444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Адам М Маккьюин » Печальный порядок » Текст книги (страница 24)
Печальный порядок
  • Текст добавлен: 16 ноября 2026, 11:30

Текст книги "Печальный порядок"


Автор книги: Адам М Маккьюин


Жанр:

   

История


сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 39 страниц)

Неуверенное начало «дистанционного контроля»

Одна проблема, оставшаяся нерешенной в 1905 году, касалась выдачи и визирования сертификатов по статье 6. Сарджент не доверял ни китайским чиновникам, ни консулам за границей и рекомендовал либо разместить иммиграционных чиновников в Китае, либо изменить процедуру установления личности льготных категорий новым законодательством[611]611
  22. Ibid., "MEMORANDUM." See also US-NWVC 151.01/16; James Reynolds, "Enforcement of the Chinese Exclusion Law," Annals of the American Academy of Political and Social Science 34/2 (1909): 153.


[Закрыть]
. Консульские и дипломатические чиновники столь же пренебрежительно отзывались об Иммиграционном бюро. Они считали иммиграционных агентов грубыми и необразованными, орудующими законом об исключении как дубиной, а сам закон – устанавливающим нелепые категории и чрезмерные ограничения, подрывающие гармоничные отношения с Китаем. Политика «исключения» выглядела особенно неловко на фоне политики «открытых дверей» (свободной торговли в Китае), которую Государственный департамент проводил после 1899 года. Даже Сарджент признавал, что «хотя консул и чиновник высочайшей честности <…> положение его трудно и неловко, когда приходится решать, какая из этих возложенных на него законом разнородных обязанностей важнее»[612]612
  23. US-DH 59/847, 52.


[Закрыть]
.

Государственный департамент тоже был захвачен собственным духом реформ, хотя и куда медленнее, чем Иммиграционное бюро. Консульская реформа означала упорядочение работы, экзамены на гражданскую службу и более пристальный надзор за служащими. Многие реформы подстегнули обвинения консулов в коррупции при оформлении китайских мигрантов. Расследование Конгресса 1903 года о консульствах в Восточной Азии, во многом вызванное обвинениями в злоупотреблениях при выдаче китайских виз, сыграло ключевую роль в принятии законопроекта о консульской реформе в 1906 году[613]613
  24. Wilbur Carr, "The American Consular Service," American Journal of International Law 1 (1907): 891–913; Waldo Heinrichs, "Bureacuracy and Professionalism in the Development of American Career Diplomacy," in Twentieth C, American Foreign Policy, ed. John Braeman, Robert Bremner, and David Brody (Columbus: Ohio State UP, 1971), 119–206; US-DH 59/665, Herbert Peirce, Report on Inspection of United States Consulates in the Orient, 59th Cong., 1st ses. (1906).


[Закрыть]
. После этого расследования госдепартамент к тому же охотнее сотрудничал с Иммиграционным бюро, разрабатывая методов «дистанционного контроля» миграции.

На рубеже веков Китай был единственным местом, где американские консулы обязаны были выдавать иммиграционные визы. Предложения о том, чтобы консулы проверяли мигрантов до отъезда, выдвигались по меньшей мере с 1832 года, когда консул Фридрих Лист в Германии предложил, чтобы потенциальные эмигранты получали свидетельства об отсутствии судимости, которые заверяли бы консулы США[614]614
  25. Gerald Neuman, "Qualitative Migration Controls in the Antebellum United States," in Migration Control in the North Atlantic World: The Evolution of State Practices in Europe and the United States from the French Revolution to the Inter-War Period, ed. Andreas Fahrmeir, Olivier Faron, and Patrick Weil, 108 (New York: Berghahn Books, 2003).


[Закрыть]
. После 1880-х годов предложения расширить участие консулов в миграционных вопросах становились все более частыми. Журналист Бротон Бранденбург, который выдавал себя за итальянского эмигранта, отчасти чтобы выяснить, как обходят законы о трудовых контрактах, объяснял в 1904 году: «Только в родном городе можно узнать правду и произвести надлежащий отбор. Любой другой план ошибочен»[615]615
  26. Broughton Brandenburg, Imported Americans: The Story of the Experiences of a Disguised American and His Wife Studying the Immigration Question (New York: Frederick A. Stokes, 1904), 222.


