Текст книги "Инструкция не прилагается, или Вечная история"

Автор книги: Елена Немченко

Соавторы: Мишель Герасимова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 36 (всего у книги 41 страниц)

– Понимаете, – уже серьезно начал чернокнижник. – Мы и сами не знаем, что произойдет. Я совершенно не понимаю Фарина. Я не знаю, что от него можно ожидать и это выводит меня из себя. К чему ему Айлисса? Хотя ладно, если на счет неё у меня есть кое-какие предположения, но вы… Я не понимаю. Не обижайтесь, но Т'Минны практически побеждены. Вы истреблены, большинство боевых магов рассеяно по всей Раине и теперь осталось произвести только контрольный удар… Но вот ваша жизнь, к чему она?

– Вы очень тактичны, – не удержался я. Как сказала бы Ай: "Вежливость так и прет из всех щелей!" Тем не менее, он не собирался извиняться. Он был прав, и прекрасно знал это.

– Я не люблю увиливать, поэтому говорю прямо, поймите меня…

– Конечно, я понимаю. Я вас очень хорошо понимаю.

Эл Тайн не любит увиливать? Хм, тогда я зубная фея.

Продолжать разговор не было смысла. Мерк продолжал вглядываться в окружающий нас лес, Ай о чем-то напряженно думала. Когда я пытался завести с ней разговор или просто оглядывался в её сторону, она только сильнее опускала голову и пыталась спрятаться. Я не заострял на этом внимание, сейчас были проблемы и поважнее. Чернокнижники лениво перешучивались друг с другом. От общей толпы отделился тот самый парень, который встал на защиту Элизы в Деревне Магов и приблизился к Ай. Он что-то быстро зашептал ей на ухо, на что она молчала, лениво качая головой в ответ. Несмотря на важность предстоящего события, атмосфера была вполне разряженная. Кажется, не все понимали, что им предстоит. Или просто делали вид, что не понимали. Кто этих чернокнижников разберет?

Я выпрямился в седле и посмотрел на небо. Солнце еще не поднялось полностью, только еле маячило над верхушками деревьев. Утро нельзя было назвать ранним, но и до позднего было еще далеко. Слова Мерка оставили во мне отпечаток, похожий на прожженную дыру в куртке. Как не хотел я признавать, но Мерк прав. Тор, этот маг прав от первого до последнего слова! К чему моя жизнь? От меня только одни неприятности, я уже не раз убедился в этом. Впервые мне пришла мысль о том, что мне было бы лучше уйти с поста Главы. Думаю, Мар вполне мог бы меня заменить, пока Лиз не подрастет. Но как это будет выглядеть? Что я банально испугался ответственности и сбежал? Т'Минн, испугавшийся ответственности? Вот посмешище. Но если это путешествие увенчается успехом, думаю, можно будет поговорить с Эл Тайн о мире.

Мне все больше и больше начинает казаться, что война достала не только нас, но и их. Мерк маг толковый. Думаю, если Ай вдруг встанет на мою сторону, то и его можно будет убедить в нелепости этой войны. Сколько можно платить своими жизнями за грехи предков? Если у меня получится заключить мир, то главная опасность пропадет. Можно будет первое время понаблюдать за мирной жизнью наших семей. А после уйти. Может, на покой, может подальше от всех. От тех, кого знаю и кого люблю, чтобы защитить их от последней опасности. От самого себя. В последнее время я стал плохо контролировать внезапные приступы ярости. Моя сила возрастает во много раз, стоит мне только взорваться от какой-нибудь чепухи! Если это станет неконтролируемым, кто-то может пострадать. Что же я такое? Отец, почему ты ушел так рано?

– Ехать нам еще долго, – протянул Мерк и жестом призвал к себе Сорта. – Думаю, привыкшему к моментальным перемещениям магу это будет в тягость.

– С чего вы это взяли? – меня посетило нехорошее предчувствие.

Ай мгновенно подняла голову.

– Не вздумай! – гневно крикнула она.

Я обернулся на Ай и знакомый удар чуть не выбил меня из седла. Увернувшись, я заметил, как Мерк качал головой.

– Не хочешь по-хорошему, будем по серьезному.

