Текст книги "Элдрич (ЛП)"

Автор книги: Кери Лейк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 44 страниц)

ГЛАВА 32 ЗЕВАНДЕР

Прошлое…

Зевандер с трудом сдержал отвращение, поднимающееся к горлу, когда две служанки натирали его тело золотой глиной, покрывая свежие шрамы металлическим блеском в подготовке к Золотому вакханалию. Все, что он знал об этом событии, было то, что оно было связано с каким-то турниром и привлекало множество дворян и высокопоставленных лиц. Несколько других рабов стояли в комнате, как и он, слуги покрывали их обнаженные тела золотым блеском.

С вытянутыми и скованными руками он закрыл глаза от нервирующих движений рук служанок, которые заставляли его хотеть вылезти из собственной кожи. Прикосновения, какими бы нежными они ни были, стали для него осквернением, нежелательным ощущением, которое он сравнивал с издевательствами генерала. Этот дискомфорт был сильнее, чем голод, который в тот момент скручивал ему желудок.

– Посмотри, как твое тело реагирует на мое прикосновение. – Слова генерала эхом отзывались в его голове, и Зевандер поморщился, отвернувшись.

Тем не менее, эти слова оставались в его памяти, наряду с воспоминаниями о укусах и рывках, царапинах и ударах, когда он отказывался подчиняться ее требованиям.

Одна из служанок размазала глину по его спине, что слишком напоминало ему о последней порке. О том, как мучительная боль всегда следовала за нежными ласками генерала, обман ее иначе нежных рук. Он стал мастером в предвидении первого удара, читая ее сигналы. Краткая пауза. Изгиб ее пальцев и изменение хвата. Изменение ее дыхания и насмешливый тон ее слов.

В его сознании укоренилось ожидание того же от любого прикосновения.

Насильственные мысли затуманили его разум, пока ладони слуг скользили по его телу, повсюду и одновременно. Пока они продолжали, он закрыл глаза, и в его воображении возник образ генерала Лойс с восемью руками, которая трогала и лапала его, медленно спускаясь ниже, от бедер к ягодицам. Его пульс участился, тело напряглось, дыхание стало поверхностным. Желудок сжался, он выпустил рык, вдавливая маленькие полумесяцы в ладони сжатыми кулаками. Даже если у тех, кто прикасался к нему в тот момент, не было злого умысла, он не мог отвлечься от кошмарных воспоминаний о том, что ему пришлось пережить, о тех случаях, когда он по неизвестным причинам не смог сбежать в калигорью. Когда он был вынужден терпеть ее хриплое дыхание и прижатое к нему обнаженное тело.

Он открыл глаза, чтобы изгнать из головы лицо генерала.

Одна из служанок – соласионка с длинными светлыми волосами и темной кожей цвета сепии, которую он узнал как Ваэлору, – намазала глину на его грудь, но он заметил несколько задержавшихся взглядов с ее стороны.

Его ум зацепился за это отвлечение и сосредоточился на ней, его любопытство укоренилось, отвлекая его от паники, бурлящей в его мышцах. Каждый раз, когда их взгляды встречались, она быстро отводила глаза.

– Если тебе есть что сказать, говори, – наконец произнес он.

Она повернулась к остальным трем слугам, кивнув им, что они как-то поняли как знак ухода, и трое сразу же убрали руки с его бедер и спины, к полному облегчению Зевандера, и ушли.

Как только они вышли из зоны слышимости, она повернулась к нему. – Это твой первый Золотой Баканал.

– Да.

– Ты знаешь, что это такое? – подтолкнула она его.

– Только в общих чертах. Просвети меня.

– Тебя отведут в ротонду генерала. Говорят, что в древности там собирался пантеон – все высшие и низшие боги

в древние времена. В наши дни генерал использует ее в качестве места для приема высокородных лиц. – Она сдвинула брови, натирая глиной один из самых ужасных шрамов на его животе. – Там будут другие слуги, которые будут кормить тебя вином и едой, смешанной с сильными эликсирами, но не употребляй их. Важно, чтобы ты оставался бдительным.

– Почему?

– Потому что мне нужно, чтобы ты передал сообщение от меня.

– Почему я должен это делать? – В его желудке бурлила глубокая боль от голода; он не ел с раннего утра, а порции были исключительно меньше, чем обычно.

Она замолчала и подняла взгляд. – Мой брат – Каэл Вексмур.

– Никогда о нем не слышал. – Не впечатленный, Зевандер отвернулся и заметил, что Терон наблюдает за ними, на его теле не было золотой глины.

– Каэль командует кастеллианской армией из десяти тысяч наемников. Если бы он знал, что я здесь, он бы пришел за мной.

– И какое это имеет отношение ко мне? – Его взгляд оставался прикованным к Терону, который, казалось, не имел никакой цели, стоя в дверях, кроме как смотреть на них. – Осторожно, что говоришь.

Она опустила взгляд и кивнула. – Одна из беллатрикс, Арадия, она старая подруга моего брата. – Не повышая голоса, она помешала рукой миску с глиной. – Они сражались бок о бок. Она верна генералу Лойсу, но гораздо сильнее привязана к Каэлу.

– Как это возможно, если она дала клятву?

– Каэл спас ей жизнь много лет назад. Попроси ее передать сообщение, и она это сделает. Без колебаний. – Она продолжала поглаживать его грудь и руки, и каждое прикосновение было еще более раздражающим, чем предыдущее. Черт возьми, женщина была достаточно любезна, но он не мог терпеть нежелательных прикосновений.

– Почему я должен рисковать своей жизнью ради тебя? – проговорил он, стиснув зубы.

Словно вдруг осознав его борьбу, она подняла на него взгляд и отдернула руки. – Прошу прощения. Я не хотела причинять тебе боль.

Еще один взгляд в сторону Терона, и Зевандер еще сильнее стиснул зубы. – Продолжай.

Усилив давление, словно зная, что легкие ласки беспокоят его больше всего, она продолжила покрывать его золотом. – Арадия не знает, что я здесь. Если бы знала, то, подозреваю, давно бы рассказала Каэлу. Без сомнения, он ищет меня.

– Это не отвечает на вопрос, почему я должен беспокоиться.

– Потому что я помогу человеку, который освободил меня. И когда Каэль узнает, что я здесь, он пошлет своих людей по всему Солассиосу, чтобы выследить и убить генерала Лойс.

Зевандер изучал красивое мерцание глины на фоне темного оттенка ее кожи. До правления короля Джерета более темный оттенок кожи всегда был признаком королевской крови. В наши дни это было происхождение, которое король стремился уничтожить. – Почему тебя похитили?

– Я внебрачная дочь короля Джерета.

Зевандер нахмурился, заметив многочисленные шрамы на ее теле. – Каэл тоже?

– Да, но он не знает. Я не знала, пока меня не похитили. Нашу мать убили, когда мы были детьми. Нас увезли в Эремицию.

Его мышцы напряглись, когда он вспомнил историю, которую рассказал ему отец. Возможно ли, что причина, по которой он был заключен в тюрьму, сейчас смотрит ему в глаза? «Почему я?

– Потому что ты единственный, кого я знаю, кто не стремится завоевать благосклонность генерала. Я бы сама это сделала, но мне не разрешают присутствовать.

– Тогда как ты можешь быть так уверена в том, что происходит на этом празднике?

Она украдкой огляделась по комнате. – Мне рассказал другой. Среди рабов ходят слухи. Мне приходилось мыть раны и ухаживать за теми, кто перебрал с эликсирами.

– Как ты предлагаешь мне передать это сообщение?

– К сожалению, я не знаю, какие возможности у вас будут. Иногда беллатрикс любит флиртовать с рабами. Возможно, ты сможешь привлечь ее внимание.

Зевандер презрительно фыркнул и покачал головой. – Ты поручаешь мне предательство, не давая четких указаний, как это сделать. Все беллатрикс будут присутствовать? – Зевандера беспокоило то, что Терон продолжал задерживаться у двери. – Займись своими делами, – снова предупредил он ее.

– Да. – Она сразу же повернулась к набору золотых рогов, которые подняла над его головой.

Зевандер неохотно поклонился, позволяя ей надеть их на его корону.

Она прикрепила цепочку к обручу на его горле, и цепочки свисали по обе стороны его лица. – Беллатрикс обязаны присутствовать по приказу генерала Лойс.

– Тогда как я могу ее найти?

– Очень легко, – ответила она, не отрывая глаз от рогов, которые она поправляла. – Арадия в детстве была растерзана молодым дрэйком, и у нее остался довольно гротескный шрам на губах и горле.

–

Ты упомянула эликсиры. Расскажи мне, что происходит во время этого праздника.

– Эликсиры притупляют твои чувства, но, повторяю, не употребляй их. Ты не обязан есть или пить, но большинство делают это из-за жажды и голода.

Зевандер задался вопросом, почему ему не дали ужина.

– Генерал отпустит тебя в пещеру под полом ротонды.

Беспокойное выражение ее лица говорило ему, что в пещере было что-то ужасное. – Там она держит своих питомцев. Тебя заставят сражаться с другими рабами, но вам не разрешается убивать друг друга. Только ранить своего противника. Победитель будет спасен из пещеры. Другой останется в качестве пищи для ее питомцев. Ты должен найти Арадию до этого. Крайне важно, чтобы ты доставил сообщение до начала сражения.

Зевандер фыркнул и отвернулся, заметив, что Терон больше не был рядом. – Боги, не дай, чтобы я погиб, не доставив твое сообщение.

– Ты не умрешь. Ты победил Оргата. Я твердо верю в тебя. Но на всякий случай... – Она разбила ампулу и натерла его запястье красным веществом. – Одно прикосновение языка к нему убьет тебя за считанные минуты.

– Зачем мне это нужно?

Что такие ее питомцы?

– Чарнелиты. – Ее горло подернулось, когда она сглотнула. – Полноценные, взрослые чарнелиты.

Зевандер имел лишь смутное представление о том, что они из себя представляют, поскольку в том месте, где он вырос, их не было. Все, что он знал об этих существах, – это то, что они были чем-то вроде драконов, обитавших под землей и известных тем, что питались трупами на кладбищах.

– Они поедают только раненых?

– Да. Генерал Лойс ненавидит слабость. – Ваэлора подняла белую полумаску с золотой филигранью, которая, когда была надета, закрывала только его рот и нос. – Оставайся в живых.

* * *

Зевандер никогда не видел ротонду во дворце генерала Лойса, куда его и других позолоченных рабов привели, но она была такой же роскошной, как и та, где он проводил большую часть своих дней. По комнате были расставлены белые каменные камины, которые бросали мерцающий свет на белые стены с изящными золотыми деталями.

Куполообразный потолок нависал прямо над темной, похожей на пещеру ямой. Покрытая стальной решеткой, она напоминала ему ту, что была в Бонегристе.

Гости, сжимая в руках стаканы с вином, заглядывали внутрь, несомненно надеясь увидеть зверей, заключенных там в клетки.

Полированные золотые кандалы впивались в запястья Зевандера, когда он стоял рядом с другими раскрашенными рабами, выставленными на обозрение многочисленных гостей. Два оргата стояли по обе стороны от ряда, наблюдая за ними, в то время как зрители смело проходили мимо, хихикая и потягивая свои напитки. По крайней мере, четыре дюжины высокородных разбрелись по комнате, как стервятники, их шелка и драгоценности блестели в тусклом свете, а их шепот и взгляды были полны жадности. Между ними были разбросаны слуги, а также беллатрикс, одетые в белые кожаные костюмы, без своего обычного защитного костюма и легко узнаваемые по мускулистому телосложению.

Сквозь толпу Зевандер заметил одну из них, беседующую с Тероном. Шрам на нижней половине ее лица заставлял шрам Зевандера выглядеть не более чем незначительным пятном, скрытым за маской.

Без сомнения, это была Арадия.

– Я слышал, что к концу ночи останется только несколько из нас. Пожалуй, это единственное соревнование, где смерть не является полной потерей.

Зевандер фыркнул и повернулся к рабу рядом с ним. Его темно-зеленые волосы странно контрастировали с золотистым цветом кожи. Он никогда раньше не видел его, даже в шахтах. – Ты один из Гилдоны Лойс?

