Текст книги "История Карелии с древнейших времен до наших дней"

Автор книги: Николай Кораблёв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 83 страниц)

Н. А. Кораблев, В. Г. Макуров, Ю. А. Савватеев, М. И. Шумилов
История Карелии с древнейших времен до наших дней

ВВЕДЕНИЕ

Читатели давно ожидают появления нового обобщающего труда по истории Карелии. Изданные в свое время «Очерки истории Карелии» в двух томах (Т. 1. Петрозаводск, 1957; Т. 2. Петрозаводск, 1964) стали библиографической редкостью, к тому же они уже не отвечают современным научным знаниям. «Очерки» готовились в совершенно иных общественно-политических условиях и имели сравнительно ограниченную источниковую базу. Для своего времени они безусловно сыграли положительную роль, впервые ознакомив широкого читателя с основными этапами истории карельского края от древнейших времен до начала 60-х гг. XX в. Тем не менее, сегодня стали очевидны их определенная ограниченность, известный схематизм и тенденциозность в подборе и освещении исторических фактов и событий. Авторский коллектив «Очерков» находился под влиянием идеологических схем и политических оценок, особенно при освещении советского периода. В результате далеко не все аспекты истории края получили достаточно полное освещение, а некоторые важные стороны социально-экономической, духовной и общественной жизни оказались вне поля зрения историков. Сказались и цензурные ограничения в использовании выявленных источников и трактовке исторического процесса.

Настоящая книга готовилась сотрудниками Института языка, литературы и истории Карельского научного центра Российской Академии наук и преподавателями исторических кафедр Петрозаводского государственного университета. Авторский коллектив ставил перед собой задачу дать непредвзятую оценку исторического развития края с учетом современного уровня научных знаний. Всех авторов объединяло желание объективно, на основе анализа всего комплекса документальных источников осветить многовековое прошлое Карелии, показать ее место и роль в истории России и соседних стран.

Перед коллективом авторов и редакторов стояло немало трудностей, которые заключались в недостаточной разработке ряда актуальных проблем этногенеза карел, истории хозяйственного освоения территории Карелии, быта и жизни людей, их производственной и общественной деятельности, культурного развития, взаимоотношения властных структур и отдельных социальных слоев на различных этапах исторического прошлого. При анализе событий и фактов следовало учитывать всю совокупность документальных данных. Источниковой базой исследования послужили документальные публикации по истории края, материалы из 18 архивов Российской Федерации и Финляндии, а также периодической печати (газеты, журналы и т.п.). Благоприятным фактором для написания работы явилась возможность использования архивных фондов, открытых в последнее десятилетие. Большое внимание уделялось учету достижений как отечественной, так и зарубежной историографии. По ряду проблем привлекались научные данные из работ по археологии, этнографии, экономике, фольклору, лингвистике, литературоведению.

«История Карелии» включает одиннадцать глав, посвященных наиболее важным периодам исторического и современного развития края. В первой главе основное внимание уделяется заселению территории современной Карелии в VII тысячелетии до н. э. и особенностям первобытно-общинного строя. Вторая и третья главы посвящены становлению и развитию феодального общества, образованию народности корела и вхождению ее сначала в состав Великого Новгорода, а затем – Российского государства. Четвертая и пятая главы повествуют о месте и роли Карелии в развитии общероссийского рынка и капиталистических отношений. В шестой главе освещаются события революции 1917 г. и Гражданской войны на Севере, седьмая посвящена образованию Карельской автономной республики в составе Российской Федерации, хозяйственному и культурному строительству в крае в 1920-е – 1930-е гг. Восьмая глава отражает трудности и героизм жителей Карелии в борьбе с фашистскими захватчиками в годы Второй мировой войны. Три последних главы раскрывают основные аспекты послевоенного развития республики. Освещение исторического процесса дается в хронологической последовательности. Книга содержит также перечень основных дат и событий, список основных источников и литературы, указатели имен и географических названий.