Я не успел поставить щит. Все произошло внезапно, я успел только заметить, как капля крови сорвалась с пальца мага и будто растворилась в воздухе. Кожу под перстнем обожгло. Что ж, в меня попали довольно сильным заклинанием. Если бы не чувство ответственности, забрал бы Ай и сбежал отсюда. Почему с ней? Моя же пленница!

Это все что я успел подумать, прежде чем погрузиться в сон.

Айлисса.

Многие люди умирают от тревоги прежде, чем истекут кровью.

Хайнлайн "Туннель в небе"

– Ме-е-ерк…

– Да, Ай? – невинно посмотрел на меня дядя, как ни в чем не бывало, натягивая узкую перчатку. – Ты что-то хотела сказать?

– Очень хотела, – выдавила я, наблюдая за тем, как Сорт своими огромными ручищами лапает боевого мага за плечи и старается придать безвольному телу вертикальное положение. Честно старается. С серьезной миной, полной решимости. Придурок.

– Идиот. – Мерк покачал головой, глядя на своего двоюродного брата и утомленно массируя лоб.

– Развяжи меня! Немедленно!

– С какой это стати?

– Потому что я собираюсь открутить тебе голову! И уши отрезать. С какого начать? Левое у тебя, по-моему, немного великовато!

Мерк хохотнул.

– Да что ты завелась, деточка?

– Я тебе не часы с кукушкой, чтобы заводиться, дядюшка! Ты будешь меня развязывать или нет?!

Дядя сразу как-то неуловимо переменился и, бросив быстрый взгляд в сторону, сказал, доверительно понизив голос:

– Только если ты мне расскажешь…

Я сразу поняла, что именно его интересует и, скрыв довольно-таки пакостливую ухмылку, притворилась полной дурой.

– О чем ты, Мерк? У меня нет секретов от Семьи, – и, наклонив голову, захлопала глазами.

Веревки, до этого плотно стягивающие руки, расслабились и безжизненно повисли, так что я смогла легко выпутаться.

Довольно потерла руки, хотя они совсем не затекли. Пару раз потянулась на показ, спрыгнула с лошади, повиснув на руках, попрыгала. Коняшка раньше явно не встречалась с такими беспокойными всадниками и начала опасливо на меня коситься, фыркать, дергать ушами и вообще нервничать. Я ее пожалела и успокоилась. Но Мерк продолжал физически ощутимо давить взглядом. Я хмыкнула и села, свесив ноги с одной стороны – лицом к дяде.

– Я слушаю.

– Это я тебя слушаю.

Взор Мерка потяжелел еще на парочку килограммов. Я поерзала в, скажем так, не совсем подходящем для такой посадки мужском седле и решила больше не притворяться. Только сначала разберусь кое с чем…

– Мерк, а это обязательно?

– Что обязательно? – не понял он, но потом проследил за моим взглядом. – Ах, это… А что, тебя что-то не устраивает?

Я глянула на Сорта, который в этот момент пытался пристроить Вэла на двух лошадях одновременно.

– Мне кажется, это его не устраивает, – я кивнула на Т'Минна.

– Ничего, он человек военный, не растает. К тому же, сейчас ему абсолютно фиолетово, – дядя хихикнул. – Да и парочка синяков пойдут делу только на пользу. А то как мы будем объяснять то, что взяли Т'Минна живым и совершенно невредимым?

– Хм, – я оценивающе посмотрела на Мерка. – Тогда и среди наших нужно организовать потери. Твое оторванное ухо как раз завершит композицию. Уверена, все подтвердят, что ты дрался как лев и пострадал во имя славы Эл Тайн. Общеизвестно, что Т'Минны во время боя звереют, а откушенное ухо в пылу битвы это так, мелочи жизни…

– Обойдемся без радикальных мер, – поспешно вставил дядя. – У нас громадный численный перевес и возможность устроить прекрасно организованную засаду… И вообще, что ты прицепилась к моему уху?

– Скажи спасибо, что не к другим частям тела. Да, кстати о птичках. Как поживает Асфирь?

Дядя побагровел.

– Ты же догадалась, о чем я хотел поговорить. И ты не имеешь права скрывать это от меня.

– Догадалась, – не стала отпираться я. – А вот насчет второго ты капитально промахнулся, в подобных делах какие-либо права исключительно за женщиной. Знаешь, дядя, слишком о многом в жизни узнаешь внезапно…

– Раз догадалась, то говори. Ну! – он побагровел еще больше, но закончил совсем нехарактерной для себя фразой. – Скажи хотя бы то, что можешь.

– Догадаться – дело плевое. Я хочу, чтобы ты произнес это вслух.

Мерк вздохнул полной грудью и, приняв какое-то решение, расслабился.

– Расскажи все, что знаешь об Асфирь и моем ребенке.

Я удивилась, но виду не показала.

Да, хотелось, чтобы он облек в слова свою просьбу, но вот на то, что он все же уступит, я никак не надеялась. Это тоже самое, думала я, что пытаться голыми руками вырвать вбитый кузнечным молотом гвоздь. Бесполезное занятие, но видимость борьбы создает. А тут этот гвоздь вдруг поддался, ты не можешь удержать равновесие и падаешь назад. Эффект ошеломления сопоставим только со случаем, когда Сорт готовился поднять новый рекордный, непосильной тяжести вес. Для подкармливания самолюбия. Он долго разминался, разогревал мышцы, настраивался. Один раз попробовал – не получилось. Сконцентрировался и… Не вышло. Тогда он выжал все, что мог и из последних сил поднатужился… И не заметил, что Кот наложил на груз заклятие невесомости. Он рванул вверх внезапно полегчавшую штангу и плюхнулся на землю, обводя тренировочный зал шокированными глазами. Правда, Кота он довольно быстро вычислил и, взревев буйволом, еще долго гонялся за рыжим по всему замку. Но это, как говориться, уже совсем другая история.

Сейчас же я только пожала плечами и ответила:

– Тетя Асфирь очень самодостаточный человек. И в первую очередь ценит возможность побыть наедине с собственными мыслями, поэтому встает часа за три до общей пробудки, завтракает в одиночестве. Впрочем, это и многое другое ты знаешь гораздо лучше меня, не буду ничего долго расписывать. В то утро, а точнее ночь, мне тоже не спалось, и я, как только небо слегка порозовело, спустилась вниз. Как и следовало ожидать, Асфирь уже была там и пила чай. Вернее, не совсем чай. И выглядела она жуть как болезненно. Бледная как моль, а глаза огромные, неспокойные. У меня, в принципе, неплохие отношения с твоей женой. Мы разговорились и я подсела к ней. Тоже чаю выпить решила, ага. Попросила она меня, значит, что бы я заварила себе листья в другой чашке.

– Я болею, – сказала она, – и пью лекарство.

– Что за лекарство? – спросила я и попыталась рассмотреть листья в ее чашке, но Асфирь мне не дала.

– Хорошее, – ответила она и выплеснула остатки в огонь. – Мне бабушка Юриль посоветовала.

– А, ну если Юриль… – потянула я, внимательно разглядывая тетю…

– Да, – прервал меня Мерк. – В последнее время ей часто нездоровилось. Она бегала к старухе за советом. И ей помогало. На время, правда…

– Не перебивай, а то сам будешь догадываться. Впрочем, это не так уж и сложно. Уверена, даже Вэл уже понял бы!

– Я маг крови, а не деревенская знахарка, – недовольно проворчал дядя.

– А я всего лишь смертная, а не богиня терпения, и если ты меня еще раз перебьешь, спущу на тебя Сару. А что, если скрыть профессию, она быстро тебя забрачует, несмотря на скорое прибавление! И, что характерно, это ты будешь в ее гареме, а не она в твоем. Так вот! Я тогда не вытерпела, слишком велика была сила любопытства, и на следующее же утро вместе с Асфирь пошла в погреб. Мне повезло, у нее как раз закончился запас свежих трав. В общем хранилище мощные заклинания и продукты в нем долго хранят первую свежесть… Я подсматривала за ней и заметила, что кроме всего прочего она берет земляничный корень с совиной травой… – сказала я и выдержала драматическую паузу.

Но название трав не произвело на Мерка никакого впечатления. А, ну конечно, он же только оказать первую помощь способен, да и то, только на магический ранах. Я тяжело вздохнула и сказала:

– Зелье из земляничного корня и совиной травы единственное безопасное и сильное средство от тошноты для каждодневного применения. Знаешь, нас разным таким штукам лет в шестнадцать учить начинают. Так что не догадался бы только дурак. По таким-то симптомам! Ну, или ты…

Но дядя не обиделся.

– Ты уверена? – только и спросил он.

– На все сто. Про это зелье мне мама рассказала. Бросила все свои посольские дела в Кривле и приехала только для этого разговора. Но, думаю, сделала она это больше для собственного спокойствия, а не для моего просвещения. Ну, чтобы не было никаких неожиданностей из того, что не спадает и не рассасывается. О, да я тебя засмущала!

– Да что ты, – мило улыбнулся Мерк. – Со мной такое не пройдет.

– Знаешь, – все же решила удовлетворить ненасытное любопытство я, – меня очень удивило то, как ты меня спросил…

– Ты имеешь в виду, почему я вообще спросил? – ухмыльнулся дядя.

– Не без этого. Но все же я была уверена, что если ты и спросишь, то непременно про сына, а не просто про ребенка. Почему?

– Что? Почему не присвоил ребенку пол? Так он же еще не родился, а я не Господь Бог, чтобы решать подобные вопросы.

– То есть ты не хочешь мальчика? – понимаю, это слишком, но мне хотелось знать пределы терпения дяди и насколько серьезно он меня воспринимает.

– Вот бабы! Ваша логика заключается в полном отсутствии логики. Почему не хочу? Хочу. Но и дочери я буду рад. Какая разница?

Да уж. Различие между мужчиной и женщиной невелико. Да здравствует это маленькое различие!

– Впервые вижу здравомыслящего мужика. Ну, еще Славэк, пожалуй, но он молодой, глупый.

– Да. – Мерк усмехнулся. – А как же этот? – кивок в сторону Вэла, который теперь кулем висел поперек седла.

– А, со своими тараканами! Воин, блин.

– Ясно.

Мерк совсем по-мальчишески хихикнул, а потом и вообще откровенно разулыбался. Выглядел он просто неприлично счастливым.

– Знаешь, Айлисса, – продолжая бесшабашно улыбаться, сказал он. – Я чувствую, что у меня кровь пузыриться, как шампанское. Я слышу как шумит река, хотя никакой реки поблизости нет и я это прекрасно знаю, шумит что-то у меня в голове… Странное чувство, но приятное. Да я пьян! Хочется что-то сделать. Просто так подскочить и бежать!

– Я думаю, это называется счастьем.

– Да, да, я счастлив! Мы женаты уже пятнадцать лет! Я свыкся с мыслью, что никогда не смогу научить собственного сына стрелять из лука, не буду привозить шелка дочери…

Я солидарно покивала, похлопала внезапно сбросившего лет тридцать дядю по руке.

– Надеюсь, ты сумеешь достаточно протрезветь, потому что я хотела узнать кое-то про Фарина.

– Я готов!

– Э, нет, в таком состоянии серьезно с тобой разговаривать невозможно.

– Подожди.

Мерк опустился в седло, все это время он простоял в стременах, закрыл глаза, расслабился, сделал несколько глубоких вдохов, медленно выдохнул и более-менее осмыслено посмотрел на меня.

– Говори, – спокойно попросил он.

Теперь Мерк выглядел почти как обычно. Только взгляд посветлел, да на разгладившийся лоб так и не вернулись хмурые морщины.

– Это Фарин сказал, что я – воплощение Рода?

– Нет, он не говорил. Но вот намеки, данные, факты… все сходилось.

– Угу, значит, он подводил к этой мысли… Но это не так! Какая во мне сила? Для чего? Да и вы с Асфирь разбиваете гипотетическую возможность этого в пух и прах!

– Думаешь, он знает? – быстрый взгляд в мою сторону. – Знает про… Асфирь?

А он встревожен гораздо сильнее, чем хочет показать. Да, теперь ему есть за кого и чего опасаться.

– Скорее всего нет. Иначе Глава не стал бы так упорствовать. Это абсурдно – все равно через месяц-два ничего уже невозможно будет скрыть. Даже такой мастерице, как твоя жена. А настаивать – выставить себя дураком.

– Ладно, но тогда я совершенно не представляю, зачем ему все это. Чего он добивается?

– Знаешь, а ведь боевые маги как-то узнали об опасности sie's tien, ведь Вэл приходил в Черный замок только для того, чтобы убить последнего из Рода. И потом все время пытался вызнать его имя.

– Да, для мага знать имя – обрести практически полную власть. Но не очень-то он старался, если не узнал.

– Другие дела были.

– Какие дела?! Какие могут быть дела, когда к тебе в руки попал враг! Он дал тебе время, чтобы приручить себя, а это наиглупейший поступок! И можешь ничего не говорить про благородство и тому подобную ерунду, которая позволяет подняться противнику и прийти в себя. Тупость. Хотя, это у кого как. Нет, просто смешно представить, как какой-нибудь генерал или просто командующий прижимает врага, наносит удар и поспешно отступает. Дайте солдатам противника собраться и поднять боевой дух! Ведь это бесчестно! Вся война сплошное бесчестие. Индюки, тор их возьми!.. Нападет медведь на крестьянина, тот заберется на дерево, в ужасе ожидая расправы, а зверь вдруг отойдет, поклонится, дескать, давай, слезай, повторим, чтобы все честь по чести… Так поступают только дураки. Или глупцы. И кем из них в большей степени является твой маг только тебе и известно!

– Мерк, ты переходишь на личности. Не заставляй меня делать тоже самое.

Я покашляла, не обращая внимания на иронический дядин взгляд, и спросила:

– Так откуда он мог узнать?

– Считаешь, что Фарин это специально устроил, дезинформацию подкинул?

– Понятия не имею. Но ничего более правдоподобного придумать не могу.

– Фарин, Фарин… Он мог, но каким образом? А, демоница, что гадать? Примем за аксиому!

Мерк покрутился на месте, помахал подъехавшим родичам, прикрикнул на Сорта и даже успел помолиться, сетуя на тупость окружающих его людей.

– Эй, ты что делаешь?! Аккуратней!

От моего крика Мерк отшатнулся.

– Не боись, Сорт хоть и выглядит полным болваном, но… Тор! Он и есть болван! Эй, Сорт! Когда я говорил: "Несколько царапин", я не имел в виду пролом черепа! Подними его, индюшья туша, и вбей в свою голову всего три слова: особо ценный груз! Повторяй их постоянно, ясно?

Сорт закивал.

– Вот и отлично.

Мерк задумчиво нахмурился, словно вспоминал что-то, и внезапно повернулся ко мне:

– Ты и правда провела обряд Эльдаруса?

Я фыркнула. Теперь, когда Лиз ничего не грозит, можно и признаться.

– Нет, конечно! Стала бы я связывать свою жизнь с чьей-нибудь подобным образом! Ты считаешь, я совсем рехнулась? Она поперхнется косточкой от вишни, задохнется, а я теряй разум и мсти до конца жизни всем вишневым деревьям?! Какой же ты Эл Тайн, если не можешь блеф от правды отличить!

– Я так и думал, что ты на это не пойдешь…

Дядя, находясь в перевозбужденном состоянии, совершая прямо-таки чудеса вольтижирования, на ходу достал из переметной сумы небольшой сверток.

– Война войной, – значимо произнес он, протягивая мне хлеб с мясом, – а обед по расписанию. Мы переместились, так что скоро будем дома. Но, чую, там не до еды будет.

– О, нет! – Я притворно застонала и уронила руки. – Стоило вырваться из лап боевых магов, чтобы услышать армейские поговорки от родственников! Бабушка! Роди мою маму обратно, этот мир ужасен! Когда ты успел пообщаться с Маршей?

– Кто такая Марша? – Мерк уже успел умять два бутерброда, пропустив мою тираду мимо ушей. Да, всех нас время от времени заносит и, живя в обществе родственников, каждый Эл Тайн умеет вовремя заткнуть уши.

– Кухарка в поместье Т'Минна. Это ее любимая фраза.

– Проникаюсь эпосом противника. Это позволяет лучше узнать их психологию и менталитет, – многозначительно заиграл бровями дядя.

– Ну и как, далеко продвинулся?

Дядя откашлялся и продекламировал:

– Мир – это когда воюют в другом месте. Ни один план не переживает встречи с противником. Прежде чем повелевать научись повиноваться. А это мне особенно нравится: почти каждый генерал начинает с солдата и лишь потом принимается за офицеров.

– Впечатляет. Ты считаешь солдафонов мудрецами и знатоками жизни?

Мерк хихикнул.

– Почему же? На самом деле все крылатые фразы об армии – дело рук гражданских.

– Мерк, заткнись пожалуйста, у меня уже мозги кипят от твоей милитаристской речи.

– А ты у нас что, пацифист? А понятно, понятно. Тебе такие разговоры уже надоели. Знаешь, я тебе сочувствую. Прожить столько времени, имея возможность поговорить только с военными… Слушай, а как у них там с дедовщиной?

– Мерк, кроме тебя на солдата не был похож никто.

– Как? А этот?!

– Этот тем более. Обычная речь, свободный стиль, гибкий распорядок дня и никаких бородатый анекдотов.

– Как это скучно!

– Скучно знаешь что?

– Объяснять Сорту теорию возврата?

– Ага. Или с королевским советником разговаривать «20». Мерк, мы переместились?

– Угу.

– А… А почему я не почувствовала?

Дядя поежился.

– Не напоминай мне про перемещения. Ну, вот, у меня из-за тебя мурашки по коже!

– А все-таки.

– Артефакт мы использовали. Новый. Секретный. Все, отстань.

– А почему мы не переместились прямо в замок?

– Сама догадаться не можешь?

– Могу. Но не хочу.

– А надо. Все земли Т'Миннов окружает Щит. Этакий куполообразный барьер маскировочного свойства. Вокруг этого, вернее, того места свернуто пространство – можно бродить по лесу до посинения, а к боевым магам не выйти. Конечно, другой боевой маг обнаружит место свертки и, так сказать, постучится. Их конек – магия пространственных перемещений. Скажешь, не знала, что все боевые маги скачут с места на место, как блохи?

– Я забыла.

– Угум. Склероз, это такая болезнь, название которой я не помню. Так вот, этот барьер свободно пропускает животный, а до недавнего времени и простых людей. Теперь же наши воители уверились в возможности шпионажа, поэтому любой человек, даже без какого-либо магического дара, задевает сигнальную сетку и проходит тщательнейшую проверку.

Маги, желающие пройти сквозь барьер, зависают во времени и пространстве до тех пор, пока на месте прорыва не появляется кто-нибудь из боевых магов и не поручается за него, иначе его попросту выкидывает обратно.

Нелюди и нечисть также сканируются. Нежить моментально уничтожается. Маги крови же этот барьер и все что за ним просто не видят.

– А как он, в смысле Щит, узнает кто перед ним? Он что, разумен?

– Не совсем. Эта хитрая штука меня самого поразила! Сильная сторона Эл Тайн – узы, и Щит каким-то образом улавливает магический фон. Наверно, к его созданию приложили лапу целители. Вот пяткой чую, без Кагайн не обошлось!

– А как же Кот?

– А что Кот? – оторвался от планов мести целителям Мерк. – Кот уже две недели как ушел в очередное странствие.

– Так это не вы его послали? – округлила глаза я.

– Ну, послали может быть и мы, но вот куда?

Что-то я ничего не понимаю.

– Как это куда? Ко мне на помощь!

Теперь Мерк захлопал глазами.

– Нет, такого я не припоминаю. Посылали к тору, посылали в баню…

– Не надо про баню!

– …Посылали к демону, посылали к дракону… Нет, к тебе точно нет. Хотя, если он принял некоторые эпитеты буквально…

– Мерк, я серьезно!

Дядя насмешливо фыркнул.

– Айлисса, не нужно меня разыгрывать, я на подобное не куплюсь. Должен признать, изображать искренность ты стала намного лучше. Вояки научили?

– Мерк! – испуганно воскликнула я. – Значит, ты и про монстра ничего не знаешь?

– Какого монстра? – насторожился дядя.

– Рвущего на части невест в деревне Т'Минна и связанного кровью с Эл Тайн.

– Та-а-ак… А вот с этого места поподробнее.

Пришлось рассказывать и про монстра, и про лже-свадьбу, и про Кота.

– Пространственный разрыв, говоришь… – протянул дядя, потирая живот.

Я не стала ничего отвечать и просто кивнула. Еще бы у него живот не болел. Столько смеяться вредно!

– Ладно, Айлисса, не дуйся. Я не виноват, что твоя жизнь напоминает анекдот. Это же надо, свадьба Т'Минна и Эл Тайн по крестьянскому обычаю! Кому расскажешь – не поверят.

– Дядя, будь серьезней, ты же взрослый человек! – воззвала к его совести я.

– А что было, если б убийца решил с тобой не связываться? Счастливая супружеская жизнь и двенадцать ребятишек?

– Двадцать! Да хоть тридцать, мать твою, Мерк! Хватит ржать, на тебя уже кони косятся!

– Что ж ты нас не пригласила? Это стоило сделать только ради того, чтобы полюбоваться на лица старейшин и Совета! Слушай, если захотите это повторить, вы меня предупредите. Я приглашу в Черный замок лучшего художника, пусть запечатлеет на холсте всю глубину шока на лицах родственников!

– Какой художник согласится на общество магов крови, сам подумай.

– Ничего, я найду. Среди творческих людей сумасшествие признак гениальности и считается нормой.

– Нельзя же быть сумасшедшим до такой степени. Тьфу ты! Запутал меня совсем со своими грандиозными планами! Лучше бы насчет моего рассказа подумал!

– А чем же я по-твоему занят? Ладно, ладно, закрыли тему, – он надел на лицо серьезно-задумчивое выражение. – Вот что. С порождением магии крови все ясно. Это что-то вроде выворотня, только выше уровнем. Я с подобным не встречался, но в принципе…

– Кто его создал? – задала главный вопрос я и примолкла под по-настоящему сосредоточенным взглядом Мерка. Он все прекрасно понял и просчитывал варианты.

– Совпадает, – наконец вымолвил он. – Но цель по-прежнему не ясна. – Дядя тяжело вздохнул и добавил: – В нашей Семье только один человек в достаточной степени владеет пространственной магией, чтобы устроить прорыв… Он занимался исследованиями обращений. Я думаю, что днем выворотень выглядел и был простым человеком, так он и преодолел Щит, а ночью перевоплотился… Кстати, твой воинствующий друг обо всем этом прекрасно догадался и закрыл свободный проход для людей… А что насчет прорыва, так оттуда всегда легче, чем туда, тем более из купола и вогнутого щита…

– Фарин? – одними губами спросила я. Мерк прикрыл глаза.

Мы помолчали. Каждый обдумывал свои мысли.

– А Кот? – несмело спросила я, что для меня крайне нехарактерно. Я боялась помешать дядиным размышлениям. Пусть он плохой тактик, зато стратег от богов. – Как он смог преодолеть зону свернутого пространства?

– Щит распознает оборотней, – нахмурившись, сказал Мерк.

– И еще… Он же пес! В смысле, всегда превращался в собаку! Огромную светлую псину!

Дядя сохранял хладнокровие.

– Ничего удивительного. Я слышал о магах, имеющих две побочные ипостаси. Это удивительно, редко, не изучено, но ничего сверхъестественного. Просто Кот скрывал часть способностей, вот и все. Правильно делал, между прочим. А что до барьера… Как выразились бы поэты, оборотень держит свою сущность, свою тьму внутри себя, поэтому Щит их чувствует. А к выворотню и ему подобным существам тьма приходит из ночи. Извне, то есть. Кот всегда был самым хитрым и изворотливым из Эл Тайн, он всегда находил какой-нибудь, пусть нелогичный, невозможный, но верный выход. Наверняка придумал как обмануть магию Кагайн, хитрая бестия, и нам ничего не сказал. У него вообще, я подозреваю, секретов больше, чем у всех Эл Тайн вместе взятых. Его поступок меня не удивляет, всем известно, что он дружен с Шагридом, а тебя просто обожает… Но я с ним все равно серьезно поговорю!

– Значит, ты не знаешь, зачем Фарину это все нужно?

Мерк сразу помрачнел.

– Нет.

– Но ты уверен, что это он.

Дядя без раздумий кивнул.

– Да.

– И что ты будешь делать?

– Тяжелый вопрос, Айлисса.

– Но он же действует в каких-то своих непонятных интересах!

– Он хочет уничтожить боевых магов, так говорит.

– Значит, он за Семью?

– Семье давно пора закончить эту войну! – резко ответил Мерк. – Она стала ненужной и бесполезной три десятка лет назад, но Фарин… я знал Мелвина Т'Минна. Да, да, можешь так на меня не смотреть.

Т'Минны балансировали на краю, да и у нас все было не так хорошо, как могло показаться со стороны. Мы уничтожали друг друга. Бессмысленно. Беспощадно. Никому не нужные жертвы старой мести. Мы все это понимали.

Мне тогда было всего тридцать пять лет – смешной возраст для мага, но именно меня выбрал Вайдер… – глаза Мерка затуманились, губы сжались. – Мы с Мелвином встретились в Кривле, на королевском балу в честь вступления в совершеннолетие крон-принца Кэрсана… Блок на магию во дворце на высоте, так что мы оба моги не опасаться за свою жизнь… Мелвин тогда сказал, что либо мы закончим войну, либо она прикончит нас и что ветеранов после полномасштабного сражения Т'Миннов и Эл Тайн не будет. Я с ним согласился. Мы многое обсудили и многое поняли, но когда я вернулся в Черный замок, оказалось, что у нас сменился Глава. – Он горько усмехнулся, – по причине внезапной и непредвиденной смерти Вайдера. Он упал с крыши во время проведения какого-то странного обряда.

– Но Эл тайн не может разбиться на смерть! – произнесла я, смотря на дядю во все глаза.

Мерк только скривил губы.

– Фарин доказал, что Вайдер был слишком стар для мгновенного оборота. Сменился Глава, изменились и цели. Все, чего я добивался, к чему стремился оказалось ненужным. Новый Глава ничего не решал сам, только полным собранием, но в Совете состоят люди, а людей можно убедить в чем угодно. Фарин с легкостью доказал, что победа близка, нужно приложить только совсем чуть-чуть усилий. Мол, не для того наши предки кровь проливали. И большинство встали на его сторону. Меньшинству оставалось только подчиниться… Я не знаю, зачем ему это, но, клянусь именем, я разберусь в этом! – Мерк помолчал и отвернулся. – Фарин чувствует порталы, он ощущает все пространственные изменения. Пожалуй, только боги могут переместиться ему за спину. Если бы сын Мелвина помог нам, он бы обязательно об этом узнал. Поэтому придется делать все по-настоящему. Т'Минна бросят в темницу, тебя запрут в комнате, ведь ты якобы под ментальным контролем. Охранять тебя будут слабо, если вообще будут, я за этим прослежу. Ты должна будешь вытащить Т'Минна и провести по замку. Особых проблем не будет, стражу я уберу…

– Мерк, – сказала я под конец его речи. – Из тебя получился бы просто отличный Глава Семьи, я уверена. Буду голосовать за тебя.

– Дорасти сначала, – улыбнулся он. – Голосовать она будет… Первым нужно понять Фарина. Может, ничего такого нет, а все наша фантазия.

– Та сам-то в это веришь? – фыркнула я. – Ладно, сейчас, когда ты мне объяснил, я поняла, зачем ты так обошелся с Вэлом. Дело есть дело. Если нужно, можешь съездить ему по физиономии еще раз. Черепушка у него крепкая, выдержит.

– Спасибо, но не нужно. Все под контролем. – Мерк пробарабанил пальцами по луке седла. – Хорошо, что ты понимаешь, потому как к тебе это тоже относится.

– О, не беспокойся, я могу притворяться безмозглой идиоткой. Со слюнями или без, как ты считаешь?

Дядя покачал головой.

– Нет, он проверит. И нужно сделать так, чтобы он не стал долго капаться у тебя в голове. Чтобы он испугался. Или побрезговал.

– И… что же мне делать? – упавшим голосом спросила я.

Мерк четким движением повернул голову и посмотрел мне прямо в глаза.

– Тебе нужно сойти с ума.

Вэлмир.

Я резко открыл глаза. Вокруг все плыло, голова шла кругом. Осторожно ощупал макушку и с облегчением вздохнул. Я уже в который раз за свою жизнь мысленно поблагодарил богов за повышенную регенерацию у магов. Этот здоровяк все-таки едва не проломил мне череп, тор его за ногу. Чудо, что после тех ударов моя голова не разлетелась на куски.

Бегло оглядел комнатушку глазами. Что ж, кажется, я в той же самой темнице, в которой был в прошлый раз. Не думал, что Эл Тайн так консервативны. Гул в голове придавал легкое чувство эйфории – это был хороший знак – организм борется с повреждениями. Я встряхнул кистями рук, разгоняя по затекшим конечностям кровь и огляделся повнимательней.