Текст книги "За Живой Водой (СИ)"

Автор книги: Катти Шегге

сообщить о нарушении

Текущая страница: 36 (всего у книги 45 страниц)

– Марго, я просил тебя для твоего же блага оставить его в покое, – строго произнес колдун, которому вновь пришлось оборотиться, чтобы разнять своих попутчиков.

– Что я должна сделать? – с мольбой в голосе спросила его девушка. – Как я могу вернуть ему собственную волю?

– Зачем? – ответил Сарпион. – Ты же и так можешь прекрасно о нем позаботиться. Тебе ведомо, чего желал граф де Терро. Он хотел помочь своему другу вернуть божескую милость черноморскому народу. Он избрал для этого верный способ. И разве ты не будешь страдать, если расстанешься с ним?

– Прошу, Сарпион, освободи его! Я этого хочу!

– Если ты хочешь, то можешь сделать это сама. Но не думаю, что граф будет очень тебе признателен, узнав о том, что ты с ним сделала, – колдун многозначительно повел головой, а после вновь двинулся вперед, позвав за собой релийца: – Вин, Марго уже готова продолжать путь. Пошли!

Ведьмочка остолбенела от удивления, когда пират послушно последовал за чародеем. Слишком уж рьяно Сарпион выбирал желания и направлял действия графа. Он, а не она.

– Вин, постой! – закричала в ответ Марго. Пират замер на месте. – А может это твоя работа, Сарпион? – внезапная мысль пришла в голову девушки. Почему догадки приходят ко мне всегда слишком поздно, тут же подумала она про себя.

– Ты должна стать более проницательной со временем, Марго, иначе тебя сможет обвести вокруг носа даже мальчишка, – Сарпион не стал отпираться. На его губах заиграла злая насмешка. – Кому же еще такое по силам?!

– Ты оставишь его в покое? – недоверчиво спросила девушка, ожидая при этом только отрицательный ответ. Недаром же колдун заварил всю эту кашу.

– Я уже говорил, что сделал это для твоего же блага.

Мгновение спустя почва загремела, расступаясь под его ногами и заглатывая тело колдуна по самую грудь в свои недра. Вин оставался неподвижным, лишь его взор вопросительно перебегал с разгневанного побледневшего лица Сарпиона, который почти провалился сквозь землю, на злорадную улыбку колдуньи.

– И во благо же я прошу тебя освободить его! – Марго победно приблизилась к своему учителю, который был зарыт по плечи, не имея возможности пошевелить конечностями. Она присела на корточки перед ним, чтобы заглянуть в его глаза. Стоило насладиться тем недоумением, которое они отражали. Разве можно было ожидать от юной ведьмочки столь неожиданно быстрых действий, если она пока еще не знала даже как очаровать человека или заставить его говорить правду?!

– Как у тебя это получилось? – заикаясь, произнес Сарпион.

– Я решила вырыть у вас под ногами яму, а вы столь опрометчиво в неё угодили. Теперь мы квиты, учитель. А чтобы выбраться наверх придется обоим протянуть друг другу руки.

Голова колдуна на невысокой шее пыталась оглядеться, плечи стиснуло тяжестью земли. Сарпион молчал. Он выжидал, он пытался самостоятельно справиться с земляными путами с помощью колдовства. Но время шло, а его туловище по-прежнему на треть лишь торчало над землей, и взор буравил гневные синие глаза юной ученицы.

– Чего ты хочешь? – сквозь зубы проговорил чародей. Марго облегченно вздохнула. Наконец, он сдался.

– Я хочу, чтобы Вин стал самим собой.

– Я должен освободиться, чтобы расколдовать его.

– А Молох учил меня, что чары приводятся в движение силой мысли. Неужели у тебя в голове тоже земляная яма?

– Хорошо. Я сниму чары, которые навлек на него, чтобы поскорее соединить два влюбленных сердца. Я же видел, какими глазами вы смотрите друг на друга. Но долг иногда заставляет мужчину забывать о своих чувствах. Он бы ни за что не покинул своих друзей! – колючим голосом произнес колдун. – Я лишь хотел оградить тебя от горести разлуки, Марго. Но что ты предпримешь потом?