[Закрыть]
. Бранденбург предлагал учредить разъездную иммиграционную комиссию под надзором консула, которая выдавала бы визы прямо в деревнях. Но до 1917 года за пределами Китая почти ни одно такое предложение не было принято, если не считать размещения санитарных врачей в нескольких странах (большинство из них потом отозвали). Против них выступала даже Лига за ограничение иммиграции, утверждая, что консулы будут слишком бесконтрольны и станут зависеть от продажных туземных писарей[616]616
  27. Immigration Restriction League, Digest of Immigration Statistics, Effects of Immigration upon the United States and Reasons for Further Restriction (Boston, 1902), 19.


[Закрыть]
. Комиссия Диллингема, проводившая обширное расследование всех сторон европейской иммиграции с 1907 по 1911 год, сообщала, что консульские проверки мало что добавят к процедурам, уже применяемым иностранными правительствами и пароходными компаниями. Она также опасалась международных осложнений из-за применения американских законов за рубежом, особенно в странах, которые не желали поощрять миграцию[617]617
  28. Robert Zeidel, Immigrants, Progressives, and Exclusion Politics: The Dillingham Commission (DeKalb: Northern Illinois UP, 2004), 15, 17, 55–67.


[Закрыть]
.

Зато американские консулы в Гонконге следили за соблюдением миграционных законов еще с 1862 года, когда им поручили удостоверять, что все пассажиры отходящих американских судов отправляются добровольно. Они также обеспечивали соблюдение Закона Пейджа против иммиграции проституток и азиатских законтрактованных рабочих с 1875 по 1882 год. Эти обязанности они, как правило, считали второстепенными и даже враждебными своим главным задачам – защите и поощрению торговли. Когда в 1882 году вступил в силу первый закон об исключении китайцев, Государственный департамент настаивал на том, что консулы не имеют полномочий проверять достоверность паспортов или сертификатов, выданных иностранным правительством. Так, в 1885 году консул Мосби в Гонконге (который также полагался главным образом на поручительские обязательства, выданные больницей Дунхуа, чтобы гарантировать, что женщина не проститутка) заверял все документы по статье 6, выданные местным мировым судьей, даже не видя лиц, к которым эти документы относились. Он настаивал, что может лишь засвидетельствовать официальный статус этого должностного лица и не вправе оспаривать содержание документа[618]618
  29. George Peffer, If They Don’t Bring Their Women Here: Chinese Female Immigration before Exclusion (Urbana: University of Illinois Press, 1999), 52–54; USNCDH, 4 April 1885, 15 April 1885, 16 July 1885.


[Закрыть]
. Министерство финансов настаивало, чтобы консулы проверяли точность сертификатов, но посланник Денби жаловался, что это «практически невозможно исполнить. <…> Я не вижу, каким образом консул в порту может когда-либо успокоить свою совесть относительно истинности фактов, которые он должен официально удостоверить на основании собственных знаний или доказательств, представленных ему»[619]619
  30. US-NCD, 21 September 1887.


[Закрыть]
. Преемник Мосби, консул Роберт Уизерс, добавил, что подлинные и фальшивые возвратные свидетельства покупались и продавались в Гонконге, и у него не было полномочий остановить это или проверить, находятся ли сертификаты в руках законных владельцев, тем более что продажа сертификатов даже не считалась правонарушением по законам колонии[620]620
  31. US-NCDH, 21 February 1887.


[Закрыть]
.

Споры вокруг сертификатов по статье 6 пошли на убыль после 1888 года, когда Соединенные Штаты решили добиваться исполнения законов в одностороннем порядке, на собственной территории. Правительство Гонконга продолжало выдавать по несколько сотен в год, на которые американские консулы ставили формальную визу, а их судьба решалась в американских портах. И консулы, и генеральный регистратор Гонконга успели оценить небольшой, но стабильный доход, который это приносило[621]621
  32. Ibid., 21 August 1885, 22 January 1886, 18 April 1888; Elizabeth Sinn, "Emigration from Hong Kong before 1941: Organization and Impact," in Emigration from Hong Kong: Tendencies and Impacts, ed. Ronald Skeldon, 41 (Hong Kong: Chinese University Press, 1995).


[Закрыть]
. Китайское правительство, приверженное своей программе самоограничения, было гораздо менее щедрым. В 1889 году кантонский хоппо (надзиратель морской торговли) отклонил просьбу американского консула выдать сертификаты трем купцам, заявив, что разрешение выдавать такие сертификаты было отозвано в 1883 году по просьбе китайского посланника в Вашингтоне[622]622
  33. US-NCDC, 22 August 1889.


