290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » ДНК бога (СИ) » Текст книги (страница 19)
ДНК бога (СИ)
  • Текст добавлен: 27 ноября 2019, 08:00

Текст книги "ДНК бога (СИ)"


Автор книги: Лилия Брукс






сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 63 страниц)

Девид почувствовал, как у него по спине пробежали мурашки, а внутри как будто что-то сжалось от этой фразы.

– Можно подумать, что твоя Семья не попытается использовать Киру, – совершенно справедливо заметил Ник. – И вообще, как её можно использовать? Натравить на какого-нибудь политикана, чтобы она его прибила?

– Если коротко, то отныне спокойная жизнь для Киры закончилась, – пес хотя бы перестал тянуть её имя. – Вокруг неё теперь всегда будет толпа желающих узнать её жизнь, её привычки, будут заваливать вопросами, чтобы она поделилась своей мудростью и ни на секунду не оставят в покое. Она станет звездой не меньшего масштаба, чем Газелле, ей будут поклоняться, как богине (кем её, собственно все мы и считаем), будут внимать каждому её слову. Она будет управлять умами, ведь всем доподлинно известно, что боги ошибаться не могут. Но кем будут считать того, кто управляет самим богом? – многозначительно улыбнулся Ральф на хмурый взгляд волка. – Того, кого она будет слушаться и следовать его советам? Власть этого существа станет неисчислима и многие будут к этому стремиться… Я не могу гарантировать, что Семья Кёниг не станет стремиться подмять вашу подругу под себя и навязать ей свою волю. Но если Кира покажет себя сильной стойкой личностью, то и нам придется подчиниться. К тому же, в отличие от других чистокровных, Кёниг имеет кое-какие… ммм… обязательства перед создателями.

– Обязательства? – подозрительно прищурились на него зверопольцы.

Овчарка, занявший место по левую лапу от начальника, что-то неразборчиво проворчал, не отрывая глаз от игры в своем телефоне.

– Не мешаться хуманам, – дог перелистнул страницу журнала. – Дело в моем предке – первом Кёниге. Он был не только основателем рода, но и самым первым «эволюционировавшим» животным, – не поднимая глаза, показал он кавычки одной лапой. – Хуманы взяли с него клятву, что он и его потомки, когда боги вернутся, должны всячески им помогать и поддерживать в каждом их решении. Каким бы оно не было. Кёниг был ближе всех с создателями, понимал их, как никто другой. Он стоял у самых истоков, видел зарождение нашей цивилизации, был крестным отцом нового мира и именно он должен был тогда объединить все народы Анималии. Но все пошло под хвост. Звери того времени были не то, что сейчас. Не пожелали объединения, чтобы основать с нами Зверополис. Считали это нелепицей. Пустой идеей. Не могут жить хищники в мире со своей едой, какими бы разумными они тогда не были, – на этой фразе Ральф с насмешкой посмотрел на надувшийся серый комочек с ушками и злую рыжую морду, отстукивающую хвостом по полу неровный ритм. – Звери разбились на общины или же одичали снова, а псы ушли в необитаемые земли, решив наблюдать издалека. Тогда же дар хуманов и показал себя во всей красе. Обычные животные вымирали, либо же смешивались с «одаренными» и совсем скоро остались лишь наиболее приспособленные. Спешно возводились города, основывались династии, появилась дипломатия. А Семья Кёниг в это время незаметно направляла Анималию в нужную сторону, где-то помогая информацией, а где-то угрожая крупными неприятностями. Может, именно поэтому за всю нашу историю не случилось ни одной войны. Все конфликты давились на корню. Так мы сами стали легендой. Негласными защитниками новорожденного мира, хоть нас никто об этом и не просил. Но ведь защита и поддержка – это то, что создатели в нас прививали тысячелетиями. Мы просто следовали заранее заложенной программе, решив не отрекаться от нее. Все это время Редфорт лишь присматривал за нашими братьями по разуму, ожидая, когда они в конце концов окажутся готовы к следующему шагу. Двести лет назад исчезли последние одичавшие, хищники окончательно отказались от охоты и смогли найти ей замену. Звери совладали со своими инстинктами и создали единое общество. И тогда мы дали последний, завершающий толчок. Пусть прошло две тысячи лет, пусть это случилось не вполне с нашей подачи, пусть Кёниг не заняли правящую нишу над всей планетой, но мы смогли искоренить расизм, культурную и территориальную разобщенность, не повторив ошибок создателей. Наконец-то объединившись, все мы создали новый мир без гонений и притеснений, где каждому найдется место. В этом состоял последний замысел хуманов, когда они передавали нам свой дар. Чтобы мы могли доказать, что мы можем быть лучше их. Жить в мире без войн, будучи разных видов и звеньев в пищевой цепочке.

– Допустим, – протянула Джуди, видя, что у парней немножко закипели мозги от таких откровений и они на ближайшие несколько минут выведены из строя. – Но при чем тут Кира? Или вы считаете, что она какой-то там мировой инспектор от всех живших хуманов, которая должна оценить наш мир и сказать вам ее лично?

Конечно же она пошутила, но это не помешало всем четверым хищникам вытаращиться на нее, как барану на переход без светофора.

– Ты проиграл! – сообщила игра отвлекшемуся Рею, на что он грязно выругался.

– Это было бы занятно, – замаскировал смех кашлем Ральф, вновь опустив взгляд на страничку. – Вот только всем нам отлично известно, что ее появление не предвещает никому из нас ничего хорошего.

– Исправьте меня, если я ошибаюсь, – медленно произнес Ник, подбирая слова. – Потому что я не понимаю. Вы знаете, что хуманы уничтожили свой мир, но говорите, что они (покаялись?!) создали из животных каких-то мутантов, кем мы собственно и являемся, чтобы они построили новым мир, который они же (сюрприз!) опять придут уничтожить! Спокойно заявляли, что Кира опасная, но при этом дружно становитесь перед ней на колени и волнуетесь о ее благополучии! Вы прямым текстом сказали, что псы остались верны хуманам не смотря ни на что!

Волкас фыркнул.

– Отсюда у меня назревает вопрос, – продолжил лис, напустив на себя серьезный вид: – ваши слова насчет помощи и поддержке хуманам в любом их решении означают, что вздумай они развязать войну, то вы и с ней с радостью поможете?

– Ты проиграл! – снова пиликнул телефон овчарки, когда псы с непонятной смесью удивления, возмущения и страха вылупились на Уайлда.

Дог открыл пасть, закрыл, навострив уши, и внезапно зло оскалился, глядя куда-то им за спины, для чего ему пришлось значительно наклониться вбок.

– Какого хрена?! – вскочил он с места, расталкивая опешивших зверопольцев. – Как давно они здесь?!

– Сохраняй! Сохраняй! – зарычал на смартфон Рейвуд, тоже увидев причину гнева принца, и поспешил следом.

– Они нас заметили! Уходим! Быстро! – дали деру двое собак с видеокамерой, которых было сложно сразу заметить возле стойки регистратуры, где всегда ошивается много народу.

Они стояли достаточно близко, чтобы суметь записать их разговор, и если бы не нагло торчавшая над головой волка палка микрофона, то их никто бы и не замечал дальше.

– Стоять! – рявкнул на них Кёниг, но лишь придал им ускорения. – Проклятые репортеры! В любую щель полезут!

– Я разберусь! – бросился за ними вдогонку Догбери, на бегу вызывая охрану, и при этом ловко уворачивался от заслонявших ему дорогу пациентов и врачей.

– Вот только этого не хватало! – простонал дог, проведя по морде лапой, будто снимал паутину, и обернулся к ничего не понимающим полицейским. – Вездесущие журналюги прознали про хумана и уже начали осаждать клинику. Мои ребята пока держатся, но эти как-то пробрались мимо охраны и записали наш разговор. Я слишком поздно их заметил. Не удивлюсь, если к вечеру на весь Редфорт разразится скандал с попытками обвинить Семью в сиюминутном развязывании межвидовой резни. И это после всего, что мы сделали! Спасибо за своевременный вопрос! – зарычал он на лиса, даже не пытаясь скрыть свое раздражение, наплевав на воспитание.

Девид немного выступил вперед между ними, прикрывая своего более мелкого коллегу-хищника от рычащего пса, который даже над ним возвышался на целую голову. Сделал он это неосознанно за счет привитых за долгие годы службы инстинктов прикрывать старшим младших и из развитого у него чувства несправедливости, когда более крупные звери с угрозой нависают над слабыми.

– Еще скажи, что я не прав! – вякнул Ник, чувствуя себя за широкой спиной волка в относительной безопасности.

– Конечно не прав!

– Все вы так говорите, лишь бы отбрехаться! – задрал острый нос лис.

Джуди спрятала мордочку в лапах, подумав, что чересчур длинный язык напарника приносит больше вреда, чем пользы. Особенно для того, к кому этот язык крепится.

Дог закатил глаза, пытаясь отделаться от навязчивой мысли вмазать по этой наглой рыжей морде здесь и сейчас. Останавливали лишь статус младшего не наследного принца, главы отдела внешней разведки и, конечно же, предупреждающе скрестивший лапы на груди волк, который был бы против рукоприкладства к своему подчиненному (он сейчас самый старший из них офицер) и наверняка успел бы оставить в память о себе несколько царапин на черном носу.

– Все не так просто, – с трудом взял себя в лапы Ральф, одарив всех троих испепеляющим взглядом. – Я не могу вам об этом сейчас сказа…

– Милорд… – кто-то пугливо коснулся его локтя.

– Чего?! – рявкнул он, резко обернувшись, и тут же смутился: – Оу, простите, мисс…

Этой «мисс», перед которой он принялся поспешно извиняться, оказалась довольно молодая собака внешностью похожая на серо-белую лайку с характерными для этой породы «очками» вокруг глаз. Но вот есть ли у лаек пятна на лапах и на носу, как у далматинцев, с редкими черными полосками? Да и сами глаза у нее были интересные: один голубой, а второй карий. Даже не знаешь в какой смотреть. Видимо, она была от смешанной породы или, как еще здесь говорят, обычная дворняга. Довольно миленькая дворняга, как успел заметить про себя Девид, с интересом разглядывая эту особу. Его поражало, как две разные, непохожие друг на друга собаки разных пород могли произвести на свет вот такую экзотическую прелесть. Удивительный дрейф генов, богатое внутривидовое разнообразие, сохранившееся до настоящего времени. Интересно, а при союзе волка с собакой что-нибудь выйдет или же выскочит несовместимость? Вроде общие предки…

Они втроем так увлеклись изучением, что едва не прослушали то, что им говорили.

– Это лечащий врач нашей с вами общей знакомой, – представил недолайку чистокровный и чуть не влетел в стену от пихнувшего его в сторону волка.

Кажется, ему ещё на лапу наступило что-то маленькое и ушастое. Нет, сегодня он явно на ком-нибудь сорвется, если так и дальше будет продолжаться! Нервы ни к черту! И куда только делся весь самоконтроль? Не пристало принцу рычать на окружающих, словно истеричной дворняге, но так хочется…

– Как Кира? Она очнулась? Насколько все серьезно?! – Девид даже ухом не повел на донесшееся до него ругательство принца, когда тот восстанавливал равновесие.

– Эм… Э-э-э… Состояние стабильное, – попятилась от него врачиха, выставив перед собой папку с бумагами, как щит от чересчур перенервничавшего зверя.

– Можно ее увидеть? – спросил у нее голос внизу.

Собака опустила голову и уставилась на спросившую зайчиху и стоящего позади нее лиса так, будто только сейчас их увидела. Хотя, кто ее знает, может действительно только сейчас заметила.

– Извините, но сегодня никаких посетителей. Пациент еще не очнулся.

– Можете сказать, почему она вдруг рухнула без чувств, задыхаясь, когда еще минуту до этого спокойно скакала, как угорелая, ни разу не кашлянув? – бросив на волка убийственный взгляд, дог встал рядом с ним.

Ник с Джуди пристроились между ними, так как более крупных хищников разнорослая толпа старалась обходить стороной и там на них никто не наступит.

