Доктор-попаданка. Ненавистная жена дракона (СИ)

Текст добавлен: 17 апреля 2026, 19:30

Текст книги "Доктор-попаданка. Ненавистная жена дракона (СИ)"

Автор книги: Адриана Вайс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 40 страниц)

Глава 85

Я чувствую, как под моими пальцами судорожно сокращаются мышцы его шеи, когда я тампоном с антисептиком касаюсь рваных краев раны.

Ему больно. Адски больно. Но он молчит, лишь стискивает зубы так, что на скулах ходят желваки.

– Арвид загнал меня в угол. Он требует, чтобы я уничтожила тебя. – выдыхаю я ему в ухо.

Я чувствую, как напрягаются мышцы Джареда под моими пальцами, но продолжаю, захлебываясь словами:

– Он хочет, чтобы завтра на Совете я публично обвинила тебя. Сказала, что ты похитил меня. Что удерживал силой, издевался, угрожал расправой и заставлял подчиняться, играя на моем страхе. Это его цена за жизнь Ронана. Он хочет выставить тебя чудовищем, Джаред. Лишить титула, земель... чести.

Джаред издает глухой, утробный рык, но я удерживаю его, надавливая ладонью на здоровое плечо.

– Тихо! – шиплю я. – Не выдавай нас. Я согласилась, но только для вида. Я должна спасти Ронана, Джаред. Я не могу позволить ему умереть. Но я не собираюсь плясать под дудку этого старого интригана.

Я скольжу рукой вниз, по его груди, якобы поправляя повязку. В этот момент мои пальцы разжимаются, и крошечное, холодное лезвие скальпеля перекочевывает из моего рукава в его ладонь.

– Возьми это. Это всё, что я смогла пронести. – выдыхаю я едва слышно. – Спрячь. Я сейчас подлечу тебя, дам обезболивающее, чтобы ты смог двигаться. Как только я уйду вызволять Ронана... как только у тебя появится хоть малейший шанс – беги, Джаред.

Я поднимаю глаза, встречаясь с его взглядом.

– Если ты исчезнешь, Арвид останется ни с чем. Ему нечем будет давить на меня. И ты будешь в безопасности.

Реакция Джареда мгновенна и пугает своей яростью.

Его пальцы смыкаются на моем запястье.

Жестко. Больно.

До хруста костей.

Он дергает меня к себе, заставляя уткнуться лбом в его лоб. В его глазах полыхает не благодарность, а дикое, первобытное бешенство.

– Ты... – рычит он тихо, и в этом звуке столько ярости, что у меня мороз идет по коже.

Он в бешенстве. Но его ярость направлена не на Арвида, а на меня.

– Ты смеешь жертвовать собой ради меня? – шипит он, глядя мне в глаза. – Ты смеешь спасать мою шкуру ценой своей свободы? Смеешь марать свое имя ложью, чтобы сохранить мою шкуру?

– Джаред, мне больно... – шепчу я, пытаясь ослабить его хватку, но он не отпускает.

– Зачем?! – спрашивает он, и в его голосе сквозит горькое, злое недоумение. – Зачем ты мне рассказываешь это? Зачем даешь мне оружие? Ты могла бы просто согласиться с Арвидом и уйти.

Я чувствую жар его дыхания на своих губах.

– Ведь по сути... – его губы кривятся в жуткой усмешке. – Все, что просил сказать этот старый ворон – правда. Разве нет?

Он сжимает мое запястье еще сильнее, притягивая меня вплотную, напоминая о нашей первой встрече.

– Я действительно похитил тебя, Эола. Я действительно удерживал тебя силой. Я угрожал тебе. Я заставлял тебя подчиняться. Я был тем самым чудовищем, которого хочет нарисовать Арвид. Так почему ты спасаешь меня, вместо того чтобы уничтожить?

Его дыхание опаляет мою кожу, а близость кружит голову.

В этом грязном, сыром подземелье, среди запаха крови и страха, между нами натягивается невидимая звенящая нить.

Я смотрю в его глаза – два колодца с расплавленным золотом, в которых плещется тьма, – и теряюсь.

Вопрос Джареда бьет наотмашь. А действительно… зачем я это делаю?

– Я ненавижу тебя, – выдыхаю я, и мой голос дрожит от искренности. – Я ничего не забыла. Твою пощечину. Твой приказ устроить мне «несчастный случай».

Я вижу, как дергается мускул на его скуле, но я не отвожу взгляда.

– Всё, что Арвид хочет, чтобы я подписала – правда. Ты действительно чудовище, Джаред.

Мой голос дрожит, но я заставляю себя продолжить:

– Но ты спас меня, – продолжаю я тише. – Ты закрыл меня собой от удара. Ты истекаешь кровью из-за меня. И я... я просто не могу быть такой же подлой, как они.

Я сглатываю подступивший к горлу ком.

– Если бы речь шла о суде и заслуженном наказании за твои преступления – это одно. Я бы слова не сказала. Но Арвид хочет не справедливости. Он хочет мести. Он упивается своей властью, сводит старые счеты, пока страна летит в бездну.

Я качаю головой, чувствуя, как внутри всё протестует против этой грязи.

– Я не могу позволить себе быть такой же подлой, как они. Я не дам ему уничтожить тебя ради потехи этого мерзавца.

Повисает тяжелая пауза. Слышно только наше неровное дыхание и капанье воды где-то в глубине коридора.

Затем его пальцы медленно разжимаются. Он перехватывает мою руку – ту самую, которой я прижимала вату к его шее. Его ладонь скользит вниз, к запястью.

Он подносит мою руку к своим губам.

Я вздрагиваю, когда его горячие, сухие губы касаются тонкой кожи там, где бешено бьется пульс.

Это прикосновение обжигает сильнее пощечины.

В этом жесте нет покорности – только странная, пугающая нежность зверя.

– Ты странная женщина, Эола, – шепчет он, не отрываясь от моей кожи. – Ты лечишь того, кто причинил тебе боль. Ты даешь оружие тому, кого должна бояться.

Он отпускает мою руку и бросает короткий взгляд на скальпель, который я вложила ему в ладонь. Его лицо снова становится жестким, деловым.

– Но в твоем идеальном плане есть один нюанс, – хрипит он, кивая на массивные кандалы, впивающиеся в его запястья. – Я не смогу сбежать.

– Почему? – пугаюсь я. – У тебя же есть лезвие! Ты сможешь поддеть замок или...

– Нет, – перебивает он. – Это не просто железо. Это та же дрянь, из чего и алебарды Леннардских ублюдков. Твоим ножичком их не вскрыть. Он просто сломается. Магия заблокирована, а физической силы не хватит, чтобы разорвать такой металл.

Паника ледяной волной накрывает меня.

– Но... что же тогда делать? – шепчу я, чувствуя, как рушится моя надежда. – Если ты останешься здесь, Арвид сломает тебя.

– Мне нужен ключ, – Джаред чуть поворачивает голову, указывая взглядом на дверь.

Я слежу за его взглядом.

В дверном проеме, спиной к нам, стоит капитан стражи. Он разговаривает с кем-то в коридоре, вальяжно опираясь на косяк. На его широком кожаном поясе, рядом с мечом, болтается кольцо. И на нем – одинокий, массивный ключ с черной головкой.

Он так близко. И так недосягаемо далеко.

Если я попытаюсь подойти и снять его – меня схватят. Если Джаред дернется – его убьют.

Мой мозг лихорадочно работает.

В голове лихорадочно крутятся шестеренки. Арвид дал мне время. Стража расслаблена, они думают, что все уже решено. Им скучно.

Идея приходит внезапно.

Безумная, опасная, но единственная.

Я снова наклоняюсь к Джареду, пряча лицо за волосами.

– Я достану его, – шепчу я. – Но мне нужна твоя помощь.

Джаред вопросительно выгибает бровь.

– Что ты задумала?

– Я сейчас разыграю представление, – быстро говорю я, чувствуя, как от страха потеют ладони. – Но ты... ты должен будешь подыграть мне.

Джаред смотрит на меня долгим тяжелым взглядом. В его глазах больше нет нежности. Там – холодное, злое торжество.

– Представление? – переспрашивает он тихо, и в его голосе звенит сталь. – Ты хочешь, чтобы я снова рисковал шкурой ради твоих выходок?

Его губы кривятся в злой усмешке.

– Помнишь, что я говорил тебе у колодца? – его голос сочится ядом. – Помнишь, как я предупреждал тебя, что этот старый лис продаст нас? Что он ненавидит меня и только и ждет момента, чтобы вонзить нож в спину?

Я опускаю глаза.

Мне нечего ответить. Стыд и вина жгут щеки.

Он прав. Чертовски прав.

Я сама привела нас в эту ловушку, поверив в порядочность советника.

Он хватает меня за подбородок, заставляя поднять голову и посмотреть ему в глаза.

– Я ошиблась, – шепчу я, глядя ему в глаза. – Прости. Ты был прав.

Джаред хмыкает. Ему нравится мое признание.

– Ошиблась... – эхом повторяет он. – И теперь из-за твоей ошибки мы здесь, в его грязной камере.

– Я признаю это, я была идиоткой, – поджимаю я губы и стараюсь загнать чувство стыда как можно глубже. – Но именно поэтому я должна это исправить. Я заварила эту кашу, мне ее и расхлебывать. Пожалуйста, дай мне шанс вытащить отсюда нас обоих, Джаред. Пожалуйста.

Джаред смотрит на меня долго, оценивающе. Как хищник на добычу, которая вдруг показала зубы.

– Исправить? – хмыкает он. – Раз ты так просишь… я сделаю это. Но если твой план провалится и на этот раз...

– Я сделаю все, чтобы на этот раз все прошло как надо, – твердо отвечаю я.

Он ухмыляется краешком рта, подается вперед настолько, насколько позволяют цепи и его лицо оказывается в миллиметре от моего.

– Хочешь представления, маленькая лгунья? Ты его получишь, – выдыхает он мне в губы. – Только смотри не умри от страха. Потому что я буду очень убедителен.

Глава 86

Я делаю глубокий, судорожный вдох, словно перед прыжком в ледяную воду. Встречаюсь взглядом с золотыми глазами напротив.

– Давай, – одними губами выдыхаю я. – Начинаем.

Мир взрывается в ту же секунду.

– АХ ТЫ ЛЖИВАЯ ТВАРЬ! – рев Джареда бьет по ушам, заставляя стены вибрировать.

Он срывается с места, цепи натягиваются со звоном, который бьет по ушам.

Не успеваю я моргнуть, как его руки хватают меня за плечи. Рывок – и меня швыряет к стене.

Мое сердце пропускает удар.

Мне страшно.

По-настоящему, до дрожи в коленях страшно, потому что передо мной сейчас не мужчина, а разъяренный хищник, готовый убивать.

Меня впечатывает в холодную кладку. Я жду удара затылком о камень, жду боли... но её нет.

В последнее мгновение, когда я уже зажмуриваюсь, я вдруг чувствую его ладонь на своем затылке.

Широкую, горячую, жесткую ладонь.

Он смягчает удар. Он вжимает меня в камень своим телом, его пальцы больно впиваются в мои плечи, имитируя ярость, но его тело... его тело становится щитом.

– ТЫ СПЕЛАСЬ С ЭТИМ ДРЯХЛЫМ ШАРЛАТАНОМ?! – рычит он.

Он нависает надо мной, скаля зубы, его глаза горят безумием, но я вижу, как он контролирует каждое движение, чтобы не раздавить меня своим весом.

Это парадокс, от которого кружится голова.

Я зажата в тисках монстра, но именно здесь, в кольце его рук, я чувствую себя в абсолютной безопасности. Его мощь, способная ломать хребты, сейчас направлена на то, чтобы защитить меня.

В памяти вспышкой проносится наша первая встреча. Келья монастыря. Я так же вжималась в стену, умирая от ужаса перед этим «дьяволом». Потом лечебница... тот же страх, то же желание исчезнуть.

Но теперь всё изменилось.

Я смотрю в его золотые глаза и понимаю: я больше не боюсь его.

Скорее, я боюсь ЗА него.

– Отпусти меня! – кричу я, подыгрывая ему, хотя голос срывается от переизбытка адреналина. – Помогите! Убивают!

Дверь камеры распахивается с грохотом, ударяясь о стену.

– А ну прекратили живо! – орет Капитан, влетая внутрь. За ним бегут еще двое стражников.

– Сгинь с моих глаз! – ревет Джаред, разворачиваясь к ним боком, но продолжая удерживать меня одной рукой. – Она моя!

Он делает выпад, лязгая цепями, заставляя стражников отшатнуться. В этой суматохе, в этом клубке тел, он на долю секунды ослабляет хватку.

Это мой шанс.

Я ныряю под его локтем, «вырываясь» на свободу, и с криком ужаса бросаюсь прямо на капитана.

– Спасите! – кричу я, врезаясь в грудь начальника стражи. – Он безумен!

Я висну на Капитане, мешая ему достать меч.

– В сторону! – рявкает он, пытаясь стряхнуть меня, но я вцепляюсь мертвой хваткой.

Джаред в это время устраивает настоящий хаос.

Он пинает одного стражника, другого бьет плечом, заставляя их кружить вокруг него, не давая приблизиться. Капитан отвлекается переключаясь на дракона.

Но я не отхожу от него далеко.

Я прижимаюсь к боку Капитана, делая вид, что прячусь за ним от разъяренного Джареда. Моя правая рука, в которой спрятан скальпель, скользит вниз, к его поясу.

Сердце колотится так, что мне кажется, его стук слышен во всем подземелье.

Я нащупываю толстое металлическое кольцо. Пальцы касаются грубой кожи ремешка, на котором висит ключ.

Риск колоссальный.

Одно неверное движение, одно прикосновение холодной стали к его телу – и я труп.

Я ловлю момент, когда Джаред снова дергает цепи, отвлекая всё внимание на себя. Капитан кидается вперед.

Пора!

Вжик.

Лезвие скальпеля, острое как бритва, беззвучно рассекает кожу.

Тяжелый ключ падает мне прямо в подставленную ладонь. Я едва успеваю сжать пальцы, пряча холодный металл в кулаке.

– Назад! – командует капитан, наконец отпихивая меня к стене. – Дайто, Лиззо сюда! Сейчас мы подпортим его шкуру!

Я вижу, как гвардейцы хватаются за рукояти мечей. Лезвия вспыхивают фиолетовым магическим светом.

Нет! Только не это!

– СТОЯТЬ! – кричу я, перекрывая шум драки.

Я встаю между стражниками.

– Не смейте! – мой голос срывается. – Советнику он нужен живым! Если вы убьете его сейчас, Арвид снесет вам головы!

Это действует как ушат холодной воды. Стражники замирают, неуверенно косясь на Капитана. Тот, тяжело дыша, сплевывает на пол.

– Отставить мечи. Девка права.

Он делает шаг к Джареду, который стоит, прижавшись спиной к стене, тоже тяжело дыша и скаля зубы.

– Повезло тебе, ящерица, – цедит Капитан. – Увести её! Живо!

Меня грубо хватают под руки и тащат к выходу.

Паника ледяной волной накрывает меня.

Ключ! Он все еще у меня в руке! Я не успела передать его Джареду!

Меня выволакивают в коридор.

Джаред остается в глубине камеры. Он снова опускается на колени и смотрит на меня с ожиданием.

Тяжелая дверь начинает со скрипом закрываться.

– Стойте! – кричу я, упираясь пятками в пол. – Я... я кое что забыла! Я должна...

– Время вышло! – грубо обрывает меня конвоир, толкая в спину.

Меня прошибает холодный пот.

Если я сейчас уйду... всё было зря. Джаред останется в цепях. Он погибнет.

Я должна что-то сделать.

Прямо сейчас.

Ярость – настоящая, жгучая, накопившаяся за все дни страха и унижений – смешивается с отчаянным желанием спасти это невыносимое чудовище.

– Пустите! – кричу я так, что у самой звенит в ушах. – Я еще не все ему высказала!

Я со всей силы, на которую только способна, дергаюсь вперед. Гвардеец, не ожидавший такой прыти от «перепуганной девчонки», ослабляет хватку.

Я вырываюсь и бегу прямо в сужающуюся щель дверного проема. Обратно в камеру.

Капитан и стража ошарашенно замирают.

Я подлетаю к Джареду. Он вскидывает голову, его глаза расширяются то ли от удивления, то ли от ожидания.

В моей душе сейчас бушует ураган.

Я смотрю на него и действительно чувствую ненависть. За похищение. За то, что втянул меня во все это. За то, что заставил меня рисковать жизнью и дрожать от ужаса.

Я замахиваюсь. Моя ладонь, в которой зажат тяжелый ключ, взлетает вверх.

– Ненавижу тебя! – выдыхаю я.

И с размаху бью его по лицу.

ХЛЕСТЬ!

Звук пощечины эхом отлетает от каменных стен.

Это не притворство.

Я вкладываю в этот удар всю боль, что он мне причинил. Голова Джареда дергается в сторону, на скуле мгновенно вспухает красный след.

Но в тот же миг, когда моя ладонь касается его горячей кожи, я разжимаю пальцы.

Холодный металл ключа вылетает из кулака вниз. Точно за ворот его разорванной, пропитанной кровью рубахи.

Джаред вздрагивает. Он чувствует ледяное прикосновение спасительной стали к своей груди. Его глаза вспыхивают пониманием, но он не подает виду. Он лишь скалится, принимая мою «ненависть».

– Чтоб ты сгнил здесь! – кричу я ему в лицо, чтобы слышали стражники. – Чудовище!

Но мой взгляд, прикованный к его золотым глазам, кричит другое: «Беги. Умоляю тебя, беги».

– Хватит! Выведите её отсюда! – рявкает капитан, наконец выходя из ступора.

Гвардейцы хватают меня за плечи, на этот раз жестко, и с силой оттаскивают от Джареда.

Я не сопротивляюсь. Я сделала всё, что могла.

Меня снова вытаскивают в коридор.

Меня трясет. Зубы стучат, ноги подкашиваются. Адреналин, который только что давал мне силы, схлынул, оставив после себя опустошающую слабость.

Я приваливаюсь спиной к стене, жадно глотая спертый воздух подземелья.

Дверь камеры с грохотом захлопывается. Щелчок засова звучит как приговор.

– Истеричка, – бурчит один из стражников.

– Отведите ее обратно к советнику, – бросает капитан. – А я останусь, чтобы поучить нашего герцога манерам.

Я замираю. Внутри всё обрывается.

Если он останется или, еще чего зайдет в камеру, он найдет ключ. Или заметит пропажу своего собственного.

Нельзя оставлять его здесь. Ни на секунду.

Я должна увести его. Любой ценой.

Мой мозг врача включается мгновенно. Стресс, духота, истерика – идеальный коктейль для обморока.

Я делаю глубокий, судорожный вздох, задерживаю дыхание, чтобы кровь отхлынула от лица, и начинаю часто-часто моргать.

– Ох... – стону я, хватаясь рукой за стену, словно ищу опору.

Мои ноги подкашиваются. Я делаю неуверенный шаг к капитану и, «теряя сознание», буквально падаю на него.

– Эй?! – он инстинктивно подхватывает меня, его руки, грубые и сильные, не дают мне рухнуть на грязный пол. – Что у вас еще?

Я висну на нем всем телом, уронив голову ему на плечо. Мое дыхание поверхностное, прерывистое – гипервентиляция, которую легко имитировать.

– Мне дурно... – шепчу я, – Пожалуйста, помогите мне... Проводите меня к Советнику. Сама я не дойду...

Я делаю ставку на его мужское тщеславие. На его желание быть героем и защитником слабых дам.

И это срабатывает.

Капитан колеблется секунду, бросая взгляд на дверь камеры, но затем кивает.

– Ладно, – бросает он, но в голосе слышится самодовольство. – Демоны с ним, с герцогом. Никуда он не денется.

Он перехватывает меня поудобнее, поддерживая за талию.

– Идемте.

Мы медленно выходим из коридора. Перед поворотом я не выдерживаю и бросаю последний, быстрый взгляд назад, за решетку камеры Джареда.

И там, в полумраке, я вижу его.

По щеке Джареда, там, где я ударила, течет струйка крови из разбитой губы. Но он не выглядит побежденным.

Он смотрит мне вслед. И на его лице играет жуткая, кровавая, торжествующая улыбка. Даже, скорее, оскал хищника, который почувствовал запах свободы и уже приготовился к смертельному прыжку.

Глава 87

Ронан (незадолго до этого)

Воздух в коридоре гудит от напряжения, пахнет озоном и паленой плотью.

Я делаю резкий выпад, и с кончиков моих пальцев срывается не огненный шар, а тонкий, как игла, разряд парализующей магии. Он попадает точно в нервный узел на шее нападающего.

Гвардеец Леннарда падает как подкошенный, даже не успев вскрикнуть.

Я врач. Я знаю анатомию лучше, чем любой убийца в этом королевстве. Я знаю, как нейтрализовать человека за доли секунды.

Но мои руки дрожат.

И это не страх. Это проклятый яд, остатки которого всё еще бродят в моей крови. Меня шатает, перед глазами плывут цветные пятна, но я заставляю себя стоять.

Я держусь на чистой ненависти и адреналине.

– Сдохни! – орет очередной наемник, замахиваясь на меня зачарованной алебардой.

Я уклоняюсь.

Медленно. Слишком медленно.

Лезвие вспарывает рукав моей мантии, оставляя на предплечье горящую огнем полосу.

Рядом со мной ревет Джаред.

Герцог дерется как демон, вырвавшийся из преисподней.

Он – ходячая стихия. Он оттягивает на себя большую часть внимания, внося полнейший хаос в ряды противников. Но их слишком много. Леннард привел сюда целую армию, и у каждого – защитные амулеты и оружие, способное пробить драконью чешую.

Джаред – кость в горле Леннарда. Он спутал Маркграфу все карты. Но даже герцог Грозовых Пик не всесилен, когда его окружают со всех сторон.

– Оттеснить их! – командует ледяной голос из-за спин солдат. – Взять живыми, если получится. Если нет – плевать.

Леннард.

Я вижу его холеное лицо, искаженное торжеством. Он стоит в безопасности, наблюдая, как его псы рвут нас на части.

Джареда оттесняют к лестнице. Его окружают пятеро, наваливаясь скопом, не давая вздохнуть.

Я остаюсь один.

Моя защита трещит по швам. Щит рассыпается искрами под ударами тяжелых мечей.

– А ну прочь! – рявкает Леннард, и солдаты расступаются, создавая коридор.

Он идет на меня сам. В его руке – длинный, узкий меч, светящийся ядовито-пурпурным светом.

Он видит, что я едва стою на ногах.

Он знает, что его яд ослабил меня.

Трус.

Он всегда нападает только на тех, кто не может ответить в полную силу.

– Ну что, Архилекарь? – ухмыляется он, делая ленивый выпад. – Урок анатомии окончен?

Я отбиваю удар магическим хлыстом, но сил почти нет. Леннард легко парирует и бьет меня гардой в лицо.

Боль взрывается в скуле. Меня отбрасывает назад, я врезаюсь спиной в стену.

Не успеваю я сделать вдох, как сталь пробивает мое плечо, пригвождая меня к деревянной панели обшивки.

– Агх! – крик застревает в горле, сменяясь хрипом.

Леннард наваливается всем весом на рукоять.

– Сдайся, ничтожество, – шепчет он, приближая свое лицо к моему. Его глаза блестят безумием. – Ты только оттягиваешь неизбежное. Всё кончено.

Кровь заливает мне плечо, горячая и липкая.

Но я не отвожу взгляда.

Даже сейчас, распятый на стене, проигравший бой, я смотрю на него сверху вниз.

– Ты ошибаешься, Леннард, – хриплю я, и мои губы растягиваются в улыбке. – Единственный, кого здесь ждет конец – это ты.

Леннард морщится, но меч из моего плеча не вынимает.

– Слишком громкие слова для трупа.

– Я знаю про Совет, – чеканю я, глядя ему прямо в зрачки. – Я знаю, как ты травил их. Одного за другим. Медленно. Подло. Я знаю рецептуру. Я знаю даты.

Усмешка сползает с его лица, сменяясь маской холодной ярости.

Но страха нет.

Только раздражение, словно я – назойливая муха.

– Знаешь? – он вдруг смеется. Громко, издевательски. – И что с того? Ты правда думаешь, что это кого-то волнует? Совет у меня в кармане, Ронан. Они едят с моей руки, потому что боятся сдохнуть от моего же яда.

Он надавливает на меч сильнее, заставляя меня зашипеть от боли.

– Вот именно поэтому тебе и конец, Ронан. Ты слишком много знаешь. Не надо было совать свой длинный нос в мои дела. Сидел бы в своем лазарете, перебирал травки... глядишь, и прожил бы подольше.

Меня накрывает пеленой красной ярости.

– Не надо было совать нос?! – реву я, игнорируя боль в пробитом плече. – А как ты называешь тот факт, что ты сам притащил ко мне войну?!

Я хватаюсь здоровой рукой за лезвие его меча, не чувствуя, как сталь режет ладонь.

– Ты подослал ко мне Элару! – выплевываю я это имя, которое до сих пор кровоточит в моем сердце незаживающей раной. – Ты заставил её шпионить за мной, шантажировал её! А когда она отказалась идти против меня…

Голос срывается от болезненных воспоминаний.

– ...ты отравил её, как ненужную собаку! – кричу я ему в лицо. – После этого ты думал, я остановлюсь? Я достал бы тебя из-под земли, Леннард! Я бы прошел через ад, чтобы отомстить тебе!

Леннард хмурится, словно пытаясь вспомнить.

– А... Элара, – тянет он равнодушно, и это безразличие ранит сильнее ножа. – Да, помню. Бесполезная девка. Она оказалась слишком мягкотелой. Не только провалила поручение, но и позволила тебе выйти на мой след.

Он пожимает плечами.

– Надо было покончить с ней сразу. Как и с тобой. Ошибки прошлого, которые я исправляю сейчас.

Он выхватывает из ножен за поясом кинжал и заносит его поудобнее, готовясь нанести последний удар.

– Теперь мне никто не помешает, Ронан. Я осуществлю задуманное. А все эти смерти...

Его взгляд становится скучающим.

– Я свалю всё на тебя. Но для начала, я избавлюсь от той девки, которая выжила. А потом... – он гадко ухмыляется. – Потом займусь твоей новой ученицей. Этой Ольгой. Жаль, красивая куколка. Но она тоже должна умереть.

Мир сужается до одной точки. До его ухмыляющегося рта.

Ольга.

Моя ученица. Моя новая помощница. Правая рука.

– ТОЛЬКО ТРОНЬ ЕЁ! – реву я, и во мне просыпается не маг, а зверь.

Я забываю о боли. Забываю о ране.

Рывком я дергаюсь вперед, насаживаясь на меч глубже, чтобы сократить дистанцию.

Моя здоровая рука смыкается на его горле.

– Я РАЗОРВУ ТЕБЯ НА КУСКИ!

Леннард теряется. Он не ожидал этого. Он привык, что жертвы молят о пощаде, а не бросаются в атаку, наплевав на смерть.

В его глазах мелькает животный страх.

Я сжимаю пальцы, чувствуя, как под ними пульсирует жилка.

Я покончу с ним. Здесь и сейчас!

Напряжение достигает пика.

Леннард уже готов вонзить в меня второй клинок, но мне плевать. Даже если я погибну, я заберу его с собой.

Пусть это подло с моей стороны – все-таки, я обещал защищать Ольгу – но остальное я оставлю на нее. С помощью книги и Милены она сможет добиться того, чтобы хотя бы посмертно этого мерзавца осудили по всей строгости.

И в тот момент, когда напряжение достигает пика, когда Леннард уже начинает хрипеть, а его второй клинок опасно приближается к моему глазу…

БАХ!

– ВСЕМ СТОЯТЬ! – громовой голос перекрывает шум схватки. – ИМЕНЕМ КОРОЛЯ!

В коридор врывается отряд.

И это не гвардейцы Леннарда.

Черные мундиры, серебряная вязь на плечах. Это… Тайная Канцелярия!

Но откуда они здесь?!

Моя хватка невольно ослабевает от удивления. Леннард, дергается и, воспользовавшись моментом, отшвыривает от себя. Я падаю на пол, зажимая рану. Он держится за горло и захлебывается кашлем.

– Сюда! – кричу я, привлекая внимание канцелярии и показывая на Леннарда. – Арестуйте его! Это изменник! Он только что сознался в преступлении против Королевского Совета!

Бойцы Канцелярии, увидев побоище, бросаются вперед.

Они налетают на людей Леннарда, начинается хаос. Звон стали, вспышки заклинаний. Я вижу, как двое «черных мундиров» скручивают ближайшего бойца Маркграфа.

Надежда, яркая и горячая, вспыхивает в груди. Сейчас мы покончим с этим фарсом.

Но Леннард не собирается сдаваться. Он отступает к стене, его лицо перекошено от ярости, но он быстро берет себя в руки.

– ОТСТАВИТЬ! – ревет он так, что даже бойцы Канцелярии замирают. – ВЫ ЧТО, ОСЛЕПЛИ?!

Он выхватывает из внутреннего кармана свиток с королевской печатью и трясет им над головой, как знаменем.

– Я – Маркграф Леннард! Член Королевского Совета! У меня приказ на арест государственного преступника!

Он тычет пальцем в меня.

– Этот человек обвиняется в измене Короне и массовых отравлениях! Все, кто посмеет помешать правосудию... – он обводит тяжелым взглядом прибывших, – ...тот пойдет под трибунал за пособничество врагу государства!

Бойцы Канцелярии останавливаются.

Они переглядываются. Они видят печать. Видят разъяренного лорда. И…

Их мечи опускаются.

Нет... Только не это...

– Он лжет! – кричу я, тяжело поднимаясь на ноги. – Это он отравитель! У нас есть доказательства его преступлений!

– Молчать! – рявкает Леннард, чувствуя, что перехватил инициативу. – С этого момента вы поступаете в мое распоряжение! Взять его! И прочесать здание! Здесь его сообщники!

Это крах.

Я вижу, как бойцы Тайной Канцелярии – моя последняя надежда – переглядываются. Они смотрят на королевскую печать в руке Леннарда, потом на меня. Решимость в их глазах гаснет, сменяясь уставной покорностью.

Печать Короля для них – закон, выше совести, выше истины.

Клинки, направленные на наемников Леннарда тут же разворачиваются в мою сторону.

Кольцо сжимается.

– Отлично, а теперь, взять его, – бросает он, уже не глядя на «черных мундиров».

Он снова поворачивается ко мне. В его глазах – торжество садиста.

Я сжимаю зубы, готовясь к новому раунду. Я уже на пределе сил, но сдаваться все равно не собираюсь.

И в этот момент мир взрывается белым.

БУМ!

Коридор заволакивает густой, непроглядный белый дым. Он вырывается из вентиляционных решеток, клубится по полу, мгновенно пожирая пространство.

– ПОЖАР! – истошно вопит кто-то из наемников. – ГОРИМ!

Паника вспыхивает мгновенно. Солдаты кашляют, мечутся, теряя ориентацию. Леннард отшатывается, закрывая лицо рукавом.

Мое сердце пропускает удар. Пожар? Здесь? В лечебнице полно лежачих больных! Если огонь доберется до хранилища зелий...

Но тут я делаю вдох и тут же замираю.

Мой нос, натренированный годами работы с зельями, улавливает странный аромат.

Это не гарь.

Сквозь едкую завесу пробивается резкий морозный запах и тяжелый, маслянистый дух.

Кристаллы Ледяного дыхания и жир саламандры.

Озарение пронзает меня ярче молнии.

Это не огонь!

Это дымовая завеса!

Ольга! Только она могла до этого додуматься!

Волна гордости, горячая и острая, смешивается с диким страхом за неё.

Моя помощница! Моя правая рука!

Она не просто сбежала, она использовала свои умопомрачительные знания, чтобы дать бой.

Она устроила этот хаос, чтобы под шумок вывести Милену, все подходы к которой сейчас блокируются солдатами Леннарда.

– Это трюк! – орет Леннард, его голос срывается на визг. Он тоже не дурак, он понимает, что это отвлекающий маневр, чтобы спасти Милену. – Перекрыть выходы! Чтобы никто не выбрался незамеченным! Девка где-то здесь! Она хочет выскользнуть у нас под носом!

Часть солдат пытается выполнить приказ Леннарда, но другая охвачена паникой. Они мешают друг другу, сбивают своих же товарищей с ног, мечутся в узком коридоре, заполненном дымом.

Леннард изо всех сил пытается взять ситуацию в свои руки.

Но я не намерен ему этого позволить.

Если он построит своих головорезов, Ольга окажется в ловушке. Она и Милена – с этой проклятой книгой, которая стоит наших жизней. Они не смогут прорваться сквозь оцепление.

Я должен дать им время. Я должен стать мишенью, которую Леннард не сможет проигнорировать.

Решение приходит мгновенно.

Я поднимаюсь на ноги, шатаясь от слабости, но расправляя плечи.

– ИДИОТ! – кричу я так громко, чтобы мой голос перекрыл шум паники.

Леннард оборачивается на звук, его глаза в белесом тумане вспыхивают яростью.

– Ты думаешь книга, за которой ты охотишься, у девчонки? – я смеюсь, и этот смех полон издевки. – Ты правда считаешь, что я доверил бы такой компромат перепуганной соплячке? Ты можешь покончить с ней, можешь покончить с Миленой, но до книги тебе никогда в жизни не добраться! Ты будешь всю жизнь бояться, что она где-нибудь всплывет. И я могу тебя заверить, рано или поздно это случится. В тот самый момент, когда ты будешь этого меньше всего ждать. И тогда все твои победы обратятся в дым…

Я вижу, как тень Леннарда замирает.

Он клюнул.

– Взять его! – вопит Маркграф, забыв про все остальное. – Взять живым! Пытать, пока все не расскажет!

– Попробуй! – рычу я.

Я срываюсь с места. Но бегу не к той палате, где сейчас Милена. Я бегу в противоположную сторону – к главному холлу, к огромным витражным окнам.

Боль разрывает пробитое плечо, яд стучит в висках набатом, но я бегу.

Я увожу погоню за собой.

– Не дайте ему уйти! – визжит Леннард за моей спиной. Топот десятков ног сотрясает пол.

Впереди – высокий арочный проем окна.

Я не останавливаюсь. Я разгоняюсь, вкладывая в этот рывок остатки своих сил.

Звон бьющегося стекла звучит как музыка.

Я вылетаю наружу, в холодный ночной воздух, осыпаемый дождем из разноцветных осколков.