Текст книги "История Карелии с древнейших времен до наших дней"

Автор книги: Николай Кораблёв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 67 (всего у книги 83 страниц)

Многочисленные организационные перестройки 1950-1960-х гг. были непоследовательны, а порой и непродуманны, что обрекло их на неудачу. Особенно наглядно это проявилось при перестройке партийных и советских органов по так называемому производственному принципу в соответствии с решениями ноябрьского (1962 г.) пленума ЦК КПСС. В Карельской АССР, с учетом незначительного объема сельскохозяйственного производства, перестройка коснулась в основном районного звена. Вместо 13 райкомов и 1 горкома КПСС было создано 6 промышленно-производственных парткомов, 4 партийных комитета производственно-совхозных управлений и 2 горкома партии, преобразована также структура советских, профсоюзных, комсомольских организаций. Однако произведенная перестройка не оправдала себя. На пленуме Карельского обкома КПСС 21 ноября 1964 г. подчеркивалось, что она привела к смешению функций, прав и обязанностей партийных, советских и хозяйственных органов, к ослаблению районного звена. Хотя центральный аппарат министерств и ведомств сократился на 18%, а аппарат исполкомов районных и городских советов на 8%, возросли расходы, связанные с деятельностью аппарата по руководству районом, в полтора-два раза увеличилась нагрузка на работников, в результате многие специалисты уволились. В декабре 1964 – январе 1965 гг. в Карелии были восстановлены единые районные партийные и советские органы.

Отставка H. С. Хрущева не вызвала широкого общественного резонанса. Собрание актива областной партийной организации 16 октября 1964 г. единодушно одобрило постановление октябрьского пленума ЦК КПСС об освобождении H. С. Хрущева от обязанностей первого секретаря ЦК КПСС, члена Президиума ЦК КПСС и Председателя Совета Министров СССР и призвало коммунистов решительно бороться против парадности, зазнайства, самоуспокоенности, развивать критику и самокритику.

Со сменой лидера в 1964 г. политическая ситуация в стране складывалась в целом вразрез с демократическими принципами XX съезда партии. Провозгласив курс на стабильность, новое политическое руководство взяло под сомнение и то положительное, что было осуществлено в предшествующие годы, и под видом ликвидации проявлений волюнтаризма постепенно свело на нет все реформы, вернувшись к старым испытанным методам руководства. Об этом свидетельствовали постановление ноябрьского (1964 г.) Пленума ЦК КПСС, восстановившего единство партийных и советских организаций, а также решения XXIII съезда партии, на котором из Устава КПСС были удалены формулировки, ставившие формальные преграды непрерывной и долговременной партийной карьере, что укрепило роль номенклатуры.

Известный поворот вправо после XXIII съезда КПСС проявился и в том, что была свернута критика культа личности Сталина. Из официальных документов постепенно исчезли упоминания о XX съезде партии, пошла на убыль реабилитация жертв политических репрессий, а в статьях, приуроченных к юбилеям репрессированных партийных и государственных деятелей, перестали указывать причину их смерти. Усилились идеологический диктат по отношению к средствам массовой информации и учреждениям культуры, преследование инакомыслящих. Уголовный кодекс РСФСР в 1966 г. пополнился статьей 190 «прим», согласно которой за «распространение заведомо ложных измышлений, порочащих государственный и общественный строй», предусматривалось лишение свободы до 3 лет, а за «агитацию и пропаганду, проводимую в целях подрыва или ослабления советской власти» грозило наказание до 7 лет тюрьмы (ст.70).

События в Чехословакии в августе 1968 г. завершили поворот, начатый октябрьским (1964 г.) пленумом ЦК КПСС. Боязнь либерализации политической жизни и экономических реформ, усиления антикоммунистических сил привела к прямому военному вторжению советских войск в Чехословакию. Эта акция вызвала неоднозначную реакцию трудящихся республики. На собраниях в трудовых коллективах наряду с одобрением действий партии и правительства и готовностью встать с оружием в руках на защиту «социалистических завоеваний» в Чехословакии звучали и другие оценки событий: «Введение наших войск в ЧССР – это прямая оккупация. Она ничем не отличается от фашистской оккупации».

Стержнем нового политического курса стала идея долгосрочного и постепенного совершенствования социализма на базе последовательных эволюционных изменений. Программа развернутого строительства коммунизма была заменена более прагматичной концепцией развитого социализма, которая, впрочем, также оказалась чисто умозрительной, так как обходила стороной накопившиеся недостатки и противоречия.

И все же в 1960-е гг., несмотря на заметный отход от принципов демократического курса, провозглашенных XX съездом партии, полного поворота к прошлому не произошло и в разных областях общественной жизни продолжались поиски выхода из трудностей. Определенные положительные изменения наметились в области расширения международных обменов и контактов. В 1966 г. в г. Петрозаводске открылось агентство «Интурист». За первый сезон столицу республики и Кижи посетили около 400 зарубежных гостей. В 1970 г. Карельское агентство приняло уже 1800 иностранных туристов. Трудящиеся республики получили возможность побывать в туристических поездках по ряду зарубежных стран, преимущественно социалистического лагеря. Плодотворную работу по укреплению культурных связей, знакомству трудящихся республики с жизнью населения других стран, их экономикой, политикой, культурными традициями проводили Карельское отделение общества «СССР – Финляндия», созданное в 1962 г., и Карельское отделение советского общества дружбы с ГДР, организованное в 1970 г. Тесные побратимские связи установились в 1965 г. между столицей Карелии и финским городом Варкаус. Вошли в традицию взаимные гастроли театральных и концертных коллективов, обмен художественными выставками, проведение совместных научных конференций и семинаров, встреч молодежи, студентов и спортсменов и т. д. Однако нередко международное сотрудничество сдерживалось факторами политического порядка и бюрократическими препонами.

Вторая половина 1960-х гг. ознаменовалась целым рядом юбилейных дат в истории страны и республики. В период подготовки к 50-летнему юбилею Октябрьской революции и 100-летию со дня рождения В. И. Ленина по решению правительства и обкома партии был утвержден перечень зданий и мест на территории Карелии, связанных с событиями, имеющими историко-революционное значение, в который вошло 50 памятных мест. В 1968 г. были установлены памятники председателю Олонецкого губисполкома П. Ф. Анохину и первому председателю КарЦИКа А. В. Шотману в г. Петрозаводске, памятный знак в честь лыжного отряда Т. Антикайнена в пос. Кимасозеро Муезерского района и др. В июле 1967 г. в столице республики состоялся слет бывших партизан и подпольщиков. Около 500 ветеранов Великой Отечественной войны встретились с трудящимися республики, молодежью и школьниками, рассказали о героических подвигах советского народа. Тысячи юношей и девушек совершали походы по местам революционной, боевой и трудовой славы отцов.

В связи с 25-летием освобождения г. Петрозаводска и республики от фашистских захватчиков и 25-летием Победы советского народа в Великой Отечественной войне был открыт мемориал и зажжен Вечный огонь Славы на Могиле Неизвестного Солдата в г. Петрозаводске (архитекторы Э. Ф. Андреев и Э. В. Воскресенский, скульпторы Э. А. Акулов и Л. К. Давидян – лауреаты Государственной премии КАССР), открыт мемориал в Песках, где захоронены многие узники фашистских концлагерей, установлены памятные знаки боевой славы в местах сражений воинов Карельского фронта в г. Петрозаводске, Медвежьегорске, Олонце, Питкяранте, в Калевальском, Муезерском и Сортавальском районах.

8 июня 1970 г. республика отметила свой полувековой юбилей. Указом Президиума Верховного Совета СССР в связи с юбилеем Карельская АССР была награждена орденом Октябрьской революции.

Юбилейные отчеты о реальных достижениях в развитии экономики и культуры республики в послевоенные годы не могли скрыть обострения противоречий, роста застойных явлений в различных областях общественной жизни. Несмотря на попытки демократизации политической системы, широкого привлечения трудящихся к управлению государством, активизации общественных организаций, политические реформы, по существу, не выходили за рамки приспособления сталинской модели к новым условиям общественного развития. Сохранение в неизменном виде консервативной политики, в свою очередь, тормозило поиск новых подходов к развитию экономики, сдерживало прогрессивные тенденции в культурной жизни республики.

2. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ

Демографическая ситуация в республике

Великая Отечественная война привела к значительному уменьшению численности населения республики. Связано это не только с прямыми потерями на фронтах войны и в районах, подвергшихся оккупации, но и с резким падением рождаемости в военные годы, ухудшением возрастной структуры населения, повышением в нем доли женщин.

Одним из главных источников пополнения кадров республики в первые послевоенные годы являлись демобилизованные из Советской армии. 14 июля 1945 г. в Петрозаводском горвоенкомате были зарегистрированы первые 11 демобилизованных в соответствии с Законом о демобилизации старших возрастов личного состава действующей армии от 22 июня 1945 г. К началу 1947 г. в республику прибыло более 16 тыс. демобилизованных воинов и более 5 тыс. инвалидов войны. Демобилизация завершилась в 1948 г. Вернувшимся из армии воинам была оказана материальная помощь продуктами питания, зерном, денежными суммами на строительство и хозяйственное обзаведение. Правительство республики предложило всем застройщикам передавать 10% новой и восстановленной жилплощади для предоставления ее семьям демобилизованных воинов.

С началом восстановительных работ усилилась реэвакуация населения. 26 октября 1945 г. Совнарком СССР принял постановление «О возвращении в КФССР ранее эвакуированного населения», обязывавшее союзные и союзно-республиканские наркоматы, совнаркомы республик и обл(край)исполкомы беспрепятственно отпускать всех эвакуированных из республики во время войны граждан, желающих вернуться на прежнее место жительства. К этому времени, по данным СНК КФССР, в областях и республиках СССР проживало еще более 170 тыс. эвакуированных жителей Карелии, а вернулось в республику около 127 тыс. человек. Несмотря на постановление СНК СССР, многие предприятия и организации под теми или иными предлогами препятствовали возвращению жителей Карелии домой, особенно это касалось кадров лесной промышленности и специалистов сельского хозяйства. Организованный прием возвращавшихся в республику из эвакуации людей в основном завершился к началу 1948 г. Однако предвоенную численность населения (606,3 тыс. человеке 1940 г.) удалось восстановить только в 1954 г.

С конца 1940-х гг. ведущую роль в пополнении трудовых ресурсов Карелии играла межреспубликанская миграция. Основной поток мигрантов шел из центральных областей Российской Федерации, Белоруссии, Украины, республик Поволжья и Прибалтики. В первое послевоенное десятилетие в республику ежегодно приезжало более 30 тыс. человек, что значительно превышало общесоюзные темпы прироста населения. В 1960-е гг. наиболее интенсивно миграционный обмен осуществлялся между Карелией и соседними областями РСФСР (Ленинградской, Мурманской, Архангельской, Вологодской, Калининской).

С середины 1950-х гг. темпы роста населения уменьшились более чем втрое, и начался его отток из республики. В отдельные годы (1967, 1968 и 1970) впервые после войны численность населения даже сократилась. Доля мигрирующего населения в Карелии в 1970 г. составляла 9,6% – значительно выше средней по РСФСР (6,7%).

В республике отчетливо проявились те же нежелательные тенденции, что и по стране в целом: снижение рождаемости, сокращение естественного прироста населения. По сравнению с началом 1950-х гг., когда уровень рождаемости в Карелии был выше, чем по РСФСР (36,9 против 26,9 родившихся на 1000 жителей), в 1970 г. он понизился в 2,3 раза и составил 15,9 против 14,6 родившихся по РСФСР. Основными причинами снижения рождаемости в послевоенные годы стали быстрый рост городского населения, повышение образовательного и культурного уровня, широкое вовлечение женщин в общественное производство, ухудшение половозрастной структуры населения в результате войны и др.

Значительно сократилась смертность населения. Если в 1945 г. на 1000 жителей республики приходилось 20,6 умерших, то в 1965 г. – 6,6. Однако детская смертность на протяжении послевоенного периода значительно превышала средние показатели по РСФСР, при этом в первой половине 1960-х гг. она стала самой высокой из всех областей и автономных республик РСФСР.

