Текст книги ""Фантастика 2026-61". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Владимир Поселягин

Соавторы: Александр Сухов,Данияр Сугралинов,Дана Арнаутова,Ринат Таштабанов,Марина Комарова,Николай Новиков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 105 (всего у книги 341 страниц)

И эти два дебила постарались.

Со мной поступили нечестно, подло и нагло! Какая-то дебильная причина, видите ли, стыдно перед другом. Алё, придурки, так убедитесь, что я не повторю его ошибок! Вы там вообще все отбитые? Вам бы к психологу походить, в башке у вас явно кавардак, бедлам и каламбур.

А дедушкины слова, кстати, запомню, мдам. Забавно звучат. Буду в школе повторять.

Но, как бы то ни было, все трое друзей, – два мужика и ребёнок, – вышли из тренерской.

Я глянул на лица этих двух старых пердунов.

О-о-ой, а что такое? А не такое воссоединение с другом ждали? М-м-м, печалька…

НЕФИГ БЫЛО ЕГО ПРАВНУКА ПОД ЖОПУ ПИНАТЬ, ДЕБИЛКИ-ВОНЮЧКИ! Заслужили.

– Прости нас, Михаэль…, – вздохнул тот, что адекватнее и в спортивках.

– Да… извинения мы тебе должны. Неправильно поступили, – сказал тот, что орёт и в камуфляжной.

– М-м?.., – я резко отвернулся, потом сделал вид что только сейчас их замечаю, – А, это вы… ну не знаю…

Они переглянулись.

– «Какой мелкий поганец»

– «По женской линии пошёл, да?»

Дед вздохнул.

– Миша, давай не выэтовайся, – сказал он, – Ну хоть ты будь взрослым.

Я вздыхаю в ответ. Оглядываю зал и…

А знаете что. Гнев мне шепчет, и я с ним согласен.

Нет.

– Вместо извинений лучше покажите, что мне делать, – сказал я.

– Понятно, – вздохнул тренер, – Обиделся.

– Да, обиделся. Да, это понимаю. Да, злопамятный. «Прости» – не пойдёт. Показывайте что делать.

Я бы мог выдавить из себя «прощаю», но я, представьте себе, не хочу. Вот так! Не хочу прощать. Извинение из-под палки мне нафиг не сдалось! Что за подачка? Даже я когда нашкодю – извинюсь искренне и сам! И иногда плачу.

Идите нафиг. Делом заслужите.

– Что-ж, хочешь тренировку – так шуруй тренироваться! – камуфляжный тренер быстро переключился, – Запомни, никто не знает и не узнает, что это Всеволод. Не жди блата и предвзятости! Ты не правнук основателя, ты – мелкий наглый шкет! Три круга вокруг зала!

– Ого, даже не тъидцать…

– Четыре!

Вздыхаю, смотрю на деда и, кивнув в знак уверенности, разворачиваюсь и… бегу.

Бегу… бегу… бегу… и понимаю, что всё. Всё, ребята. Это происходит прямо сейчас и это уже факт.

Это прям тренировка. И через десять минут я не уйду, и в ближайшие два часа тоже. И мама меня не заберёт и тренироваться я буду до конца.

И я тут же забываю, что снаружи есть мир, что завтра мне в школу, а дома ждёт телефон с играми. Мой мозг напрочь отсекает всё лишнее, и теперь я начинаю существовать только в этом зале.

Четыре круга? Пф-ф-ф! Даже не умру! Это у вас такая разминка? Что за детский уровень?!

«У-ух… ух блин… о-ох…», – на третьем круге что-то пошло не так, – «Когда это закончится… этот зал БЕСКОНЕЧНЫЙ»

Ладно, я беру слова назад. Я вообще их на ветер бросил. А если надо ещё и мусорнусь, вы тут из себя не стройте!

Пока я бежал я наблюдал за другими.

Много парней, мало девушек. Но все как на подбор не выглядят «аристократично». Это оборванцы. Это прям видно. И здесь мало взрослых, в основном либо подростки, либо молодые.

Вон груши висят, нельзя скушать. Вот ринги. Вон отжимаются. Вон шарики к голове привязали и бьют. Дураки?

И на последнем кругу я заметил того, кого почему-то настырно пропускал. Как и он меня.

И всё сложилось.

Я сразу вспомнил слова тренера в тот первый день: «Как раз парень твоего возраста есть». Я сразу вспомнил как он вылетел с ринга. И вспомнил, как крикнули его фамилию.

– Морозов, чё зеваешь?! Продолжать!

Мы заметили друг друга одновременно. Морозов. Ну конечно. Я категорически не хотел вспоминать, что видел его в этом самом зале, но сейчас все картинки в памяти мигом зажглись!

«Рой, ты почему мне на напомнил?!»

«Вы сами удалили эту информацию, когда освобождали место»

Ну дурак. Ну деменция.

Теперь понятны его навыки, его характер… да его всё! Морозова с детства пытают в этом зале, ровесники для него – щенки! А щенят он, чёрт возьми, не любит.

Но вот я пробегаю дальше, он возвращается в ринг и… мы теряем друг друга из виду, будто не месили друг другу лицо до крови.

– У-ух… ух блин… у-у-ух…, – я остановился после четвёртого круга.

Тяжело дышу. Опираюсь о колени. Оглядываюсь.

И естественно тренер выходит ТОЛЬКО в этот момент. Ну конечно!

– Кайзер, ёп твою, ты долго собрался прохлаждаться?! – заорал он на весь зал.

– Да я только…

– Колбаш, возьми мелкого! По круговой погоняй, потом спарринг, глянь чё умеет!

– Есть! – слышу голос парня.

Поворачиваюсь, и ко мне идёт здоровый лысый чувак. Выглядел он на свою кликуху, как… Колбаш, не знаю. Я бы такого сторонился.

– Кайзер? – спросил парень в спортивках.

– Д-да…

– Ты чё, немец? Ты фашист?

– Нет, я фашистам не дамся. Я русский…

– Ладно, поладим, – кивнул он, – Вон видишь отжимаются? Бегом туда! Раз, два, раз, два!

И дальше… боже мой, я жалел о своём рождении всей своей душой. Мама, роди меня обратно.

Не могу.

Но я должен!

Но не могу…

– Кайзер, а ну отжиматься?! Чё упал?! – слышал я.

– Кайзер, какого хрена ты не умеешь работать со скакалкой?! Две минуты без остановок! – орали мне.

– Кайзер, а ну подтягивания!

– Кайзер!..

– Кайзер!..

– Кайзер!..

Не могу… я не могу… тяжело… не могу… в глазах темнеет.

Ща блевану… вырвет… не могу… блевану!..

Боже, как мне плохо. Как меня выворачивает. Я сейчас… я…

«Достаточно данных. Начинаю адаптацию»

[Адаптация – Обезвоживание: 2/6]

[Адаптация – Изнеможение: 2/14]

[Адаптация – Изнеможение: 3/14]

Три последовательных щелчка, как от стрелок огромных металлических часов, и паршивое ощущение тошноты перестало подступать, а темнота начала рассеиваться.

Я стоял на четвереньках после очередного «круга», после отжиманий, и дышал во весь рот.

Колбаш был здесь за старшего. Он многого достиг, потому ему давали тренировать, и меня… он просто уничтожал.

Час. Грёбанный час ПОСТОЯННЫХ нагрузок. Отжимания, скакалка, подтягивания. Половине пришлось учиться на ходу, половину я просто не мог. Надо мной смеялись, заставляли делать «детские» упражнения за место тех, что я физически не могу, постоянно подкалывали за картавость и «детскость», но я продолжал.

Скрепя зубы.

Тягал.

Бегал.

Прыгал.

Дело не в силе, мне никто не хотел подарить грыжу, дело в выносливости и «характере», как это называют. И последнее…

– А пацан-то стальной, – я слышал их голоса.

– Ага. С характером шкет.

Ко мне подошёл Колбаш. Я его морду терпеть уже не могу! Как и зал. В гробу я это всё видел!

Но есть слово «нужно». И сила – мне «нужно».

– Ну надо же, даже не блеванул! – подошёл ко мне подросток, – Держишься? Молорик. Это, если что, твой первый день, проверочный. Мы тут убивать детей не хотим. Смотрели туда-сюда, какой предел чё можешь.

– И… что могу?.., – тяжело дышу.

– Да толком ничего. Обычный результат для твоего возраста. Сколько тебе? Семь?

Я цыкнул. Меня это задело. Ведь я, со всем пережитым, считаю себя исключительным. Да я и есть, наверное. Но не здесь. Отбери у меня Рой и Психоз, то кто я? Пробуждённый, просирающий свой потенциал, да переросший ребёнок. Вот и всё.

И топтание моего эго на этом не остановилось.

Сегодня меня полностью добили.

– Кайзер, ещё спарринг, и закончили. Посмотрим, что в бою можешь. Морозов, иди сюда!

Мне дали отдохнуть десять минут, и под конец тренировки у многих начались спарринги.

Я поднимаю изнеможденные глаза и вижу, как сюда идёт черноволосый мальчик.

– Лёня, с Кайзером два раунда на перчатках. Не сильно, понял?! Проверочный.

Морозов медленно перевёл на меня взгляд:

– Понял.

Я хмыкнул. Сил уже не было, я на пределе чтобы просто замертво не свалиться. Но спарринг с Морозовым? Здесь я выжиму последние капли.

Мы поднимаемся на ринг с такой сетчатой стеной и нам выдают шлем и перчатки. Сказали без борьбы, просто удары, причём лёгкие, проверочные. Про магию, полагаю, не знают ни про мою, ни про его.

Я взял экипировку и глянул на Морозова, чтоб понять, как вообще её надевать.

Чёрт возьми… реально он. Реально Леонид Морозов из моей школы, мальчик, которому я расквасил лицо.

Морда у него сейчас подбитая, видать уже отхватил. Да и вообще, весь потный и уставший – видно, что выкладывается на все.

Он стоит и натягивает перчатки уверенными движениями, даже на меня не смотря.

– Я, кстати, тебе так и не сказал, – подал я голос, – Спасибо. Ну… тогда, за нож. Ты же его остановил?

– …, – Морозов плотно затягивал перчатки.

– Всё окей?..

– Надевай шлем, Кайзер.

Ясно.

Я выдыхаю, и Гнев начинает во мне загораться. Какая-то… злость, не знаю. Я чувствую её от Морозова и сам ей заряжаюсь.

А ещё волнение. Мой первый спарринг, с моим фактическим школьным врагом. Он меня не простил. Он затаил обиду.

И вот – появился шанс для мести.

Затягиваю старые боксёрские перчатки, надеваю детский боксёрский шлем и отхожу в другой конец ринга. Сердце колотится. Дыхание неровное. Мандраж. Кажется, что все на меня смотрят, и что пути назад нет.

– Кайзер и Морозов, начинайте! Минута пошла!

Краем глаза я видел деда. Видел тренеров. Некоторые на нас смотрели, Леонид здесь звезда, да и я интересен.

И меня отвлекало всё.

Шлем слишком тяжёл, перчатки неудобны, мои мышцы забились. Я не могу пользоваться магией, от Акселерации нет смысла, а рукопашного боя я не знаю.

А Морозов… пусть он и умён, пусть он и талантлив, но он всё ещё ребёнок своего возраста. Мелкий, обидчивый, и злопамятный.

Он бьёт по печени. Ровно и без колебаний! Мне удаётся заблокировать, но тут же пропускаю в ухо, потому что опустил руки. Меня ведёт. Я прижимаюсь к сетке, прихожу в себя благодаря адаптации, и ухожу от прямого…

Чтобы попасться на лоукик в голень.

– М-м! – подгибаюсь.

Снова удар. В блок, в тело, в ногу. И так минуту. У меня не самая плохая реакция, я умудрялся блокировать!.. И тут же отхватывал. На мне работали элементарные комбинации, ведь я неуч и вижу их впервые.

Удар, блок, пропускаю.

Ноет нога. Ноет живот. Звенит в ушах. Знаете сколько раз я попал по Морозову? Ноль.

Меня бьют по блоку. По уху. По ноге! Потом по животу. Потом по блоку. Я отмахиваюсь, отхожу, блокирую, пропускаю. Но меня бьют. Бьют. Бьют. Без жалости! Чётко. Ровно. Бьют как двигающуюся грушу! Я уже не могу держать руки, они сами опускаются, я уже считаю оставшиеся секунды до отдыха!

И на этом… всё.

Всё закончилось.

Я пропускаю в живот, опускаю руки и… Морозов моментально пробивает мне ногой в челюсть.

Последнее, что слышу – как щёлкают суставы. Бах.

Темнота.

*****

Я медленно открываю глаза.

Всё плывёт. Всё мутное. Уши заложило. Голова раскалывается. Ничего… не понимаю. Память будто отшибло. Я не понимаю, что происходит.

«Рой?..»

«Вы потеряли сознание на семь секунд. Повреждения не критичные, переживать не стоит. Но рекомендую воздержаться от урона минимум на сутки».

Голову мутит. Сознание трещит. Ничего не соображаю.

Картинка потихоньку начинает фокусироваться, и я начинаю видеть нависших надо мной людей. Пара ребят, Колбаш и тренер в военной одежде. А я, очевидно лежу на земле.

Моргаю. В голове туман.

– Кайзер… ты жив? – спрашивает тренер.

– Мхм…, – мычу.

– Поднимите его аккуратно! – кричит он, а затем медленно поворачивается куда-то вбок, – Морозов…

Колбаш помогает мне приподняться и опереться спиной об октагон. Тяжело дышу. Всё ватное. Челюсть начинает ныть, всё лицо раскалывается. Я будто после наркоза просыпаюсь.

И тем не менее… просыпаюсь. Начинаю приходить в себя и осознавать всё, что сейчас произошло.

– Что в слове ПРОВЕРОЧНЫЙ тебе не понятно, придурок?! – орал тренер, – Ты вообще берега попутал?! В тебе вообще ни грамма чести?!

– Простите, тре…

– В очко себе засунь своё простите! – вопил он.

Морозов отводил глаза, но было видно, что такой реакции он ждал и к ней готов.

– Неделю. Всё неделю будешь зал драить! – он обернулся на других, – Эй, слышали? Кто хочет – скидывайте свою очередь на Морозова! Ему, дебилу, силы девать некуда!

Все засмеялись, Морозов не среагировал. Он знал что делает и на что идёт.

Моё дыхание приходило в норму. Я продолжал сидеть и смотреть в ринг, в то место, куда только что свалился как мешок с фекалиями. На моём лице ноль эмоций. Зато в голове…

Но тут я вижу, как подходит тень. Задираю голову. Дедушка.

– Как ты, Миша? – спросил Всеволод, – Нехило тебе прилетело.

– …, – я поджал трусящиеся губы.

– Сильно больно? Морозов какой-то неуравнове…

– Обидно, – прошептал я.

– А? Ч-что?

– Обидно. Мне очень… обидно, – сжал я кулаки, со стыдом смотря в пол, – Я проиграл. Меня вырубили. Я впервые проиграл! За всю жизнь! Впервые! Я проиграл, деда! Я… проиграл!

Впервые… это впервые, когда у меня чёткое бескомпромиссное поражение. Здесь не «но», здесь проигрыш. Всё. Точка.

Впервые.

От своего ровесника.

Сегодня днём я говорил, что у Ярославцева на дуэли ВООБЩЕ не было шансов. Но жизнь поставила меня на место.

Сейчас «Ярославцев» – это я.

– Обидно, что пропустил? – спросил Всеволод.

– Да!

– Тогда не пропускай, – со вздохом распрямился дед.

Я поднимаю снова на него голову. Ни капли шутки или жалости на его лице.

– Ты серъёзно?.., – спрашиваю.

– Да. Не нравится пропускать и падать – учись не пропускать, и не будешь падать. Вот и весь секрет. А будешь плакаться – так и продолжишь.

И, развернувшись, он пошёл с ринга, оставляя меня здесь одного.

Я огляделся. Никого рядом нет. Все давно отошли, не желая со мной нянчиться и возиться. Я сам по себе, и жалости остальных я не заслуживаю, ведь поражения – это то, с чем они воюют каждый день.

Никто меня не пожалеет. Не умер? Ну и славно.

– Чёрт…, – что-то во мне разгорается, – Чёрт… чёрт! – лицо дёргается, и начинаю быстро дышать, – Ыа-а-а… А-а-а-а! – рычу сквозь зубы, ударяя по своей же щеке, – Твою мать! А-А-А-А! – снова бью по щеке, – ЫА-А-А-А-А! А̢̱͕-͓̜̙͢А̢̰̮̞-̢̪͕А͍͇̟̙̫͢-̢͇͇̬͚А̖͖̠̝̤͢-̡͈̲А̧͙̣-̨͍̭̥͕А̧͇̲͔̪̤!̨̳̮̩ͅ

Я ору. Ору во всё горло, от огромной, ПОЛЫХАЮЩЕЙ ЯРОСТИ!

Я бью кулаком по полу, и резкий приток адреналина глушит всю боль, позволяя мне подскочить на ноги! От моего крика люди останавливаются и поворачиваются, и я выслеживаю Леонида.

– МОРОЗОВ! – я указываю на него, – Радуйся пока можешь, сволочь! Скоро ты. Будешь. Лежать. ЗДЕСЬ! – указываю на пол, – Фиг я ещё раз так позорно проиграю! Всем вам! Вы слышите?! ВЫ САМИ ВИНОВАТЫ, ЧТО РОДИЛИСЬ В ОДНО ВРЕМЯ СО МНОЙ!

– Кайзер… ты отбитый?

– ДА!

Морозов хмыкнул.

ЫА-А-А-А-А! ЯРОСТЬ! ЗЛОСТЬ! ГНЕВ! Я СЛИШКОМ ЗОЛ, ЧТОБЫ СДАВАТЬСЯ!

«Рой автоматом сохраняй все тренировочные дни и готовь симуляции всех спаррингов»

«Принято»

Гнев пылает! Я зол. Я в ярости.

Но на себя.

Увалень. Мелкий неуч. Позорище перерождённого рода. И знаете что?!

В гробу я вертел такую слабость! Нафиг её! Слышишь, бессилие?! Иди нафиг! В сраку!

Я не буду слабым. Я всех переиграю.

Я.

Не.

Буду.

СЛАБЫМ!

«Пользователь. Гнев эволюционирует»

*****

В то же время. Тренерская комната.

Всеволод сидел с друзьями, с которыми уже успел помириться. Все они смотрели в окно, выходящее на зал.

– Что думаете? – спросил Всеволод.

– Если без учёта возраста – обычный ребёнок. Наглый и неумеха. Но выносливый и настырный. Ты говоришь, что Михаэль гений, но… мы будем честны, Сева – он обычный ребёнок. Он вообще в бою ничего не сделал! Может он талантлив, но точно не…

– Нет. Нет-нет, вы не понимаете, – прошептал Всеволод, глядя на уходящего внука, – Он и при мне ничего феноменального не показывал. Ну… опуская некоторые моменты. В теннис он не умел, в картах проигрывал, а недавно даже топором толком махать не мог. Всё что его попросишь – всё сквозь руки. Как у ребёнка! – почему-то радовался он, – Но меня ужасает… как он развивается. Какие… секреты он прячет.

– Поясни? – переглянулись друзья.

– Его скорость адаптации и обучения за гранью. Он ничего не умеет, но учится этому моментально, будто в сутках у него сорок часов. Меня пугает его… скорость развития. Его потенциал. Я не вижу в нём дна. Я не понимаю, где его пределы, – он коснулся стекла, – Мне кажется потенциал Михаэля… безграничен.

– Сев, а разве он… не слишком злой и неуравновешенный для человека с безграничным потенциалом?

– В том и проблема, друг… в том и проблема.

*****

От автора:

Почти авторский лист за проду. Ë-ёх. Это немного, зато работа честная.

Если вам нравится книга, пожалуйста, не поленитесь поставить лайк! А ещё пишите, всё ли вам нравится. Я почитаю…

Вот… мдам…

Глава 12

– Миш, чо с твоей мордой?.., – спросил меня Максим в столовой, – Раньше ты так на Морозова не смотрел.

Я сжимал ложку с вилкой и неотрывно, с очень… ОЧЕНЬ яростной мордой смотрел на брюнета. Тот стоял в столовке и с аппетитом рассматривал булки и соки.

– Я прогрызу ему мозг…, – процедил я.

– Блин ну… ок.

– И вообще, Максим, – с такой же мордой поворачиваюсь на друга, – Я буду силён! И я хочу, чтобы ты тоже был! Мы должны заниматься вместе! Мы – команда!

– Ладно…

– И мы должны ходить в гости и бить друг другу морды!

– Д-да что тебе надо?.., – захныкал он, запихивая в себя котлетку.

Я решил пока не мучать друга и продолжил рассматривать Морозова. Что, сволочь мелкая, отомстил мне? Отыгрался за поражение? Свёл до ничьей, до один-один? Ничё… ничё… поглядим потом.

Мама однажды сказала такую фразу: «Сынок, ты такой гений блин-капец! И это ты себе ещё ничему не посвящал толком! Хорошо, что мозгами ты не в меня, эх».

И она права. Не было ни одного дела, которому я посвящал больше месяца. Рекорд – учился ходить. Всё. Но пора это менять.

Я посвящу себя накоплению силы.

«Анализ тела Морозова завершён. Готова точная виртуальная модель»

«Отлично»

– Ха-ха, что, Кайзер, не можешь смириться, что есть мальчики лучше тебя? – тут же рядом возникла Катя со своей сворой подружек, – Ой ну не пер-р-р-реживай, может такой убогий кому и будешь нужен! Дурочке какой-нибу…

– Ыа-а-а! – я схватил столовый нож, быстро им замахал и побежал за противной девочкой.

Она завизжала, вскинула руки и рванула прочь по коридору.

– Дети, не бегать! – завоняла учительница.

– Отвянь! – буркнул я, – Ничего ты мне не сделаешь! Я здесь власть!

– Ах, да как ты…

В итоге Катя спряталась в девчачьем туалете, а я был вынужден убегать от учительницы.

Так и живём.

Уроки сегодня скучные, так что утро пролетело незаметно, и я вернулся домой без приключений. А за бег по коридору мне и впрямь ничего не сделали. Пхе. Лошары.

Я скидываю рюкзак и иду в свою комнату. Так, что там по задачам на сегодня? А, домашка…

«Рой, реши мне всё»

«Так точно»

Ведь что? Правильно, нафиг домашку! И математичку тоже! Ещё бы я тратил своё время на эту фигню. Ало, учите меня в школе, вы зачем эту духоту и домой мне тащите? Не-не, мне есть чем заняться, спасибо. Рой, братишка, работай!

Блин, как же круто с суперкомпьютером в голове. Ещё бы игры запускать мог бы… эх, ладно.

Когда с переписыванием было покончено, я отложил тетрадки и собрал портфель на завтра – это лайфхак от мамы! Мол, утром лениво. Есть такое! А ещё дневник заполнять на неделю вперёд. Прикиньте, кстати. Дневник! Туда домашку записываешь, тебе оценки ставят.

А теперь я оглядываюсь. У меня ещё полтора часа свободного времени, дел никаких, так что…

Выдыхаю.

«Рой, выведи голограмму Морозова»

Итак, что мы выяснили. Во-первых, Рой работает не идеально. Вчера я пытался запустить симуляцию драки с Леонидом и понял, что я отчётливо помню его выше, Рой сто процентов ошибался! И чтобы создать его точнейшую модель, нужно было задать Рою такую задачу и дать больше данных.

Во-вторых. Моим синякам и бледному лицу мама была не очень рада. Но мою решимость не погасить, так что я всё равно пойду. Прости, мать… но у тебя вырос бандит. И ему нужно тренироваться.

Да, с психозом я убью Морозова за удар – во мне силы будет как в семнадцатилетнем, и одно попадание в затылок убьёт ребёнка.

Но если я не смогу использовать психоз? Ну вот не доступен и всё! Что я ещё могу? Я пережил буквальный АД лишь благодаря силе, которая меня убьёт за две минуты. Убери психоз, кто я без него? Плейбой и филантроп? Я даже не знаю, что это значит!

Морозов не использовал магию в том спарринге, и я проиграл. Обидно, печально, но это во всех смыслах щёлкнуло мне по носу – просто так ничего не бывает.

Поэтому… собираем спортивную сумку, ждём деда и шуруем.

– Кайзер, уже пришёл? – спросил тренер в спортивках, – Так-то через день.

– Я восстановился, – сказал я, заходя в зал.

Оглядываюсь. Морозов здесь. Он что, реально каждый день навыки оттачивает? И как мне переиграть человека, который занимается по той же программе, но минимум на год дольше? Как сократить этот самый год?

«Рой, записываешь?»

«Конечно. Согласно установке»

– Тогда три круга вокруг зала, Кайзер!

– Есть!

*****

В то же время. Кабинет директрисы школы.

– Во-первых, господин Кайзер, хочу похвалить Михаэля! – сказала женщина Марку, – Помимо постоянно выполненной домашней работы, он ни разу не нашкодил за всю неделю! Ну, кроме попытки зарезать Синицину. Но это они играются так.

– Оу… ха-ха, ну, я рад! Кхм…, – неудобно кашлянул он.

Домашку Миша списывает и даже не скрывает, а не шкодит – это затишье перед бурей. Как только он чуть-чуть разгрузит голову от спортивного зала – он направит мысли в другое русло и о боги… так спокоен он уже не будет.

Марк же, прекрасно зная в кого Миша такой гоблин – препятствовать этому не собирается. Зверя не удержать в клетке.

– Так что насчёт безопасности? – улыбнулась женщина, – Наша школа – первое слово в мире…

– Да-да, в мире обучения. Рассказывали. Каждый раз рассказываете, – вздохнул Марк, оглядываясь, – Тот афроамериканец проник через забор – просто перепрыгнул. Предварительно вся электроника сгнила и окислилась, а охрана бежала в туалет. В итоге у моего сына странное знакомство и драка, у меня дуэль, а у вас суд из-за потери девственности Марьяной и уволенный состав.

– Это… да, плохое событие. Для всех, – бровь женщины дёрнулась и взгляд медленно пополз на шкафчик с коньяком, – Н-но вы же знаете, как это решить?

– Это решается строгим начальством, закупкой иных комплектующих и ещё одной группой охраны, которая всё бы предотвратила.

– К-какой? Что нужно? -встрепенулась бедная женщина, – Господин Кайзер, если мы не исправим недостатки в ближайшую неделю, губернатор будет очень недоволен! Нам обрежут финансирование и…

– Вы знаете условия, – пожал он плечами, – Если согласны – я всё сделаю.

Директриса схватилась за лицо и опёрлась локтями о стол. О да, она знает. Марк всё уже сказал, сто процентов с подсказки его жёнушки.

– Да его же тогда вообще не исключить будет…, – прошептала она, – Вы что, хотите весь состав заменить?!

Марк пожал плечами.

Условие – сделать его главой охраны этой школы. Так и работа будет, и к сыну поближе, и… ну да, его будет ещё сложнее исключить в случае чего.

Ибо есть Вивьен – знаменитейший человек, придающий школе авторитета. Есть мама Максима – заместитель губернатора. И теперь будет Марк – глава охраны.

Зарплата – хорошая.

Место – престижное.

Михаэль – хороший мальчик. В случае оспаривания данного факта охрана отдаст вашего ребёнка на органы.

*****

Дорогой дневник… мне не описать словами, как поглотили меня тренировки. Причём нет, бегать, прыгать, тягать железо я всё ещё терпеть не могу, в гробу это вертел. Ну отвратно же! Хочется выплюнуть себя через себя.

Нет, меня поглотило… чёрт… как бы это назвать. Решение задач?

Как ударить сильнее? Почему того парня так легко кинули через плечо? Почему одни пропускают удары, а другие нет? В чём РЕАЛЬНЫЙ секрет сильных людей?

Я с головой нырнул в размышления и анализ. Это удивительно. Это поразительно! Меня ничего так не захватывало, как разбор и решение боевых задач! Впервые я сталкиваюсь с такой сложной темой, где должен думать именно Я, а не скидывать всё на Рой.

– В немагическом бое, голова – это главное. В неё целятся, по ней бьют. В неё пропустишь – проиграешь, – объяснял Колобаш максимально простым языком, будто я ребёнок, – Поэтому защищать её – это основа основ, понятно?

– Ага-ага! – кивал я.

– Надевай шлем.

Колобаш здесь буквально работал, так что тратил время и на меня, гоблина эдакого.

В зале понимали – я неуч. Меня в спарринги ставить смысла нет, мне нужна хоть какая-то база. Решение умное, дед и батя с ним согласны. Мать тем более – она бы вообще спарринги убрала.

Шлем – капец неудобный! И тяжёлый! Но это вскрыло ещё одну мою проблему – у меня тупо слабая шея.

«Рой, ты запомнил ощущения в первый день тренировки, когда меня проверяли?»

«Да. Запись это включает»

«Проведи анализ, какие группы мышц страдали больше всего»

«Принял. Начинаю анализ»

Из плюсов – я вынослив и настырен. Из минусов – всё остальное. Я прикрываю глаза во время удара, я неправильно бью, я опускаю руки, я неправильно двигаюсь, я… да проще сказать, что я делаю правильно! Дышу, наверное. И не паникую – это похвалили.

– А разве если пнуть по яйцам – ты не выиграешь? – спросил я, натягивая шлем, – Ну голова типа понятно, но есть же десятки других мест, которые больно. Их не нужно защищать?

– Это… хорошее замечание, шкет, – кивнул Колобаш, – Но сейчас ставим голову. Будешь разрываться на всё подряд – будешь и учиться в десять раз дольше.

«Ты меня недооцениваешь», – нахмурился я, – «И если я буду учиться как Морозов – между нами так и останется год разницы»

Нужно учиться лучше Морозова. Быстрее. Эффективнее. Нужно использовать всё что у меня есть, но не для победы здесь и сейчас, это я уже могу, а для прокачки.

«Рой, анализ всех частей тела, попадание по которым меня вырубит. Затем части тела, урон по которым затруднит битву»

«Поставил в очередь»

Я натянул шлем и встал перед шариком на верёвочке, который бьёшь, и он качается во все стороны! И сказали бить.

