Текст книги "Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 42 страниц)

Глава 54

В ушах звенело, в затылке сосредоточилась мучительная боль. Было так холодно, что руки дрожали. Я попыталась открыть глаза, но тщетно.

Веки слиплись, лоб и левую сторону лица покрывало что-то горячее и густое. Я дотянулась рукой, коснулась пальцами и поднесла к носу. Сердце подпрыгнуло к горлу, каждый его стук отдавался в голове вспышкой боли.

Кровь. Моё лицо заливала кровь.

– Так, так, так, – раздался знакомый мужской голос.

Глаза распахнулись сами собой, но ничего не увидели – меня окружала кромешная тьма. Пошарив руками вокруг себя, я поняла, что лежу на полу. Села, подобрала ноги и уронила голову на колени.

Тошнота скопилась в горле, от резкого движения внутри черепа покатился свинцовый шар. Боль в затылке вспыхнула с новой силой.

Кто-то находился рядом – я ощущала его назойливый взгляд. Но голова так кружилась, что невозможно было сосредоточиться на чём-то другом. Сглотнув, я осторожно осмотрелась, глаза привыкали к темноте.

Появились расплывчатые очертания интерьера. Небольшая комната с зашторенным окном и письменным столом, софой и высоким стеллажом для книг. Я сидела, прислонившись спиной к стене.

Передо мной стоял мужчина в чёрной кожаной куртке, серой рубашке и брюках. Ботинки у него были коричневые, на толстой тракторной подошве. Он расставил ноги, чем-то щёлкая и подбрасывая в руке.

Я долго приглядывалась, чтобы понять – у него нож. Стерев рукавом плаща кровь со лба и щеки, я вжалась в стену, насколько это было возможно. Тьма рассеивалась перед мужчиной, словно чёрно-синий туман.

Когда зрение окончательно прояснилось, я похолодела от страха. И медленно подняла взгляд. Том Шерман….

– Не подходи ко мне, – хрипло предупредила я. – Мерзкий ублюдок!

– Ну-у, куколка, – расплываясь в надменной ухмылке, он осуждающе поцокал языком. – Мама не учила вежливости? А ведь я ещё и пальцем тебя не тронул!

– Что ты со мной сделал? – дрожа, я нащупала кулон под блузкой – приятное тепло разлилось под кожей.

Камень вдохнул в тело немного сил. Том был моим сокровенным кошмаром. Но, глядя на него, я начинала сомневаться, что это происходит во сне.

– Ничего особенного, – небрежно бросил он и скривился. Пройдясь неторопливо по комнате, рагмарр остановился перед окном и задумчиво уставился во тьму ночи. – Оглушил и лишил сил на какое-то время, пока ты валялась в бессознанке. Нам нужно поболтать, куколка, – голос Тома прозвенел в тишине.

Я вздрогнула – звук отдался в голове импульсом боли. Когда он повернулся, на его лице не осталось и тени улыбки. Оно походило на каменную маску с бездушными, мёртвыми глазами.

– Мне не о чем с тобой болтать, – огрызнулась я и попыталась подняться.

Том заметил. Неуловимым движением руки он поднял меня в воздух и швырнул в противоположную стену. Ударившись лицом, я сползла на пол.

Дом покачнулся – мир покачнулся и поплыл мимо радужными волнами. Вернулась тошнота. Из разбитой губы сочилась кровь, я ощутила солоноватый вкус во рту.

Грудь сдавило от страха и беспомощности, и я бы заплакала, если бы не была так зла на Тома и на саму себя.

– Это мне решать, – выдохнул он, внезапно оказавшись сзади.

Я задержала дыхание, когда почувствовала, как его пальцы трогают мои волосы. Закрыла глаза, подавив порыв вырваться. Сначала он их гладил, а потом резко сжал в руке.

Намотав волосы на кулак, он ударил меня лицом о стену.

Его обжигающий злобой шёпот я слышала уже, как сквозь вату, глотая капли крови, стекающие по губам:

– Ты же знаешь, как я был огорчен тем, что ты отобрала у меня брата? Так вот, сейчас я просто в бешенстве, ведь мне запрещено тебя убивать, куколка!

Его дыхание вновь обожгло лицо, и я зажмурилась. Выпустив волосы, он рывком опрокинул меня на пол. Обошёл и схватил их снова. И поволок меня по полу.

Я вцепилась руками в голову, чтобы он не выдрал клок вместе с кожей. Ему не разрешили меня убивать, но увечить и уродовать – сколько угодно. А, значит, Шерман отыграется по полной программе.

Протащив меня до круга, нарисованного на паркете, Том разжал пальцы. Это было заклинание, но какое именно… Я упала, резко выдохнув, и перекатилась на бок, чтобы сесть.

Но рагмарр повалил меня на спину и оказался сверху. Что-то щёлкнуло – в его руке блеснуло лезвие ножа. Комната завертелась, перед глазами поплыли чёрные пятна.

– Представляешь, какая ирония? Это ведь я его подтолкнул к тебе.

– Жизнь полна таких иронических моментов, – я облизала губы и поморщилась от боли, глядя на нож в его руке. – Но не жди от меня благодарности. Нет здесь твоей заслуги.

– А если бы конверт с твоим именем вытянул я, то ничего бы этого не было, – продолжал мечтательно Том, проводя подушечкой пальца по острию. – Мы бы не познакомились, куколка!

Он состроил сокрушённую мину. Я прерывисто выдохнула и подыграла ему – выдала ядовитую ухмылку.

– Не скажу, что сильно расстроилась бы.

Он замер, уставившись мне в глаза. Я смотрела на него в упор, пока он первым не отвернулся. Неужели обиделся?

– А тебя не пришлось долго ждать, – почти ласково произнёс он и склонил голову.

Лезвие оказалась в опасной близости от моего глаза. Я перестала дышать и уставилась на Тома. Навалилась слабость, но я упрямо сопротивлялась ей, боролась с желанием закрыть глаза.

– На ловца и зверь бежит! Тебе, наверно, интересно, как у меня это получилось?

– Мне куда интереснее узнать, когда всё это закончится.

– О, куколка! – громко вздохнул Шерман и осклабился. – Времени в нашем распоряжении – уйма! Не стоит торопиться. Тебя нигде не ждут, а я безумно соскучился.

– Здесь ключевое слово «безумно», – процедила я, поднимаясь.

Том игриво подмигнул мне, страшно довольный собой. Его лицо расплывалось перед глазами, и я была только рада. Но из-за боли в голове я с трудом соображала и видела происходящее, будто со стороны.

Внезапно накатила тошнота, на лбу проступила испарина, и я начала куда-то проваливаться. Том толкнул меня в плечо, вернул на место.

Я ударилась затылком – в глазах вспыхнули звёзды, закружились весёлым хороводом.

Сознание отключалось и включалось. Разлепив в очередной раз тяжёлые веки, я вздрогнула – надо мной нависал Том. Его лицо было так близко, что я не могла на него смотреть.

Он ухмылялся, плотоядно разглядывая меня. Изучал каждый дюйм лица, каждый сантиметр тела, и глаза рагмарра сверкали нездоровым блеском. Я задыхалась от запаха собственной крови и гари, которой несло от него.

В темноте блеснуло лезвие – Том дразнил, вертел им, но вдруг я почувствовала холод стали на своей шее. Тело онемело от страха, я боялась дышать, моргать, шевелиться.

Выразительные зелёные глаза Шермана следили за мной, не упускали из виду ни одной мелочи вплоть до немигающего взгляда. Казалось, он даже мысли мои слышит.

Тихо и надменно рассмеявшись, Том провёл лезвием по моему горлу. Осторожно сглотнув, я затрепетала под ним.

– Ты знаешь, как здесь оказалась? Тебя призвало заклятье. Ты его услышала и полетела, как светлячок на свет фонаря, – голос его донёсся откуда-то издалека и с задержкой.

От бессилия тряслись руки и ноги, отказывались подчиняться. Я заставляла себя смотреть на Тома, на его приторно красивую рожу. А он продолжал ухмыляться, когда как в глазах пылал огонь ненависти.

– Кулон достался тебе по ошибке. Ты – слабая, никчёмная… пустышка.

Я зашипела сквозь стиснутые зубы. Приподнялась, но уронила голову на пол, привалилась щекой к холодному паркету и прерывисто выдохнула.

– Чувствуешь это, куколка? Я буду резать тебя на куски, кромсать на ленты, но ты не сдохнешь, нет! Мне нельзя тебя убивать, но дозволено причинять боль, как можно больше боли, – он подался вперёд и жадно втянул мой запах.

Я с трудом подавила отвращение, заставила себя лежать неподвижно. Он приподнялся и навис на вытянутой руке. Его лицо было совсем близко, а когда он склонился, как для поцелуя, я тихо застонала.

Улыбнувшись, рагмарр выдохнул мне в губы:

– Помнишь сон? То наше небольшое приключение? Так вот, куколка: это не было сновидением. И сейчас я тебе докажу.

Лезвие обожгло кожу на шее, и я рефлекторно прогнулась вперёд. Том довольно рассмеялся, врезая нож глубже. Снова запахло кровью. Во рту появился кисло-сладкий привкус.

Шерман убрал лезвие и плавно провёл им по плащу, расстегнул его и приставил нож к моей груди. Я старалась унять дрожь, чтобы ненароком не пораниться. Но могла только таращиться на Тома, следить глазами за движениями его руки.

Можно было бы попробовать отвлечься…. Но когда в тебя тыкают ножом, сложно сосредоточиться на чём-то другом.

Пульс трепетал горячим леденцом на языке, страх бился в жилке на горле. Заметив, Том выдал коронную ухмылку и отодвинулся, будто хотел увидеть меня всю целиком.

Пришлось сесть вслед за движением лезвия – он его не торопился убирать.

Гнев бросился жаром в лицо. Но что мне оставалось?! Смотреть на Тома и ждать его следующего хода. Магия во мне вспыхивала и гасла, как свет в перегорающей лампочке.

Он всё продумал, всё предусмотрел. И, проклятье, я не знала, как это исправить!

– О чём ты думаешь? – посуровев, процедил он и убрал лезвие.

И слез с меня, опустился рядом на колени. Я жадно вдохнула и тут же получила раскалённой ладонью по щеке. От удара меня перевернуло в воздухе.

Я упала лицом вниз, чудом успев подставить руки. От пола несло… кровью. Он использовал кровь вместо краски. Но чью? Распластавшись, я оглядела комнату, осторожно сглотнув тошноту.

Из-за шкафа торчали ноги в туфлях. Они показались мне знакомыми. Чуть вытянув шею, я увидела женщину, сидящую на полу у стены, будто кукла.

Том заметил моё любопытство – поднялся и подошёл к телу. Взяв за спутанные светлые волосы, вздёрнул голову жертвы. Я перестала дышать – от движения на шее её открылся порез, как уродливый второй рот.

И на бледно-коричневую кофточку хлынула кровь.

– Вы знакомы? По глазам вижу, что да.

– Я не знаю её, – прошептала я, но глаз не отвела.

Ладони женщины были взрезаны – Шерман заставил её чертить круг собственной кровью. Я вспомнила, где её встречала – в Библиотеке. Когда мы наведались туда с Беном, она пробегала мимо нас, едва держа равновесие на высоких каблуках.

Нам пришлось уступить ей дорогу. Помню, как смотрела ей вслед….

– Но видела, – уверенным тоном сказал Шерман. – Тогда я правильный выбор сделал, – он покрутил лезвие в руке и отпустил волосы женщины. Голова безвольно упала на залитую кровью грудь. – Я нашёл эту ведьму, чтобы она сотворила заклинание. Ты лежишь в круге силы. И он будет сосать из тебя энергию вместе с кровью, вытекающей из твоего тела.

– Тебе это с рук не сойдёт, проклятый психопат, – прошипела я.

Том метнулся ко мне размытым чёрным вихрем и оказался сверху. Я вжалась в пол. Он схватил меня за запястье и отвёл руку в сторону. Сердце пропустило удар.

Глава 55

Припечатав к полу, он занёс над ней нож. Я невольно дрогнула, но только позабавила Шермана. Склонив любопытно голову, рагмарр просиял своей омерзительно-неотразимой широкой улыбкой.

– И что ты мне сделаешь? – улыбка превратилась в оскал, рука крепче сжала рукоять ножа.

Блеснула сталь, быстрее, чем я успела вскрикнуть. И пронзила запястье. Из глаз посыпались искры вперемешку со слезами. Горячая кровь дорожкой потекла по коже.

Первые капли упали на паркет, и заклинание впитало их. В глазах стал меркнуть свет. Боль жгла, импульсами расходилась по всей кисти, ползла вверх, но я не вскрикнула.

Не хотела доставлять Тому удовольствия. Ему придётся постараться, чтобы заставить меня вопить.

– Я глаза тебе выгрызу! – прошептала я, плавно садясь, словно кто-то за ниточки потянул. – Клянусь, я убью тебя, Том!

– Хм-м-м…– изрёк он, изобразив удивление. И подался навстречу. Его раскалённая ладонь сдавила мне шею. Я начала задыхаться, глядя в его свирепые глаза. – Низший маг окочурился бы от этого заклятья, а ты продолжаешь рыпаться. Неужели действительно так сильна?

Сознание заволакивало серой дымкой, но я умудрилась рассмеяться Тому в лицо. И он смутился – не ожидал такого поведения. Разжав пальцы, отодвинулся.

Труп ведьмы упал на бок, это отвлекло Шермана – он на мгновение отвернулся. Я вытащила нож из запястья и занесла его для удара, целясь в плечо.

Но он поймал меня и вдавил пальцы в рану. Ахнув, я зажмурилась и выпустила оружие.

– О, какая прыткая! – хохотнул рагмарр. – Мне не страшна твоя кровь, куколка. ОНА защитила меня, поделилась силой. А что ты сделала для Бена? Что он в тебе нашёл? – разглядывая меня, задумчиво проговорил он и повалил меня. Затем запустил руку во внутренний карман кожанки и достал ещё один нож. И тяжело вздохнул, наморщив лоб. – Проблема в том, что Бен всегда был другим. А ты послужила для него поводом оставить меня и ненавистный образ жизни. Ты ведь его истинная? – он склонился над моим лицом и провёл острием ножа по щеке.

Я прикрыла дрожащие веки, борясь с желанием отвернуться. Том тихо усмехнулся.

– Истинность – сказка для юных наивных ведьм. Оно никого не выбирает, потому что есть в каждом из нас. Стоит только пожелать исправиться, измениться. Бен хотел этого с самого рождения, и ты удачно подвернулась со своей смазливой мордашкой, – он с яростью надавил на нож, и лезвие заскребло по коже. Я почувствовала, как из тонкого пореза сочится кровь. – Мне никогда в голову не приходило стать кем-то другим, меня всё устраивает.

– Нет ничего плохого в стремлении стать лучше, – дрогнувшим голосом сказала я.

В голове шумела кровь, уши заложило от волнения. Я знала, что Шерман и этот нож в меня воткнёт, но боялась не боли, а того, какую часть тела он выберет.

– Быть другим и желать мучений? – холодно хмыкнул Том и негодующе вскинул брови. – Без чувств лучше, спокойнее. Бен предпочёл тебя мне, избрал путь страданий.

– Ты не понимаешь, что значит чувствовать, и не веришь в искупление истинностью.

– Как всегда права, куколка. Я не хочу понимать и тем более принимать его, как нечто волшебное, чудесное, – он раздражённо скривился и сплюнул в сторону. После чего взял меня за вторую руку и стал перебирать пальцы, разглядывая их почти с нежностью. – И я считаю, что не только в этом магическом даре весь изюм. Полагаю, дело в сексе.

Он замер и посмотрел на меня исподлобья пустыми глазами. Я осторожно качнула головой, невольно напрягла руку в его ладони. Том снисходительно улыбнулся.

– Не отпирайся. Бен, всё-таки, мужик. Если бы ты была каракатицей в зелёных бородавках, никакая истинность не удержала бы его рядом с тобой, куколка! Поверь моему слову, – он хмыкнул, и как по волшебству на его лице появилось стальное выражение. – Выходит, ты для него идеальна. Ты умеешь готовить?

Я ничего не ответила.

– Я так и думал. Значит, всё же секс, – Шерман почесал лезвием свой щетинистый подбородок. – Ходят легенды о магии истинности. О том, какие ощущения можно испытать в постели, но никому из ныне живущих, не везло так, как моему братцу. Хотел бы я попробовать то, что досталось ему за красивые глаза.

Я дёрнулась, пытаясь выползти из-под Тома. Он расхохотался, стиснув моё запястье. Придавил его к полу и пригвоздил вторым ножом.

Вскрикнув, я закусила губу и притихла. Я стерплю все издевательства, но если он посмеет овладеть моим телом в самом грязном смысле – вцеплюсь ему в лицо. И будет уже плевать, выживу или нет.

Том скривился, доставая ещё один нож.

– Не парься. Я не собираюсь тебя насиловать. Мне хватает секса.

– Нашёл подружку? Такую же шизанутую, как ты? – я глядела на него с вызовом, плечи сдавило от гнева.

Если бы руки не были прибиты к полу, я бы ударила его наотмашь. И стёрла бы с физиономии эту гнусную ухмылочку.

– Ещё шизанутее, – Том расплылся в слащавой улыбке сердцееда.

Он запустил руку под мой плащ и сорвал её. Для этого рагмарру пришлось с силой меня вздёрнуть и приложить снова о пол. Ударившись головой, я потеряла счёт времени, провалившись в глубокую мягкую тьму.

Когда очнулась, Том со скучающим видом выводил загнутым кончиком ножа узоры на моих ладонях. Секунду спустя я ощутила ужасную боль, и мелькнула мысль – он разрезал меня на куски!

По позвоночнику пронеслась судорожная дрожь. Я закусила губу. Тома раздражало моё молчание. Он хотел слышать стоны и мольбы о пощаде. Ублюдок любил смотреть в глаза жертве, когда она умирает, но на этот раз убивать нельзя.

И он хотел выжать из меня кровь до последней капли, каждый мучительный вздох, крики боли до изнеможения.

Я мысленно позвала Бена. Затем Джоша. Никто не откликнулся, в голове гуляло гулкое эхо, как в пустой морской раковине. Тогда я прикрыла веки, отгоняя приступ паники.

Я выйду отсюда, только когда Шерман вдоволь наиграется. Расслабься, Эшли, и постарайся не раздражать его.

– Как думаешь, он услышит тебя? – заметив, что я очнулась, спросил Шерман.

Он провёл лезвием по плечу и остановил его во впадинке между грудей. Я замерла, но частое сердцебиение выдавало страх, а Тому только этого и было нужно.

Небрежно покачав ножом у меня перед носом, он осклабился. И посмотрел на мою левую руку.

– Может, тебе отрезать один из этих восхитительных пальчиков? Думаю, Бен как-нибудь переживёт, а я люблю оставлять себе трофеи.

Я дрогнула, стиснув зубы, и согнула правую ногу в колене. Оно оказалось в опасной близости от его паха. Том понял, что я собираюсь сделать, и навалился всей массой тела на нижнюю часть моего тела.

И сполз ниже, так, что его лицо оказалось на уровне моего живота. Я приподняла голову, попыталась скинуть его с себя, но это было всё равно, что стараться сдвинуть с места каменную глыбу.

Шерман закатил глаза, чтобы видеть моё лицо.

– Ты знала, что в союзе истинной пары рождаются уникальные дети?

Я нахмурилась и замерла, но даже думать было сейчас больно. Том заметил моё недоумение и расплылся в коронной ухмылке.

– Надеюсь, Бену понравится то, что я для него приготовил. На самом деле, я приготовил подарок сразу для троих, – он приподнялся и задрал мне блузку, оголяя живот. Я вжалась в пол, давясь дыханием. Том взглянул исподлобья уже без тени улыбки. – Тебе, Бену и твоему покровителю. Чтобы он на тебя особых надежд не возлагал.

Резким движением он разрезал блузку. Я задрожала под холодной сталью, скользящей по коже, выводящей узоры. Том с сосредоточенным видом выбирал место для удара.

Я извивалась под ним, стараясь выползти, но он приставил лезвие к солнечному сплетению и надавил. От груди к поясу брюк побежал обжигающий ручеек, из глаз прыснули слёзы. Я больше не могла терпеть боль, но продолжала глотать стоны.

Склонив любопытно голову, Том посмотрел мне в лицо. В его глазах я увидела смерть и муки, которые он долго и методично планировал, терпеливо ждал подходящего момента. Я хотела отвернуться или зажмуриться, но боялась.

Он вогнал лезвие в мою плоть и ждал. Ждал, когда клетки начнут восстанавливаться. Я уже чувствовала, как ножи, пригвоздившие мои руки, обрастают мясом и кожей. Так вот чего хотел Шерман!

Том прокрутил лезвие внутри меня, сильно довольный собой и процессом. И вытащил его. Всхлипнув, я подалась вслед за ножом и рухнула обратно. Боль вспышкой разнеслась по всему телу.

Хватая воздух ртом, я силилась не отключиться. Шерман дожидался, когда плоть восстановится, и выдёргивал ножи, раз за разом резал заживающую рану по новой. Но то была всего лишь прелюдия.

Заметив, что я теряю сознание, он рассмеялся и занёс нож. Я не успела осознать, что происходит, как лезвие вновь вошло в живот. В горле застрял вскрик – я рефлекторно прогнулась, и Том глубже вогнал его.

И повёл вниз. Лезвие заскребло по кости и воткнулось в пол подо мной. Том с силой надавил на рукоять, но не это было самое страшное – когда он стал медленно вытаскивать его, я почти лишилась чувств.

Тело затрепетало в судороге, глаза закатились в череп.

– Не беси меня, – прорычал Том. – Мы ещё не закончили. Очнись и открой глаза! Я не хочу, чтобы ты упустила хоть какой-то момент нашей игры. Эй, куколка? – Том залепил мне пощёчину, и я, с трудом шевеля неподъёмными веками, заморгала. – Не отключайся, а то я заскучаю!

Из груди вырвался тяжёлый болезненный вздох. Я закашлялась, почувствовав во рту кровь.

– У тебя быстро кровь останавливается, – недовольно проговорил он. – Так совсем не весело, – поцокав языком, он тихо и мерзко рассмеялся, занося нож надо мной, обхватив рукоять обеими руками.

Сон как рукой сняло – таким ударом он пробьёт меня насквозь!

По щекам бежали слёзы беспомощности, в теле не осталось воли. Во рту стоял солоноватый вкус, тошнотворно несло кровью, и горло щекотали перья.

Перья?

Волна адреналина захлестнула меня, и Том раздражённо закатил глаза, нехотя опуская лезвие. Дверь в комнату распахнулась от удара ногой и грохнулась о стену.

Том повернул голову, смерив вошедшего ледяным взглядом – на пороге стоял Стэнли, а за его спиной с угрожающим видом возвышался Коул.

– Напрасно припёрся, пернатый, – хмыкнул Том. – Мы с ней сами разберёмся.

– Ты не меня ждал, понимаю, – сдержанно протянул Стэнли и вошёл в комнату. Пройдя за спиной у Тома, Фамильяр остановился и развернулся ко мне лицом. В его глазах мелькнула тень страха, но он скрыл его под маской безразличия. – Разделаться с братом – твоя навязчивая идея?

– Моя навязчивая идея – убить эту куколку, но у неё слишком много защитников, – небрежно бросил Шерман и поднялся на ноги. Кивнув на меня, он просиял своей коронной ухмылкой. – Хочешь забрать? Да, пожалуйста! Она быстро вырубается. Становится тоскливо.

– Тоскливо, говоришь? – в помещении заметно потеплело – комната заполнялась магией.

Коул неуловимым бескостным движением появился сзади и опустился на корточки. То, как он вытаскивал ножи, я уже не чувствовала. Только когда он просунул под меня руки и поднял, я вытаращила глаза – стонала каждая клеточка тела.

– Я могу устроить тебе безудержное веселье, – с желчью отчеканил Стэнли.

И ударил неуловимым взмахом руки. Голову Тома по инерции отбросило в сторону. Я готова была поклясться, что видела птичьи когти, мелькнувшие в синем полумраке.

Щёку рагмарра рассекли три глубоких пореза. Не дав ему очухаться, Главный Фамильяр нанёс второй удар в живот. И снова в вспышках сознания померещилась когтистая лапа.

Согнувшись пополам, Том попятился. А когда выпрямился, на его рубашке спереди распускались кровавые пятна. Глаза Стэнли пылали, как два сапфира.

Коул прижал меня к своей груди, будто не хотел, чтобы я видела. Моя голова безвольно упала ему на плечо. От него пахло чистотой – ничем. И за это я была безмерно благодарна. От любого запаха меня могло сейчас вывернуть наизнанку.

От Тома разошлась сила, словно круги на воде от брошенного камня. Она заполнила комнату жаром, стало горячо дышать. Жар этот прошёл сквозь меня, сквозь Коула. Я ощутила, как он напрягся, сопротивляясь магии.

Обои на стенах почернели и начали тлеть. Стэнли упёрся ногами в пол, превозмогая порыв силы, протянул руку и схватил Тома призрачной когтистой лапой.

Сощурив глаза, я увидела перья. Это было крыло… Крыло с изогнутыми когтями. Я словно видела всё наизнанку – ускользающее сознание искажала действительность?

Чиркнув по горлу Шермана и оставив тонкую алую полосу, Главный Фамильяр отступил. И в то же мгновение жар развеялся.

– Передавай привет своей подружке, – процедил он. – Мы сохранили тебе жизнь, чтобы она у тебя её отняла.

Том взмыл вверх чёрным вихрем и, выбив окно, вырвался наружу. Глядя ему вслед, я медленно проваливалась в небытие.

Последней мыслью было – ему удалось уйти. И наступила умиротворяющая тишина.