Отличительной чертой демографического развития республики в послевоенные годы становится быстрый рост городского населения. В 1950-е гг. в Карелии было образовано 16 поселков городского типа, в 1960-е гг. – еще 7. К 1970 г. в республике насчитывалось 40 поселков городского типа и 12 городов, из которых лишь один (Петрозаводск) имел население 184,5 тыс., тогда как остальные города – до 40 тыс. Темпы роста городского населения в Карелии значительно опережали общесоюзные. За 1939-1970 гг. число горожан увеличилось в 3,3 раза, а доля городского населения возросла с 32 до 68,8% (по стране в целом -56,3%). В то же время неуклонно сокращалось сельское население: за 1939-1970 гг. оно уменьшилось в 1,4 раза.

Форсированное развитие лесозаготовительной промышленности привело к возникновению сети лесных поселков, в сферу влияния которых вовлекались окружающие деревни. К 1957 г. в республике насчитывалось 324 лесных поселка.

В 1950-1960-е гг. интенсивно проводилось укрупнение сельских населенных пунктов. Во время осуществления административно-хозяйственной реформы 1957 г. из 608 близлежащих или фактически слившихся селений было образовано 152 населенных пункта, по аналогичной реформе 1967 г. из 97 населенных пунктов статус сельских сохранили 17. Процесс разрушения традиционной поселенческой сети завершила политика ликвидации так называемых «неперспективных» деревень. В целом за 1939-1970 гг. численность сельских населенных пунктов Карелии, прежде всего аграрных, сократилась с 2973 до 1069. В средней и северной Карелии были практически ликвидированы многие деревни.

Разрушение исторически сложившихся межселенных связей, активные миграционные процессы вели к преображению этнокультурного и демографического облика территории. Общая тенденция изменения этнического состава населения республики заключалась в неуклонном росте численности русского и в целом славянского населения и сокращении численности карелов, финнов и вепсов. Если перед войной в Калевальском и Кестеньгском районах в границах тех лет карелы составляли абсолютное большинство населения (от 80 до 90%), а в Ругозерском и Ребольском районах – от 50 до 70% населения, то в 1959 г. в республике осталось 3 района со сравнительно высокой долей карелов – Калевальский (58,6%), Олонецкий и Пряжинский. В целом доля русского населения выросла с 63,2% в 1939 г. до 68,1% в 1970 г., удельный же вес карелов, финнов и вепсов понизился с 27 до 15,8%. Одной из самых многочисленных национальностей, населявших Карелию, стали белорусы, число которых с 1939 по 1959 г. увеличилось почти в 17 раз, а удельный вес составил 11% от всего населения. Заметно возросло число украинцев, поляков, эстонцев, чувашей и др. Усиление межэтнических контактов вело к распространению двуязычия, языковой и этнической ассимиляции.

Изменения в социально-экономической структуре населения в 1940-1960-е гг. определялись курсом партии на сближение всех классов и социальных групп в направлении социальной однородности. В 1959 г. рабочие и служащие с семьями составляли 95,7% против 74,5% в 1939 г. Удельный же вес колхозников и членов их семей понизился с 20,1 до 3,3%. Эти изменения были связаны с преобразованием колхозов в совхозы, передачей предприятий системы промкооперации в ведение государственных органов, а также переходом части колхозников на работу в другие отрасли хозяйства.

Среди областей и республик Северо-Западного экономического района Карелия в 1959 г. имела самый высокий удельный вес рабочих – 72,1% (по стране в целом – 48,2%). Значительно выше, чем в целом по Союзу, был в Карелии и уровень занятости населения в общественном производстве, что объяснялось высоким удельным весом лиц в трудоспособном возрасте, слабым развитием приусадебного хозяйства рабочих, колхозников и служащих и др. В конце 1950-х-1960-х гг. доля занятых среди населения в трудоспособном возрасте составляла по СССР 77-85%, в Карелии 81-88%.

Поднимается из руин ремонтно-механический цех Онежского завода

Особенно высокими темпами шло вовлечение женщин в общественное производство. Если в 1939 г. они составляли 37,3% всех работавших (кроме членов семей, занятых в индивидуальном хозяйстве), то в 1970 г. – 53-54% рабочих и служащих республики. Увеличение занятости населения в общественном производстве, с одной стороны, позволяло отчасти решить проблему нехватки кадров (мы не касаемся вопроса эффективности использования трудового потенциала), но, с другой стороны, существенно сокращало долю времени, используемого для организации быта, досуга семьи, воспитания детей, ухода за престарелыми. Между тем существовавшая инфраструктура не могла компенсировать эти потери. В результате возникли такие отрицательные явления, как снижение рождаемости, антисоциальное поведение, увеличение заболеваемости и смертности. Но главным негативным следствием являлась дестабилизация семьи, наметившаяся еще во второй половине 1960-х гг. К сожалению, статистика располагает в основном только общими цифрами брачности и разводимости, хотя процесс снижения фактического возраста вступления в брак раздвигает реальные границы браков и разводов. По сравнению с концом 1940-х гг. в первой половине 1960-х гг. количество разводов в республике возросло в 5-6 раз. Естественно, что причины неустроенности семьи лежали глубже – в целом комплексе условий, определяющих положение женщины.

Восстановление и дальнейшее развитие промышленности, строительства и транспорта

С освобождением территории Карелии перед трудящимися республики встала задача восстановления разрушенного войной народного хозяйства. В июле 1946 г. Верховный Совет КФССР утвердил пятилетний план, основные задачи которого заключались в том, чтобы не только восстановить, но и превзойти довоенный уровень народного хозяйства края. Тем самым в планы послевоенного восстановления и развития экономики вновь закладывался быстрый рост темпов в промышленности, строительстве, на транспорте – своего рода продолжение индустриальной гонки 1930-х гг. Основу экономической политики определял старый курс на форсированное развитие тяжелой промышленности за счет и в ущерб производству потребительских товаров и сельского хозяйства. За пятилетие объем промышленного производства в республике намечалось увеличить более чем в 4 раза. Особое внимание уделялось развитию отраслей, связанных с эксплуатацией лесосырьевых ресурсов.

Восстанавливать народное хозяйство республики помогала фактически вся страна. Из Москвы, Ленинграда, Прибалтики, Белоруссии, с Урала Карелия получала не только все необходимое оборудование, топливо, сырье и материалы, но и кадры – рабочих и инженерно-технических работников, в которых так остро нуждалась республика в послевоенные годы. Только ленинградцы за первые два с половиной года пятилетки поставили предприятиям Карелии более 300 видов и марок станков, приборов и т. д. В обеспечении оборудованием Онежского завода участвовали 73 промышленных предприятия из 33 городов страны, оборудование для Сегежского ЦБК поступило от 45 заводов СССР. В свою очередь, Карелия оказывала помощь стране лесом, бумагой, рыбой, строительными материалами. Эшелоны со строительным лесом из Карелии отправлялись в Ленинград, Киев, Днепропетровск, другие города страны.

В цехе Сегежского ЦБК. 1950 г.

В 1946 г. в Карелии было восстановлено и пущено в эксплуатацию более 100 промышленных предприятий, а за годы первой послевоенной пятилетки – 208. Вступили в строй домостроительный, металлообрабатывающий и судоремонтный заводы, завод строительных деталей в г. Петрозаводске, Пиндушская судоверфь, Кондопожский и Летнереченский кирпичные заводы, два первых в республике рыбоконсервных завода в городах Петрозаводске и Беломорске и др. Было освоено производство новых видов промышленной продукции: деревянных стандартных домов, мотовозов, судовых двигателей, автодерриков, кранов-погрузчиков, станков для балансировки пил, шерстяных тканей, валяной обуви, трикотажных изделий, спирта, рыбных консервов и т. д. Сегежский ЦБК, первым в республике достигший в 1946 г. довоенного уровня производства, в 1948 г. превзошел его в два раза и отказался от государственной дотации. За успехи в восстановлении комбината в связи с 25-летием республики Сегежский ЦБК был награжден орденом Ленина. Уже в 1949 г. промышленные предприятия республики в основном достигли довоенного уровня выпуска валовой продукции. За 1946-1950 гг. промышленное производство в Карелии увеличилось в 4,7 раза, в то время как по РСФСР – в 1,6 раза.

Однако не все отрасли достигли показателей пятилетнего плана (лесозаготовки, деревообработка). Неравномерно развертывались восстановительные процессы в различных районах республики. Так, экономика Беломорской Карелии к завершению первой послевоенной пятилетки не смогла достичь довоенного уровня. В Кестеньгском районе объем лесозаготовок составлял лишь 16% довоенного уровня, объем валовой продукции местной промышленности – 20%.

Тем не менее, успехи восстановления были впечатляющими. Причины столь быстрых темпов возрождения народного хозяйства в республике, как и в целом по стране, до сих пор являются предметом споров и научных дискуссий.

Электропильщик Медвежьегорского леспромхоза, лауреат Государственной премии А. П. Готчиев

Рост производственных показателей в послевоенные годы в значительной степени основывался на высоких мобилизационных возможностях директивной экономики, далеко не исчерпанных резервах экстенсивного развития, а также широком использовании бесплатного труда заключенных и военнопленных. Проверенная войной система представлялась законченной и не требовавшей кардинальных перемен. Отраслевые министерства из Москвы контролировали работу предприятий определенного профиля по всему Союзу. В Карело-Финской ССР предприятия союзного подчинения в 1950 г. давали 57% всей валовой промышленной продукции.

Одним из важнейших факторов восстановления и роста экономики стало увеличение капитальных вложений государства в экономику. Только за две послевоенные пятилетки в народное хозяйство КФССР было вложено, по разным источникам, от 4,6 до 5,7 млрд руб. (в ценах на 1 июля 1955 г.); причем около половины этих средств получили основные отрасли промышленности. Определенную роль сыграло поступление по репарациям оборудования из Германии и Финляндии, основная часть которого была направлена в лесную промышленность, машиностроение и промышленность строительных материалов.

Особую роль в экономическом возрождении республики и страны сыграл трудовой героизм, рост инициативы и активности масс. Тысячи людей после окончания рабочего дня выходили на восстановление городского хозяйства. Петрозаводчане приняли обязательство отработать на стройках города по 30 часов. К 1 октября 1945 г. население отработало 36 тыс. человеко-дней на восстановлении столицы республики. Районы Карелии к этому времени отгрузили в Петрозаводск 2,5 тыс. кубометров пиломатериалов, 60 т извести, 150 т цемента, 2 т гвоздей.

С первых дней после окончания войны развернулось соревнование за выполнение пятилетки в четыре года. На предприятиях республики получили поддержку почины передовых коллективов и новаторов производства страны: соревнование за скоростную обработку деталей, движение за создание бригад отличного качества, за выпуск продукции с личным клеймом, за экономию сырья и материалов и др. В каждой отрасли, на каждом предприятии были свои передовики и новаторы производства. За высокие показатели в труде орденом Ленина были награждены строгальщик Онежского завода Н. Я. Горожанкин, шлифовальщик Кондопожского ЦБК В. Э. Хуусари, бригадир Беломорского рыбокомбината П. Н. Воронов и др., одними из лучших машинистов страны признаны И. Д. Яблоков и А. Р. Ковалев (депо ст. Петрозаводск). По инициативе бригады электропильщиков А. П. Пякконена из Кондопожского леспромхоза развернулось соревнование за освоение новой техники на лесозаготовках и рациональную организацию производства. В 1946 г. около 200 комсомольско-молодежных бригад республики включились в движение за овладение новыми машинами и механизмами.

В 1949 г. бригада А. П. Готчиева из Медвежьегорского леспромхоза выступила инициатором работы поточно-комплексными укрупненными бригадами, которые осуществляли все лесозаготовительные операции – от валки до вывозки древесины. Организация поточных линий на лесозаготовках позволяла лучше использовать людей и механизмы, повысить производительность труда. За достижение высокой выработки, успешное освоение техники и внедрение прогрессивных методов труда А. П. Готчиев был удостоен ордена Ленина и Государственной премии.

Важнейшей задачей послевоенного периода стало восстановление лесной промышленности. Лесозаготовительным предприятиям республики война нанесла большой ущерб. Полностью прекратили свою деятельность 40 из 46 леспромхозов, на 80% сократились основные средства производства, на 95% – автомобильный и тракторный парк.

Послевоенное развитие лесной промышленности шло прежде всего на основе ее технической реконструкции. Лесозаготовительные предприятия интенсивно пополнялись новой техникой: трелевочными тракторами, лесовозными машинами, электрои бензомоторными пилами, бульдозерами, погрузочно-разгрузочными кранами и др. Возникли новые лесозаготовительные и лесосплавные предприятия: Ухтинский, Медвежьегорский, Пяльмский, Поросозерский, Кестеньгский, Валдайский леспромхозы, Кемская, Медвежьегорская, Сунская и Пудожская сплавные конторы и др. Только за 1946-1950 гг. сумма капитальных вложений в отрасль возросла в 8 раз, а численность рабочих – почти в 4 раза. Такие темпы не имели аналогии ни с каким другим периодом.

11 февраля 1949 г. Совет Министров СССР принял постановление «О мероприятиях по восстановлению и развитию лесозаготовок в Карело-Финской ССР», которым предусматривалось доведение объема заготовки и вывозки древесины на территории республики до 20 млн кубометров в 1955 г. Достижение такого объема лесозаготовок предусматривалось за счет освоения новых районов лесозаготовок, строительства механизированных предприятий и лесовозных дорог, рабочих поселков.

Передвижная электростанция на Вирандозерском лесопункте Сумского леспромхоза. 1947 г.

Одним из самых острых вопросов в решении задач форсирования лесозаготовок являлся крайний недостаток рабочих кадров. Вплоть до начала 1950-х гг. почти 1/3 работающих на лесозаготовках составляли колхозники, направляемые в лес в порядке трудовой повинности. Однако такая система не обеспечивала необходимого количества рабочих и не отвечала интересам как колхозов, так и лесозаготовительных организаций. Другим источником пополнения лесозаготовительных кадров в первые послевоенные годы было использование труда военнопленных. Однако производительность их труда в среднем была в 4 раза ниже, чем постоянных рабочих, к тому же на работу выходило 30-50% их состава.

Задача создания постоянных рабочих кадров на лесозаготовках потребовала поиска других источников, решающую роль среди которых стали играть организованный набор и промышленное переселение, использовавшиеся и в довоенные годы. Постановлением Совета Министров СССР от И февраля 1949 г. намечалось переселение в республику на добровольных началах в течение двух лет 25 тыс. семей. Лесная промышленность получила преимущество в пополнении своих предприятий кадрами из Белоруссии, Брянской, Кировской, Костромской, Псковской и других областей страны (сюда поступало более половины всех прибывших рабочих). В 1949-1955 гг. в леспромхозы КФССР прибыло более 90 тыс. человек. К 1956 г. уже абсолютное большинство лесозаготовительных предприятий имело постоянные рабочие кадры, что играло важную роль в превращении лесозаготовок в индустриальную отрасль производства. Однако из-за неудовлетворительных социально-бытовых условий, низкой квалификации прибывавших в республику по оргнабору и промышленному переселению высока была текучесть кадров. Если в 1946-1949 гг. в лесную промышленность прибыло около 56 тыс. человек, то уехало более 32 тыс.

Серьезные трудности оставались в области освоения крупных сумм капитальных вложений, поступавших в лесную промышленность. В 1946-1955 гг. по министерству лесной промышленности примерно пятая их часть оказалась неосвоенной в силу целого ряда причин (неэффективное использование техники, низкий уровень механизации производства, нерациональная организация труда, текучесть кадров и т. д.). На решение этих проблем был направлен творческий поиск новаторов отрасли. На лесозаготовках внедрялись часовой график работы, цикличная организация труда, метод крупнопакетной погрузки древесины, позволившие существенно увеличить производительность труда рабочих, сократить внутрисменные простои техники.

Сохранившийся в 1950-е гг. курс на форсирование лесозаготовок в республике обусловил их резкий рост. За 1946-1956 гг. вывозка деловой древесины в Карелии возросла в 6,5 раза. Быстрое наращивание объемов лесозаготовок привело к значительному перерубу расчетной лесосеки, закрытию ряда леспромхозов, исчерпавших лесосырьевые базы, и создало угрозу преждевременного истощения лесных богатств края. Свыше 25% вырубаемой площади лесосек не возобновлялось, по существу отсутствовал контроль за использованием лесосечного фонда. Необходимость более равномерного размещения лесозаготовительных предприятий обусловила курс на увеличение объема лесозаготовок на севере республики, в бассейне р. Кеми, в районе Западно-Карельской железной дороги и в Пудожском районе. Однако освоение новых лесных массивов не подкреплялось соответствующими капитальными вложениями, своевременным строительством узкоколейных и автомобильных дорог.