Текст книги "Доктор-попаданка. Ненавистная жена дракона (СИ)"

Автор книги: Адриана Вайс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 40 страниц)

Глава 83.1

Я опускаюсь в жесткое кресло, чувствуя, как обивка царапает кожу сквозь дыры в платье. Тело ноет, руки все еще дрожат, а перед глазами стоит лицо Джареда – перекошенное от ярости и боли, когда я оттолкнула его.

Арвид делает еще один глоток, медленно вращая бокал в тонких пальцах. Он не предлагает мне ни воды, ни еды, ни даже салфетки, чтобы стереть сажу. Для него я – инструмент.

– Ты думаешь, я ничего не замечал? – начинает он, подходя к камину и глядя на пляшущие языки пламени. – Уже некоторое время я подозревал Маркграфа. Уж слишком активно новые члены Королевского Совета виляли перед ним хвостом, поддерживали его инициативы и пропихивали его на ключевые посты.

Он резко оборачивается ко мне, и в его глазах вспыхивает холодный огонь.

– Я искал следы подкупа, шантажа, но ничего не нашел. Хотя… сейчас я склонен полагать, что люди, которые занимались этими поисками, тоже могли находиться под влиянием маркграфа.

Он кивает на стол, где лежит Книга Леннарда, все еще завернутая в бархат.

– Если верить этим записям – а у меня нет причин им не верить, – то на крючке у Леннарда уже больше половины Совета. Кого-то он откровенно запугал, кого-то возможно даже отравил и теперь держит на коротком поводке за дозу противоядия.

– Так арестуйте их! – выпаливаю я, не выдержав. – У вас есть гвардия! У вас есть власть! Мы же за этим к вам и пришли! У вас в руках есть доказательства! Накройте их всех разом, прямо сейчас!

– И что дальше? – жестко перебивает меня Арвид. – Ты хоть на секунду задумывалась о последствиях, девочка?

Он подходит к столу, опирается на него костяшками пальцев и нависает надо мной.

– Если я отдам приказ арестовать половину лордов, начнется хаос. Те члены Совета, кто еще не подконтролен Леннарду они даже не станут разбираться в причинах. Они решат, что я начал чистку. Что я узурпирую власть, убирая неугодных.

Его голос становится тише, но от этого звучит еще страшнее.

– Они даже не посмотрят на твои улики. Они просто испугаются за свои шкуры. И тогда кто-то наверняка примкнет к Леннарду, решив, что лучше быть с теми, кого большинство. Это вызовет такую заваруху, которая вполне может вылиться в вооруженное восстание. Междоусобная резня прямо в столице. Кровь на улицах. Ты этого хочешь?

Я мотаю головой, чувствуя, как пересыхает в горле.

Я не думала об этом в таком разрезе. Для меня всё было просто: есть злодей, есть улики, злодея надо наказать.

– А как же Король? – шепчу я, хватаясь за последнюю надежду. – Вы ведь можете пойти к нему. Рассказать всё. Он-то должен разобраться. Он вас обязательно послушает.

Арвид смеется. Сухо, отрывисто.

– Король? Девочка моя, сразу видно, что ты даже не понимаешь о чем говоришь.

Советник качает головой, глядя на меня как на несмышленого ребенка.

– Наш Король больше всего на свете ненавидит две вещи: предательство и некомпетентность. Если я приду к нему и скажу: «Ваше Величество, тут оказалось, что у вас под носом цвете самый настоящий заговор и половина ваших советников – предатели, лояльные неконтролируемому убийце», – знаешь, что он сделает?

Арвид проводит пальцем по своему горлу. Жест выразительный и жуткий.

– Он не станет распутывать этот клубок. Он его разрубит. Он просто снесет головы всем. Леннарду – за предательство. Мне – за то, что я прозевал заговор. Советникам… просто для профилактики.

Он наклоняется вперед, и его глаза впиваются в меня.

– Даже ты, моя дорогая, не уйдешь от ответа. Думаешь, он пощадит бедную лекаршу, которая вскрыла этот заговор? Да он казнит тебя первой, а заодно и всех, с кем ты имела дело, чтобы выжечь заразу каленым железом, чтобы не осталось свидетелей, которые знали бы о том, что его правление дало трещину.

