Текст книги "Ни слова, господин министр! (СИ)"

Автор книги: Наталья Варварова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 37 страниц)

Глава 93.

Но этот день стоило назвать днем Разгневанной матери. Мало мне было Робертины в ярости, так еще случилось напороться на Клавдию. Ее вдовствующее Величество почти не появлялась в академии сына – и сегодня сделала исключение.Я еще не успела распробовать десерт, когда князю доложили о прибытии королевы. Маг сделал вид, что ему жаль оставлять меня один на один с шоколадным пудингом. Но тут же заявил, что на вечерней тренировке спуску не даст и ни один лишний грамм сахара не успеет испортить мне талию.

Мы обедали в его личной столовой. Поэтому с уходом Родерика я особо не торопилась. Кабинет в другой стороне. Помешать приватной беседе я не могла.

Сначала расправилась с пудингом, потом приступила к чизкейку. И неизвестно, чем бы я все-таки завершала трапезу, если бы меня не прервала Клавдия собственной персоной.

Пришлось вскакивать и почтенно приседать. Наверное, ее сына опять куда-то срочно вызвали. Половина разговоров с Конрадом обрывалась именно таким образом.

Клавдия выглядела не так хорошо, как леди Бланш. Между ними вряд ли имелась разница больше, чем в десять-пятнадцать лет – причем моя мама была старше. Королева в последние годы немного располнела. И вообще, мне кажется, женщины, прибывшие с Элидиума, резко теряли молодость где-то после семидесяти, если сравнивать с магичками из нашего мира.

Неужели и Родерик с возрастом станет грузным? Я тряхнула головой. Во-первых, в бесконечных сражениях ему бы дожить до седины, а, во-вторых, – я все равно этого не увижу.

– Я бы настоятельно советовала, Оливия, отказаться от безумного плана. Дети Родерика получат сильный дар, и одна ты не справишься. Не воображай, что я или он позволим тебе исчезнуть с малышом. К тому же риски, что ты и ребенок погибнете во время беременности, велики. Магия Конрадов не только редка, но и чрезвычайно опасна.

На секунду я потеряла дар речи. Вот такого от мамы я не ожидала. Она выдала меня Клавдии…

– Не надо кислых мин, девочка. Взлом сокровищницы невозможно не заметить. Я о нем знаю, потому что еще со времен, когда был жив муж, контролирую стражу во дворце. Стефану тоже известно. И это плохо. Он видит в Родерике соперника и, боюсь, уничтожит тебя и плод до того, как доберешься до ближайшей границы.

Хоть бы Родерик оказался далеко отсюда и не слышал нашу милую женскую беседу.

– Я в состоянии себе защитить. Что мне ваш Стефан и придворные интриги – брат в разы слабее князя… Вы, мама, папа, Родерик, и, правда, ждете от меня, что я сложу свою жизнь на алтарь, откажусь от главной, такой естественной потребности? Светоча не бывает без любви. Вы всегда внушали про долг, обязательства, необходимость делиться даром. Но, сколько бы я ни вникала, как проходит обмен со стихиями, как я рассеиваю силу… все это сводится к тому, что радость живет внутри. И когда ее много, я отдаю.

Королева не перебивала. Она пытливо вглядывалась мне в лицо и слушала. Клавдия не привыкла, чтобы окружающие смели ей перечить. Возражения принимались либо внутри семьи за закрытыми дверями, либо от Робертины, у которой тоже имелось право голоса.

– Почему я считаюсь сильным Светочем? Учителя вечно ворчали, что я мало старалась. А я мечтала пойти по стопам матери и обманывать смерть. Играть в эту чудесную кропотливую игру. И вместо этого мне выдано другое – улучшать и благоприятствовать. Все подряд, всему подряд… Родерик хотя бы научил усиливаться в нужные моменты: онцентрироваться на конкретных людях или предметах.

– Как же вышло, что ты сильный Светоч, если не хотела им стать? – поинтересовалась Клавдия.

Сейчас она как позовет Родерика. Или, может, прикажет гвардейцам забрать меня в тюрьму. Я, наверное, стану первым отдающим магом Фересии, который угодил за решетку. Они же все почти святые.

– Вы знаете нашу семью. Я росла в атмосфере безусловного обожания. В школе со мной возились, видя задатки целителя. А в десятилетнем  возрасте я встретила человека… Такого, какого многие ищут всю жизнь. За все эти годы он ни разу на меня не разозлился… Светоч – это любовь. Почему всех так возмущает, что я решила ее сохранить?

Королева неожиданно улыбнулась. Не так открыто, как мама, а коротко и печально. Улыбка скрыла чуть опущенные щеки, а в глазах появилось знание. То самое, которое приходит с опытом и зовется мудростью.

– Тебе повезло, Оливия. Не только быть любимой, но и иметь характер, и еще доброе сердце. Его ты старательно прячешь за полудетской бравадой. Любовь, она разная. Тихая, потаенная, неизменная – это тоже она. Ты умеешь любить. В этом и заключается твой отдающий дар. Мало кто из людей наделен им в такой степени.

Оторопела. Нотации внезапно кончились? И можно ли сказать, что меня похвалили… Но не в правилах королевы-матери отступать от своего. Можно быть уверенной, что она зашла неслучайно.

– Спасибо, – я плохо понимала, куда девать руки. Да и глаза. – Я пойду?

– Подумай о Родерике. Ты решаешь за него, какое будущее вас ждет. В Элидиуме, откуда я родом, есть схожий обычай. Нет, все ночи и все факты остаются при тебе, – но, чтобы забыть чувства до брака, молодожены иногда выпивают эликсир. С приятным клубничным вкусом… Это необязательно, но отец Стефана и Родерика настоял, чтобы я была чиста даже в помыслах, раз удостоилась чести возлечь с ним. Конечно, пила его я одна.

Все так. Клавдия вышла замуж не в юном возрасте. Фактически, ее заставили. По своей воле она вряд ли бы согласилась, памятуя о том, что все ее предшественницы погибли при родах… Наверное, будущая королева успела пережить как минимум влюбленность.

Нет, у нее не получится вызвать у меня сострадание. Я плохой Светоч. Черствый.

– Мне жаль, моя королева, – почти против воли прошептала я. – Это, должно быть, похоже на то, что забрали самое дорогое.

– Больше всего это похоже на пустоту, – усмехнулась Ее Величество. – Серые глаза возлюбленного врезались в память, но что в них заключалось особенного, я уже не объясню. Поэтому мы с мужем были счастливы… Когда виделись.

Она никогда не называла супруга по имени.

– Когда родился Стефан я все еще бродила без единой эмоции. Они вернулись, наверно, только во время беременности младшим. Когда меня стали склонять к аборту под предлогом, что малыш слишком напитан тьмой… Тогда я устроила замечательную истерику и стала чуть больше похожа на себя. Но перед старшим я виновата. В любви ему купаться не пришлось. По твоей логике, в нем вообще не должна была пробудиться магия.Жаль, что я так увлеклась десертами. Надо было исчезнуть, как только Родерик встал из-за стола. Меня пробивал легкий озноб. Эта женщина, хотя мы не общались с ней подолгу, мне не чужая. Но лишиться воспоминаний об одной ночи – это совсем не то, что выдрать из сердца любой намек на чувства…

Но какие люди до сих пор варвары. И в Элидиуме, и в нашем мире. И, главное, что я ничуть не лучше.

– По-вашему, мне надлежит сдаться? Уступить его этой Ау.. Ав..

– А просто поговорить с ним? Дать понять, что только он и больше никто… Да, он не сразу поверит, но хотя бы задумается. Чужая девушка или та, от которой он много лет не отходит.

Клавдия первая выступит против меня, стоит Родерику заикнуться при ней… Но ведь князь такой упертый, похлеще меня. И если он где-то в глубине души допускает мысль…

Один его косой взгляд, и я лишусь даже надежды на счастье. Ребенок не заменил бы своего отца, но с ним я нашла бы смысл продолжать.

Клавдия заметила во мне сомнения:

– Завтра в академии выпускной бал. Разве это не подходящий предлог, чтобы хотя бы намекнуть? Ну, и отдать ему зерно, которое ты прячешь. Оно не причинит никому беды и более чем убедительно подкрепит твои слова. В конце концов ты чуть не погибла, добывая его.

– Зачем это вам? Вы на много лет вперед распланировали, что делать обоим сыновьям.

Клавдия уже махнула мне головой, указывая, что аудиенция, о которой я не просила, окончена. Тем не менее, она ответила:

– Ты, как украденное тобой семя, источник неопределенности, девочка. Я умею смотреть правде в глаза. В тебе сила Родерика и его погибель. Глупо упускать тебя из виду.

Я вылетела из княжеских покоев. Все должно было решиться этой ночью. Но что же теперь?

Глава 94.

Оливия Бланш, 18 летТапочки на мягкой подошве и с меховыми помпонами, – Родерик любил милые нелепые подарки, – мягко ступали по стылому полу. На всякий случай, я еще завернулась в заклятие невидимости.

Коридор совершал поворот и заканчивался дверью в спальню Его Высочества.

Последняя ночь, когда мы с Родериком под одной крышей. Потом я покину академию боевиков и вернусь домой, а он отправится в Тахию. У них там новый виток переговоров.

Времени не осталось. Семечко через несколько дней усохнет. Это мой единственный шанс переспать с лучшим другом; я и так тянула непозволительно долго. Все время чего-то ждала.

Наверное, знака. Вдруг бы князь схватил меня за руку и признался, что свет без меня не мил… На самом деле ведь так и есть. Просто он привык видеть во мне ребенка и сейчас боится признать, что избалованное дитя выросло. Перемены неизбежны… Кому он будет читать нотации? Отгонять поклонников? Он же без меня заскучает.

Но тогда возникал другой вопрос: куда я собралась бежать? Как ни крути, в глубине души уверена, что он и так мой.

Эх, для надежности надо было все придумать иначе. Сначала признаваться в чувствах, а право на забвение оставить про запас. Нет, я себя знаю. Окажись он ко мне равнодушен, то я бы не стала его заставлять. Даже если он никогда не догадался бы, что именно я провернула.

От такого количества предположений голова разболелась не на шутку. Тем более Родерик выполнил свое обещание и гонял меня шаровыми молниями по всему тренировочному полю. И что он этим доказал? Что хороший боевой маг меня легко прихлопнет, если я перестану таскать на себе тонны защиты?

Я прижалась лбом к мощной дубовой двери. Попробовала включить дополнительный слух. Что он там… Неужели моется. Воды лилось столько, будто в ванне громыхал водопад. Это же подходящий момент. Снять его личные чары с замка мне ничего не стоило. Проскользнуть в комнату, залезть под одеяло…

А если он все-таки немножко надеялся, и я просто предложу ему… Конечно! Предложу магический союз. Самый перспективный за много веков подряд. Из меня получится отличный Светоч. Даже индикаторы у приборов иногда зашкаливало.

Нет-нет-нет, вдруг он согласится не совсем добровольно. Он же такой ответственный и считает, что я на его попечении. Пойдет у меня на поводу, а сам будет страдать – мол, подвел семью, нарушил слово, испортил отношения с братом.

Непризнанный брак нам не позволят заключить быстро. Начнутся стоны, что я еще так молода, что мы не получали разрешений…

Хватит. Так недолго сойти с ума. Я потянулась к дверной ручке.

Пожалуй, расскажу ему все, как есть. Про любовь. Ну, то есть без истории про то, как я взламывала сокровищницу. Он же меня убьет. А на мертвых не женятся.

Вода вдруг перестала. Босые ноги прошлепали к кровати. Безалаберный. Ведь наследил же. И голый небось. Так, пусть оденется. Я подожду еще… Секунды складывались в минуты, а я так и стояла, сжимая ручку ледяными пальцами. До тех пор, пока не раздался новый звук – мерное сопение.

Как, нет, как? Он взял и уснул. А подумать обо мне перед сном?! Я чуть ли не бегом возвращалась в свою комнату. Возможно, предлагать себя в жены настолько бесчувственному человеку – не такая уж хорошая идея.

******************

На следующий вечер моя голова почти лежала на плече у князя. Он кружил меня в танце, и отсюда наблюдать за выражением его лица гораздо удобнее. Губы он сжал так, словно сильно злился.

– Когда этот танец закончится, ты откажешь всем кавалерам. Тут есть твои знакомые девушки. Поболтай с ними, потом вернешься к отцу… Ты еще даже не дебютантка, а добрая половина зала уже тянет руки… Это недопустимо.

Давно я не выезжала с Родериком на светские мероприятия. Точный ответ – никогда. Разве что девочкой сновала между гостями у нас дома и мешала ему играть в бильярд с другими лордами.

Этот танец должен был принести мне несказанную радость. А потом я собиралась отозвать князя в сторонку на пару слов. Ведь вчера открыться не вышло.

Но Его Высочество вообще не расположен к обмену мыслями. Он разве что еще не вскипел.

Тьма в зрачках пульсировала, указывая, что магия так и норовила найти выход.

– Я все сказал, – процедил он в ответ на мой изучающий взгляд.

– Родерик, ты ведешь себя дико, не находишь?

Пока что мы попадали в такт музыке, однако от досады я начинала пропускать шаги. Он делал вид, что все в порядке и крутил меня, не замечая промахов. А ведь наши колени соприкасались – иногда и бедра. Мне и без того сложно сосредоточиться, а тут еще его странные слова.

Я растерялась. Но ведь это похоже на ревность…

– Этот мальчишка Фархардов вцепился в тебя, как приклеенный. Его, что, не учили, что девушку надо держать, как вазу… Арзиз, тот нагло об тебя терся. Высший свет – не место для юной леди. Нечего здесь делать.

– А куда мне податься, Родерик? У мамы уже отдельная папочка с кандидатами в мужья. Поможешь выбрать достойнейшего? Чтобы делом занимался, а не в столице картежничал?

Он резко встал. Я опрокинулась на него. Уместно ли выяснять отношения на виду у сотен людей… Мне уже было все равно. Разговор нашел меня сам.

– Что за чушь! Какой муж? Тебе едва восемнадцать. Потокам нужно устояться. Эмоциям стать более зрелыми. Столько навыков, которые ты еще не освоила. Я хотел с тобой поговорить… Есть отличный колледж в Элборне для магичек твоего возраста. Мы с этой страной не очень ладим. Я на всякий случай подыскал еще два… Ты получишь начальную ученую степень и даже нормально выучишь атакующие приемы. А, главное, будешь в безопасности.

– От партнеров по танцам или от кандидатов в мужья?

– От всех, – горячо заверил меня Родерик.

Одна его ладонь прожигала мне спину, другая нежно сжимала пальцы.

– Ты понимаешь, что твоя забота о дочери целительницы уже за рамками дружбы. Кого ты хочешь из меня вырастить и зачем?

– Оливия, ты в своем уме? – почти заорал он. – Немедленно выкинь этот бред из своей головки. Я никогда не думал о тебе в качестве любовницы… Вернее, думал, но совсем про другое!

Кажется, невидимый полог он накинул первым. А, может, это сделала я. Но сейчас их два. Они накладывались друг на друга и выдавали неожиданные световые эффекты, которые могли наблюдать только я и он.

– Оливия, две недели рядом… Я больше не в состоянии закрывать на это глаза. И момент, как всегда, неподходящий. Мы на пороге войны. Если важный союзник сейчас отвернется… Я планировал тянуть с отказом от помолвки еще пару лет. Дать больше времени тебе и себе.

Разумеется, признаться в любви он мог бы и получше. Но я хорошо представляла, какой груз лежал на плечах князя. Если все так, то он готовился разорвать столько связей одним махом.