[Закрыть]
. В марте 1890 года посланник Денби писал государственному секретарю Блейну, что не решается обращаться в Цзунли ямэнь по вопросу получения сертификата по статье 6 для одного студента из-за недавней напряженности вокруг Закона Скотта и из-за убеждения Денби, что «принимая во внимание своеобразный язык Китая, его форму правления, огромное население, всеобщее незнание иностранных законов и обычаев, требования статута почти невозможно выполнить»[623]623
  34. US-FR 1890, 177, 186–87.


[Закрыть]
. После консультации с министром финансов Блейн ответил, что шанхайский даотай (окружной интендант, который одновременно был надзирателем торговли) может выдать сертификат. Даотай установил процедуру, согласно которой комиссар таможни (должность, занимаемая иностранцами) выдавал первоначальный сертификат, а состоятельный поручитель ручался за заявителя, прежде чем даотай поставит свою печать. К июлю 1891 года по этим правилам было выдано 28 сертификатов. Несколько из них отклонили в Сан-Франциско, а в калифорнийских газетах и по официальным каналам зазвучали обвинения консулов в коррупции. После нескольких раундов взаимных упреков выяснилось, что все дело в американском начальнике таможни: он не доверял ни одному сертификату, выданному китайским правительством. Консул Дж. А. Леонард в Шанхае ответил, что он убежден в тщательности проверок, проводимых китайскими чиновниками, и что в любом случае не имеет права открыто противоречить выданным ими документам. В защиту своей чести он утверждал, что практически не имел контактов с отдельными заявителями и, следовательно, не имел возможности быть подкупленным. Как и в 1883 году, проблема разрешилась тем, что китайцы перестали выдавать сертификаты[624]624
  35. Ch-ZMG, 2:1908; US-NCDS, 21 July 1891, 11 August 1891, 6 October 1891, 11 November 1891.


[Закрыть]
.

Но вопрос так и не был закрыт. В ответ на запрос 1896 года от Тихоокеанской почтовой пароходной компании о разрешении одному чиновнику в Кантоне выдавать сертификаты по статье 6 Денби сообщил, что с 1883 года в Китае было выдано только четыре таких сертификата (по-видимому, он имел в виду только те, что были выданы Цзунли ямэнем), и что Цзунли ямэнь недоволен тем, что их отклонили в Сан-Франциско. Посланник Ян Жу проконсультировался с Министерством финансов относительно приемлемых документов и процедур, а затем предложил систему, при которой местный даотай или надзиратель таможни проводил предварительное расследование и выдавал сертификат. Затем заявитель обращался, смотря по обстоятельствам, к местному вице-королю или префекту; тот после дополнительной проверки подписывал сертификат и направлял заявителя к консулу для получения визы. Информация о предъявителе паспорта также направлялась китайскому консулу или посланнику в месте его назначения. Этот порядок ввели в Кантоне в сентябре 1896 года и в провинции Фуцзянь в апреле 1897 года[625]625
  36. Ch-ZMG, 3:2185, 4:2264, 5:3125; US-NCDU, 26 June 1896, 24 July 1896, 7 September 1896.


[Закрыть]
.

Перевод категорий

Почти сразу после введения новых китайских процедур газеты и иммиграционные чиновники в Соединенных Штатах обвинили консулов и местных чиновников в Китае и Гонконге в неразборчивой выдаче сертификатов. Выполняя просьбу Министерства финансов о расследовании, Государственный департамент попросил консулов объяснить свои методы сертификации и потребовал от них представлять отчеты о визах, выданных на каждое отходящее судно, – впервые консулы в Южном Китае должны были отчитываться о какой-либо рутинной работе. Государственный департамент также отступил от своей прежней позиции, согласно которой удостоверения личности, выданные иностранными правительствами, не могут быть оспорены, заверив консулов, что они вправе отказывать в визах заявителям, не внушавшим доверия[626]626
  37. US-NCDH, 8 June 1897 and subsequent dispatches.


[Закрыть]
. «Верная теория» генерального прокурора Григгса усилила давление на консулов: теперь от них требовали точно устанавливать род занятий, а не просто удостоверяться, что заявители не рабочие[627]627
  38. US-NCDC, 23 May 1899.


[Закрыть]
.

