Текст книги "Цикл "Викинг". Компиляция книг 1-10 (СИ)"

Автор книги: Александр Мазин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 162 (всего у книги 198 страниц)

Настоятелю знакомить меня с королем явно не хотелось, но послать меня подальше он опасался. А вдруг я сболтну про золото.

Так что спустя час я стоял перед королем Нортумбрии…

Который смотрел на меня, как на…

В общем, без уважения смотрел. Хотя не мог не видеть, что я – воин. И даже принимал участие в недавней битве. К счастью, на чьей стороне, он догадаться не мог. Кровь – она у всех одинакового цвета.

– Николас, значит, – процедил король, сверля меня взглядом.

Вблизи он выглядел старше, чем мне показалось раньше. Или это вчерашняя ночь так его потрепала?

– Добрый христианин и славный воин… И чем же ты славен, керл?

Если Элла думал меня смутить, то напрасно. Видал я королей и познатней нортумбрийского.

– А вот этим и славен, – я похлопал по оголовью Вдоводела, не опуская взгляда. – Думаю: вряд ли среди твоих людей найдется кто-то, способный со мной справиться. А если найдется, готов служить тебе полный год без жалованья. Только за харчи.

Вот так. Сразу – к гордости и к корысти.

Элла еще с полминуты побуравил меня взглядом. Я даже забеспокоился: вдруг он сам возьмется проверить мои фехтовальные навыки? Впрочем, если рискнет, я пусть и не сразу, но поддамся. Обойдусь как-нибудь без королевского жалованья. Ха-ха.

– Теобальд! – рыкнул король. – Вздуй наглеца!

Ого! Этот гвардеец вполне мог бы потягаться размерами с моим побратимом Свартхёвди. Еще тот бугай. Будем надеяться, что не берсерк. Еще раз – ха-ха.

Увесистый щит, меч раза в полтора тяжелей моего, чешуйчатая куртка-панцирь, шлем с гребнем… Здоровяк, одним словом. Но двигается неплохо. И взгляд осмысленный. Явно не тупой громила. Кто-то из командиров? Да наверняка. Вооружение, одежда. Местный воевода, не иначе.

– Убить его, господин, или только поучить?

– Жену свою поучи ноги раздвигать! – посоветовал я, опередив ответ Эллы, скидывая из-за спины на руку круглый щит, вполовину легче, чем у противника. Меч мой пока оставался в ножнах. Выхватывать его я умею быстро. Будет Теобальду сюрприз. А пока – приглашающий жест правой: иди сюда, красавчик!

И «красавчик» пошел. Причем бесхитростно. Вжих справа, вжих слева, вжих из-под щита по ногам…

А вот обещанный сюрприз. Я – сбоку, и выхваченный в одно движение Вдоводел тем же движением – в шею гвардейца. Легонький такой укол пониже уха. И – небольшая задержка. Чтобы противник осознал: я запросто мог бы отправить его в рай.

Обозначил и отпрянул.

Продолжим?

Не скажу, что старина Теобальд испугался. Нет. Занервничал немного. Осознал, что я мог его убить. Однако не понял, как у меня получилось. Да и остальные не особо врубились. Включая короля. Но качество моего клинка компетентные товарищи не могли не оценить. Теобальд точно оценил. Глазки у него загорелись. Такой трофей.

Все же простой парень этот Теобальд, хоть и воевода. По мировоззрению, похоже, чистый викинг. «Я хочу – значит, будет моим».

Но вскоре выяснилось: я ошибся.

И мой замечательный план – прикинуться представителем английской школы фехтования – пошел прахом. Теобальд оказался крутышом. Сообразив, что я с оружием не вчера познакомился, сразу стал внимателен и точен. Клинок его был подлинней моего Вдоводела и граммов на четыреста тяжелей. Но обращался Теобальд с ним, как художник – с кисточкой. Я бы восхитился, если бы не сложнейшая задача: победить, не прикончив противника.

Но задачу эту здорово облегчило то, что мой противник тоже не спешил меня убивать. Нет, все же не викингов у него менталитет. Любой северянин, приглянись ему меч, превратил бы его обладателя в капусту без малейших колебаний.

А англичанин не торопился нашинковать меня на стейки. Работал деликатно. Оглушить, обезоружить, пришибить щитом, повредить руку или ногу. Пару раз я даже отметил, что он заранее целит не лезвием, а плоскостью.

В общем, топтались мы с ним уже минут пять без особых достижений, если не считать обоюдной усталости.

Зрители веселились, подбадривая, к моему удивлению, не только гвардейца, но и меня.

– Довольно!