– Я освобожу тебя.

– И что будет с Вином?

– Это он решит сам.

– Ты уйдешь с ним? Ты забудешь о том, зачем мы отправляемся к морю?

– Нет, я пойду с тобой. Я хочу, чтобы ты дальше меня обучал, Сарпион. Только помни, что кое-чему я научилась до нашего знакомства.

– Ты не нарушишь своего слова?

– Я обещаю. Я даю тебе слово дворянки, хотя уже давно позабыла, что оно означает, – усмехнулась ведьмочка. Мысли о возращении даже не приходили девушке в голову. Она могла вернуться лишь с победой. Первой победой. Она должна посмотреть на Черноморье, край оборотней и магов, земли богов, которые не сумели уберечь свой народ от силы проклятья, произнесенного устами колдуньи. А если она вернется с Вином к друзьям, кто заверит её в том, что она не посмеет влюбиться в отважного графа и не очарует его вновь?! Хотя разве её сердце будет еще раз любить? Только напрасно тревожиться и трепетать в короткие мгновения…

Сарпион закрыл глаза. Он зашептал губами непонятные слова. Спустя некоторое время колдун вновь взглянул на девушку:

– Подойди к нему и поговори. Ему может понадобиться твоя помощь.

Марго обернулась в сторону Вина. Парень так и не сдвинулся со своего места. Но теперь он обеими руками сжимал виски и судорожно захватывал воздух открытым ртом.

– Вин, – подбежала к парню колдунья, – Вин, как ты?

– Ощущение, что меня запихали в темную каюту и раскачивали на волнах, – усмехнулся пират. Он замотал головой. Зрачки в глазах расширились, рука вцепилась в девушку.

– Уже вижу, – вновь заговорил пират. Он выпрямился и игриво поглядел на Марго. Но улыбка и задорные огоньки в глазах скоро потухли, стоило ему осмотреться кругом. – Что произошло? Где мы находимся, Марго? – обеспокоено спросил он.

– Мы перешли реку. Ты ничего не помнишь? – с надеждой в голосе спросила девушка. В этом случае было бы намного проще объяснить графу, что с ним произошло. Все дни его переживаний и страданий были бы забыты, и Марго не высматривала бы в его взоре недоверие и тревогу, обвинения и презрение, которые уже являлись ей в серых глазах. Хотя, очевидно, релиец еще даже не предполагал, что случилось по вине колдовства в его разуме и сознании, и он ожидал от девушки вразумительного ответа. Она вновь заглянула в его лицо. Предчувствие говорило ей, что это может быть их последнее свидание.

– Несколько дней назад мы, наконец, вышли из болот, лесов и достигли Магарата. Сарпион считает, что для избавления от черноморского проклятия нужно двигаться к берегам Черного моря, в котором сгинула колдунья Мория, и мы отправились по этой земле на юг. Ты решил идти с нами, – Марго замолчала.

– Я все знаю.

Вин оглядывал вещи путников, которые были беспорядочно сброшены на землю. Он достал флягу и стал наполнять её чистой водой из ручья, не обращая внимания на слова далийки. Затем граф переворошил свои вещи, поднял длинный посох, который после недолгого осмотра отбросил в сторону:

– Прости, Марго. Ты приняла верное решение. Я бы с удовольствием составил вам компанию, но я должен… – только сейчас Вин обратил внимание на низкую фигуру колдуна, точнее её верхнюю часть, выступавшую над землей. – С Сарпионом все в порядке?

– Да, – Марго постаралась ответить непринужденно, она сделала безразличный жест в его сторону. – Мы продолжаем обучение. Вин, я должна тебе многое объяснить, но… Ты собираешься возвращаться?