– Арадии. Меня зовут Дравиен Ноквейн.

Зевандер снова обратил внимание на беллатрикс, которая все еще беседовала с Тероном, свободно общавшимся без кандалов. – А как поживает Арадия?

– Ты спрашиваешь о поведении моего мучителя? Ну, она точно не заставляла меня носить намордник.

– Осторожно. Я могу задушить тебя своими цепями.

– Какая поэзия. – Он кивнул в сторону Терона. – Он один из генералов?

– Да.

– Любимец. Как замечательно. Дай угадаю... у него маленький член, но важный навык.

Зевандер слегка улыбнулся. – Я не могу подтвердить размер его члена, но да. Он лечит раны.

– Следи за ним, – предупредил Дравиен. – Он не достиг бы своего положения без предательства. Это единственный путь к возвышению.

– Я слежу за ним. Я никому не доверяю. – Зевандер взглянул на своего товарища-раба. – Кстати, прими мои искренние извинения.

– За что извиняешься?

– За то, что ты умрешь сегодня ночью.

Дравиен усмехнулся. – Твое чувство юмора определенно компенсирует твою внешность.

– Жаль, что твое – нет.

Покачав головой, Дравиен улыбнулся, но улыбка на его лице исчезла, когда Арадия пересекла комнату и подошла к ним. Он откинул плечи назад и опустил взгляд.

Однако она подошла не к Дравиену.

Она наклонилась к уху Зевандера и прошептала: – Я понимаю, что тебе есть что мне сказать. Сделай это быстро

Зевандер нахмурился, его взгляд медленно поднялся и остановился на Тероне на другом конце комнаты. Он прочистил горло и повернулся к ней. – У меня есть сообщение. От Ваэлоры Вексмур.

Арадия отшатнулась, и Зевандер краем глаза видел, как она гневно смотрит на него. – Что ты о ней знаешь?

– Что она жива. В плену у генерала Лойс.

– Лойс. – То, как она произнесла это имя, словно оно имело неприятный привкус, дало Зевандеру понять, что она не питает к этой женщине особой симпатии. – Больше ничего не говори. Я передам сообщение.

Зевандер кивнул, и беллатрикс выпрямилась, поглаживая руками кожаный костюм.

Терон резко кивнул ему. Это он послал ее?

Глядя на другого раба с другого конца комнаты, Зевандер размышлял, можно ли ему доверять. Как сказал Дравиен, такого уровня благосклонности можно достичь только предательством.

Горло Зевандера горело от жажды, жар пламени из костра за его спиной выжимал из его тела каждую каплю пота. Удивительно, что расписная глина оставалась на месте.

К нему подошла женщина, одетая только в мерцающую золотую краску, с тонким флаконом, который она открыла зубами. Не спрашивая разрешения, она взяла его за подбородок и влила жидкость ему в рот. В тот момент, когда освежающий фруктовый вкус коснулся его языка, он не смог удержаться от желания проглотить, но сдержался. Она поцеловала его в щеку, большим пальцем погладив его обнаженный сосок, и Зевандер стиснул зубы, тяжело дыша носом. Наконец она отвернулась от него, и он выплюнул жидкость через плечо.

Другая женщина, обнаженная, пронеслась мимо. Небольшие мясные пирожки, которые она несла, дразнили его чувства своим аппетитным ароматом. Она засунула один из пирожков ему в рот и продолжила, предлагая то же самое Дравиену. Он прошептал что-то, что, казалось, заставило ее улыбнуться, и она поцеловала его в губы, прежде чем пройти мимо ряда рабов. Вновь, несмотря на бурчание и пустоту в желудке, он выплюнул еду в костер за своей спиной.

По мере того как ночь шла, слуги проходили мимо него, предлагая еще еды и питья, и каждый раз он выплевывал все это. Другие рабы, включая Дравиена, начали шататься на ногах, все они стали жертвами воздействия.

– Как называется бледный соласион? – спросил Дравиен, стоящий рядом, и, не давая Зевандеру ни секунды, чтобы осмыслить вопрос, ответил: – Труп.

Зевандер усмехнулся и заставил себя покачиваться на ногах, как и остальные. Он посмотрел на слугу слева от него, несущего кувшин с ледяной водой. При виде этого у него потекли слюнки, но он не осмелился довериться ему.

К нему подошла фигуристая женщина, раскрашенная в белый цвет, с длинными золотыми рогами на голове. Она обхватила его лицо обеими руками и прошептала: – Мор саманет, – и из ее рта вырвалось облако густого черного дыма.

Зевандер дернул головой, чтобы вырваться из ее захвата, и при этом его глаза отслеживали движение медленнее, чем само движение. Окружающее пространство расширилось и сжалось, и он дважды моргнул, покачав головой. Колени и ладони ударились о мрамор, когда он упал на пол. Потолок над головой раздувался и сжимался, словно дышал, а голоса вокруг него замедлились, превратившись в глубокое эхо.

– Зевандер? – спросил кто-то, и он обернулся и увидел Терона, который смотрел на него, его лицо было вытянуто и искажено.

Зевандер неловко поднялся на ноги и пошатнулся вперед, чуть не упав на пол во второй раз, прежде чем Терон успел его подхватить.

Терон приложил ладонь к лицу Зевандера, и запах трав проник в его нос, когда Терон прошептал что-то невнятное. Он быстро отпустил его, и Зевандер снова упал на колени, ладонями на пол. Размытые узоры, выгравированные на белых плитках, на мгновение запульсировали, а затем стали четкими. Они стали настолько четкими, что он мог разглядеть мельчайшие детали и трещины. Какофония вокруг него сменилась ясностью, и его внимание сосредоточилось на том ужасном голосе в толпе.

– Мои уважаемые гости. – Генерал Лойс, одетая в белое платье с золотыми акцентами, прошла к центру зала и остановилась рядом с огромной ямой.

Толпа собралась вокруг нее, с напитками в руках, и затихла до шепота.

– Я знаю, что вы здесь ради столь любимых боев, и обещаю, что бой будет. Но сначала я подумала, что мы могли бы побаловать себя развлечением перед игрой. – Она махнула рукой, и толпа расступилась, пропуская двух охранников, ведящих Ваэлору к яме. Взгляд Лойс пробежал по толпе и остановился на Зевандере. Она снова махнула рукой, и еще два охранника направились к нему.

Взяв его за руки, они потащили его к центру толпы, пока он не оказался рядом с Ваэлорой.

Зевандеру не нужно было смотреть на девушку, чтобы понять, что она дрожит. Он почти чувствовал, как ее страх сгущает воздух.

Лойс улыбалась, когда она неспешно шла к Зевандеру, и когда она провела руками по его груди, его губы скривились от отвращения. – Я хочу, чтобы ты взял ее на глазах у всех здесь. Не нежно и не с любовью. Жестоко, – добавила она, неспешно удаляясь.

– Нет. – Сжав челюсти, он оглядел море лиц, собравшихся вокруг него.

Лойс остановилась на полпути и обернулась. – Что ты мне сказал?

Он вызывающе поднял подбородок. – Я сказал „нет. – Я не буду.

Он почувствовал, как рука схватила его за руку, и Зевандер отступил, цепи зазвенели. Обернувшись, он увидел, что Ваэлора смотрит на него.

– Все в порядке, – сказала она, и в ее глазах блеснули слезы. – Я хочу, чтобы ты это сделал.

– Я не буду насиловать тебя по просьбе генерала.

– Это не будет насилием, если я дам тебе разрешение.

Голос его был тверд, как сталь: – Мне не нужно твое разрешение на то, чего я не собираюсь делать.

– Пожалуйста. Сделай это. – Она опустила взгляд на пол, слезы текли по ее щекам. – Я умоляю тебя.

Тогда Зевандер понял, что наказан будет не только он, но и она.

Сжав губы, он сердито выдохнул и повернулся к генералу Лойс. – Хорошо. Я сделаю это.

Лойс провела пальцем по краю бокала, в ее глазах отразилось жестокое удовольствие. – Мне это надоело. Избавься от нее.

– Нет, – прошептала Ваэлора рядом с ним, паника в ее голосе была почти осязаема. – Пожалуйста! Я умоляю тебя!

Сжав руки в кулаки, Зевандер наклонился вперед. – Я сказал, что сделаю это!

Когда два охранника схватили Ваэлору, генерал Лойс подняла руку, остановив их. Она снова медленно подошла к нему. – Ты делаешь это только ради нее. Не потому, что я дала приказ. В этом есть разница, мальчик, и ты узнаешь, что я ожидаю от тебя именно этого во всех случаях. – Она повернулась к толпе. – До моего сведения дошло, что готовится измена, и я не могу не отреагировать на это.

Кровь Зевандера застыла в жилах.

Шумиха в толпе заставила Зевандера обернуться и увидеть, как оргаты тащат Арадию к центру зала, где они бросают ее на землю перед генералом.

– Эти трое сговорились против меня. И, как вы знаете, я не терплю измены.

– Клянусь вам, генерал...

– Не клянитесь мне! Ваши слова – как пепел на ветру. – Не отрывая глаз от подчиненной, Лойс протянула руку, и один из ее солдат положил туда рукоять длинного тонкого клинка. – Плохое настроение нужно вырезать клинком, иначе оно будет гноиться и распространяться.

– Пожалуйста... Я не имела намерения... – Арадия даже не успела закончить, как генерал Лойс нанесла быстрый удар мечом.

Через несколько секунд голова Арадии отделилась от тела и покатилась по полу в кровавой луже, а белый костюм, который она носила, был покрыт густой красной кровью.

– Арадия! – закричала Ваэлора рядом с Зевандером и упала на колени, рыдая.

Лойс вытерла кровь с меча о безголовое тело Арадии и направилась к ним. – Знайте, что ничто не ускользает от моего внимания.

Зевандер бросил смертельный взгляд на Терона, который стоял в толпе, невозмутимо глядя на него.

– И нет пощады. – Она указала на яму, и четверо охранников поспешили снять решетчатую крышку.

Ваэлора поднялась на ноги и отступила, качая головой. – Нет. Я... сделаю все, что вы скажете... Клянусь. Пожалуйста! Не делайте этого, генерал!

Охранники схватили ее за руки, как и раньше, только на этот раз она сопротивлялась, впиваясь пятками в пол, сопротивляясь и крича.

– Нет! Нет! Я дочь короля!

– Его внебрачная дочь. – Генерал усмехнулась и передала ее меч стоящему рядом охраннику. – Тебя следовало убить при рождении, как бесполезного урода.

Зевандер бросился на ближайшего охранника и почувствовал, как толстая рука Оргата сдавила его горло, оттягивая назад. Воздух вышел из его легких, и он вцепился в своего захватчика, который не хотел его отпускать.

Зевандер беспомощно наблюдал, как Ваэлору тащили к краю ямы.

Крик дикого ужаса раздался по всей комнате, ее глаза были широко раскрыты от такого безудержного страха, которого он никогда раньше не видел. – Клинок к моему горлу! – кричала она. – Я хочу умереть от клинка!

Что бы ни обитало в этой яме, оно, по-видимому, было хуже смерти.

– Ты не можешь выбирать, – Лойс сильно толкнула ее сзади, и Ваэлора издала душераздирающий крик, падая вперед.

Безумие охватило мышцы Зевандера, и одним быстрым движением он развернулся и вонзил пальцы в мягкую плоть, покрывавшую жизненно важный нерв оргота. Он крепко сжал и оторвал пульсирующий нерв, так что кровь хлынула на его руки.

Освободившись, Зевандер бросился к яме и прыгнул в нее ногами вперед.

Он даже не измерил глубину, поэтому с грохотом упал на гравийный пол, и его колени подкосились. С высоты, которая, должно быть, составляла двенадцать метров, на него смотрели лица, среди которых был и Терон.

Зевандер поднялся на ноги, чувствуя пульсирующую боль в ногах.

Он услышал стоны и обернулся, увидев Ваэлору в оборонительной позе, с камнем в руке. За ней были три широких пещеры, их зияющие входы окружали толстые корни, а внутри царила полная темнота.

Сверху спустился длинный шест, на конце которого был прикреплен горящий пучок хвороста. Человек, державший шест, зажег один из каменных подсвечников на стене, осветив тусклую пещеру.

Зевандер бросился вперед, чтобы схватить шест, но не успел, и человек поднял его обратно на поверхность. Он тихо зарычал и обернулся, чтобы увидеть испуганное выражение лица Ваэлоры.

– Здесь она держит своих питомцев, – прошептала она.

Огромные извилистые линии, размазанные по песку пещеры, шириной в половину его роста, давали некоторое представление об их размерах.

Достаточно маленькие, чтобы поместиться в пещере, но достаточно большие, чтобы Зевандер забеспокоился.

– Я однажды наблюдала за ними. Они утащили другую рабыню. Я не знаю, что они с ней сделали...

– Они использовали ее»,

– перебила Лойс сверху. – Чарнелиты – очень практичные существа. Они не убивают просто ради убийства или ради еды. Нет, они гораздо более изобретательны. – Она подняла ботинок на край ямы и отпила вина. – Когда они впиваются зубами в твою плоть, они выделяют яд, так что к тому времени, когда они утаскивают тебя в свои гнезда, ты полностью парализован. В этот момент самка отложит яйца внутри тебя. Самец, конечно, оплодотворит их, как это обычно бывает. И, как хорошие родители, они будут хорошо кормить тебя всем, что им удастся раздобыть. Гниющим человеческим мясом. Крысами. Насекомыми. А когда детеныши наконец будут готовы вылупиться, они вырвутся из яиц и разорвут твое тело, съев твою плоть в качестве своей первой трапезы.

Глубокий, гортанный рык отразился эхом от стен пещеры, и Ваэлора задохнулась от рыдания. Ее руки дрожали, когда она схватилась за камень.

– Что касается тебя, Зевандер, они повалят тебя на землю и обезглавят. Твоим телом они накормят свою колонию, а голову оставят себе в качестве трофея.

Еще один рык, на этот раз переросший в рев, предупредил, что зверь приблизился.

Зевандер огляделся в поисках оружия, но все, что он смог найти, был камень, немного меньше того, который держала Ваэлора. Его запястья по-прежнему были скованы, он сорвал с себя маску и рога и сосредоточил свое внимание на трех пещерах. Ожидая появления зверей, он не мог не быть благодарным Терону за то, что тот вернул ему рассудок, несмотря на желание вырвать горло этому предателю.

– Обещай мне кое-что... – тихо сказала Ваэлора, ее голос дрожал, как свеча в сквознячном коридоре. – Если ты когда-нибудь покинешь это место и встретишь моего брата... скажи ему, что я люблю его.

– Хватит. Ты выберешься отсюда.

Сначала слышалось только их тяжелое дыхание, но потом громкий, резкий скрежет и стук, скрежет и стук, заставили его искать источник звука. Он мог исходить из любой из пещер.

Или из всех.

Он потянул Ваэлору за плечо, и она вздрогнула. – Стой за мной.

Она быстро обошла его и прижалась к его спине, впиваясь ногтями в его бок.

Первый чарнилиф выскользнул вперед, и толпа над ним взорвалась ахканьем и криками. Существо имело тело змеи, с шипами и толстыми чешуйками, но его голова была похожа на голову дракона, широкая и угловатая, с глубокими складками над змеиными глазами, которые бросали угрожающий взгляд. Мерцание его языка напомнило ему о злобных кобрах, о которых он слышал, обитающих в пустынях эремейцев.

Под влиянием адреналина Зевандер искал на теле чудовища какие-либо признаки слабости, но каждый его сантиметр был покрыт чешуей, которая, как он предполагал, была толстой и грубой кожей.

Непробиваемой.

Из верхней губы торчали два длинных клыка вместо зубов, их кончики были острыми и заостренными для прокалывания. Если бы он смог вырвать один из них, то, возможно, смог бы ударить им, как он сделал с Оргатом. Да, он был уверен, что это был бы способ победить его.

Существо снова зарычало и поползло к нему. Оно отступило, чтобы нанести удар, и Зевандер толкнул Ваэлору на землю, а затем нырнул в сторону, едва избежав длинных зазубренных клыков, которые вонзились в землю. В воздух взметнулся столб пыли, и Ваэрора вскрикнула, оттолкнувшись от узкого спасения.

Вся яма содрогнулась от громкого рычания, когда чарнелит поднялся, его глаза были еще более угрожающими, чем раньше, и пылали злобой.

Они устремились на Ваэлору.

Ум Зевандера работал на полную мощность, глаза искали способ как-то ранить его. Хвост чудовища ударил по стене пещеры, отколов куски камня, и Зевандер заметил длинный, похожий на копье кусок, лежащий прямо за ним. Чтобы до него добраться, ему пришлось бы на мгновение оставить Ваэлору, но если бы ему удалось как-то пронзить существо, это могло бы отвлечь его.

Может быть, даже убить.

Он бросился к оружию, но остановился, когда чарнелит зашипел, высунув свой длинный красный язык. Он ударил его по руке, как кнут, разрезая кожу и вызывая жгучую боль.

– Черт возьми! – Зевандер схватился за плечо и отступил. Он повернулся к Ваэлоре, которая стояла, дрожа, с лицом, искаженным беззвучным рыданием. – Когда я дам тебе сигнал, я хочу, чтобы ты побежала за ним!

– Что? Нет!

– Доверься мне, Ваэлора! – прорычал Зевандер. – Я не позволю ему забрать тебя!

– Обещай мне. Обещай, что не дашь мне умереть в его гнезде.

– Я обещаю. – Глубоко вздохнув носом, Зевандер сосредоточился на своем копье. – По моей команде... – Он откинул плечи назад.

Без предупреждения зверь отступил, блеснув клыками, и нанес быстрый удар.

– Сейчас!

Зевандер отскочил в сторону и бросился вперед, чтобы схватить копье. Он быстро поднял его. Когда зверь повернулся к Ваэлоре, Зевандер вонзил острие копья в его тело, прорезая чешуйки, как горячим лезвием.

Он рычал, шипел и бился в ярости, но Зевандер крепко держал оружие и протащил его по всей длине его мягкого живота. Крики Ваэлоры эхом разносились вокруг него, но он оставался решительным убить его, и потянул за края смертельной раны, вывалив его внутренности, чтобы ускорить его смерть.

Кровь и вонючие внутренности вылились на землю, собравшись вокруг его ног. Зверь пошатнулся, выдал еще один рык, а затем рухнул. Он задрожал, выпучив глаза, и еще раз сильно затрепетал, прежде чем наконец достиг безмолвия.

Волна адреналина пронзила его, и радость победы вызвала холодный прилив к его мышцам.

Зевандер резко повернул взгляд на Ваэлору, и по его спине пробежал холодок ужаса.

Ее нижняя часть тела была скрыта в пасти другого огромного чарнелита, и с глазами, пылающими от ужаса, она протянула к нему руки. – Твое запястье! – закричала она. – Яд! Пожалуйста!

Зевандер бросился к ней, но сильное давление на горло сбило его с ног, и он схватился за петлю, которая была завязана на его шее без его ведома.

Ваэлора издала душераздирающий крик, и в следующий миг ее втянуло в черную пещеру позади нее.

Один рывок отбросил Зевандера назад и заблокировал воздух в его легких, когда его позвоночник ударился о каменную стену. Из одной из пещер он увидел два светящихся глаза, наблюдающих за ним. Зевандер царапал узы, задыхаясь и хрипя. Острый камень царапал его спину, когда его поднимали вверх за шею. Давление усилилось, удавка сдавила его трахею. Он открыл рот, но не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Зверь бросился вперед, щелкая клыками, едва не задев бьющиеся ноги Зевандера. Он царапал веревку, впивающуюся в его горло, и еще один сильный рывок поднял его еще выше.

Чарнелит под ним снова щелкнул клыками, на этот раз пронзив ему бедро.

Он не мог кричать. Не мог издать ни звука, пока существо трясло головой, чтобы освободиться, дергая его конечность, как зацепившуюся рыбу.

Боль пронзила кости Зевандера, и холодное онемение поднялось от ног к груди, распространившись на легкие. Его зрение сузилось, чернота по краям приближалась.

Наконец, он позволил ей овладеть собой.