Я встала на цыпочки. Зацепилась за его плечи, чтобы быть ближе.

– Кто я для тебя, Родерик? Избавь меня от иллюзий, прошу. Я хотела следовать за тобой всюду, чтобы оберегать. Потом хотела… в общем, неважно.

– Ты для меня все... Все, о чем я только могу мечтать, – глухо выдохнул он.

В груди сдавило, а потом вспыхнуло. По-моему, моя магия сейчас засверкала по всей зале, даже по углам. И живое семечко тьмы, которое я прятала под сердцем, тоже заволновалось. То ли из-за моей буйной реакции, то ли ловило жар, идущий от мага.

– Мой князь, вы такой правильный. Иногда до скрежета зубов. Давайте позволим себе внезапный порыв? И потом я готова ждать вас столько, сколько понадобится…

Я соединила наши губы.

Мда, я не спала всю ночь, сочиняла новый план. И, по сути, весь он заключался в поцелуе, который должен был сбить Родерика с толку и выдать то, что он меня прятал.

Сейчас в нем уже не было смысла, но я не могла остановиться. Чувства, годами загоняемые внутрь, рвались к нему. Губы наконец дотронулись до мужчины. Но гладить мало. Дальше тоже что-то должно быть… И в этот момент Родерик ответил.

Не знаю, сколько прошло времени. Пары исполняли уже другой танец, но я словно оглохла и онемела. Потом только до меня дошло, что это действовали два полога сразу и что Родерик успел увлечь меня к ближайшей колонне. Теперь я прятала лицо у него на груди.

– Нахаленка. Я должен идти.

Ха, а он зарылся мне в волосы и разговаривал оттуда.

– Я все решу. Обещаю. Езжай домой. Хорошо?

Кивнула. Разве мне здесь медом намазано, за кого он меня принимает… Правда, ворчать уже было лень.

И, тем не менее, прямо в небесах, где сейчас пребывала, я ощущала спрятанную от нас угрозу. Тьма в его груди билась в такт сердцу, но чуть более резко. Зернышко, что я пригрела у себя, тоже задергалось, забилось.

Опасность нависла над Родериком прямо сейчас. Он и не подозревал о ней, а я не улавливала источник. Что же делать?

– До встречи, милая.

Князь поцеловал меня в лоб, хотя щиты уже сняты.Пути назад больше нет.

Глава 95.

Оливия Бланш, 18 лет, через час-два после бала

Во дворец я попала без особых сложностей. Скользила по пустым неосвещенным коридорам, словно призрак. Спасибо продвинутым артефактам, но здесь все же полно предметов, способных меня засечь.

Мне случалось бывать в главной королевской резиденции по поручениям мамы и с личным доступом от Клавдии. Так что я вроде как не чужачка. Портал открывался на общий уровень, а дальше в ход шли маскировочные приспособления и собственное умение лавировать между магпотоками.

– Ты великолепна, Оливия, кто спорит, а еще совершенно безумна, – мысленно ворчала я, чтобы напряжение не перехлестывало через край.

Я так же легко перебралась в правое крыло. Тут сосредоточены личные покои особ, приближенных к семье. Но зачем мне сюда? Что вообще происходит?

Дело в том, что у сокровищницы отсутствовало постоянное место в пространстве. Дорогу без всяких сложностей находили лишь Конрады. Ну, или такие, как я, – кто имел цель, которая совпадала бы с желаниями дремавшего внутри нее источника тьмы.

Покрутила головой в разные стороны. Прохода в хранилище нет и в помине, но меня притянуло сюда. Теперь я дергалась от каждого собственного вздоха, мечтая избежать встречи с охраной и пространных объяснений.

Покинула бал я, пожалуй, поспешно, несмотря на предложение князя не торопиться. Да, я могла бы поболтать с девчонками из своего пансиона, но было совершенно неуютно находиться в зале после ухода Родерика.

