444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Адам М Маккьюин » Печальный порядок » Текст книги (страница 19)
Печальный порядок
  • Текст добавлен: 16 ноября 2026, 11:30

Текст книги "Печальный порядок"


Автор книги: Адам М Маккьюин


Жанр:

   

История


сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 39 страниц)

От сношений к границам

За шесть лет после 1888 года американские суды и чиновники соткали целую сеть правовых и политических решений, чтобы оправдать Закон Скотта и более узкие толкования законов. Закон Скотта повсеместно воспринимался как нарушение Договора Энджелла и Бёрлингеймского договора, не говоря уже о нормах свободных сношений, которые западные державы пытались навязать Китаю. Иностранная пресса в Китае и Гонконге высмеивала действия Австралии и Соединенных Штатов как «эгоистичные», «произвольные» и как уступки давлению толпы[448]448
  79. China Mail, 3 May 1888, 8 September 1888.


[Закрыть]
. Но именно эти решения в конечном счете стали основополагающими принципами одностороннего иммиграционного контроля. Их конкретика была неотделима от необходимости оправдывать экстерриториальность в Китае, которая сама была встроена в геополитику «цивилизации».

До 1889 года федеральные судьи во множестве китайских дел, поступавших к ним, обычно выносили решения в пользу китайцев и против принятия или узкого применения дискриминационных законов. Судьи окружных судов Огден Хоффман и Лоренцо Сойер в Калифорнии и Мэтью Диди в Орегоне вынесли немало таких решений. Все эти судьи выступали против неограниченной иммиграции, и никто из них не был большим другом китайцев. Но они не были и большими друзьями «песчаников» и сторонников Кирни, которых считали стоящими за подобным законодательством. Перед лицом ожесточенной общественной критики все они отстаивали защиту собственности и личных свобод вопреки воле избирателей. В публичных выступлениях Диди даже распространял свое презрение к народной воле на «безумную жажду равенства, извергшуюся из вулкана Французской революции»[449]449
  80. Quoted in Ralph Mooney, "Matthew Deady and the Federal Judicial Response to Racism in the Early West," Oregon Law Review 63 (1984): 634. See also Christian Fritz, "A Nineteenth Century ‘Habeas Corpus Mill’: The Chinese before the Federal Courts in California," American Journal of Legal History 32 (1988); Thomas Wuil Joo, "New ‘Conspiracy Theory’ of the Fourteenth Amendment: Nineteenth Century Chinese Civil Rights Cases and the Development of Substantive Due Process Jurisprudence," University of San Francisco Law Review 29 (1994–95): 363; McClain, In Search of Equality; Lucy Salyer, Laws Harsh as Tigers: Chinese Immigrants and the Shaping of Modern Immigration Law (Chapel Hill: University of North Carolina Press, 1995), 26–54.


[Закрыть]
. Сенатор Уильям Стюарт из Невады выразил их идеалы тактичнее, когда объяснял Конгрессу, почему предложил дополнения к Закону о защите гражданских прав 1870 года, прямо направленные на защиту китайцев, несмотря на свое неприятие китайской иммиграции: «Мы поручились честью нации, что они могут приезжать и будут под защитой. Двадцать лет определенный класс людей попирал все обязательства человечности, справедливости и простого приличия по отношению к этим людям <…> На настоящем Конгрессе лежит торжественный долг – позаботиться о том, чтобы эти люди были защищены, чтобы они пользовались равной защитой законов, пусть они и иностранцы»[450]450
  81. Congressional Globe, 141st Cong., 2nd ses. (1870), 3658.


[Закрыть]
.

Из всех судей, участвовавших в китайских делах, Стивен Филд обладал самым широким опытом и влиянием: он заседал в Верховном суде Калифорнии с 1857 по 1863 год, а затем в Калифорнийском окружном суде и Верховном суде США до 1897 года. Филда помнят прежде всего как поборника свободы договора и идеи «надлежащей правовой процедуры по существу», защищавшей естественные права личности и собственности от вмешательства государства. В этом духе он часто толковал Четырнадцатую поправку как гарантирующую широкие экономические права лицам и корпорациям[451]451
  82. Stephen Kens, Justice Stephen Field: Shaping Liberty from the Gold Rush to the Gilded Age (Lawrence: University Press of Kansas, 1997).


[Закрыть]
. Хотя поначалу он обосновывал права иммигрантов договорами и правом сношений, постепенно он выработал более утонченный подход, чтобы лучше лавировать между соперничающими притязаниями суверенитета и сношений. Этот подход опирался на представление о том, что условиями, делающими возможными международную вежливость и обмен, служат надлежащие конституционные гарантии, а не подчинение внутреннего права договорам. Эти гарантии смягчали самые крайние проявления произвольной суверенной воли. А возможными их делали «цивилизованные» институты. Поэтому и действовали эти гарантии лишь до границы.

Первым судебным мнением Филда по китайскому вопросу было особое мнение при решении Верховного суда Калифорнии о том, что подушный налог 1862 года неконституционен. Он возражал против того, что большинство расширительно применило маршалловское понимание сношений к вопросу, который следовало оставить на усмотрение местного законодателя[452]452
  83. Carl Swisher, Stephen J. Field: Craftsman of the Law (Washington, DC: Brookings Institution, 1930), 207–8.


[Закрыть]
. Однако за следующее десятилетие его представления о сношениях и пределах местного законодательного самоуправления менялись вместе с опытом работы в федеральных судах и расширявшейся дружбой с крупными предпринимателями. В делах о гражданских правах афроамериканцев, многие из которых касались политического участия и юрисдикции частного права, он оставался твердым защитником законодательных полномочий штатов. Но в делах о китайской иммиграции и дискриминации, часто связанных и с международной торговлей, и с местными экономическими правами, он неоднократно помогал отменять законодательство штатов[453]453
  84. Joo, "New ‘Conspiracy Theory."


[Закрыть]
.

В 1872 году Филд без особой необходимости (поскольку никаких китайских дел на рассмотрении не было) объяснял большому жюри Калифорнии: «покуда наша страна стремится расширять свою торговлю договорами с азиатскими странами и обеспечивать защиту своим гражданам в этих странах, обещая защиту их гражданам в нашей стране, правительство обязано применять свою власть, в случае необходимости – всю власть, чтобы исполнять свои обязательства в этом отношении». Если государственная политика требует исключить китайцев, «пусть федеральное правительство это предусмотрит и объявит». До тех пор у них есть полное право иммигрировать, и дурно обращаться с ними «низко и трусливо»[454]454
  85. Charge to Grand Jury, 2 Sawy. 667, 680–81 (D. Ca. 1872).


[Закрыть]
. Возможность действовать согласно своим новым идеалам представилась Филду в 1874 году, когда он отменил калифорнийский закон о поручительствах в деле, которое позже дойдет до Верховного суда США как Chy Lung. В своем мнении он подтвердил федеральную власть над «сношениями» и неконституционность закона, выходящего за оправданные пределы местных полицейских полномочий. Если иммигранты угрожают законам штата, «средство – в более энергичном исполнении законов, а не в недопущении этих лиц»[455]455
  86. In re Ah Fong, 3 Sawy. 144, 148 (D. Ca. 1874).


[Закрыть]
. Прежние решения об обратном он отбросил как утратившие силу после отмены рабства. За следующие несколько лет он написал еще множество решений окружного суда в пользу китайцев на основании прав из Четырнадцатой поправки и необходимости разумно толковать иммиграционные законы во избежание нарушения договоров.

Филд достиг предела своих толкований в пользу договоров в особом мнении 1884 года по делу Chew Heong. В этом деле рассматривалось право на въезд рабочего, который уехал на Гавайи до принятия законов об исключении и не смог получить возвратное свидетельство. Хотя пересмотренный закон об исключении 1884 года требовал свидетельство как единственное доказательство для повторного въезда, Суд решил, что Конгресс не мог иметь намерения исключить такого человека, как Чу Хонг, у которого было законное право, но который не мог выполнить документальные требования. Филд утверждал, что на этот раз Суд зашел слишком далеко и исказил, а не истолковал закон в соответствии с договором. Он доказывал, что этот новый закон был специально разработан, чтобы закрыть лазейки, из-за которых перегруженные калифорнийские суды вынуждены были впускать бесчисленных китайцев на основании лжесвидетельств[456]456
  87. Chew Heong v. United States, 112 U.S. 536, 578 (1884).


