Текст книги "Полотно Судьбы (СИ)"

Автор книги: Рэйя_Гравис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 48 страниц)

Северус выслушал её монолог в гробовом молчании с совершенно невыразительным выражением лица.

– Весьма впечатляющая речь, госпожа Герхардт, – прокомментировал зельевар. – Я буквально раздавлен от горя такой оценкой, – ехидно добавил он. – Если вы закончили делиться своими глубокими душевными терзаниями, я бы хотел перейти к более важной теме разговора. У меня нет времени на то, чтобы обсуждать с вами морально-этические вопросы моего воспитания, – он сделал паузу, ожидая от неё какой-нибудь реакции, но целительница только чуть приподняла брови, предлагая ему самому направить беседу в нужное русло. – Что ж, хорошо, – решил он. – Для начала, я хочу знать, отчего к вам вдруг вообще поступила данная просьба от директора?

«И почему, Модред бы его побрал, Альбус меня не предупредил?»

– От того, что моя семья является одним из древнейших родов целителей в Европе, – тут же ответила она, будто ждала этого вопроса. – От того, что специалистов, обладающих опытом работы с магической корой, на весь мир можно насчитать человек десять – пятнадцать. Так вышло, что я одна из них и в виду стечения определенных обстоятельств, я оказалась в этом году в Англии.

– Один из древнейших родов? – не уступал зельевар. – Отчего-то фамилия Герхардт мне ни о чем не говорит.

– Не Герхардт, – она тонко улыбнулась. – Айскальт.

Декан Слизерина опалил женщину неприязненным взглядом.

– Не хотите ли вы сказать, что Клаус Айскальт…

– Был моим родственником? – закончила за него Эрмелинда. – Да. Точнее сказать, он был моим двоюродным дядей. Его смерть стала весьма печальным событием для всей семьи, – она сделала паузу, словно отдавая дань памяти погибшему, хотя вся эта её речь звучала до ужасного формально.

– Возможно, вы не в курсе, но Клаус Айскальт находится в розыске за похищение ученика в прошлом году, – враждебно сообщил Северус.

– Как я поняла, в розыске находится некое существо, которое убило Клауса и приняло его облик. И да, мы в курсе. Нас любезно известил об этом некий господин Шеклболт, когда мой отец столкнулся с досадным недопонимаем со стороны авроров этой весной.

– Ваш отец?

– Да. Кёльт Вилберг. Он практикует в клинике Святого Мунго с этого года. Я приехала с ним.

– Восхитительно, – поморщился Снейп. – Вы перебираетесь с места на место всем кланом?

– Не всем. В Англию прибыли лишь я и отец, – невозмутимо пояснила она.

Казалось, никакие едкие комментарии зельевара не способны вывести из себя эту женщину. Она оставалась совершенно хладнокровна ко всему, что он говорил и делал, и за все время пребывания в Хогвартсе вышла из себя лишь дважды, что, в общем-то, вызывало невольное восхищение, потому что характер Северуса не мог вынести ни один нормальный человек. И все же принадлежность целительницы к семье Айскальт доверия к ней не вызывала.

«По крайней мере, теперь ясно, почему она так мне его напоминает. Племянница, значит? Хм…»

Снейп смерил её уничижительным взглядом.

– Так и в чем же конкретно заключается ваша уникальность, как специалиста в области работы с магической корой? – он усмехнулся. – Кроме того, что вас таких всего десять – пятнадцать штук на весь мир.

Она вопросительно изогнула брови.

– Вы хотите знать подробности моих исследований?

– Именно.

– О, конечно, профессор, с радостью вас просвещу, – в её спокойном голосе проскользнула насмешка. – У вас есть пара свободных лет для поверхностного обсуждения моей работы?

Северус скрипнул зубами, он почти ненавидел эту женщину, потому что на данный момент у него закончились аргументы для продолжения спора.

– Что вам нужно от Поттера? – сдался он.

Эрмелинда деловито приосанилась, поняв, что добилась своего, и они, наконец, дошли до основного вопроса.

– Для начала мне нужно знать, почему он отсутствовал, – сказала она. – Если это как-то связано со стихийными выбросами, мне необходимо его осмотреть, – она чуть поморщилась, – с вашего разрешения, конечно.

– Что ж, – Северус отвел взгляд, размышляя над её словами, с одной стороны, подпускать эту змеюку к мальчику он не желал, а с другой… возможно ли, что она сможет ему помочь? Он медленно выдохнул: – У меня одно условие.

– Какое же?

– Пока у вас не будет окончательного диагноза относительно общего состояния Поттера и его магической коры, вы не станете привлекать к этому делу директора.

– Вот как? – она склонила голову к плечу. – И почему же?

– Потому что профессор Дамблдор весьма занятой человек, чтобы вы ежеминутно дергали его со своими докладами, – ощетинился Северус, надеясь, что авторитет великого волшебника хоть немного её отпугнет.

К раздражению зельевара, она выглядела скорее заинтригованной, чем напуганной. И самым обидным было то, что целительница, похоже, догадалась, что Снейп вовсе не о душевном спокойствии директора печется. И все же она кивнула, уступая.

– Хорошо. Но в случае, если я обнаружу нечто выходящее за рамки нормы, то сразу же отправлюсь к профессору Дамблдору.

– И за рамками нормы вы подразумеваете…

– Угрозу жизни.

Они встретились взглядами, и впервые за весь разговор Северусу не захотелось с ней спорить.

– Можете осмотреть мальчика, – наконец, решил зельевар. – Завтра в семь после занятий. В моем присутствии.

– Благодарю, – она поднялась из-за стола. – Доброй ночи, профессор Снейп.

Он ничего не ответил, демонстративно делая глоток остывшего чая и краем глаза наблюдая как она, развернувшись, покидает Большой зал.

*

Следующим утром Гарри проснулся совершенно здоровым и полным сил. Прислушавшись к себе, он успокоено улыбнулся, осознав, что его магия никуда не делась, и он снова может беспрепятственно ей пользоваться. Соскочив с кровати, подросток почти вприпрыжку отправился в душ. Уже на самом пороге его застал подозрительный голос Тома:

– Как я вижу, тебе полегчало.

– Да, – Поттер широко улыбнулся. – Чтобы это ни было, все прошло.

– Чудно, – прокомментировал друг. – А тебе не кажется, что стоит чуть внимательнее отнестись к данному эпизоду твоей биографии?

– Да-да, – отмахнулся от него Поттер. – Вечером обсудим, – он скрылся за дверью ванной комнаты, мечтая принять душ и поскорее отправиться на завтрак.

– Умираю с голоду, – пробормотал он, брезгливо стягивая пропитанную потом пижаму и отправляя ее в дальний угол комнаты. – Душ и есть, – пообещал себе он, – сразу же есть.

Он знал, что Том от него не отстанет пока не выяснит, что произошло днем ранее, но Гарри в любом случае собирался рассказать другу правду, только потом. В конце концов, ничего действительно ужасного с ним вроде как не происходило, а уж с этими перепадами своей магии он как-нибудь разберётся. Нужно только найти нужные источники информации.

*

Вечером того же дня Поттера вызвал к себе Снейп. Подозревая, что речь пойдет о его «стихийном выбросе», подросток на всякий случай ещё раз проговорил про себя свою легенду и, предупредив Арчера о том, куда направляется, поспешил в кабинет учителя. Как оказалось, ждал его не только мастер зелий, но и новый профессор целительства.

– Эм, добрый вечер, профессор Снейп, профессор Герхардт, – юноша переводил несколько растерянный взгляд с одного учителя на другого, стоя в дверях.

Северус что-то читал, но как только мальчик заглянул в комнату, поднял на него невыразительный взгляд:

– Проходите, Поттер, – сдержано распорядился он.

Гарри послушно просочился в кабинет и замер шагах в пяти от профессоров. Только сейчас он подумал, что его, быть может, вызвали вовсе не из-за проблем с его магией. Подросток начал лихорадочно вспоминать, что такого он мог натворить на уроке целительства, если к делу привлекли его декана.

В это время профессор Герхардт поднялась с кресла, в котором до этого сидела, и доброжелательно улыбнулась слизеринцу.

– Добрый вечер, мистер Поттер. Прошу, садитесь, – она указала на стул возле своего кресла.

– Что-то случилось? – не двигаясь с места, напряженно спросил подросток, и посмотрел на своего декана в поисках поддержки.

В конце концов, раз Снейп не начал орать на него прямо с порога, а вполне себе спокойно восседал за своим рабочим столом с чашкой чая, то не всё так плохо, так ведь? Поймав встревоженный взгляд мальчишки, декан Слизерина закатил глаза:

– Сядьте уже, Поттер, никто не собирается вас убивать.

– Да, сэр, – подросток покорно сел на стул и выжидательно уставился на обоих профессоров.

– Мистер Поттер, – начала Эрмелинда, когда все расселись по своим местам. – Полагаю, никто ещё не ввел вас в курс дела, но меня пригласили в Хогвартс не только как преподавателя. Я долгое время занималась всесторонним изучением магической коры и согласилась наблюдать ваше состояние, чтобы найти для вас оптимальный способ лечения.

– Лечения? – Гарри теперь смотрел только на своего профессора целительства. – Я не болен.

– Хорошо, – не стала спорить она, – восстановления вашей волшебной коры.

– Это профессор Снейп вас попросил? – подросток покосился на своего декана, тот покачал головой и одновременно с ним Эрмелинда ответила:

– Нет, это была просьба профессора Дамблдора.

При упоминании имени директора, взгляд Поттера лишился всяких эмоций. Северус откинулся на спинку стула, с легкой ухмылкой наблюдая за целительницей.

«Ну, а теперь попробуйте добиться от этого ребенка хоть какого-то содействия, миссис уникальный специалист», – мстительно подумал он.

– Как я понял волшебную кору восстановить невозможно, – медленно произнёс Гарри. – Мне кажется, нет никакого смысла тратить на это время, – подросток бросил колючий взгляд на Снейпа. – К тому же в прошлом году я и так провел слишком много времени в больничном крыле и никакой пользы это не принесло. Поэтому спасибо, но я отказываюсь.

– Я вполне понимаю ваши чувства, – спокойно кивнула волшебница, – но вам совершенно не обязательно посещать лазарет для осмотров.

– Это не меняет сути дела, – упрямо нахмурился Гарри. – Я уже услышал окончательный вердикт от мадам Помфри и директора. Спасибо, но я не хочу, чтобы кто-то меня изучал еще год, чтобы потом напоить отравой, которая блокирует мою магию и превратит меня в сквиба.

Брови Эрмелинды на последних словах мальчика поползли вверх, женщина перевела совершенно обескураженный взгляд на Северуса.

– Вы собирались блокировать его магию?

Профессор неуютно поежился и злобно покосился на Поттера. Мелкий паршивец двумя предложениями превратил его, Поппи и Альбуса в какой-то дикий кружок бешеных садистов.

– Конечно же, нет, – оскорбленно фыркнул он. – Это были крайние меры, на случай если раскол магической коры начнет представлять угрозу жизни мистера Поттера.

– Если бы вы спросили моего мнения, сэр, – любезно отозвался выше упомянутый мальчик, – я бы предпочел умереть, а не становиться сквибом.

– Вы хоть осознаете, какая это дикость? – дрожащим от негодования голосом осведомилась Эрмелинда. – Отнять магию у волшебника! Мальчик мог просто сойти ума. Это хуже, чем смерть. Подобные решения – поразительная халатность с вашей стороны.

Северус пристально уставился на неё. Обычно невозмутимая ведьма напротив него сейчас чуть ли не дрожала от ярости.

– Прошу оставить своё частное мнение при себе, госпожа Герхардт, – холодно произнёс он. – В ваши обязанности не входит оценка моих действий или действий директора. Всё, что от вас требуется, это осмотреть мальчика и составить собственное суждение о его состоянии. И если для этого вам не достает профессионализма, я прошу вас больше не беспокоить ни меня, ни мистера Поттера.

