Текст книги "Полотно Судьбы (СИ)"

Автор книги: Рэйя_Гравис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 48 страниц)

– И это не считая бесчисленного множества разного рода компрометирующих материалов на некоторых влиятельных аристократов, которые её прикрывают, – сказал Блэйз.

– Правда? – удивился Гарри.

– Ну, так говорят, – пожал плечами Забини.

– Ого! Даже на Малфоев? – заинтересовался Поттер.

– Нет, конечно! Что за чушь! – оскорблённо дернулся Драко. – Отец – честный человек. Ему нечего скрывать.

– Ой ли? – иронично пропел Арчер, язвительно поглядывая на блондина.

– На что это ты намекаешь? – нахмурился тот.

– Совершенно ни на что, – по-кошачьи усмехнулся Том.

– И не надо так ухмыляться, – обиделся Малфой, отворачиваясь от пристального взгляда Арчера, который в нем разве что дыру не прожигал. – Одним словом, Поттер, – прочистив горло, продолжил наследник самого честного рода, – ты выбрал себе опасного врага. На Скитер управы нет. Она делает всё, что пожелает и мешать ей никто не станет.

– На всех есть управа, – негромко протянул Том и, подперев рукой голову, загадочно улыбнулся.

Гарри невольно поежился. Он отлично знал своего друга. Ничего хорошего эта его улыбка не предвещала. Неожиданно «опасная» Рита Скитер со своим ядовитым пером, громкими статьями и бессчётными связями показалась юноше настолько слабой и незначительной, что ему стало её почти что жаль. Больше он с Томом о ней не говорил, хотя ему все же было интересно, как скандальной репортерше удается собирать все эти сплетни и слухи, ведь в школе она не бывает, да и в Хогсмиде её редко можно было встретить, хотя она снимала где-то там комнату.

Впрочем, очень скоро, Гарри стало совсем не до нее, потому что все ближе была дата второго испытания, и он все больше нервничал. Конечно, им удалось разгадать подсказку Золотого Яйца, да и способ целый час продержаться под водой без воздуха теперь бережно хранился в тумбочке, бесшумно плавая в колбе с раствором. Все было под контролем. И все же Гарри не мог не нервничать, думая о том, что ему придется нырнуть на самое дно темного, ледяного озера и проторчать там целый час, разыскивая Мерлин знает что. Юноша уже сто раз перебрал все свои вещи, в попытке обнаружить, что же такого ценного у него могли украсть. Но все было на месте: и мантия-невидимка, и Карта Мародеров, и «Молния», и медальон с фотографией его мамы, и фотоальбом, подаренный Ремусом на первом курсе, и пресловутый шахматный конь, которого он так и не смог трансфигурировать этим летом и продолжал трепетно хранить в чемодане без объяснимой причины. А больше ничего ценного у него и не было.

«Ну не потащат же они на дно полуразрушенный дом моих родителей?» – весело подумал он.

– Гарри, ты слушаешь? – Гермиона ткнула его пальцем в плечо.

– А? – он сонно покосился на неё. – Ты что-то говорила?

– Говорила, – закатила глаза девушка, – ты названия ядов перепутал.

– Да? – он уставился в свои конспекты. – И правда… – он взъерошил волосы на голове. – Запутался уже с этими зельями. Снейп явно издевался, когда придумывал нам это наказание.

– Тебе проще, – пробормотал с противоположной стороны стола Том, – про яды с одинаковой симптоматикой материала больше. А противоядие везде одно и то же предлагают. Чушь какая-то.

– Сто бед – один ответ, – насмешливо процитировал Поттер. – Мысли шире, Том, – предложил он, заработав очередной сердитый взгляд от друга.

– Сам бы поискал, раз такой умный.

– Нет, спасибо, иначе у меня окончательно ум за разум зайдет, – Гарри снова уткнулся носом в книгу.

Гермиона рядом с ним листала справочник по противоядиям и делала пометки. С Томом она по-прежнему не разговаривала и взялась вроде бы помогать одному Поттеру, но искала почему-то в основном то, что было нужно Тому. Подросток незаметно следил за друзьями, гадая, что же все-таки между ними произошло. В принципе он уже догадывался, что могло случиться. Том, скорее всего, пригласил Гермиону на бал, она испугалась и отказалась, чем сильно задела самолюбие Арчера, после чего тот пригласил Мириам. А на балу Том с Грейнджер, должно быть, наговорили друг другу кучу гадостей и теперь испытывают неловкость. Юноша мысленно усмехнулся.

«Любовь – это так сложно».

Он зевнул и поднялся на ноги.

– Ты куда? – тут же подскочила Гермиона.

– Пойду, поищу ещё материалы, – махнул рукой Гарри. – Я быстро.

Девушка со вздохом села обратно на скамейку, проводив друга тоскливым взглядом, после чего торопливо спряталась за книгой, не решаясь поднять взгляд на Арчера. Постепенно её вниманием завладел параграф в книге, а через пару минут гриффиндорка взволнованно подняла голову, посмотрев на Арчера.

– Том, я, похоже, нашла эти противоядия, – она была слишком увлечена полученной информацией и совсем забыла, что с мальчишкой напротив вообще-то не разговаривает.

Слизеринец вскинул на неё удивленный взгляд:

– Что?

– Тебе ведь нужно сделать эссе о пяти противоядиях к ядам, о которых пишет Гарри, да? – уточнила девушка, и, не дожидаясь ответа, пересела ближе к нему. – Я нашла комментарии об этих противоядиях, они, оказывается, действительно разные, видишь? – она ткнула пальцем в книгу, совершенно не замечая, как странно он на неё смотрит. – Мы думали, что все зависит от симптоматики, а дело в ингредиентах! Они должны друг друга повторять, но собираются в разное время. Для яда в полночь, а для противоядия на рассвете. Так их и можно вычислить. Тут подробное описание, посмо…

Она подняла на него радостный взгляд и резко замолчала. Том в книгу даже не взглянул ни разу. Он смотрел ей в глаза.

– Ч-что? – девушка поняла, что начинает краснеть.

– Ничего, – помедлив, сказал он. – Ты просто как-то слишком неожиданно начала со мной разговаривать. Пытаюсь понять, в чем подвох.

– Я просто хотела помочь, – опуская глаза, пробормотала Гермиона.

– О, и часто ты помогаешь тем, кого ненавидишь? – насмешливо уточнил слизеринец.

Гриффиндорка обратила на него изумленный взгляд, гадая, с чего это он вдруг взял, что она его ненавидит. Пока, наконец, не вспомнила, что сама же в сердцах заявила ему об этом на балу.

– Я не ненавижу тебя, Том, – помолчав, сказала она, понимая, что жутко устала от этого глупого бойкота. – Я так сказала просто потому что злилась.

– На что? – он вопросительно изогнул бровь, не отрывая от нее внимательного взгляда.

– Ты вел себя не слишком-то вежливо на балу, знаешь ли, – проворчала она.

– Ты первая обвинила меня Мерлин знает в чем, – резонно напомнил он.

– Я… наверное, неправильно все поняла, – с трудом произнесла девушка, покосившись на него. – И мне жаль.

– Хорошо, – он усмехнулся, возвращаясь к своим конспектам.

– «Хорошо»? – после минутной паузы переспросила Грейнджер, в её карих глазах полыхнуло возмущение. – И все?

– Хм? А я что-то еще должен сказать? – не поднимая головы, уточнил Арчер.

– О, даже не знаю, – начала раздражаться она. – Как насчет: «Извини, Гермиона, я не хотел называть тебя невообразимо скучной куклой, которая своей унылой посредственностью не может никого заинтересовать!»

Он с веселым удивлением взглянул на неё:

– Я так сказал?

– А ты что, не помнишь?! – поразилась она.

«Подумать только! – мысленно негодовала Гермиона, – я больше месяца тут с ума схожу, постоянно прокручивая в голове его слова, а он даже не помнит, что наговорил?!»

– Больно надо мне каждую мелочь помнить, – Том потянулся, искоса глянув на неё.

– «Каждую мелочь»?! – гневно вспыхнула Грейнджер, разворачиваясь к нему всем корпусом. – Ну знаешь, ты и…

– О, не ори ты, ради Мерлина, – Арчер перекинул ногу через скамейку, усевшись на неё верхом, – у меня и без тебя голова болит.

С этими словами он медленно облокотился спиной на абсолютно шокированную девушку, откинул голову на её плечо и прикрыл глаза. Гермиона застыла, боясь даже вздохнуть, чувствуя тепло его тела, прижимающегося к её плечу и груди, ощущая, как его мягкие волосы щекочут её шею, и, думая о том, что у неё сейчас от переизбытка чувств разорвется сердце.

Несколько мгновений спустя Том почувствовал, как её прохладная ладонь коснулась его лба.

– Тебе нехорошо? – её голос буквально звенел от напряжения.

– Сейчас мне отлично, – тихо известил её он.

Гермиона медленно выдохнула, нерешительно опуская руки на его плечи – бедняжка была в абсолютном ступоре, не зная, куда себя деть, а слизеринец, который изначально затеял весь этот спектакль только чтобы выбить её из колеи, едва заметно усмехнулся – терзающая его с самого утра мигрень, наконец, начала отступать.

В это самое время, скрываясь в тени стеллажей и прижимая к груди несколько выбранных наугад книг, застыл ошарашенный Гарри. Он, конечно, надеялся, что эта парочка хоть как-то начнёт взаимодействовать, пока его нет, но даже и не думал, что они успеют так быстро и так далеко в этом своём взаимодействии зайти.

«Ну отлично, – сварливо подумал он, уставившись на книги в своих руках. – А мне-то теперь что делать?»

Идти туда его сейчас никакая сила не смогла бы заставить, но с другой стороны, сколько теперь ему ждать, пока они наобнимаются?

«Нам вообще-то ещё эссе дописать надо, – мысленно проворчал он, усаживаясь на пол за стеллажом и раскрывая книгу, – нашли время».

В этот самый момент прямо перед ним словно из ниоткуда возникла Луна Лавгуд. Её длинные, светлые волосы с вплетёнными в них перышками и тонкими ленточками, как и всегда, были в беспорядке рассыпаны по плечам. На шее поблескивало в свете волшебных огоньков какое-то немыслимое ожерелье, то ли из ракушек, то ли из белых речных камешков, в ушах алели сережки из редисок, а большие голубые глаза смотрели внимательно и в то же время совершенно невыразительно. Гарри поднял голову и улыбнулся, когда Луна заинтересованно склонила голову к плечу, словно спрашивая, что это он тут делает на полу. Слизеринец приложил палец к губам и кивком головы указал куда-то себе за спину. Девушка чуть подняла брови и осторожно выглянула из-за стеллажа, изучая обстановку, после чего тихонько вернулась к Поттеру и села на пол рядом с ним. Достав из сумки блокнот и карандаш, она что-то быстро там написала и передала блокнот ему. Гарри прочитал:

«Домовые эльфы готовят черничные кексы. Хочешь сходить на кухню?»

Гарри с сожалением вздохнул и, взяв у неё карандаш, написал ответ:

«Придется идти мимо Тома и Гермионы. Нет уж, спасибо».

Луна понимающе кивнула и убрала блокнот, после чего пододвинулась ближе к нему. Поттер положил на колени книгу так, чтобы ей было удобнее читать и оба в умиротворенном молчании углубились в изучение свойств разъедающих плоть ядов.

Так их и обнаружил Том – сидящими бок о бок на полу, склонив головы над книгой.

– Стесняюсь спросить, – иронично протянул он, – чем вы тут заняты?

Луна спокойно взглянула на него.

– Читаем, – ничуть не смутившись, сообщила она.

– На полу? – продолжал веселиться Арчер, глядя впрочем, только на своего лучшего друга.

– Тут удобнее, – безмятежно пояснил Гарри.

– Понятно, – слизеринец смерил парочку красноречивым взглядом. – На обед пойдем? Или вы тут до вечера сидеть собрались?

Лавгуд совершенно серьезно посмотрела на Поттера:

– Уже можно выходить? – уточнила она.

– Уже можно, – стараясь не рассмеяться, кивнул тот.

Больше она ничего не сказала и, поднявшись на ноги, преспокойно удалилась, тихонько напевая себе под нос что-то о черничных кексах. Том провожал её нечитаемым взглядом.

– Ты в курсе, что она чокнутая? – флегматично осведомился он, пока Гарри возвращал на полки книги.

– Она просто необычная, – пояснил тот. – Не вижу в этом ничего плохого.

Вместе с другом они вернулись к столу, за которым работали.

– А где Гермиона? – помогая Арчеру собирать конспекты и учебники, поинтересовался Поттер, тот хмыкнул:

– Сбежала.

– Любишь ты шокировать людей, Том, – покачал головой Гарри, заталкивая в сумку последнюю книгу.

– Почему бы не делать того, что хорошо получается? – философски изрек Том.

– И правда, – закинув сумку на плечо, Поттер, сонно зевая, поплелся следом за другом на обед, размышляя о том, что стоило Арчеру провести некоторое время наедине с Гермионой, и всю раздражительность, которая не покидала его с самого утра, как рукой сняло. Удивительно. Раньше Грейнджер оказывала на него строго противоположное воздействие.

«Должно быть, он сильно по ней скучал», – весело заключил подросток, крайне довольный собой.

*

Совершенно незаметно для Гарри наступило четырнадцатое февраля. Оно пронеслось для подростка в каком-то безумном розовом облаке из цветов и валентинок, которые за праздничным ужином осыпались с потолка нескончаемым дождем. Все девчонки целый день шептались, хихикали и вели себя хуже, чем перед Святочным балом, а вечером все окончательно сошли с ума, пересчитывая открытки и подарки и ревностно отслеживая, кто сколько поздравлений получил. До этого сиё буйство как-то проходило мимо Гарри. Он то лежал в лазарете, то сидел где-то в застенках, похищенный варной, то был ещё чем-то занят, но в этом году ему «посчастливилось» застать, наконец, это безумие и юноша искренне пожалел, что никому не пришло в голову куда-нибудь похитить его за пару дней до дня Святого Валентина. Конечно, он и сам был коварно втянут Блэйзом и Малфоем в подготовку поздравлений и, не придумав ничего лучше, отправил сразу три валентинки: Гермионе, Дафне и Луне, надеясь, что на этом всё и закончится. Каково же было удивление подростка, когда за ужином его буквально засыпало признаниями. Проклятущие открытки пели, взрывались разноцветными конфетти и благоухали так, что в пору было нос затыкать, а Поттер растеряно выковыривал из своей тарелки мелкие бумажки и размышлял, не стоит ли ему закончить ужин под столом. Тому, надо сказать, повезло не больше. Он то и дело вылавливал парящие перед его носом открытки и досадливо морщился, когда они начинали петь в его руках. Всё это любвеобильное многообразие пестрых поздравлений, Арчер брезгливо откладывал в сторону, придавливая на всякий случай тяжелым блюдом с фруктами, чтобы они снова не начали голосить и засорять стол конфетти.

– Не понимаю, – Гарри раздраженно отмахнулся от розовой бабочки, которая выпорхнула из последней упавшей ему на голову открытки и теперь навязчиво летала у самого лица, – Скитер столько гадостей про меня написала, почему мне все шлют поздравления?

– Девчонкам нравятся плохие парни, – ухмыляясь, известил его Забини, закинув в рот конфетку из коробки, что подарила ему Миллисента. – Нам, тихим скромнягам, такая популярность и не снилась.

– Говори за себя, – чопорно фыркнул Драко, убирая в сумку седьмое или восьмое поздравление. – Я уже не знаю, куда девать эти конфеты с открытками.

– Выброси, – посоветовал Том, искоса глянув на улыбчивого Забини, поглощающего свои шоколадки. – Там половина, как минимум, приворотным зельем пропитана насквозь.

Блэйз поперхнулся, вцепившись в свой кубок с тыквенным соком. Малфой инстинктивно отшвырнул в сторону валентинку, которую собирался открыть, словно это было какое-то особенно мерзкое насекомое.

– Нету там приворотного зелья, – обиженно надулась Астория, сидящая рядом с ними. – Обычная открытка.

Драко виновато покосился на неё, быстро сообразив, что она и отправила последнее поздравление, и двумя пальцами поднял с пола её подарок. Но открывать не стал, убрав в сумку так осторожно, будто там была бомба.

Как раз в это время Дафна получила поздравление от Гарри и умиленно улыбаясь, благодарно поцеловала его в щеку, юноша в некотором смущении улыбнулся ей в ответ и уже собрался что-то сказать, когда у него над головой с грохотом разорвался очередной поющий, сверкающий, ароматизированный снаряд, осыпав его тарелку кучей блесток и до ужаса перепугав подростка.

– Так. Всё, – Гарри поднял палочку и хладнокровно сжег последнее поздравление, чего во всеобщем хаосе никто даже не заметил. – С меня достаточно.

Он встал из-за стола.

– И куда ты собрался? – Том уныло стряхивал с упавшей к нему в тарелку открытки крем.

– Спать пойду.

Арчер отбросил валентинку в сторону к стопке остальных поздравлений и, подхватив свою сумку, поднялся на ноги.

– Я с тобой, – он перехватил горящий весельем взгляд Блэйза и опасно сощурился: – только одно слово, Забини, и я скормлю тебе коробку завороженных непонятно кем конфет. Будешь до конца года слюни пускать по какой-нибудь страшиле с Хаффлпаффа.

Однокурсник в ответ изобразил, что закрывает рот на замок, но взгляд его в это мгновение был красноречивее всяких слов и почти вопил: «Уединиться вдвоем в спальне на день Святого Валентина? Это так невообразимо мило!».

Арчер брезгливо скривился, отворачиваясь от развеселого Забини.

– А ты думаешь, что кто-то с Хаффлпаффа тебе приворот прислал? – тихо спросил Гарри, когда они с Томом выходили из Большого Зала.

– Да нет, конечно, – закатил глаза Арчер. – Это от Мириам.

– Мириам прислала тебе приворот? – пораженно переспросил Поттер.

– Она никак не может смириться с тем, что наши отношения закончились, так и не начавшись, – безразлично бросил Том.

– И что ты сделаешь? – полюбопытствовал подросток.

– Уже ничего, – Арчер пожал плечами. – Когда мы уходили, она как раз съела одну подаренную конфетку.

– И что? – затаив дыхание, спросил Гарри.

– Там был приворот на Гойла, хм, или на Крэбба? – равнодушно сообщил Том. – Не помню на кого, я всегда их путаю.

Поттер вытаращился на друга.

– А она знает, что это от тебя?

Арчер зловеще ухмыльнулся.

– Нет, конечно. Вся прелесть дня Святого Валентина в абсолютной анонимности.

– Да ты сам Сатана, – помолчав, заключил Гарри.

Преисполненный самодовольства, Том скромно пожал плечами.

Вспомнив кое-что важное, Гарри нагнал друга и лукаво улыбаясь, заглянул ему в глаза:

– А Гермионе ты что-нибудь подарил? – Арчер отмахнулся от Поттера, торопливо шагая вперед. – Это значит «да»? – не отступал тот.

Том со смехом отпихнул навязчивого приятеля локтем:

– О, ради Мерлина, заткнись Гарри…

*

За день до второго испытания Гарри совсем издергался, не зная, куда себя деть от беспокойства.

– Да уймись ты, – зевнул Том, развалившись с книгой на диване. – Всё нормально будет.

– Я знаю! – рявкнул Поттер, рухнув в кресло. – Но ничего не могу с собой поделать.

– Иди спать, – посоветовал друг, возвращаясь к чтению.

– Я не усну, – пожаловался Гарри.

– Ну хочешь, я тебя оглушу? – услужливо предложил Арчер, мимолетно глянув на него.

– Я так тебя раздражаю? – уныло вздохнул Поттер.

– Ты даже представить себе не можешь…

– Арчер! – к ним подобрался Драко. – Тебя Снейп вызывает.

Гарри и Том недоуменно переглянулись, после чего Том вопросительно посмотрел на Малфоя.

– С какой радости?

– Мне откуда знать? – блондин скривился. – Сказал срочно.

Арчер со стоном закатил глаза и захлопнул книгу, бросив её на столик.

– Ни минуты покоя, – проворчал он и повернулся к лучшему другу: – А ты, – он опалил Гарри суровым взглядом, – иди спать уже и не сходи с ума.

Драко проводил сокурсника напряженным взглядом.

– Чего это он такой злой? – спросил он у Поттера, который так и продолжал полулежать в кресле.

– Да ничего, – лениво отмахнулся от него Гарри, – я его просто весь вечер уже достаю.

– Зачем? – не понял Малфой.

Поттер пожал плечами.

– Просто так.

Поразмыслив немного, юноша все-таки решил, что друг прав и, посидев ещё немного у камина, бездумно разглядывая оранжевые языки пламени, отправился в спальню.

– Эй, Поттер!

Уже стоя на пороге, Гарри обернулся. Драко, расставляющий на шахматной доске фигурки, хмуро озирался по сторонам, будто что-то потерял.

– Ты не видел нигде белого короля?

Поттер долго, исключительно долго наблюдал за тем, как блондинистый сокурсник обшаривает взглядом пол в гостиной, даже не догадываясь, что не так давно с его королем приключилась беда.

– Нет, – наконец, спокойно ответил подросток, – не видел.

«Мы скажем ему, что король отправился на поиски своей судьбы», – вспомнил он веселый голос Дафны.

– И по дороге упал в камин, ведь путь к свободе тернист и полон опасностей, – пропел себе под нос Гарри и тихо рассмеялся: «Но Драко пускай себе и дальше его ищет».

«Завтра тебе тоже предстоит что-то найти, – напомнил юноше внутренний голос. – Что-то поважнее шахматной фигурки».

«Да, но вот только что?» – мысленно вздохнул Гарри.

*

Снейп безмолвно наблюдал, как Томас Арчер садится в кресло напротив него, после чего, немного помолчав, сказал:

– Организаторы Турнира, конечно, настаивают на том, чтобы никого не ставить в известность, включая и невольных участников второго испытания. Но у меня, увы, нет привычки без объяснений оглушать своих учеников.

– Прошу прощения? – Том вопросительно изогнул бровь, все ещё не совсем понимая, о чем речь.

– Вам, мистер Арчер, уже известно, что в следующем туре вашему другу предстоит найти нечто ценное для него, – терпеливо пояснил Снейп, слизеринец кивнул. – И что же, как вы считаете, для Поттера имеет наивысшую ценность?

Том несколько мгновений молча смотрел в глаза своего декана, после чего его брови удивленно изогнулись:

– Так нужно разыскать не вещь, – тихо заключил он. – А человека.

– Именно. И вы, как всем прекрасно известно, подходите на роль «бесценной пропажи» лучше всего. Поэтому, – Снейп поднял волшебную палочку, направляя её на Тома, – вам некоторое время придется провести в роли жертвы.

– Минуточку, – нахмурился юноша, незаметно вытаскивая из рукава собственную волшебную палочку на случай внезапной атаки. – А моего мнения никто спросить не хочет?

– Боюсь, что нет, – спокойно ответил зельевар.

В ту же секунду с кончика его волшебной палочки сорвался луч усыпляющего заклинания, тут же разбившись о прочный магический барьер, который за долю секунды до этого выставил Том, продолжая невозмутимо сидеть в кресле напротив. Мастер зелий нехорошо сощурился. Между учеником и профессором повисла гнетущая тишина.

– Сэр, – наконец, ровно произнес Арчер, – это неконструктивно. Я допускаю, конечно, что для Гарри я и правда важен, но согласитесь, куда логичнее было бы использовать Дафну Гринграсс.

– Никто с вашей логикой не спорит, – скривился Снейп. – Но, к сожалению, ввиду некоторых своих особенностей, мисс Гринграсс невосприимчива к усыпляющим заклятиям, а организаторы Турнира настаивают, чтобы все «жертвы» были без сознания, пока находятся на дне.

– Ну тогда Грейнджер, – предложил Том.

– О ней я подумал в первую очередь, увы, её уже «прибрал к рукам» другой чемпион.

– Крам?

Зельевар кивнул, а Том принялся задумчиво водить пальцем по губам.

– А Диггори тоже девчонку будет вытаскивать? – уточнил он.

– Да.

– А Делакур?

– Свою сестру.

– Таким образом, я буду единственным парнем в этом цветнике, – иронично заключил Том. – Вы же знаете, сэр, что Скитер написала о нас с Гарри в «Пророке»? Если ему придется меня еще и из озера спасать, как «самое ценное, что у него есть», все окончательно с ума посходят, ведь остальные чемпионы будут спасать своих подружек или родственников. Эта больная ассоциация сама собой напросится. Гарри и так уже прохода не дают из-за всех этих сплетен.

Снейп недолго молчал, мрачно обдумывая слова подростка. Конечно, спорить с ним было глупо, Арчер мыслил правильно, но…

– И кого, по-вашему, тогда следует использовать?

Том безразлично пожал плечами.

– Кого угодно, кроме меня. Возьмите Джинни Уизли, например. Вряд ли она будет возражать, даже наоборот. К тому же, Гарри ее уже однажды спасал, а что сделано однажды, можно повторить и дважды.

– Не забывайте, что «жертва» должна иметь ценность для участника, – скривился Северус. – А мне мало верится, что Поттер о существовании мисс Уизли вообще помнит.

– Ну хорошо, – не стал спорить Арчер. – Тогда возьмите Малфоя.

Снейп насмешливо взглянул на Тома.

– Вы только что утверждали, что это должна быть девушка.

– Да он ноет не хуже любой девчонки, – фыркнул Арчер. – К тому же, даже если это и будет Драко, никто не подумает, что у них с Гарри роман цветет буйным цветом, это только мне так «повезло». Отправьте в озеро Малфоя.

– Учитывая их с Поттером отношения, боюсь, мистер Малфой застрянет на дне навсегда. Поттер его ещё и привяжет покрепче, чтобы сам не всплыл.

– Ну что вы, сэр, у Гарри страсть выручать всех “сирых” и убогих, – хмыкнул Том.

– Этот разговор теряет смысл, мистер Арчер, – посуровел Снейп. – Либо предложите адекватную альтернативу, либо у меня просто не останется иного выхода, кроме как отправить в озеро вас.

– Ладно, – вздохнул Том. – Значит, нам нужна девушка, которая для Гарри имеет хоть какую-то ценность, – он ненадолго задумался, – не так уж у него много подруг вообще-то…Грейнджер, Гринграсс и эта чокн… – он вдруг замолчал с широкой ухмылкой глядя на своего декана: – Ну конечно!

*

Следующим утром Том бесцеремонно растолкал Гарри за час до начала испытания и потащил сонно зевающего друга на завтрак.

– Так что хотел от тебя вчера Снейп? – наливая себе чай, спросил Поттер, пытаясь проснуться.

– Хотел, чтобы я тебя проинструктировал насчет сегодняшнего испытания, – не моргнув и глазом соврал Арчер.

– Да? А почему он меня не позвал? – непонимающе нахмурился Гарри.

– Откуда мне знать, – безразлично отмахнулся друг.

– И что он тебе рассказал? – есть Гарри особо не хотелось, но он все же решил положить себе в тарелку хотя бы тост и теперь отвлеченно тыкал в него вилкой.

– Он сказал, что именно тебе нужно найти в озере.

– О, – Поттер немного оживился. – И что?

– Человека.

– Чего?

– У тебя украли не вещь, – терпеливо пояснил Том. – А человека.

– Какого человека? – бестолково уточнил Гарри.

Том с загадочной улыбкой пожал плечами:

– Понятия не имею.

Гарри несколько секунд смотрел в глаза друга, гадая, не разыгрывает ли он его, но тот, похоже говорил серьезно. Но самое главное, он знал, точно знал, кого оправили в озеро. И не говорил.

– Ну ты и паразит, – сообщил Поттер.

– А кто сказал, что все будет так просто, – усмехнулся юноша.

К озеру они шли в молчании. Гарри кутался в зимнюю мантию и ежился от холода, уже со всеми отвратительными подробностями представляя, как нырнет в ледяную воду. То и дело он проверял на месте ли жабросли, которые он этим утром достал из колбы и засунул в карман мантии. На полпути к месту проведения испытания, их нагнали Драко, Блэйз и Дафна, тут же разрушив теорию Поттера о том, что в озере ему придется искать Гринграсс.

– Ну как, готов? – шепотом спросил Малфой.

– Вполне, – проворчал Гарри.

– А чего такой хмурый тогда? – Блэйз хлопнул его по плечу, Гарри болезненно поморщился.

– Предвкушаю купание в ледяном озере, – сообщил он.

– Ты же сказал, что разобрался с тем, как пройти второе испытание, – с легким беспокойством сказала Дафна.

– Как пройти-то я разобрался, – буркнул он. – Я со своими чувствами разобраться не могу. Как представлю, что мне в эту купель нырять, аж дурно становится.

Гринграсс сочувственно вздохнула:

– Что поделать.

На улице было солнечно и морозно, на противоположном берегу озера высились трибуны, те самые, что стояли в ноябре вокруг загона с драконами. К тому моменту, как пятеро слизеринцев добрались до озера, трибуны уже были забиты до отказа. Студенты оживленно переговаривались, и невнятный гомон, отражаясь от воды, доносился до Гарри. На ближнем берегу у самой воды стоял покрытый золотой парчой стол судей, и Гарри, оставив сокурсников позади, направился туда напрямик вдоль озера. Седрик, Флер и Крам уже стояли у судейского стола и ждали его. За судейским столом на месте мистера Крауча восседал Перси Уизли, и стоило Поттеру подойти ближе, старший брат Рона окинул его недовольным взглядом.

– До начала испытания пять минут, – известил он, – где ты был?

– Завтракал, – как ни в чем не бывало, ответил Гарри, скользнув по заместителю Крауча безразличным взглядом.

– Что за неуважение? – тут же надулся Уизли. – Все чемпионы уже с полчаса как пришли, все ждали только тебя.

– Но начало-то в девять, – пожал плечами Гарри. – Я не опоздал. Что такого?

– Тебе стоило бы относиться с большей ответственностью к Турниру.

– Ну-ну, Перси, – вмешался Людо Бэгмен, с лица которого при появлении Гарри не сходила улыбка. – Не стоит так строго осуждать беззаботную юность. Все в порядке, Гарри? – обратился он к невозмутимому слизеринцу, тот кивнул. – Ну вот и славненько, – он радостно хлопнул в ладони.

К ним подошел Дамблдор, дружелюбно улыбнувшись Гарри, за ним шли Каркаров и мадам Максим, оба так холодно поглядели в сторону подростка, словно до последнего надеялись, что он вообще не появится.

Бэгмен расставил участников вдоль берега озера на расстоянии десяти футов друг от друга и вернулся к судейскому столу. Направив волшебную палочку на горло, он произнес: «Сонорус!» – и его голос тут же понесся через озеро к высоким трибунам.

– Ну, что же, наши участники готовы ко второму испытанию. Начнем по моему свистку. За час они должны найти то, что у них отобрали. Итак, на счет три: раз... два… три!

Холодный неподвижный воздух огласил пронзительный свист, трибуны взорвались криками и рукоплесканьями. Гарри, не особенно интересуясь тем, что делают другие участники испытания, торопливо снял ботинки и носки, достал из кармана комок жаброслей, сунув его в рот, после чего стянул мантию, отбросив ее куда-то позади себя, и побрел в озеро как был в форменных брюках и рубашке.

Вода в озере была ледяная и резала ноги, как будто состояла из осколков. Рубашка и брюки промокли и липли к телу, и чем глубже Гарри заходил, тем тяжелее они становились. Ноги немели и скользили на плоских, заросших илом камнях. Стараясь ни о чем не думать, Гарри усердно жевал скользкие, как щупальца осьминога, водоросли. Зайдя в воду по пояс, он остановился, проглотил водоросли, подождал немного и, набрав в грудь побольше воздуха, нырнул.

Холод сковывал каждую клеточку, одежда тянула вниз и мешала двигаться, что многократно ухудшало и без того скудные способности Поттера к плаванию. Чувствуя, что воздух заканчивается, подросток попытался было подняться на поверхность, но одеревеневшее тело не желало слушаться. Дна под ногами больше не было – только черный провал ледяной пучины, в которую медленно проваливался задыхающийся юноша.

«Захлебнуться в трёх шагах от берега, – с отвращением подумал Гарри, барахтаясь в воде, – ну отлично просто. Глупее смерти ещё не придумали».

Ход его мрачных мыслей внезапно оборвала острая боль, словно по шее полоснули лезвием. Позабыв про свое и без того незавидное положение, Гарри прижал ладони к горлу, пытаясь его ощупать, когда почувствовал за ушами широкие щели, и, забыв на мгновение где находится, открыл рот, хлебнув воды.

Глоток ледяной воды показался глотком жизни. Гарри тут же перестал задыхаться и, помедлив, сделал еще вдох, сообразив, наконец, что жабросли подействовали и щели у него за ушами это ни что иное, как жабры. Гарри поглядел на руки, в зеленой озерной воде они казались призрачными, а между пальцами выросли перепонки. Он изогнулся и взглянул на ноги – голые ступни вытянулись и тоже сделались перепончатыми, теперь больше походя на ласты.