любыми ненасильственными методами, вплоть до организации кампании гражданского неповиновения самозваному Государственному комитету по чрезвычайному положению и тем государственным, муниципальным и хозяйственным органам, которые возьмут на себя черное дело проведения в жизнь его антинародной политической линии».

Карельское радио передавало распоряжения российского руководства. По телевидению выступил Председатель Совета Министров КАССР С. П. Блинников, заявивший о поддержке действий органов государственной власти и управления РСФСР. В столице республики состоялся митинг протеста, собравший несколько тысяч человек. Газеты «Ленинская правда» и «Неувосто-Карьяла» 20 августа опубликовали без комментариев документы ГКЧП, а в последующие дни стремились объективно информировать население о ситуации в стране и в республике, о решениях российского руководства.

После обострения обстановки в Москве в ночь с 20 на 21 августа президиум Петрозаводского горсовета 21 августа 1991 г. принял постановление «Об обострении политического положения в стране», в котором объявил 22 августа днем траура в Петрозаводске, объявил набор в добровольную народную дружину, запретил реализацию спиртных напитков, призвал трудовые коллективы города к политической забастовке, в очередной раз обратился к Верховному Совету КАССР с требованием поддержать законно избранные органы государственной власти СССР и РСФСР. В тот же день МВД и КГБ КАССР заявили о подчинении распоряжениям российских властей. Сотрудники МВД были отозваны из отпусков. Военные продолжали отмалчиваться.

Только 21 августа 1991 г. собрался на заседание Президиум Верховного Совета КАССР. Он не поддержал требования группы депутатов выступить с категорическим осуждением действий ГКЧП, подверг критике действия Петрозаводского горсовета, Карельского телевидения и радио. Первый заместитель Председателя Верховного Совета КАССР И. П. Александров категорически потребовал от президиума Петрозаводского горсовета ни в коем случае не исполнять призыва Б. Ельцина к политической забастовке. Тем не менее в принятом постановлении «О политической обстановке в стране» Президиум Верховного Совета КАССР объявил создание ГКЧП и введение чрезвычайного положения в отдельных местностях СССР незаконным, а указы исполняющего обязанности Президента СССР Г. И. Янаева не имеющими силы и не подлежащими исполнению органами исполнительной власти и должностными лицами. Президиум Верховного Совета КАССР подтвердил, что вся полнота власти на территории Карелии принадлежит законно избранным органам власти, призвал жителей республики сохранять выдержку, благоразумие, поддерживать дисциплину и правопорядок, не поддаваться на возможные провокации, воздержаться от проведения забастовок и несанкционированных митингов.

Одновременно было принято обращение к Верховному Совету СССР, в котором, в частности, говорилось: «Президиум Верховного Совета КАССР настаивает на том, чтобы Верховный Совет СССР дал принципиальную оценку деятельности государственных должностных лиц, объявивших себя Государственным комитетом по чрезвычайному положению в СССР, распустил этот комитет, отменил указы исполняющего обязанности Президента и освободил от занимаемых должностей лиц, дестабилизировавших обстановку в стране... Мы обращаемся с требованием повторно назначить дату подписания Союзного договора».

23 августа 1991 г. состоялась внеочередная сессия Верховного Совета КАССР. В начале заседания группа депутатов выразила недоверие Председателю Верховного Совета республики В. Н. Степанову и его первому заместителю И. П. Александрову и предложила включить в повестку дня вопрос об отзыве их с должностей. Но это предложение было отклонено. В. Н. Степанов проинформировал депутатов о действиях руководства Верховного Совета в период кризиса и, в частности, заявил о приостановлении своего членства в составе Политбюро ЦК РКП до выявления четкой позиции руководства Компартии России. Верховный Совет КАССР поддержал действия российского руководства и согласился с постановлением Президиума Верховного Совета КАССР от 21 августа 1991 г. Президиуму Верховного Совета поручалось сформировать комиссию для оценки действий руководителей КГБ, МВД, органов связи, местных советов и их исполкомов. Прокуратуре предлагалось провести проверку деятельности общественно-политических организаций по имевшимся фактам поддержки попытки государственного переворота. По оценке депутатов, «Президиум Верховного Совета Карельской АССР проявил медлительность в оценке положения и созыве внеочередной сессии Верховного Совета республики, что явилось следствием позиции выжидания со стороны руководства Президиума Верховного Совета Карельской АССР т. Степанова В. Н. и Александрова И. П.»

В конце августа – начале сентября 1991 г. состоялись сессии местных Советов республики, обсудившие политическую ситуацию. Они осудили попытку государственного переворота и поддержали действия президентов М. Горбачева и Б. Ельцина по ликвидации ее последствий. Кроме того, Петрозаводский и Костомукшский Советы народных депутатов выразили недоверие Президиуму, Председателю Верховного Совета КАССР В. Н. Степанову и его первому заместителю И. П. Александрову. В связи с этим Президиум Верховного Совета вынес на рассмотрение очередной сессии вопрос о доверии себе. Но для вынесения вотума недоверия не хватило голосов.

26 августа 1991 г. Президиум Верховного Совета КАССР приостановил деятельность органов и организаций Коммунистической партии РСФСР на территории Карельской АССР, а 29 августа постановил: «объявить государственной собственностью Карельской АССР все принадлежащие КПСС и Коммунистической партии РСФСР и находящееся на территории Карельской АССР недвижимое и движимое имущество, включая денежные средства в рублях и иностранной валюте, помещенные в банках, страховых, акционерных обществах, фондах, совместных предприятиях и иных учреждениях и организациях». 13 ноября 1991 г. Верховным Советом было принято решение «именовать Карельскую Автономную Советскую Социалистическую Республику Республикой Карелия».

После августа 1991 г. политическая ситуация в стране в целом и в Карелии в частности начала стремительно меняться. Власть окончательно перешла в руки государственных органов. Коммунистическая партия прекратила свое существование в ее традиционной полугосударственной форме. Произошел отказ от попыток реформирования социализма и был сделан выбор в пользу перехода к рыночной экономике и демократической политической системе западного типа. Начался новый этап в истории России.

2. РАЗВИТИЕ ЭКОНОМИКИ

Особое внимание руководство страны уделяло развитию военно-промышленного комплекса, энергетики, сельского хозяйства; ставилась задача дальнейшего освоения Сибири. Благоприятная конъюнктура внешнего рынка способствовала притоку в СССР «нефтедолларов». За счет экспорта невосполнимых природных ресурсов разворачивались гигантские стройки, возводились новые предприятия, что создавало видимость благополучия. Реформаторские действия, однако, были поверхностны и носили чисто косметический характер. Таким образом уже к началу 1980-х гг. неэффективность попыток ограниченного реформирования системы стала очевидна. В стране явственно обозначились признаки кризиса.

Промышленность и транспорт

Экономика Карелии вступала в 1970-е гг. в условиях сложной демографической ситуации. Напряженность с трудовыми ресурсами приобретала хронический характер. Традиционные источники привлечения кадров были исчерпаны. Массовое вовлечение женщин в производство завершилось в 1960-х гг.; достигшие трудоспособного возраста новые молодые поколения были малочисленны. Усиливался отрыв Карелии от многих регионов страны по уровню развития социальной инфраструктуры, что делало республику менее привлекательной для мигрантов. Таким образом, возможности развития экономики за счет привлечения дополнительных рабочих рук были ограничены. Руководство республики осознавало, что в этих обстоятельствах особое внимание следует уделить механизации и автоматизации производства, внедрению достижений научно-технического прогресса, отдать приоритет развитию отраслей, определяющих технический прогресс: машиностроению (в том числе станкостроению, электронике, радиотехнике и приборостроению) и электроэнергетике. Это имело немаловажное значение и для преодоления одностороннего развития промышленности Карелии, где преобладали отрасли, связанные с заготовкой и переработкой леса.

В 1970-х – первой половине 1980-х гг. в республике появились новые промышленные предприятия, среди которых Подужемская и Юшкозерская ГЭС, Костомукшский горно-обогатительный комбинат, радиозавод, Петрозаводская ТЭЦ, комбинат строительных конструкций и завод по производству шунгизитового гравия в Петрозаводске, камнеобрабатывающий и шунгизитовые заводы в Кондопоге, Медвежьегорский канифольно-экстракционный завод и др.

На строительстве Подужемской ГЭС

За 1971—1985 гг. объем промышленного производства вырос в 1,8 раза. Однако этот рост был достигнут главным образом за счет увеличивавшихся из года в год инвестиций. Темпы прироста стоимости основных фондов (сооружений, оборудования, механизмов и т. д.), достигли к началу 1980-х гг. 10-12 % ежегодно. Но затраченные средства не давали желаемого результата. Сохранялась сформировавшаяся еще в 60-е гг. устойчивая тенденция к снижению фондоотдачи. В 1976– 1985 гг. при росте фондовооруженности в 2,5 раза фондоотдача снизилась в 2,3 раза. Средства, направлявшиеся на развитие промышленности, распределялись по ведомственным каналам. Министерства предпочитали вкладывать их в строительство, а не в переоснащение действующих предприятий. Структура капиталовложений была нерациональной: львиная доля средств шла на новостройки и расширение производства и лишь 3-5% – на его реконструкцию.

Важнейший интегральный показатель эффективности общественного производства – производительность труда – во всех отраслях промышленности Карелии рос медленнее, чем в целом по стране. Кроме того, темпы его роста более чем в два раза отставали от роста фондовооруженности. Руководство отраслей, партийные и хозяйственные органы республики оказались не в силах переломить эту негативную тенденцию.

Особенно неблагоприятное положение сложилось в промышленности во второй половине 1970-х гг. и, начиная с 1976 г., планы развития стали корректироваться в сторону уменьшения. Несмотря на это, многие предприятия не справлялись с планами реализации продукции. Доля таковых в промышленности Карелии даже возрастала. В 1978-1981 гг. рост выпуска продукции заметно уменьшился – темпы прироста составили всего лишь 1% в год. В начале 1980-х гг. наблюдалось их увеличение до 6-7%. Но это кратковременное явление объяснялось в значительной мере началом работы Костомукшского ГОКа. Без его учета прирост выпуска продукции составил бы всего 19% (вместо 30%), стоимости фондов – 32% (вместо 75%).

Отдельные отрасли промышленности Карелии развивались неравномерно. В 1970-х гг. устойчиво высокие темпы наблюдались в машиностроении, выше среднего уровня оказался прирост производства в горнорудной и целлюлозно-бумажной промышленности, в то же время уменьшили объемы производства лесозаготовительная и деревообрабатывающая промышленность. Именно эти пять отраслей определяли в основном динамику развития промышленности. В 1980-х гг. наибольшее развитие получили такие фондоемкие отрасли, как добыча железной руды, целлюлозно-бумажная промышленность, электроэнергетика, промышленность строительных материалов, машиностроение и металлообработка.

Трудности в промышленности усугублялись хроническим отставанием капитального строительства, связанным с дефицитом рабочей силы, недостаточной мощностью подрядных организаций, разбросанностью объектов по территории республики и удаленностью многих из них от основных строительных баз. Систематически росла численность незавершенных строительных объектов: если в 1975 г. их было 1633, то четыре года спустя – уже 1943 объекта. Ситуация практически не изменилась и в 1980-х гг. Нормативные сроки строительства нарушались, многие объекты приобретали характер долгостроя. На рубеже 1980-1990-х гг. средний срок строительства промышленных объектов составлял 29 лет. К этому времени было законсервировано 133 объекта и 19 строек с технической готовностью 70%. В то же время планировалось начать 414 новых объектов.

В промышленности стройматериалов к середине 1980-х гг. насчитывалось около 130 предприятий и производств, выпускающих достаточно широкий ассортимент продукции, перечень только основных видов которой включал более 35 наименований. При этом большинство предприятий имели физически и морально изношенное оборудование, а выпускаемая ими продукция – многочисленные отклонения от требований ГОСТа. Практически отсутствовали безотходные технологии, не использовалось вторичное сырье и промышленные отходы. Технически отсталая отрасль не обеспечивала все внутриреспубликанские потребности в строительных материалах, даже камень завозили в Карелию из Узбекистана и Свердловской области. Отставание капитального строительства сдерживало структурные изменения в промышленности.

Одной из наиболее технически оснащенных отраслей промышленности республики оставалась электроэнергетика. К концу 1970-х гг. в ней имелось два комплексно-механизированных предприятия и пять автоматизированных. Весной 1975 г. на р. Кемь близ поселка Авнепорог приступили к сооружению Кривопорожской ГЭС мощностью 180 тыс. киловатт – самой крупной и самой экономичной по расчетам специалистов электростанции Кемского каскада. Но строилась она, как, впрочем, и другие, составлявшие каскад, крайне медленно и была введена в эксплуатацию лишь в 1991 г. Потребности республики в электроэнергии по-прежнему не удовлетворялись. За 1970-1980-е гг. дефицит электроэнергии вырос в два раза и частично компенсировался за счет перетоков из соседних областей – Ленинградской и Мурманской. К началу 1980-х гг. сложился непокрываемый дефицит электрических мощностей в 120-150 мегаватт. К концу 1980-х – началу 1990-х гг. уже свыше половины потребности республики в электроэнергии покрывалось за счет Кольской и Ленинградской энергосистем. Потребление электроэнергии из-за преобладания энергоемких отраслей было значительно выше, чем в любой европейской стране и в России в целом. Из-за необеспеченности энергоресурсами стало сдерживаться освоение природных богатств республики, развитие ее производительных сил. В ряде городов и рабочих поселков в зимний период предприятия находились на «голодном пайке», снижали использование производственных мощностей.

Продукция машиностроения соответствовала особенностям народного хозяйства республики. Крупнейшие предприятия этой отрасли – Онежский тракторный завод, рением рынке рекламации получали лишь 2-3 трактора из каждой тысячи. Но на внешнем рынке тракторы ОТЗ не пользовались большим спросом. К тому же из каждой тысячи машин, отправленных на экспорт в социалистические страны, возвращалось на доработку 30-35 штук. Капиталистические страны и вовсе не покупали продукцию предприятия, так как гусеничные тракторы там практически не использовались из-за наносимого ими ущерба природе.

Стотысячный трактор ОТЗ. Март 1972 г.

В начале десятилетия был введен ряд цехов на второй промплощадке. К этому времени оборудование завода было на 65,5% морально устаревшим. Чтобы реконструировать завод, при имевшихся темпах модернизации потребовалось бы 37 лет.

В 1974 г. крупнейшее предприятие по выпуску оборудования для целлюлознобумажной промышленности – завод «Тяжбуммаш» – приступил к производству наиболее сложной продукции – бумагоделательных машин.

В 1970-х гг. в Карелии возникли новые отрасли машиностроения: радиотехническая, электронная, приборостроительная, представленные Петрозаводским радиозаводом, филиалом ленинградского завода «Светлана». В 1970-1980-х гг. машиностроение развивалось стабильно высокими темпами со среднегодовым приростом 4-5%. Но рост происходил в основном за счет экстенсивных факторов. В начале 1990-х гг. почти половина производимых в отрасли изделий выпускалась по образцам, освоенным в два предыдущих десятилетия.

Крупнейшие машиностроительные предприятия республики относились к производствам полного цикла, почти на всех имелось литейное оборудование. Господствовавший тип предприятия создавал условия для сохранения ручного труда, служил препятствием для широкого внедрения механизации и автоматизации. Обновление фондов осуществлялось в 3-4 раза медленнее оптимально необходимого, поэтому в отрасли накапливалось физически и морально устаревшее оборудование. Противоречивые тенденции в развитии машиностроительного комплекса усиливали несбалансированность народного хозяйства республики, серьезно осложняли развитие лесного комплекса, по-прежнему составлявшего основу промышленности республики, производившего около 40% всей товарной продукции.

Завышенные планы заготовки древесины, устанавливавшиеся союзными министерствами, привели к истощению лесосырьевых запасов в Карелии. В 1980 г. вывоз круглого леса из республики составил 2126 тыс. кубометров. «Зеленое золото» обеспечивало пополнение валютных запасов всей страны. В Карелии же деревообрабатывающие предприятия недополучали сырье. Имевшееся в 1960-х гг. отставание лесоперерабатывающих отраслей от лесозаготовок сменилось к середине 1970-х гг. дисбалансом иного рода: недостатком сырья для перерабатывающих отраслей, что затрудняло формирование единого лесопромышленного комплекса.

Руководство республики пыталось изменить ситуацию, добиться прекращения вывозки из Карелии леса в необработанном виде, более полного использования низкосортной древесины. Объем вывозки леса, снижение которого началось в 1960-х гг., был доведен в 1979 г. (по главному пользованию) до размера расчетной лесосеки – 14 млн. кубометров. К началу 1990-х гг. общий отпуск леса с 1 га лесопокрытой площади снизился до 1,3 кубометров (по сравнению с 2,4 кубометра в середине 1960-х гг.). Древесина, прежде вывозившаяся преимущественно за пределы республики, стала в основном потребляться на месте.

Директор Кондопожского ЦБК, Герой Социалистического Труда В. М. Холопов

На рубеже 1960-1970-х гг. произошли существенные технологические изменения на отдельных фазах лесозаготовок (механизация обрезки сучьев, бесчокерная трелевка, автоматизированная раскряжевка и т. п.). В течение же двух следующих десятилетий принципиальных перемен в технике и технологии на лесозаготовках не происходило. Новые машины применялись неэффективно, в леспромхозах не хватало квалифицированных специалистов для их использования. Наряду с объективными трудностями (ухудшение лесосечного фонда, увеличение расстояния вывозки) негативное влияние на лесозаготовительную промышленность оказывала недостаточная механизация труда на вспомогательных работах, содержание сверхплановой численности рабочих. Уже к 1975 г. отрасль стала убыточной и представляла собой слабое звено в лесном комплексе республики. Первые комплексные предприятия появились лишь в 1985 г.

Ведущие позиции в формирующемся комплексе заняла целлюлозно-бумажная промышленность. Были расширены, хотя и со значительным отставанием от плана, Сегежский и Кондопожский ЦБК – крупнейшие предприятия отрасли. Их освоение сдерживалось перебоями в снабжении сырьем. Дефицит технологической древесины и целлюлозы пытались устранить путем их завоза из Сибири и других регионов.

С пуском в 1982 г. Костомукшского ГОКа в общем объеме производства республики значительно выросла доля горнорудной отрасли. Стройка в Костомукше отличалась от все прочих в Карелии и стране. За семь лет в отдаленном от промышленных центров приграничном районе поднялся крупнейший горно-обогатительный комбинат и одновременно с ним вырос город. Строительный объект имел политическое значение, в его возведении участвовали многочисленные фирмы и тысячи рабочих из Финляндии. Среди международных проектов СССР Костомукшский – самый крупный по объему инвестиций. Потребителями продукции комбината стали Череповецкий и Челябинский металлургические предприятия. Железная руда вывозилась также за рубеж, в основном в Финляндию, в счет компенсации за строительство ГОКа.

Типичное для всей страны преимущественное развитие тяжелой промышленности в ущерб легкой и пищевой в Карелии проявлялось особенно отчетливо. Существующую проблему пытались решать, в частности, навязывали предприятиям тяжелой промышленности обязательства по производству товаров народного потребления. Например, ОТЗ занимался производством задвижек, отверток; станкостроительный завод выпускал вешалки, детские санки; объединение Кареллесоэкспорт – лыжи, игрушки; ПО Петрозаводскбуммаш – закаточные машинки, замки и т. п. Но подобные меры давали слабый эффект: в середине 1970-х гг. удельный вес производства всех товаров народного потребления в общем объеме производства Карелии составлял немногим более 15%. Положение не изменилось и десять лет спустя.