Это крикнул король.

– Вижу, Теобальд, этот керл тебе приглянулся, – проворчал Элла. – Возишься с ним, как с собственным наследником.

– Он хороший воин, ваше величество, – тяжело дыша, отозвался гвардеец. – Очень хороший. Вам пригодится.

– Допустим, – король одарил меня тяжелым взглядом. – На коне биться умеешь?

Я самую малость помедлил. Вспомнились французские шевалье, которым я и в подметки не годился. Ответил осторожно:

– Умею немного.

– Он твой, Теобальд, – принял решение король и махнул рукой, сообщая, что аудиенция закончена.

Я ожидал, что мой новоиспеченный командир станет интересоваться, кто я и откуда, но он спросил другое:

– Кому служил прежде, Ник?

Я пожал плечами:

– Предпоследним, кому я сослужил службу, был преподобный Годвин, – сообщил я. – А последним – наш король. Я бился вчера на его стороне.

– Это я знаю, – сказал Теобальд. – Где ты стал воином? Ты необычно бьёшься, Ник.

– Главное, я делаю это хорошо! – улыбнулся я.

– И всё же?

– Несколько лет я прослужил в войске французского короля Карла, – сымпровизировал я. – Тогда у меня была семья, дом и надел земли. Семью мою убили норманны, – я добавил мелодрамы и сделал мрачное лицо. – И всех сервов тоже. А я, знаешь, не из тех, кто сам ходит за плугом.

– Сочувствую, – произнес Теобальд без малейшего сочувствия в голосе. – Значит, ты франк?

– Нет, – я изобразил еще большую печаль. – Я ирландец из Эоханахта, что в Мунстере. Мне было пятнадцать, когда я кое-кого убил. Пришлось бежать.

Надеюсь, хольд Красного Лиса Грихар Короткий не будет в обиде на то, что я позаимствовал часть его биографии.

– Потом я много кому служил, – поведал я моему новому командиру. – Позволь угостить тебя элем, и я расскажу.

– Не сейчас, – мотнул головой Теобальд. – Король хочет, чтобы мы выступили до третьей стражи. Так что готовься. У тебя есть конь, Ник из Мунстера?

Я покачал головой.

– Я дам тебе коня из тех, что позавчера потеряли хозяина. Если пожелаешь, купишь его, когда мы вернемся в столицу. Деньги есть?

Я кивнул.

– Тогда иди перекуси. Переход будет долгим.

А что следует сделать доброму христианину перед долгим походом, да еще и после хорошей драки?

Правильно. Посетить церковь.

Церковь – это важно. Я не забыл, как прокололся во Франции, и повторять ту же ошибку не собирался. Старина Красный Лис, у которого я «украл» происхождение, никогда не забывал о спасении души. Даже когда обчищал христианские монастыри. Ну, не согрешишь – не покаешься, как говорится. Вот и я при первой же возможности посетил церковь. Обычную деревенскую. Ту самую, похожую на сарай с крестом на крыше. Идеальное место, чтобы попрактиковаться в сдаче экзамена «Исповедь».

Внутри церковь выглядела не лучше, чем снаружи. Зато там «работали» сразу пятеро церковнослужителей. И к каждому – очередь. Храбрые воины короля спешили смыть с души грехи плоти.

Я смиренно встал в самую длинную. Дабы иметь возможность изучить роль, а заодно послушать, в чем именно каялись (громким шепотом) мои предшественники.

Послушать и повторить. И в очередной раз услышать от престарелого монаха, что убийство отродий Сатаны – это не грех, а заслуга перед Господом. И за такой христианский подвиг все прочие грешки прощаются автоматически.

Так что было мне и отпущение, и причастие, и доброе напутствие: не останавливаться на достигнутом и изничтожать врагов церкви всемерно и повсеместно.

Воистину. Изничтожали, изничтожаем и будем изничтожать. Например, избавляя священнослужителей от имущества. Разве не сказано в Писании насчет богатея, верблюда и игольного ушка? Я в прошлом немало потрудился, облегчая церковникам попадание в райские кущи, и, надеюсь, продолжу это богоугодное занятие в будущем.

Но исповедникам об этом знать ни к чему. Ведь сказано там же, в Писании, что не стоит хвастать благими деяниями.

Глава 8 Гвардеец короля

Долгий переход! Ха! За день мы прошли не больше тридцати километров. Около двадцати миль по-здешнему. Лично я даже не прошел, а проехал. Теобальд выдал мне каурой масти жеребчика со скверным характером. Видимо, решил проверить, насколько я ловок с лошадьми. Кусаться я его отучил сразу. Своевольничать – примерно через полчаса. Во всяком случае, бить задом он перестал и поводьям повиновался. Однако до того, чтобы управлять им одними коленями, было еще далеко. Рысь у коника оказалась тоже не особо плавной. Но не более тряской, чем у мелких скандинавских лошадок. Хотя если этот малыш здесь считается боевым конем, то можно надеяться, что здешние рыцари по уровню тоже существенно «мельче» франкских. Что не может не радовать.

Еще мне выдали плащ королевских цветов, желтого и красного (цвета эти лишь угадывались, поскольку плащ был порядком застиран), аналогичной расцветки пояс, который я нацепил поверх собственного, и бронзовую бляху с королевским гербом: загадочной зверушкой, смахивающей на тощего кота.

Жаловаться я не стал. У большинства королевских гвардейцев и плащи, и кони были не лучше моих.

Еще мне выдали пику и щит, тоже разрисованный желтым и красным. Я заикнулся, что, мол, не отказался бы и от лука, но, оказалось, луков нашему подразделению не положено.

Но то были мелочи. Куда важнее, что мы сопровождали не только короля Эллу, но и осуществляли охрану его именитого пленника, Рагнара-конунга.

Выяснить, что это и есть знаменитый Рагнар Лотброк, англичанам так и не удалось. Так что демонстрировали его просто как норманнского конунга. Именно демонстрировали. Рагнару оставили его одежду и доспехи, заковали в цепи и поместили в здоровенную клетку на колесах, дно которой было застелено медвежьей шкурой. Для пущей солидности. И любой желающий, будь то благородный землевладелец или ничтожный раб, мог лицезреть, какого крутого врага победил и пленил их король.

Может, поэтому мы особо не торопились. Чтобы впечатлить народ.

Рагнар вел себя…

Никак он себя не вел. Сидел на медвежьей шкуре и глядел в пространство, не обращая внимания на издевательские вопли и обидные слова, которые бросали ему англичане. Плевать ему было на оскорбления черни. Не говоря уже о том, что конунг почти не понимал по-английски. За тем, чтобы чернь ограничивалась словами, следили специально назначенные люди, не церемонящиеся с теми, кто хотел запустить в пленника камнем или дерьмом.

Еще трое пленников ехали в закрытом возке. Их я не видел, но знал, что рассчитывать на их помощь не стоит. Состояние у них настолько скверное, что их даже допрашивать не рискнули.

За Рагнара тоже пока не брались. Надо полагать, не хотели портить «товарный вид». Крутизна врага хорошо оттеняет доблесть победителя.

Рагнар, надо полагать, догадывался, почему палачи его пока не тронули. И что это всего лишь пока, тоже знал. Но – никаких внешних эмоций.

Лишь один раз лицо Рагнара чуть-чуть оживилось. Когда он увидел и узнал меня. Но только на миг. И только для того, чтобы я понял, что он меня узнал. А еще его правая рука поднялась сантиметров на десять, указательный и средний пальцы сомкнулись в знаке «молчание», а большой указал на самого Рагнара.

Я еле заметно кивнул.

Ладно. Если конунг хочет сохранить инкогнито, его право. Надеюсь, я хоть в него вдохнул немного надежды. Потому что пока даже не представлял, как его вытащить. Охраняли его плотно. И то, что я оказался в списке охранников, пока ничего не меняло. Пока.

Йорвик. Он же – Эоворвик, как его называли викинги. Серьезный город, серьезные стены. Снаружи я их уже видел. Когда приходил сюда под знаменем Ивара Рагнарсона. Тогда город оказался викингам не по зубам. Чтобы снести эти ворота или преодолеть такие стены, одной храбрости недостаточно. Нужна планомерная осада и стенобитные машины. Древние римляне знали толк в фортификации. И в градостроительстве. Место для города было ими выбрано отменное. Вокруг плодородная долина, рядом река. Не удивительно, что жизнь в Йорвике кипела, а застройка была, мягко говоря, плотная. Свободные места только перед королевской резиденцией да у монастыря, который тоже оградился стенами. Впрочем, попасть внутрь было несложно. Я, например, попал.

Войдя в город, мы как раз туда и отправились – в главный столичный храм. На торжественный молебен в честь великой победы Эллы над великим множеством созданных диаволом норманнов, посягнувших на благословенную землю. Процедуру свершал лично архиепископ Йоркский Вулфер. Великое множество! Ха! Всего лишь несколько десятков. Если бы не шторм, мы бы королевское войско тонким слоем размазали по их благословенной!

Понятно, что мысли свои я держал при себе. Стоял за спиной короля и наслаждался искусством. Пели монахи знатно.

Церемония длилась часа три. Я даже устал стоять с непривычки. И проголодался.

Но людям служба нравилась. Умеет церковь устроить шоу. По средневековым меркам, разумеется.

Служба завершилась, и нас, победителей, причастили. Церковнослужитель вложил мне в рот кусочек лепешки, предварительно окунув его в чашу с вином.

Будем надеяться, Бог не обидится на меня за то, что я неправомерно воспользовался его благословением.

Потом, как следовало ожидать, был пир, на котором кроме эля подавали вино. Причем местное. А я и не знал, что в Англии растет виноград.

Пировали в королевской резиденции, в специально предназначенном для этого помещении: длинном, скудно освещенном зале.

Элла восседал на троне, важный и суровый. Рядом с ним – такая же суровая женщина в высоком головном уборе. Жена, надо думать. На почетном месте – архиепископ Вулфер. Важный, высокомерный… Но кушал хорошо. Я бы даже сказал – увлеченно.

Подальше – всякие важные персоны, мирские и духовные, среди которых я заметил Теобальда, а также еще двоих, имена которых я слышал во время беседы короля с Рагнаром. Военачальники Кенельм и Редманд.

Ниже ВИП-персон разместилась публика попроще, но судя по одежке, тоже не из последних.

Мне отвели место в самом конце стола. Ну хоть за королевский стол усадили. Часть парней, вместе с которыми я возвращался в столицу, харчевалась отдельно. Во дворе под навесом.

Соседи мне попались не болтливые. Время на разговоры не теряли: старательно наливались элем и с такой скоростью набивали животы, словно всю жизнь жили впроголодь. Хотя не сказать, чтобы нам подавали что-то изысканное. Изысканное до нас не доходило, рассасываясь в верхней части стола. Хотя по сравнению с дорожной едой – нормально. Свежее, горячее, с солькой и приправами. Опять-таки вино, кисленькое или подслащенное медом. Кому как нравится. И рыбка неплохая, и зайчатинка. В общем, я вкушал и помалкивал, а когда кто-нибудь произносил тост за короля, вместе со всеми вставал и орал «за здравие».

Но главным образом я наблюдал. За обычаем, за обстановкой, за суетившимися слугами. Старался не выделяться. Даже косточки псам кидал, как все прочие.

Трапезничали долго. Мои соседи раздулись и распустили пояса. Простые здесь нравы. Даже отлить можно было, не выходя из зала. Прямо у стены. Хорошо хоть, не на пол, а в специальные емкости.

Пол, кстати, здесь мраморный. Скорее всего. Точно сказать трудно, потому что щедро посыпан соломой и порядком загажен. Люди и псы постарались.

Хотя что я придираюсь? Можно подумать, у моего братца Медвежонка манеры лучше!

О! Их высокопреосвященство желают сказать речь. А ничего так прикинут скромный слуга Господа. Одежки на нем весят не меньше, чем комплект брони. И это не железо.

– Тишина! – рявкнул кто-то из королевских приближенных.

Не сразу, но тишина наступила. Относительная, само собой. Собаки продолжали «общаться», снаружи тоже было шумновато. Но это ничего, голос у главного йорвикского попа оказался зычный.

– Время, дети мои, возблагодарить Господа за пищу сию! – провозгласил архиепископ.

На мой взгляд, благодарить за жратву следовало короля, но все присутствующие тут же склонили головы и сложили руки ладошками вместе. Я не стал исключением.

Молился высокопреосвященство на латыни. Начало я опознал: «Патер ностер…», но дальше понимал от силы половину, хотя в латыни уже прилично поднаторел благодаря отцу Бернару. Надо полагать, потому, что произношение у его коллеги Вулфера отличалось от идеального. Тем не менее поболтать на языке исчезнувшей империи высокопреосвященство любил, потому молился долго. Минут двадцать.

А потом мы все дружно произнесли «Амен», осенили себя, духовенство в полном составе поднялось из-за стола и покинуло мероприятие.

И началась культурная программа. Набежали музыканты, плясуны, плясуньи и клоуны: карлик верхом на свинье и гибкая смуглая девчонка, передвигавшаяся на четырех конечностях и спиной вниз в стиле «я – паук»…

В общем, праздник, праздник. Застольные песни, возникшие откуда-то девки…

– Скучаешь, Ник?

Теобальд. Мотнул головой, и один из моих соседей поспешно уступил место.

– У франков повеселее было? Ты обещал рассказать о себе, Николас.

Ну вот. Только я расслабился.

– Вино у франков точно получше, – сказал я, выгадывая время.

Так, что у нас, простых воинов, в приоритете? Деньги, девки и собственная доблесть?

О деньгах – рано. О доблести? Не думаю, что моя доблесть в рядах викингов найдет понимание.

– Девки у них хороши, – сообщил я доверительно. – Особенно благородные. Была у меня одна…

И принялся в подробностях описывать мои игры с благородной француженкой Филиси ла Брис. Пошловато, да. Но репутация девушки от этого точно не пострадает, а с «биографии» я очень удачно соскочил. Филиси рулит. А учитывая, какие мы с ней были затейники, темы хватит надолго. Вон Теобальд аж заслушался. И не только он. Еще человек пять начали греть уши. Один даже собственную девку отпихнул: так ему стало интересно.

Прервал мои эротические подвиги Теобальд. Вздохнул с сожалением, изрек:

– Потом непременно дорасскажешь. А сейчас – дело короля. Вижу, ты не особо пьян, так что…

Рагнар. Элла приказал, чтобы его охраняли непременно четверо и непременно гвардейцы. Посменный караул.

И вот я в таком карауле. Со мной – еще трое. И Рагнар. В каменной норе за решеткой. Ноги – в колодках, руки – в цепях. Голый. Больше нет необходимости демонстрировать народу грозного вождя норманнов. Но даже голый он страшен. Мои партнеры по дежурству глядят на него с явной опаской, хотя воины не из последних. Иначе не быть бы им в королевской гвардии.

Стоит пожалеть, что не попытался освободить Рагнара по дороге сюда. Шанс, конечно, был мизерный, но сейчас и вовсе никакого.

Да, наверное, я смог бы убить этих троих. Может, даже и не нашумел бы особо, поскольку от меня они точно такого не ждут. А дальше-то что? Ключей от решетки и кандалов у меня нет. Разбить замки, не нашумев, не получится. Но, допустим, никто грохота не услышит, дальше что? В королевской резиденции народу пруд пруди. И большинство – при оружии. И еще неизвестно, в каком состоянии конунг. Видно, что избили его прилично. А что еще? Я не видел, чтобы его кормили по дороге сюда. Может, он совсем ослабел от голода? Или от жажды. Или ему что-нибудь сломали для надежности. Глаза у Рагнара мутные. Взгляд пустой. Поговорить бы с ним, но свидетели…

– Говорят, ты – франк?

Один из гвардейцев. Крупный, белобрысый, плечистый. Я знаю его в лицо, но и только.

– Нет, – цежу я нехотя. – Служил их королю.

– Ну и как у них? Говорят, они там вином умываются?

Смотрю на гвардейца. В упор. Он соображает, что как-то неуважительно начал разговор. А я все-таки не хрен с бугра, а тот, кто на равных бился с их командиром Теобальдом.

– Я Слай, – говорит он. – Слай из Твида.

– Николас, – отвечаю я. – Да, вина у франков много. У меня самого там были виноградники. Меньше двадцати бочек ни разу не было, – со вздохом соврал я.

– И что? – с жадным любопытством спросил Слай. Двое других тоже навострили уши.

– Вот эти, – киваю в сторону решетки. – Родню убили, всё пожгли.

– А ты что же?

Другой гвардеец. Невысокий, пониже меня, но плотный.

– А я в Париже был. Это столица франков.

– А большой он, Париж? – спросил Слай.

– Огромный. Сотня Йорвиков в него поместится.

– Врешь!

Это низенький.

Я глянул на него ну очень сурово:

– Повтори-ка еще раз.

– Да ладно, Николас, не заводись! – вмешался Слай. – Тирел не хотел тебя обидеть. Да, Тирел?

– Ага. Не хотел, – после небольшой паузы выдавил низенький. – Само вырвалось… Извини.

– То-то, – проворчал я. – Не было такого, чтоб кто-то обвинил меня во лжи дважды.

– Ты все же полегче, Николас, – заметил Слай. – Король поединков меж своих не одобряет. Наказывает строго.

– Честь дороже, – надменно уронил я.

Гвардейцы переглянулись. Моя позиция была им непонятна. Как, впрочем, и я сам. Но развивать тему они не стали. И хорошо. Мне и надо, чтобы меня здесь побаивались. Репутация отморозка хороша тем, что и задевать такого опасаются.

– Расскажи о Париже, Николас, – попросил Слай. – Чего там как?

Вот это пожалуйста.

Почти все дежурство я развлекал гвардию байками о столице Франции. И параллельно напряженно размышлял: что предпринять для вызволения Рагнара, который все это время даже не шевельнулся.

Идей не было.