[Закрыть]
. Договор действительно был законом страны, но не в большей степени, чем законодательство Конгресса, и договор мог быть отменен последующими законами (что было подтверждено в тот же день в решении по делу Head Money Case, подтвердившем власть федерального правительства взимать подушный сбор с иммигрантов)[457]457
  88. Head Money Cases, 112 U.S. 536 (1884).


[Закрыть]
. Но большую часть особого мнения Филд посвятил тому, чтобы оправдать перемену своей позиции: он, дескать, недавно узнал, что Китай не соблюдает взаимные положения договора. «Ни один американский гражданин не может пользоваться в Китае, за исключением определенных указанных портов, какими-либо ценными привилегиями, иммунитетами или изъятиями. Он может торговать в этих портах, но нигде больше» (567). В отличие от этого, китайцы могли свободно передвигаться по Соединенным Штатам и пользоваться местными институтами. Тем не менее они решили не ассимилироваться, а жить в рамках собственных институтов и законов, многие из которых нарушали договорные описания «добровольной эмиграции», помещая мигрантов в «долговую кабалу подрядчика – его рабов-кули» (568).

Филд следовал этой логике, формулируя единогласное решение по делу Chae Chan Ping в 1889 году. Чтобы обосновать Закон Скотта, он утверждал, что «пленарная власть» государства исключать иностранцев по своему усмотрению – неотъемлемый атрибут суверенитета, который не обязательно перечислять в Конституции. Право на въезд и повторный въезд зависело от воли правительства и могло быть отозвано в любое время. «Если бы [государство] не могло исключать иностранцев, оно в этой степени подпало бы под контроль другой державы»[458]458
  89. Chinese Exclusion Case, 604.


[Закрыть]
. Это решение было вторым ликом Януса – доктрин laissez-faire. Оно вполне отвечало стремлению централизовать власть ради международных связей: в нем утверждалось, что «для местных интересов существуют отдельные штаты Союза, но для национальных целей, включающих наши отношения с иностранными государствами, мы – один народ, одна нация, одна держава» (606). Но если централизованное правление было необходимо для содействия сношениям, оно было необходимо и для защиты от опасностей сношений.

Решение по делу Chae Chan Ping обосновывалось правом на самозащиту от иностранной агрессии и посягательств, «будь то от иностранного государства, действующего в своем национальном качестве, или от огромных орд его народа, теснящих нас» (606). Но, как часто предсказывали Филд и другие судьи в отношении местного дискриминационного законодательства, лавина новых мер и судебных мнений вслед за Chae Chan Ping быстро превратила право на самозащиту от конкретной угрозы, какой она виделась, в общую норму систематического регулирования в мирное время. В июне 1891 года генеральный прокурор Уильям Миллер сослался на дело Chae Chan Ping, чтобы подтвердить давнюю позицию Министерства финансов о том, что законы об исключении были предназначены допускать конкретно определенные льготные категории, а не всех китайцев, кроме рабочих. Он также пояснил, что китайцы из льготных категорий – «привилегированный класс», не обладающий никакими гарантированными правами, и бремя доказывания лежит на них: это они должны показать, что заслуживают привилегии въезда[459]459
  90. US-NWCu, Miller to Foster, 30 June 1891.


[Закрыть]
. Общий иммиграционный закон марта 1891 года, создавший федеральное Иммиграционное бюро и закрывший въезд многим традиционно нежелательным категориям, включая тех, кто может стать обузой для общества, также опирался на дело Chae Chan Ping, установив, что административные решения окончательны и не могут быть обжалованы в судах. Конституционность этого была подтверждена в январе следующего года по делу Nishimura Ekiu: японке Нисимуре Экиу отказали во въезде без права обжалования как лицу, которое может стать обузой для общества[460]460
  91. Nishimura Ekiu v. United States, 142 U.S. 651 (1892).


[Закрыть]
. Китайцы, однако, не были включены в общий иммиграционный закон, и Суд согласился рассмотреть дело Lau Ow Bew позже в том же месяце. Суд допустил Лау, несмотря на отсутствие у него сертификата по статье 6, в значительной степени потому, что считал, что прежнее место жительства в сочетании с его договорной защитой как купца давало ему права, выходящие за рамки жестких документальных требований для исключаемых иностранцев[461]461
  92. Lau Ow Bew v. United States, 144 U.S. 47 (1892).


[Закрыть]
. Эта лазейка была закрыта в 1894 году, когда поправка к общему закону об ассигнованиях также прекратила апелляции китайских иммигрантов в федеральные суды, тем самым положив конец конвейеру ходатайств habeas corpus.

Закон Гири, требовавший от китайских рабочих зарегистрироваться под угрозой депортации, распространил эти полномочия далеко за пределы того, что задумывал Филд, перенеся их с границы вглубь страны, в самое сердце нации. В решении 1893 года по делу Fong Yue Ting Верховный суд подтвердил конституционность Закона Гири как логическое продолжение Chae Chan Ping. Он охарактеризовал решение о высылке как «политический вопрос», а не как вопрос права, который могли бы решать суды[462]462
  93. Fong Yue Ting v. United States, 149 U.S. 698, 712 (1893).


[Закрыть]
. Филд написал гневное особое мнение и даже частным образом писал, что Конгресс должен добиться пересмотра дела и увеличить состав суда, чтобы обеспечить «правильное» решение[463]463
  94. Kens, Stephen J. Field, 213.


[Закрыть]
. Это была не столько перемена взглядов со времени дела Chae Chan Ping, сколько кульминация различных (и часто запутанных) линий мысли относительно защиты прав от правительственной власти, которые Филд развивал с 1870-х годов.

С 1879 по 1882 год Филд возглавлял борьбу за отмену дискриминационных законов Сан-Франциско. Эта работа увенчалась решением Верховного суда США 1886 года по делу Yick Wo, которое отменило дискриминационное применение инспекций прачечных в Сан-Франциско, утверждая, что китайцы заслуживают защиты не только по договору 1888 года, но и по Четырнадцатой поправке, которая применялась «ко всем лицам, находящимся под территориальной юрисдикцией, без различия расы, цвета кожи или национальности»[464]464
  95. Yick Wo v. Hopkins, 118 U.S. 356, 396 (1886).


[Закрыть]
. В 1880 году, однако, Филд выразил особое мнение по трем решениям, отменявшим законы штатов и практики, запрещавшие чернокожим быть присяжными, утверждая, что это вопрос политических прав и частного права, который по праву принадлежит местному самоуправлению. Остальные судьи в конце концов приняли доводы Филда и все чаще отменяла федеральное законодательство о гражданских правах в пользу дискриминационных законов штатов. Тем не менее в 1887 году Филд выразил особое мнение по делу Baldwin v. Franks, решение по которому, по-видимому, опиралось на его же рассуждения, чтобы отказать в федеральной защите китайцам, изгнанным из городов в Орегоне. Он утверждал, что если федеральное правительство имеет право подписывать договоры с иностранными правительствами, оно должно также иметь право гарантировать их исполнение, а не делегировать эту защиту штатам. При отсутствии специального законодательства договор о защите иностранцев должен действовать сам по себе. Заговорщики против прав китайцев знали о договоре, и «их цель была свести его на нет и сорвать»[465]465
  96. Baldwin v. Franks, 704.


[Закрыть]
. Он утверждал, что решение Суда санкционировать эти действия имело последствия для обращения со всеми иностранцами, серьезно подрывая власть нации давать гарантии, необходимые для подкрепления договоров.

Если Филд, казалось, больше заботился о гарантиях прав китайцев, чем афроамериканцев на федеральном уровне, эта забота все больше основывалась не на потребностях сношений между равными нациями, а на необходимости поддерживать «цивилизованные» институты в территориальных границах. В своем мнении большинства по делу in re Ross (1891) Филд оставил в силе обвинительный приговор за убийство, который без участия присяжных вынес консул США в Японии в порядке экстерриториальной юрисдикции. С обильными ссылками на международное право Филд утверждал, что создатели Конституции «полностью осознавали необходимость осуществления судебной власти нашими консулами в нехристианских странах, если нужно было вести коммерческие сношения с их народами». Они также должны были знать, что было бы невозможно обеспечить все конституционные гарантии за границей. Но хотя «с одной стороны, американец, обвиняемый в преступлениях, совершенных в [восточных] странах, лишается гарантий Конституции против несправедливого обвинения и пристрастного суда, с другой стороны, он выигрывает, будучи избавлен от процедур их трибуналов, часто произвольных и деспотических, а иногда сопровождаемых крайней жестокостью и пытками»[466]466
  97. In re Ross, 140 U.S. 453, 465 (1891).


[Закрыть]
. Конечно, как хорошо знал Филд, суд «равных себе» едва ли был гарантией гражданских прав. Именно он был источником несправедливостей, лежавших в основе дипломатических споров о способности США защищать китайских мигрантов, не говоря уже о том, что этого права он с легким сердцем позволял законодательству штатов лишать афроамериканцев. Но все решало место. В контексте цивилизованного государства суд присяжных был конкретным доказательством самоуправления, каким бы он ни был по составу. За пределами цивилизованного мира он был роскошью.

Эти нити сошлись в выводе Филда о необходимости правовой защиты иностранцев в пределах национальных границ в деле Fong Yue Ting. В своем особом мнении Филд исходил не из сношений и договоров, которые определяли его более ранние решения по иммиграции, а из идеи постоянно проживающих иностранцев. В отличие от иностранцев на границе, постоянные жители уже вошли в политическое сообщество и могли требовать гарантий как права, а не привилегии. Закон Гири был направлен не против отдельных лиц, нарушивших действующие законы, а против целого класса людей после того, как они въехали с согласия нации. Он создавал прецедент (точно так же, как Chae Chan Ping), который легко можно было расширить за пределы конкретного акта самообороны против «несносных китайцев» и «применить завтра против других классов и других народов»[467]467
  98. Fong Yue Ting v. U.S., 743.


[Закрыть]
. Филд также вышел за рамки конституционного права, поместив и конституционные, и пленарные полномочия в контекст международной вежливости между дружественными государствами. Он критиковал использование международного права в мнении большинства, утверждая, что цитируемые авторы оправдывали лишь недопущение иностранцев, но не произвольную высылку тех, кто проживал на территории с согласия. В движении людей между дружественными государствами «такое согласие всегда будет подразумеваться, если в нем прямо не отказано»[468]468
  99. Chinese Exclusion Case, 756.


[Закрыть]
. Филд хотел обосновать права иностранцев как необходимую правовую защиту от чрезмерного вмешательства государства, а не как политическую привилегию. Тем самым главным источником прав мигрантов он сделал уже не принцип сношений, а взаимные гарантии, которые дают друг другу отдельные государства в четких границах. Сравнивая Закон Гири с действиями деспотических «азиатских» трибуналов, он укоренил эту вежливость в цивилизованных институтах, необходимых для членства в семье народов[469]469
  100. Fong Yue Ting v. U.S., 755.


[Закрыть]
.

Большую часть траектории Филда можно понять через его противостояние «классовому законодательству» – шла ли речь об отмене законов штатов, направленных против китайцев, или федеральных законов, которые, как он считал, принимались в пользу афроамериканцев. Но это не объясняет его требование в деле Baldwin о том, чтобы такое федеральное законодательство было принято в пользу иностранцев. Потребности международной вежливости были столь же важны. Аналогично, судьи Дэвид Брюэр и Руфус Пекхэм, известные своей столь же сильной, если не догматической приверженностью конституционализму laissez-faire и «надлежащей правовой процедуре по существу», вплоть до 1907 года оставались в одиночестве со своими особыми мнениями, пока суды все сильнее ограничивали права иммигрантов. Особые мнения Брюэра восходили к его несогласию с устранением судебного пересмотра на границе в деле Nishimura Ekiu (1892). Пожалуй, наиболее известен он своим утверждением в деле Church of the Holy Trinity в том же году, что Соединенные Штаты – «христианская нация»[470]470
  101. Church of the Holy Trinity v. United States, 143 U.S. 457, 471 (1892).


[Закрыть]
. Это утверждение было сделано также в контексте иммиграционного дела, в котором Брюэр доказывал, что закон 1885 года, запрещавший контрактную иммиграцию для «услуг любого рода», не мог иметь целью не допустить христианского священника. В своих более поздних особых мнениях по китайским делам он часто отмечал, что решения большинства потворствовали созданию в Соединенных Штатах деспотических институтов, которые произведут дурное впечатление на китайских гостей и подорвут миссионерскую работу в Китае[471]471
  102. Fong Yue Ting v. U.S., 744; United States v. Sing Tuck, 194 U.S. 161, 182 (1904).


[Закрыть]
.

Пекхэм наиболее известен как автор мнения большинства по делу Lochner (1905), поставившего свободу договора выше трудовых законов штатов[472]472
  103. Lochner v. People of State of New York, 198 U.S. 45 (1905).


[Закрыть]
. В том же году Оливер Уэнделл Холмс прошел противоположный Пекхэму путь: от своего мощного особого мнения по Lochner к написанию мнения большинства по делу Ju Toy, которое лишило судебного пересмотра даже граждан на границе[473]473
  104. United States v. Ju Toy, 198 U.S. 253 (1905).


[Закрыть]
. Так же и «великий несогласный» Джон Харлан неизменно присоединялся к большинству в китайских делах. Он наиболее известен своими особыми мнениями против решений, отменявших законодательство о гражданских правах и поддерживавших сегрегацию, мнений вроде Lochner, сводивших на нет регулирование условий труда, и дел, в которых утверждалось, что Конституция не распространяется на вновь завоеванные территории после испано-американской войны. Во всех этих делах Харлан последовательно проявлял себя как решительный сторонник большего федерального вмешательства ради социальной справедливости. Но его вера в федеральное правосудие также определяла мнения большинства, которые он написал по делам Lem Moon Sing (1895) и Yamataya (1903), – соответственно, лишавших судебного пересмотра на границе прежних жителей страны и иммигрантов с договорными гарантиями, – а также его особое мнение по делу Wong Kim Ark (1898), признавшему гражданство за китайцами, родившимися в США[474]474
  105. Japanese Immigrant Case: Yamataya v. Fisher, 169 U.S. 649 (1903); Lem Moon Sing v. United States, 158 U.S. 538 (1895); Wong Kim Ark v. United States, 169 U.S. 649 (1898).


[Закрыть]
. Как он объяснял своим слушателям вечерней школы, нация имела долг перед афроамериканцами, которых привезла к своим берегам, но предоставление гражданства расе, «совершенно нам чуждой» и оказавшейся здесь лишь по случайности рождения, привело бы к тому, что Соединенные Штаты утратили бы власть над своими законами о натурализации. В более общем плане он возражал против иммигрантов, «не рожденных и не воспитанных под институтами таких стран, как Англия, которые понимают, что значат жизнь, свобода и собственность, но рожденных под деспотиями; которые всю жизнь привыкли кланяться титулам и властям, не знавшим, что такое свобода, и которые приезжают в эту страну, принимая свободу за произвол, а произвол за свободу»[475]475
  106. Quoted in Linda Przybyszewski, The Republic According to John Marshall Harlan (Chapel Hill: University of North Carolina Press, 1999), 120–22. See also Gabriel Chin, "The Plessey Myth: Justice Harlan and the Chinese Cases," Iowa Law Review 82 (1996–97): 151–82.


[Закрыть]
. Харлан был не менее привержен Четырнадцатой поправке и провиденциальной миссии Конституции США, чем Филд или Брюэр, но эти приверженности все же могли порождать разные траектории гражданских прав. По-видимому, границы и расовый состав нации гражданских прав следовало охранять более строго, чем христианскую нацию, укорененную в экономических свободах.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю