Текст книги "Рыжий (СИ)"

Автор книги: Tasadar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 44 страниц)

– Личное пространство?! – Гермиона как-то странно посмотрела на меня. – Рон, мы только что силой заперли их в заброшенном классе, а ты ещё и завалил дверь манекеном в доспехах! О каком «личном пространстве» вообще может идти речь?!

– Гермиона, умоляю, не придирайся к мелким деталям! – отмахнулся я. – Главное, что мы оставили их наедине. Всё остальное, включая запертую дверь и манекен, подпирающий выход, уже детали.

Из-за двери вдруг раздался громкий хлопок, от которого мы все трое одновременно вздрогнули. Следом послышался грохот, будто кто-то со всей силы впечатался спиной в парту.

Я медленно выпрямился.

– Это что сейчас было? – настороженно спросил Гарри. – Судя по звуку, кто-то кого-то очень неаккуратно уронил…

Не успел он договорить, как тишину коридора разорвал пронзительный, высокий вопль:

– ААААААА!

Мы втроём замерли и потрясённо переглянулись.

– Это… – начал Гарри.

– Да, – кивнул я. – Мне тоже кажется, что это был Малфой.

– Но он как-то слишком пискляво кричит для Малфоя! – с сомнением протянул Избранный.

– О, Гарри, наивное ты дитя природы, ты же должен понимать хотя бы базовую анатомию. В зависимости от точки соприкосновения и конкретного места приложения тупого удара тональность мужского голоса способна меняться в очень, очень широких пределах.

Гермиона прикрыла рот рукой, безуспешно пытаясь скрыть злорадную улыбку, которая всё-таки пробивалась наружу.

– Может, всё-таки стоит проверить? – всё же предложила она.

– Рано. Если бы Джинни действительно причинила ему серьёзный вред, он бы уже орал гораздо громче и умолял о пощаде. А раз он пока только пищит, как мышь, значит, ситуация полностью под её контролем.

– И почему ты в этом так уверен?

– Просто я…

Договорить я не успел. За дверью снова что-то с грохотом рухнуло на пол, а следом коридор сотряс возмущённый рёв моей сестры:

– ДА ЧТОБЫ ТЫ ЕЩЁ РАЗ ПОСМЕЛ ТАКОЕ СКАЗАТЬ, МАЛФОЙ!!!

Когда за дверью снова всё стихло, я с довольным видом повернулся к Гарри.

– Вот видишь? А ты переживал. Они уже, кажется, неплохо начинают разговаривать!

– По-моему, она сейчас просто на него орёт, – заметил очкарик.

– Гарри, дружище, главное в этом деле не форма общения, а сам факт того, что они начали активно взаимодействовать! Искра проскочила, а значит, процесс запущен!

После этого эмоционального всплеска внутри снова стало подозрительно тихо. И эта тишина навела меня на две прямо противоположные мысли: либо моя дорогая сестрёнка всё-таки не рассчитала силы и случайно прибила наследника рода Малфоев насмерть, а теперь пытается спрятать тело под столом, либо её пылкая гриффиндорская ярость наконец немного поутихла, и они перешли к конструктивному диалогу. Я, как неисправимый романтик, искренне надеялся на второй вариант.

– Слушай, Рон, – прервал мои размышления Гарри, – а если у нас всё-таки ничего не выйдет? Что будем делать дальше?

– Ну, тогда перейдём к Плану «Б».

– А у нас что, есть План «Б»?

– Пока нет, – честно признался я с улыбкой. – Но когда придёт время, я обязательно что-нибудь придумаю. Запомни, Гарри: главное в хорошем стратегическом плане не его содержание. Главное – это непоколебимая уверенность человека, который этот план представляет!

Но тишина становилась уже совсем подозрительной. Я посмотрел на очкарика и кудряшку и решил, что личное пространство – это, конечно, хорошо, но мало ли что там происходит. Лучше всё-таки проверить. И не то чтобы я вдруг начал переживать за Малфоя. Просто в случае чего хорошему брату полагается вовремя помочь сестре спрятать улики. А чем раньше мы начнём отмывать пол, тем лучше.

Я отодвинул манекен в сторону, приоткрыл дверь на пару дюймов и заглянул внутрь.

Увиденное на несколько секунд лишило меня способности нормально соображать. Я несколько раз моргнул, зажмурился, мотнул головой, а затем снова посмотрел внутрь, надеясь, что всё это мне просто показалось. Не показалось. Картина перед глазами никуда не делась и от этого становилась только хуже.

М-да… Лучше бы я этого не видел.

Я резко захлопнул дверь и прислонился к ней спиной, уставившись прямо перед собой совершенно пустым взглядом.

– Ну что там? – тут же насторожился Гарри. – Что происходит?

– Знаешь, Гарри… – медленно начал я. – Я только что стал свидетелем удивительного биологического феномена. Оказывается, если запереть двух «заклятых врагов» в тесном помещении, их взаимная агрессия довольно быстро может перейти в стадию весьма тесного физического контакта.

– Чего? – нахмурился Поттер.

– Я говорю, что прямо сейчас моя сестра проводит крайне детальное исследование ротовой полости наследника рода Малфоев. Причём, судя по тому, с каким энтузиазмом она пытается проглотить ему лицо, исследование уже перешло в практическую фазу. Похоже, Джинни решила изучить строение его челюсти изнутри – исключительно в научных целях, разумеется. А Драко, что особенно радует меня как организатора этого эксперимента, совершенно не сопротивляется. Более того, судя по всему, активно участвует в исследовании и весьма охотно обменивается с ней… биологическими материалами.

Гарри поперхнулся воздухом, а Гермиона так и застыла с приоткрытым ртом, явно не зная, что на это вообще можно ответить.

– Так что, друзья мои, лучше им пока не мешать. Пойдёмте отсюда и дадим молодым спокойно продолжить свой… научный эксперимент. А меня, между прочим, можете поздравить: мой очередной гениальный план снова увенчался успехом.

Гарри и Гермиона ещё раз растерянно переглянулись, после чего бросили последний взгляд на запертую дверь и молча пошли следом за мной по коридору.

На следующий день мы сидели за завтраком в Большом зале. За главным столом, восседая в своём кресле-троне, расположился Альбус Дамблдор. Где бы этот старик ни пропадал последние дни и какими бы великими делами ни был занят, судя по его довольной физиономии, закончил он их весьма успешно. Дамблдор буквально лучился хорошим настроением.

Мы встретились взглядами, и он вдруг мне подмигнул, после чего совершенно невозмутимо продолжил беседу с Макгонагалл.

Хм… И как это понимать?

В моей голове тут же возникло два варианта. Первый меня вполне устраивал, а вот второй категорически нет. Если верить первому, отлучка Дамблдора была напрямую связана с поимкой Волдеморта. Операция прошла успешно, зло повержено, а значит, теперь можно спокойно жить дальше и больше ни о чём не беспокоиться.

А вот второй вариант… Учитывая нездоровую слабость этого старика к розовым мантиям, а также тот прискорбный факт, что я парень видный, высокий и находящийся в самом расцвете сил…Бррр! Какая же только чушь лезет в голову от недосыпа. Точно первый вариант. Только первый. Никаких других мыслей здесь быть не может.

Да и кое-какие факты этот вариант вполне подтверждали. Например, со вчерашнего утра никто больше не видел профессора Грюма. Вчера его уроки у старшекурсников заменял Флитвик, а на закономерный вопрос, куда подевался наш грозный Аластор, профессор чар лишь обтекаемо сообщил, что Грюм почувствовал себя плохо и до конца недели будет находиться в больничном крыле.

Судя по всему, Барти-младшего тоже взяли. И, в кои-то веки, сделали это правильно: тихо, технично, без лишнего шума и пыли. Причём никто не пострадал, особенно школьники. Удивительное дело. Обычно в подобных ситуациях взрослые маги начинают нещадно тупить, всё идёт через задницу, а страдать в итоге приходится не главным героям, а какому-нибудь случайно оказавшемуся рядом студенту. А тут прямо образцово-показательная работа.

В этот момент под потолком раздался шум сотен хлопающих крыльев. В Большой зал ворвались десятки сов, неся в лапах экстренный выпуск «Ежедневного пророка», и одна из газет спикировала прямо на стол между мной, Гарри и Гермионой.

Я подхватил её, развернул и едва успел бросить взгляд на первую полосу и… знатно охренел. Судя по внезапно воцарившейся тишине, примерно то же самое в этот момент происходило и со всеми остальными. Большой зал будто разом вымер, и теперь его заполнял лишь тихий шелест газетных страниц.

С первой полосы на меня смотрел огромный заголовок, а под ним красовался текст нашей незабвенной Риты Скитер:

«ЭКСТРЕННЫЙ ВЫПУСК! ТЁМНЫЙ ЛОРД ПОВЕРЖЕН! ШОКИРУЮЩАЯ ПРАВДА О СИРИУСЕ БЛЭКЕ!

Внимание, уважаемые читатели! Перед вами срочные новости, которые способны навсегда перевернуть ваше представление о событиях последних десятилетий!

Вся магическая Британия долгие годы содрогалась при одном лишь упоминании этого имени. Более десяти лет назад мы с облегчением поверили, что Тот-Кого-Нельзя-Называть наконец мёртв. Но, как выяснилось, это была лишь тщательно спланированная уловка!

Тот-Кого-Нельзя-Называть, он же лорд Волдеморт, а настоящее имя которого, как теперь известно, Том Реддл, всё это время был жив! Да, он находился в крайне плачевном состоянии, но даже тогда не оставлял надежды вернуть себе былую силу. Тёмный Лорд терпеливо ждал своего часа и тайно готовил своё возвращение.

Однако его планам не суждено было осуществиться. Несколько дней назад благодаря невероятной храбрости группы доблестных волшебников Тёмный Лорд и его ближайшие приспешники были выслежены и захвачены! В настоящее время пленники находятся под неусыпной охраной Министерства Магии.

Эти герои рисковали собственными жизнями ради безопасности всей Британии. И поверьте, уважаемые читатели, некоторые из имён участников этой операции способны повергнуть вас в настоящий шок!

Одним из ключевых участников операции оказался не кто иной, как… Сириус Блэк!

Да-да, тот самый Сириус Блэк, которого долгие годы считали опаснейшим преступником и предателем семьи Поттеров! Нам удалось выяснить сенсационные подробности. Вместе с Тёмным Лордом был захвачен Питер Петтигрю – настоящий предатель Поттеров, который все эти годы скрывался, инсценировав собственную смерть!

Но и это ещё не всё!

Как выяснилось, Сириус Блэк никогда не был предателем. Всё это время он действовал в рамках секретного соглашения с Министерством Магии. Совместно с Орденом Феникса и Альбусом Дамблдором был разработан дерзкий план по внедрению Блэка в ряды Пожирателей Смерти!

Пока вся Британия считала его злодеем, этот самоотверженный человек нёс на себе тяжелейшее бремя, рискуя собственной жизнью ради защиты своего крестника, Гарри Поттера, и ради спасения всего магического мира!

Вторым героем этой невероятной истории стал бывший преподаватель Хогвартса Римус Люпин. Как выяснилось, этот храбрый волшебник был одним из ближайших друзей Джеймса и Лили Поттеров и всё это время оставался верен Свету. Бывший преподаватель Защиты от Тёмных искусств, известный своим спокойствием, рассудительностью и исключительной преданностью друзьям, Люпин долгие годы оставался в тени, не стремясь к славе и не раскрывая своей истинной роли. Однако теперь стало известно, что всё это время он продолжал бороться против сил Тьмы и поддерживал Сириуса Блэка, помогая ему в его опасной миссии. По словам источников, именно его знания, опыт и хладнокровие сыграли важную роль в подготовке и проведении операции по захвату Тёмного Лорда.

Вместе с ними в операции участвовали лучшие мракоборцы нашего времени – Кингсли Бруствер и Амелия Боунс. А руководил всей операцией и координировал действия её участников сам директор Хогвартса Альбус Дамблдор!

Мне удалось лично пообщаться с Сириусом Блэком. Он сообщил, что все обвинения против него ныне сняты, а если верить слухам, уже ходящим по коридорам Министерства, всем участникам этой беспрецедентной операции готовят представления к награждению Орденом Мерлина!

Но самое удивительное мистер Блэк сообщил мне напоследок.

По его словам, вся эта историческая операция стала возможной лишь благодаря одному очень скромному, но при этом невероятно храброму и гениальному студенту Хогвартса. Именно этот юный волшебник стал идейным вдохновителем расследования и сыграл в раскрытии заговора куда более важную роль, чем можно было бы предположить.

Имя этого юного героя – Рональд Уизли!

Однако последние слова мистера Блэка прозвучали весьма загадочно:

«Это тебе, малец, "благодарность" за большую мягкую игрушку с цветочками и беготню по лесу».

Наша редакция пока не смогла разгадать значение этого странного послания. Но совершенно очевидно, что подобным образом эти гениальные умы передавали друг другу секретную информацию о Тёмном Лорде, используя тщательно замаскированные кодовые фразы!

С вами была Рита Скитер.

Следите за новостями!»

Я очень медленно поднял голову от газеты.

Абсолютно весь Большой зал – от первокурсников до профессоров за преподавательским столом не мигая смотрел прямо на меня.

Я тяжело уронил голову обратно на стол.

– Ах ты ж блохастый ублюдок… – простонал я. – Грязный пёс. Я тебе эту собачью благодарность ещё припомню. Я из тебя, псина сутулая, коврик для прихожей сделаю…

Поняв, что оставаться здесь и дальше не самая удачная идея, я, не поднимая головы, тихо позвал:

– Добби.

Лопоухий домовик тут же материализовался рядом со мной.

– Чем Добби может помочь лучшему другу Гарри Поттера, сэр? – радостно пропищал эльф.

– Добби… скажи мне честно. Ты сможешь прямо сейчас перенести меня до канадской границы?

– …

Глава 36

На следующий день Гарри и Гермиона всё-таки нашли меня в Выручай-комнате. Я как раз устроился на полу возле камина, разложив вокруг себя книги, несколько тарелок с едой и большую кружку чая, а Добби исправно исполнял обязанности моего личного поставщика продовольствия, время от времени появляясь рядом с очередной порцией чего-нибудь вкусного. И нет, я не трус и вовсе не сбежал от всего того сумасшествия, которое сейчас творилось в школе и вообще по всей магической Британии. Я просто… решил немного переждать бурю. Вот и всё. Заодно спокойно пожинал плоды собственного «гениального плана», любовался масштабами устроенного мной бардака и прикидывал, как именно буду мстить одному блохастому псу за его бесчеловечную благодарность.

Гарри присел рядом со мной на пол, и некоторое время мы молча смотрели на огонь в камине.

– Ну и долго ты ещё собираешься здесь прятаться? Ты со вчерашнего вечера не выходишь из Выручай-комнаты.

Я перевернул страницу книги и пожал плечами.

– Если опираться на мои предварительные расчёты и учитывать текущую ситуацию, то, думаю, как минимум до конца учебного года. Хотя, если всё пойдёт особенно хорошо, можно будет рассмотреть вариант продлить моё пребывание здесь до конца обучения. В конце концов, место довольно приятное, еду мне сюда регулярно доставляют, никто не задаёт лишних вопросов, а перспектива снова столкнуться с толпой людей, которые смотрят на меня как на какого-то национального героя, меня совершенно не радует.

Гермиона тяжело вздохнула и устроилась рядом с Гарри, положив голову ему на плечо.

– Рон, ты ведь понимаешь, что не можешь несколько лет прятаться в Выручай-комнате? Тебе всё равно придётся когда-нибудь выйти отсюда и встретиться со своими внезапно появившимися фанатами. Ну и экзамены никто за тебя не сдаст.

– Не знаю, не знаю. Вот уже почти сутки я вполне успешно здесь живу и, как видите, пока не умер. Более того, чувствую себя подозрительно хорошо. Здесь тихо, спокойно, никто не пытается пожать мне руку, никто не просит рассказать, как я лично победил Волдеморта, а самое главное – мне не приходится постоянно прятаться от Фреда и Джорджа, которые теперь наверняка будут донимать меня своими шуточками про великого и ужасного Рональда Уизли, победителя Тёмного Лорда. Зная моих дорогих братьев, уверен, они ещё и придумают мне какое-нибудь идиотское прозвище и будут использовать его при каждом удобном случае. Так что, если честно, здесь мне сейчас гораздо спокойнее.

Гарри слегка улыбнулся.

– Рон, ну хватит уже дурачиться. Ты что, действительно собираешься из-за одной глупой статьи сидеть здесь безвылазно? Успокойся. Думаю, через несколько дней все перестанут об этом говорить и найдут себе новую тему для обсуждений.

Я отложил книгу и посмотрел на него так, будто он предложил мне очевидное и при этом совершенно бесполезное решение.

– Гарри, там написано, что я гениальный идейный вдохновитель операции по захвату Волдеморта. Я, честно говоря, ещё удивляюсь, почему до сих пор никто из Министерства не прислал ко мне кого-нибудь с просьбой дать интервью. А про Риту Скитер я вообще молчу. Я уже ничему от неё не удивлюсь. Завтра она вполне может написать, что в детстве я в одиночку остановил восстание гоблинов, победил трёх драконов и заодно научил Дамблдора правильно держать палочку. Хотя нет, в данном случае с возрастом тут не сходится… Но уверен, она и без этого что-нибудь придумает.

Гарри усмехнулся.

– Зато теперь ты будешь тем, кем всегда хотел быть. Знаменитым.

– Гарри, я уже был знаменитым. Я был лучшим другом Гарри Поттера. Поверь, этого мне более чем хватало. Более того, я всегда считал это вполне приличным уровнем известности и совершенно не собирался расширять свою аудиторию до нескольких миллионов человек.

Но тут я посмотрел на эту очкастую физиономию и понял, что Гарри получает небывалое удовольствие от происходящего. Ну надо же… Избранный ты наш! Я тут, понимаешь, страдаю, мучаюсь, пытаюсь придумать, как выбраться из этой ситуации (если не считать того факта, что на самом деле я просто прячусь), а этот гад сидит и с довольной физиономией наблюдает, как его лучший друг постепенно превращается в затворника!

– Знаешь, Гарри, ты сейчас выглядишь подозрительно довольным. Такое ощущение, будто ты пришёл сюда вовсе не для того, чтобы убедить меня выйти отсюда, а исключительно для того, чтобы полюбоваться последствиями моей внезапно обретённой популярности… хотя, если уж быть совсем честным, скорее последствиями моей собственной тупости.

– Рон, как ты мог такое подумать обо мне? Я бы никогда не сделал ничего подобного, – невинно произнёс Гарри.

– Издеваешься?

– Ну… если совсем немного, то да.

– Ладно, ещё денёк-другой здесь посижу, потом выйду. Всё равно выходные впереди, и, надеюсь, к тому времени все хотя бы немного придут в себя.

Гарри переглянулся с Гермионой.

– Ну что, план Б? – спросил он.

– План Б, – спокойно подтвердила Гермиона.

– Рон, тут такое дело… Вообще-то завтра Святочный бал.

– …

– …

– Млядь… Она же меня убьёт, если я не появлюсь.

– Да, несомненно, – кивнул Гарри. – И, если честно, я бы с удовольствием на это посмотрел.

– Это ещё почему?! – возмутился я. – Я вообще-то твой лучший друг!

– Потому что ты всё это время скрывал от меня то, что происходило, – уже без улыбки ответил Гарри. – И я почему-то обо всём узнаю из газеты, а не от своего так называемого лучшего друга.

Упс… Как бы ни было печально это признавать, но очкарик в данном случае оказался абсолютно прав.

Да, я осознанно всё это от него скрывал и, честно говоря, ни о чём не жалел. Более того, если бы мне пришлось повторить всё заново, я бы сделал то же самое. Разве что добавил бы в план отдельный пункт, посвящённый изощрённому физическому наказанию одного слишком болтливого блохастого пса. Но, с другой стороны, если смотреть на ситуацию исключительно с позиции дружбы, поступил я, мягко говоря, не очень красиво. Мотивы у меня, конечно, были благородные и кристально чистые, но осадок у Гарри явно остался, а значит, объясниться всё-таки придётся. Хотя бы ради того, чтобы потом отомстить Сириусу.

Коварный план расправы над этой шавкой уже почти созрел у меня в голове, и ключевая роль в нём отводилась Избранному. Без его помощи моя месть просто не состоится.

Я вздохнул и посмотрел на очкарика.

– Прости меня, Гарри, за то, что я всё это от тебя скрывал. Но поверь, у меня был очень веский повод.

– И какой же у тебя был такой веский повод скрывать от меня, что ты, мой крёстный и Люпин за моей спиной спланировали захват Волдеморта?

– Я всего лишь хотел, чтобы ты хотя бы один год пожил относительно спокойно, – ответил я, разведя руками. – Ну, совсем относительно, учитывая, что в этом году ты ещё и участвуешь в Турнире Трёх Волшебников. У тебя и без Тёмного Лорда забот по горло хватало. Гарри, просто вспомни, что с нами происходило все эти годы! Каждый чёртов год нам так или иначе угрожала какая-нибудь опасность, а то и смерть. Нас постоянно ждали какие-то «небывалые приключения», которые при нормальных обстоятельствах вообще не должны происходить со школьниками! Да если бы обычные люди попадали в такие ситуации, всё это в лучшем случае заканчивалось бы некрологами. Ты правда считаешь, что для нас это нормально? Мы должны учиться, мучиться над зельями, веселиться, шутить, сбегать в Хогсмид, встречаться с теми, кто нам нравится… но уж точно не спасать мир от Тёмных волшебников! Это работа взрослых, Гарри. Таких магов, как Дамблдор, Грюм и остальные мракоборцы. Мы с тобой не должны этим заниматься. Поэтому я и сделал то, что сделал. Да, за твоей спиной. Но я ни о чём не жалею. Потому что, если не считать Турнира – на который, между прочим, я сам тебя подписал, но, заметь, ты сам согласился! – этот год у нас действительно идёт нормально. Не «нормально по нашим меркам», когда кто-нибудь пытается нас убить, а нормально по-настоящему. Именно этого я и хотел. Дать нам всем хотя бы один год спокойно пожить, а глобальные проблемы пусть решают взрослые дяди и тёти. В конце концов, именно для этого они и нужны. А не для того, чтобы шестнадцатилетние подростки снова и снова спасали им мир.

Гарри некоторое время молчал, внимательно глядя на меня и переваривая услышанное.

– Знаешь, Рон… – наконец медленно произнёс он. – Во мне сейчас борются два желания. Первое – настучать тебе по голове. Причём очень и очень сильно. А второе – расцеловать тебя за то, что ты действительно дал мне возможность хотя бы один раз пожить нормально и, самое главное, навсегда убрал из моей жизни угрозу погибнуть от рук Волдеморта.

Я нервно сглотнул и на всякий случай отодвинулся чуть подальше.

– Ну знаешь, Гарри, – произнёс я с улыбкой, – ты мне, конечно, очень дорог как друг… но всё же не настолько, чтобы переходить к поцелуям. Мне всё-таки нравятся девушки. Желательно со вздорным характером, светловолосые и, как я уже успел выяснить, желательно француженки. А тебе, как мы все уже поняли, больше по вкусу стеснительные кудряшки-убивашки. Так что, думаю, каждый из нас уже определился со своим типажом, и менять свои предпочтения я не намерен даже ради одного из двух спасителей магической Британии.

Гермиона, которая всё это время продолжала сидеть, не убирая головы с плеча Гарри, слегка покраснела.

– Рон, – произнесла она пугающе ласковым тоном, – ещё одно подобное слово… Назовёшь меня ещё раз этой «кудряшкой-убивашкой», и я действительно кого-нибудь убью. И поверь, это будет не Гарри. Думаю, мой намёк тебе понятен?

Я улыбнулся.

– Максимально понятен. Дальше можешь не объяснять…

Мы втроём негромко рассмеялись.

– И всё же, – спросил Гарри, когда смех стих, – может, ты расскажешь, как именно ты всё это провернул?

Ну, я и рассказал. Начиная с самого начала и «абсолютно ничего не скрывая». Поведал о своих гениальных аналитических догадках, о его снах и прочих деталях. В общем, наврал с три короба, аккуратно приправив этот бред небольшой щепоткой правды. Ну не мог же я в самом деле рассказать ему, что я попаданец и большинство событий просто знал наперёд?

После долгого разговора мы ещё какое-то время молча сидели у камина.

– Ну так что, идёшь с нами? – Гарри поднялся на ноги и посмотрел на меня. – Ведь школа с нетерпением ждёт своего героя.

– Очень смешно. Просто обхохочешься, – тяжело вздохнул я, но всё-таки заставил себя подняться.

В самом деле, не могу же я так подставить свою любимую вейлу. И нет, я действительно иду на Святочный бал только потому, что не хочу её подводить и расстраивать! А вовсе не потому, что боюсь её ответного гнева и того, что она сожжёт мне задницу… а возможно, и кое-что куда более важное. Инстинкт самосохранения тут совершенно ни при чём.

И вот мы наконец собрались с духом и покинули Выручай-комнату. Ну, точнее, с духом собрался только я, а очкарик с его кудряшкой спокойно шли следом, явно предвкушая мою скорую встречу с близнецами и всё то веселье, которое они наверняка устроят за мой счёт.

Пока мы шли по коридору, я всерьёз размышлял, не сбежать ли мне хотя бы во Францию. Или, на худой конец, для начала спрятаться в карете Флёр и пересидеть там до конца учебного года. Надеюсь, она хотя бы пустила бы меня внутрь… Хотя нет. Скорее всего, посмотрела бы на меня своими красивыми глазами, назвала тупым северным варваром, понятия не имеющим о приличиях, и вышвырнула бы из кареты пинком.

Эх… моя горячая, вздорная вейла.

Видимо, придётся терпеть и принимать свою внезапно обретённую славу. Главное – пережить этот дурдом и не дать Фреду с Джорджем превратить мою жизнь в персональный комедийный номер.

Был уже вечер. Мы шли по коридорам, и, хвала всем существующим богам, они почти пустовали. Те редкие ученики, что попадались нам навстречу, хоть и провожали меня слишком уж заинтересованными взглядами, пока, к счастью, воздерживались от активных фанатских проявлений.

Наконец мы добрались до входа в гостиную Гриффиндора. И тут я, мягко говоря, резко передумал заходить внутрь. Видимо, моё стремительно бледнеющее лицо и попытки незаметно слиться со стеной не укрылись от Избранного.

– Рон, ты чего так побледнел? – с нескрываемым весельем спросил Гарри. – Мы же уже почти пришли. Как видишь, твоих фанатов по дороге мы не встретили, так что всё не так плохо, как ты думаешь…

Ох, не нравится мне его довольная физиономия. Совсем не нравится. Я прямо пятой точкой чувствовал, что где-то поблизости меня ждёт масштабная подстава.

– Просто я не очень хочу сейчас встречать своих братьев, – пояснил я, одновременно сканируя коридор в поисках возможных путей отступления. – Желательно вообще не видеть их ближайшие несколько месяцев.

– Не волнуйся, – наконец подала голос Гермиона, и выражение её лица было ничуть не менее подозрительно довольным, чем у очкарика. – Они же твои братья, Рон. Вряд ли они сделают что-нибудь ужасное…

Чёрт возьми. Вот теперь я окончательно понял, что меня действительно ждёт засада. Особенно после того, как она произнесла это с такой предвкушающей улыбкой.

Короче, ну его нафиг. Жизнь дороже.

– Так, – я резко развернулся к Гарри и Гермионе. – Слушайте, у меня только что возникла идея. Потрясающая. Гениальная… наверное. Я сейчас разворачиваюсь и иду в противоположную сторону, а вы делаете вид, что вообще никогда меня не знали. Ну, знаете: «Рон? Какой Рон? Уизли? Нет, не слышали».

– Рон, ты не можешь просто развернуться и уйти. – Гарри мёртвой хваткой вцепился в мою мантию, напрочь лишая меня возможности к бегству. – Ты наш идейный вдохновитель и один из новых героев Британии. А герои, между прочим, не убегают. Иначе какие они тогда герои?

– Герои не убегают, они стратегически отступают! – возразил я, безуспешно пытаясь вырваться из его хватки.

Поняв, что физической силой тут ничего не добиться, я закрыл глаза и с последней надеждой прошептал в пустоту:

– Добби, появись, пожалуйста. У меня экстренный случай. Я прямо чувствую, как Канада ждёт меня и уже не дождётся…

Но именно в этот раз мой призыв остался без ответа… чёртовы предатели. Все меня бросили. Даже Добби.

Ну ничего. Я всё это запомню. Всем припомню. И месть моя будет страшной, беспощадной и, главное, тщательно продуманной…

Гарри, окончательно и бесповоротно перечеркнув все наши годы дружбы, просто толкнул меня вперёд, и портрет Полной Дамы с радостным скрипом распахнулся передо мной. В ту же секунду по ушам ударил оглушительный взрыв: под потолком одна за другой начали лопаться десятки хлопушек, осыпая меня дождём золотого и красно-золотого конфетти, а набитая битком гостиная Гриффиндора взорвалась овациями, свистом и радостными криками. Где-то на заднем плане даже запускали магические фейерверки, складывавшиеся в воздухе в светящиеся буквы: «РОН – НАШ ГЕРОЙ!»

Но самое страшное ждало меня внизу. От самого входа до центра гостиной, словно для встречи какой-нибудь королевской особы, был расстелен красный ковёр. А по обеим его сторонам, вытянувшись по струнке, как королевские гвардейцы, стояли два абсолютно одинаковых рыжих террориста.

Увидев меня, Фред и Джордж расплылись в улыбках, а затем отвесили глубокий поклон, едва не подметая мантиями пол.

– О, узрите же! – громогласно возвестил Фред, выпрямляясь и простирая ко мне руки. – Он снизошёл до нас, простых смертных!

– Трепещите, жалкие первокурсники и недостойные старшекурсники! – тут же подхватил Джордж. – Сам Рональд Билиус Уизли, Великий и Ужасный Герой Британии, Идейный Вдохновитель Ордена Феникса, почтил эту скромную лачугу своим лучезарным присутствием!

Я стоял посреди гостиной, весь в конфетти, и чувствовал, как у меня начинает нервно дёргаться левый глаз.

– Я вас ненавижу, – процедил я сквозь зубы. – Обоих. Искренне и всей своей тёмной душой.

– Фред, ты слышал? – Джордж картинно прижал руки к груди. – Герой заговорил! Он обратился к нам!

– Записывай, Джордж, записывай каждое слово! – засуетился Фред, выхватывая из кармана воображаемое перо и пергамент. – Потом продадим эти великие изречения «Ежедневному Пророку» по галеону за штуку. «Я вас ненавижу»… О, какая глубина мысли! Какой невероятный философский подтекст! Ты чувствуешь эту боль великого гения, непонятого толпой?

Гостиная взорвалась смехом. Даже Гарри с Гермионой, стоявшие позади меня, бессовестно хихикали. Предатели.

– Скажи нам, о Великий Комбинатор. – Джордж шагнул вперёд и с преувеличенным почтением заглянул мне в глаза. – Каково это – держать судьбы всего магического мира в своих веснушчатых, мозолистых руках?

– Мы-то, глупые, думали, что ты всего лишь пускаешь слюни на парту на Истории магии, – сокрушённо покачал головой Фред. – А ты, оказывается, всё это время телепатически руководил захватом Самого-Кого-Нельзя-Называть!

– Расскажи же нам свои тайны, о величайший из Уизли! – Джордж рухнул на одно колено. – Как именно ты это сделал? Это был хитрый тактический манёвр? Или ты просто пригрозил Тёмному Лорду, что лично придёшь за ним, если он не сдастся добровольно?!

– Или, может, ты просто посмотрел ему прямо в глаза своим авторитетным веснушчатым взглядом, – подхватил Фред, – и он понял, что связываться с тобой себе дороже?

– А может, ты вообще победил его силой мысли! Хотя нет, для этого сначала пришлось бы её найти.

– Очень смешно, – мрачно пробормотал я.

– Он снова заговорил! Записывай, Джордж! Сегодня определённо исторический день.

Гостиная буквально легла от хохота. Кто-то на диване даже захрюкал. Моё лицо, наверное, уже могло по цвету составить конкуренцию флагу Гриффиндора.