Хотя это и не сопровождалось формальным заявлением о политике, новое отношение к удостоверениям личности ознаменовало значительный сдвиг в их использовании. То, что когда-то было прежде всего знаком официальной ответственности за предъявителя, теперь должно было точно устанавливать статус, род занятий и внешние приметы конкретного человека – так, чтобы это удовлетворило иностранное правительство. Однако методы установления личности оставались неопределенными. Было очень трудно добиться, чтобы эти бюрократически определенные категории соответствовали реальным людям в Китае. Иммиграционное бюро редко признавало эти трудности и охотно толковало категории любым способом, который затруднял въезд. Чиновники Государственного департамента были более обеспокоены этими трудностями и презирали абсурдные категории и процедуры бюро. А консулов возмущало то, что окончательное решение по-прежнему оставалось за таможенными чиновниками, которые могли отменить их сертификацию.

Консул в Гонконге Раунсевелл Уайлдман в ответ на запросы Государственного департамента и обвинения в попустительстве критиковал определения Иммиграционного бюро как нереалистичные, поскольку те, по его словам, ожидали, что купцы будут ходить в «шелковых одеяниях». Он описывал Гонконг как «огромный склад», где 65–85 % жителей занимались той или иной торговлей. Участники этих предприятий были собственниками, работниками и чернорабочими в одном лице, и ничто в законе не мешало им, оказавшись в Калифорнии, собирать фрукты. Он настаивал, что генеральный регистратор выдавал свидетельства только тем, кого твердо опознали районные сторожа, а в сомнительных случаях требовал дополнительного залога в 500 долларов. Он добавлял, что, хотя закон не давал ему полномочий отказывать в свидетельстве, выданном генеральным регистратором, он все же тщательно проверял каждого заявителя на «приметы кули», которые состояли главным образом из поношенной одежды и мозолей на плечах от ношения коромысел и паланкинов. Хотя Уайлдман и защищал генерального регистратора, он все же утверждал, что отказывает более чем половине всех претендентов на визу по результатам такой проверки[628]628
  39. US-NCDH, 6 October 1897, 18 November 1897, 16 February 1898, 27 May 1899.


[Закрыть]
. В том же духе вице-консул Хаббард Смит в Кантоне высмеивал требование Министерства финансов о том, чтобы студенты были «совершеннолетнего возраста». Он задавался вопросом, имелся ли в виду возраст совершеннолетия по праву Соединенных Штатов – двадцать один год – или по китайскому гражданскому праву – четырнадцать лет[629]629
  40. US-NCDC, 2 November 1899.


[Закрыть]
.

В 1902 году посланник Денби опубликовал в журнале «Форум» пространную насмешку над льготными категориями. К этому времени студентами стали считать лишь тех, кто намеревался изучать ту отрасль высшего знания, которую нельзя изучить на родине. Денби иронизировал, что, несмотря на многовековую традицию учености в Китае, «все китайские познания о студентах так и не научили его подлинному смыслу этого слова»[630]630
  41. Charles Denby, "Chinese Exclusion," Forum 34 (1902): 133.


[Закрыть]
. Он также процитировал новое определение «учителя»:

Лицо, которое в течение не менее двух лет, непосредственно предшествующих его заявлению о въезде в Соединенные Штаты, постоянно занималось преподаванием высших отраслей образования и которое докажет к удовлетворению соответствующего должностного лица Министерства финансов, что оно обладает квалификацией для преподавания этих высших отраслей, заключило договоренность о преподавании в признанном учебном заведении в Соединенных Штатах и намеревается, находясь в Соединенных Штатах, не заниматься ничем иным, кроме преподавания.

В ответ на это Денби заметил:

Проверка учителя была бы чем-то вроде проверки цветного избирателя на Юге, от которого избирательная комиссия требует изложить Конституцию, – она почти никогда не была бы удовлетворительной. <…> [В Китае учитель] принадлежит к сословию литераторов, но к числу тех, кто не может получить официального назначения. Из литераторов выходят врачи, ямэньские служители и учителя. Если Китай вообще хоть что-то знал, он знал, что такое учитель; но, выражаясь дипломатически, очевидно, что он не знал ничего. В приведенном выше определении мы явно обставили язычника-китайца[631]631
  42. Ibid., 132–33.


[Закрыть]
.

Денби заключал, что консул не в состоянии определить подлинное занятие заявителя по статье 6, прибывающего из внутренних районов Китая, и что сделать это неизбежно могут только китайские чиновники. Нападки на честность этих чиновников били мимо цели. Дело было в самих американских правилах, поскольку «ни в одной стране не было бы правильным браться проводить систему исключения, вручая весь механизм ее исполнения иностранным чиновникам, чьи интересы могли быть прямо противоположны преследуемым целям»[632]632
  43. Ibid., 135.