Даже реши я продолжить танцы, как будто ничего не случилось, то у меня бы не вышло. Семечко больше не унималось ни на минуту – лишь взвинчивало темп колебаний. Так как дергалось оно рядом с магическим центром, у самого сердца, то возникала иллюзия, что это моя сердечная мышца сейчас не выдержит и лопнет.

К тому же не покидало ощущение, что на балу за мной наблюдали. Резкое, обжигающее прикосновение инородной магии царапало по нервам. Меня внимательно рассматривали, а, может, пытались что-то внушить. Это было странно, потому что Светочи не воспринимали подобные приказы… Впрочем, кто бы об этом знал? Отдающий дар до сих пор изучен плохо.

Времени раздумывать о странностях этого вечера не осталось. Я сообразила, как лучше выпутываться. Надо побыстрее вернуть частицу темной маги туда, где я ее взяла. Это чуть ли не единственный инструмент, чтобы воздействовать на темную энергию Конрадов. А я его никак не применила. Только взбаламутила общий фон.

Других объяснений своей тревоге я не видела. Родерик не должен пострадать из-за моей опрометчивости.

Надо лишь снова войти в сокровищницу. С ростком, над которым в наших землях так трепетали, уверена, мы договоримся снова. В прошлый раз он весь поместился у меня в ладошке и доверчиво трепетал неразвитыми корешками.

Первая неприятность поджидала на выезде. Перед шлагбаумом скопилась огромная пробка из экипажей. Их почему-то останавливали и досматривали. Торчать на одном месте лишний час по чьей-то глупой прихоти не входило в мои планы.

– Папочка, я пересяду к Орлеям? Они стоят за четыре кэба за нами. Немножко посекретничаем с Аглаей. От них вернусь домой порталом. Ровно к одиннадцати, до прихода мамы.

Отец дремал. Он с утра жаловался на мигрень. На самом деле мать давила на него, что пора в отставку, и они впервые на моей памяти не могли договориться.

– Беги, Шило. Но без ночевок. И без пятнадцати одиннадцать, чтобы дома. Иначе Берта будет мне неделю выговаривать.

Папа не заметил, что Аглая с родителями не покидала бала. Я же аккуратно прикрыла дверцу, накинула невидимость и спокойно создала воронку до дворца. Только вот не ожидала, что сокровищница сегодня откажется появиться на мой зов.

Я стояла посреди очередной галереи и недоумевала. Зернышко замерло и не торопилось мне подсказывать. Оно не спешило обратно?

Справа раздались шаги, и мне пришлось заскочить в чей-то будуар. Стражники двигались, вытянув вперед ослепляющие глушила. Здорово, что я уловила активированные артефакты. Иначе они нащупали бы меня и под пологом.

В комнатке пахло увядшими розами. Такой сладковато-мертвенный аромат. Бледный свет луны пробивался через не до конца зашторенное окошко. Мне стоило бы нырнуть глубже и спрятаться в кромешной темноте возле алькова. Но, улучшив слух, я не могло игнорировать, что четверо увешанных магическим оружием мужчин толкали вперед кого-то легкого и босого.

В свой предыдущий визит я умудрилась не встретить ни души. Но тогда я тщательно готовилась. Выбрала день и час, изучила порядок смены караула, придумала легенду и даже получила от мамы скляночку для Клавдии. Кстати, она у меня и сейчас с собой, в пространственном кармане.

Тогда во дворце не было никого из Конрадов, и большая часть покоев просто удерживалась в сумраке… Правда, и нынче король и королева выехали в загородную резиденцию в пяти часах пути отсюда. Так какого же крака стражники разгуливают такой толпой?

– Она до сих пор брыкается. Успокоительное сработало не до конца. Одним словом, магичка, – один из парней.

У меня перехватило дыхание. Происходящее нравилось все меньше.

– С какой кстати понадобилось сначала перевозить ее за город, потом тащить обратно сюда? ОН же сказал, что на этот вечер отмена. Поэтому зелье еще толком не подействовало. Его надо было принять на пару часов раньше. Того и гляди ударит снова. Вон Петре как зарядить успела.

Повисло недолгое молчание. Стражники перегруппировывались. Судя по звукам на «нее» обрушилось несколько оглушающих разрядов. Я убралась в сторону от двери, чтобы меня не зацепило… И при этом чуть не взвыла. Эти маги, на каждом из которых печать смерти, причиняли боль девушке, которая, напротив, не убивала ни разу.

Не знаю, что она там совершила, но она скована ужасом и не ждала от ближайшего будущего ничего, кроме мрака. При этом я слышала ее чистую и звонкую энергию. Если я помедлю еще минуту, то вмешиваться будет поздно.

Я повернула назад и резко распахнула дверь.

Двоих отбросило тут же, потому что я придала ей утяжеление. Девушку в прозрачных белых одеждах до пола, как у какой-нибудь жрицы, они потянули за собой. Длинные черные волосы рассыпались, прикрывая ее вместо плаща. Она неловко повалилась набок.

Не раздумывая, я уложила остальных заклятием, которое вчера отрабатывали с Родериком весь день. Но на них на всех защита амулетов. У меня всего лишь несколько секунд.

– Что вы делаете возле моей комнаты, – заорала я не своим голосом, изображая высокопоставленную даму. Одновременно создала канал только между мной и этой несчастной.

– Сзади тебя крытый портал. Введи безопасные координаты или представь место, где бы ты хотела оказаться больше всего.

Она подняла на меня огромные темные глаза, в которых плескались боль и недоверие. Девушка не поняла ни слова, дошло до меня. Судя по внешности она уроженка Загота или земель еще южнее.

Я повторила ту же фразу не на фересийском, а на универсальном. Если она маг, то его как минимум изучала.

Взгляд пленницы поменялся. Она разглядела, что я не врала. Ну, или сумела перевести фразу. Надеюсь, правильно… Надо уделять языкам больше времени.

Солдафоны как раз выпустили концы цепи, которой были скованы ее руки. Не говоря ни слова, девушка опрокинулась назад, войдя точно в портал и сминая его границы по мере погружения.

Со стороны это должно было выглядеть, как то, что она создала его сама, воспользовавшись замешательством тюремщиков.

Мужчины медленно поднималась. Если захлопнуть дверь перед их носом, то я успею создать переход и для себе – вот только мой след они уже ухватили, и побег будет выглядеть подозрительно. Дальше этого города мне не скрыться… Тогда и в сокровищницу я гарантировано не попаду. Ни сегодня, ни в ближайшее время.

Сложила руки на груди, продолжая демонстрировать возмущение.

– Госпожа, вы только что способствовали побегу опасной преступницы, – заявил маг в командирском мундире. – Извольте представиться.

– Только что оставили нас без головы, – буркнул его подчиненный, наводя глушило прямо на меня.

При этом третий дернулся и стал пихать гвардейцам зеркальный шарик, который только что достал из кармана. Проекцию внутри него мне было не видно.

– Мне доложили, что я должна утром передать лекарство Ее Величеству Клавдии, я прибыла заранее. Вот ее приглашение. Само снадобье я доставать не буду. Там слишком хрупкое стекло… Я леди Оливия Бланш, крестница королевы-матери и личная целительница великого князя. Требую немедленно убраться и не шуметь.

Махнула перед ними энергетическими браслетами Родерика. Все четверо поморщились, потому что на секунду нас накрыло беременем его магии. Браслеты свидетельствовали, что я находилась под защитой Его Высочества.

– Леди Бланш, этим вечером стража искала вас по всему городу. Заходили к вам домой. Прошлись по вашим подругам… А вы нас опередили и уже здесь, – ухмыльнулся главный.

На меня уставились четыре черных дула.

– Что вы..

Закончить я не успела. Оказывается, от оглушения на полную мощность можно лишиться сознания.

– Надеюсь, мы не разбили ни одну скляночку. ОН наконец останется доволен, а леди выспится, – захихикал кто-то из темноты.