Текст книги "Охотница на змей (СИ)"
Автор книги: Athalia
сообщить о нарушении
Текущая страница: 32 (всего у книги 53 страниц)
Оказавшись по другую сторону забора, Сакура с любопытством огляделась: по обе стороны от каменистой дорожки, ведущей к внушительному двухэтажному дому раскинулся сад.
– Что за деревья? – поинтересовалась она.
– В основном вишня. Еще есть пара яблонь и кусты айвы.
– Понятно. – Сакура улыбнулась: все это составляло привычную реальность Саске и совершенно новую для нее.
Затем они прошли к дому и поднялись по ступеням на крыльцо. Сакуру охватило приятное волнение: сейчас она наконец-то увидит как живет тот, кого она любит всем сердцем. Ключ повернулся несколько раз в замочной скважине и перед Сакурой распахнулась дверь, из-за которой сразу же ударил в нос запах чего-то вкусного.
– Заходи, – Саске пропустил ее вперед.
Пройдя в прихожую, Сакура начала озираться: ее взору открылась большая гостиная с диваном и креслами, расположенными вокруг столика с камином напротив. На стене висели большие портреты темноволосых мужчины и женщины – должно быть, родителей Саске. Судя по домашней обстановке, его отец был весьма состоятельным человеком.
– Добрый вечер! – Им на встречу вышла Изуми Учиха – лектор по философии.
– Привет, – поздоровался Саске.
– Здравствуйте, Изуми-сенсей, – вежливо произнесла Сакура, коротко поклонившись. Та смотрела на нее словно на диковинную зверушку.
– Так. Сенсеем я буду в университете, а здесь – просто Изуми, – с лёгкой улыбкой, но твердостью в голосе отозвалась она. – Мойте руки и проходите на кухню, я приготовила такояки.
– Привет! – Вслед за ней показался Итачи.
– Добрый вечер! – Сакура старалась говорить более уверенно, подавляя охватившее ее смятение от встречи с преподавателями в новом амплуа.
– Сакура, руки можно помыть там, – Саске показал на дверь в коридорчике между гостиной и кухней.
– Ага. – Сняв рюкзак, она прошмыгнула туда и, оказавшись в ванной комнате, с любопытством начала изучать обстановку. Ванна, унитаз и раковина сверкали чистотой, а в воздухе витал приятный аромат какого-то то ли косметического, то ли моющего средства. Прикосновение к элементам повседневности Саске вызывало радостный трепет и казалось захватывающим.
Разместившись на кухне за столом вся компания приступила к поглощению такояки, ведя попутные разговоры. Сакура в основном молча слушала, но чувствовала себя все более раскрепощенно: образы строгих лектора и экзаменатора постепенно стирались, и им на смену приходили обычные родственники ее молодого человека.
– Спасибо, Изуми-сенс… Изуми-сан. Было очень вкусно, – поблагодарила ее Сакура, доев свою порцию.
– Пожалуйста. Сейчас налью чай. – Та встала из-за стола.
– Саске, – обратился к нему Итачи. – Может, сейчас все вместе посмотрим ваши фотографии из Перу? А то ты уже дома целую неделю, но так нам ничего и не показал.
– Не было времени, – отозвался Саске. – Но посмотреть сейчас – неплохая идея. – Он подошел к своему рюкзаку и извлёк оттуда флешку, после чего вставил ее в телевизор, расположенный на кухне напротив общего стола. Изуми разлилила по кружкам чай и поставила тарелку с нанизанными на палочки данго. Вскоре на большом экране появился кадр с тук-туком.
– О, тук-тук! – оживилась Сакура, стараясь включиться в общение, чему совместный просмотр фотографий способствовал как нельзя более кстати.
– Это такой мотороллер? – уточнила Изуми. – Я видела их по телевизору.
– Да. Там это очень популярный транспорт, – пояснила Сакура. – В провинциальных городах – даже основной.
– В азиатских тропических странах они тоже популярны, – добавил Саске и переключил пультом на следующее фото.
– А это – зебу, – опять взяла инициативу Сакура. – Такая горбатая тропическая корова. Ее охватила ностальгия: в голове всплыли радостные эмоции, которые она испытывала при знакомстве со всеми этими элементами, тогда казавшимися чем-то из другого мира.
Один кадр сменялся другим. Перед глазами мелькала ставшая уже родной станция, джунглевой лес во всем своем великолепии, различные представители флоры и фауны. Сакура будто заново проживала эту поездку: с каждым объектом на фото у нее была своя ассоциация – зачастую очень личная, волнующая и являющаяся одним из звеньев цепи построения отношений с Саске. Через некоторое время на экране появилась фотография, где она держит змею, названную в ее честь.
– Хороший кадр. Что это за змея? – спросил Итачи.
– Oxybelis sakura, – невозмутимо ответил Саске.
– А, вот она какая, – протянул Итачи. Сакура смущённо улыбнулась: ей стало интересно, как и когда Саске сообщил им об этом описании.
– До чего красивая! – вставила Изуми, переводя взгляд на Сакуру. – Очень подходит к твоим глазам. Сакура с сакурой.
– Я так и сказала, когда Саске меня фотографировал, – поделилась она, отмечая, что градус общения с его родными теплеет все сильнее.
Когда просмотр фотографий был закончен, а чай – выпит, Изуми поставила на стол блюдо с красными яблоками, содержащими зеленоватые вкрапления.
– Кстати, это яблоки из нашего сада, – уточнила Изуми, обращаясь к Сакуре. – Сорт Фуджи.
– Ух ты, спасибо! – Она взяла одно и откусила кусок. Яблоко оказалось сочным и в меру сладким. – Вкусно.
– Может кто-то хочет апельсиновый сок? – выступила Изуми со следующим предложением.
– Давай, – отозвался Итачи.
– Я не буду, – отказался Саске.
– Можно, – согласилась Сакура, очередной раз ловя себя на мысли, какая Изуми дружелюбная и хорошая хозяйка.
– Держи. – Та протянула ей стакан.
– Спасибо! – Она аккуратно приняла его и тут заметила, что в соке плавает нечто маленькое и тёмное.
– Ой! Кажется чаинка попала! – спохватилась Изуми, тоже это увидев, и подала Сакуре чайную ложку. – Извини, не заметила.
– Ничего страшного, Изуми-сан. – Она моментально избавилась от инородного предмета.
– Кстати, готовься к подарочку! – с хитрой улыбкой произнесла Изуми.
– К подарочку? – озадаченно переспросила Сакура, не понимая что та имеет ввиду.
– Да-да. Чаинка в стакане означает скорый подарок, – наставительно произнесла Изуми, поднимая вверх указательный палец.
– У тебя каждое явление что-то означает, – улыбнулся Итачи. Сакура хмыкнула: она не знала, что их лектор по философии настолько суеверная.
– Я уже к этому привык, – сказал Саске, пристально посмотрев на Сакуру. От его взгляда она вздрогнула, охваченная волнительным возбуждением, а затем случайно зацепила рукой лежащее рядом яблоко, которое тут же покатилось и упало на пол.
– Ой! – воскликнула Сакура, поднимая фрукт, а затем вылезла из-за стола и направилась к раковине, чтобы помыть.
– А упавшее со стола яблоко тоже что-то означает? – с лёгкой усмешкой спросил Итачи у своей жены.
– Кстати, да! – уверенно заявила Изуми. – И я не придумываю. Могу даже в книге показать. Упавшее со стола яблоко… Только не специально уроненное, – уточнила она. – Так вот, это означает – свидание с возлюбленным. Не хочу никого вгонять в краску, но ведь именно это сейчас у вас и происходит. И скажите еще, что все мои приметы – ерунда. – Сакура помыла яблоко и повернулась к Саске: казалось, слова Изуми его совершенно не смутили. Скорее всего, он действительно привык постоянно слышать от нее что-то подобное и поэтому абсолютно не напрягался.
Когда стрелка часов приблизилась к двенадцати, собравшиеся, пожелав друг другу спокойной ночи и поблагодарив за хорошо проведённый вечер, начали расходиться.
– Нам на второй этаж, – сообщил Саске Сакуре, когда они вышли из-за стола.
– Угу, – отозвалась она, осознавая неумолимо приближающийся момент уединения и испытывая по этому поводу все больше разрывающих изнутри эмоций.
========== Глава 38. Подарочек. ==========
Сакура поднималась с Саске по лестнице: чем ближе была верхняя ступень, тем сильнее колотилось сердце. «Готовься к подарочку» – всплыло в голове пророчество суеверной Изуми. Тем временем они оказались на втором этаже: справа открывался вид на просторную, расположенную внизу гостиную, а слева шел ряд комнат, у одной из которых Саске остановился и нажал на ручку двери.
– Заходи, – коротко произнес он, пропуская Сакуру вперед, после чего вошёл вслед за ней и включил свет.
Затаив дыхание, она огляделась по сторонам. Это была большая уютная комната с широкой заправленной кроватью посередине и необходимым набором мебели: парой шкафов, столом с компьютером, стульями, тумбочкой и маленьким столиком. На стенах висели фотографии змей и различных природных мест.
– Если тебе будет удобнее разместиться в отдельной комнате – скажи, – неожиданно предложил Саске, снимая рюкзак и ставя его на стул. Сакура не ожидала такого поворота: он ведь спрашивает это из вежливости? Просто решил предоставить ей возможность выбора? Нет, как бы она ни нервничала – она здесь явно не для того, чтобы спать в другой комнате.
– В этом нет необходимости, – сбивчиво произнесла Сакура, тоже скинув поклажу.
Поставив рюкзак рядом со стенкой, она посмотрела на Саске и, поймав гипнотизирующий взгляд черных глаз, вздрогнула. Мозг получил спасительную команду не думать далеко вперед, и переживания отошли, уступая место сиюминутным желаниям, главным из которых в настоящий момент являлось поцеловать Саске. Всю неделю Сакура провела в томлении и сдерживалась, стараясь потушить пламя, вспыхивающее от одного его взгляда или мимолетного прикосновения. А сейчас его хотелось поцеловать просто до одури и дрожи в коленках.
– Саске… – Она устремилась к нему, сгорая от нетерпения исполнить свое вожделенное намерение.
– Сакура… – Он обхватил ее за талию и, посадив на край кровати, притянул к себе.
Чувствуя, как от прикосновения губ Саске по телу пробегает электрический разряд, а внизу сладостно ноет, Сакура запустила руки в густые черные волосы и с наслаждением начала отвечать на поцелуй, лаская его язык своим сперва медленно и нежно, потом постепенно наращивая темп и приводя движения в быстрые и страстные, а затем опять снижая скорость.
Они целовались долго и ненасытно, словно наверстывали все упущенные возможности последней недели и, утолив наконец первоочередной голод, Сакура честно призналась:
– Я мечтала об этом, начиная с понедельника.
– Неделя выдалась напряжённой, – кивнул головой Саске и, пристально посмотрев ей в глаза, добавил:. – Я тоже этого хотел, Сакура. Скажи… – Он на несколько секунд замолчал. – Ты сегодня специально так оделась? – Она ощутила, как краснеет. Значит, действительно помнит.
– Честно говоря, не было цели, – в замешательстве пробормотала Сакура. – Другой одежды особо не нашлось… Совпало.
– Понятно. А я думал, ты решила меня спровоцировать. – Взгляд Саске блуждал в районе «предательской» пуговицы. Сакура сглотнула: это намёк на дальнейшие шаги? Набравшись смелости и чувствуя, как кровь прилила к лицу еще сильнее, она выпалила на одном дыхании:
– Считай, что я тебя провоцирую! – Он вздрогнул и поднял глаза, в которых она уловила смесь решимости и смятения одновременно. – Только… Можешь убрать яркий свет?
– Сейчас… – Саске встал с кровати, включил тусклый торшер и погасил верхнее освещение.
Комната погрузилась в придающий интимности обстановке и распаляющий воображение полумрак. Саске вернулся к Сакуре и бережно убрал за спину ее раскинувшиеся косы, после чего протянул руки к пуговице и осторожно расстегнул. Она посмотрела вниз и ощутила, как ее застилает пелена смущения, сопровождаемая аккомпанементом флешбека: из-под красного бюстгальтера в обтяжку выглядывала верхняя часть груди. Глаза Саске расширились, а рука робко дотронулась до выступающей выпуклости: от этого прикосновения Сакуру словно парализовало и по телу начали разбегаться мурашки.