[Закрыть]
.

Китайцы присоединились к критике и предложили собственные определения льготных категорий. В 1906 году вице-король в Кантоне настаивал, что студентом считается человек, сдавший китайские императорские экзамены[633]633
  44. US-NCDC, 26 February 1906.


[Закрыть]
. В том же году генеральный консул США в Кантоне сообщил начальнику таможни в Маниле Генри Маккою, что решение допускать актеров на Филиппины «забавляет кантонских чиновников, а также кантонское джентри, литераторов и купцов, которые с таким живым интересом следят за каждым шагом американского правительства, направленным на изменение положений нынешнего закона об исключении китайцев. В глазах китайцев актеры и цирюльники находятся на низшей ступени их цивилизации и не имеют права сдавать гражданские экзамены, открытые для других подданных Империи. <…> Они выражают изумление нашей готовностью допускать китайских актеров и в то же время исключать китайских управляющих, кассиров, бухгалтеров, клерков, продавцов, закупщиков, счетоводов, владельцев магазинов, учеников, агентов, врачей и т. д.»[634]634
  45. US-NCCG 370/156.


[Закрыть]
.

Мнения самих китайских мигрантов узнать трудно: возможность передвигаться зависела для них от того, сумеют ли они публично доказать, что соответствуют официальным определениям. Но по крайней мере один китаец в Чикаго, человек по имени Кон Син, счел расследование нелепым. Когда его спросили о купеческом статусе его родственника Кон Гона, он рассуждал о нелепости самого вопроса:

В: Работал ли Кон Гон когда-либо в магазине непрерывно в течение одного года и при этом в тот год больше ничем не занимался?

О: Ну, предположим, я спрошу вас, в какое время вы приходите в контору и в какое время закрываете, – вы же не сможете ответить. Когда он работал в магазине, он работал в магазине, а когда работал на улице, он работал на улице.

В: Что он делал, когда работал на улице?

О: Теперь предположим, я спрошу вас вот что: вы работаете в конторе, сейчас выполняете государственную работу, но когда возвращаетесь домой, делаете свою собственную. Так как же мне ответить на такой вопрос?

В: Итак, вы не можете утверждать, что Кон Гон когда-либо непрерывно в течение года находился в вашей лавке, посвящая все свое время ее делам?

О: Китаец нанимается на срок в один год или в два года, как и белые. Разумеется, если он в лавке год, значит, он в лавке год. Если он в лавке два года, значит, он в лавке два года и…

В: Можете ли вы ответить на этот вопрос – да или нет?

О: Да, ибо если я скажу «нет», то какой же он купец?[635]635
  46. US-NGCC 467.


[Закрыть]

Кон Син, возможно, и донес свою мысль, но из-за этого Кон Гон так и не получил купеческих бумаг.

Ведомственные интересы, прибыль и вина

Споры о процедурах установления личности касались и более прозаических вопросов – ведомственных интересов и прибыли. Когда консул Эдвард Бедлоу прибыл в Кантон в начале 1898 года, он обошел китайских чиновников, выдавая сертификаты по статье 6 по собственной инициативе. В ответ на возражения хоппо Бедлоу объяснил, что существующая система выдачи сертификатов через многочисленных китайских чиновников задерживает процесс на шесть-семь месяцев и мешает торговле. Государственному департаменту он также заявил, что китайские чиновники выдают сертификаты без разбора, заботясь лишь о сборе крупных пошлин. Если департамент хочет ответить на критику из Сан-Франциско, «чрезвычайно важно, чтобы хоппо или иное китайское должностное лицо, уполномоченное разрешать китайским подданным покидать Китай, не решало, кто именно въедет в Соединенные Штаты; ведь продажность китайских чиновников общеизвестна»[636]636
  47. US-NCDC, 7 July 1898 (emphasis in original).


[Закрыть]
. Когда и Государственный департамент, и Цзунли ямэнь настояли на том, чтобы сертификаты выдавал хоппо, Бедлоу побудил хоппо предложить Цзунли ямэню, чтобы только хоппо выдавал сертификат без участия вице-короля и уездных чиновников. Цзунли ямэнь ненадолго одобрил этот план, но затем вице-король Тань Чжунлинь объяснил, что, хотя хоппо и может начать расследование, его юрисдикции над торговлей недостаточно для окончательной сертификации и что процедуры должны быть единообразными по всей стране[637]637
  48. Ch-ZMG, 4:2344, 2347, 2350, 2362; US-NCDS, 13 October 1898 and enclosures.


[Закрыть]
.

Тем временем Бедлоу договорился с секретарем хоппо (с ведома хоппо, как утверждал переводчик Бедлоу), что и Бедлоу, и канцелярия хоппо будут принимать первичные заявления на сертификаты. Затем заявление передавалось в другую канцелярию для окончательного оформления, после чего заявитель шел к вице-королю за подписью, а затем возвращался к консулу за окончательной визой. Канцелярия, принявшая заявление первой, передавала второй 50 долларов из пошлины и могла оставить себе всё, что удавалось получить с заявителя, вплоть до 90 долларов. После того как большинство заявителей предпочли сначала обращаться к хоппо, Бедлоу разорвал договоренность. Примерно в это же время хоппо попросил Цзунли ямэнь обратиться к посланнику США с тем, чтобы тот велел консулу соблюдать надлежащую процедуру и прекратить выдавать собственные сертификаты. Хоппо утверждал, что унизительных отказов в Сан-Франциско можно избежать, лишь если он сможет провести надлежащее расследование[638]638
  49. Ch-ZMG, 4:2384.


[Закрыть]
. Со своей стороны, Бедлоу заручился согласием посланника Денби напрямую связываться с начальником таможни в Сан-Франциско Джексоном и обмениваться документами. Сославшись на новые трудности в проведении «верной теории» исключения, Бедлоу распорядился, чтобы сертификаты по статье 6, выдаваемые китайским правительством, сопровождались удостоверением, которое он выдавал и отправлял отдельным пакетом. Новая процедура почти гарантировала допуск и вызвала в Кантоне ажиотажный спрос на сертификаты Бедлоу, которые он выдавал по 180 долларов за штуку, а знакомым – по 165. Консульский переводчик позже утверждал, что их выдавали и перепродавали в таких количествах, что «в Гонконге и Кантоне ежедневно сообщались регулярные котировки рыночной цены»[639]639
  50. US-NCDC, Bedloe to Jackson, 30 August 1899; Chung to U.S. Consul, 16 June 1899.


[Закрыть]
.

Расследование, проведенное шанхайским консулом Джоном Гудноу (который сам в 1903 году станет объектом расследования), привело к отстранению Бедлоу, восстановлению прежней процедуры и снижению визового сбора до одного доллара[640]640
  51. Ibid., 10 September 1898; US-NCDS, 13 October 1898.


[Закрыть]
. Государственный департамент гораздо сильнее обеспокоило то, что Бедлоу использовал свою должность для личного обогащения и вступал в частные переговоры с китайскими чиновниками, чем промахи в установлении личности китайцев. Но департамент по-прежнему позволял консулам действовать по своему усмотрению при разработке процедур. В течение следующих пяти лет он вел нерегулярный надзор за иммиграционной практикой, обычно в ответ на конкретные жалобы[641]641
  52. Accusations are in US-DS 57/776, 2:315, 479.


[Закрыть]
. Консулы в Гонконге выходили из этих расследований, почти не запятнав репутации, умело перекладывая вину на других. Уайлдман прибег к испытанному приему: обвинял китайцев в изначальной продажности и утверждал, что сертификаты с его визой «были настолько честными, насколько это вообще возможно для европейцев, когда дело касается китайцев»[642]642
  53. US-NCDH, 27 May 1899.


[Закрыть]
. Во время скандала 1904 года консул Эдвард Брэгг возложил вину на сами законы об исключении за то, что они подрывают договоры и передают окончательные решения косным и предубежденным иммиграционным агентам, которые «отобраны из сословия, возможно, пригодного для роли хороших констеблей под общественным надзором и под контролем судов, но которому никто не подумал бы доверить в отдаленных местах, где они несут службу без сдерживающего влияния благоустроенного общества, даже определение договорных прав, с правом суждения, настолько защищенного видимостью закона, что оно становится по существу окончательным»[643]643
  54. Ibid., 15 June 1904, enclosed letter to George Courtelyou.


[Закрыть]
. Несмотря на такую характеристику Брэгга, Иммиграционное бюро на деле преуспело больше, чем Государственный департамент, в укреплении дисциплины среди своих служащих. Государственному департаменту было трудно контролировать собственных чиновников в далеких краях, и он неохотно покушался на юрисдикцию иностранных государств. Китайские посредники процветали в зазорах между этими юрисдикциями.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю