Текст книги "За Живой Водой (СИ)"

Автор книги: Катти Шегге

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 45 страниц)

– Марго, – Лисса тихо обратилась к подруге, теребя её за локоть. Она покосилась в сторону других женщин, сидевших за длинным столом, – потише ты, а то тебя точно нарекут деревенской ведьмой, а не могучей колдуньей. Никто тут не верит, что ты графиня. А за твою родинку они, – Лисса ещё раз покосилась на деревенских работниц, – считают тебя нагулянной матерью в Рустанаде. А южан, как ты поняла, здесь совсем не жалуют. Не хватало ещё, чтобы ты выражалась на простонародном наречье да ругалась как баба с торгашами.

Марго перешла на более спокойный тон и продолжила рассказ:

– Он, видимо, меня о чем-то спросил, я же не слышала ничего. Он подошел поближе, я опять не ответила. Ну, он испугался, что я стою как столб немая с расширенными глазами, и стал меня хлестать по щекам, а Сэм, который уже продремал своё, тут и заорет, что я сплю. Я очнулась от криков, стала ему возражать. Зас помчался за Бадом. Колдун как пришел, провел по лицу моему ладонью и понял весь обман. В итоге, – Марго горько вздохнула, – застыдил он меня и с позором прогнал в Деревню.

– А Сэм? Он ведь предательски поступил!

– А Сэма он заставил дальше стоять, но при этом остался рядом с ним, так что даже не знаю, кому ещё повезло больше, – усмехнулась девушка. – Бад сказал, что наш организм, то есть у колдунов, более силен и вынослив. Мы способны более десяти суток жить без пищи и сна, а тело не берет ни усталость, ни болезнь, и яды нам совсем не страшны. Я, конечно, очень хочу в это верить, Лисса, но я, наверное, очень слабая колдунья, раз не смогла честно выдержать это испытание. А когда я вспоминаю ту заразу, что вливали мне в глотку в Ароне, то представляется, что от настоящего зелья я просто свалюсь моментально с ног и отправлюсь в царство Моря. Если туда принимают колдунов?!

– Ты должна проучить Сэма! Не спускай это ему так с рук. Посмотри на этих мужиков, что они за праздник устроили: сидят важно у костров, пиво и вино пьют, а где же танцы и песни, веселые разговоры и комплименты в сторону нас, женщин, которые весь день крутились у огня, в дыме, тесте и воде?! – Лисса понимала, что перешла совсем на другую тему, но не могла сдержать своей обиды и недовольства.

– А что за празднество в Деревне? – спросила Марго, которая совсем не ведала, что творится за лесом в последние дни, которые прошли у неё в серой сонной дымке голода, жажды и усталости.

– Я тоже не знаю, что это за праздник такой! Все сидят и обсуждают дела, вспоминают прошлое, загадывают на будущее, ругают государя, царя, дворян и южан! Как будто нельзя это делать в доме, где нет ни комаров, ни сырой травы, ни дыма и гари от костров! – предела возмущения тайи было не видать. – Посмотри, они там уже карту рисуют на земле, – Лисса кивнула головой в сторону Вина, который выводил какие-то очертания возле костра длинный тонкой палкой. – А мне не позволено к ним присоединиться. Точнее, это не принято! Мелая сказала, что я хотя и гостья в Деревне, но не должна подглядывать за посиделками колдунов. Хорошо, что Агриона разрешила мне не прятаться в комнате и помочь ей с напитками.

– А как тут у вас дела? Ортек уже решил, когда выступает на юг?

– Марго, ты должна на него повлиять! Только ты заставишь его передумать! Ты ведь из колдунов, а вы можете все, если захотите! – Лисса просительно взглянула на подругу, ответный взгляд которой выражал лишь полное недоумение. – Я ведь тоже не сижу без дела, – продолжала тайя. – Уже сумку дорожную перешила, платья свои починила, собираю вещи в путешествие… – девушка замолчала, понимая, что предстоящая дорога не будет напоминать обычный поход. – Я отправилась в избушку к Дугласу, чтобы узнать, что да как, когда и на сколько. Они ведь уже все обговорили, запланировали. Я могла послать Ланса, он бы мне все выложил как открытую книгу. Но все же я не видела их несколько дней, они забились себе в этом разваливающемся избище, и нос не высовывают. А он мне и говорит, чтоб никуда я не собиралась, потому что я останусь здесь, и они уже даже скрывать не будут, что пойдут в … путешествие… без меня!

– Кто он?

– Кто кто! – передразнила Лисса. – Ортек, конечно же! Вин лишь по-благородному улыбается да указывает на черноморца, мол, он тут главенствует… Так я и поверила этим его шуточкам, с самого знакомства вроде преклоняется перед царевичем, а на самом деле сам его направляет… А Дуглас – на него смотреть жалко – весь исхудал, сник… Да туда же. Говорит, как Ортек сказал, так и должно быть, девушке в походе не место. Марго, где же это видано …

– Лисса, ты считаешь, что если в Тайраге с молоденькими девочками, тайями, считались, точнее исполняли их просьбы и капризы, то это само разумеющееся для всего мира, – Марго громко ответила подруге. – Ты ведь знаешь, что это не так. Так что надо подойти к ним с другой стороны. Про меня ты говорила?

– Говорила, – воинственный настрой Лиссы моментально испарился. – Он ответил, что ты вольна делать, что хочешь, что тебе вздумается, потому что ты колдунья. Не знаю, как это связано между собой, но он не возражает против тебя. По-моему, он действительно надеется, что если одна ведьма наслала проклятье, то может быть другая в силе его снять?! Не знаю, не знаю. А может он просто не верит, что ты отправишься за живой водой. Ты ведь колдунья.

– Добрый вечер, прелестные гостьи! – приятный мужской голос раздался позади подруг. Обе вздрогнули от неожиданности и быстро оглянулись.

– Добрый вечер, господин… Сарпион, – Лисса вскочила со скамьи и присела в неглубоком поклоне. Она уже решила, что у мужчин закончилось вино, и они сами поднялись за добавкой. Если бы это увидела Агриона, девушке бы не поздоровилось. – Чего-то желаете… – губы тайи застыли, так и не договорив предложения, глаза заморгали, а рука потянулась к груди, точнее к тому, что было спрятано в этом месте под одеждой. – Убил Имиру! – воскликнула тайя, не обращая внимания на окружавших её людей. Она резко развернулась и быстрым шагом направилась к крайнему костру. – Значит та девушка, с которой он путешествовал, была Имирой! – донеслось до слуха Марго. – Он просто много выпил, Ланс! Это невозможно…

Графиня испуганно поглядела ей в след, она уже решила догнать тайю, но властный голос переменил её намерения:

– Очень странная у тебя подруга, Марго. Если человек разговаривает сам с собой, значит он либо очень возбужден, либо очень одинок. Но говорить неизвестно с кем в присутствии других людей – это уже признак помешательства головы.

– Мы с вами знакомы? – девушка из вежливости обернулась к собеседнику.

– Я уже слышал о тебе много откликов, приятных и не очень. В любом случае, я сам скоро разберусь в чем их истина, а в чем ложь.

– А вы… господин … Сарпион, – Марго припомнила слова Лиссы, когда она поприветствовала незнакомца. – Лица я вашего не помню, следовательно, вы и есть тот колдун, что недавно прибыл в Деревню издалека, – закончила свои рассуждения вслух далийка. – Очень приятно познакомиться, – Марго вежливо склонила голову. – Но, видите ли, какой бы странной не была моя подруга, сейчас я должна быть около неё.

– Марго, – окликнул её Сарпион, когда девушка уже сделала несколько шагов прочь от стола, за которым она беседовала с Лиссой, – я очень рад нашей встрече. Отныне мы будем видеться с тобой довольно таки часто и, надеюсь, достигнем совместными усилиями больших результатов.

Она оглянулась в сторону мужчины, который так быстро посмел произнести столь самонадеянные речи. Впервые в жизни ей захотелось прочесть мысли человека, узнать, о чем он думает. В отсвете костров различалась высокая статная фигура, длинные седеющие волосы, спускавшиеся ровными прядями на плечи, короткая борода, правильные черты лица и сверкающие глаза. Именно таким и должен быть колдун, мелькнуло у Марго в голове. Она усмехнулась. Нет, ей ещё было недоступно проникнуть в чужие замыслы, в голове проявлялись лишь собственные суждения. Но глаза колдуна говорили сами за себя. В них играла насмешка и заинтересованность, властолюбие и рассудительность, огромная сила и знание, желание и воля. Вот, как она представляла себе прославленных чародеев, которые звались Вечными богами и владычествовали в далеких северных краях. Иногда и ей хотелось стать такой же, но мысли эти стали приходить в голову совсем недавно, прежде же девушка даже не ведала о могучих властителях земли, в чьих рядах она оказалась по воле случая, богов или кого-то ещё.

Графиня побрела в сторону друзей. Возле яркого костра уже не раздавалось пения музыканта. Марго приблизилась к Лиссе, приникшей к плечу брата. На молодую колдунью никто не обратил внимания: Ортек не отрывал взгляда от земли, в которой он уже выкопал неглубокую ямку, Вин глядел пустым взглядом в невидимую даль, в руках Дугласа застыла полностью опустошенная кружка вина. Ведьмочка незаметно обогнула костер и возвратилась к домам. Яркая луна освещала верхушки сосен и елей, встававших за крышами деревенских изб. Девушка юркнула в дверь темной комнаты, устало повалилась на кровать. Кругом были чужие люди, чужие беды, чужие цели, и ей ничего не должно было помешать уснуть, тем более этого она хотела больше всего.

После недолгого перерыва Бад возобновил свои занятия с Марго. Колдун сообщил ученице, что Сэм в этом году достиг наилучшего результата за всё свое обучение – выдержал в роли неподвижной статуи более восьми дней и ночей. Но в следующий раз юная Марго несомненно должна вести себя более порядочно и честно, чтобы легко доказать мальцу мелочность его достижений и не позволить тому так высоко поднимать самомнение. Марго не обратила внимания на пожелание учителя, всем сердцем желая, чтобы этот следующий раз наступил как можно позднее.

Нынче занятие сводилось к тому, что Бад велел разлить неглубокий сосуд с водой в десять широких плошек, которые были намного больше по объему.

– Каждая миска должна быть заполнена до верха, – давал последние указания колдун. – И даже не пытайся воздействовать на мое воображение. Я прекрасно увижу, достает ли вода до края, даже если ты воспользуешься иллюзией.

Марго попробовала возразить, что даже не задумывалась о таком, хотя это было первое, что пришло ей в голову. Не могла же она создать воду из ничего. Колдуны перемещали энергию из одной сущности, материи в другую, но не превращать же воздух в воду. Или… Марго усмехнулась. Это ей уже удавалось – доставать из воздуха воду, но такой фокус только бы поразил Бада. Колдун уже давал девушке подсказки, и, исполняя его желания, Марго выполнила задание, разлив воду на дно плошек, а затем приподняв жидкость с помощью воздуха до края, так что глазу предстали заполненные широкие горшки с плоским дном, на котором однако не осталось ни капли жидкости.

– А возможно создать что-то из воздуха? Или обратить один предмет в другой, так чтобы это не было игрой воображения? – спросила ведьмочка, после того, как Бад заставил повторить это упражнение несколько раз, снизив время его выполнения до трех слов.

– Обращения невозможны. Это просто воздействие на зрение человека. Ты заставляешь видеть его то, что хочешь, чтобы он узрел.

– А как же оборотни, о которых рассказывают в Черноморье. Ночью – волки, днем – обычные люди.

– Оборотни встречаются не только в Черноморье, Марго. Люди превращаются в лис, летучих мышей, медведей. Так устроен организм этих людей, а точнее нелюдей. Но только не спрашивай меня, кто создал этих существ, да всех живых тварей, что заселили земли, горы и моря. Об этом тебе лучше расскажет Молох или Сарпион. И даже не пытайся проделать это с чем-то или кем-то, Марго! От таких экспериментов и населили разные чудища местные края.

– А полет? Можем мы взлететь в небо как птицы?

– Нет, это тоже только фантазии. Даже Вечным это было недоступно, иначе они ведь давно покинули бы неблагодарных людей, променявших их силу на скромные дары моря.

– Но Вечные ведь жили только в легендах, учитель. А разве можно верить сказаниям людей?! Ведь ты сам показываешь мне, как управлять воздухом, силами, что находятся в нем, – в глазах Марго засветились озорные огоньки. Она привстала на носочках и подняла руки вверх, пытаясь оторваться от земли. – Стоит только захотеть, представить, поверить, что это возможно, – говорила девушка. Она заметила, что колдун осматривает её испуганными глазами. Она опустила взор и едва не вскрикнула. Земля оказалась намного ниже, чем она предполагала, и ведьмочка, потеряв самоконтроль, повалилась вниз. В небе в это время вспыхнул яркий свет и на зеленую траву упали горящие искры.

– Давай попробуй еще раз, – на удивление самому себе и своей ученице Бад даже не заметил этой оплошности и помог девушке подняться. – Попробуй еще раз взлететь, Марго, а я уж внимательно посмотрю, не смеешься ли ты опять над моим уже подслеповатым зрением.

Колдунья теперь не вытягивалась вверх. Она знала, куда ей следовало направить воздушные потоки, покорить невидимое притяжение к земле и подняться вверх. Во второй раз это произошло более быстро. Марго заверещала от удовольствия, когда напротив её взора встали кроны деревьев, их верхние ветки, с которых слетела испуганная стая синиц.

– А теперь лети! – крикнул Бад. – Лети к Деревне!

Куда лететь? Марго не могла пошевелиться. От вида того, что под ногами ничего нет, ей стало страшно. Только теперь девушка подумала, что нужно ещё опуститься вниз, не повредив при этом шеи и головы. Мысли разлетелись в разные стороны. Она уже летела, падала с огромной скоростью на зеленую траву. Из горла вырвался громкий крик, и в тот же миг девушка вновь застряла в воздухе. В нескольких локтях от земли. Бад медленно опустил её и поставил на ноги.

– Получилось! Получилось! – восторженно произнесла Марго, порываясь обнять своего спасителя.

– Что получилось? – строгий голос колдуна погасил её пыл. – Разве это полет?! По-моему, я вижу тебя на том же самом месте, только при этом ты чуть не погубила себе жизнь.

– Но я ведь поднялась в небо, – изумленно произнесла далийка, все ещё потрясенная своим достижением.

– Это по силам многим. Я могу также легко тебя поднять вверх и даже переместить с этой опушки на тот бугор, заросший клевером. Но самому двигаться в воздухе, не имея опоры под ногами, невозможно. Запомни это, Марго. На сегодня наша встреча завершена. Завтра Сэм уже встанет, наконец, с постели, и я посмотрю, кто из вас способен подняться выше в небо, кому не ведом страх под горячим солнцем и темными тучами.

У девушки перехватил дух, когда она подумала, что Бад действительно заставит их подняться так высоко. Она одиноко побрела по тропинке к поселку, разглядывая землю под ногами. Марго погрузилась в мысли, мечтая о том, что когда-нибудь она уж точно полетает над зеленым лугом, пусть и не столь далеко от поверхности земли. Радость переполняла сердце, девушка тихо напевала мотив старинной детской песенки, срывая при этом яркие цветы, душистые травы. Ей еще предстояло сходить к заброшенному пруду за кувшинками и ряской, а также поискать в осиннике грибы. Агриона наказала приготовить мазь против ушибов суставов. Но в распоряжении ученицы был оставлен лишь старинный рецепт, и Марго надеялась, что Лисса поможет ей верно смешать все необходимые ингредиенты.

– Марго, я был очень рад твоим сегодняшним успехам, – ведьмочка обернулась на уже знакомый мужской голос. Из-за толстого ствола раскидистого тополя вышел человек в коричневом одеянии, которое позволяло ему оставаться незаметным возле дерева. – Перед тобой открывается великое будущее! Ты разрешишь мне проводить тебя до Деревни или можно прогуляться по лесу, чтобы не скрываться от чужих глаз в душной избе, – высокая фигура Сарпиона поспешила догнать девушку. Она как раз свернула в лесную чащу, чтобы пополнить свою сумку корешками, ягодами и грибами.

– Добрый день, господин Сарпион, – вежливо ответила Марго, дожидаясь нежданного попутчика. – Неужели вы опять вознамерились скрыться от своих собратьев, колдунов, раз избегаете их общества?! – графиня надеялась, что её игривое замечание не смутит спутника, но все же стыдливо опустила вниз смеющиеся глаза.

– Вот именно, сегодня я решил избежать докучливые допросы и поговорить с тобой. Мы ведь пока еще очень мало знаем друг друга.

– Как говорит Сэм, впереди ещё столько беспечных лет жизни, что мы успеем узнать друг друга как пальцы на руках, а потом еще и позабыть все те разговоры, в которых обсуждали себя, свое прошлое и грядущее будущее, которого все равно не предугадаешь. Разве это не пустые разговоры, которые ведутся людьми во время полуденных прогулок, чтобы скоротать такие драгоценные для их короткой жизни часы?!

– Ты уже заразилась безверием, которое сыплется на голову всех гостей из уст достопочтимого Молоха! Лишь грядущие годы покажут, оправдались ли наши надежды и убеждения, окрепла или угасла наша вера. А предсказатели в этом деле порой лишь мешают познать истину, а может и её отсутствие.

– Вы не верите в предсказания и пророчества?

– Как я уже сказал – порой верю, порой нет. Год на год не приходится, – усмехнулся Сарпион. Он ступал вслед за девушкой, которая направилась в сторону светлого осинника, перешагивая через сухие сучья и продираясь сквозь колючие заросли шиповника. – А ты, Марго?

– Я?! Честно говоря, я даже не припомню ни одного из пророчеств. Только глупцы бегут каждый раз к гадалкам, надеясь узнать, что им предстоит сделать и узнать. Люди, мне кажется, порой слишком уж любопытны. У колдунов же в запасе вечность, их не волнуют житейские дела, они сами творят свое и чужое будущее. Я права? Хотя, признаюсь, сама тоже не удержалась и заглянула к деревенской знахарке, которая за золотой готова была и мужа приворожить, и хулу навести, и завтрашний день узреть.

– И что тебе напророчили?

– О, даже смешно говорить, – девушка остановилась и обернулась лицом к спутнику. – Она не успела толком ничего увидеть из моей жизни в том дыме, что запустила в свою землянку. Но некоторые её слова я даже была готова принять за правду.

– Не поддерживаю то, что ты вообще осмелилась отправиться к вещуньям. Есть люди, от которых тебе, пока еще неопытной колдунье, следует держаться подальше. Ведь люди, Марго, также обладают знанием, силой, властью и могуществом. Правители повелевают тысячами воинов, бескрайними территориями, вызывают покорность в сердцах своего бесчисленного народа, но в тоже время они остаются обычными людьми. Ты улыбаешься мне в ответ?! Согласен, разные люди, разные вожди, разные народы. Но в гуще людского племени очень много тех, кто отличается от всех остальных. Людей нельзя равнять единым мерилом. Некоторые из них непреклонны как гора, некоторые познали мудрость как глубинное море, есть те, кто обладает удивительными способностями и талантами, недоступными колдунам, но вызывающие и в нас восхищение, признание. Ты пока ещё совсем не знаешь людей, а уже надсмехаешься над ними.

– Нет, я бы не посмела так утверждать, будто люди глупы и ни на что не способны, – возразила ведьмочка, в её глазах отражалось подлинное удивление: как собственным словам, выражавшим не то, что она думала, так и ответу колдуна. – Я ведь тоже человек, и единственная разница нынче – это то, что я не постарею с годами и не умру от старости.

– Это, взаправду, единственная разница между людьми и колдунами. Хотя можно назвать ещё одну – людей очень много и становится еще больше, ибо мы, колдуны, порой самостоятельно излечиваем их от болезней, спасаем их детей, примиряем раздоры и не допускаем лишнего кровопролития в пустых драках и потасовках. Человеку не столь уж дорога его жизнь, ибо вера дарует ему силы. Он не сомневается, что уходит в царства своих богов, которых порой сам же и выдумал, чтобы затом возродиться в мире, измененном уже собственными потомками. Но разве это хоть раз произошло? – Сарпион с презрением засмеялся.

– Однако глупо утверждать, что богов нет. Кто же тогда создал землю, леса, деревья, реки и горы? Кто создал людей и животных?

– Тот, кто его создал, давно уже покинул этот мир. И нам предстоит лишь уничтожить его творение. Ведь всему есть начало и конец. Как я заметил в своих странствиях, богов, как и людей, становится все больше и больше. Люди забывают старых и придумывают себе новых идолов. На обоих склонах Пелесских гор исконно поклонялись Земле, Тее, и Небу, Рону, пока не появились минорцы со своим богом Море. Рудокопы славят номов, хранителей гор. Черноморцы возвели свой пантеон, в котором поклоняются шестерым творцам, а эрлины, от которых они во многом переняли их образы, в молитвах и храмах восклицают имена столь древние, что даже мне трудно отыскать истоки этих божеств. А далее на восток картина мироустройства ещё более многогранна и запутана. В Бресии – бог Солнце, чье изображение сверкает на Горе Ярости у берегов Золотого, или как его называют в Мории, Внутреннего моря. Говорят, что храм вечно сияющему Авуру, то есть светилу светил, бресы, покрыли золотой чешуей. В Ал-Мира гаруны обоготворили своего первого повелителя, над чьим курганом нынче воздвигнута гора могил его потомков, коим люди шлют бесконечные просьбы о милости. Униатские племена поклоняются незримым духам, которые приносят им успех или исполнение задуманного мероприятия. Олары заимствовали богов у всех соседних народов, а Хафез…

– Если ты решил преподнести мне урок истории, то я мало что из него запомнила, – усмехнулась Марго. Она даже не заметила, что упустила вежливое обращение к колдуну. – Половина этих названий мне ничего не говорит, но думаю, ты готов еще долго перечислять этот список, – девушка присела на маленькой поляне, куда вывела путников тропа, и стала срывать поспевающую землянику.

– Люди, Марго, живут не только в Мории. А кроме людей мир полон других существ, которым нельзя отказать в разуме и желании жить, хотя человек прозвал их нежитью. А зачастую, эти существа также как и мы происходят от самого человека, хотя может быть и наоборот. Это упыри, оборотни, лешие, русалки, ходячие мертвецы, духи, болотные чудища и прочие. А в конце упомяну и колдунов. Вероятно, ты слышала о них только в сказках? – фраза прозвучала как вопрос. Но Марго даже не подумала ответить Сарпиону, усомниться в его словах. Она уже прекрасно знала, что страшные сказки иногда обращаются былью.

– А что же сами люди? – продолжал колдун. – Они также убивают, угрожают, предают, заводят в западню, насилуют. Но они умеют и прощать, любить, сочувствовать. Люди стремятся к знаниям, и успешно используют накопленный опыт предшествующих поколений, они также способны излечивать прикосновением или добрым словом, могут предсказывать события, могут передвигать предметы, а вскоре мы может быть увидим, как люди взлетят в воздух. И тогда твои сегодняшние усилия будут ни к чему. Этим ты уже никого не поразишь.

– Значит, ты убедился, что предсказания иногда сбываются, раз так уверенно приписываешь эту способность человеку? – Марго нагнулась к следующему низкому кусту, надеясь разглядеть под темными листьями яркие ягоды.

– Прохвосты и обманщики в своих разглагольствованиях используют слишком много непонятных слов, чтобы потом убедить окружающих, что они именно это, а не другое, имели в виду. А бывают люди, которые уверяют всех вокруг, что общаются с самими богами, которые приоткрывают им завесу неведомого будущего. И их слова тоже иногда сбываются, а потом уже молва о прорицателе и слава о нем не успевают обогнать друг друга. Но как я уже говорил, вещуны, гадалки, предсказатели особо опасны именно для нас, колдунов. Догадываешься почему, Марго?

Внезапно поляна преобразилась. Листья приподнялись над землей, показывая спрятанные под ними мелкие ягоды земляники. Именно это и заставило девушку обратить внимание на колдуна, который лишь посмеивался над своей проделкой. Открывшаяся поляна была делом именно его рук.

– Почему? – Марго поднялась и отряхнула запачканное платье.

– Потому что колдун может делать многие вещи с помощью своей воли. Стоит тебе захотеть, и этот мир изменится. А прорицатели сами задают наши желания, которые западают нам в голову, и мы неосознанно стремимся к их исполнению, даже если будущее описано совсем не в привлекательных красках.

– Ты хочешь сказать: то, что нагадали колдуну, обязательно сбудется?

– Такая примета у колдунов. Случится как победа, так и поражение, если тебе об этом рассказали.

– А мне Горелли предсказала сына. Это ведь невозможно.

– Это проще простого, Марго. Если ты захочешь этого, то предсказание сбудется очень скоро. У тебя могут быть десятки детей, нет ничего более благородного и благочестивого среди морян, чем усыновить или удочерить младенца. Но разве тебя прельщает будущее материнство?

Ягодная поляна осталась позади, и под ногами вновь зашелестела прошлогодняя листва, покрывавшая землю под сенью раскидистых дубов.

– Ты много путешествовал, Сарпион? Бад сказал, что ты вернулся из Аватара и принес свежие известия с берегов Черного моря.

– Веллинг Орелий уже вышел с большим войском к берегам приморских городов Эрлинии, чтобы подчинить их своей власти. В Аватаре купцы, чья община управляет городом, обеспокоена, что вскоре царь обратит внимание на северное побережье моря, а после двинет, как и обещал, полчища черноморцев-оборотней в Морию. Война погасит торговлю, центром которой в последнее время в Южном море стал единственный город степняков. В нем привечают всех иноземцев, не спрашивая, какого племени торговец, ежели в его кармане позванивают золотые монеты.

– Но черноморцы же не оборотни.

– Безусловно. Если и грядет война, то её истинные причины будут скрываться не в желании Орелия покарать морийскую ведьму, проклявшую его народ. Мотив у завоеваний всегда один – власть и обогащение. Люди воюют именно поэтому, Марго. В Черноморье маги называют Алмааг приютом для колдунов, в Мории же черноморцев прозвали нечистью и дикарями, у которых во рту торчат острые клыки, а глаза горят огнем. Я был очень удивлен, когда встретил здесь черноморского царевича Ортензия, брата Веллинга. А еще более был поражен, когда Молох рассказал, что совсем недавно этого юношу принимали во дворце государя морийского.

– А каким путем ты добирался из Аватара в Великий лес, раз избежал людных территорий морийского государства, где, несомненно, эти вести обсуждают уже даже грудные младенцы?

– Я давно покинул Тристепье. Мой конь был рожден на бескрайних лугах у берегов Южного моря, он быстр как ветер, и я заплатил за него немалые деньги степным кочевникам, но даже он нес меня по каменной пустыни Межгорья не одну неделю. Я начал путь в конце зимы, а теперь уже приближается летняя пора. Но не уж то тебя волнуют холодные ночи и голодные серые дни, что выпали на мою долю?! Молох уже сообщил мне, что ты собираешься в дальнюю дорогу за живой водой. А путь твоих друзей ведет к реке Алдан, в устье которой лежит Аватар. Я прав в своих догадках?

– Разве не должны колдуны отправиться на поиски источника, который сами же и иссушили? – Марго встала напротив своего спутника, громко обращаясь к нему с обвинениями. – Разве не правы черноморцы, которые возненавидели колдунов? Они погубили лишь одну женщину, пусть и принцессу. Она же используя силу, что не сравнится с человеческими возможностями, прокляла весь народ, да еще и на несколько поколений. И никто не ведает, когда это проклятье спадет. Или стоит записать черноморцев тоже в число нелюдей, нежити? Почему вы, которым так многое подвластно, до сих пор не исследовали алданские озера и не вернули морийцам то, что было даровано им их богами. Может после этого и проступки черноморского царевича будут забыты.

– Они уже давно забыты, – ответил Сарпион, – как и его подвиги. Его имя уже не отыскать даже в хранилищах магов, которые сожгли по приказу царя, отца царевича, все летописи, записи, письма, где оно упоминалось. Его же народ хотел стереть геройство этого воина из своей памяти. Они верили, что ежели даже смерть царевича не принесла избавления от ужасных превращений, то лучшим средством будет вечное забытье его деяний и славы, чтобы перерезать связь между кровью царевича и черноморским народом, о которой упомянула принцесса перед своей гибелью. Маги считали, что ежели убедить всех поданных, что никакого проклятья не было, оно пройдет само собой. Может быть это бы и помогло, ибо маги, хотя и являются людьми, накопили богатые знания и в области колдовства. Они знают, как отразить чары и ослабить наши возможности, Марго. Но невозможно заставить верить весь народ, ежели ненависть с каждым поколением все углубляется в его сердце. А жажда мести может очень скоро привести черноморцев к границам Мории.

– Так маги знают, как снять проклятие?

– О, да: пока каждый знает про проклятие – его не уничтожить, ибо люди в него верят и его боятся. Стоит о нем забыть, его не воспринимать как проклятье – все само собой пройдет. Вот их теория. Она настолько же глупа, насколько нереальна в осуществлении. Маги забывают, что сами принадлежат к черноморскому роду, но и не думают сами предавать забвению истории о колдунах и проклятиях. А проклятье – это не просто колдовское желание. Это силы, накопленные годами, которые колдун переносит на отдельный объект, предрекая его будущее. И снять проклятье можно, лишь заново воздействуя на этот предмет.

– Проклятье можно снять, а это по силам лишь колдунам. Почему же вы допускаете, чтобы люди убивали друг друга из-за ненависти и вековой вражды?! Вскоре они, несомненно, обратят свои взоры в сторону чародеев, и последует новая волна костров! А куда нам опять бежать? Люди ведь живут с вами под боком – и на юге и на севере…

– Ты еще слишком юна, Марго, – жестко ответил Сарпион. – Ты даже не определилась, в каком ты лагере: нашем или вашем. Но колдуны никогда не были и не будут едины. Да, мы всегда принадлежали к разным сообществам. Кто-то выбирает судьбу изгнанника и отшельника, кто-то продолжает называть себя человеком, а некоторые – Владыками, причисляют себя к древним богам. А ты кто? Ты хочешь помочь своим друзьям, или уже жаждешь славы, стремишься обладать жидкостью, которая пополнит стан твоих соратников и сможет уничтожить врагов?!

– Я… Я бы хотела помочь Лиссе, её брату… Ортеку, – сбивчиво ответила далийка, пораженная вопросами, которые поставил перед ней колдун.

– И чем же ты собираешься им помогать? Ты еще слишком слаба, Марго. Колдовать можно не только, страстно желая преобразовать действительность. Для этого нужны годы обучения. Ты должна уметь подчинять себе свои желания и мысли. Но самое главное ты должна постичь законы мироздания. Тебе не удастся сделать то, что невозможно даже вообразить. Ты должна всегда знать первичный материал, последствия своего колдовства и то, как оно совершится. А что тебе ведомо о мире, Марго? Ты даже не знаешь, что такое облако, откуда берется вода, как разжигают огонь. О чем беседуют учителя с юными графинями в далийских городах и усадьбах? О приличиях, балах, нарядах…