Авторами «Истории Карелии» являются: д.и.н. Ю. А. Савватеев (глава I); к.и.н. А. Ю. Жуков (главы II и III); к.и.н. М. В. Пулькин (глава IV); к.и.н. Н. А. Кораблев (глава V; параграф «Культура» написан совместно с д.и.н. А. И. Афанасьевой); д.и.н. М. И. Шумилов (глава VI; параграф «Образование Карельской Трудовой Коммуны» написан к.и.н. Е. Ю. Дубровской); к.и.н. С. Н. Филимончик (глава VII; параграф «Коллективизация сельского хозяйства» написан к.и.н. О. А. Захаровой); к.и.н. В. Г. Маку– ров (глава VIII); к.и.н. Л. И. Вавулинская (глава IX); к.и.н. О. П. Илюха (глава X; параграф «Общественно-политическая жизнь» написан к.и.н. А. И. Бутвило); к.и.н. А. И. Бутвило (глава XI). Указатели имен и географических названий подготовлены А. В. Климовой и Н. Л. Шибановой.

Авторы и редакторы выражают глубокую благодарность всем коллективам архивов, музеев, библиотек, вузов, других учреждений и отдельным лицам за оказанную помощь в создании этой книги. Возникшие замечания, советы и пожелания по содержанию «Истории Карелии» будут восприняты авторами с искренней благодарностью.

Глава I. КАРЕЛИЯ В ЭПОХУ ПЕРВОБЫТНО-ОБЩИННОГО СТРОЯ (VII тысячелетие до н. э. – конец I тысячелетия н. э.)

Начало формирования первобытнообщинного строя на территории Карелии относится к VII тысячелетию до н. э. Именно тогда, по данным археологических раскопок, происходило заселение и освоение края, адаптация мигрировавшего сюда населения к относительно суровой природной среде, освоение им местных ресурсов жизнеобеспечения на базе присваивающего охотничье-рыболовного хозяйства. Удаленность от передовых центров цивилизации, особенности географической среды и другие причины обуславливали замедленное развитие общества, длительное сохранение традиционных форм хозяйства и социальной организации.

Реконструкция первобытной истории требует синтеза данных разных наук – археологии, этнологии (этнографии), исторической антропологии, четвертичной геологии, палеогеографии, лингвистики, информатики и многих других. Особо важную роль играет археология, выработанная ею периодизация и хронология (относительная и абсолютная).

В Карелии известно более 2000 разнообразных археологических памятников. Они включают постоянные и временные поселения, промысловые стоянки и стойбища, могильники, наскальные изображения, клады, а также отдельные находки: орудия труда, фрагменты сосудов, отходы производства. Обычно материальные (вещественные) остатки жизни и деятельности людей находятся в почвенном слое и вскрываются в процессе археологических разведок и раскопок. Нередко из-за размыва или выветривания почвы, ее распашки они оказываются на поверхности земли.

Большинство отечественных исследователей признают археологию исторической наукой, способной не только добывать, обрабатывать и изучать вещественные источники, но и исследовать сам исторический процесс, ставить и решать проблемы реконструкции жизни общества, разумеется, с использованием данных других наук.

Проследить ход исторического развития во времени помогает археологическая периодизация, в основу которой положено развитие производства орудий труда. Соответственно древнейшая история подразделяется на каменный век, эпоху раннего металла и железный век. Внутри них выделяются более дробные периоды: палеолит (или древнекаменный век, пока не представленный в Карелии), мезолит (среднекаменный век), неолит (новокаменный век), энеолит (медно-каменный век), бронзовый век и, наконец, железный век. В свою очередь, они подразделяются на периоды и этапы и в каждом конкретном регионе имеют свою специфику.

Систематические археологические исследования на территории Карелии начались с конца 20-х гг. XX в. и привели к впечатляющим результатам. И впредь именно археологи, опираясь на материалы раскопок, привлекая все другие доступные источники, совершенствуя методологию и конкретные методики, будут обогащать наши представления о первобытном прошлом края. При этом не обойтись без археологических понятий и терминов. Одно из ключевых среди них – археологическая культура, то есть общность археологических памятников со сходным инвентарем, относящихся к одному времени, определенной территории и отличающихся местными особенностями. Они отражают жизнь конкретных общностей людей. Археологические памятники и культуры – это та историческая реальность первобытной эпохи, которую пока мы лучше всего представляем. Сами культуры могут делиться на локальные варианты и хронологические этапы и входить в более обширные культурно-исторические общности.

Первооткрывателями археологических памятников не раз становились местные жители, краеведы, туристы. По берегам рек и озер на распаханной или размытой поверхности нередко встречаются случайные находки – керамика, орудия и их обломки, отходы производства. Распознать их и вовремя сообщить специалистам – значит дать надежный ориентир для дальнейших поисков.

1. КАРЕЛИЯ НАКАНУНЕ ЗАСЕЛЕНИЯ

Жизнь первобытного человека была особенно тесно связана с окружающей природной средой. Природно-географический фактор оставался одним из решающих и предопределял возможности первоначального заселения края. Основную часть длительной (3,5 млрд лет) геологической истории, связанной с многократными кардинальными изменениями облика земной поверхности, территория Карелии оставалась безлюдной.

Главным событием природной жизни Фенноскандии стали крупные оледенения. Эпицентр их находился в Скандинавии, и оттуда они продвигались далеко на юг, вплоть до среднего течения Днепра и Дона, покрывая и всю Карелию. Толщина ледового панциря могла достигать здесь 1-3 км, постепенно уменьшаясь к его кромке.

В межледниковые периоды становилось теплее, льды исчезали, появлялся растительный и животный мир. Таяние льдов и повышение уровня мирового океана вызывали трансгрессии, не раз превращали Карелию в огромный водоем. Наслоение ледниковых, межледниковых и послеледниковых отложений – главный фактор формирования современного рельефа.

Многолетние исследования геологов, палеогеографов, болотоведов, гидрологов, палеозоологов и других специалистов позволяют представить среду обитания накануне появления здесь первых поселенцев и на всех этапах первобытного общества.

Около 9-9,5 тыс. лет назад завершается освобождение северной Карелии от ледника. На его месте тогда образовалась обширная и глубокая лагуна, соединившаяся с водами сильно опресненного Белого моря. В ходе деградации последнего оледенения Карелия заметно преображается, ее природный мир становится разнообразнее и богаче. Начинается современная геологическая эпоха – голоцен, отмеченная заметными изменениями климата. В Белом море, Онежском и Ладожском озерах наблюдаются колебания их уровня при общей тенденции к понижению зеркала воды. Происходит зарождение и формирование малых озер, заболачивание и выветривание.

Наиболее древние водоемы сосредоточены в юго-восточной, а самые молодые -в северо-западной части Карелии. Образуются озерно-болотистые железные руды, обычно маломощные, распространенные практически повсеместно.

Обилие озер и рек – одна из важных природных особенностей Карелии. Суммарная поверхность озер, а их около 62 тыс., составляет более 33 тыс. кв. км. На заключительных стадиях оледенения обводненность была еще выше – до 55-60% территории. Можно проследить основные этапы формирования Онежского приледникового озера, которое около 11 тыс. лет назад получило сток в Белое море у д. Масельгская, а чуть позднее и в Ладожское озеро (к западу от Ведлозера). Современный же сток – р. Свирь – образовался, видимо, не ранее 9,5 тыс. лет назад.

2. МЕЗОЛИТ. ЗАСЕЛЕНИЕ И ОСВОЕНИЕ КАРЕЛИИ

Мезолит – самый ранний на территории Карелии археологический период, длившийся с начала VII до начала V тысячелетия до н. э. Выделен он главным образом по особенностям каменной индустрии – орудий труда и техники их изготовления. Ледниковый покров и крупные приледниковые водоемы уже исчезли, однако озерность все еще оставалась высокой. Суммарная площадь озер составляла около 32% современной территории. С развитием озер тесно связан и процесс заболачивания, интенсивно проходивший уже со второй половины бореала и достигший пика в атлантический период – 6,1-4,9 тыс. лет до н. э. В настоящее время болотистые массивы занимают около 30% всей площади Карелии.

В начале бореального периода климат остается еще довольно суровым. Но на рубеже среднего и позднего бореала (примерно 6,6-6,3 тыс. лет до н. э.) становится заметно теплее и суше, температура и влажность воздуха приближаются к современной, а осадков выпадает на 100-150 мм меньше. Полностью исчезают глыбы мертвого льда и многолетняя (вечная) мерзлота. Наступает преобладание сосновых лесов – как зеленомошных, так и лишайниковых – с примесью травянистых березняков и высокотравных ельников. В крупных водоемах происходит снижение уровня воды и формирование береговых террас. Постепенно образуется сплошная лесная растительность – бореальные леса с преобладанием березовых и сосново-березовых древостоев северно-таежного типа. Местами встречались карликовая береза, лиственница сибирская и только в виде небольшой примеси ель. К концу бореала растительность приближается к среднетаежной. Разнообразнее и богаче становится животный мир.

Теперь Карелия стала не просто доступным, но и привлекательным для человека краем. Здесь имелось необходимое сырье для производственной деятельности, богатые и обширные охотничьи и рыболовные угодья, удобные естественные пути расселения в виде многочисленных озер и рек и озерно-речных систем.

Заселение края шло, видимо, из прилегающих с юга и юго-востока территорий, то есть верховьев Волги и Восточного Прионежья. Речные и озерные «дороги» облегчали продвижение на север. Похоже, что на первых порах переселенцев привлекали крупные водоемы.

Больше всего (свыше 170) мезолитических памятников, включая самые ранние, найдено в бассейне Онежского озера. Обнаружены они и в северной Карелии – по берегам р. Кемь, озер Кенто и Костомукша; и в восточной Карелии – на оз. Ведлозеро. Выделяются постоянные поселения площадью от 500 до 3000 кв. м, с довольно мощным культурным слоем красновато-желтой окраски, насыщенным разнообразними находками, со следами жилых и хозяйственных построек. Встречаются и небольшие по площади временные стоянки и сезонные промысловые стойбища, где люди жили недолго или куда возвращались только время от времени. На побережье Онежского озера разновременные мезолитические поселения сосредоточены скоплениями от 4 до 15 на площади в 1-2 кв. км. Они отстоят друг от друга на расстоянии от нескольких до 90 км и занимают архипелаги небольших прибрежных островков или узкие, выступающие далеко в озеро, высокие мысы – полуострова. Обычно обживались ровные, граничащие с урезом воды и обрамленные возвышениями площадки, обращенные к югу.

Памятники мезолитического времени в бассейне Онежского озера (1-90 – номера; а – современные поселения; б – одиночные памятники; в – группы памятников)

Число жилищ на поселениях колеблется от 1 до 6. Как правило, расположены они вдоль берега, в естественных нешироких и неглубоких ложбинах между сглаженными временем береговыми валами (барами). Жилища полуземляночные, углубленные в землю на 0,5-0,7 м, площадью до 30 кв. м. Форма их прямоугольная, реже округлая. Выход (иногда их два) обычно ориентирован к берегу или параллельно ему, но почти всегда в южном направлении. Скорее всего, жилища были каркасно-столбовыми и имели двускатную или конусовидную крышу. Только в одном случае на полу имелась вымостка из камней. Непременная составная часть жилища – каменный очаг или кострище (часто и то, и другое), обычно располагавшиеся в центре и на удалении от входов. Вокруг них концентрируются орудия труда, их обломки, отходы первичной обработки. Мезолитические поселения с жилищами и полуземлянками функционировали круглогодично, на протяжении десятка и более лет. В каждом из них, видимо, обитала одна семья. Поселения насчитывали не более 2-3 десятков человек.

Кострища, очаги, различные каменные кладки диаметром от 0,5 до 2 м встречаются и за пределами построек. Их тоже сопровождают остатки производственно-бытовой деятельности.

Сезонные летние стоянки отличаются небольшой площадью (около 1500 кв. м), маломощным культурным слоем, незначительным числом готовых орудий при обилии отходов производства и заготовок (полуфабрикатов). Здесь тоже занимались изготовлением и ремонтом орудий, но главное – охотой и рыбной ловлей, заготовкой продуктов впрок. Встречаются и более специализированные становища, связанные преимущественно с охотой.

Об орудиях труда первых обитателей наиболее полное представление дают самые ранние поселения: Суна XII, Суна XIII, Шелтозеро XV (подобные названия отражают место и порядковый номер в общем скоплении). Все они датируются первой половиной VII тысячелетия до н. э.

Первопроходцы не нашли в Карелии привычного для них кремня и в качестве сырья использовали местные породы: кварц, сланец, реже лидит (роговик), песчаник, кварцит, шифер, диабаз и только изредка привозной кремень. Лишь на стоянке Шелтозеро XV кремневых орудий и отходов больше в силу близости естественных выходов кремня в районе р. Вытегры. Преобладают отходы первичной обработки. Готовые изделия и обломки составляют не более 16% общего числа находок.

Основные приемы обработки камня – техника оббивки и ретушь. Использовались шлифование и пиление. Состав орудий довольно разнообразен. Доминируют скребущие и режущие орудия на крупных отщепах и осколках: скребки, резцы, долотовидные орудия. Реже встречаются ножи, скребла, проколки, скобели, ножевидные пластинки. Используются шлифовальные плиты, точильные бруски, отбойники, деревообрабатывающие инструменты, изредка пилы. Наконечники стрел еще единичны. Нередко орудиями служили и первичные отщепы, подвергавшиеся частичной ретуши.

Характерная для мезолита более южных областей кремневая микролитоидно-вкладышевая техника не получила широкого распространения. Специфика местного сырья предопределила иной, макролитоидный облик каменной индустрии. Основная масса изделий – из кварца. Кремень использовался в основном для изготовления ножевидных пластинок и их сечений, наконечников стрел, иногда скребков. В целом уровень техники расщепления и обработки камня довольно высокий.

На памятниках развитого мезолита (вторая половина VII-VI тысячелетия до н. э.), лучше изученных на северном и восточном побережье Онежского озера (Оровнаволок IX, XV, Черная Губа XI, XIX, Муромское VII, Кладовец Va, Бесов Hoc VI и др.), каменные орудия становятся разнообразнее, а техника их обработки – совершеннее.

Мезолитические орудия из сланца со стоянки Оровнаволок IX

Расширяется ассортимент сланцевых деревообрабатывающих орудий и инструментов: топоры, тесла, стамески, долота. Появляются мелкие желобчатые долота, ромбовидные сланцевые орудия с отверстием посередине и др. Увеличивается число мотыгообразных орудий. Шире используются абразивы, прежде всего шлифовальные плиты, включая относительно крупные. О технике ручного двустороннего сверления можно судить по предметам из камня и кости с просверленными отверстиями либо следами сверления. Обычной находкой становятся сечения ножевидных пластинок (вкладыши), свидетельствующие о распространении составных орудий. Из таких вкладышей, вставлявшихся в паз деревянной или костяной основы, составляли лезвия кинжалов, ножей, наконечников стрел. Заметно больше становится изделий на ножевидных пластинах: наконечники стрел, концевые скребки, проколки, скобели, ножи.

По-прежнему много скребков и долотовидных орудий. Используются рыболовные крючки и грузила.

К предметам искусства относятся обломки орнаментированных костяных изделий с поселений Оровнаволок IX (4 экз.), XII (3 экз.), XIV (1 экз.) с простыми узорами: полулунные нарезки, параллельные прочерченные линии, ряды кружков, ряды параллельных коротких зарубок. Галька со сложным узором из прочерченных линий, составляющих зигзаги и заштрихованные треугольники, обнаружена на поселении Суна XIV. На поселении Бесов Hoc VI встретился обломок тонкой отшлифованной костяной пластины с отверстием для подвешивания, орнаментированный с той и другой стороны нарезными линиями, а также необычная антропоморфная фигурка из кости.

На позднем этапе мезолита каменный инвентарь становится намного беднее: реже встречаются ножи, мотыгообразные орудия, кремневые наконечники стрел, составные вкладышевые орудия, ножевидные пластинки и их сечения. Напротив, возрастает число абразивов – пил, шлифовальных плит. Попадаются крупные кирки. Широко применяются пиление и шлифование. Тесла иногда шлифуются по всей поверхности, что не вызывалось их функциональным назначением, а связано с желанием придать им более завершенную форму. Распространение небольших поселений – становищ, видимо, связано с переходом к более подвижному образу жизни.

За пределами бассейна Онежского озера мезолитических памятников пока известно немного, и изучены они недостаточно: в Приладожье их всего 5; в северо-западной и западной части Карелии – более 30. Обычно они занимают небольшие каменистые участки площадью до 500 кв. м, имеют маломощный и слабоокрашенный культурный слой, невыразительный каменный инвентарь, в котором доминируют мелкие изделия из кварца. Их своеобразие объясняется особенностями сырьевой базы, генезисом и контактами с мезолитическими культурами северо-западных территорий.

Среди мезолитических памятников особо выделим Оленеостровский могильник, представляющий исключительный интерес для изучения раннего этапа истории Карелии, как и всего Европейского Севера. Он расположен на Южном Оленьем острове, недалеко от Кижей. На вершине этого небольшого островка в 1930-е гг. при разработке известняка не раз обнаруживались остатки непонятных захоронений с вещами. В ходе раскопок, проведенных под руководством В. И. Равдоникаса, выяснилось, что это древний могильник. На уцелевшей площади в 2350 кв. м было вскрыто 177 погребений (предположительно одна треть памятника). Кладбище было по тем временам огромным. Могилы имели прямоугольную форму 2 х 0,7 м при глубине от 0,6 до 1,1 м. В трех случаях погребения перекрывала каменная кладка. Четыре человека захоронены необычно – почти в вертикальном положении, тоже с использованием каменной обкладки.

Обычно умершие положены на спину в вытянутом положении лицом вверх с соединенными на животе руками. В пяти случаях зафиксировано положение на боку и в трех – в скорченном состоянии. Большинство погребений – одиночные и только 18 – парные, а 3 – тройные. Отмечены случаи подзахоронений в старые могилы. Преобладало положение головой на восток с отклонением к северу, реже к югу. Умерших, перед тем как предать земле, присыпали охрой. По данным антропологов, захоронены в основном мужчины и женщины зрелого возраста, но также и старики, и подростки не младше 5-6 лет. Средний рост мужчин составлял 171,6 см, а максимальный достигал 181,9 см. У женщин эти показатели от 166,2 до 172,3 см.

Обычно захоронения сопровождались различными вещами. И только 36 могил, как правило на периферии, оказались без инвентаря. Умерших снабжали тем, что употреблялось в повседневной жизни.

Находки из Оленеостровского могильника

Это прежде всего наконечники стрел из камня и кости, ножи, гарпуны, скребки, резцы, кинжалы, части составных рыболовных крючков, иглы для вязания сетей, проколки, игольники, стержни. Встречались даже небольшие отщепы и осколки кремня. В 30 погребениях обнаружены 60 плоских сланцевых «ножей» в виде овалов длиной 12-23 см и шириной 5,5-7 см, толщиной до 1 см. Любопытно, что при раскопках поселений их встретилось всего 7 экземпляров. Назначение таких «ножей» остается неясным. Разве что они годились для снятия шкур. Всего в могильнике найдено 7132 предмета. Из них 4372 – подвески из резцов лося и 1155 – пластинки из резцов бобра. Часть из них служила ожерельями, другая нашивалась на головные уборы, одежду и обувь. Широко использовались для украшений и клыки медведя. По расположению украшений была сделана попытка реконструировать одежду захороненных. Для ее изготовления использовались звериные шкуры, костяные иглы и проколки. Объектами охоты, судя по остаткам костей, были лоси, медведи, олени, бобры, волки, а также птицы.

Древний оленеостровец. Реконструкция М. М. Герасимова

Привлекают внимание изготовленные из рога скульптурки голов лося, видимо, служившие навершиями жезлов. Все они без рогов. Имеются две фигурки извивающихся змей и три человеческие фигурки: мужская, женская, а также янусовидная (двуликая).

Отметим и обломок плитки песчаника с выгравированным елочным орнаментом, пересеченным вертикальными линиями. Похожий орнамент – на кинжале из кости и двух обломках костяных изделий. На паре других – мелкие углубления. Найдено несколько фрагментов шейного украшения с двусторонними насечками.

О расовой принадлежности оленеостровцев все еще нет единого мнения, что связано с неоднородностью черепов. М. М. Герасимов, автор реконструкций двух скульптурных портретов, отмечал присутствие монголоидного (восточного) компонента. По мнению антрополога В. П. Якимова, оленеостровцы вряд ли выходили «за пределы европеоидного расового ствола». Среди европеоидных черепов как будто представлены две разновидности.