– Чудесно, – ядовито улыбнулась она, – я с радостью обращусь в совет попечителей, думаю, они с радостью составят свое «частное мнение» и примут необходимые меры, профессор.

Северус открыл рот, чтобы огрызнуться в ответ, когда вдруг вспомнил, что они не одни. Взгляд зельевара обратился к исключительно тихому подростку, примостившемуся на стуле рядом с целительницей. Мальчик, казалось бы, даже не обращает на них внимания, рассеянно разглядывая узор на ковре у себя под ногами. Пожалуй, легкую, едва уловимую улыбку на его губах, смог бы разглядеть только Снейп.

«Ах ты мелкий паразит», – мысленно ощерился зельевар.

Мальчишка никому, ни одной живой душе (кроме Арчера, конечно) не рассказал о том, что подслушал тогда под дверью медсестры в Больничном крыле. И вот, как бы невзначай, он упоминает об этом в разговоре с Эрмелиндой. Расчётливый сопляк совершенно точно знал, какая за этим последует реакция. Ему ведь оставалось только дождаться, пока профессора разругаются друг с другом до такой степени, что ни о каком осмотре или лечении и речи не будет, после чего он сможет со спокойной душой вернуться в свое общежитие и больше не вспоминать об этом досадном недоразумении. «Отвратительный паршивец», – в который раз за последние три с небольшим года мысленно выругался Северус и сердито посмотрел на свою коллегу.

Неподвижно замерев в своём кресле, женщина буравила зельевара арктически-холодным взглядом и почему-то напоминала ему свежезамороженную гадюку. Конечно, она даже не поняла, что один конкретный ребенок намеренно вовлек её в этот конфликт. Почувствовав собственное преимущество, Снейп злорадно усмехнулся:

– Так вы будете осматривать мальчика? Или мы и дальше продолжим сей увлекательный скандал в присутствии ученика? – любезно мурлыкнул он.

Эрмелинда, чуть растерявшись, моргнула, но, быстро взяв себя в руки, опасно сощурилась:

– Не вижу смысла вести этот диалог с вами, – она повернулась к Гарри и уже куда мягче сказала: – Приношу свои извинения за это, мистер Поттер.

– Всё в порядке, профессор, – мальчик выглядел несколько раздосадованным, но реакция целительницы несомненно подняла ему настроение. Северус поклялся себе придушить гадёныша, как только представится возможность.

– Итак, – ведьма прочистила горло, вспоминая, на чем они остановились, – хм, как я поняла, до этого вашим здоровьем занимались крайне непрофессионально, что объясняет ваше нежелание возобновлять лечение, но я гарантирую вам...

– Простите, мэм, – перебил её Гарри. – Но мне не нужно лечение, – он нахмурился, – и если я все-таки решу принять меры, то попрошу своего опекуна помочь мне с поиском подходящего целителя.

Снейп блаженствовал и негодовал одновременно. С одной стороны ему доставляло бесконечное удовольствие недоумение на лице Эрмелинды, а с другой – мерзкий ребенок предпочел довериться в вопросах лечения своему песьему крёстному, а не декану.

Тем временем, Эрмелинда упорно продолжала наступление. Хотя, строго говоря, это уже больше походило на осторожную капитуляцию с попыткой сохранить лицо.

– Позвольте хотя бы просто провести анализ, – сказала она

Гарри открыл рот, замер, о чем-то подумал и вдруг тихо уточнил:

– Какой анализ?

– Обычные диагностические чары на уровень магии, – тут же пояснила целительница. – Это займет не более пяти минут.

Поттер опустил голову и, размышляя, свел брови у переносицы, после чего пристально взглянул в глаза волшебницы.

– И потом вы расскажете мне, что показал анализ? – неуверенно спросил он.

– Если вы захотите знать, – кивнула она.

– Только мне, – с нажимом произнёс он, – и никому больше.

Снейп занервничал. Такого поворота он не ожидал. Вся информация должна была поступать к нему, а не к мальчику! Мало ли какой чертовщиной Герхардт забьет голову этому меланхоличному недорослю. Они потом всем Хогвартсом до него не достучатся!

Но самое гадкое во всем этом было то, что Снейпа, который по идее должен был руководить ситуацией, не очень-то деликатно из всего этого мероприятия сейчас выдавливали.

– Позвольте заметить, – сказал он, пока эти двое не сговорились у него за спиной… или точнее сказать прямо под носом. – Что я, как декан мистера Поттера, настаиваю на том, чтобы вы сообщали мне обо всех результатах исследований, или я вынужден буду отказать вам в осмотре моего студента.

– Для вашего сведения, существует Закон Тайны Целителей, которому мы беспрекословно следуем, – упрямо поджала губы ведьма. – И если пациент желает сохранить в секрете подробности лечения…

– Так же позвольте заметить, – перебил её Северус, – что мистер Поттер – несовершеннолетний и для принятия некоторых решений ещё не дорос.

– Позвольте заметить, – вдруг очень сердито сказал третий голос, явно передразнивая профессора, – что у «мистера Поттера» есть законный опекун, и все решения принимать за своего несовершеннолетнего подопечного будет он, – голос подростка звенел от гнева, – а не вы, при всем уважении, сэр.

По губам Эрмелинды скользнула победная усмешка, после чего она отвернулась к Гарри. Но полностью обессиленным профессор почувствовал себя лишь перехватив оч-чень красноречивый взгляд мальчишки, обращенный к нему. В изумрудных глазах ясно читалось мстительное злорадство: «Вы на меня её натравили, вы теперь и мучайтесь». Северус злобно скрипнул зубами. Что ж, он вынужден был признать, что недооценил паршивца со всеми его показательными выступлениями. За весь разговор Поттер умудрился разыграть три комбинации и разыграть так, что независимо от исхода он выигрывал при любом раскладе.

«Умный гаденыш», – с гордостью подумал декан Слизерина и погрузился в нарочито мрачное молчание, пока целительница накладывала на Гарри диагностические чары.

Как только ведьма получила нужные ей сведения она на несколько минут затихла, что-то просчитывая в уме и вдруг выражение её лица из сосредоточенно-спокойного сделалось абсолютно обескураженным. Чуть приоткрыв рот, она в неверии посмотрела на сидящего перед ней мальчика. Гарри в ответ очень пристально взглянул ей в глаза, каких-то несколько секунд между ними будто происходил некий безмолвный диалог, после чего Эрмелинда кивнула, свернула пергамент с данными с тонкий свиток и поднялась на ноги:

– Благодарю за ваше время, мистер Поттер, – медленно произнесла она. – За окончательными результатами вы можете прийти в мой кабинет через пять дней.

– Спасибо, мэм, – подросток тоже встал со стула.

– Доброй ночи, профессор, – Эрмелинда скользнула взглядом по безмолвствующему Снейпу и вышла из кабинета.

Гарри вежливо попрощался со своим профессором и тоже направился к выходу. Северус окликнул его у самой двери:

– Поттер…

– Да, профессор? – юноша оглянулся, невинно глядя на своего декана.

– Вы ведь осознаете, что все это делается лишь для вашего блага? – негромко произнес он.

– Конечно, сэр.

– Так объясните мне, ради Мерлина, почему вы так себя ведете? – устало осведомился Снейп.

– Потому что я больше вам не верю сэр, – помедлив, ответил Гарри. – Простите.

Он вышел из кабинета, и мастер зелий не стал его останавливать.

Комментарий к Глава 6. В зеркалах намерений Примечание:

(1) Все названия рун были сперты с разных сайтов, значения чуть переделаны и притянуты за уши, чтобы соответствовать сюжету. На титул Мастера рун не претендую и за возможные глупые смысловые косяки сразу приношу извинения =))

====== Глава 7. Головокружительные неожиданности ======

Тем временем в свои права наконец вступил октябрь, и настал день прибытия в Хогвартс иностранных гостей.

В воздухе витало ощущение праздника. На уроки уже почти никто не обращал внимания, все мысли студентов были заняты грядущими событиями, а все разговоры только и были что об учениках Шармбатона и Дурмстранга. Даже на зельеварении суровый нрав профессора Снейпа не смог омрачить настроения подростков.

Как только прозвенел звонок с последнего урока, слизеринцы организовано вернулись в своё общежитие, оставили там сумки с учебниками и, накинув теплые осенние мантии, поспешили в холл, где должен был проходить общий сбор. За порядком следили семикурсники, назначенные Снейпом старостами в этом году. И всё же, отчего-то многие представители змеиного факультета все чаще выискивали взглядом Арчера, пытаясь держаться поближе к уверенному в себе однокурснику. Таким образом, к тому моменту, как Гарри и Том добрались до холла, они неожиданно для себя возглавили ровную шеренгу сокурсников.

– Убери ты уже эту ухмылку с лица, вождь Зеленых Шарфов, – с напускной сварливостью пробормотал Поттер так, чтобы его слышал только лучший друг.

– Они думают, что я главный, – так же тихо ответил приятель, его голос подрагивал, будто он всеми силами старался не смеяться. – Что поделать? Это льстит.

– В твоем случае это явно лишнее, у тебя и так проблемы с манией величия.

– Не нужно так откровенно завидовать, Гарри, – пропел Том.

– Я не завидую. Просто из-за тебя на нас все таращатся.

– Расслабься, тебя рядом со мной теперь даже не заметно.

– Нарцисс.

– Нытик.

Они обменялись язвительными улыбками и затихли, когда в холл вошли деканы факультетов с такими серьезными лицами, словно им предстояла война, а не встреча иностранных гостей. Пока Флитвик, МакГонагалл и Спраут пытались утихомирить свои галдящие на разные голоса факультеты и выстроить их более-менее ровными колоннами, Снейп прошелся вдоль рядов своих сдержанных и организованных змеят, оценивая порядок построения. После чего замер рядом с ними и тихонько раздулся от гордости, мысленно злорадствуя над коллегами.

– Тишина! – прокатился по холлу жесткий голос профессора трансфигурации и перевозбужденная толпа подростков, наконец, стихла. Минерва еще раз окинула критическим взглядом своих львят:

– Мистер Уизли, поправьте шарф, – распорядилась она. – Мистер Лонгботтом, оставьте вы уже в покое свою жабу, зачем, ради Мерлина, вы вообще её взяли собой? Уберите в карман. Хорошо. Мистер Криви, прекратите уже ослеплять сокурсников этой своей камерой, встаньте ровно. Отлично. Первокурсники, вперед. И пожалуйста, не толкайтесь!

*

Все снова загалдели и в сопровождении профессоров спустились по главной лестнице, выстроившись перед замком. Был ясный холодный вечер. На Хогвартс медленно наползали сумерки, над Запретным лесом виднелся диск бледной, почти прозрачной луны. Гарри, стоявший между Арчером и Малфоем, заметил Гермиону в первом ряду гриффиндорских четверокурсников. Девушка что-то тихо втолковывала Рону Уизли, сердито качая головой. Почувствовав на себе пристальный взгляд, Грейнджер повернула голову, увидела Поттера, и хмурое выражение тут же исчезло с её лица, когда гриффиндорка ему улыбнулась.

– Почти шесть, – недовольно пробормотал Драко. – Долго нам тут торчать как на параде?

– Я все думаю, где же почетный караул и фанфары по случаю такого события, – едко заметил Том. – И красные ковровые дорожки с лепестками роз тоже были бы не лишними, – подумав, добавил он.

– Вечно ты ехидничаешь, – укорил его Поттер.

– А что, по-твоему здесь есть идиоты, кому в радость весь этот цирк? – полюбопытствовал друг.

– Ага, – весело кивнул Гарри, – почти вся школа, – он покосился на Дамблдора, что стоял чуть поодаль. – Вон даже директор улыбается.

– Он всегда улыбается, если ты не заметил, – проворчал Том. – Честное слово, выглядим как толпа кретинов.

Блэйз, что стоял прямо за Гарри, пристально всматривался вперед – на дорогу, ведущую к главным воротам школы.

– Интересно, на чем они едут? – подал он голос. – На поезде?

Драко смерил друга уничижительным взором, глянув на него через плечо:

– Да, конечно. Прямо на поезде сейчас к воротам и подъедут, гений, – колко сказал он.

