Текст книги "Дым и перья в академии Эгморра. Сказочная ложь (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 42 страниц)

Я и Бен обменялись осторожными взглядами. Джош же рассмеялся, открывая входную дверь, да так искренне и добродушно, что Мишель смутилась.

– Не торопи события, любимая, – усталым голосом сказал он, в глазах его веселье сменилось горечью. – Ты ещё пожалеешь, что с нами связалась.

Она посмотрела на него долго и пристально, без тени эмоций на лице. И твёрдо произнесла:

– Никогда.

– Отлично. В таком случае, мы проведём обряд посвящения и выдадим тебе значок, но чуть позже, – он потёр переносицу и переступил порог. – А сейчас меня ждёт служба.

Захлопнулась дверь, снова в кухне повисла тяжёлая тишина. Вздохнув, Мишель направилась к окну. Она провожала брата печальным взглядом, пока он не скрылся за домом Майло.

– Почему он злится? Я просто устала от того, что вы постоянно от меня что-то скрываете, – не оборачиваясь, тихо сказала она.

Бен откинулся на спинку стула, покручивая чайную ложку между пальцев. Засучив рукава кардигана, я подошла к раковине и включила воду.

– Поверь, я понимаю тебя, как никто другой. Но Джош любит повторять, что это для нашего же блага.

Она хмыкнула и обернулась.

– Я чувствую себя обманутой.

Закатив устало глаза, я начала мыть посуду. Мишель отошла от окна и приблизилась ко мне. Как раз вовремя – от порыва ветра распахнулась форточка.

Сестра не успела ахнуть, как на подоконнике оказался Персик. Отряхнувшись от снега, он спрыгнул на пол и пробежал мимо сестры, не забыв потереться о её ногу.

Я застыла, глядя на кота, на его нервно подрагивающий хвост и вздыбленную шерсть на спине. Он протяжно мяукнул и бросился под стол.

Бен отодвинулся и заглянул под скатерть, а я уже брела к окну. И ноги меня не слушались.

Над улицей повисли плотные серые облака. Ветер раскачивал голые деревья, и поблизости не было видно ни одного фамильяра. Я обняла себя за плечи и прерывисто выдохнула.

Страх стянул мышцы живота в болезненный узел. Что-то надвигалось, неслось в этой куче воздушных масс. У меня кожа зашевелилась на теле, будто хотела уползти от наплыва силы.

Она летела с ветром, сочилась в дом, наполняла его предчувствием зла. Внезапный порыв ветра распахнул окно, я вздрогнула и попятилась к столу. Шторы раздувались парусами, на улице потемнело.

Свинцовые тучи заволакивали горизонт, и это было похоже на восход тьмы. Бен резко встал, опрокинув стул на пол. Мишель расширенными глазами всматривалась в облака, тающие под натиском злой силы.

– Что происходит, Эшли? – взволнованно спросила она.

– Эшли, быстро отойди от окна! – повысил голос Бен, но я не сдвинулась с места.

Раздался шёпот прямо в голове, возрос до пронзительных криков. Уголком сознания я понимала, что на небе вовсе не тучи клубятся. Задержав дыхание, шагнула ближе, оттолкнула руками раздувающиеся шторы.

Слышно было, как потрескивает воздух от бурлящей энергии. Но слишком быстро тени заволакивали небо, слишком горячим стал ветер.

К нам мчались рагмарры.

Глава 49

Чёрные облака ворвались на улицу, срывая черепицу с крыши дома напротив. Дома, где жила чета Чарлсонов. И они служили в Системе.

По спине скользнул липкий холодок. Время остановилось.

Прошлогодняя листва, гонимая ветром и обжигающей силой рагмарров, повисла в воздухе. Уши заложило, пропали звуки, померкли краски.

В окнах соседнего дома сверкающими брызгами взорвались стёкла и посыпались на лужайку.

Два чёрных вихря отделились от общего клубка и вломились в жилище. В груди разлился жар, кольнул раскалённым кинжалом – дом соседей потемнел, словно погасшая лампа.

Из померкнувших окон хлынул чёрный ветер. Я прикрыла рот ладонью. Охотники буквально у меня на глазах убили семью фамильяров.

Я моргнула, и время понеслось галопом. Отзвенели осколки, обрушились на землю. Мишель, взвизгнув, попятилась к стене. А я стояла и смотрела, будто прикованная.

– Проклятье, – прошептала, не слыша собственных мыслей.

– Я же сказал, Эшли, – Бен пытался перекричать гул ветра, – отойди немедленно от окна!

– Они не могут… – пробормотала Мишель.

– Могут! Дом давно лишился защиты!

Чёрный вихрь взметнулся над улицей, клочья земли поднялись над дорогой. Лужайка вспыхнула чёрным пламенем, забор рассыпался белыми досками.

Рагмарры неслись к нашему дому, снося всё на своём пути, вырывая деревья с корнями. Звон бьющегося стекла я услышала с задержкой, когда они уже ворвались в кухню.

И бросилась прочь, но врезалась в обнажённую мужскую грудь.

Чья-то рука охватила меня, сдавила до боли. В спину полетели осколки, но стена магии смягчила удар. Я вскрикнула, от накала силы ломило кости.

Я ничего не видела, только задыхалась от шквала энергии, от вспышек магии.

Вокруг всё смешалось – тьма со светом, крики птиц с отчаянным визгом Мишель. Я зажмурилась. Что-то происходило совсем близко, трещала мебель, доносились звуки борьбы.

Не помня, как дышать, я силилась взять себя в руки и ясно мыслить. Вдох-выдох, вдох-выдох. Нестерпимо несло гарью – эта вонь отрезвила, как удар.

Я распахнула глаза и подняла голову, превозмогая жгучий порыв силы. Джош смотрел поверх моей головы и весь светился изнутри, зрачки пылали магией.

От него исходил ветер, и казалось, мы стояли в эпицентре урагана. Джош был этим ураганом. На руке, которой он меня обхватил, вздулись вены.

И если бы он не держал так крепко, то я вылетела бы в окно.

Щёку обожгло волной жара – мимо пронёсся рагмарр. Джош стиснул зубы, но не обернулся. Он продолжал удерживать заслон из клубящейся энергии.

Охотники бились в него, каждый удар отдавался дрожью где-то глубоко внутри тела.

Я часто и тяжело дышала, сопротивляясь накатывающей панике. Мне нужно было увидеть Бена и Мишель, чтобы хоть немного успокоиться.

Звуки борьбы, всполохи обжигающей силы – рагмарра подбросило в воздух. Он рухнул на обеденный стол и проломил его. Уставившись на сгусток чёрного дыма, собирающийся с пола в силуэт, я пропустила мгновение.

Что-то упало сзади, и в мою ногу вдавились раскалённые пальцы. Я завизжала, прогнувшись назад. Рука исчезла, но боль осталась, а вместе с ней – запах опалённой кожи.

В Джоша врезалось нечто тяжелое, и он ослабил хватку – его снесло волной жара. Он кувыркнулся через разгромленный стол и исчез из виду.

Я оказалась стоящей посреди кухни, вздрагивая от порывов магии. И, наконец, смогла увидеть всю картинку целиком.

Мишель была рядом с входной дверью. Она упиралась в неё ладонями, и её глаза светились расплавленным золотом. Бен двинул коленом в грудь рагмарра, стоявшего на коленях, припёр его к стене и замахнулся.

Его раскалённый кулак смазанным от скорости движением сломал охотнику челюсть.

Полностью обнажённый Джош придавил массой тела другого охотника и ножкой стола ударил по горлу. Над головой летели искры, заполнили всю кухню, как огненные, беспощадно жалящие пчёлы.

Я стала разворачиваться, но уже знала, что глаза у меня полыхают чёрным огнём. С улицы нёсся сгусток дыма – выставив руку, я толкнула в него волной силы.

Охотника отбросило назад, он налетел спиной на стену, и дом содрогнулся.

Он сел и рванулся вперёд, но увидел моё лицо и отполз обратно. В окно ввалился ещё один, но застыл, не закончив манёвр – завис надо мной, будто бы рассматривая.

Я шагнула ближе – поплыла по воздуху, не касаясь ногами пола.

Вокруг меня плясали языки чёрного ветра, тьма заполняла тело, затопляла силой. В такие моменты в груди ощущалась пустота и лёгкость, но сегодня я не была этому рада.

Хотелось злиться, разнести к ехиднам тёмных тварей, но частью себя я понимала, что новые смерти ни к чему хорошему не приведут. Они всего лишь слуги, выполняющие волю своей новой королевы.

И их гибель не тронет её гнилое сердце, а лишь подвигнет нападать снова и снова. До тех пор, пока мы не сломаемся.

Посмотрев на рагмарра, повисшего в воздухе, я дёрнула за невидимые нити магии – он рухнул плашмя на пол, усеянный осколками.

– Что вы здесь забыли? – мой голос прозвучал чуждо, холодно, до мурашек зловеще.

– Мы всего лишь выполняем приказ, – подняв голову, сказал тот, что лежал на полу.

Он часто дышал и во все глаза смотрел на меня. Невысокий и крепко сложенный, волосы короткие светлые.

Было что-то в его чертах мягкое, но чётко очерченные скулы и заострённый нос перебивали это ощущение.

– Вы пришли убить меня?

На втором этаже дома разбилось окно. Возведя глаза к потолку, я крикнула:

– Наверху!

Бен бросил обмякшее окровавленное тело рагмарра и рванул вверх по лестнице серой искрящейся полосой густого дыма. Джош загородил Мишель – она плела заклинание на двери.

К ним подбирался охотник, утирая кровь с подбородка рукавом куртки. В окно влетели ещё трое. Я подняла руку, глядя на них всех внутренним взором, чувствуя их в своём сознании.

Сжала её в кулак и ощутила натяжение нитей силы.

Рагмарры замерли, таращась на меня. На втором этаже слышалась возня, звуки катающихся по полу тел, а в кухне царила напряжённая тишина.

Во мне натянулась сила и засверкала – будто рыбы на блесне, в сознании всплыли образы охотников за головами. Над нашим домом их вилось больше десятка.

Я видела каждого из них сквозь дым и гарь.

Призраки фамильяров теплились блёклыми огоньками, многие из них угасали. Охотники положили почти весь патруль, дежуривший у нашего дома. Я чувствовала, как они умирают на сырой земле с выжженными сердцами.

Гнев обжёг изнутри, хлынул наружу волной магии. Сила поднималась из глубин тела – та тёмная сила, которую я долго и упорно задвигала в дальний угол сознания.

Та часть меня, что позволила убить Мэриона, которой я так дико боялась. И она вылетела изо рта с беззвучным криком.

Всё замедлилось, словно залитое прозрачным стеклом. Я вытащила из себя эту силу и швырнула в рагмарров. Их вдавило в стены, сквозь гул энергии раздались придушенные крики.

Чернота разлилась вокруг тел, будто их собственные тени пытались уползти. Кожа на лицах и руках трескалась, как у разбитых глиняных масок.

Я чуть ослабила поводок, пропустила нити сквозь метафизические пальцы, и охотники рухнули на пол все одновременно.

А я осталась стоять в оглушительной тишине. Ни звука, только тонкий далёкий звон в ушах, как оловянные колокольчики. Повернулась, словно в замедленной съёмке, и увидела силуэт на дороге.

Чёрный сгусток дыма наблюдал за нами, выжидал подходящий момент. Предвкушал, когда нас прикончат.

Меня окутало серой мглой, и перехватило дыхание. Дым завихрился вокруг, обошёл со спины и схлынул. Я ощутила тепло тела, приблизившегося сзади, и сердце пропустило удар.

Вины Бена не было в том, что я так реагировала на него, но в напряжённые моменты это сбивало с толку и могло стоить нам жизней.

– Это он, – сказал он на ухо, указав на улицу.

– Том, – прошептала я, и гнев ударил изнутри с новой силой – сжал плечи, руки, пролился жаром до пальцев.

Вновь в ладони появилась пылающая боль, пронеслась судорогой до плеча. Я тихо вскрикнула и стиснула зубы. Откуда-то я знала, что Том в это мгновение улыбался своей безжалостной улыбкой.

И этой мысли оказалось достаточно. От меня расплескался чёрный ветер, поползла сила.

– Я убью его! – сквозь зубы процедил Бен, глядя в окно.

Он стоял, окутанный сиянием собственной ауры, глаза его светились серебром. От него повеяло гарью, воздух вокруг нас начал плавиться и переливаться.

– Не сейчас, Бен, – сказала я, качнув головой. И повторила, понизив голос: – Не сейчас.

Один из рагмарров поднялся и вышел вперёд, мы повернули к нему лица.

– Шерман! Ты – цель номер два, – с кривой ухмылкой он указал на Бена.

Я склонила голову набок, разглядывая выскочку. Тёмные волосы, разделённые на прямой пробор, смуглая кожа и тёмно-карие, почти чёрные глаза. Черты лица грубые, словно высеченные из тёмного дерева.

И читалась в них беспощадность, бесчеловечность. Из его тёмных глаз на меня глядела сама смерть.

– Сначала вам придётся меня одолеть, – голос мой пронёсся эхом в головах рагмарров, разразился громом в стенах кухни.

У смуглого лицо вытянулось, ухмылка сползла с тонких губ. Рагмарр, что сидел у стены, встал на четвереньки, затем медленно поднялся в полный рост и замер передо мной.

Я перевела на него взгляд. Он оказался довольно высоким и атлетично сложенным. Под чёрной кожанкой была тёмно-синяя кофта с капюшоном, снизу – серые штаны и простые ботинки.

Будто с утренней пробежки заскочил к нам на шум. Его русые, вьющиеся мелкими колечками волосы были коротко острижены. Лёгкая щетина придавала приятному лицу зрелости и мужественности.

А серо-голубые глаза смотрели на меня с неприкрытым изумлением и… обречённостью.

– У тебя природная сила, а у неё – краденая, – голос его прозвучал с придыханием, но твёрдо. Он верил в то, что говорил. – Поэтому склоняю голову перед тобой. Я чту законы нашего народа, отлично помню, о чём они гласят, хоть не раз их пытались извратить новые и новые правители. Можешь убить меня, но я не вернусь к её ногам.

– Нет, я сохраню тебе жизнь, – я была потрясена, и это отразилось в интонации, с которой говорила.

Бен коснулся моего запястья, глядя на рагмарра, и тот, заметив, сглотнул.

– Мне нельзя возвращаться.

– Но мы не убийцы!

Рука Бена до боли стиснула моё запястье, магией обожгла кожу. Я ахнула, поворачиваясь к нему, но воздух загустел, движение получилось заторможенным.

Успев заметить на его лице гримасу гнева, я вдруг начала падать на спину.

– У нас приказ убивать каждого, кто попытается переметнуться и примкнуть к тебе! – голос смуглого послышался, как сквозь вату.

Он размытой чёрной полосой рванулся к сдавшемуся рагмарру. Они сцепились и покатились по полу, заклубились бурей. Другой охотник налетел на Бена, его рука выпустила мою прежде, чем они увлекли меня за собой.

Падая на россыпь осколков, я видела, как ещё двое бросились на Джоша и Мишель.

В чёрно-серой мгле нельзя было что-либо разглядеть. Я вздрагивала от ударов магии, от всплесков силы и загребала ладонями осколки с пола.

Они резали кожу, вонзались, кровь текла ручьями. Но я не чувствовала боли – ледяной гнев взвыл в груди, затуманил сознание.

Как поднималась – не помню. Меня словно за ниточки вздёрнули и плавно поставили на ноги. Выдыхая, я уловила движение в окне – тёмная полоса дыма налетела на Тома и сбила, опрокинула на землю.

– Майло, нет! – завопила я, не слыша собственного голоса.

Всё смешалось. Мир плыл мимо меня, в глазах двоилось. Рагмарры, окружившие дом, все разом кинулись к дороге. Туда, где Майло и Том копошились искрящимся огненным клубком дыма.

Слева от меня смуглый навалился на Бена. Пока они боролись, Мишель на четвереньках подползла к плите и схватилась за ручку сковороды, на которой горели вафли.

Охотник ощутил её движение и поднял голову, развернулся к сестре корпусом. Она с размаху ударила его раскалённой сковородкой по лицу.

Его опрокинуло назад, крик разнёсся по кухне. Перекувырнувшись через Бена, он упал навзничь перед окном.

Бен уже оказался на ногах и схватил его за ворот куртки. Перед глазами расплывалось, но даже сквозь пелену я видела, как его пылающий кулак бьёт охотника в грудь.

Запахло горелым мясом, чёрный пепел взметнулся в воздухе.

Я обернулась, ища глазами Джоша. Двое рагмарров загоняли его в угол. Он перекинулся во льва и бросился на них. Налетел всей массой тела и раздавил голову лапами сперва одному, затем вспорол когтями лицо другому.

Уголком сознания я дико испугалась, руки задрожали, но вопреки проклятию магов, он не превратился в чудовище. Тряхнув гривой и окрасив стены брызгами чужой крови, он глухо рыкнул и в прыжке ринулся к Мишель.

Она глядела на него расширенными глазами, ошарашено тряся головой. И не заметила, как сзади подкрался охотник. Лев приземлился на разгромленный стол – сестра вздрогнула.

И, резко обернувшись, оказалась лицом к лицу с рагмарром.

Я потянулась к Мишель силой, но она меня опередила. Выставив ладони, сестра пихнула сгусток дыма волной магии. Донёсся тихий шёпот, и я не сразу поняла, что он звучит в голове.

Не знаю, как Мишель это сделала, но рагмарра охватил дикий ужас. Он заметался, забился, как пойманная птица, и завопил. Я ощутила, что его сердце вот-вот разорвётся на части от животного ужаса.

А шёпот перешёл в крик, вознёсся до песнопения и на последнем слове разлетелся осколками звуков. И в то же мгновение рагмарр упал и разлетелся чёрным пеплом.

Сестра тяжело дышала, пятясь к кухонному столу, а я смотрела на неё и не верила своим глазам. Убив, она, как и Джош, не утратила себя.

Нас пичкали ложью с пелёнок – это уже никакая не новость. Но я знала об этом, а сестра – нет. И всё же она не отступила.

Прерывисто выдохнув, я шагнула к окну, перебирая в руках осколки стекла. Кровь стекала сквозь пальцы. Густые багровые капли падали на пол, разрывая воцарившуюся тишину.

Возня в углу закончилась булькающим всхлипом – Бен добил охотника. Но оставался ещё один.

Смуглый сидел на полу, привалившись к стене, и глубоко и часто дышал. Под ребрами у него чернела рана, с выдохом из неё выплёскивалась кровь.

Переступив через его ноги, я подошла к окну. Майло лежал на земле, и в первое мгновение я решила, что он мёртв. Но присмотрелась и увидела, как тяжело вздымается его грудь, как жадно рот хватает воздух.

Рагмарры оставили его, не добили. Унесли ноги, решив, что проиграли этот бой?

– Он ранен? – спросил Бен, обтирая ладони о брюки. Ткань окрасилась кровью, смешанной с пеплом.

– Не серьёзно, – тихо сказала я.

– Ему повезло каким-то чудом. Том никогда не отступает.

– Моркх отозвала их. Испугалась, что вы перебьёте её гарнизон, – прохрипел рагмарр и придушено рассмеялся. – Том должен был убивать каждого, кто отсюда вылетит живым, не покончив с вами. Он выполняет за неё всю грязную работу и получает от этого удовольствие.

Я посмотрела на него, и на его лице отразился ужас, смешанный с усталостью. В моих глазах стихало чёрное пламя, но ему хватило того, что он уже увидел.

– И ты здесь сдохнешь, чтобы не принять смерть от его руки? – спросил Бен, сжимая кулаки. Сквозь пальцы его вновь сочилось пламя.

– Ты можешь сделать это за него, – рассмеялся рагмарр, демонстрируя окровавленные зубы. – Вы же одной крови!

– Кровь никакого значения не имеет, – бесцветным голосом отрезал Бен и опустился перед ним на корточки. – Имеет значение то, что у тебя в сердце.

Улыбка охотника померкла. Казалось, он не понимает и осуждает его за то, что он не такой, как все. Бен тоже это заметил и невесело усмехнулся.

– Что? Это слишком сложно для тебя, да?

Но его слова я не расслышала. В груди что-то дрогнуло, разлился холодок по позвоночнику. Я застыла и прислушалась. В доме остались ещё двое рагмарров.

Я предположила, что они проникли через разбитое окно в спальне Моники, но это уже было не важно. Один подбирался к Мишель и Джошу, вновь принявшему человеческий вид.

Другой держался в стороне, прятался за дверью в спальню Моники. По полу поползла сила, повеяло гарью. Я стояла вполоборота и уловила движение. Джош тоже почувствовал и напрягся.

Охотник двигался бесшумно, скользил, точно тень. Но не успел достигнуть цели – не поворачиваясь, я швырнула в него осколки.

Большие и маленькие – они вонзились в лицо, глаза, шею. Он упал, визжа и извиваясь от боли. Чернота разливалась у него под кожей, заражала ядом моей крови.

В тот же миг брат развернулся и налетел на второго рагмарра, вдавил его в стену.

Я подняла с пола осколок длиной с хороший кинжал. И неторопливой походкой направилась к ним. Шла, глядя на охотника, и резала осколком себе ладонь.

Джош ударом пригвоздил его, сжал пальцы на горле. Охотник вытянулся, вжался в стену, будто мог провалиться сквозь неё и избежать моего приближения.

– Ваша правительница не оставила нам выбора, – подходя, сказала я.

Джош отпустил рагмарра и отступил, освобождая мне дорогу. Я посмотрела ему в лицо, поднялась на цыпочки – он вздрогнул. Темноволосый, с большими синими глазами, полными обыкновенного человеческого ужаса.

И шепнула интимно, чтобы только он слышал:

– Я не убью тебя, но ты станешь моим посланием ей.

И, отодвинувшись, провела пальцами по щеке. Он заскулил – чуть слышно, стыдясь своего страха передо мной.

– И что я должен буду ей передать? – облизав потрескавшиеся губы, спросил рагмарр.

Я улыбнулась – ласково и холодно одновременно.

– То, что я не соревнуюсь с ней. Мне это не нужно. Я уже выиграла – кулон у меня!

Он всматривался в моё лицо, улавливая суть слов. Приложив осколок окровавленным краем к его щеке, я взрезала кожу.

Охотник вскрикнул, зажмурился, кровь потекла по подбородку, струйки побежали по шее. Рана буквально на глазах почернела, и тут меня осенило.

Изумлённо хмыкнув, я отстранилась от него.

– Так вот как она меня ранила. Своей кровью.

Рагмарр у стены дёрнулся в мою сторону. Не оборачиваясь, я швырнула в него осколком. Он вскрикнул, забулькала кровь в горле, и обмякшее тело свалилось на пол. И наступила тишина.

– Пошёл вон, – шёпотом сказала я второму.

И едва мои слова отзвучали, как он обратился в дым и вылетел в дыру во входной двери.

Обняв себя за плечи, я побрела к окну. Бен снял с крючка кухонное полотенце и бросил его Джошу. Брат едва успел прикрыть им наготу, как Мишель быстрым шагом подошла к нему сзади.

– Ты кто такой? – её голос прозвучал звоном бьющегося стекла в тишине кухни.

– Персик, разве не видно? – хмыкнул Бен и отшвырнул носом ботинка сломанную ножку стола.

– Ты, правда, Персик? – взвизгнула сестра, сжимая кулачки.

Джош раздражённо закатил глаза и развернулся к ней лицом.

– Тебя только это сейчас волнует?

Придерживая коротенькое полотенце на бёдрах, брат смотрел на неё, и губы его растягивались в улыбке.

– Как ты мог?! – чуть слышно прошептала она.

– А ещё он мой родной брат, Мишель, – сказала я.

Бен подошёл сзади и обнял меня. Проверил – не ранена ли. Но я неотрывно смотрела в окно. На то, как Майло поднимается с земли и отряхивается.

Его поколотили, но до пускания крови дело не дошло. Облегчённо выдохнув, я прижалась щекой к плечу Бена. Он сцепил руки у меня на животе, а я накрыла их ладонями.

Сестра метнула в меня ошарашенный взгляд. Открыв рот, она попыталась что-то сказать, но не вышло.

– Поздравляю! Ты попала в наш клуб, – сказал Джош и рассмеялся – весело, заразительно и устало.

И я невольно улыбнулась, затем рассмеялась, запрокинув голову на плечо Бену. Нервы, наверное.