– Саске…
– Если посчитаешь нужным меня остановить, скажи. – Он явно пытался сохранять в голосе спокойствие. Пальцы не спеша двинулись к следующей пуговице.
– Все в порядке, – стыдливо пролепетала Сакура, стараясь не поддаваться накатывающему волнению, пока он устранял преграду в виде остальных пуговиц.
– Сакура… – одной рукой он притянул ее к себе и начал с чувством целовать, а второй аккуратно снимал блузку.
Оторвавшись друг от друга, они отдышались. Сакура прижала руки к бюстгальтеру, набираясь решимости от него избавиться. Саске медленно провел пальцами по ее оголенному плечу, отчего вызвал новую волну возбуждения, захлестнувшую стеснение. Сакура подалась вперед, прижавшись к Саске, а он в это время пытался управиться с непослушной застёжкой на ее спине. Раздался лёгкий щелчок, и она осталась сверху полностью без одежды.
– Саске… – Сакура снова инстинктивно прикрыла руками грудь. – Подожди… – Его грудная клетка быстро вздымалась, а пальцы слегка подрагивали: должно быть, нервничала не только она.
– Не бойся, – тихо произнес он, слегка обхватывая ее длинную косу и проводя до кончика.
Сакура собралась с духом и отодвинула преграду в сторону, предоставляя свое тело в распоряжение Саске, вслед за чем закрыла глаза: так смущения было меньше. Ощутив, как по груди медленно проходят его руки, задевая соски, отчего те мгновенно затвердели, она с шумом выдохнула и в следующую секунду почувствовала, как их слегка прижимают пальцы, совершая неуверенные ласки. Сакура приоткрыла глаза: несмотря на полумрак она заметила разливающийся по лицу Саске румянец. Встретившись с ней взглядом, он поцеловал ее в губы, потом перешел на шею, а затем, опустив голову к груди и замерев на несколько секунд, начал производить медленные движения языком, переходя с одного соска на другой. Внизу стало неимоверно горячо, а с губ слетел лёгкий стон наслаждения.
Чувствуя, как намокает, Сакура к своему стыду осознала, что ей срочно нужно в душ. После целого дня, проведённого в университете, тело требовало водных гигиенических процедур: не хотелось предстать перед Саске несвежей и источающей неприятные запахи.
– Саске, прости… – Он от нее оторвался и в замешательстве поднял голову.
– Тебе не нравится?
– Нравится… – Она сглотнула. – Но мне… Надо в душ! Я совсем забыла.
– А-а-а… Конечно. – Саске нехотя отодвинулся от Сакуры и встал с кровати. – Да… Я тоже, пожалуй, схожу. На втором этаже их два: слева и справа. Иди в тот, что слева.
– Угу…
Стоя под горячей, приятно обволакивающей тело струёй воды, Сакура не могла поверить, что первый шаг сделан. Она смотрела на свою грудь, помнящую недавние ласки и прикосновения, при воспоминании о которых горячие потоки возбуждения разгоняли кровь и ускоряли сердцебиение еще сильнее. Приведя себя в порядок и вытеревшись полотенцем, Сакура надела розовые трусики и такого же цвета халат, после чего осторожно вернулась в комнату.
Саске в это время уже ждал ее на расстеленной постели: на нем была белая футболка и домашние штаны, а снятое покрывало лежало в стороне.
– Давно ждёшь? – спросила она, стесняясь задать вопрос: «Продолжим?»
– Нет. Иди сюда, Сакура, – в его голосе одновременно звучали мягкость и явное нетерпение, что подстегивало и вызывало ответное желание.
– Саске… А можно… Полностью выключить свет? – Сакуре казалось, что так будет проще расслабиться.
– Да. – Он погасил торшер, и в помещении стало совсем темно, однако вскоре глаза привыкли: падающего в окно света от фонаря хватало, чтобы различать очертания предметов и видеть лица друг друга.
Воссоединившись после душа, они сидели на кровати и медленно целовались, в процессе чего Саске осторожно расстегнул Сакуре на халате молнию и она снова осталась с открытой грудью. Уже пройдя через это некоторое время назад и привыкнув, она смущалась гораздо меньше, и сейчас с большей лёгкостью отдала себя в его распоряжение. Отбросив ее одеяние в сторону, Саске принялся неумело мять обе груди, сжимая пальцами соски, однако это вызвало не очень комфортные ощущения, и Сакура, набравшись храбрости, решила направить его на более приятные ей действия, осторожно подбирая слова:
– Саске…
– М? – Он замер.
– Так больновато… Давай как перед душем… – Она стеснялась говорить более конкретно, и просто придвинула его голову к своей груди. – Д-да… – простонала она, ощутив как по затвердевшему соску проходит горячий язык.
Саске продолжал ласкать ее грудь языком, пробуя разный темп, а Сакура, закрыв глаза и запрокинув голову, тяжело дышала: больше всего удовольствия она получала, когда он проводил языком по соску, а при ласкающих круговых движениях состояние приближалось к эйфории.
В стремлении перейти к дальнейшему познанию, Сакура схватилась за края его футболки и начала осторожно тянуть вверх. Оторвавшись от ее груди, Саске поднял голову и, оглядев Сакуру затуманенным взором, помог ей в этом деле. Она провела ладонью по гладкому обнажившемуся торсу и затем плотно прижалась к нему грудью, ощущая новую накатывающую волну возбуждения. Желание усиливалось, и Сакура, получая головокружительное удовольствие от каждого прикосновения и распаляясь в блаженстве ощущений, становилась все смелее и увереннее. Когда Саске снова запустил руку в ее волосы и начал с чувством целовать, она села на его ноги чуть выше колен и принялась медленно тереться о него своей грудью, ощущая как плавится все сильнее.
Саске опустился ниже, прикасаясь губами к шее Сакуры, а затем опять перешел на ее затвердевшие от возбуждения соски, щедро одаривая их мокрыми и чувственными прикосновениями языка. Сакура перестала сдерживаться и откровенно застонала от наслаждения, просунув пальцы в его волосы и обхватив голову.
Прерывисто дыша, Саске прошёлся руками по ее спине и, осторожно приподняв сзади ткань трусиков, начал поглаживать верхнюю часть ягодиц.
– Сакура… – Его руки обхватили края ее единственного оставшегося элемента одежды. – Ты позволишь? – спросил он с придыханием.
Сакура слезла с Саске и села рядом. Ноги инстинктивно сжались. Привыкшей находиться перед ним без бюстгальтера, ей пока было неловко открыться снизу, и она смущённо опустила глаза, набираясь решимости для следующего шага.
– Подожди… – тихо произнесла Сакура, встав с кровати и задернув штору. В комнате воцарился еще больший мрак. – Кстати… А нас не услышат?
– Тут хорошая звукоизоляция и разные этажи, – уверенно ответил Саске.
Она полулегла на спину, облокотившись о спинку кровати, а он осторожно стянул с нее трусики, оставив полностью голой. Чувствуя, как рука Саске проходит по гладкой поверхности ее лобка, она вздрогнула и снова сжала ноги.
– Остановиться? – прошептал Саске, медленно проходя ладонью ниже пупка.
– Не надо, – выдохнула Сакура. – Просто… Мне надо немного привыкнуть.
Он продолжал водить ладонями по животу, отчего горячее чувство внизу продолжало усиливаться и, поддаваясь все более неумолимо закипающему желанию, Сакура тихонько развела бедра. Поглаживающие живот пальцы Саске опускались все ниже и, нащупав половые губы, проникли внутрь, осторожно исследуя самое сокровенное. Несмотря на темноту Сакура все равно зажмурилась, борясь со вновь охватившей скованностью.
– Помедленее и послабее, – тихим дрожащим голосом озвучила она свое желание: с каждым последующим движением напряженность вытеснялась накатывающим возбуждением.
– Я хочу попробовать… – вдруг произнес Саске и усадил ее к себе на колени, принимаясь вновь проходиться языком по соскам, а затем раздвинул половые губы и медленными круговыми движениями пальцев начал нежно массировать ей клитор.
Сакура ощутила такой мощный поток наслаждения, что остатки расплавившейся неловкости тут же были снесены подчистую. Ведомая похотью, она развела ноги шире, а из груди один за другим начали вырываться стоны. Эйфория усиливалась и становилась все неконтролируемее, а горячее ощущение внизу заполняло все больше пространства, разливаясь по телу волнами. Стоны звучали громче и протяжнее. Сакура вцепилась Саске в голову, чувствуя как наслаждение достигает своего пика, извергаясь огненным вулканом и приводя в сокращение мышцы.
С бешено стучащим сердцем и вздымающейся грудью Сакура во все глаза смотрела на Саске, шокированная полученными ощущениями, после чего, отдышавшись и вытерев лоб, легла рядом, а он молча взял ее за руку, переплетая пальцы со своими. Сакура не знала, что надо говорить после того, как тебя довели до оргазма, и решила осторожно продолжить язык тела, на котором их разговор и получаемый в процессе опыт приносили впечатляющие результаты. Ей хотелось доставить удовольствие и Саске, но она плохо представляла как, и нуждалась в его помощи.
– Теперь моя очередь…
Инициируя процесс, Сакура начала гладить его открытую грудь, переходя на живот, но не решаясь опуститься ниже: это была совсем новая для нее область, требующая знакомства и привыкания. Бросив на нее взгляд голодного льва, Саске, казалось, все понял и подтолкнул ее к дальнейшим шагам, обхватив руку за запястье и притянув под штаны. Почувствовав затвердевшую упругую плоть, Сакура вздрогнула и, преодолевая вновь накатившие смятение с неловкостью, начала короткими движениями неумело водить рукой вперёд-назад по его члену. Не видя происходящего глазами, но ощущая, как от стимуляции он увеличивается в размерах, Сакура осторожно усиливала движения. Она боялась сделать Саске больно и старалась действовать очень мягко и аккуратно. Он приспустил штаны и, открыв рот, шумно задышал, а Сакура, чувствуя, как от происходящего распаляется воображение, продолжала ласкать его рукой.
– Сожми… Покрепче, – выдохнул Саске.
Она выполнила эту просьбу, и потоки воздуха из его груди стали вырываться еще быстрее. Набравшись смелости, Сакура бросила взгляд вниз, рассматривая в темноте очертания обхваченного рукой члена и все еще испытывая при этом стеснение, но и удовольствие: сбивчивое дыхание и нарастающее возбуждение Саске делали процесс более чувственным и заставляющим вскипать кровь.
– Сакура… – Саске взял ее за руку, останавливая движения. – Ляг на спину…
– На спину? – Она замерла. Он что, решил попробовать войти?
– Да… Не бойся, я не причиню боли. Я не буду… – успокаивающе-нетерпеливым тоном произнес он.
Сакура сглотнула, терзаясь в догадках, что он намеревается сделать, и, положив голову на подушку, последовала его желанию. Саске тут же оказался над ней сверху, после чего, оперевшись коленями о кровать, начал тереться членом о ее живот, совершая ритмичные телодвижения, сопровождаемые все более учащающимся дыханием. Сакура расслабилась: она боялась, что сейчас произойдёт попытка полового акта, из-за которого было больше всего переживаний, но этого не случилось. Приоткрыв рот, она гладила руками его разгоряченную спину. Дыхание Саске становилось все более хриплым, и когда из груди вырвался короткий стон, он судорожно схватил лежащую рядом футболку и кончил в нее, содрогнувшись всем телом. Впервые наблюдая этот волнительный и интимный процесс, Сакура чувствовала смятение, но вместе с тем ее охватило и удовлетворение: они оба достигли желаемого результата.
Как следует вытеревшись футболкой и бросив ее у кровати, Саске лег на подушку рядом с Сакурой, а она – нежно его обняла, осознавая насколько ближе во всех смыслах он для нее стал.
– Думаю, на сегодня хватит? – спросил Саске, перебирая прядь волос ее распустившейся косички.
– Угу. – Она была рада такому предложению: то, что сейчас с ними произошло, пока еще с трудом умещалось в ее сознаниии, и требовалось некоторое время, чтобы это переварить и двигаться дальше. Кроме того, ощущалась физическая усталость.
– Сакура… – тихо сказал Саске, глядя ей в глаза и проводя рукой по ее щеке. – Я люблю тебя.
– И я тебя, – с улыбкой отозвалась она, чувствуя, как наполняется счастьем.
Никакой стыдливости в настоящий момент не ощущалось, а на смену взбудораженности пришло приятное чувство умиротворения. Положив голову Саске на плечо, Сакура сама не заметила, как провалилась в сон.
На следующий день после пробуждения она сначала не могла понять, где находится, однако уже через несколько мгновений в сознании один за другим стали всплывать фрагменты минувшей ночи, вызывающие в теле одновременно пожар и чувство неловкости размером со слона. От безмятежности, возникшей при засыпании у Саске на плече, сейчас не осталось и следа: осознавая все по-новому, Сакура не могла поверить, что с ней действительно происходило подобное. С каждым новым услужливо преподносимым памятью эпизодом огонь полыхал все жарче, а смущение разрасталось до масштабов динозавра. Саске отсутствовал: должно быть, проснулся пораньше и отправился в душ или куда-то еще, что было, пожалуй, к лучшему.
Сакура зарылась с головой под одеяло: хотелось сидеть там и не вылезать. Она была без одежды, и тело, казалось, хранило каждое бесстыдное прикосновение, воспоминания о которых одно за другим продолжали рождаться в голове и воспламенять и без того разгоряченное сознание.
Временно приглушив рвущиеся наружу эмоции, она принялась анализировать случившееся. «Вряд ли сразу праздник», «не рассчитывай, что сразу словишь оргазм», – звучали в голове слова Ино. Тем не менее, то, что произошло вчера, однозначно расходилось со сказанным ее опытной подругой. Хотя, скорее всего, та говорила именно о полноценном «первом разе», который пока еще так и не наступил. То, что Саске не стал спешить, и их ознакомление с сексуальной сферой произошло именно таким образом, выглядело очень удачным решением: совершив первичное познание тел друг друга и получив удовольствие, можно было переходить на следующую ступень с меньшим страхом и большей уверенностью. Интересно, он сам до этого додумался? Где-то прочитал? Кто-то посоветовал? Скорее всего, второе. Ведь это являлось совершенно новой для него областью и, к тому же, – слишком деликатной, чтобы спрашивать чьих-либо советов. Сакура могла обсудить с Ино любую тему, но была уверена, в том, что такой человек, как Саске точно не будет обращаться к кому-то с подобными вопросами.
Желудок издал голодный позыв, и Сакура поймала себя на мысли, что не ела со вчерашнего вечера. Выглянув из-под одеяла, она бросила взгляд на настенные часы, которые показывали уже два часа дня. Глаза удивлённо расширились: во сколько же они с Саске уснули?
Неловкие воспоминания атаковали с новой силой: на этот раз в голове зазвучали собственные стоны, будто она слышит их со стороны. Она так может? Она так умеет? На Сакуру опять обрушилась плита стыда, неумолимо прибивая к земле и не давая возможности подняться. Как теперь вообще показаться Саске на глаза?
Понимая, что она не сможет просидеть под одеялом вечно и нужно как-то приспосабливаться к своему новому состоянию, Сакура вынырнула из уютного убежища и направилась в душ, предварительно отыскав халат и взяв комплект чистой одежды. Роняя во время мытья взгляд на различные участки тела, она продолжала вспоминать, как их ласкали пальцы Саске или его мокрый язык, отчего внутри возникало состояние невесомости, а во рту пересыхало.
После водных процедур Сакура облачилась в лёгкое салатовое платье и скрутила волосы в пучок, а затем, собравшись с духом и надев тапочки, осторожно вышла наружу. Она тихо двигалась вдоль комнат второго этажа в сторону лестницы и, проходя мимо открытой двери, вздрогнула: за столом сидел Саске и что-то печатал на своем ноутбуке. Должно быть, это и был его рабочий кабинет.
– Саске, – окликнула его Сакура, встав в дверном проеме и ощущая как язык становится ватным. Что ему сейчас сказать? Он обернулся: его щеки выглядели порозовевшими, а в глазах застыло смятение. Так же взволнован? Сакура нервно сглотнула. Перед глазами возникла картина: она в ночном полумраке сжимает его возбужденный член. И как теперь с ним общаться? О чем говорить?
– Сакура, доброе утро, – непривычно быстро ответил Саске. – Заходи.
– Точнее, добрый день, – зачем-то конкретизировала она и, приблизившись к нему, тут же перевела тему на насущные дела: – Чем занимаешься? – Это отвлекало от неловких мыслей.
– Пытаюсь… Пишу свою статью, – сразу же поправившись, произнес он. Сакура мельком взглянула на экран ноутбука и прочла там всего одно слово «Introduction», или, другими словами, «введение». Неужели процесс не идет? Рядом стояла подарочная кружка с амфисбеной, однако сейчас было совершенно не до нее.
– Вот как… А ты уже завтракал?
– Нет, только выпил кофе. Но сейчас время обеда. Пойдем на кухню? – Саске взял кружку и встал из-за стола. Сегодня на нем была синяя футболка и чёрные домашние штаны. Вспомнив, что случилось с белой футболкой, Сакура ощутила, как лоб покрывается испариной.
– Пошли! – Она воодушевилась данным предложением: хотелось есть и была надежда на то, что обед разрядит эту напряженно-неловкую обстановку.
На кухне за плитой стояла Изуми и переворачивала булькающие в растительном масле на сковороде пельмени гёдза. Над плитой мерно шумела вытяжка.
– Добрый день! – поздоровалась с ней Сакура.
– О, привет! – дружелюбно отозвалась Изуми, обернувшусь. – Скоро будет еда. Можете пока садиться за стол. – Сакура поймала себя на мысли, что та весьма тактична и не отпустила ни одного комментария по поводу столь позднего пробуждения.
– Ага, спасибо. – Саске направился с кружкой к раковине.
– Какая там у тебя кофейная гуща, – заметила Изуми. – Хоть бери и гадай.
– А вы умеете гадать, Изуми-сан? – спросила Сакура. Их лектор по философии не переставала удивлять.
– Умею!
– А можете показать? Никогда не видела, как гадают на кофейной гуще. – Не то чтобы Сакура верила в подобное, но ей стало любопытно на это посмотреть.
– Саске, – с лёгкой ухмылкой обратилась к нему Изуми. – Ты не против, если я тебе погадаю? Ведь этот кофе пил ты.
– Мне без разницы, – пожал плечами тот и поставил кружку рядом с плитой. – Все равно я во все это не верю. – Он включил чайник. «Готовься к подарочку» – уже не первый раз пронеслось в голове у Сакуры пророчество Изуми. Пожалуй, те ощущения, что она испытала минувшей ночью, вполне можно расценивать, как «подарочек». Но это конечно же было простым совпадением. Сакура отметила про себя, что за разговорами о кофейной гуще градус неловкости заметно снизился.
– Хорошо, за время гадания как раз доготовится обед. – Изуми налила в сковородку воды и закрыла крышкой. – Давайте сядем все за стол. – Она взяла блюдце и, когда все расселись, накрыла им кружку с гущей, после чего протянула Саске. – Прокрути кружкой три раза по часовой стрелке, затем переверни, чтобы гуща стекала в блюдце, сосчитай до семи и потом верни кружку в исходное положение. Вообще, если гадать строго, то прежде чем начинать пить кофе, нужно мысленно задать вопрос, на который хочешь услышать ответ. Но мы проведём гадание общего плана, без вопроса. Просто чтобы показать это Сакуре. – Саске выполнил просьбу Изуми, и на его лице, казалось, не дрогнул ни один мускул.
– Держи. – Он передал ей кружку, на внутренней стороне которой рассредоточился причудливый коричневый узор от вытекшей гущи. – Кстати, есть заваренный зеленый чай?