– Перелом конечности в трех местах с расщеплением и смещением лучевой кости. Обильные кровопотери. К этому хирурги более менее подготовились с утра, когда вы им об этом сообщили, и изучили предоставленный вами материал. Но порванные мышцы плеча и предплечья стали неприятной неожиданностью, с которой, к счастью, удалось успешно справиться. Но я бы не рекомендовала напрягать конечность несколько месяцев – возможен повторный разрыв, – собака пробежалась когтями по бумажкам в папке. – Двустороннее воспаление легких. Мы не знаем, какие антибиотики можно давать хуману. Некоторые требуют разрешения опекуна. Подпишите? – протянула она какой-то листик.

– Опекуна? – переспросил Волкас, озадаченно почесав подбородок. – Эй, куда лапы тянешь? – возмутился он, когда дог забрал у неё листок.

– Подписать, – невозмутимо ответил тот.

– Чего это ты ее опекуном заделался?

– Кира находится здесь под мою личную ответственность. Ее лечение идет из бюджета Семьи, – сказал Ральф, как само собой разумеющееся.

– Вот еще! Ты только день, как нарисовался, а я за ней уже почти месяц присматриваю! Если кому и быть ее опекуном, то мне! Давай ручку!

Некоторое время оба представителя одного семейства перетягивали друг у друга ставший мятым листик, зло смотря друг другу в глаза. Зайчиха и лис снизу синхронно поворачивали головы, прослеживая путь грозящей вот-вот порваться бумажки.

– Может, вы оба подпишите? Что вы как маленькие? – скромно предложила Джуди и вздрогнула, когда оба сердитых взгляда перенеслись на нее.

Ральф поморщился и нехотя разжал пальцы, вспомнив, что перед зверопольцами нужно выглядеть серьезнее. Волкас, усмехнувшись этой маленькой победе, не читая, поставил закорючку. Врачиха вырвала у него бумажку, едва он успел оторвать ручку от поверхности листа, и поспешно сунула обратно в папку. Выглядела она в этот момент довольно взволнованной, пусть и пыталась это скрыть. В душу закрался червячок сомнения – а что он, собственно, только, что подписал? Ведь они оба даже не прочитали…

– Кстати, было замечено, что на пациента не оказали воздействия довольно широкий спектр усыпляющих препаратов, – продолжила между тем врачиха. – Только при повышении дозировки в пять раз на ее массу тела появлялся хоть какой-то эффект. По крайней мере пациент перестал проявлять агрессию и дал спокойно наложить швы. Сквозное ранение – просто ужас. До сих пор нет никаких гарантий, что она сможет пользоваться той лапой в полной мере, даже если кости срастутся правильно…

– Она приходила в себя? – перебил её Девид, забыв про все свои опасения.

– Ненадолго, – кивнула собака. – И в связи с этим возникла небольшая странность…

– Какая? – напряглись все.

– Её пульс перед тем, как она проснулась, за полторы секунды подскочил в четыре раза, – понизила голос врачиха, будто рассказывала какой-то страшный секрет. – У обычного зверя от этого сердце бы просто разорвалось. Чудовищная нагрузка на органы. Она потеряла сознание через несколько секунд, полностью исчерпав все ресурсы организма. Думаю, свою силу она черпала в адреналине – поэтому у неё его оказалось так мало в крови. Заметили первые признаки сердечной недостаточности – нужно прописать курс лекарств.

– Опять подписывать? – грустно вздохнул Девид.

Чем больше он слушал, тем больше сомневался, что после такого можно вообще встать на ноги, будь ты хоть трижды Верасом. Отлично, мало того, что Кира чуть калекой на всю жизнь не осталась, так у неё еще и проблемы с сердцем оказались. Что дальше?

– Нет, в гормональном плане различий между видами нет, – успокаивающе улыбнулась она ему. – Все-таки пациент с нашей планеты. Дозировку рассчитаем. Но хуман должна проходить длительный курс реабилитации. Ее организм истощен не только из-за резких скачков пульса, но еще и из-за длительного голодания.

– Чего вы на меня смотрите? – ощерился Девид в ответ на осуждающие взгляды коллег и удивленный со стороны пса, подключившегося к ним после его фразы. – За изверга считаете?! Я ее голодом не морил! Что хотела – то и ела, я не контролировал!

– Тогда это может быть последствием какой-то диеты или недостатком в каком-то определенном продукте, – предположила лайка, почесав себя за ушком. – Насколько я понимаю, хуманы были всеядными? И им требовался, как растительный, так и животный белок?

– Кира не активный хищник! – насупился волк, но слегка неуверенно.

С чем черт не шутит, но ведь те баночки с пугающей «начинкой» действительно ей принадлежали и она вовсе не брезговала использовать их по назначению. Но раз сейчас у нее обнаружился этот непонятный «недостаток в белках», то это служит отличным аргументом, что, переместившись из своего времени в Зверополис, она не охотилась! Хоть немного, но от души отлегло.

– Сейчас может быть и нет, но как она сама по ощущениям отреагировала на такой резкий переход в пище? Пробовала ли она белковую добавку для хищников? – продолжала допытывать врач.

Вот ведь! И пяти минут не прошло, как он неофициально стал опекуном одной путешественницы во времени, так уже начали заваливать кучей вопросов!

– Нет, вроде.

Девид поднапряг немного память и действительно вспомнил, как в те времена, когда Кира вымела все его продукты подчистую, остались только коробки с белковой подкормкой. И впоследствии она ее даже не касалась.

– Значит придется назначить. Пока же нужные вещества мы вводим внутривенно, но это только временная мера. Могу я задать вопрос, милорд? – вдруг резко сменила она тему и получила от Ральфа утвердительный кивок. – Вы не знаете, кем была хуман до того, как оказалась здесь?

– Какие-то проблемы? – насторожился Кёниг.

– Дело в ее скелете.

– «Продолжа-а-ается!» – мысленно простонал Девид, а вслух спросил: – Что с ним не так?

– Не скажу, что хорошо разбираюсь в анатомии создателей, но я не считаю, что это нормально, – пятнистая лайка вытащила из папки рентгеновские снимки и сунула их в лапы ничего не понимающих собеседников.

– Не скажу, что мы в этом разбираемся, – высказался за всех дог после совместного минутного разглядывания. – Что мы здесь должны увидеть?

– На теле пациента не было обнаружено ни единого шрама кроме тех, что у неё останутся после операции, – начала объяснять она то, что её так смутило. – Но её скелет – будто карта, на которой остались отметки, не сохранившиеся на коже и внутренних органах. Вот смотрите, видите эту тоненькую линию? – указала она когтем на едва видные светлые ниточки на черепе над виском. – Здесь был пролом. Очень давно. Фатальный для большинства зверей, но не для этого существа. А тут ребра были сломаны, как минимум, одиннадцать раз. Тоже давно, судя по состоянию надкостницы. Но при этом они, как новенькие! Конечно, за исключением небольших отметин здесь, – коготь очертил область на нижних ложных ребрах, – и здесь, – несколько точек в области легких. – Это следы от пуль. Причем вот здесь можно различить, что выстрел прошел через плечо насквозь и пробил лопатку. Очень много огнестрельных ранений. Но почему-то все очень старые, потому что кости полностью восстановлены за исключением этих едва заметных «шрамиков», – по мере того, как она говорила со все большим вдохновением, глаза у остальных становились все круглее. – А сколько раз были сломаны конечности и пальцы я не возьмусь посчитать – лучше сами спросите. Глядя на эти снимки уже начинаешь сомневаться так ли нужна была эта операция. Лично я впервые слышу за всю свою практику, чтобы кто-то смог встать на ноги после перебитого дважды (!!!) позвоночника! Поразительная живучесть и невероятная регенерация! Если бы вы разрешили, медицина могла бы узнать механизм такого исцеления, проведя несколько исследований…

– Чего-о-о?! На опыты забрать хотите?! – как ни странно, опять первой среагировала зайчиха, пока остальные в некой прострации кивали головами.

– ЧЕГО-О-О?! – очнувшись, затянули вместе с ней парни.

– Только тронь – не посмотрю на эволюцию! Разорву! – делая вид, что уже на полпути к озверению, склонился волк, готовый привести угрозу к действию.

– Кира нас от пожизненного крокодильего рабства спасла! Думаешь, мы позволим так с ней обойтись?! – приподняв шерсть на загривке и распушив хвост, возмущенно сверкнул изумрудными глазами рыжий зверек. – Знаете что, засуньте-ка свои слова в…

– Но это может спасти столько жизней… – неуверенно пискнула лайка, пятясь от наседавшей на нее разъяренной троицы. – Всего несколько тестов…

– Твою жизнь это точно не спасет, если ещё скажешь хоть слово!

Парни, позабыв про злость, пораженно вытаращились на боевую зайчиху, не ожидая от неё подобных слов. Еще никто никогда не видел её в ярости. И честно говоря, лучше бы и дальше не видели, потому что скалилась она отнюдь не как травоядная, что с её резцами выглядело особенно впечатляюще.

– Но ведь… Как же… Извините! – резко развернулась собака, намереваясь сбежать.

– Осторожнее ты, скоти… мисс, – чуть не выругался Рей в последнее мгновение разглядев того, кто в него влетел. – Прошу прощения, давайте я вам помогу, – наклонился он, подобрав с пола несколько выпавших из папки и разлетевшихся в разные стороны бумаг.

– Нет-нет-нет! Пожалуйста, положите! Я сама! – торопливо запричитала нечистокровная лайка, судорожно сгребая все документы в одну кучку.

– Ну как же? Я ведь виноват и вообще… – он бегло посмотрел на бумагу, которую только что взял. – Не пристало молодой… – он осекся, читая уже более внимательно.

– Это моё, – попыталась вырвать она у него листик, но овчарка перехватил её лапу, а свою находку протянул начальнику.

– Это шутка? Направление на перевод пациента в другое место? Кто это вообще подписал? – недоуменно спросил Рейвуд.

– ЧЕГО-О-О?! – затянули все уже по третьему кругу, вырывая у него из лап изрядно помятую бумажку, которую им до этого подсунула врачиха под видом утверждения на лекарства.

– Но это же несуществующий адрес! – бегло пробежавшись по тексту взглядом заявил дог и тут его осенила страшная догадка: – Нас просто отвлекали! А подпись просто слабая попытка провернуть все законно!

– Кира! – тихо сказал Волкас, до которого тоже это дошло, и бросился в палату.

– Твою ж мать! – выругался Ник, бросаясь следом за ним.

Джуди сказала невнятно, но явно тоже что-то в тему.

– Твою мать!!! – прорычал слова лиса Девид, когда в палате оказалось пусто и человеком здесь даже и не пахло.

Значит из операционной ее перекатили в какое-то другое место. И вряд ли это место находится в клинике. Слишком долго они стояли и слушали эту… эту…

– Черт! – со всей силы ударил он кулаком по косяку, не обратив внимания на боль.

Боль его только отрезвила. Кинув беглый взгляд на нависших над перепуганной дворнягой в белом халате двух злющих псов, Волкас побежал в операционную. Как и ожидалось (хотя он надеялся на лучшее), там тоже оказалось пусто. Лишь небольшая лужица крови под операционным столом указывала на то, что Кира здесь действительно была. Лишь бы ее запах не затерялся…

– Учуял что-то? – тоже повел носом Ник и скривился.

Вот же неженка! Стоит привыкнуть к запаху крови, раз уж в копы подался! Оттого так и ценятся хищники в этом деле, что могут идти по следу жертвы, не потеряв её среди сотни других, что очень легко сделать в городских условиях. А уж чтобы уйти от ищеек, вроде него, нужно постараться!

– Подожди нас! Мы не такие быстрые! У нас лапы короче! – крикнула ему вслед Хоппс, перепрыгивая через оставленные в коридоре пакеты.

Волкас её не услышал, опустившись на четыре лапы, чтобы бежать ещё быстрее. Затормозил он только возле лифта и, заскользив, принял вертикальное положение.

– Так, вы вниз, я вверх. Лис, покрутись возле лифта на каждом этаже! Если учуешь запах – сообщишь!

– Как? У нас раций нет, а телефоны отобрали!

– Не знаю, придумайте что-нибудь! – крикнул он, уже преодолев один лестничный пролет.

Этот этаж нет, следующий тоже… Может надо было спуститься сразу в гараж и поискать там? Ведь ежу понятно, что вывезти хумана из клиники, не привлекая внимания, можно только так!

– Куда пошел?! Наверх! У них вертолет! – поймали его на лестнице псы и сразу же потащили за собой.

– Ублюдки убрали охрану с крыши и подкупили врачей! – перемахивая через три ступени сразу, черно-золотистой молнией неся впереди всех овчарка. – Подлечили её, чтобы в дороге не окочурилась, и утащили!

– Кто это сделал?! – рычал Девид, как и они преодолевая дорогу на своих четверых.

– Неизвестно, – черный дог им чуть на хвосты не наступал своими длинными лапами. – Но совершенно очевидно, что это кто-то из элиты.

– Если они переманят создателя на свою сторону, то у них появится огромное политическое преимущество. Вот же…! – Рей резко затормозил, чуть не врезавшись в женщину, спускавшуюся им навстречу.

Та тоже была не в восторге от подобной встречи, когда на нее чуть не напрыгнуло трое обезумевших мужиков разных расцветок с дикими глазами, что она чуть не слетела с лестницы. И это вовсе не от её неземной красоты!

– Проклятье! – оскалился на серое небо Кёниг, глядя на удалявшуюся маленькую точку. – Опоздали!

– Кира… – проскулил Волкас, чувствуя, как на него наваливается отчаяние.

Как же так вышло?! Вроде только что все было под контролем! И тут, в кои-то веки, выпала ситуация, когда не им, а самой Кире понадобилась помощь! Она же совсем беззащитна, находясь в полной отключке, раненая. С ней можно делать что угодно, хоть режь на куски – она не сможет дать отпор, как раньше. А он просто не смог помешать… Не уберег… Потерял…

====== Особенности межвидовых отношений ======

– Приехали, – негромко сказал Рейвуд, посмотрев в зеркало заднего вида на своих пассажиров.

Звери молчали всю дорогу от самой клиники, выглядя очень расстроенными. А волк и вовсе впал в апатию: взгляд рассеянный, на свое имя не сразу отзывается, мыслями где-то далеко, да и вообще какой-то заторможенный стал. Овчарка сам был свидетелем, как серый, запнувшись о пустую инвалидную коляску, извинился перед ней и пошел дальше, слегка покачиваясь. Пропажа хумана отразилась на копе сильнее всего. Но надо отдать ему должное – истерику волк не закатил, кулаками не потрясал, обвиняя всех без разбора, и не стал требовать от них сиюминутного чуда. Просто спросил, что они будут делать в таком случае. Видно, что выдержка у него была отменная. Знает, что уже ничего не изменить и надо только ждать и искать, но эта растерянность выдавала с головой, показывая какая на самом деле внутри него бушует буря. Кем была для него эта девушка? Были ли между ними какие-то отношения? Почему-то этот вопрос показался Рею довольно важным и требующим его личного расследования. Должен же он знать, что связывает создателя с этими тремя.

Догбери настроил зеркало, чтобы оно показывало только одну грустную мордашку, бездумно пялившуюся в окно.

Или же только с одним?

– Эта гостиница принадлежит Кёниг, – сказал Ральф, первым покидая машину. – Можете остаться здесь до выяснения обстоятельств. Если вы, конечно, не желаете вернуться домой, – договорил он с явным намеком.

Волкас дернул ухом, впервые за прошедший час посмотрев на него осмысленным взглядом.

Уехать? Вот уж нет! Только не без нее! Не таким составом!

– Мы останемся! – произнес он с нажимом, но быстро опомнился и посмотрел на коллег. – Я останусь.

– Мы тоже никуда не уедем! – твердо заявила Джуди.

– Только объясните, что здесь происходит, – закончил за нее Ник.

– Потом, – отмахнулся дог.

– Нет сейчас! – все-таки сорвался волк, зарычав. – Хватит юлить! Вы сейчас же объясните, что здесь происходит!

– Я вам уже все...

– Не все! Вопрос Уайлда все еще остался открытым, – сложил лапы за спиной Девид. – Не держите нас за дураков. Вы рассказали только то, что сами захотели, чтобы мы могли потом поддакивать, когда вы приметесь Кире лапшу навешивать. Да и ничего вы, по сути, не рассказали! Просто провели экскурс по истории, которой нас в школе не учили, ловко обходя неудобные темы. А именно: зачем Семье терпеть и поддерживать существо, которое не может стать, а совершенно точно будет угрозой их власти? Ради обещания данного давно мертвым псом? Не смешите нас! Здесь явно что-то другое! Хватит нам головы морочить! Заколебали уже, интриганы фиговы! Сколько можно, ё моё?!

Светло-карие глаза сверкнули гневным золотом, до того в них не замечаемого. Или же это просто свет так отразился в радужке?

– Слишком смелые обвинения! Но при этом... Довольно странно, что ты все еще с таким низким званием, имея такую удивительную проницательностью, сержант, – как можно спокойнее сказал принц, скрывая раздражение. – Мне некогда сейчас отвечать на ваши вопросы. Меня ждет встреча с братом. Его очень интересует, как я умудрился потерять богиню в клинике, полной ребят из моего отдела, и почему она вообще там оказалась в первый же час по прибытии. Очень непростая встреча, как вы поняли... Отведи их!

– Мой лорд? – удивленно переспросил овчарка, когда у него едва не сорвалось с языка “Какого хрена?!”

Он не поверил, что в такой момент его начальник говорит ему остаться со зверопольцами. Больше никого нет что ли? Не может он позволить своему патрону самому разбираться со всеми свалившими проблемами! Ведь в случившемся его вина была не меньшей! Это он не досмотрел, не проконтролировал, не перепроверил досье и компетентность врачей! Это он оплошал, показав свой непрофессионализм!

– Я считаю, что нужен совсем в другом месте, – с нотками осуждения сказал Рей, балансируя на грани вбитой в подкорку мозга субординации. – Сейчас мы все должны сосредоточиться на поисках. Надо опросить свидетелей, изучить видео и аудиозаписи, найти улики, составить список подозреваемых. Похитители уже могли прислать сообщение с требованием или изъяснением мотива их поступка. Быть может вертолет видели на постах – тогда мы сможем узнать его примерное направление. Все-таки я, как ваш заместитель, тоже имею уйму дел, где требуется мое непосредственное участие!

– Значит разберешься и отведешь! Кроме нас двоих никто им не обрисует всю ситуацию!

– Прошу прощения, – извинился овчарка перед полицейскими и увел своего начальника в сторону, довольно грубо схватив его за локоть. – Я вообще не считаю, что им стоит знать, – шепотом сказал он, скосив желто-зеленые глаза на переглядывающихся зверей. – Не поймут. Расскажут кому не нужно и вы сами знаете, что случится потом.

– Эти звери и так уже знают слишком много, – возразил ему Ральф. – Они понимают риск. И примут наше решение.

Рейвуд Догбери смерил его долгим взглядом, который явно не стоит допускать в сторону представителей правящей Семьи, если не желаешь нажить неприятностей. Он явно разрывался между желаниями выругаться и как следует настучать по голове дога, чтобы убедиться, что там действительно есть мозги. Потому что лично он сейчас абсолютно ничего не понимал! Он не понимал зачем нужно так сильно рисковать и подставляться под удар с угрозой оказаться за бортом происходящих событий. Ради чего тогда они вообще устраивали весь этот цирк?

С огромным трудом Рейвуд вернул невозмутимый вид, напоминая себе, что когда-то давно пообещал одному вспыльчивому, гордому и упрямому принцу, что он не будет учить его жить и критиковать его решения, которые порой кажутся странными и нелогичными. Пообещал, что просто доверится. И ни разу этот принц его еще не разочаровал, доказывая, что нелогичные приказы оказывались гениальными и единственными верными. Овчарка искренне восхищался своим руководителем, позволившему стать ему одному его другом. Но ведь все бывает в первый раз, так? Щенок, долго игравшийся с огнем, совершенно забывал, что может обжечься. И Рей считал своим долгом постоянно напоминать об опасности подобных игр. Но разве тот его послушает?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю