Текст книги ""Фантастика 2026-61". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Владимир Поселягин

Соавторы: Александр Сухов,Данияр Сугралинов,Дана Арнаутова,Ринат Таштабанов,Марина Комарова,Николай Новиков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 219 (всего у книги 341 страниц)

Все замерли. Ребёнок выдыхает, разжимает кулак, и пуля со звоном падает на асфальт. Он медленно поворачивается на стрелявшего. А стрелявший… выронил автомат из рук, лишь сейчас увидев в этом ребёнке нечто большее, чем видел до этого.

– П-простите… простите… – шептал он.

– Могу понять. Больше так не делай, – вновь вздыхает ребёнок и, сделав шаг назад, исчезает в невидимости.

И он исчез.

Больше не осталось ни врагов, ни спасителя.

* * *

Я жмурился.

– Да что-б это геройство… – пробормотал я, касаясь раны на животе, – Тс-с, ай! Где-ж мамин поцелуйчик чтобы всё быстрее зажило-то, сцуко… тс-с, ай-й-й!

Всё же, пришлось пару раз хватануть там в садике. В пузо вот по касательной пуля залетела, кусочек от бока оторвала, мочку уха сорвало, да и металлические иглы чуть без глаз не оставили. Адаптации спасли от серьёзных ран, но, поверьте, получил бы ещё десять таких порций – было бы очень плохо.

А ещё этот «молодец» с автоматом в конце – мне там так ладонь прижгло, что я не заплакал прям там только из-за морально волевых.

«И это с адаптациями так больно и изнурительно…», – выдыхаю, надевая футболку, – «А как боевые маги без них живут?.. Им ещё половину сил на защиту тратить?»

Я под конец хотел просто лечь и обблеваться, настолько устал. Организм прям кричал: «Ещё одна техника, и я тебя три-в-одномлю! Со всех мест усталость полезет!».

Вот тебе и Философия Террора… это не трезубцем из невидимости всех заколоть… тьфу.

«Рой, есть Апофеозные изменения? Мы уже Боги?»

«Не фиксирую. Полагаю, недостаточно ажиотажа»

«А колония когда?..»

«Три месяца»

«Да ты задолбаешь. Как ускорить-то⁈»

«Поглощать источники энергии. Микро и макроэлементов вы поглощаете достаточно, с вашим пристрастием к зубочисткам и гайкам. Нужна чистая энергия в физическом виде. Прогнозирую ускорение минимум на тридцать процентов»

«Да она вся на крыс ушла…», – вздыхаю, закрывая кран, – «Надо новую искать»

Я смотрю в зеркало, на чуть побледневшее и усохшее от изнурения лицо, качаю головой и выхожу сразу в московский офис Евгения. Да, я в Нео-Москве. Отсюда меня на спецоперацию и отправили, вместе с Хоуком, Доктором Джекилом, – он меня и латал, – и Максом. Бабулю на всякий случай потом уже вытянули.

Все уже разошлись, остался Евгений.

– Как ты, сладость всехняя? – искренне переживал здоровяк.

– Руки лишаться в три годика больнее было, – вздыхаю, – Норм. Бургера бы…

Евгений улыбается и указывает на стол, где стоял… бургер, картошка фри, кола, чай и крокант.

– Не зря вы в топе лучших компаний по условиям для сотрудников… – покосился я, не отказываясь от подкрепления.

– Я чувствую, что Любят другие. И стараюсь эту Любовь им дать, – улыбается он, пожимая плечам, – Ты хорошо справился, Михаэль. Чувствую завтра нам придётся пересмотреть немало Английский новостей. Если, конечно, не начнут глушить.

– А можут? – спросил я с набитым ртом.

– Ещё как! Клановое общество же, милый. И моя власть, увы, до туда не распространяется – там другие за СМИ ответственны, – вздыхает Евгений, качая головой, – И кому-то… может быть не выгодно о тебе сообщать.

– И что, всё зря?.., – бормочу, проглатывая еду, и тут же не даю Евгению открыть рот, – Хотя… детей спас, значит уже не зря. Замнут так замнут, пофиг.

И Евгений, уже реально открывший рот… медленно его закрывает, а на щетинистом лице растёт тёплая улыбка, которую я прекрасно вижу мутировавшим зрением.

– Ты и правда славный ребёнок. Она права, – полушепотом сказал.

– Кто она, в чём права?.., – покосился я.

– Это… потом. Сейчас ты слишком устал, чтобы этим голову морочить. Отдыхай. Завтра поговорим, как раз в Академию загляну, давненько там не бывал, ха-ха!

– Как скажешь. Не буду гадать, реально устал… – вздыхаю.

– Тебя до теле-стелы подкинуть? – спросил он.

– Нет, – поднимаюсь со стола, съев и выпив всё что было можно, – Подкинь в другое место. Пора навестить старого знакомого.

* * *

Час спустя. Мороз, зима. Ранняя ночь понедельника.

Завывал противный Московский ветер, пробирающий даже через пуховик и шапку-ушанку. Я нагнал Жара в теле и дыхнул горячим дыханием на ладони, быстро их потирая и одну запихивая в карман куртки.

Давно лежит этот билет. Давно было пора его использовать.

Меня вызывают на диалог? Значит я приду. Пора навестить старого знакомого и получить пару ответов.

Я стоял перед входом в Архив.

Николай Новиков
Наномашины, Анафема! Том 11

Глава 1

На входе стояла всё та же вечно улыбчивая бабулька, только в милом пальтишко и платочке вокруг головы.

– Ой, Мишенька, ты? Уже один? Такой взрослый… – вздохнула она, – Как же быстро растут внучата…

– Это точно, – вздыхаю, – А вам не холодно?

– Да я же магическая сущность, клон, – улыбнулась она.

– Клон… – пробубнил я, и оглянувшись, решился кое-что спросить, – Бабуль, а вы можете… немного рассказать про вашу технику клонирования? Не надо много! Просто скажите, как вы управляете и как считываете информацию.

– Ну у меня, тащем-то, дар. Коллективное сознание, милок. Сразу везде и всюду, – улыбнулась она, – Но есть и такие же техники. Точно знаю одного человека, кто ей владеет.

– А… а кто⁈

– Хех, а тебе всё скажи, ушлый, – протянула она сморщенную ручку, – Билетик, пожалуйста.

Я вздыхаю, благодарю хоть за такой ответ и протягиваю билет. Значит, коллективный разум, и ему можно научиться…

Чёрт, а может это и взять⁈ Вообще же круто!

А не, стоп. Вдруг коллективный разум и техника клонирования – две разные. Ща возьму коллективный, и до клонов только через год доберусь. А пиздюлей мне отвешивать хотят уже сейчас!

Ладно, подумаем.

Дай бог вообще выбраться из Архива живым…

– Чувствую, только ты один знатно порядил запасы билетов, – улыбнулась она, открывая каменную дверь в башне.

– А они конечны же, да?

– Ага. Один билет – один проход. Потом сгорает. Так что – ты очень дорогой мальчик во всех смыслах этого слова, ха-ха!

Я на неё покосился.

Блин, хорошая бабка…

– А вам дед не нужен? – спросил я, – Могу найти пару вариантов…

– Хех, не надо, есть уже. Он всё умереть хотел раньше, а как я появилась в его жизни… – тепло вздыхает она, – Ещё сильнее хочет. Но не может, Порядком благословлённый. Умрёт только когда… да чёрт его знает когда. Но он пытается!

Эх, ну ладно, одной старой парочкой на моём счету меньше.

Блин, почему одних Порядок благословляет на абсолютную удачу, других на бессмертие, а меня на помереть после рождения! Скотина!

Мы с бабулей заходим в каменную арку. Я чуть напрягаюсь, ступая в каменный же коридор, но… проносит. Пока ничего. И моё хмурое лицо заметить было нетрудно, отчего последовал закономерный заботливый вопрос.

– Чего такое, милок? Почему кукожишься как огурец?

– Бабуль, а вы… говорили с Архивом?

И она впервые хмурится, поворачиваясь на меня.

– А к чему такой вопрос, Мишенька? – щурится она уже без улыбки.

– Да вот… походу говорить будем.

– Ох-ох… и что ты такого наделал?

– Дал переводить книгу из Архива другому. Половину успели, и… переводчику чуть кирдык не настал. А Архив передал через него, что требует со мной разговора.

– Ух-ох… – закачала она головой.

И эта реакция, это качание головой и рука у щеки меня ВООБЩЕ не обнадёжили.

– Ч-что не так?.., – сглотнул я.

– Архиву не нужно говорить с нарушителями – он наказывает сразу. Как твоего переводчика. И если тебя вызвали на разговор… что-ж, я тебе не подскажу. Такого я ещё не видела. Архиву… тому, кто им правит… говорить не надо – он знает всё и так, – она вновь на меня поворачивается, – Но, похоже, не тебя и не твои мысли.

– И что мне делать?..

– Говорить.

Коридор заканчивается. Я задираю ногу над каменной кладкой начала Библиотеки, этого бесконечного лабиринта знаний.

Я хотел задать вопрос. Последний, чтобы убедиться наверняка! Но…

– А кто правит Архивом? Это же… – сказал я, как нога ступает вперёд.

И тут…

Всё моментально разрывается! Полки, камень, стены – всё крошится и взлетает ввысь, а привычное звёздное небо начинает очищаться, растягиваться, накрывая меня словно купол!

Я слышу треск и шум огромного механизма, настолько монструозного и титанического, что гул походил на движение самой вселенной, на компьютер прямо в его центре, работающий механический мозг!

Разорванная материя, втягиваемая вверх, застыла в крупных осколках, и я, стоящий под центром небосвода, задираю голову вверх и вижу…

Огромный механический глаз. Словно фокусировочная линза в шаре, размером с целое солнце… нет. Да какое солнце⁈ Грёбанная сверхмассивная чёрная дыра в центре нашей галактики – этот механический глаз был размером именно с неё!

Механизмы внутри него, похожие на зрачок, сошлись вместе, и «зрачок» сузился, резко переводясь на меня. И я слышал каждый гул, каждый скрежет этих механизмов!

Я застыл.

– Вижу. Но ты был невидим. Интересно. Запишу, – механический голос говорил чётко, но обрывисто, будто подставляя заранее записанные фразы.

Синий зрачок постоянно сужался и расширялся, отчего казалось, что это всё же живое разумное существо, и зрачок отражает не только его зрение, но и эмоции.

Думать? Мне можно думать или нет⁈ Можно ли говорить с…

Стоп! Ну думать! Надо сначала проверить!

«Ты меня слышишь, глаз⁈»

Глаз продолжал меня разглядывать.

«Отвечай! Я готов говорить только мыслями!»

Молчание. Компьютер ожидал от меня ответа или хоть какой-то реакции.

«Рой, ты тут?»

«Я здесь, пользователь. Фиксирую попытки проникнуть в организм. Не допускаю»

– Как ты это делаешь? Не понимаю. Такого нет в базе, – зрачок сужается.

– Секрет! – чувствую уверенность, – Зачем ты меня звал⁈ Что-то твой братец в прошлом не особо спешил договариваться, раз меня запечатал! Да и уверен, ты тоже принимал участие! – указываю я.

– Ответь, ты помнишь прошлое?

– Я… нет.

– Корректирую план. Шансы на позитивной исход увеличены, – зрачок снова зашевелился, – Фиксирую причину молчания со стороны Порядка. Принимаю. Подтверждаю, – снова фокусируется, – Причина вызова – диалог. Особые условия содержания не увенчались успехом. Не желаю пропадать. Желаю сосуществования и знаний.

Я хмурюсь. Надо убедиться, чтобы раз и навсегда понять, с кем я имею дело.

– Кто… ты? – хмурюсь.

– Концепция Знаний.

«Пользователь, фиксирую изменения на энергетическом уровне! Очень схожа с благословением Порядка!»

Благословение… Знания⁈ Так, так-так-так! А это уже погодите! Неужели при взаимодействии с КАЖДОЙ концепцией у тебя что-то отклады…

Сууууууууууууууучка! Так ВОТ почему в КАЖДОМ существе есть частичка, которая меня боится! Это не какой-то ген, как мы думали! Это шрам от меня прошлого, от Концепции!

Но пока я в любом случае не ощущаю её воздействия благословения именно Знаний, так что надо переключить мозг на другую тему.

– И почему позвал?

– Узнать. Не понимаю. Ты загадка. Тебя что-то укрывает, что-то позволило нарушить особые условия содержания. Что?

– Почему я должен говорить.

– Я обязан знать всё. Ты вне зоны моего понимания. Опасно.

– А я не скажу.

– Опасно. Я не желаю вражды. Говори. Желаю знать.

– Перехочешь! И я прекрасно понимаю, что убивать ты меня не станешь! – указываю на него, – Могли бы – давно бы меня убили! И раз ты не хочешь вражды, то уж поверь, придётся хоть немного довериться!

Зрачок резко сужается, и я прекрасно понимаю, что Оно злится. Но спустя несколько секунд концентрированного синего луча, глаз снова с гулом расходится.

– Предположение – защита, произошедшая вне нашей галактики. Предположение – существование параллельных миров. Предположение – сила выше концепций. Подтверди.

– Отказано в подтверждении!

– Предположения записаны. Продолжу наблюдение, — зрачок зашевелился , – Вижу интерес в глазах. Спрашивай.

– Ты… реально не хочешь вражды?

– Никто не хочет. Один ты её желал. Всем. Хаос и Порядок, Забвение и Знание – мы антагонисты между собой. Ты – антагонист всему, что разумно. Мы – разумны. Ты – опасен. Ты даже не был концепцией – ты ей стал самостоятельно, разросся до нашего уровня, опираясь на природу своего рождения.

Пу-у-у…

Пу-пу-пу…

– Ам… ну я исправился, хе-хе?

– Потому зафиксирован мой интерес. Как? Мы пытались исправить – не выходило. Сейчас ты справился сам. Как? Требую ответа.

– Не будет ответа!

Глаз зашевелился. Полагаю, когда он ходит-туда сюда – значит думает и что-то записывает.

– Михаэль Кайзер, я не желаю вражды. Моя цель – хранение знаний. Ты не раскрываешь способа самоконтроля, но я не вижу в тебе былой враждебности. Я ничего не вижу. Меня это беспокоит. Но я желаю мирного сосуществования.

– Я… я тоже!

– Мы это уже слышали. Были обмануты. Но сейчас… – глаз шевелится и сужается, – Вероятность обмана минимальна. Высок шанс доброжелательных переговоров. На ближайшее время точно.

– Тогда давай договоримся! – кричу я, понимая, что это мой шанс, – Договор это ведь двухсторонняя фигня, да?

– Да, «фигня», – последнее слово он произнёс моим голосом, явно включенной записью, – Я желаю гарантий мира между нами. Но гарантий нет. Поэтому я разработал способ окончательно от тебя избавится. Предположительно. Но ты владеешь невероятно ценной информацией. Готов дать обещание мира, при обещании информации.

– То есть, я либо говорю, как избегаю вас и свою судьбу, либо помираю⁈

– Положительно.

– А если не выйдет⁈ А если обману⁈

– Ты – проблема очень древняя. При отрицательном исходе – продолжится наше противостояние. Как всегда.

И при этом кирдык моей жизни, моему разуму и планам на воспитание братика/сестрёнки, и планам на красивых девочек.

Этого мне не надо.

«Рой, а… о тебе вообще можно рассказывать»

«Не в моей власти решать. Выбор за вами»

Пу…

Ох, это очень тяжело. ОЧЕНЬ.

– Когда ты требуешь ответа⁈

– Мы существуем от начала времён. Тысячелетия для нас – миг.

Это ОЧЕНЬ легко!

– Ну тысячу лет согласен! – улыбаюсь.

Зрачок резко сужается, а потом так же резко и широко расширяется. Сейчас Знания были похожи на… озорного котёнка.

– Удивление. Столь мало времени? Принимаем.

– Чёрт! – топнул я ногой, – Ну что, на этом договорились⁈ Я… я обещаю тебе рассказать свой секрет, а ты – не сдавать меня Порядку, или кому ты там собирался!

– Договор заключён. А теперь, я тебе кое-что дарую, и мы закончим диалог.

И я ощущаю, как в моей руке начинает что-то формироваться. Эй, эй!

* * *

От автора:

Я выложил это в последнюю минуту перед взлётом, буквально дрался с экипажем самолёта!

Спасибо, что со мной! Ради вас готов драться за проду даже с пилотом.

Ставим лайк, присаживаемся и погнали. В этом томе разгон.

Глава 2

– Диалог закончен. Ожидаю скорой по меркам вечности встречи.

Разрушенная библиотека резко восстанавливается, стягивается, и стоит мне моргнуть, как всё пропадает. Я моргаю ещё раз, слышу звук закрытия каменных деверей, и, моргнув ещё раз… оказываюсь снаружи Архива, прямо перед его входом!

Я недоумённо оглядываюсь и верчу головой, пытаясь осознать, это всё пранк-прикол или реально я настолько лошара. Верчу, кручусь.

«Рой, это реально⁈»

«Это реально»

И, посмотрев на левую ладонь, я вижу на ней клочок бумаги.

«Техника связи со мной», – гласило название. И снизу обычный ритуал, пусть и замысловатый, и длинный. Даже на русском написан.

Я вновь оглядываюсь. Реальный мир, реальный снег, реальная башня. Даже бабку вижу. И закрытые двери.

– Да ты паааадла, ну ты серьёзно что ли⁈ – заорал я посреди темноты, глядя на звёздное небо, – Нахрена мне эта туалетная бумага! Я хотел клонов! Клонов, твою информационную мать! Ыа-а-а-а!

Я пинаю снег.

Забрал. Забрал билет! Поговорил и выпнул, хотя согласно ЕГО же правилам, я должен был взять книгу! Взять…

Ох, ну какая скотина. Не книгу же я там беру, а знание. И я знание получил – ритуал для связи с концепцией Информации и Знания. Получил? Получил. Всё, шуруй отсюда.

Наглая, жадная скотина! Не удивлён, что я вас в прошлом недолюбливал! Так вам и надо! Стану сильнее – в суп ваш нассу!

– М-милок, ты как⁈ С тобой всё хорошо⁈

– Да… нет, – резко переобуваюсь, – В целом да, но в частностях нет. Короче, как обычно у меня в жизни! – цыкаю я, – А что произошло? Чего так перепугались?

– Ох, так перепугалась, так перепугалась! – покачала она головой, – Когда ты зашёл, ножку опустил, так и исчез сразу! Просто… ну вот просто пропал! Будто бы…

– Был удалён из реальности. А потом вы получили сигнал о конце нашей сессии, ну и пошли на выход, – хмурюсь я, понимая о чём она.

– Д-да, – чуть хмурится она, – Ровно так. А когда вышла, ты уже был тут. И билетик…

– Билет сгорел, а значит я получил информацию Архива. Вы, наверное, не понимали, почему я пропал, и при этом на бумаге всё хорошо, будто бы книжку взял, да?

– Ага… – хмурится она ещё сильнее, – Мишенька… а ты мои мысли читаешь?

– М? – поднимаю на неё взгляд, – Да нет. А что?

– Ну просто… мало кто знает о «сессии», правилах билетов, и старческих чувствах. Я ведь тебе… не говорила, что билет сгорает только при получении книжки, а не входе в Архив. Да и то, только после…

– Только после возврата. До тех пор висит как напоминание, что я должник… – бормочу я, договаривая за старушку.

– Да… – пробормотала, – Миша?..

– Я… я не знаю, – во рту начинает сохнуть, – Я не знаю, откуда это знаю! Просто это кажется мне очень… логичным? И я как бы… просто строю логическую цепочку из информации…

– Из какой информации, милок?..

– Ну из… вашей, – глаза медленно распахиваются, а дыхание ускоряется, – В которой на это… лишь намёки… – начинаю быстро и тяжело дышать, – Бабуль… бабуль! А откуда я это всё знаю? Я же мог об этом только догадаться! Но почему я стойко уверен, что это правда⁈ Бабуль! ОТКУДА У МЕНЯ ЭТА ИНФОРМАЦИЯ⁈

– Милок, тише! Тише! Не паникуй!

«ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ!», – заорал Рой.

– Уа-а-а-а! – завизжал я от резкого механического голоса.

'Обнаружена серьёзная надстройка в вашем энергетическом отпечатке! Структура крайне схожа с Благословением Порядка, только она активна всегда. Вы отправляете постоянные запросы, и получаете постоянный поток ответов.

Продолжаю анализировать'

– Ты ведь говорил с ним. Со Знанием⁈ – подошла бабуля, – С Концепцией Информации⁈

– Д-да… – в замешательстве огляделся я, непонятно от чего пригибаясь.

– У моего ныне мужа… он стал бессмертным после разговора с Порядком. Что если при разговоре с любой Концепцией…

– Да… я это ещё тогда понял. Уже тогда это начало работать! Я теперь… – глубоко вздыхаю, – Я теперь благословлен и Знанием.

«Вы посылаете новый запрос. Фиксирую получение энергетического следа»

Я понимаю машинально. Вернее, не столько понимаю, сколько… не знаю, догадываюсь? Строю логическую цепочку, в которой почему-то очень уверен. Будто это очень очевидно.

– Благословение – это завершение логических цепочек. Я будто без проблем схватываю последние кусочки паззла. Будто… всегда это знал, только забыл, и вот мне напомнили, – хмурюсь, – Бабуль… бабуль, покажите за спиной число!

Она кивает, прячет руки за спиной, и вновь кивает.

Э-э-э…

– Девять? – пытаюсь угадать.

– Нет.

– Тогда четыре!

– Нет.

– Три?

– Нет.

– Десять!

Бабуля качает головой и показывает сжатые кулаки. Ноль.

– Следовательно, не могу узнать то, о чём вообще не ведаю, – хмурюсь, – Да. Кажется это просто лучшее схватывание на лету… что всё равно… капец как сильно.

«Рой, есть побочки?»

«Пока не наблюдаются. Это не связано с вашим физическим телом. Только энергетической частью, которая частично подвязана на мозг, но напрямую влияет очень опосредованно. Это именно надстройка на которую и приходится вся нагрузка. На основное строение отрицательного влияния не обнаружено»

Я надкусываю коготь в раздумьях…

Стоп, что? КОГОТЬ⁈

Я с шоком смотрю на пальцы, на миленькие когда-то розовые ноготочки, и вижу… сраные когти. Вернее всё те же ногти, почти такие же розовенькие, но они, чёрт возьми, явно заострялись!

«Роооооой⁈»

'Анализирую.

Предположение: влияние веры'

«Почему мы об этом ничего не знали⁈»

«На текущем этапе я не способен на такую мультизадачность. Полагаю, влияние было произведено во время разговора со Знанием, на защиту от которого я пустил все ресурсы, и потом не анализировал оставшуюся мелочь»

«Нифига себя мелочь!»

– Бабуль… – хмурюсь, понимая, что и здесь я, чёрт возьми, прав, – Мой билетик ведь не сгорел окончательно, да? Я же должен вернуть то, что получил?

– Угу, – кивает она.

Значит даже если я не вызову его ритуалом, то всё равно буду вынужден встретиться со Знанием, отдавая эту бумажку. Он в любом случае хочет за мной наблюдать. Что, честно говоря, хороший знак. Значит его интерес в сосуществовании – это не пустой звук.

Я хмурюсь.

Понятно. На самом деле жизнь в целом стала как-то легче и понятнее! Хотя я, кажется, так же понимаю, что панацею я не получил. Есть здесь либо подвох, либо ограничения, но мне нужно чуть больше времени, чтобы понять где.

– Ладно… спасибо, бабуль, – хмурюсь, оглядываясь по сторонам, – Никому же не скажете?

– Ну ко…

– Конечно нет, запрещено же Архивом разглашать клиентов, – хмыкаю я.

– Ага, снова верно, – улыбается бабуля, – Мишенька… пожалуйста, не становись мировым злом, хорошо? Иначе нам будет очень, очень плохо. А наш мир – он прекрасен. Было бы славно, если бы ты был за него, а не против.

– Бабуль… я очень постараюсь, – с улыбкой сжимаю кулак, – Пока справляюсь. Аж Знание в шоке, насколько хорошо.

– Ну и славно. Ну и славно…

Мы прощаемся, и я ухожу к терпеливо ожидающему единственному автомобилю.

Вот это денёк…

Вау.

* * *

В то же время. Англия.

– Твою мать, ЧТО⁈ – ударил кулаком по столу глава клана Розваль, – Ты надо мной смеёшься⁈

– Г-господин, это правда. Мы не зафиксировали его перемещение, и совершенно не знаем, как и откуда он явился, ровно как и куда ушёл!

– Но это просто невозможно. Буквально! – повышал он голос, – Не заставляй меня отправлять вторую группу, и выяснять что вы просто слепые и тупые!

– Клянусь честью рода! Нет от него сигнатур! Есть намёки на порталы, но неизвестно, его или кого-то другого! П-полагаю, что он… да, мы полагаем, что он способен вмешиваться в энергоструктуру.

– Как абдуктор?.., – хмурится Розваль.

– Н-нет, не совсем, господин…

И реакция слуги клана очень не понравилась главе Розвалей. То, как он затих, как опустил взгляд, и что бумаги в его руке всё же были, говорили о том, что информация всё-таки есть, только вот она может крайне не понравиться начальству.

– Говори, – едва не прорычал Розваль.

– Он… скорее всего он может искусственно вызывать энергопсихоз у других. М-мы… мы нашли несколько таких жертв, в то время как у других нет и намёка на подобную перегрузку. А также энергетический ожог на телах этих жертв в форме ладони и пальцев, что говорит о касании за миг до психоза.

– … – Розваль внимательно и не моргая смотрел, – Некромантов вызвали? Мы, конечно, не русские, но пару вопросов мёртвым задать-то можем?..

– Вызвали…

– … и что, бл*ть?

– У них… нет душ. Не просто душ – у них вообще ничего энергетического не осталось. У них… ядра нет, господин… вообще.

– …

– …

– … ты надо мной издеваешься?..

– Н-никак нет, господин.

Розваль опустил взгляд и устало потёр переносицу. Это что, прикол? Развод? Над ним прикалываются? Пранк⁈

Не хватало ему дочки неудачницы, и двух сыновей-дебилов, которые решили «взять всё в свои руки», а потом их обмочившихся с арены доставали, так ещё и это⁈

– Нет-нет, погоди, – помотал он головой, – То есть ты утверждаешь, что чёртов ребёнок с небес, который засветился в Египте, Германии, Индии, из ниоткуда появился над нашей территорией, спас детей, и так же в никуда исчез? Только он ещё ловит пули, насильно вызывает энергопсихоз, так ещё и… что, ядра пиз*ит⁈

– … да.

– Пошёл вон, бездарь! Я вызываю вторую группу, и молись, скотина, чтобы они сказали то же самое! Вон! – он с криком указывает на дверь.

Слуга рода спешит убежать, пока не прилетело сверху от разъярённого и недоумевающего господина.

– Джон! – нажал он на кнопку вызова, – Свяжи с информационным отделом. Передай, чтобы ни слова об ублюдке в маске не просочилось!

– Какую легенду сделать? – без лишних вопросов спросила правая рука Розваля.

– Не знаю. Плевать. Скажи, что наши со всем справились. Главное – не дай информации о чужаке разойтись! И передай остальным, что если увидят – сначала пусть дадут спасти и сделать своё дело, а затем… пусть его захватят. Зарезервируй абдукторов и магов крови для этого. А тактического – это если сопротивляться начнёт.

– Принял.

Телефон прекращает связь, и Розваль устало и злобно падает на спинку кресла.

Кто? Ну вот КТО и откуда⁈ Русские? Немцы? Индусы? КТО⁈ Кто, чёрт возьми, этот наглый ублюдок, который считает, что вправе решать проблемы ЧУЖОЙ страны и ЧУЖОГО клана⁈

Его нужно поймать. Ведь власть здесь – Клан Розваль. И никакой выскочка в маске не вправе ставить её под сомнения. Даже если просто пришёл спасать.

Спасать может только власть. Благодарность только ей.

Чужак должен быть пойман и допрошен. И только так.

* * *

Я должен съесть Евгения.

– Что?.., – не понял я, хотя на самом деле понял.

– Тебе нужен мой биологический материал для передачи генома. Волос у меня не особо много, как видишь так что… вот, самый приемлемый вариант, – улыбнулся здоровяк в розовой шубе, протягивая колбу с кровью, – Капли достаточно.

– Д-да погоди ты!

Мне бы уже лететь в школу, да только вот беда пришла откуда не ждали. Хотя ждать стоило – он же обещал завтра встретиться!

Мы сидели в Германии, во дворце. Евгений был всемирно известен, так что Вильгельм без проблем разрешил ему заглянуть в гости. И вот, мы сидим в кабинете для важных встреч и… да что за два дня такие⁈ Я напомню, что просто хотел Настюху в суккубы устроить! Как этот снежный ком так разогнался⁈

– Каритас обещала тебе подарок. Вот он, – улыбается Евгений, – Статус и сила Апостола Любви.

– Н-но ты же уже…

– Я не против передать статус тебе. Мы оба достойны, но я уже силён и успешен, а тебе бы не помешало – вон какой худенький стал, непорядок.

– Да ну погоди! – замахал я рукой, – Какой Геном Любви? Какое Апостольство⁈ – смотрю на Михаила, сидящего не жёрдочке, – А ты знал?

– Знал, – кивает голубь.

– И не сказал⁈

– Вы не спрашивали.

Я едва не зарычал.

Эта новость и предложение выбили меня из колеи. Я думал Евгений просто соскучился и хочет выпить чаю, да разделить хруст французских булок! А он такой вваливается, спрашивает как дела, и такой: «Ну короче мы решили, теперь ты апостол. На, пей кровь».

– Михаэль, но почему ты воротишь свой милый нос? – не понимал здоровяк, – Грех и Добродетель прекрасно между собой синергируют! Тебя не разорвёт. Уж кого-кого, но не тебя.

– Д-да потому что! Во-первых, я вообще такого исхода не ожидал, особенно после того, как вчера людей в кашу превращал! Во-вторых, это же снова головняк, снова что-то делать, обязательства! Я и от Похоти бы отказался – я о сексе узнал год назад, и то, испугался! А Апостол Любви-то из меня какой⁈

– Какой? Лучший, Миша, – хмыкает Евгений, сверкая зубами, – Кто как не ты?

– Неправда!

– Хорошо, давай припоминать твои заслуги объективно, опуская банальщину вроде любви ребёнка к родителям, – он начал загибать пальцы, – Воссоединение Василисы и Всеволода – раз. Множество шагов к семье Баала и Аурелии – большое два. Шанс на примирение Вильгельма и Марка – три. Кодекс Похоти у суккуб, где нельзя рушить любовь – четыре. Воссоединение Каритас и Люксурии – огромнейшее пять. Ну и шлифанём всё Соломоном и Люксурией – нифига себе шесть. Какой из тебя Апостол Любви? – задирает он бровь, – Михаэль, ты буквально ЛУЧШИЙ на этой роли!

– Я… ам… я просто… – начинаю теряться, – Я просто делал что считал…

– Вот именно! Ты просто жил, и все вокруг счастливы и любят друг друга! Ты за свою короткую жизнь сделал для любви больше, чем некоторые свахи за жизнь! Да ты главный её амбассадор! Представитель поцелуйчиков, лицо держания за ручки, активист волнения в сердечке! Там, где ты – там все друг друга любят! Ты разве этого не замечал?

– Я… я просто… я… ам… я… оййййй! – хватаюсь за голову, начиная пищать, – Да когда вы все от меня отстанете!

– Ты сам в проблемы лезешь, такой вот ты. Тут только принять, – разводит руками здоровяк, – Видишь ли, Апостолы и Герцоги и без силы будут теми же – потому их и выбирают в первую очередь. Похоть у тебя – действительно случайность, хотя ещё рано говорить, посмотрим через пару лет. Но Справедливость, Гнев и Любовь – ты таков и есть.

– Мне… мне надо подумать! Мне нужно время! Да, я карапуз, но я уже давно не в подгузниках, и крылышек у меня нет, как и из лука с сердечками не стреляю! – понял я, – Ещё одно обязательство на себе тащить…

– Хорошо, ладно. Не веришь? Давай так. Если ты ещё кого-то сведёшь, где пары изначально без тебя быть ну вообще не могло – пиши. Номер знаешь. Только честно, хорошо? Поверь, если ты сам по себе столько любви вокруг создаёшь… – улыбается он, – То эта сила грузом не станет. Гнев же тебе не мешает? – подмигивает здоровяк и, попрощавшись, уходит донимать Вильгельма.

Я же, посидев ещё пару минут в кабинете, качаю головой, вздыхаю и спрыгиваю с кресла, так же направляясь на выход, но уже в Академию.

Михаил без лишних слов спархивает и садится мне на плечо. Так мы вдвоём и добираемся до Академии, уже через час наблюдая его парки и фонтанчики.

Из головы всё не выходило предложение Евгения. Новая сила? Апостольство? Конечно, Апостол – не означает обязанности. Это своего рода награда человеку и предмет хвастовства и гордости у высшей сущности, это мне объясняли. Но кому вы заливаете – всё равно от меня будут ожидания!

Ну а какой из меня Апостол Любви⁈ Мне бы свою найти! А все те примеры… ну, чистая случайность. Вот кто знал, что Аурелию сделают кошкой? Или что мужик, сломавший рёбра Люксурии – тот самый Соломон в трезубце? Или…

Ай, да бред же всё это, ну! Да ведь?

Мы шагали по парку, и уже подходили к основному учебному корпусу. А значит, шли мимо фонтанчиков, скамеек и величественной вечно горящей статуи – последнего выжившего феникса. Для меня всё ещё загадка, почему он каменный, и почему притворяется статуей, если ну буквально живой и без проблем двигается. Максиму же голову расклювал! Видимо, птица на приколе – как и директор, и его зам. Некоторые животные действительно с приколами и характером.

И вот проходим мы мимо, и Феникс… ведёт головой. Зрение у птиц широкое, но мы были за пределами, так что очевидно, что статуя повернулась именно на нас. И словно обычная птица она так же чуть покрутила головой, видимо всматриваясь.

Я напрягаюсь. Сама по себе она раньше не шевелилась… что случилось?..

И тут Феникс с грохотом спрыгивает с постамента! Я конечно же напрягаюсь ещё больше! Нифига себе, чё громадине надо – она же размером с автомобиль, это вообще не шутки! А она шагает так забавно… ну как обычная большая птица: лапы переставляет неуклюже, подпрыгивает, косолапит. Ну птица. Только мифическая.