– Последнее время я вел себя как мальчишка, голову затуманило, мысли перепутались. Я смутно помню, о чем раздумывал, а еще темнее воспоминания о моих делах. Релийцы не сворачивают с выбранной дороги, так говорит мой отец, граф Унео де Терро. Он всегда добавлял при этом, что делают они это или от упрямства, или от излишней чести. Мне кажется, я забыл и о первом, и о втором. Я уже оставил Ортека, теперь я вновь поменяю решение. Я хочу нагнать их, Марго. Ты думаешь, это возможно?

– Тебе предстоит обратная дорога до нашего покинутого плота, а после по течению реки двинешься к Алдану. Если тебя не остановит ночь, то их может затормозить гроза, – Марго притупила взгляд. – Тебе неинтересно, почему ты находился в таком состоянии, Вин?

Граф не ответил, он бросил на девушку смущенный взгляд.

– Прости меня, Вин.

– Марго, я … Я не знаю точно, что между нами было. Я благодарен тебе за все. Я редко отказываю девушкам, особенно таким хорошеньким, – пират задорно улыбнулся, его лицо возвращало себе живые краски, – мне стыдно в этом признаваться, но я не могу тебя любить. Это слишком тяжело.

– Прощай, Вин, – Марго вздохнула с облегчением. – Ты был мне верным другом. – Она изобразила подобие улыбки. Как всегда, она говорила правду, но умалчивала о том, что скрывалось под этой тонкой гранью между истиной и ложью.

– Возьми на память обо мне этот перстень, – Вин снял с мизинца золотое кольцо, украшенное зеленым камнем, и протянул его девушке. – Если вам придется слишком туго, то всегда можно выручить за красивое колечко пару монет, – он усмехнулся. – Деньги нужны даже колдунам.

Марго отодвинула его ладонь:

– Можно быстро разориться, если дарить нелюбимым такие дорогие подарки. Надеюсь, у тебя это не входит в привычку. Ты навсегда останешься в моем сердце, Вин, а перстень выкинь в море, если он для тебя ничего не значит, или одень на палец той, что будет его бережно хранить, а не хвастливо выставлять напоказ или торговать в незнакомой лавке. – В голосе девушки слышались тоскливые нотки.

– Прощай, – парень нежно прикоснулся губами к её лбу и развернулся, чтобы двинуться в обратный путь. – Значит, я должен рассчитывать на грозу? – усмехнулся он через несколько шагов, обернувшись к ведьмочке сияющим лицом.

– Разве вольного пирата хоть раз пугал ураганный ветер? – прокричала в ответ Марго. Вин уже не оглядывался. Он помчался по зеленому лугу легкой трусцой, подставляя лицо и волосы свежим порывам воздуха. Он вырвался из оков на свободу, подумалось Марго, а она в них невольно угодила, и сорвать их с себя означало потерю последних связующих уз с миром, в который она так долго стремилась вернуться, но где её уже никто не ждал.

Девушка подошла к своему пленнику: предстояло исполнить обещание, данное колдуну. Сарпион был неподвижен, он не прекратил попытки выбраться наружу, которые напрасно забирали его силы и терпение. Нынче он ждал, величаво выставив седую голову над сырой землей. Но девушка бездействовала, сохраняя молчание.

– Освободи меня, – жестко потребовал колдун. Марго, казалось, даже не обратила внимания на его крик, она глядела стеклянным взглядом мимо учителя, погруженная в горькие размышления. – Ты ведь не хочешь, чтобы я, наконец, предпринял действия и выбрался из этих тисков, заодно переворошив весь ландшафт?

Марго собралась. Она была обязана думать о своей безопасности, её растерянность и задумчивость показывали слабость. В этом время следовало ожидать ответный удар колдуна, а ведьмочка даже не имела понятия о пределах возможностей своего наставника.

– Зачем ты это сделал, Сарпион?

– У меня уже затекли ноги и руки, я окоченел. Вытащи меня отсюда, а после мы поговорим.

– Нет, сперва мы поговорим. Начистоту. А после ты получишь свободу движений. Что может случиться с колдуном, его тело неистощаемо? – она кинула в лицо колдуна насмешку. Девушка присела на землю напротив Сарпиона, подобрав под себя ноги. – У нас будет долгий разговор, особенно если ты решишь беседовать загадками и домыслами, а эта поза … только закалит твой организм? – Марго подняла вверх изогнутые брови, ожидая ответа.

