Текст книги "Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 42 страниц)

Глава 68

Сине-чёрная мгла таяла. Пахло гарью, сыростью и цветами. Скипы неслись к лесу, чтобы укрыться в тени, прогрызали себе путь сквозь пёстрые порхающие пятна.

Я не сразу поняла, что это древесные феи. Они хлестали скипов ветвями, били крыльями. Те из них, кому повезло меньше, падали замертво оземь.

И зелёные изящные тела, похожие на побеги вьюнка, превращались в розовых бабочек – они взмывали в воздух и плыли трепещущими стайками к Хлое. Ведьма распахнула плащ, принимая их в свои объятия.

Она вернет их на родную землю и возродит – Храм Вечной Жизни не зря носил такое громкое имя.

Бен тронул меня за руку – осторожно, едва-едва. Я обернулась к нему и подняла её ладонью вверх. Из кончиков пальцев сочился дым, кожа переливалась зелёно-чёрным дымом.

Я прерывисто вздохнула, что-то надломилось в груди. Бен накрыл мою руку своими и поднёс к губам. Я посмотрела ему в глаза, в спокойное лицо и ощутила его… радость.

Она тянулась сквозь меня сияющей нитью и дарила спокойствие. Я улыбнулась и придвинулась к нему, провела свободной рукой по его щеке, стирая следы гари.

От Бена веяло силой – меня обдавало жаром, будто я стояла рядом с костром. И моя сила поплыла к нему, обернула нас, словно пледом. На секунду мир исчез, наши сердца забились единым пульсом. И это было волшебно.

Снова светило солнце, дым рассеялся. Слышалось журчание воды в фонтане, шорох леса и тихие голоса на площади. Я почувствовала, что на нас смотрят, и отстранилась от Бена.

Разворачиваясь, быстрым взглядом окинула поляну. Джош в человеческом облике обнимал Мишель, выбирая из её волос сухую листву. Вивиан опускала руки, за которыми тянулись корни деревьев.

Она укладывала их в землю, они зарывались в неё, как ящерицы в песок, и замирали.

Коул и Стэнли подходили к телам фамильяров и проводили над ними ладонями – искали выживших. А перед нами полукругом стояли рагмарры.

Когда я оборачивалась, они преклоняли колена, прижимая левую руку к груди, над сердцем. Увидев среди них Майло, я отстранилась от Бена.

– Не делай так! – горячо прошептала и пошла к нему.

Он чуть приподнял голову и качнул ею, остановил меня жестом.

– Таковы традиции, – и усмехнулся. – Мы приветствуем нового Моркха.

Я завертелась, оглядывая остальных. Фамильяры опускали головы в поклоне, а с площади за происходящим наблюдал инспектор Брейнт.

Сзади подошёл Уилбер и мягко развернул меня к себе. Я заморгала, ослеплённая ореолом света, в котором он стоял. Взяв за руку, он чуть заметно улыбнулся. От соприкосновения наша кожа вспыхнула, и по воздуху поплыли искрящиеся пылинки магии.

– И что мне теперь делать? – заговорить получилось только со второй попытки.

– У тебя всё ещё впереди. А я поддержу любое твоё начинание. Знаешь ведь, тебе стоит только попросить, и я всё исполню, – тихо сказал он. – И мы пойдём рука об руку навстречу нашему новому миру.

– И что это значит? – мой голос дрогнул.

Обрести власть и силу означало взять на себя огромную ответственность. И на мои хрупкие плечи ложилась забота о тёмном народе. О рагмаррах, охотниках за головами, которые на протяжении двух столетий убивали и повиновались малейшему шевелению пальца Линетт.

Никто не учил меня управлять ими, я едва сумела сладить с тьмой. И тут такое навалилось…. Пойдут ли они за мной? А что, если….

– Ты им понравишься, – тихо рассмеявшись, сказал Уилбер.

Я, смутившись, потупила взгляд.

– Ты только не ожидай от меня многого.

– Не всё сразу, – кивнул он. – Ты назначишь себе помощников, наберёшь патруль. Мы сделаем это вместе, – в его голосе прозвучала интонация, которую я не поняла.

И я в изумлении посмотрела в его прекрасное лицо.

– Как ты сказал?

– Верховная Ведьма – это не один, а два мага, свет и тьма в чудесном союзе. Так что отныне мы оба – часть единого целого.

Я с сомнением вскинула бровь.

– Ты только что это придумал?

Уилбер грациозно пожал плечами.

– Возможно, – и задумчиво возвёл глаза к небу. Прищурившись от яркого солнечного света, он добавил: – Именно этого мне не хватало в наших отношениях с Линетт – править рука об руку. Да и народу нужно во что-то верить. После сегодняшнего светопреставления пойдёт молва о том, как мы с тобой размахивали молниями, голыми руками крошили землю и рвали в клочья рагмарров, – он очень серьёзно взглянул на меня. – Ты же понимаешь, что люди сойдут с ума?

– Догадываюсь, – вздохнула я. – Если тебе необходимо моё согласие, то я его с радостью даю.

Взяв меня за плечи, он вздохнул.

– Другого ответа я и не ожидал услышать. А теперь необходимо навести порядок, – и, отступив, провёл ладонью над землей.

Волна магии всколыхнула траву, от неё завибрировал воздух, и я покрылась мурашками. Почва собиралась по кускам и складывалась обратно, словно мозаика. Деревья встряхнули ветвями и ровно выстроились вдоль домов.

Вивиан исцеляла их, а Хлоя и феи помогали ей. Над поляной расцветала магия, звучала тонким звоном тысячи колокольчиков. Я подошла к обочине.

Около патрульной кареты стоял инспектор Брейнт. Он разгонял жандармов, таращившихся на поляну, усеянную трупами магов. Ощутив мой взгляд, Джон обернулся и коротко кивнул.

Глаза у него были расширены, но выражение лица оставалось каменным. Я ничего не ответила. У меня не было слов... Он стал свидетелем лишь финального, сокрушающего удара по тёмным силам, и ему хватило с лихвой.

Придерживая шлейф, я вышла на площадь. Джон развернулся ко мне навстречу и улыбнулся, силясь скрыть удивление.

– Так вот кто вы, мисс Хейлтон? Признаюсь, я поражён!

– Ты же не станешь раздувать конфликт? – спросила я, склонив голову набок.

Послевкусие от прилива магии ещё не прошло, и чёрный ветер развивался вокруг меня, привлекая внимание жандармов.

Но Брейнт демонстративно глядел мне в лицо.

– Ваша баталия не коснулась людей, я принял необходимые меры.

Я нахмурилась.

– Какие, например?

– Оповестил все патрули о возможных громозвучных разрушениях в районе магов. Объяснил это учениями фамильяров, – он откашлялся в кулак, пряча неловкость, и скрестил руки на груди.

– Пойдут слухи в любом случае, – я посмотрела ему за спину на служителей закона, шныряющих по площади с потерянными лицами. Кто-то даже пытался достать браслет связи и запечатлеть последствия сражения.

– От моих людей никто ничего не узнает. Я даю вам слово.

– Это да, но от других? Среди ваших новости расходятся быстрее, чем горячие пирожки. Любой газетчик мать родную продаст за кровавые подробности сегодняшнего побоища.

– Я-то крышку придержу, но ручаться могу только за своих людей, – понизив голос, уверил он меня. – Вернёмся в участок, и я проведу душеспасительную беседу.

– Придётся поверить, – тихо вздохнула я и внимательно посмотрела на инспектора, чтобы не упустить эмоции на его лице, в глазах, которые он так тщательно сдерживал. – Но что это тебе даст?

Брейнт замер и исподлобья на меня взглянул – долго, пронзительно.

– Думаю, причина в том, звезда моя, – хлестнул бархатом голос Уилбера, и плеч коснулись его руки. – Что наш отважный инспектор желает заслужить право на совместную работу с фамильярами.

– Он надеется получить лицензию? – я искоса глянула на Джона.

Уилбер плавно обошёл меня и встал рядом, смерив его изучающим взглядом. Брейнт нехотя посмотрел на него, и глаза его полезли на лоб.

В них промелькнула мысль, озарение, которое Джон побоялся озвучить.

– Прежняя королева убийц была настроена категорично, – взяв себя в руки, кивнул он. – Я был редкостной занозой.

– Как мне это знакомо, – усмехнулась я и, прищурившись, глянула на Уилбера. – Быть может, он уже достаточно сделал, чтобы доказать свою преданность делу?

– Считаешь, ему можно доверить жизни наших людей? – заговорщически спросил он и пристально посмотрел в глаза.

Я невольно улыбнулась.

– Да. Я думаю, инспектору можно дать шанс. Прежняя королева рагмарров боялась, что он заглянет за её забор и многое разнюхает, – я небрежно пожала плечами и посмотрела на Брейнта. – А мне нечего скрывать.

Обняв, Уилбер осторожно коснулся губами моей макушки, и тепло скользнуло по коже, согрев до кончиков пальцев. Нахлынуло чувство, будто именно этого мне не хватало всю жизнь.

Сама того не зная, я заняла уголок в его сердце. У Уилбера было время свыкнуться с мыслью, что отныне я – его сестра по силе. Мне же только предстояло научиться с этим жить.

– Мы заключим договор, – сказала я. – Не вижу причин отказывать в доступе к архивам Библиотеки, разумеется, при условии обоюдного сотрудничества со Стэнли. В «царстве» Главного Фамильяра следует учитывать все нюансы и правила, установленные им же.

Брейнт поморщился и поглядел на Главного Фамильяра. Вивиан колдовала над его крыльями. Почувствовав, он пристально посмотрел на Джона. И, ухмыльнувшись, отсалютовал инспектору.

– Думаю, я смогу с этим смириться, – нахмурившись, вздохнул тот.

Уилбер отстранился от меня и сочувствующе похлопал Джона по плечу. Спрятав руки в карманы пальто, он побрёл по поляне.

– Всё наладится, – странно было услышать подобные слова от Брейнта.

Я перевела на него взгляд.

– Не сразу, – согласилась я. – Нам дорого обошлась прихоть Линетт, и моё сердце до сих пор кровоточит. Я столько лет жила под одной крышей с ядовитой гадиной и считала её своей сестрой. Раны у магов затягиваются быстро, но на душе остаются шрамы, как напоминание о перенесённой боли. И они не заживают на протяжении всех пролистанных веков.

Печально улыбнувшись инспектору, я одной рукой подобрала подол платья и направилась к своим близким. Эйден, Джош и Коул помогали грузить раненных в кареты «скорой помощи».

Брейнт вызвал медиков и подмогу – жандармерия любезно предоставила транспорт для перевозки погибших и выживших до госпиталя Академии.

Мишель и Вивиан обрабатывали раны древесных фей. Уилбер, прижав почтенно ладони к груди, выражал благодарность Хлое. А у меня проходило оцепенение, и всё, чего хотелось – оказаться в объятиях любимого мужчины.

Я подошла к Бену, взяла его за руку, и мы сплели пальцы. Между нами вспыхнуло голубое сияние. Он смотрел на меня сквозь него, едва заметно улыбаясь. На его лице пролегла тень усталости и облегчения.

И я вдруг ощутила, что, наконец-то, свободна.

Он притянул меня к себе, я опустила голову ему на плечо. И мы медленно направились к площади. И было всё равно, куда идти – главное, вместе с ним.

Глава 69

Тёплое весеннее солнце слепило глаза. Изумрудные блики играли в кронах деревьев, в которых прятались крохотные птички. В попытке уследить за их перемещениями я цеплялась взглядом за пёстрые перышки – жёлтые, красные, фиолетовые.

Никогда не видела таких птиц, но в саду Академии всякое возможно. В воздухе смешивались запахи цветущих деревьев и сочно-зелёной травы. Она приятно холодила босые ноги.

Я брела по саду, легко касаясь пальцами распускающихся бутонов на ветвях. Они были бархатными на ощупь. Я уже и забыла те времена, когда могла беззаботно прогуливаться и наслаждаться простыми ощущениями.

Забыла, как прекрасен мир вокруг. Но теперь, когда в Эгморре восстановилось равновесие между светом и тьмой, магами и рагмаррами, я заслужила право немного расслабиться. Вполне заслужила, разве нет?!

Лепестки опадали на тропинку, стелились невесомым розово-белым ковром. Его заметал шлейф моего золотистого кружевного платья. Ткань слегка сверкала, ажурные узоры сбегали от тугого корсета к подолу.

Вырез-лодочка обнажал плечи и был расшит мерцающими бусинами. Ветер ласково перебирал мои волосы. Я вслушивалась в шёпот молодой листвы и ни о чём не думала – никогда ещё не чувствовала себя так умиротворённо, легко.

То ли чары сада оберегали уставший разум от тревог и ненужных мыслей, то ли я действительно обрела покой.

Повсюду звучали заливистые трели птиц. Эти суетливые создания мелькали среди зелёного кружева листвы, сверкая праздничным оперением. Весна уверенно шествовала по Эгморру – расплескалась необыкновенной акварелью и возродила Мортелль.

Он снова дышал, шумел, в нём бурлила жизнь. И когда я думала о том, что всё наконец-то позади, у меня слёзы на глаза наворачивались, а на губах дрожала улыбка.

Безоблачное небо василькового цвета накрыло куполом чарующий сад. Прежде я бывала здесь только в видениях Линетт, но запомнила каждый штрих.

Со дня её смерти миновал год, а здесь так ничего и не изменилось. И когда я об этом думала, то сердце охватывала печаль, грудь сдавливало от горечи.

Совсем близко поскрипывали качели, потревоженные ветром. Я открыла глаза и заморгала, ослеплённая солнечными зайчиками. Деревья стояли в россыпи белых, голубых и пурпурных перелесков, словно их окружал благоухающий туман.

Я засмотрелась на тени между изгибами стволов, уловила… струйку силы. И меня окутало тёплым медленным ветром, несущим аромат цветов.

От волнения пресеклось дыхание, пульс радостно затрепетал в груди. Я поспешила надеть туфли, которые оставила на тропинке из чёрных речных камней. Как давно он здесь и наблюдает за мной?

– Не хотел тебе помешать, – прозвучал бархатный голос, и его обладатель вышел из пышных зарослей флуций.

Я ощутила Уилбера у себя за спиной, и по плечам скользнули мурашки. Перебирая пальцами мягкое кружево платья, я повернулась к нему.

Он стоял с закрытыми глазами, сцепив руки за спиной и подставляя лицо ветру. На губах Уилбера играла мечтательная улыбка.

– Чудесный день, Эшли.

– Здесь он всегда чудесный, – поведя плечами, я окинула взором необыкновенный сад.

И посмотрела Уилберу в лицо. С веснушками и лучистыми морщинками в уголках век – оно было как всегда прекрасным. Вздохнув, я подумала о том, что он по-прежнему оставался для меня загадкой.

Но я вверила ему свою судьбу и ни разу не пожалела. Пусть Уилбер перекроил мою жизнь, рядом с ним я ощущала себя, как за каменной стеной. И знала, что он никогда не предаст, не изменит своего решения. Как и я.

Уилбер нахмурился и открыл глаза.

– Почему мне кажется, что тебя что-то тревожит? – он склонил голову и испытующе взглянул.

Нет, он не старался проникнуть за щиты, но, казалось, что видит меня насквозь.

– Гуляя здесь, я не могу отделаться от ощущения её присутствия, – проронила я и обернулась к саду.

– Это поправимо, – улыбнулся Уилбер и невесомым жестом руки преобразил всё вокруг.

Дорожка, выложенная гладкими, чёрными камнями глянцевой лентой устремилась к разлившемуся посреди сада пруду, в центре которого плескался фонтан.

Вишни потеснили миндальные и мандариновые деревья, не менее душистые и цветистые. В новых запахах растворился аромат жасмина – аромат духов Линетт. И исчез, будто призрак.

– И эти качели….

– Ах, да, – он нахмурился, и на поляне перед прудом появился вместительный гамак с белоснежным балдахином.

Его стойку обвили тонкие вьюны с нежно-лиловыми цветами, и казалось, будто он вырос прямо из земли.

– Так ещё прекраснее, – тихо сказала я, не в силах сдержать улыбку.

Уилбер с сомнением покосился на меня.

– Ты могла бы сделать это сама.

– Да, но я боялась, что фантазии не хватит, и какая-нибудь деталь так или иначе всплывёт. Поэтому решила положиться на твой вкус.

Он вскинул бровь, улыбаясь, но ничего не сказал. Я протянула руку, и Уилбер принял её – нахлынуло волнительное чувство, возникавшее каждый раз, когда он прикасался ко мне.

– Дело не только в саде. Верно, Эшли? – спросил Уилбер и посмотрел на меня, для чего ему пришлось слегка наклониться. И даже в этом простом движении ощущалась величественность, стать.

– Я скучаю по дому, – поморщившись, ответила я. – Но твёрдо решила туда больше не возвращаться.

– Ты вольна жить вне стен Академии, но ваш новый дом ещё не достроен, – осторожно, но с расстановкой сказал он.

Мы свернули с дорожки и направились прогулочным шагом к озеру. Струйки фонтана взмывали и опускались, кружа в журчащем танце.

– Кстати, – протянул Уилбер, – как ты поступишь с домом твоей матери?

– Мы подумали и решили, что он перейдёт к Джошу и Мишель. В качестве свадебного подарка. Они вправе им распоряжаться, и, скорее всего, продадут. А я поддержу их в этом. Груз воспоминаний давит на каждого из нас.

– Мишель сильна духом, я ею восхищаюсь. Джошу крупно повезло с ней.

– И ей с Джошем тоже, – я кивнула и усмехнулась. – Они стоят друг друга.

Уилбер тихо рассмеялся, глядя в сторону фонтана. Каскад брызг, подсвеченный солнцем, золотой пылью рассыпался по поверхности пруда.

– А вы о свадьбе ещё не думали?

– У нас целая вечность впереди. Связать себя узами брака мы всегда успеем. А пока пусть воплощается мечта Мишель! Она несколько лет ждала предложения от Джоша.

– Пожалуй, ты права. Как всегда. И не могу не отметить: добившись от жандармерии создания смешанного подразделения, ты поступила мудро. Брейнт готов к тесному сотрудничеству и, похоже, доволен и горд собой.

– Система оплатила все расходы, – вздохнула я и поглядела на Уилбера. – Джону только это и было нужно. Ну и, разумеется, заполучить в свой отдел нескольких следователей-рагмарров.

– Значит, жители Мортелля могут спать спокойно, – с ноткой иронии отметил он.

– Брейнта покоробило то, что Бен курирует его подразделение, – тихо рассмеялась я. – Но он быстро приспособился. А Майло возглавляет отдел по расследованию грабежей. Я никогда не видела его таким… живым, таким увлечённым. Наконец, он занят любимым делом.

– Уверен, под их началом жандармерия будет работать куда эффективнее.

Мы обменялись многозначительными взглядами. Я закусила губу, пряча улыбку.

– Ты придёшь на свадьбу Мишель и Джоша? Стэнли будет шафером.

Он нахмурился и крепче сжал мою руку.

– Разве я могу пропустить столь значимое событие? Разумеется, я охотно загляну на торжество. Тем более, что твой брат получил повышение и отныне возглавляет Ночной Патруль. На мой взгляд, это было ещё одним твоим мудрым решением, Эшли, – его голос струился, обволакивал, отвлекал меня от любования природой.

– Считаешь, я не поторопилась?

– Нисколько, – он грациозно пожал плечами. – Джош – твоя правая рука. Кому, как ни ему, ты бы доверила свою жизнь?

– Звучит недвусмысленно, – хмыкнула я.

Уилбер приложил свободную руку к груди. И посмотрел на меня очень серьёзно.

– Нет, не следует разбирать по косточкам каждое мое слово, Эшли. И сравнивать нас с Линетт с собой и Джошем – тоже. Вы, любите друг друга, дорожите вашим родством, как и подобает брату и сестре.

И снова я смотрела на Уилбера, изучала профиль и думала, что какой-то частью себя боюсь его. Боюсь его всесилия, его непостижимого ума, но отчаянно пытаюсь понять.

Чтобы перестать бояться. Рядом с ним не покидало чувство благоговейного трепета, и я ничего не могла с собой поделать. Вероятно, со временем удастся привыкнуть или подстроиться, но пока….

Пока я пребывала в постоянном напряжении, потому что не знала, чего можно от него ожидать.

Он тоже старался – обходился со мной, как с родной сестрой, как с ровней. Никогда в его поступках или словах не проскальзывало снисхождения. Как и обещал, Уилбер шёл со мной рука об руку, поддерживал и казался искренним.

Но я нутром чуяла, что он многое держал в себе. Десятилетия скрытности, проведённые рядом с Линетт, наложили отпечаток.

Я вздохнула и глянула на своё отражение на поверхности пруда. Мы плыли по дорожке в ореоле золотого света – его ауры. Кожа у меня светилась, волосы блестели, как жидкий шёлк.

В этом волшебном саду все становились сказочно прекрасными, но менее реальными.

– Будь со мной честен, Уилбер, – сказала я и перевела на него взгляд. – Ты вершишь судьбы магов. Мишель изменилась благодаря тебе?

– Она всегда была сильной… глубоко внутри, но нежной снаружи. Пришлось её подтолкнуть. Едва-едва.

– Ты как-то повлиял на неё? Навеял чувство страха за меня, за нас всех?

– Нет, Эшли, – мягко возразил он. – Только подтолкнул, помог ей найти в себе зерно силы. А дальше она всё сделала сама. Я никого не веду, лишь указываю путь.

– Нужный тебе.

Он снова пожал плечами – жест, который означал всё и ничего одновременно.

– А Лорелея? Ты очаровал её?

Он полыхнул на меня изумлённым взором.

– Нет! Как ты могла подумать?! Она же была единственной, кто видел мою суть насквозь.

Я чуть задержала взгляд на его глазах, и он не отвёл их. Хотя понял, что я делаю. В меня хлынула его грусть, потаённая скорбь.

– Ты по-прежнему грустишь о Лорелее. Я чувствую. И хлопоты обо мне не помогают тебе забыться. Быть может, в моих силах что-то изменить?

– Увы, но нет, – ответил Уилбер пустым голосом. Глаза его потемнели от печали, лицо разгладилось.

– Ты мог бы освободить её от моря. Жениться, забрать в замок…

– А думаешь, она захотела бы?

– Ну, разве встречать рассвет вместе не чудесно? – я отклонилась назад, вглядевшись в его красивое непроницаемое лицо.

– Забрав море у Лорелеи, я бы лишил её вечной жизни.

– Но не бессмертия.

– Уже не важно, – вздохнул он и одарил меня долгим взглядом. – Её нет, и поздно рассуждать о том, что я сделал или не сделал. Это ничего не исправит.

– Это мы ещё посмотрим, – прошептала я и посмотрела под ноги.

Уилбер хмыкнул и потянул меня за руку, увлекая к белой плетёной беседке на берегу пруда. Мгновение назад её там не было.

– Я хотел кое-что обсудить с тобой, Эшли.

– Что же? – удивилась я.

– Ты ведь знаешь, что Бен – не простой рагмарр?

– Ты о его человеческих качествах, полагаю?

– Не только, – он внимательно посмотрел на меня и отстранился. Приглашающим жестом указал на широкую скамью. – Но и о его происхождении. Шерманы далеко не то, чем кажутся на первый взгляд.

– Их родная мать выставила за дверь, – я пренебрежительно фыркнула, поднимаясь по ступеням. – Он ничего о ней не знает, об отце – тем более.

– Бен был совсем ребёнком, а Том исказил правду ради своей выгоды. Он мизинцем не шевелил, если не знал, что сорвёт лакомый кусок. Догадываюсь, что ты до сих пор считаешь, что Бен потакал ему и зову Моркха. И убивал за деньги, как и его старший брат.

– К чему ты ведёшь, Уилбер? – я подошла к скамье, сжимая в руках подол платья. И остановилась перед ним, хмурясь.

– К тому, что твой возлюбленный не забрал ни единой невинной жизни. Ему в руки попадали конверты с именами недобропорядочных магов.

– Ты постарался?

– Не мог же я загубить его жизнь?!

– А жизнь Тома мог?

– Том не был восприимчив к магии света. Душа его была черна и холодна, почти мертва с рождения. Из-за таких, как он, появились легенды об охотниках за кулонами.

– А в Бене, значит, была светлая жилка?

– Безусловно, некие задатки теплились.

Я стояла и смотрела на него, приоткрыв рот. Но так и не смогла подобрать слова. Закрыв его, я осторожно выдохнула и поглядела в сторону, собираясь с мыслями.

Уилбер шагнул ко мне, от наплыва его силы лицо обдало тёплым ветром. Я зажмурилась, и в голове всё перемешалось. Он взял мою руку, заставив выпустить кружева, и накрыл её своими ладонями.

– Знаю, что ты сейчас чувствуешь, – шёпотом произнёс он. – Считаешь меня бессердечным кукловодом с комплексом бога. Но я действовал во благо….

– Ты мог оступиться, где-то допустить ошибку, – мой голос дрогнул, пульс забился в горле.

– Я никогда не ошибаюсь, – почти с обидой возразил он и вскинул голову.

Я посмотрела в его потрясающе голубые, слегка расширенные глаза.

– Но однажды допустил же, – проронила я и, прикусив язык, снова зажмурилась. Это был удар ниже пояса, а ранить Уилбера я совсем не хотела. – Прости.

– С её смертью погибла часть меня, – сказал он, поглаживая тыльную сторону моей ладони. – Этот горький опыт кровавым шрамом высечен на сердце. Враг всегда бьёт по самому уязвимому месту. А Лорелея была моей слабостью. Но я всё исправлю.

– Что это значит? – я распахнула глаза и уставилась на него.

– А что это значит? – загадочно повторил он и иронично нахмурился, не глядя на меня, будто мысленно был где-то очень далеко.

– Узнаю старого-доброго Странника, – вздыхая, улыбнулась я. – Не хватает табачного облака и капюшона.

Тихо рассмеявшись, он посмотрел на меня из-под занавеса волос.

– Мне тоже не хватает посиделок в баре и невинной болтовни о твоих похождениях.

– Мы ещё можем всё вернуть, – протянула я, и мы вновь обменялись многозначительными взглядами.

– Пожалуй, нет. Оставим всё, как есть.

– Хорошо, – охотно согласилась я. – Останемся в сказке.

– И это будет самая прекрасная сказка, – пообещал Уилбер.

Я взяла его под руку и кивнула. И мы побрели по саду. Разве я могла ему не поверить?!