– А как тогда? На метлах? – не унимался Забини, бросая насмешливые взгляды на блондинистого приятеля.

– Угу, – пробормотал замерзающий справа от Блэйза Нотт. – Тогда готовьтесь ловить с небес посиневших от холода иностранных гостей.

– Я думаю, они просто переместятся с помощью порт ключа, – внес свое предположение Гарри.

– Ты что идиот? На территории Хогвартса аппарировать или как-либо еще магически перемещаться невозможно, – фыркнул Малфой.

– Да ну, а то я не знал, – огрызнулся Поттер. – Тоже мне, открыл Америку.

Парочка вперила друг в друга раздраженные взгляды. Снейп шумно прочистил горло, окатив спорщиков ледяным взглядом. Те послушно затихли, обшаривая взглядами окрестности школы на предмет приближающихся карет или иных видов транспорта. Со всех сторон слышались шепотки, пока ученики негромко обсуждали одну единственную тему: «Где же гости и откуда они все-таки явятся».

Гарри зябко повел плечами и вздохнул. Ожидание начало его утомлять.

– Мерлином клянусь, если сию же секунду ничего не произойдет, я просто развернусь и уйду, – пообещал Арчер, засунув руки в карманы. – Можно подумать, мне больше нечем заняться, кроме как торчать весь вечер во дворе, как полный…

Договорить ему не дал громкий вопль откуда-то из толпы гриффиндорцев:

– Вот они!!!

Все студенты, как по команде оживились, начав крутить головами из стороны в сторону.

– Где? Где?

– Да вон же!

Один из шестикурсников Рэйвенкло ткнул пальцем наверх, в сторону Запретного леса. Нечто огромное летело по иссиня-черному небу, быстро увеличиваясь в размерах.

– Дракон! – испугано завопил кто-то из гриффиндорских первокурсников.

– Ты что, дурак? Это летучий дом! – воскликнул мальчишка рядом с ним.

– Сам ты дурак, это… да что это?!

Гигантская черная тень, почти касающаяся верхушек деревьев, всё приближалась и приближалась, пока льющийся из окон замка свет не озарил надвигающееся нечто.

– Это же карета, – пораженно прошептал Гарри.

Или точнее, это была просто невероятно большая синяя карета, больше походящая на башню. Ее тянула по воздуху дюжина исполинских крылатых коней с развевающимися белыми гривами.

Первые три ряда учеников невольно подались назад, когда карета начала заходить на посадку, снижаясь с бешеной скоростью. Наконец с оглушительным громом копыта летающих коней коснулись земли на опушке Запретного леса, а следом приземлилась и карета. Гигантские крылатые звери протащили карету еще несколько метров и остановились.

Открылась дверца, украшенная гербом школы и из кареты вышла необычайно высокая дама. И не просто высокая… огромная. Пожалуй, по габаритам с ней мог сравниться разве что школьный лесничий-полувеликан. Студенты Хогвартса еле слышно перешептывались и вставали на цыпочки, чтобы лучше её разглядеть. Женщина несколько мгновений обозревала ряды притихших зрителей, после чего степенно прошла вперед, оказавшись в полосе света, падающего из окон замка.

Дамблдор зааплодировал, приветствуя гостью, и ученики, после секундной заминки, последовали его примеру. Ее красивое лицо расплылось в улыбке, когда женщина подошла к седовласому директору Хогвартса и протянула руку, на которой сверкали многочисленные драгоценности. Директор галантно склонился для поцелуя. Между главами школ произошел негромкий обмен любезными приветствиями, после чего великанша, мадам Максим, небрежно махнула рукой в сторону карет, возле которых, дрожа от холода, выстроилось десятка полтора подростков пятнадцати-шестнадцати лет.

– Позвольте представить моих учеников, – громогласно объявила она.

Несовершеннолетние представители обеих школ с любопытством уставились друг на друга.

Перебросившись с мадам Максим ещё парой фраз, директор отправил замерзающих французов в замок, откомандировав им в сопровождение профессора Вектор. Встречающая делегация снова погрузилась в сумрачное молчание. Гарри подул на покрасневшие от холода руки и огляделся.

– Интересно, Дурмстрангцы тоже на каретах прилетят? – тихо сказал он.

Том пожал плечами.

– Да хоть на самолете, – проворчал он, – лишь бы скорее.

– А что такое самолет? – заинтересовался Блэйз.

Арчер ответить не успел, потому-то со стороны гриффиндорцев раздался вопль Рона Уизли:

– Гляньте на озеро!

Стоя на возвышении у замка, ученики отчетливо видели внизу черную гладь воды, с которой и правда творилось нечто странное. В середине озера появились завихрения, затем огромные пузыри, а глинистый берег захлестнули волны. Вдруг в самом центре возникла воронка. Из самой ее сердцевины показался длинный черный шест.

– Это что – мачта? – удивленно предположил Блэйз.

В подтверждении его слов из бурлящих вод неторопливо поднимался корабль, мерцая в лунном свете влажными деревянными бортами. У него был странный скелетообразный вид, а тусклые огни иллюминаторов походили на светящиеся прорези глаз. Казалось, будто он пробыл на дне многие годы и на палубе вот-вот появятся бледные призраки погибших во время крушения моряков. С оглушительным всплеском весь корабль, наконец, вынырнул на поверхность и, покачиваясь на бурлящей воде, заскользил к берегу. Вскоре раздался звук брошенного на мелководье якоря, и на берег опустили трап. С борта начали сходить пассажиры, и в иллюминаторах замелькали движущиеся фигуры. Гарри, продрогший до костей, завистливо отметил, что на вновь прибывших были теплые шубы. С одной стороны это было забавно, потому что для поздней осени они оделись чересчур тепло. А с другой – Поттер и сам сейчас не отказался бы от мантии на меху.

Процессию гостей возглавлял высокий худощавый мужчина с чуть тронутыми сединой темными волосами, что спускались почти до плеч. На губах мужчины играла широкая улыбка, но она совершенно не вязалась с холодным расчётливым взглядом, которым тот одарил директора Хогвартса.

– Дамблдор! – радостно, но как-то чересчур наиграно, воскликнул он, взяв руки старика в свои и крепко тряхнув их в приветственном рукопожатии. – Как поживаете, мой друг?

– Благодарю, прекрасно, профессор Каркаров, – любезно ответил седовласый маг, – надеюсь, ваш путь сюда прошел хорошо.

– Безусловно-безусловно, – бархатный голос Каркарова звучал с едва заметной льстивой ноткой, когда подняв голову, он взглянул на древний замок и произнёс: – Старый добрый Хогвартс. Как хорошо снова быть здесь... Как хорошо... Виктор, иди сюда. В тепло. Вы не против, Дамблдор? Виктор немного простыл...

Каркаров поманил одного из студентов, и тот подошел ближе. Гарри пригляделся и удивленно поднял брови, слева от него тихо и очень не аристократично выругался Драко Малфой явно в попытке выразить крайнюю степень изумления и неверия. По рядам учеников Хогвартса, поползли восторженные и пораженные шепотки.

– Ну вот, Гарри, – насмешливо прокомментировал Том, – теперь при виде тебя никто и не подумает шушукаться и тыкать пальцами в твой шрам. Теперь тебе придется выкинуть что-нибудь покруче, чем рядовое убийство великого темного мага, чтобы на тебя хоть кто-то обратил внимание. Ведь приехала звезда международного масштаба.

Поттер широко ухмылялся, с любопытством разглядывая светило квиддича.

– Интересно, а Виктор Крам раздает автографы? Я бы взял один.

– Гарри Поттер и Виктор Крам обмениваются автографами, – глумливо пропел Драко, – я бы дорого заплатил за место в первом ряду, чтобы взглянуть на это.

– Я дам тебе знать, когда на это мероприятие появятся билеты, – хмыкнул Арчер.

– О, да заткнитесь вы, – простонал Блэйз. – Подумаешь, автографы раздают! Гарри, – он схватил сокурсника за плечо и несильно его тряхнул, – предложи ему сыграть с тобой в квиддич!