Текст книги "Хроники идиотов (СИ)"
Автор книги: Chiba Mamoru
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 74 страниц)
Некромант мысленно проклял свою силу.
С другой стороны дыры было интересно. Там находился большой двухъярусный зал – и Фальче как раз находился на втором из них. Внизу отлично просматривалась панорама, и можно было оценить узор на паркете из ясеня и дуба. Но узор Фальче не интересовал. Как нельзя сильнее его любопытство щекотали иные детали открывшегося зрелища. Там, внизу, были люди. Не менее десятка, а то и дюжина. Они шли хорошо отработанной цепью, беря кого-то в кольцо. И Фальче видел, кого именно. Ему показалось, что в воздухе запахло «Маркизой Помпадур».
С другой стороны зала, демонстрируя не то лихую армейскую выправку, не то критическую умственную недостаточность, один из охранников сосредоточено ходил на руках. Зрелище было настолько…м-м… нетипичным, что некромант поневоле задержал взгляд. Тот, кто его привлек, и понятия не имел, что за ним наблюдают с верхотуры. Он, как мальчишка, только еще постигающий азы этого искусства, ловил баланс, и совершенно, вроде бы, не интересовался операцией захвата. Что же до Даны, то она, кажется, совершенно не боялась. Впрочем, она так же не посылала в мужской строй воздушных поцелуев, и лично Фальче был склонен рассматривать это, как проявление скверного настроения. Он огляделся в поисках лестницы, либо каких-то иных путей спустится со своего места обзора. В то время, как он судорожно метался в его поисках, кто-то из охраны все же решился проявить инициативу. Ну, оно и понятно: никакого оружия при блондинке не имелось, равно как и возможности наколдовать какую-нибудь неприятность своим врагам. Ведьмак ощутил резкий прилив адреналина – мысль о том, что женщин бить нельзя была вколочена ему на уровне спинного мозга. И собственная невозможность вмешаться сильно портила жизнь и нервы товарища Ирфольте.
Ничего не знающая о его терзаниях Дана встретила агрессора хорошим коротким хуком в челюсть. Голова охранника мотнулась вверх, и это дало блондинке возможность нанести еще один удар, на этот раз в живот. Бедняга упал на четвереньки. Фальче оценивающе присвистнул, позабыв, что приличные и хорошо воспитанные люди так не делают. Как на его скромный взгляд, сюрпризы, преподносимые ему агентом Сэдфилл, уже зашкаливали за все мыслимые пределы. Хоть и говорят, что в женщине должна быть своя изюминка, но Фальче казалось, что перед ним попросту высыпали килограмм изюма, позабыв добавить к нему булочку. Дана состояла из одних сплошных изюминок. Ее стрельбе он не слишком-то удивлялся, все-таки, эта блондинка – агент ИПЭ, а там их учат еще и не такому. Однако столь сноровистое владение приемами классического английского бокса заставило следователя пересмотреть свои взгляды на противоположный пол. А так же на количество изюма. Хоть и далекое от совершенства, однако оное владение заставило его на несколько секунд прекратить поиски спуска в зал.
Ведьмак знал – и Дана там, внизу, тоже это знала – что ей не выстоять. Нападавших слишком много. Однако, блондинка решила получить уже полное моральное удовлетворение. В качестве завершающего штриха своего демарша, она со всей дури (а было ее, Ирфольте не сомневался, немало) пнула поверженного охранника в челюсть. Некромант вспомнил обувь Даны и мысленно содрогнулся. Даже если та была не на своей любимой платформе, это же гарантированное сотрясение мозга…
Незадачливый нападавший завалился набок, зажимая стремительно распухающую щеку. Его товарищи, как по команде, ринулись на объект своей охоты. На этом можно было бы поставить точку, и переходить к спасательной операции – но тут боец, пытавшийся ходить на руках, все же принял нормальное положение, хоть и сделал это чересчур резко. От этого движения спецназовский шлем слетел, и остался валяться на полу. По плечам парня рассыпались ярко-рыжие волосы. И этот рыжий направился прямиком к товарищам охранникам с какими-то своими, совершенно не вписывающимися в общий пейзаж, намерениями…
-Нам сюда?
–Мне сюда
–Нет, нам!
Арна толкнула дверь номера, не утруждая себя стуком. И тот факт, что она шла впереди, а японец – следом, ее нисколько не смущал. Вот еще… Пусть вообще радуется, что она ему не добавила после Фальче!..
Если Атрей чему и радовался, то он этого не показывал. И отвечал тем же своим монотонным тусклым голосом.
Форвалака переступила порог, с интересом оглядываясь. В номере никого не было, но ведь, как известно, по жилищу можно узнать характер обитателя…
–И кого мы здесь ждем? – недовольно вопросила она, проходя. Второй вопрос, а почему тут вообще открыто, она решила задать попозже.
–Я жду человека, к которому у меня дело
Форвалака почувствовала, что уже готова придушить «чертова сектанта», а потом жестоко надругаться над трупом. Отдать его Ирфольте для практики, например… Она буравила японца взглядом, однако тот так и стоял себе у двери, не обращая внимания на ее настроение. Он думал о деле, и душевные муки госпожи Аэддин были ему до лампочки.
–Долго ждать?
–Не знаю
–Что, так и будешь тут жить, пока не придет этот твой человек?
–Да
–Хватит косплеить Волка! – взорвалась Арна – Немедленно признавайся во всем!
–В чем? – спокойный взгляд темных глаз остановился на ней. Атрей словно бы изучал девушку, увидев впервые. Делал для себя какие-то выводы. И это бесило. Ух, как же это бесило!..
–Я тебя не-на-ви-жу!..
–Я знаю – он отвернулся. Видимо, информация не представляла для него ценности. Арне очень хотелось запустить в него чем-нибудь. Но она пока не стала. Во-первых, это чужой номер. Ну а во-вторых – вдруг он, все-таки, расколется?! Правда, в последнее верилось со скрипом…
Они просидели в молчании несколько минут. По расчетам сектанта, время подходило. И он не ошибся – сначала за дверью послышался стук каблуков. Не такое стаккато, как у Даны, но все же. Затем дверная ручка повернулась, и в проеме возникла хозяйка номера. Она увидела прямо перед собой японца – Арна стояла чуть в стороне – и кивнула ему, немного удивленно.
–День добрый – поприветствовала она его – Что-то хотел?
–Да – не стал отрицать Атрей – У меня несколько вопросов.
–Кто это? – медленно процедила сквозь зубы Арна, которая уже догадывалась, кто именно. Женщина перевела взгляд на нее. Изучающее оглядела. Форвалаке даже на секунду показалось, что ее узнают, и проявят соответствующие чувства. Но, видимо, тщетно. На лице Лауры отражалось лишь вежливое недоумение.
–Я бы хотел уточнить кое-что на счет артефакта – Атрей, кажется, всего происходящего и не замечал. Он смотрел на женщину, словно раздумывая над своей работой даже тогда, когда говорил с ней
–Твои уточнения подождут – Арна нахмурилась. Она позабыла, с чего, вообще-то, началась текущая перепалка, и у нее появилась новая цель. Хотя, наверно, «перепалка» – это сильно сказано… Слова «перепалка» и «Атрей» рядом представить очень сложно…
–И вообще, шел бы ты отсюда, мне поговорить надо!..
–Поговорить? О чем ты хочешь говорить? – Видимо, все-таки, опознавшая свою посетительницу Лаура пересекла комнату, и направилась к столу. Она не нервничала, не суетилась, но и не радовалась. Устроившись на вертящемся стуле, сложила руки перед собой, продемонстрировав недешевый маникюр.
–О нас – свистяще прошипела форвалака. Она направилась к столу, пригибаясь, словно шла в бой. Ни она, ни Лаура, так и не заметили, как из комнаты тихо вышел сайентолог, аккуратно притворив за собой дверь.
Путь вниз, в зал, нашелся у самой стены в виде неприметной лесенки, прячущейся за тяжелой портьерой. Преодолев этот путь, Фальче наконец-то добрался до эпицентра событий. Там уже стоял дым коромыслом – кажется, возмездие во имя луны не имело успеха у местной охраны, и теперь Лис пожинал плоды своего опрометчивого решения, периодически отстреливаясь из-за колонны. Судя по радостной рожице, выглядывающей из укрытия, настроение у него было на высоте. Некромант никогда не понимал, как можно участвовать в перестрелке, и быть таким беззаботным…
Однако Лисом занималось от силы человек восемь – остальные дружно ломанулись за Даной, нырнувшей в ближайшую дверь. Видимо, не привыкшая полагаться на чужую помощь, блондинка сбежала. И вот, теперь, отчаянно пытается сохранить свою свободу…
Лестница вела вниз. Фальче не беспокоился о том, что оставляет противника за спиной. У него был достаточный опыт общения с Лисом, чтобы знать – когда они будут идти обратно, здесь ничего им не помешает.
Мужчина прислушивался, что творится здесь, в коридорах – звуки разносились далеко, но гулко. Определить направление было очень трудно. Стены, выложенные плиткой под «дикий камень» были неотличимы друг от друга. Переходы – запутаны. Короче говоря, архитектором здесь был какой-то извращенец…
Фальче эти местные изыски уже поперек горла стояли. Где-то здесь, в пределах досягаемости, находился человек, ставший за много лет его первым другом, и его, то есть ее, было невозможно отыскать из-за чьих-то фанаберий в области прикладного моделирования пространства… Не слишком радостная перспектива, учитывая, что прослуживший в полиции семь лет Фальче хорошо представлял, что можно сделать с человеком, который не хочет подчиняться. Особенно если этот человек – женщина… Пусть даже и такая боевая, как Дана.
За очередным пролетом он все же обнаружил, что искал: помещение, похожее на гостиную, только излишне просторное. Правда, как отметил про себя ведьмак, редко можно увидеть гостиную с развешанными по стенам орудиями добычи правдивых ответов…
И Дэви была здесь. И еще четверо незнакомцев, чьи намерения не вызывали сомнений. Поминая незлым тихим словом рыцарские романы, а так же Атрея с его лекциями на тему «ролевые игры в обществе», следователь немедленно ринулся туда.
Просыпаться не хотелось. Настойчивая мысль о том, что надо, дятлом колотила по стенкам черепа изнутри. Надо. Надо. Вставай. Надо.
А голова кружилась, и во рту сухость, и отвратительное ощущение похмелья без предстоящей ему пьянки растекалось по телу. Слабость накатывала волнами. Он не был уверен, что смог бы добраться хотя бы до ванной сам.
Нет, все таки, какая же паскуда майор Кривицкий…
С трудом открыть глаза и попытаться не зажмурится сразу же после этого. Надо. Надо. Вставай, тебе говорят!.. Надо же!
Приподняться на локте не получилось – его словно придавливала какая-то тяжесть. Впрочем, почему «кажется» – так и есть, придавливала. И не какая-то, а вампир Бэльфегор, обвившийся во сне вокруг, словно дракон округ сундука с золотом… Даже сил оттолкнуть не нашлось, хотя мужские объятия ему никогда не нравились. Потом медленно дошел смысл происходящего. Бэльфегор здесь. Обнимает во сне. Сторожит. Его. Чтоб ничего не стряслось. Это он после вчерашнего, наверно…
Это самое «вчерашнее» даже вспоминать не хотелось. Эфла, насобирав достаточное количество компромата, все же обратился в высшую инстанцию, затребовав отдать Евгения Кривицкого под трибунал. За ним уже накапало немало грехов. Однако же, когда суд удалился на совещание и объявил в связи с этим перерыв на два часа, произошел инцидент. А именно – уже через час майора Кривицкого не нашли. А заодно и Елену Орлову тоже… Эфла смекнул, что его противник решил спешно рвать когти, и что если он не поторопится – может быть поздно. Майор майором, но вот лаборантка Орлова уж точно ни в чем не виновата!..
Капитан по тревоге сорвал дежурный отряд Отдела Критического Реагирования, и использовал тот самый единственный телепорт, на который был снят запрет, перенеся всю группу так, чтобы окружить машину беглеца. Кривицкий тоже был не дурак – и сразу предупредил, что если ему не дадут уйти, то Елену Институт получит разве что в виде пускающего слюни овоща. Эта, последняя, совсем обмерла от страха и даже, кажется, дышать забывала.
Зомби с удручающей ясностью понял, что именно его живые коллеги называют отчаяньем. Вероятно то, что находившийся в тот момент рядом Бэльфегор назвал «даже хвост опускается».
Тем не менее, решение пришло быстро. Он, в конце концов, Теург и маг ритуала!.. Капитан прекрасно понимал, что то, что он собирается сделать – самоубийственно. И делать бы не стал – если бы и так уже не был мертвым. Он использовал себя, как трансформатор, за короткий период времени пропуская сквозь свое неживое тело поток энергии, и направляя его в нужную сторону. Такой перепад попросту вырубил беглого майора, заставив бесславно рухнуть носом в дорожную пыль. Впрочем, Эфла недалеко от него ушел – последнее, что он смутно помнил, это то, как над ним склоняется Бэл, и на его лице написано самое натуральное беспокойство…
Голова мутилась и тошнило. Эфла закрыл глаза, и напомнил себе что а) он мужчина и воин. А так же, в качестве приложения, что недостойно и не подобает и б) он мертвый мужчина и воин. И у него ну никак не могло болеть хоть что-нибудь. Голове на его измышления, видимо, было начхать. Она болела, и понятия не имела, что не может этого делать. Спасибо Элен Орловой и ее «второй жизни», висящей у него на шее – это все артефакт…
Эфла не знал, каким богам молится, чтобы эти события навсегда остались в прошлом. Артефакт «вторая жизнь», изобретение агента Орловой, вошел в его послесмертие с грацией кувалды, разрушая уже привычный устой. И теперь вот уже три года как мертвое тело посещали спонтанные желания чего-нибудь. То ему кофе, то валокордину, то выпить… О том, чего еще требовал подлый организм, Эфла предпочитал не задумываться. Хотя бы сейчас. Он, этот организм, и так выдвинул ему вчера ультиматум на четыреста пунктов, из которых желание покурить было самым безобидным. Это при том-то, что Эфла при жизни был некурящий…
Сначала это безобразие при использовании ограничивалось требованием алкоголя. Это оборотень еще хоть как-то мог понять. При жизни был склонен. Но остальное…
А теперь вот, пожинались плоды вчерашнего дешевого героизма в лучших традициях Ирфольте, чтоб ему неладно было...
План-минимум по кретинизму какой-то: превысить полномочия, поднять по тревоге ОКР, использовал ресурс, предназначенный для другого задания, для того, чтобы всего-навсего переместится к тому месту, где находился удравший со слушанья майор Кривицкий. Выслушать его угрозы шибануть по Орловой, которую майор держал подмышкой, каким-то артефактом. Представить себе эту картину, ужаснуться, нарисовать ритуальный круг, смочить его своей мертвой кровью, и сделать, собственно, героическую глупость. Его собственного ресурса не хватило, пришлось черпать из источника, предоставленного его общиной за памятные погребальные пластины. Что при этом почувствовало тело, оказавшееся в роли трансформатора, Эфла предпочитал не вспоминать. Если бы он был по-настоящему, а не временно, живым, это убило бы его. «Вторую жизнь» он снял сразу же, однако пост-эффект остался, и продолжал держаться. И когда он схлынет, остается только догадываться.
Сил не было даже на то, чтобы выматериться.
Эфла лежал все в той же позе, глядя прямо перед собой, и продолжая упрямо настаивать на необходимости встать. Он смутно представлял, зачем бы ему это могло понадобиться, но еще не было случая, чтобы он прогуливал работу. А сегодня, между прочим…Да. Сегодня воскресенье. Выходной. Это только он такой ненормальный, что работает в воскресенье, оно для капитана ан Аффите ничем не отличается от вторника или пятницы. Рабочий день.
Бэльфегор продолжал спать, и, видимо, просыпаться не спешил. Можно, конечно, его растолкать, и заставить что-то делать, но… Не хотелось. Вампир тоже вчера отпахал свое, и, Эфла должен был признать, у него давно не было такого хорошего и понятливого секретаря. Даже странно. Нет, не то странно, что двухтысячелетний вампир ходит и подшивает документы. А то, что коллектив ненормальных, оказавшись перед лицом единой опасности, сплотился и выглядел почти вменяемой командой. Даже придурок Леонид, даже безмозглый эльф, даже безалаберный Бэльфегор… Даже Ирэна, только недавно еще кричавшая, что уходит из ИПЭ. И Деймос, показывающий себя день ото дня все более и более успешным агентом. Даже Ран позабыл о неприятностях, свалившихся на его Миу, и работал.
414 работали… Кому сказать – не поверят. Может, действительно за анекдот примут… 414-ые, да. Его идиоты.
Ладно. Пусть Ли Кард спит, да и остальные тоже. Заслужили. А как проснутся, то, наконец-то, расскажут, что у них там с последним заданием про секту. Куратор он им, в конце концов, или что?!
Атрей нанес последний символ, отошел на шаг и оглядел свою работу придирчивым взглядом. То, что надо. Ни добавить, ни убавить. Пожалуй, и Тенгри не нашел бы, к чему придраться.
Впрочем, отец никогда не придирался. А если уж и делал замечания, то всегда толковые и справедливые. Его поучения никогда не раздражали. Атрей знал, что это не оттого, что его отец, Верховный темный шаман, такой уж душевный человек. Он просто умеет заставлять людей воспринимать его так. То же самое делал и сам Атрей, когда ему от людей было что-то нужно. В этом вопросе он был достоин своего родителя, догнав и перегнав его в области завоевания доверия. В первую встречу Атрею безоговорочно верили все. Но только один раз. Впрочем, ему хватало.
Отводя Арну к ее матери, он знал заранее, что форвалака застрянет там надолго. У нее к Лауре много вопросов. Пусть выкручиваются сами. Слабости противника надо использовать так, чтобы они стали твоей силой.
Теперь осталось немного: накрыть магический круг на полу ковром, а изрисованное символами кабалистики кресло – поставить сверху и набросить плед. Вроде как для тепла. Выглядело это естественно. Снотворное уже было перемешано с кофейным порошком. Книга – открыта на нужной странице. Необходимый ящик – немного отодвинут. Атрей ждал во всеоружении. План подходил к финальной части.
-Стой!!!
От неожиданности ведьмак чуть не споткнулся на пороге. Дана взирала на него поверх голов своих противников с таким искренним ужасом, словно он был, по меньшей мере, монстром с тентаклями, а вовсе не явился ей на помощь.
У Фальче была одна хорошая особенность, развитая в многочисленных командных операциях: когда товарищ по ней требует, подчиняйся ему, даже если не понимаешь, почему так. Он остановился. Охранники резво перестроились. Четверо. В два раза больше, чем их. Не проблема. Хотя нет, проблема – они не желают повредить пленнице, пленница наверняка не желает повредить ему, а он сам – не желает вредить, по крайней мере, излишне, охране. Получается, что самый вероятный вариант исхода – охрана его таки пристрелит…
–Уходи!!! – выдала новый перл Дана, за что тут же и поплатилась, навлекая на себя гнев одного из их противников. Согнувшись пополам, она тихо сползла по стене, оставляя за собой смазанный темный след. Ножевое ранение – прозвучал в голове мужчины посторонний голос, принадлежавший, очевидно, аналогу здравого смысла. Замахивались хорошо, если бы не пышные меха, которые эксцентричная блондинка имела обыкновение носить, то могло бы закончиться совсем грустно…
В кончиках пальцев закололо, и успокоенная, было, ярость снова подняла голову.
Хватит. Игры кончились. Сами того не подозревая, охранники вложили в руки незваного гостя козырь. Фальче не мог спокойно смотреть, как кто-то более сильный использует свое преимущество против других, кто не может дать отпор. Находилось немало людей, кто над этим смеялся, но самому ведьмаку это казалось совершенно естественным. А кто и что там думает по этому поводу – не так уж, в сущности, и важно, если в результате кому-то удалось помочь.
Мудрая правда жизни гласит, что когда четверо на одного, то справедливость чаще отдыхает, чем побеждает. Однако Фальче было и на правду жизни плевать – перед ним были те, кто поднял руку на дорогого ему человека, за что немедленно и получили по полной программе.
« Я не люблю драться» – напомнил некромант себе – «Мне не доставляет удовольствия причинять боль людям. Мне это не нравится» Он твердил себе об этом постоянно, потому что живущая в нем сила постоянно же требовала своего. Она шептала где-то внутри головы, подталкивала под локоть, срывала необдуманные слова с его языка. А он сопротивлялся. Всю свою жизнь. СеКрет даже спросил однажды – почему с господином Ирфолтьте всегда так трудно общаться телепатией, ведь он знает, что ему не причинят вреда? Фальче действительно знал. Но поделать с собой не мог ничего. Сопротивлялся любому давлению, любому влиянию, даже своему собственному…
Охрана этого всего не знала. Она выполняла свою работу, и очень надеялась, что невменяемый агрессор вскоре перестанет доставлять проблемы. Да и шевелиться тоже перестанет. Одной, кстати, счастливой возможности перестать шевелиться Фальче уже избегнул, благодаря тому, что Дэви бросила в одного из охранников куском кирпича. Он отвлекся и проиграл время. Ведьмак увернулся.
«Мда-а. Дана – такая Дана…» Неуместные мысли. Не вовремя. Но выгнать их не получалось.
Ведь рано или поздно, так, или иначе, но это безобразие закончится, правда? Они уйдут отсюда. Скорее всего, вдвоем. Скорее всего, продолжат тот разговор, что был прерван на террасе. Скорее всего, придут к общему мнению. И это не давало покоя, постоянно присутствуя на заднем мысленном фоне. Очень несвоевременно… Знающие люди настоятельно не рекомендуют влюбляться накануне сражений.
Он их сделал. Пусть это обошлось дорого, пусть это ему не нравилось, но он сделал. Можно выдохнуть и расслабить плечи. И сказать самому себе, что неприятности позади. Главные неприятности. Выбраться отсюда будет не сложнее, чем получить Дану. А снаружи пусть попробуют… С его телефона она быстрее дозвонится до ИПЭ, и какую никакую, но защиту агенту на выезде там наколдуют…
–Не приближайся! – почему то блондинку совсем не обрадовала победа соратника. Она все так же жалась в углу, словно пыталась занимать меньше места. Кажется, девушка была слегка не в себе. В голосе отчетливо было слышно панические нотки
–Дана, это я – попробовал успокоить ее некромант. Он остановился, не дойдя каких-то несколько шагов до напарницы по этому неудачному заданию.
–Дай мне руку, и пойдем отсюда
–Я никуда не пойду – отрубила она в ответ
–Почему? Тебя здесь что-то держит?
–Я не хочу идти. Я догоню. Иди, я буду попозже.
–Что ты несешь, какое попозже, здесь полно охраны. Дана…
–Стой, где стоишь!
–Ты можешь пояснить, что не так?
–Я не пойду с тобой.
–Для того, чтобы прийти сюда, я убил двоих человек. Сейчас они, поднятые, сдерживают своих бывших коллег, не давая им прийти за нами. Это единственный шанс…
В коридоре послышался шум. Внезапно, словно издававшие его существа оказались прямо под дверью, не подходя предварительно к ней. Фальче не успевал развернуться к ним, зато Дана, едва заслышав опасность, вскочила на ноги, позабыв, очевидно, что у нее при себе нет оружия. К счастью, это оказалась всего лишь скрипнувшая дверь, высаженная наполовину кое-кем излишне стремительным. И сейчас этот кое-кто изумленным взглядом изучал открывшуюся ему картину. Удар ножа распорол пушистый мех, и теперь ранее цельная, одежда напоминала обычную меховую куртку. У Даны оказались угловатые для девушки плечи – неудивительно, что она прятала их в мехах – подтянутый спортивный живот, который пересекал свежий глубокий порез, и совершенно нулевой размер груди. Ни намека на женственную округлость.
Осознав, что ее секрет выплыл наружу, блондинка окончательно потеряла контроль над собой. Но Фальче выглядел спокойным.
–Это и есть тот самый физический недостаток? – поинтересовался он доброжелательным тоном. Ему очень хотелось успокоить напарницу
– Послушай, ты же не думаешь, что решающим фактором в отношениях является размер груди?..
–Идиот! – Дана вскинула голову, рассыпав кудряшки – Я мужчина!
Шаги за дверью Атрей услышал далеко за полночь. Все это время он терпеливо дожидался, не занимаясь ничем. Он не мог бы сосредоточиться на другой работе. Пусть он и не метался по комнате, нервно щелкая четками, а сидел смирно, это ничего не меняло.
Дверь с тихим шумом отворилась, пропуская некроманта в комнату. Фальче тяжело шагнул вперед, словно его что-то влекло к земле.
–Добрый вечер – поприветствовал его японец
–Добрый вечер – эхом отозвался ведьмак, не вкладывая в вежливые слова ни грамма смыслового наполнения. Потом, словно очнувшись, он поднял взгляд на сектанта. Атрей выглядел, как и всегда, разве что, немного более участливо.
–У тебя что-то случилось? – поинтересовался он, и его тон предполагал попытку скрыть заинтересованность за маской холодности
–Случилось. Я бы не хотел об этом говорить
–Хорошо – Атрей не стал задавать вопросов. Он кивнул в сторону кресла
– Сядь и отдохни. Я принес тебе еду.
–Спасибо за беспокойство
–Это не беспокойство. Я все еще рассчитываю на твое согласие. – Сектант сократил расстояние между ними, уверенным жестом взял некроманта за руку и сам отвел и усадил его. Невооруженным глазом было видно, что человек подавлен и его лучше не трогать. Тем не мене, Атрей продолжил:
–Может, все-таки, я могу что-нибудь сделать?
–Ты говорил… – голос Фальче звучал немного хрипло, видимо, он давно не курил. Или курил только что и много – например, перед входом в отель, прежде чем войти.
–Ты говорил – маг, к которому ты зовешь меня, хорош в своей области?
–Таково общее мнение – равнодушно пожал плечами Атрей – Я ничего не понимаю в такой магии.
–Извини, что сорвался на тебя сегодня
–Можешь не извиняться. Я и это расцениваю, как плюс в свою сторону. Теперь ты будешь чувствовать себя виноватым, и скорее согласишься
–Ты так хочешь, чтобы я поехал?
–Да
–Почему, можно узнать?
–Можно. Обещанная Цкури-сенсеем награда нужна мне сейчас, как никогда.
–Для выполнения контракта?
–Нет. Для того чтобы женщина, которую я люблю, осталась жива.
Фальче поднял взгляд. Атрей выглядел точно так же, как и всегда – занятый своими мыслями, замкнутый и спокойный. Произнесенные им слова никак не вязались с таким его видом.
–Хорошо – кивнул некромант – Я поеду.
–Рад слышать это – отозвался Атрей, ничуть не изменившись в лице – Я свяжусь с сенсеем. Теперь позволь, я нанесу защиту.
–Не понял.
–Маг, о котором идет речь, предупреждал, что место его жительства – довольно опасно. Он защищал его от других некромантов и прочих мастеров той же области. Без защиты ты погибнешь.
–Что за защита?
–Что-то напоминающее обычную татуировку. Это амулет, который нельзя потерять. Сведешь, когда закончишь обучение.
–Согласен – пустой, бесцветный голос обычно живого следователя не вызвал у Атрея никаких эмоций. Он взял с подноса чашку с кофе, подавая ее собеседнику
–Выпей, а не то уснешь прямо в кресле. Я сейчас принесу инструменты.
Некромант глотнул залпом, словно это был не кофе, а водка.
Ему просто нужны перемены... Срочно.
Арна сидела на скамье перед отелем и курила. Она была в растерянности. Вчера, встретившись лицом к лицу с собственной, потерянной еще в детстве из виду матерью, она думала многое ей высказать и многое спросить. Где она была все эти годы, например, и почему не нашла ее, свою дочь. Однако, Лаура ее удивила. Она сама обличительно уставилась на Арну, позабыв, зачем изначально явилась в номер, и даже положив взятую уже сумочку.
–А ты сама? – спросила она – Где была ты? Ты даже не попыталась найти меня!
–Но… – Арна даже не представляла ситуацию с этого бока. И тогда-то ей было высказано все то, что она и сама думала. Эти вопросы преследовали форвалаку не первый год. И вместо ответов – упреки и претензии. Обиженной стороной считала себя Лаура, и уж никак не собиралась каяться. Это было... непонятно. Да. Именно непонятно. Следовало подумать, возможно, задать несколько вопросов. Подсобрать информацию. Порасспросить окружение Лауры. Да чего, собственно, тянуть! В ее распоряжении, буквально под боком, находится сотрудник правоохранительной системы, однажды уже помогший по этому делу. Причем, кстати, совершенно за спасибо помогший. Арна была искренне удивлена тогда – это был первый, на ее памяти, полицейский, делавший такие вещи «за спасибо» и которому это самое «спасибо» было приятно услышать.
Она попросту спросит Фальче. Наверняка, он поведает что-нибудь интересное. Главное лишь найти его. Девушка припомнила, что вчера так и не дождалась его явления. Выпила кофе, и почти сразу пристроилась спать. Умоталась за день, наверно. Видимо, сейчас он должен быть или у себя, или завтракать.
Придя к такому выводу, Арна решила для начала проверить место, которое она про себя обозвала «столовкой». На первом этаже был недорогой ресторан, где постоянно сидели те, кто почему-то выбился из обычного графика. Пройдя по залу, девушка поняла, что не ошиблась. Вон он, Ирфольте, сидит у окна. Только сейчас подойти не получится – там некромант не один, и с кем-то разговаривает. Дождавшись, когда Фальче повернет голову в ее сторону, Арна ему кивнула, дескать, я подожду, но ты мне нужен. К ее удивлению, ведьмак обратился к своему собеседнику, кивком указав ему на форвалаку. Собеседник, моложавый, но какой-то линялый тип, не приглянулся Арне с первого взгляда. От него так и тянуло запретной магией, да так, что у нее вся шерсть на загривке дыбом бы встала. Будь она Эфлой – уже трясла бы с типа документы и добивалась, кто он такой и какого Лиса тут ошивается. Но Арна не была Эфлой, поэтому лишь удивилась такому повороту сюжета. Фальче, перекинувшись с типом парой слов, жестом пригласил форвалаку к ним. Она подошла, все сильнее удивляясь и даже настораживаясь. Что могло случиться, отчего она могла быть нужна этому проходимцу? И главное, почему Фальче ее сдал?..
–Привет – усмехнулся ведьмак в ее сторону, и Арна насторожилась еще больше. Может, подумалось ей, он там ночью втихаря накурился какой-нибудь пакости, и уровень агрессивности, обычно находящийся у следователя недалеко от плинтуса, неудержимо полез вверх? Фальче улыбался так, словно она была, как минимум, его едой. Арна никогда прежде не видела у него такого выражения на лице. Жесткого и хищного.
–Вот и госпожа Аэддин – произнес он хрипловато, и сделал вежливый жест в сторону Арны. И даже этот жест выглядел сейчас насмешливым фарсом, хотя некромант всегда относился к форвалаке доброжелательно. В глаза бросилось что-то непривычное. Сосредоточившись, Арна уловила, что – по смуглой руке змеилась татуировка. Текст латиницей, выполненный готическим шрифтом. На смуглой коже это выглядело, как на пергаменте, или как пародия на «Некрономикон» – помнится, Эфла рассказывал об этом литературном шедевре, вслух радуясь, что у кое-кого каркливого не дошли до книг руки. Фолиант, обтянутый человеческой кожей, был не тем предметом, который Эфле хотелось увидеть в распоряжении совершенно не знающего, что с ним делать, мага.
