Текст книги "Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 42 страниц)

Глава 27

Я больше не хотела прикасаться к вещам Линетт, но Бен заставил меня сесть на диван. Сцепив пальцы рук до белизны костяшек, я прижала их груди, силясь унять дрожь. После видения, всё лучшее, что я думала и испытывала к наставнице, рассеялось.

Воспоминание вызвало столько противоречивых чувств, что ноги подкашивались. Бен опустился на корточки и обнял мои колени. Он пытливо всматривался в лицо, но при этом казался равнодушным, безучастным.

Я протянула к нему дрожащие руки. Иногда мне не хватало у него проявления эмоций. Каждой крупинкой своей сущности я нуждалась в ощущении его близости, как духовной, так и физической. Но в наших отношениях я узнала, каково было Лукасу со мной.

Бен услышал последнюю мысль и, его взгляд потемнел, ладони накалились и сильнее сжали мои колени. Свет в комнате заморгал, провода заискрились. Я вздрогнула и посмотрела на Бена, стиснув его руки.

Он поджал губы и, успокаиваясь, закатил глаза. Ревность давалась ему нелегко, потому что граничила с гневом, а гнев являлся частью его сути. Некстати я вспомнила о Лукасе…. И ведь прекрасно понимала, кто из них одержит победу в схватке один на один.

Оттого и волновалась.

Он отвернулся, но я взяла его за подбородок и заставила смотреть на меня. Лицо Бена разгладилось, стало непроницаемым – казалось, слышно, как он возводит стену. Я наклонилась и коснулась губами его лба.

– День ото дня память подкидывает ребусы, – тихо произнесла я и прижалась щекой к его волосам.

Бен поднял голову, мне пришлось оторваться от него и выпрямиться. Он взглянул на меня небесно-голубыми загнанными глазами.

– В голове всё перемешалось. Линетт и Ровер будто бы борются за моё расположение…. То она привстает в обличии милосердной меценатки, то пытается придушить. Да и он хорош! – я убрала руки Бена, и он отодвинулся. Встав в полный рост с присущей ему грацией, помог подняться, придержав за локоть. – Первое время я воспринимала Ровера, как тёмное пятно в жизни Линетт. Он был её болью и печалью, но в один прекрасный день предстал в ином свете. И мои мысли понеслись кувырком. Я перестала что-либо понимать.

Кружа по кабинету, я обнимала себя за плечи. Бен наблюдал за мной, не проронив ни слова. Но когда я застыла перед столом и уставилась на рукописи и книги, он осторожно приблизился.

– Тебе нужно отдохнуть, Эшли, – осторожно сказал он, нависая надо мной сзади. Кожа на спине дёрнулась и покрылась мурашками от ощущения тепла его тела. – На тебя столько свалилось….

– Я отдохну, когда сниму этот проклятый кулон! – прошипела я и смахнула всё со стола.

Бумаги взлетели в воздух и осенними листьями опустились на пол. Папки разлетелись побитыми птицами, некоторые порвались, рассыпав содержимое на ковёр.

– Ты не можешь…– начал Бен и замолчал.

Потирая подбородок, он следил за мной слегка расширенными глазами и ничего не предпринимал.

– Мои родные пострадали из-за этой гнилой побрякушки, – проходя мимо кофейного столика, я смела с него вазочку с фруктами. Яблоки и персики покатились по полу. – От неё одни несчастья.

Я остановилась перед книжной полкой, на которой стояла музыкальная шкатулка.

– Придётся найти иной способ прекратить всё это, – попытался меня образумить Бен и подошёл сзади. Его руки скользнули по моим предплечьям. Сила потекла по коже ровным потоком, как горячий танцующий ветерок. – Мы доведём дело до конца, а там посмотрим. На кону слишком много, Эшли. И жизни твоих близких тоже.

Я взяла шкатулку обеими руками и отстранилась от Бена. Его ладони соскользнули с плеч, и он отступил, пропуская меня. Гнев стянул мышцы живота, крик застрял в груди острым камнем.

Подняв шкатулку над головой, я бросила её на пол. По ковру разлетелись металлические лепестки и пружинки, перламутровыми слезами посыпался жемчуг.

– Они рассчитывали на это. Знали, что не отступлю, пока не завершу начатое. Я заложница в их бесконечной игре!

– Мы пока не можем с уверенностью сказать, чья вина во всём этом.

– Можем, – понизив голос, прошептала я и посмотрела на портрет Линетт.

Она ухмылялась, глядя мне прямо в глаза. Я бросилась к ней, схватив со стола нож для бумаг.

– Эшли, не надо, – Бен поймал меня за руку чуть выше локтя и притянул к себе.

Тяжело дыша, я позволила ему забрать у меня нож, но тут же вырвалась. Оттолкнула его руки и подошла к шкафу. Открывая ящики, с остервенением вышвыривала из них всё, что попадалось под руку.

Взяла вазу и замерла – на выпуклой поверхности мелькнуло отражение наставницы. Из горла вырвался бессвязный крик боли и ярости. Стиснув зубы, я запустила её в стену.

По комнате разлетелись перламутровые осколки, сломленные стебли и лепестки цветов.

– Будь ты проклята, Линетт!

Ледяной воздух разгонял мысли. Шок прошёл, сменился оцепенением. Сил хватало лишь на концентрацию, чтобы не материализоваться в небе и не рухнуть кулем на землю. Я летела и ни о чём не могла думать, кроме как о горячей ванне.

Приземлившись неподалёку от дома, я поняла, что Бена нет рядом. И завертелась на месте, запрокинув голову, выглядывая его на пустынной улице, в унылой серости облаков. Ещё ничего не заметив, почувствовала, как содрогается воздух.

По спине скользнул холодок. Я медленно обернулась к дороге. Неожиданный порыв ветра сдул волосы назад и бросил хлопья снега под ноги. Дыхание сбилось, глаза заслезились, но я упрямо смотрела вперёд.

Где-то там клубился дым, вихрилась сила, и несло гарью.

Свинцовые тучи размазывались по небу, и казалось, что оно вот-вот рухнет. Вдруг, прорвав его, вниз полетел сгусток чёрного дыма. Он клубился и мерцал огненными жилами. Я знала, что это не Бен, и побежала к калитке.

От запаха гари закружилась голова, порыв обжигающей магии ударил в спину. Я начала падать, выставив ладони, и упёрлась ими в забор. Пальто жгло спину, ткань вплавлялась в кожу.

В голове промелькнуло – коснуться калитки, чтобы рагмарр не посмел подобраться. Схватившись за спасительную ручку, я обернулась и задержала дыхание, но ничего не произошло. Защитная магия не сработала.

Заморгав, я уставилась на свою руку и подёргала калитку. Ничего. Отошла от забора и достала из-под блузки кулон – он полыхал чёрным огнём. Сила пролилась внутрь меня, одежда больше не прилипала к телу раскалённым воском.

Вокруг плавился воздух, я глубоко вдохнула и закашлялась. Горло ошпарила магия. Как раз в это мгновение чёрный дым рухнул передо мной на асфальт. Жар охватил улицу, сомкнулся вокруг нас кулаком.

Я медленно разворачивалась, когда появился другой сгусток дыма – серый. Вернулся Бен. Я ощутила его движение, но глазами не уследила. Ещё какое-то время назад это выглядело бы, как магия, будто он исчез в одном месте и появился в другом.

Он налетел на рагмарра дымящейся кометой и не дал ему материализоваться. По пустой проезжей части покатился клубок, разбрасывая огненные искры. Загорелись ветви клёнов, и вороны, громко крича, поднялись чёрной суетливой тучей ввысь.

Пламя перебиралось на соседние деревья, и вскоре вдоль дороги растеклась огненная стена, отрезав дома. Я стояла в пылающем коридоре, а передо мной схлестнулись два рагмарра.

Кожа пульсировала от силы, циркулирующей в воздухе. Перед глазами плыло, и не получалось различить, где Бен, а где его соперник. Едва заметила сизую дымку, как они снова слились в тёмное искрящееся пятно.

Вдруг Бен беззвучным ударом вышвырнул рагмарра, тот вихрем пролетел по улице и распластался напротив моего дома. Бен не позволил ему подняться и набросился первым, вплавил в асфальт.

Рагмарр взвился и скинул его с себя, взмыл в небо. Облака боязливо расступались перед ним, а дым от горящих деревьев расползался по земле. Бен взлетел следом, разогнав гарь и языки пламени, тянущиеся к нему.

Обогнул улицу, разорвал небесную серость и махнул ввысь. Но рагмарр совершил манёвр над крышами домов и камнем бросился вниз. Бен вовремя заметил и нагнал его – яркие вспышки, всполохи магии и дыма, и чёрный сгусток покатился кубарем по дороге.

Бен рухнул на землю, от мощного удара под ногами задрожал асфальт, вспучился и серой волной прокатился по огненному коридору.

Его силуэт соткался из серого дыма и вышел ко мне. Я шагнула навстречу, рассматривая борозду на щеке, залитой кровью. Поморщившись от боли, он попытался стереть алые ручейки рукавом кожанки, но сзади зашевелился рагмарр.

Глава 28

Бен замер и бросил на него взгляд через плечо. Зрачки его глаз утонули в сиянии магии. Кожа блестела, словно подсвеченная изнутри. У меня зажгло в груди – пробудилось забытое чувство, страх защипал в горле.

Я смотрела на него и не могла оторваться. Красивый и смертельно опасный, невероятно сильный. По позвоночнику скользнул липкий холодок, когда мы встретились взглядами.

Его магия губительна, но невероятно желанна, и меня она давно сломила.

Рагмарр поднялся на ноги, приобретая человеческий облик. Миг спустя из чёрной дымки шагнул Майло, отряхивая руки. У меня челюсть отвалилась, и я ничего не могла с этим поделать.

Сосед изменился с нашей последней встречи. Отнюдь не был похож на забитого, чудаковатого парнишку. Расправил жилистые плечи, расчесал тёмные лохмы, доходящие до ушей, отрастил аккуратную стильную бородку и… стал выглядеть довольно эффектно.

По-рагмарровски.

Ему шёл чёрный цвет – кожаная куртка и пуловер оттеняли тёмно-карие, сурово поблёскивающие глаза. Ничего особенного, но зрелище завораживало. Однако, стоило посмотреть на Майло в упор, как всё внутри застыло.

Правая часть лица была залита кровью. Под влажным багровым блеском чернели ссадины на щеке и обугленный рубец над бровью, рассекающий лоб. И рана выглядела глубокой.

Он подошёл сзади, словно хищник, подбирающийся к давно приметившей его жертве, не менее опасной и быстрой. И достаточно одной искры, малейшего движения для того, чтобы снова вспыхнула драка.

Майло не отводил глаз от Бена и не смягчился даже когда посмотрел на меня.

– Что ты творишь, Майло? – вскинулась я и шагнула навстречу, разведя руки. – Какой ехидны ты здесь устроил?

– Он с тобой? – хриплым голосом спросил сосед и, кивнув в сторону Бена, откашлялся в кулак.

– Тебе-то что? – нахмурившись, процедил Бен.

Я подошла и коснулась его плеча, посмотрела в мерцающую синеву ледяных глаз и провела ладонью по щеке, стирая кровь. Он напряг скулы, но позволил, глядя поверх моей головы на соседа.

Обернувшись, я приблизилась к Майло.

– Да, со мной. Тебя что-то смущает?

– Ты знаешь, кто он, Эшли?

– Безусловно. Бен – рагмарр. Как и ты, Майло. Так в чём проблема?

– Я решил, что он тебя преследует, – он неуверенно пожал плечами.

– Спасибо, что заботишься обо мне, Майло, но в этом нет нужды. Бен живёт здесь, со мной под одной крышей. Неужели ты его не чувствуешь?

– Небо кишмя кишит охотниками, – криво ухмыльнулся он, и натянулся давний шрам над губой, чуть обезобразив красивое лицо. Тёмные глаза Майло недобро полыхнули в сторону Бена. – Фамильяры тоже сбивают моё чутьё.

– Да, – я обернулась на пылающие деревья перед домом. Подняла руку, и от меня пронёсся порыв ветра и погасил огонь, словно великан задул свечи на торте. – Их привлекает моя семья, устроили здесь наблюдательный пункт.

– В последнее время участились случаи нападений рагмарров, – нейтральным голосом сказал сосед и демонстративно обошёл Бена. Он придирчиво рассматривал его от макушки до пят, как пряник на ярмарке. – Верховная Ведьма бросила все силы на защиту наиболее важных для неё магов. Похоже, она высоко ценит тебя, Эшли.

– Пока они охраняют меня, другие гибнут.

Он остановился перед Беном и чуть склонил голову набок.

– Нет, фамильяры повсюду, но тебе уделено особое внимание.

– Какая честь, – процедила я сквозь зубы.

Бен надменно хмыкнул, в упор глядя на Майло. Мужчины смерили друг друга оценивающими взглядами. Воздух загустел от напряжения, силы и тестостерона.

Обстановка накалилась так, что в ушах зазвенело. Между ними промелькнула магия, будто молния ударила, повеяло гарью. У меня в голове взвились птицы, захлопали негодующе крыльями.

Я закрыла уши ладонями, силясь не закричать, но внезапно всё прекратилось. Майло отступил первым, разрушив тёмное волшебство, сила растаяла в воздухе, и стало легче дышать.

Птицы унеслись прочь, наступила тишина. В первое мгновение я решила, что оглохла. Сосед подошёл ко мне, рискнув оставить Бена у себя за спиной. Я встретила его тяжёлый взгляд, слегка вскинув головой.

Его лицо смягчилось, глаза оттаяли.

– Не только фамильяры постоянно пасутся около твоего дома, но и рагмарры.

Я нахмурилась и перевела взгляд на Бена. Он вскинул бровь, но больше ни одним мускулом не дрогнул. Ледяное, непоколебимое спокойствие застыло на его лице. Разумеется, он знал! Вот только делиться со мной не собирался.

Поджав губы, я вновь посмотрела на Майло. Раз Бен молчит, то я всё узнаю от соседа.

– Ты видишь их?

Он коротко кивнул.

– А если не вижу, то чувствую. Но лиц я не различил.

– Среди них не было лысого и накаченного?

– Он по своим делам является и никогда не прячется.

– Ты знаешь его? – я подошла ближе и провела пальцами над раной на его лице.

Он поморщился и отшатнулся, хотя я не прикоснулась.

– Другие называют его перебежчиком. Не спрашивай, что это значит. Я понятия не имею, – с ноткой раздражения в голосе сказал Майло и посмотрел на меня холодными, твёрдыми глазами.

– Имеешь, – ласково прошептала я и склонила голову набок. – Скажи, Майло: ты ведь не относишься ни к рагмаррам, ни к фамильярам? Что же тогда останавливает тебя поведать мне правду?

– Он может быть одним из них, – ровным голосом сказал Майло и покосился на Бена.

– Нет, не может. Доверься моему слову. А теперь выкладывай, что ты там скрываешь? Вы так окучиваете меня все, что терпения не хватает, – я замолчала, справляясь с гневом, и резко выдохнула. – Мне нужны ответы. И я слёзно прошу, потому что ты мой друг. Дай мне их, Майло.

Сосед мазнул настороженным взглядом по моему лицу, покосился на Бена, и снова посмотрел на меня.

– Перебежчик не принадлежит к рагмаррам, как ты уже поняла. Но и к фамильярам отношения не имеет, – устало выдохнув, он понизил голос почти до шёпота. – Но кому он служит, я действительно не знаю. А он ведь выполняет чьи-то поручения.

– Несомненно, – я задумчиво нахмурилась. – Значит, он покинул свой народ.

– Многие так поступили, – вздохнул Майло и замер – я медленно перевела на него тяжёлый взгляд. Он выдал мне коронную кривую ухмылку.

Я скользнула к нему, он отступил на шаг и выставил руки вперёд.

– Ты знаешь причину?

– Не всем по нраву новое руководство, – с долей сарказма сказал он и качнул головой.

– Ты видел нового Моркха?

Его лицо вытянулось, улыбка сползла, как размытая водой краска.

– Самого Моркха – нет. Но видел его цепного подручного, – он посмотрел на Бена долгим красноречивым взглядом. – Я принял твоего друга за него, Эшли. Прошу прощения.

– В каком смысле? – опешила я.

Бен развернулся к Майло, расправляя плечи. Его глаза полыхнули гневом.

– Он похож на меня? – голос его прозвучал ровно, бесцветно, но в интонации проскользнули искорки жара.

– Да, – кивнул сосед и опустил руки. – Только глаза у него зелёные, а на шее кулон болтается. У рагмарра – кулон. Это сначала сбило с толку.

Я и Бен переглянулись.

– Да, мы знаем о кулоне, – тихо сказала я. – Зеленоглазого зовут Том, и он брат Бена.

Майло присвистнул.

– Так ты Бен? – он бесхитростно протянул ему руку. – Рад знакомству! Извини, что чуть не поджарил.

– Бывает, – с каменным видом бросил Бен, без недоверчиво пожимая её.

– Том живёт мыслью добраться до меня, – охватив себя руками, я покачала головой. – Кто бы мог подумать, что он зайдёт так далеко…

– Им движет навязчивая идея, – вздохнул Бен, глядя на меня исподлобья. – Он расшибётся, но воплотит её.

– Вы такие мрачные, ребята, – пробормотал Майло, хмурясь. – Я осознаю, что дело крайне паршивое, но не стоит отчаиваться. Я охраняю горизонт, так что можете быть спокойны…

Я развернулась на каблуках, расплетая руки, и ткнула Майло пальцем в грудь.

– Мне не нужны такие жертвы. Лучше иди домой и залечи рану на лице!

Майло усмехнулся в несвойственной ему манере – надменно, холодно и как-то изумлённо. Бен сурово покосился на него.

– Я уже не тот хлюпик, которого ты привыкла видеть, Эшли, – он охватил пальцами моё запястье и замер на миг, глядя прямо в глаза. – И я не боюсь смерти или кары за неповиновение.

Я опустила взгляд и посмотрела на свою руку. Он разжал пальцы и, поморщившись, отступил на шаг.

– А сейчас что было?

– Я имел в виду нового Моркха, – поспешил оправдаться сосед и пожал плечами.

– Что с тобой произошло? Непривычно выглядишь. Где милый и тихий сосед Майло со своим фирменным несъедобным пойлом из опилок?

У Майло глаза заискрились – довольно и лукаво, но улыбка вышла холодной.

– Прозрел, – сказал он и спрятал руки в карманы куртки. – Или повзрослел – уже неважно. Ты помогла мне найти место в жизни. Я решил, что отвергать свою сущность бессмысленно. Важно сделать выбор, наметить путь и следовать ему, а не пытаться казаться лучше, прятаться в тёмной комнате и бояться, что все о тебе узнают правду. Это глупо. Отрицать свою природу, – он скорчил ироничную гримасу, – нет ничего абсурднее.

– Рада, что смогла помочь, – удивлённым тоном протянула я и, прищурившись, посмотрела на Бена.

– Поздравляю, – бросил он Майло, оправляя кожанку. И осклабился. – В наших рядах пополнение.

Я просияла ядовитой улыбкой.

– Знала, что вы подружитесь.

Бен беззвучно чертыхнулся, опустив голову, а Майло недоумевающе покосился на него. Слегка странно было смотреть на двух рагмарров – охотников за головами и видеть мальчишек.

– Кстати, я хотела с тобой поговорить, Майло.

Он вскинул голову и внимательно посмотрел на меня.

– Я весь внимание.

– Ты знаешь, что произошло в моей семье. Об этом вся округа уже в курсе.

Он неопределённо передёрнул плечами, возведя глаза к небу. Бен пренебрежительно хмыкнул, наблюдая за парнем. Паясничество, похоже, в крови у рагмарров.

– Жандармы устроили знатную шумиху, – он развёл руками, не вынимая их из карманов куртки. – Вы попали в выпуски новостей.

– Славно, – сухо бросила я, глядя на него в упор. – Так я хотела спросить, Майло. Ты что-нибудь видел в тот день? Или хотя бы слышал?

Сосед преобразился. Опустил голову и посмотрел на меня серьёзным, пустым взглядом.

– Думаю, ты понимаешь, Эшли. Если бы знал, то в тот же день стоял бы у тебя под дверью. Было тихое утро, ничем не отличающееся от прочих. Никто не входил и не выходил из вашего дома. Как это случилось…. Разве что убийца через дымоход залез, но сама догадываешься, что это невозможно.

– Ты подглядываешь за Эшли? – Бен подался на Майло, но я упёрлась ладонью ему в грудь.

– Нет, – Майло перевёл на него улыбающийся взгляд. – Я приглядываю за ней. Приглядываю, понял?

Бен заскрипел зубами, мышцы его под моей рукой напряглись, и повеяло жаром.

– Не надо, Бен. Он дразнит тебя. Майло самый безобидный парень, которого я в жизни… знала.

– По секрету, я таким и остался, – тихо сказал сосед и подмигнул Бену.

Бен отодвинулся от меня и с шумом выдохнул. Майло перевёл на меня озорной взгляд.

– Ничего, он привыкнет.

– Этого я и боюсь, – протянула я. И указала им за спину на обугленные деревья. Издалека доносился вой пожарных сирен, из домов выходили потрясённые соседи. – Придумайте что-нибудь. Объясните людям, что здесь произошло, но так, чтобы они ничего не поняли.

Укутавшись в пальто, я подошла к калитке и взялась за ручку. Насыщенный выдался день….

Глава 29

Я зашла в дом, стряхивая с себя хлопья снега и пепла. И застала на кухне Джоша. Он с озабоченным видом изучал содержимое холодильного шкафа, потирая колючий подбородок.

Я сняла пальто и повесила его на вешалку. Направляясь к лестнице, бросила беглый взгляд в сторону парня. Стало интересно, что бы он сказал о моём последнем видении?

Хлопнула входная дверь – вернулся Бен. Перед домом разворачивалась пожарная карета. Я не стала ничего спрашивать. Раздевшись, он забрёл на кухню, чтобы перекусить за компанию с Джошем.

Когда я почти добралась до лестницы, за спиной послышалось многозначительное покашливание. Закатив раздражённо глаза, я остановилась.

– Куда торопишься? – буднично спросил Джош, вытаскивая из холодильного шкафа блюдо с ягодными тарталетками.

Я осмотрела его с ног до головы. В серой рубашке и синих домашних штанах он не растерял своего природного шарма, но меня этот факт не смягчил. Когда Мишель узнала о том, что Джош служит в Системе, он стал приносить бумажную работу домой и больше времени проводить с сестрой.

– Хочу побыть одна, – сказала я. – Мне нужна передышка, чтобы всё обдумать.

Я сходила в ванную комнату Моники и принесла зелья и бинты, промыла рану Бена на щеке. Джош наблюдал за нами, доедая остатки запеканки. Когда я закончила, он задумчиво хмыкнул, но мысли не озвучил.

Развернувшись к нему лицом, я скрестила руки на груди. Джош поймал мой взгляд и побледнел. Бен подошёл к нему, забрал тарелку из рук, внезапно утративших волю, и вернулся к столу.

Джош закрыл холодильный шкаф и неспешно подошёл к столу, не сводя с меня глаз. Бен пододвинул к нему чашку с кофе. Я склонила голову набок с вымученным видом. Понадеялась, что он сам всё выложит, увидев мои грустные глаза. Не тут-то было!

Нахмурившись, Джош схватил последний кусок запеканки и поднёс ко рту, но так и не откусил. Не выдержал моего ждущего взгляда. Опустив кусок обратно в тарелку, он выпрямился.

– Что ты о ней выяснила?

– Не только о ней, но и о себе, – я подошла к столу и оперлась на него ладонями. Посмотрела на Джоша снизу вверх. – Ты знал, что у неё была другая ученица?

Он вскинул брови и хмыкнул, поднося чашку к губам.

– Мне не часто случалось общаться с Линетт, чему я был безумно рад, – сказал он и отпил кофе. – Но я с самого начала испытал лёгкий шок, когда она тебя сделала своей преемницей. Со слов Стэнли, рыжая стерва нашла твой дар исключительным. Я так и не поверил до конца.

– Она не выбирала меня, выбор ей навязал Ровер. При первой нашей встрече она была готова расцарапать мне лицо, а я была ещё крошечной девочкой!

Джош напрягся и поставил чашку на стол. И бросил недоумевающий взгляд на Бена. Тот методично пережёвывал тарталетку и смотрел на него с непроницаемым видом, привалившись к стене.

– Вы чего, ребята? – усмехнулся Джош, приглаживая взъерошенные волосы. Неосознанный жест – он нервничал.

– Кто тебя приставил ко мне, Джош? – понизив голос, спросила я и обошла стол, шагая по нему кончиками пальцев.

Во мне вскипела сила, золотыми ручьями потекла по венам. Цвета померкли, как на старом портрете, и я поняла, что глаза застилает чёрное пламя. Выражение лица Джоша стало каменным, он попятится от меня.

Упершись спиной в кухонный стол, выставил перед собой ладони. И изобразил беззлобную улыбку.

– Сегодня день откровений, так что валяй! Я должна услышать правду, Джош. И я не оставлю тебя в покое, пока ты не выложишь её мне! – с последним словом я ударила рукой по полке рядом с его лицом.

Подпрыгнув, звякнула посуда, застонало дерево.

– Бен? – протянул он и посмотрел на Шермана.

Я проследила за его взглядом – Бен изогнул бровь и неторопливо поднёс чашку к губам, подул на неё. Избрал позицию наблюдателя, но я знала, на чьей он стороне.

У Джоша жилы на шее натянулись, скулы напряглись так, что кости проступили. Глаза его вспыхнули гневом. Он рывком отлип от стола.

– Какого хрена вы двое задумали?!

Я не успела опомниться, как он ускользнул от меня, и сдавленно засмеялась.

– Я слишком устала, чтобы гоняться за тобой, Джош.

Развернувшись размытым от скорости движением, я застала его у окна. Он мигнул, а я уже оказалась перед ним. Подняла руку, остановив её в дюйме от шеи Джоша. От моих пальцев к нему поплыл чёрный ветерок.

Он ошарашено хохотнул.

– Не сходи с ума, Эш. У тебя нервы слишком натянуты, они могут лопнуть.

– Тут я ничего не могу поделать, – выдохнула я. – Кто ты на самом деле?

– Что ты узнала в этой проклятой комнате? – он всматривался в моё лицо, стараясь прочитать мысли.

– Не надо, Джош, – я качнула головой, рассыпая волосы по плечам. – Играй по-честному.

– Ты на взводе, Эшли, – голосом, лишённым эмоций, протянул он и подался навстречу.

Пришлось отодвинуться, чтобы не причинить ему вреда. Чёрный ветер поплыл вслед за моей рукой. Сглотнув, Джош попытался поймать меня за запястье, но я ускользнула и оказалась справа от него.

Он надул щёки и медленно выпустил воздух, уронив безвольно руки.

– Я никогда не желал тебе зла, ты же знаешь. Но я не понимаю, чего ты хочешь сейчас добиться? Задавай вопрос без увиливаний и намёков, а я попробую на него ответить.

– Как давно мы знакомы?

Он наморщил лоб, вспоминая.

– У меня пальцев рук не хватит, чтобы сосчитать…– в его голосе промелькнула интонация, которая заставила меня придвинуться ближе. Рука гладила воздух над плечом Джоша, он настороженно косился на неё. – Кажется, будто целую вечность.

– Мне нужны цифры, – одними губами сказала я и обожгла его щёку дыханием.

Он непроизвольно зажмурился.

– Я не знаю, – прошипел Джош в ответ, повернув ко мне голову.

В его взгляде шевельнулась тень силы, словно что-то огромное поднималось с глубины. Кухню заполнила тишина, воздух завибрировал от энергии, сочащейся от Джоша. Он выходил из себя и не собирался этого скрывать.

По коже моих рук скользнула мягкость меха, заставила покрыться мурашками. Пахнуло мускусом.

– Не обвёл этот день красной ручкой в календаре, уж извини!

– Даже сейчас ты пытаешься меня провести.

– Ладно, обводил, – кивнул он, скрипнув зубами. – Ты меня поймала.

Бен усмехнулся, но прикрыл рот кулаком, усердно изображая кашель.

– Неужели я так много прошу, Джош? – моя рука дрогнула, и ветер взметнулся к лицу парня.

Он вытянулся по струнке в попытке отодвинуться, но ему помешал стол.

– Ты сама не ведаешь, о чём просишь.

– Я всего лишь хочу расставить события по своим местам. Хочу понять, откуда ты взялся, и почему мы так прочно связаны. И пытаюсь выяснить, почему вы все лжёте!

– Я никогда тебе не лгал, – облизав губы, он посмотрел на меня проникновенным взглядом. – Но есть вещи, которые мне ни под каким предлогом нельзя тебе рассказывать.

– Это одно и то же, – я прерывисто выдохнула и сжала руку в кулак. Сквозь стиснутые пальцы сочился чёрный ветер. Отвернувшись, я вытерла о плечо влажную дорожку на щеке. – Держать в неведении или лгать – всё равно. Из меня сделали марионетку, у которой нет права выбора. И кукловод вертит ею, как пожелает. А самое мучительное в том, что все вокруг знают, каков мой следующий шаг, но прикусили языки и наблюдают.

Заморгав, я отстранилась и опустила руку. Сила улеглась, золотые нити погасли. Джош отлип от стола и встал передо мной, заслонив обзор. Я засмотрелась на его тяжело вздымающуюся мускулистую грудь, заметила, как напряжены бицепсы.

Он глядел на меня, полураскрыв губы, будто собираясь что-то сказать, а пульс его бился пойманной птицей под тонкой кожей горла.

– Я смертельно устала, Джош, – выдавила я из себя, и моя рука взметнулась вверх размытым от скорости движением.

Он поймал её, сжал в ладони и поднёс к губам. Я подняла глаза, хмурясь.

В кухне закружился тёплый вихрь, охватил нас в кольцо и схлынул. За спиной Джоша потрескивал огонь в камине, дрожали языки пламени расставленных на нём чёрных свечей. Цвета вернулись, ослепили меня насыщенностью.

В помещении царил оранжевый полумрак. Тикали ходики на стене, за окном бушевал ливень. О карниз ударялись тяжёлые капли, а ветер бился в окно, как нечто живое. Пахло флуциями и сургучом, ароматными травами и сладковатым воском.

Густой, насыщенный, пьянящий запах, из-за него воздух казался плотным и удушливым.

Я приподнялась на цыпочках, коснувшись груди Джоша, и моя ладонь прошла сквозь его тело. Я стала падать, выставив руки. Оказавшись на коленях, уставилась на узорчатый палас, ещё не понимая, что произошло, а глаза уже заполняли слёзы.

– Ты должен беречь её, Джош, – раздался голос отца.

Подняв голову, я увидела Элджера стоящим у окна спиной ко мне. На нём был бордовый камзол с чёрным узором, чёрными манжетами и воротником-стойкой. Чёрные брюки были заправлены в кожаные сапоги. Волосы цвета вороньего крыла блеснули в свете пляшущих огней, когда отец слегка повернул голову.

– Даже ценой своей жизни, – он говорил твёрдо, но на лице отразилась тень скорби. – Мы не желали вам обоим такой участи, но Линетт не оставила нам выбора.

– Ты же знаешь, что я не дам её в обиду, – голос Джоша прозвучал так молодо и с вызовом, что моё сердце облилось кровью.

Задержав дыхание, я обернулась. Он стоял в тени высокого книжного шкафа, привалившись к нему плечом. Руки парень держал в карманах чёрных классических брюк со стрелками. Голова Джоша была слегка опущена. Тёмные волосы свесились вперёд, заслоняя лицо.

Сверху на нём была бледно-голубая рубашка, а поверх неё форменный, фиолетово-серый пиджак. Я поднялась с колен и осторожно подошла к Джошу. Между нами задрожал и заискрился воздух.

Будто почуяв, парень вскинул головой, но посмотрел сквозь меня на отца. Он был совсем юным, каре-зелёные глаза светились жизнью, но в них читалось непонимание, смешанное с гневом.

Я прикрыла рот ладонью, силясь не заплакать и не закричать.

Отец медленно развернулся к нему лицом и тяжело вздохнул.

– У твоей сестры кроме тебя никого там не будет. Я сделаю всё возможное, чтобы вас не разлучали.

Забыв, как дышать, я уставилась на Джоша, моргнула и перевела взгляд на отца. Только сейчас в глаза бросилось внешнее сходство. Тёмные волосы, манера статно держать спину и двигаться…. И даже в жестах, мимике проскальзывала родственность.

У меня сердце пропустило удар и понеслось галопом. Улыбающийся разрез глаз, форма губ и резко очерченные скулы…. Но нос у Джоша был мамин – прямой и слегка вздёрнутый. Я неосознанно коснулась пальцем своего носа и задрожала.

Почему я раньше этого не замечала?!

– Почему вы не увезёте её из страны, не смените имена? – Джош отлип от шкафа и шагнул сквозь меня. – Можно же всё оставить, как есть, но вдалеке от Эгморра.

– Ты молод и горяч, Джош, и ничего не смыслишь в политике…

– Знаю, знаю, – отмахнулся парень и быстрым шагом пересёк комнату. – Не продолжай! Спрячьте Эшли. Однажды вы уже рискнули ради неё, сделайте же это вновь!

– Её найдут и убьют, а в Мортелле она будет под защитой Ровера. Не вынуждай нас выбирать, Джош. Рискнув ради дочери, мы потеряем сына, – отец тяжело вздохнул и сложил руки за спиной.

Джош обошёл его и замер слева, вглядываясь в профиль пылающими глазами. Он всегда был эмоциональным, но сдерживался, прячась за масками. Только не в юности.

Ещё не владел мастерством притворства или не видел в этом необходимости. Сейчас по его лицу можно было многое прочесть.