Холод пробирает меня до костей. Я вжимаюсь в спинку кресла.

Я думала, что закон на нашей стороне. Но оказывается, мы зажаты между молотом и наковальней. С одной стороны – Леннард с его армией марионеток. С другой – безумный в своей жестокости Король. А посередине – Арвид, который боится за свою жизнь, и мы с Джаредом и Ронаном, чьи жизни вообще ничего не стоят.

– И что тогда делать? Если нельзя арестовать их всех... Если нельзя идти к Королю... Неужели, мы просто будем ждать, пока Леннард победит?

– Конечно, нет, – отрезает Арвид.

Он ставит бокал на стол с резким стуком.

Арвид хищно улыбается и в свете камина его лицо кажется маской дьявола, предлагающего заключить сделку.

– Нам нужно, чтобы Леннард уничтожил сам себя, – произносит Арвид, глядя на меня поверх бокала. – Признался в преступлениях публично или как-то скомпрометировал себя.

– Но зачем? У нас же есть книга! – я указываю на черный том, лежащий на столе. – Разве этого мало? Это же прямая улика!

Арвид снисходительно усмехается, словно я сказала несусветную глупость.

– Улика? Милая моя, всего лишь бумага. Леннард – мастер слова. Знаешь, что он скажет, когда я предъявлю ему эти записи? Он скажет, что вел исследования. Что пытался разгадать состав ядов, чтобы ПРЕДОТВРАТИТЬ покушения на членов Совета. А Ронан, этот «безумец», украл его наработки и использовал их во зло.

У меня перехватывает дыхание от возмущения.

– Но это же ложь!

– Разумеется, ложь. Но она звучит убедительно. И Совет поверит ей, потому что им выгодно верить Леннарду. Он ведь держит их за горло.

– А как же Милена? – не сдаюсь я. – Она живой свидетель! Она может подтвердить...

– Что она может подтвердить? – Арвид морщится и делает небрежный жест рукой, отмахиваясь от моих слов, как от назойливой мухи. – Перепуганная девчонка, которая пряталась за дверью? Она слышала обрывки фраз. Она не видела лиц. Ее показания размажут за пять минут. Скажут, что ей померещилось со страху. Или что она подговорена Ронаном. В конце концов, не так же просто он ее укрывал у себя. Значит, они в сговоре. Значит, именно он надоумил ее украсть книгу. Нет, этого недостаточно.

Глава 83.2

Он резко разворачивается и начинает мерить шагами комнату, его тень мечется по стенам в свете камина.

– Нам нужно нечто большее. Нам нужно заставить Леннарда совершить роковую ошибку. Единственный шанс – это повернуть его же оружие против него самого. Сейчас Совет боится Леннарда, потому что он силен, но как только он оступится...

Глаза Советника хищно сужаются.

– ...то его же собственные ставленники порвут его на куски. Они закопают его, лишь бы отвести подозрения от себя. Стая всегда пожирает ослабевшего вожака. А потом, когда Леннард будет уничтожен их руками, я проведу аккуратную, тихую чистку в рядах Совета. По одному. Без шума и пыли.

План звучит идеально.

Жестоко, цинично, но идеально.

Вот только я до сих пор не понимаю одного.

– Это всё замечательно, господин Советник, – говорю я осторожно. – Но при чем тут я? Зачем вы вытащили меня из камеры и рассказываете мне всё это? Я просто врач.

Арвид останавливается напротив меня. На его губах играет издевательская улыбка.

– А кому ты предлагаешь заняться этим? Мне?

Он разводит руками, демонстрируя свой безупречный камзол.

– Я – Верховный Советник. Я не могу марать руки, провоцируя Маркграфа. Я должен оставаться над схваткой, чтобы потом нанести решающий удар. Нет, дорогая. Эту грязную работу сделаешь ты.

– Я?! – я вскакиваю с кресла, забывая о страхе. – Вы с ума сошли? Как я могу...

– Ты хочешь спасти Ронана? – его голос хлещет как кнут, заставляя меня замереть. – Или хочешь, чтобы уже на рассвете его голова попрощалась с телом? Я готов тебе помочь в его спасении. Я дам тебе людей, дам свободу действий, закрою глаза на ваши трудности с законом. А потом, еще и награжу.

Он наклоняется ко мне, и его лицо оказывается пугающе близко.

– Но взамен ты должна будешь принести мне голову Леннарда. Образно, конечно. Вытащи из него признание или заставь сделать что-то непростительное. И как только у тебя это получится, я клянусь, что от него не останется и следа.

Я стою, ошарашенная, не в силах поверить в услышанное.

Он хочет, чтобы я, безоружная женщина, переиграла самого хитрого и жестокого человека в королевстве?

– Вы с ума сошли? – шепчу я, чувствуя, как ледяной холод сковывает внутренности. – Как я должна это сделать? Леннард хитрый изворотливый монстр. Вы думаете, он вот так просто все расскажет потому что я его попрошу?

Арвид выпрямляется, и его взгляд становится скучающим.

– А вот это, милая, уже не мои проблемы, – лениво тянет Арвид, расправляя невидимую складку на своем безупречном камзоле. – Включай свое женское обаяние. Хитрость. Леннарду нужна ты и эта проклятая книга. Он жаждет получить их любой ценой. Так воспользуйся этим. Стань той самой наживкой, которую он не сможет не проглотить.

Я сижу, чувствуя, как внутри всё леденеет. Он отправляет меня в пасть к чудовищу, вооруженную только собственной смелостью и томом, пропитанным ядом.

– Но прежде, чем мы начнем эту игру... – Арвид делает паузу, и его лицо вдруг становится жестким, лишенным той наигранной скуки, что была секунду назад.

– Ты должна будешь для меня кое что сделать.

– Что? И зачем? – настораживаюсь я.

Арвид поднимает на меня взгляд. В его глазах – лед и сталь.

– Затем, чтобы я мог тебе полностью доверять. Ты должна официально заявить, что Герцог Грозовых Пик похитил тебя. Что он удерживал тебя силой, издевался, угрожал расправой, принуждал к подчинению и выполняла все его поручения только из-за страха перед ним.

Его слова бьют меня сильнее пощечин.

Я моргаю, уверенная, что ослышалась.

– Но… он спас меня! Он закрыл меня собой от удара!

– Это не имеет значения, – жестко перебивает Арвид. – Мне нужно признание. А потом, завтра, когда мы покончим с Леннардом, ты повторишь эти слова перед Королем и Советом.

– Я не понимаю… – мотаю я головой, чувствуя, как кровь отливает от лица. – Зачем вам это? Мы же союзники! Он тоже пострадал от Леннарда!

Арвид улыбается, и от этой улыбки мне становится страшнее, чем от угроз Леннарда.

– Чтобы уничтожить его репутацию. Лишить титула. Смешать его имя с грязью. Чтобы доказать, что он безумный маньяк, кичащийся своей силой, который ведет дела с со всякого рода сумасшедшими пьяницам, награждающий их и разбазаривающий сокровища королевства не пойми куда. Который отказался от знатной невесты, но взял в жены девушку из вырождающегося рода и объявил ее погибшей, чтобы никто не помешал бессовестно мучить ее. После такого признания ни один благородный дом не подаст ему руки, а Король лишит его земель и звания. Грозовые Пики перейдут под управление Короны.

“А, значит, и под управление Арвида”, – мысленно продолжаю я за него.

Потому что в этот момент я понимаю, что Арвид не просто помогает мне, он сводит старые счеты.

Арвид ненавидит Джареда за непокорность, за тот отказ жениться на его племяннице, за его гордость. Он боится его. И сейчас, моими руками, он хочет убрать опасного конкурента с доски.

Конечно, мне сложно забыть то, через что я вынуждена была пройти из-за Джареда, но… вот так, пытаясь предотвратить один заговор, по сути готовить за спиной влиятельного герцога другой заговор… насколько же здесь все прогнило.

– Вы... – я задыхаюсь от возмущения. – Вы просто хотите отомстить ему и отобрать его земли!

– Я хочу порядка, – парирует Арвид, и его лицо каменеет. – Джаред – неуправляемая стихия. А стихию нужно держать в узде. Или уничтожать. Или он станет вторым Леннардом.

– Я не сделаю этого! – твердо говорю я, хотя голос дрожит.

Арвид наклоняется ко мне, опираясь руками о подлокотники моего кресла, запирая меня в ловушку.

– Тогда, тебе придется выбирать. Или ты спасаешь Ронана, помогая уничтожить репутацию Джареда… или ты сохраняешь его "честь", но тогда увидишь как завтра Ронан расстается с жизнью. Решай.

Глава 84

Я смотрю на Верховного Советника, и меня трясет от отвращения.

В голове не укладывается. Королевство стоит на краю пропасти, Леннард плетет заговор, а этот человек... этот мелочный, мстительный мерзавец думает о том, как бы побольнее ударить старого врага?

Он готов использовать государственную катастрофу, чтобы потешить свое уязвленное эго?

«Он блефует», – проносится спасительная мысль.

Он не посмеет.

Джаред – герцог. Высшая знать. Даже Арвид не может просто так взять и отдать приказ пытать его без суда и следствия.

Это незаконно.

Он просто пугает меня. Хочет прогнуть, сломать, заставить плясать под свою дудку.

Я выпрямляю спину, расправляю плечи, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствую себя на самом деле.

– Нет, – твердо говорю я, глядя ему прямо в глаза, – Я не стану клеветать на человека, только из-за вашей личной обиды к нему. Я готова помочь вам с Леннардом. Но я не буду участвовать в вашей личной вендетте. Это низко.

Арвид замирает.

Уголок его рта дергается вниз. Он явно не привык, чтобы ему отказывали, особенно такие «пешки», как я.

– Ты испытываешь мое терпение, дитя, – его голос становится тихим и опасным, как шипение змеи. – И, поверь, оно не безгранично.

В этот момент в дверь стучат. Не дожидаясь ответа, тяжелая створка распахивается.

На пороге стоит человек, от одного вида которого у меня к горлу подступает тошнота.

Он огромен, лыс, его кожа имеет нездоровый серый оттенок, а на кожаном фартуке темнеют пятна, происхождение которых я боюсь даже представить. От него пахнет железом, потом и застарелой кровью.

В его руках – кожаный сверток, в котором зловеще позвякивает металл.

– Ваша Светлость, – басит он, небрежно кланяясь. – Меня вызвали по срочному делу. Сказали, нужно разговорить какого-то дракона? Мои инструменты готовы. Начнем с пальцев или сразу перейдем к «железной деве»?

У меня внутри всё холодеет. Пол уходит из-под ног.

Арвид переводит взгляд с меня на вошедшего палача и лениво улыбается.

– Мы как раз решаем этот вопрос, Гретц. Всё зависит от того, насколько сговорчива будет наша гостья.

Он снова поворачивается ко мне, и теперь в его взгляде нет ни капли притворства. Только ледяная, безжалостная решимость.

– Ну так что, девочка? – спрашивает он мягко. – Ты всё еще думаешь, что я шучу?

Я смотрю в его глаза и понимаю: нет, он не шутит.

У этого человека на Джареда такой зуб, такая застарелая ненависть, что он пойдет на всё. Даже если Арвид сам будет подыхать от яда Леннарда, он потратит последние силы на то, чтобы утащить Джареда с собой в могилу.

Боже, и такой человек стоит у руля государства?!

Это же безумие!

Чудовищная, мелочная жестокость, облеченная властью.

– Вы... вы чудовище, – шепчу я.

– Я политик, – пожимает плечами Арвид. – Гретц, приступай. Думаю, что для начала можно отрезать герцогу ухо. Оно все равно через какое-то время восстановится.

– Нет! – кричу я, когда палач уже разворачивается к двери.

Паника захлестывает меня с головой.

Я не могу выбрать.

Но если я откажусь – Джареда будут пытать. А если соглашусь – я уничтожу его жизнь, его честь, всё, что для него важно.

Я мечусь, загнанная в угол, как зверь.

Дышать нечем. Мысли путаются.

Должен быть выход! Должен быть хоть какой-то шанс!

И вдруг, на грани полного отчаяния, в голове вспыхивает безумная, отчаянная мысль. План, такой же хрупкий, как и моя надежда.

– Подождите! – выдыхаю я, хватаясь за край стола, чтобы не упасть.

Арвид делает жест рукой, останавливая палача.

– Я... я согласна, – говорю я, чувствуя, как слова царапают горло. – Я скажу всё, что вы хотите. Я оклевещу его.

Лицо Советника озаряется торжеством.

– Умная девочка. Я знал, что ты примешь правильное решение.

– Но у меня есть одно условие, – быстро добавляю я, пока решимость не покинула меня.

Арвид прищуривается, чуя подвох.

– Ты не в том положении, чтобы торговаться.

– Позвольте мне спуститься к нему, – прошу я, стараясь, чтобы голос звучал жалко и просительно. – В последний раз. Перед тем... перед тем, как я стану его врагом навсегда.

– Зачем? – резко спрашивает Арвид. – Чтобы устроить сцену прощания? У меня нет времени на сентиментальности.

– Чтобы обработать его раны! – выпаливаю я, включая «режим врача». – Вы видели его? Он истекает кровью! У него жар! Если он умрет от сепсиса или болевого шока сегодня ночью... вашего триумфа не будет.

Я вскакиваю с кресла, делаю шаг к Советнику, заглядывая ему в глаза.

– Вам же нужно, чтобы завтра он стоял перед Советом и слушал свой приговор, верно? Вам нужно публичное унижение, а не труп в камере. Если он помрет до рассвета, вам просто не поверят. Будут думать, что вы избавились от конкурента.

Арвид молчит, обдумывая мои слова.

Я вижу, как в его глазах борется подозрительность и тщеславие.

Аргумент про публичное унижение попадает в цель. Ему мало просто убить Джареда – он хочет насладиться его падением.

– Мне нужно взять мою сумку с лекарствами, – продолжаю я давить. – Она осталась у моей помощницы, Лоррет. Я просто перевяжу его, дам обезболивающее, чтобы он дожил до утра, и всё.

Советник медленно кивает, и на его губах появляется змеиная усмешка.

– Хочешь поиграть в милосердную жену? – тянет он, и в его голосе слышится яд. – Валяй.

Он машет рукой гвардейцам.

– Отведите её к служанке. Пусть возьмет свои тряпки. Но предупреждаю... – он наклоняется ко мне, и его голос становится ледяным. – Без глупостей. К тебе приставят охрану. Если ты попытаешься что-то выкинуть или передать ему оружие – Гретц займется тобой лично. Ты меня поняла?

– Да, – выдыхаю я, опуская глаза, чтобы он не увидел в них вспыхнувшую надежду. – Я поняла. Без глупостей.

Арвид доволен.

Он думает, что сломал меня.

Он думает, что я просто слабая женщина, пытающаяся облегчить совесть последним актом милосердия.

Что ж, пусть так и думает!

Пришедший на сигнал советника гвардеец отводит меня в небольшую караульную комнату.

Милена и Лоррет сидят на лавке, обнявшись, как две перепуганные птички. Увидев меня, Милена всхлипывает, а Лоррет вскакивает, прижимая руки к груди.

– Леди Эола! – выдыхает она. – Вы живы... Мы так боялись...

– Всё хорошо, – я быстро подхожу к ним, стараясь говорить уверенно, хотя сердце колотится где-то в горле. – Всё будет хорошо. Мне нужна сумка Эйнара. Срочно.

Лоррет дрожащими руками протягивает мне потрепанный кожаный мешок.

– Стоять! – гаркает гвардеец, преграждая мне путь алебардой. – Сначала досмотр.

Он выхватывает сумку у служанки и переворачивает её вверх дном прямо над столом. Склянки, бинты, мешочки с травами и инструменты с грохотом сыплются на деревянную поверхность.

Гвардеец начинает брезгливо копаться в содержимом, отшвыривая в сторону пучки сушеной полыни.

– Что тут у нас? Яды? Зелья? – бурчит он, открывая одну из баночек и нюхая её.

Я вижу то, что мне нужно. Среди россыпи предметов блестит сталь. Тонкий, острый скальпель.

Нужно действовать. Сейчас или никогда.

Я делаю вид, что тянусь за упавшим флаконом, и «случайно» задеваю локтем тяжелую ступку, стоящую на краю стола.

Она с грохотом падает на каменный пол, раскалываясь надвое.

– Ах! – Лоррет, умница, вскрикивает так натурально и громко, что гвардеец инстинктивно дергается и поворачивает голову на звук.

Этой секунды мне хватает.

Моя рука молниеносно накрывает ланцет. Одно плавное движение – и холодная сталь скользит в мой рукав, прячась в складках ткани.

– Осторожнее, неуклюжие коровы! – рычит гвардеец, возвращаясь к осмотру, но я уже стою смирно, сцепив руки перед собой.

Он сгребает всё обратно в мешок, не заметив пропажи, и швыряет его мне.

– Идем. У тебя десять минут.

Я подхожу к Лоррет и на мгновение сжимаю её руку.

– Молись за нас, – шепчу я одними губами.

В глазах служанки я вижу понимание и ужас, но она лишь коротко кивает.

Путь до темницы кажется бесконечным. Но вот тяжелая дверь открывается со скрежетом, впуская меня в зловонный полумрак.

Джаред там.

Он прикован к стене. Массивные кандалы из темного металла сковывают его запястья. Услышав шаги, он поднимает голову. Стоит ему только увидеть меня, как в его глазах вспыхивает пламя. Он жадно, осматривает меня с ног до головы.

– Эола, Он тронул тебя? – рычит он, и цепи звякают от его попытки рвануться ко мне. – Этот ублюдок... он что-то сделал с тобой?

Мне открывают дверь и я подхожу к нему, падая на колени, чтобы наши лица оказались на одном уровне.

– Нет, Джаред, я в порядке.

Я ставлю сумку на пол, стараясь, чтобы мои движения были видны стражнику, стоящему в дверях.

– Сиди смирно, – говорю я громко и строго, включая «режим врача». – Я только обработаю раны. Арвид разрешил.

– Плевать мне на Арвида, – шипит Джаред, но позволяет мне коснуться себя. – Что этот чертов ворон хотел от тебя?!

Мои руки дрожат, когда я касаюсь его горячей, влажной от пота кожи. Я разматываю пропитанные кровью тряпки на его плече. Рана выглядит жутко, драконья регенерация пытается бороться, но Джаред еще толком не отошел от одной передряги, а тут свежая рана. Его тело сильное, но даже драконья мощь не бесконечна.

Я достаю мазь и чистые бинты.

– Тише, – шепчу я, наклоняясь к нему совсем близко. Так близко, что чувствую жар его дыхания на своих губах.

Я начинаю обрабатывать рану, намеренно делая это медленно, чтобы выиграть время. Мои пальцы скользят по его шее, задевая пульсирующую жилку.

Я поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом.

В золотой глубине столько боли и настороженности, что у меня перехватывает дыхание. Я с трудом сдерживаю слезы. Он смотрит на меня так, словно я – единственное, что держит его в этом мире.

– Эола… Арвид мастер подковерных игр… будь с ним очень аккуратно.

Эх, запоздало твое предупреждение, Джаред. Ой как запоздало…

Я наклоняюсь к его уху, делая вид, что осматриваю воспаление на шее. Мои волосы падают завесой, скрывая мое лицо от стражника.

– Эй! – тут же раздается окрик от двери. Гвардеец делает шаг внутрь, кладя руку на меч. – Без глупостей! Отодвинься от него!

Мое сердце пропускает удар, но я резко оборачиваюсь к стражнику, и в моем взгляде – ледяное раздражение профессионала.

– Я проверяю пульс на сонной артерии, идиот! – рявкаю я. – У него тахикардия, он еле дышит! Хочешь, чтобы он сдох прямо сейчас и ты пошел объяснять господину Советнику как так вышло?

Гвардеец тушуется, облизывает губы.

– Давай быстрее, – бурчит он, но отступает назад.

Я снова поворачиваюсь к Джареду.

– Джаред... – выдыхаю я ему в самое ухо, и мой шепот дрожит от напряжения. – Пожалуйста... хоть один раз... просто доверься мне. Поверь моим словам.

Я чувствую, как его мышцы каменеют под моими пальцами. Он насторожен. Он чувствует, что я что-то задумала и ему это совершенно не нравится.

– Сиди тихо, – продолжаю я шептать. – И слушай внимательно всё, что я скажу...