– Ортек не подавался моим чарам с самого начала пути, – произнес Сарпион. – Он уже одержим. Его мысли устремлены на поиски живой воды, и их не затмишь ни любовью, ни страхом, ни лишениями, ни здравым смыслом. Черноморский царевич, даже будучи изгнанником в родной стране, смог бы открыть нам многие потайные двери на пути к цели. Но… неудача. Тогда мое внимание обратилось на его старшего товарища, который уже не раз бывал в черноморских землях и не чужд местным законам и людям.

– Этот орех оказался тебе по зубам?

– Он слаб, потому что влюблен. Но, к сожалению, не в тебя, Марго, – съязвил колдун.

– В любом случае, я не понимаю, зачем тебе проводник, если ты уже бывал в Черноморье. Куда ты хочешь попасть? Почему ты решил увести меня от друзей? Только, чтобы приворожить Вина? Быть для него поводырем?

– У колдунов не бывает друзей, как у правителя не может быть родных, близких, заслуживающих любви и снисхождения. Все равны перед его законом. Твои друзья люди, они предадут тебя, когда им более не понадобится твоя подмога, твой совет или твоя опора. Они усомнятся, устрашатся, позавидуют или всего лишь встанут у тебя на пути. К тому же живая…

– … вода не для колдунов, – Марго закончила уже избитую фразу колдунов. Она слышала её от окружающих уже сотни раз, и, похоже, даже смирилась, что придется считаться с этим мнением. – Так куда же мы пойдем? Что еще мне предстоит узнать сейчас, а не потом, чтобы я не разочаровалась в своем учителе? Ты намерен снять проклятие Мории или лишь заговаривал нашим спутникам зубы?

– Ты должна была мне доверять, Марго. Я хотел помочь твоим … друзьям, – усмехнулся Сарпион. – Но твое вмешательство нарушило весь мой план. Быть может нам придется воротиться и дожидаться избавления от напастей на черноморской земле еще долгие годы. Хотя мне крайне неприятно рушить твои надежды. Может все-таки поиски отряда Ортека принесут кое-какие плоды – на голову черноморцев падут проклятия номов, – колдун громко засмеялся над собственным предположением.

– Что это был за план?

– Вин должен был провести нас в Береговую башню.

– Ты собирался идти в логово магов?!

– Тебя охватывает испуг лишь от одного их прозвища? Да, наш путь лежит в Гассиполь, в Башню, где хранятся главные ценности магов, священные реликвии служения богам.

– Зачем? Ты не веришь в богов, а магов называешь фокусниками и обманщиками, лживыми мудрецами, корпящими над книгами.

– О, я никогда не собирался принижать их знания, умения, а главное хитрости. Но маги остаются людьми, и их возможно околдовать как обычных смертных, ежели они не столь тверды духом, как любят об этом рассказывать.

– Говори! Я хочу знать все, что ты задумал! – голос девушки был тверд и требователен.

– Замыслы колдунов порой воплощаются в жизнь на протяжении десятков лет, так что не стоит меня торопить, девочка. Как ты видишь, я стал колдуном в зрелом возрасте, прожив достойную, но скучную жизнь. Я родился в Рустанаде, в маленьком поселке. Отец отправил меня в город на учебу. А чему учат русы – торговле, счетоводству, деловым контрактам. Мне это было не по душе, я сбежал от местного банкира, и моя юность прошла в бродяжничестве по стране. В порту я сел на корабль и попал в Алмааг, где и познакомился со столичным мастером, видием, который конструировал всевозможные машины. Да, раньше видии занимались не только попрошайничеством…Я постиг умение чертежа, точных расчетов, объемов и высот. Мастер плавил металлы, изготавливал огненные и сыпучие смеси. Он жил в доме богатого принца, где располагалась несравненная по тем временам библиотека. Так я стал приближаться к знаниям, но они не прельщали тогда мою душу. Я жаждал новизны и открытий, но мне никогда не доставало упорства, труда и времени, которые требовались для овладевания навыками. Затем я вернулся в родные края и благодаря силе убеждения и диковинкам, которые привез из столицы, легко завоевал доверие односельчан. После смерти старосты меня избрали новым главой. Мирная неспешная жизнь потекла перед глазами. Я удобрял посевы на полях, предсказывал погоду и усовершенствовал пахотный инвентарь, за что был уважаем и любим своими сельчанами. Я исполнял обязанности богослужителя, как требуют обычаи у южан, приносил молитвы и дары Тайре, а многие просили в праздные дни омовения, благословения Моря, – Сарпион говорил неспешно, и девушка нетерпеливо вздохнула во время его недолгой передышки. Она понимала, что разговор этот не подобает вести в таком месте, но видимо иного случая для него могло и не представиться. – Я много читал, и уже тогда знал, что помимо людей земля населена иными существами, точнее иными людьми. Южане издавна поклонялись богине, которой приносили в жертву собственную кровь, чтобы из далеких дремучих южных краев в их селения не пришли ужасающие кровососы, а к ведьмам мы относились с еще большей ненавистью. Я сам обвинил в колдовстве немолодую вдову, которая уже сожгла двух мужей и жила со своей невесткой, внезапной захворавшей от страшной болезни. Мы связали ведьму, первоначально облили её вином и водой, отрубили голову, а после сожгли бездыханное тело на погребальном костре. Это считалось более милосердной карой для колдуньи, ибо на севере тех, кто привлекал несчастья или неведомую удачу в свой дом, сжигали заживо на глазах толпы.

Я слышал о деяниях колдунов и о том, что они нашли убежище в северных лесах по другую сторону Ольвийского залива. Туда я и отправился, когда после десятков лет управства в тихой деревушке в наши места пришла ненасытная чума, опустошившая окрестности. Выжили немногие, и я был среди них. А потом я понял, что творю то, что желаю, что уничтожаю то, что не замечаю. Я удалился от людей. В Деревне меня встретили достойные учителя, но лучшие уроки нам преподносит жизнь, а не слова людей. Я принял новое имя – Сарпион, и назвался колдуном. Здесь я узнал Роэна, алмаагского дворянина, который стал мне другом. Но кто такой друг, Марго? Тот, кто разделяет твои взгляды, переживания, цели. Бытие колдунов слишком обширно, и дороги друзей нередко в нем расходятся в разные стороны. Однако именно с Роэном мы слушали рассказы о делах колдунов, которые вписаны в историю всех морийских стран. Особенно меня занимала история Мории. Как получилось, что обычный смертный юноша справился со столь могучей колдуньей?! Но более волновал вопрос, как удалось ей возвести на сотни лиг морийской земли сооружение, потрясающее ум своей красотой, размером и непокорностью?! Деревня в те времена была многолюдной, но колдуны не задерживались в ней надолго, это был перевалочный пункт, гостиница, место, где можно было укрыться от чужих глаз, передохнуть, а затем вновь двинуться в мир, полный опасностей, несправедливости, энергии, жизни, – Сарпион замолчал, и, сделав внезапное движение, вынул из земли правую руку. Марго изумленно заморгала, но не стала сдерживать желание чародея наконец-то высвободиться.

– Я похудел уже настолько, что вскоре исполню свое обещание, – колдун достал на поверхность еще одну руку. Он попробовал самостоятельно подтянуться над землей, но пальцы проваливались во влажную рыхлую почву. – Ну что, придеться оканчивать свою историю в столь неудобном положении… Я долго изучал, на что способны колдуны и пришел к горестному выводу: Серебряная Стена была непосильной задачей даже для Владык, господ Прибрежного края, иначе они не допустили бы исхода людей в южные пределы. Но с другой стороны, не все Владыки были равны в своих способностях, а главное – у каждого из них были собственные желания и цели. Мория была Вечной, могущественной колдуньей, в этом нет сомнения, но в одиночку она не могла бы сотворить подобную защиту от полчищ дикарей. Был ли у неё помощник, союзник, другой колдун? Но в чем выразилась бы его помощь? Колдовство совершается одним человеком, то есть чародеем, ибо чары – это энергия ума, мысли, а они не могут совмещаться, ибо совершенно различны у каждого создателя. Именно поэтому колдуны порой передают часть своей силы амулетам, оберегам и другим талисманам, как называют люди дорогие и полезные для них вещи. Эти предметы в наше время чрезвычайно редки и, в сущности, бесполезны. Мало кто способен их создавать и умело ими пользоваться. Но именно из древнейших времен до нас доходят истории о таких диковинках, исполнявших желания, даровавших здоровье, любовь и богатства. Значит, еще в Прибрежном краю даже обычные люди имели доступ к таким вещам, которые, однако, со временем иногда теряли свои свойства. Например, сказка о шапке-невидимке, которая изменила своему хозяину, когда тот как раз пробрался в спальню к принцессе, вполне могла быть не только сочинением неизвестного автора. Это народная молва, но по таким творениям мы судим о том, что еще не записали в летописи предки, а лишь передавали из уст в уста своим потомкам.

– Ты думаешь, что у принцессы-наследницы Мории была такая диковинка? – спросила Марго. Девушка поглядела на небо, которое уже посерело в наступавших сумерках. Вероятно, их разговор мог затянуться до темноты, но место возле воды было как раз подходящим для ночной стоянки. – Только причем здесь Башня в Гассиполе?

– Ты могла бы и сама до этого додуматься, Марго, – Сарпион поверх бровей поглядел на девушку. – Черноморский царевич выкрал принцессу из горящего города, а после она сгинула в морских пучинах, оставив все свои сокровища своим похитителям. Не иначе, как искать следы этих богатств следует на черноморских берегах. Приближенные вельможи и летописцы, современники тех далеких времен, нередко упоминали, что принцесса была очень набожной и всегда носила в складках платья небольшую книжицу, из которой читала молитвы во славу великого Моря. Именно с помощью этих молений, по мнению видиев, она возвела Серебряную Стену. Но нам, колдунам, негоже столь глубоко заблуждаться. Мне стоило долгих лет исканий, чтобы разузнать это, а после еще годы скитаний по Черноморью, в которых я убедился, что иду верной дорогой.

Вернувшись в родные края, черноморский царевич выстроил на берегу храм во славу Моря, Нопсидона. Он вернул своему народу веру в это божество и почитание его превыше всех остальных. Он водой окропил жителей города, в который возвратился с победой и славой, не ведая еще страшного проклятия, произнося при этом на морийском языке молитвы видиев, как свидетельствовали пелесские моряки, на чьем корабле он достиг родины. Может быть это была живая вода, и царевич одарил людей здоровьем, а они взамен заплатили ему забвением, – колдун говорил горестно и скептически, как будто размышлял наедине с самим собой. – Ныне Башня, выстроенная царевичем, является оплотом магов, как себя прозвали эрлинские жрецы. Первоначально меня заинтересовала эта постройка тем, что доступ в башню имеют лишь избранные – те, кто был отмечен Верховным магом, именуемым теперь Хранителем башни. Он окропляет человека священной водой, наподобие того, что проделал царевич в дни своего возвращения. Я двадцать лет потратил на то, чтобы войти в это таинственное сообщество. Магом становятся с юношеских лет, выбирая стезю богослужителя. Я же в свои зрелые годы не мог рассчитывать пройти этим путем, пускай и пережил бы этих юнцов на многие годы. Мне пришлось действовать издалека, завязывать знакомства, входить в доверие, но самых опытных из магов не так легко обмануть. Ничто не ускользает от их взора, а пуще всего присматриваются они к людям, ибо уже давно известны им секреты отравления, одурманивания, обмана человека, с помощью которых они всегда демонстрируют силу своих богов.

Я сумел подчинить своей воле одного из онтариев, военоначальников, приближенных к Веллингу. Его дом нередко принимал в своих стенах магов, вечно странствующих в своих секретных миссиях. Я был допущен в Башню, так как в празднества толпа верующих взирает с её высот на волнующееся море. Тогда я и заполучил в руки то, к чему стремился столько лет – изящный золотой сосуд с тонким длинным горлышком, из которого Хранитель выливает струйку воды на головы паломника, после чего те вправе подняться по многочисленным ступенькам сооружения наверх к могучему Уритрею и предстать пред его ликом, а также всмотреться в царство Нопсидона, синее море. Но мои старания оказались тщетными: сосуд не приумножал колдовские силы, и даже после его исчезновения секрет омовения мною не был раскрыт. По-прежнему, было невозможно растворить тяжелую железную дверь, прикрывавшую вход, а ежели даже она была открыта, человек, и даже я, колдун, терял силы на первых ступенях подъема и вынужден был отступить в наступающем изнеможении. Тогда я обратил свой взор на источник, из которого маги берут воду. Но и это не дало никаких результатов. Все было бессмысленно, я действовал впопыхах, бросаясь из одной крайности в другую, не желая подумать о глупости моих умозаключений. Меня поджимало время, меня окружили подозрительные взгляды, преследования. Маги искали грабителя, осмелившегося выкрасть священный графин. Мне пришлось спасаться бегством.

Но я не оставил свою затею. В Эрлинии я, наконец, обрел долгожданное решение загадок башни. Но их правильность еще предстоит проверить. Меня всегда волновал вопрос: что за сокровища скрывает в себе Башня, раз в неё дозволено войти не каждому? Но все документы, написанные самими магами, не говорили ровным счетом ни о чем выдающимся, кроме священной книги служения Нопсидону. Лишь Хранитель башни произносит слова, записанные в Книге Ветров, ибо именно верховный жрец обращает молитвы народа к Нопсидону и Уритрею, прося о дожде, урожае, тепле в черноморской земле. В Эрлинии в каждом городе есть маг, исполняющий эти обязанности, но никто из них не сравнится с Хранителем башни, чьи предсказания всегда сбываются. Выходит, что традицию эту черноморцы переняли от южных соседей, но лишь дополнили её таинственностью и запретами, которые усиливали веру людей и укрепляли власть магов.

И я после многолетних поисков предположил, что именно эта книга ранее принадлежала Мории, а царевич не нашел ей никакое иное применение, чем преподнести в дар жрецам. Ежели книга наделена чародейственными силами, то вполне возможно, что именно эти чары дозволяют ступить в святилище лишь окропленным водой руками самого Верховного мага. Я намеревался проверить свою догадку с помощью нашего друга, пирата. Для него уже не впервой приносить молитвы богу воды и жизни, Нопсидону, он смог бы проникнуть в башню, тем более уже бывал в этом месте. В нем признали бы иноземного купца, который к тому же по слухам, несомненно, достигшим южных берегов, прежде имел дело с младшим сыном Веллинга Релия и не слыл опасным чужаком. Но ты уничтожила мои надежды. Если книга окажется в руках колдуна, а не мага, способного лишь читать в ней пустые молитвы, проклятию черноморцев придет конец. Тогда мы станем истинными богами, ибо сможем воплотить в реальность все молитвы, что люди столь усердно твердят большую часть своей жизни.

– Но почему ты не поведал нам заранее свои замыслы? – спросила Марго, когда колдун замолчал.

– Я не раз говорил Ортеку о том, что избавление от колдовских чар может лежать у черноморцев под носом, но они не замечают этого, ибо маги слишком самоуверенны, но в этом вопросе совершенно бессильны, а колдунов… никогда не рождалось в иных краях, чем морийские берега. Лишь минорцы и их потомки принимают дар или проклятие чародейства. А нынче в крови и южанина, и светляка течет часть минорской крови. Но речи, что я произнес, были обращены к слуху колдуньи. Лишь тебе возможно понять мои опасения, разочарования и стремления, Марго. Смертные люди, прознав о такой возможности, велят немедля уничтожить любые реликты, даже способные принести им спасение, ибо это означает возрастание могущества колдунов, другой расы, – Сарпион загадочно поглядывал на собеседницу, изучая её лицо после услышанного признание, ожидая ответных действий, решений.

– Все это лишь твои предположения, и нам предстоит их проверить – подтвердить или опровергнуть, – помедлив, произнесла Марго.

– Да, но теперь на это вновь могут потребоваться годы. Меня еще слишком хорошо помнят в Гассиполе, чтобы являться на глаза магам, а девушкам … – он замолчал, оценивая взглядом внешность Марго. – Если ты сойдешь за черноморку…

– Я уже была тонкой, – усмехнулась ведьмочка. – Вновь подкрашу глаза, обую башмаки на высокой подошве, чтобы подрасти в глазах окружающих, и я легко сойду за черноморку. Ты займешься моим языком и воспитанием в нужных традициях, ибо, к сожалению, я до сих пор ведаю о них совсем немного. Лишь по рассказам Вина да Лиссы, у которой была подруга, спасшая их из гарунского плена. Двина. Она кстати была магом, приемной дочерью нынешнего Хранителя, Менея.

– Двина… Воспитанница Менея… – задумчиво повторил Сарпион. – Я много о ней слышал, но так и не видел ни разу за все годы, проведенные в порту.

– Лисса говорила, что юношество Двина провела в путешествиях по эрлинским городам, и лишь год назад возвратилась в Гассиполь, когда скончался Веллинг. Она была очень близка с царевичами…

– Конечно, конечно, – поспешные возгласы колдуна перебили мысль девушки. – Ты сможешь великолепно сыграть роль Двины. Притворство – это вторая жизнь и натура колдуна, Марго. Мы всю жизнь скрываем, кем являемся на самом деле.

– Но… – Марго не слишком уж удивилась предложению учителя. В нем было над чем поразмыслить. Она встала на ноги и протянула руку колдуну, за которую тот тут же ухватился. Ей пришлось подумать о новом движении земли и о подъеме человека, зарытого в неё, после чего Сарпион повалился на зеленую траву под раскидистым кленом. – Но у неё было много знакомых.

– В Гассиполе её могут не помнить в лицо, – тут же ответил Сарпион. Он медленно поднялся, распрямляя и растирая затекшие колени, бедра, поясницу.

– Но как же её отец?

– Одного мага можно будет очаровать, это даже пойдет на пользу делу. Меней уже слишком слаб и стар.

– А если у нас ничего не удастся?

– Для начала нам надо добраться до Гассиполя, Марго, а там посмотрим, в виде кого ты выйдешь на игровую арену. А теперь принеси мне воды и еды, я ужасно устал от твоих выходок.

Марго поспешила выполнить просьбу, точнее распоряжение учителя. Она обрадовалась, что он не перешел немедленно к наказанию за столь резкое обращение со своей особой. Его рассказ показался девушке излишне чувствительным: очевидно, Сарпион хотел вызвать симпатию ведьмочки. Но вместе с тем колдун обозначил цель их путешествия. Гассиполь. Башня. Книга Ветров. Хотя Марго рассуждала намного проще – её желанием было снять проклятия морийской колдуньи, тогда как для Сарпиона важнейшей задачей, видимо, являлось умножение собственных сил.

– Ну что ж, можно теперь заняться твоим образованием, – они прошли еще пару лиг в наступавшей темноте и развели костер под холмом, прячась от порывистого ветра, дувшего на север. Где-то там далеко собиралась гроза. Сарпион с любопытством смотрел на свою спутницу. – Однако сперва ты вновь покажешь мне свои умения. Как тебе удалось сотворить землетрясение под моими ногами?

– Тогда вы, учитель, обучите меня искусству очарования и покорения мужских сердец, – заигравающе улыбнулась Марго.

– Я считал, что ты не одобряешь такие методы воздействия на людей.

– Но о них следует все узнать, чтобы никогда не позволять себе воспользоваться ими, пусть даже бессознательно, случайно.