Рой работает, а значит пора и мне…

– Получай, дебильный шалик! – бью я грушу.

Она резко отлетает вперёд, а затем возвращается мне же в нос! Пах! Колобаш надо мной поржал. Больно, обидно, и кроваво – разбил.

Дорогой дневник… сегодня я проиграл груше.

«М-м…», – нахмурился я, но со странным ощущением, – «Нужно уклониться»

Останавливаю кровь и хмурюсь, глядя на грушу. Внимание сфокусировано. Снова бью! Она летит вперёд и назад. Зная это, уклониться труда не составило, но вот попасть во второй раз…

*Фхю*. Промахиваюсь.

– Пха-ха-ха! – ржут пацаны.

Сжимаю кулаки до хруста. Я чувствую Гнев, но… не в плане злости. Что-то происходит.

Бью по груше! Уклоняюсь! Беру секунду на прицеливание… снова бью! Бах! Попадание! У меня тут же возникает резкий прилив удовольствия, и я очень хочу попасть ещё раз! Целюсь… целюсь… бах! Снова удовольствие! Ха! Попадание – как наркотик!

«Пользователь, прерываю анализ уязвимых точек. Завершаю анализ эволюции Гнева»

Отвлекаюсь на Рой и мне прилетает в нос. Бум.

– Гра-а-а! – хватаюсь за морду.

«Рой, ну ёмаё! Ты меня отвлёк! Весь фокус сбил!»

«В том и дело. Я вижу связь между вашей фиксацией и успехом или неудачей. Попадая по цели Гнев выделяет дофамин, побуждая вас попасть ещё, в случае промаха выделяет адреналин. И то, и то – активизирует ядро и тело для достижения цели»

«Погоди…», – хмурюсь, – «Я типа в состояние транса вхожу?»

«Я бы назвал это Гиперфиксацией. Но да. Если вы намеренно фокусируетесь на цели – Гиперфиксация начинает работать»

Так вот что это было. При промахе я злился и готов был порвать грушу зубами, при попадании радовался куда больше обычного. И то, и то – побуждало меня ударить вновь, и при этом мне было легче.

«Хорошо, продолжай анализ»

Хм…

Я хмурюсь и сжимаю кулаки. Фиксируюсь на груше.

Будем тестировать.

Но становится интереснее.

*****

На следующий день я стоял на пороге зала. Снова. Никто не ждал, но я припёрся. Ну как обычно.

– Кайзер, ты чё, на курсе? Ты че себе подкалываешь? – спросили меня пацаны в раздевалке.

– А? Э? – оглядываюсь, – Н-нет, я не наркоман… мама заплещает.

– Ты каждый день такой свежий приходишь. Как?

«Ого. Оказывается, это необычно?»

Я и позабыл, что восстановление у меня и впрямь феноменальное, спасибо медитации, маминой еде и Рою. Я буквально и мутант, и киборг.

И вот как раз Морозов… пхе-хе, похвастаться таким не мог.

Я думал, что буду видеть его гнусную рожу каждую тренировку, но нет, на сегодня его не было! Сказали, что это обычное дело – организму нужно отдыхать хоть когда-то. И даже его пробуждение не позволяет вкалывать каждый день.

Но вот я… охо-хо, я как огурчик!

Вы понимаете? Я могу выкладывать КАЖДЫЙ день! Плюс один к инструменту для разрыва пропасти в силе.

«Рой, можешь подсвечивать нокаутирующие зоны на каждом человеке, чтобы я быстрее запомнил?»

«Примерные – да. Начинаю»

Я тут же увидел, как на каждом человеке начали подсвечиваться: висок, челюсть, боковая часть шеи с сонной артерией и блуждающим нервом, затылок и печень. Ёмаё, вся голова красная! Колобаш был прав на все сто про голову. Сколько же здесь опасных зон…

Но теперь я все вижу, ха! Быстрее запомню.

«Следом критичные для продолжения драки»

Жёлтым цветом начали выделяться: пах, глаза, гортань, нос, рёбра, солнечное сплетение, уши, голени, плечи и пальцы.

Не, безусловно, если пырнуть живот – тоже не очень будет. Но сейчас я вижу именно критичные для драки зоны.

«Хм… понятно-понятно», – киваю с умным видом, – «И как по этому всему бить, ёмаё?»

– Кайзер! А ну сюда! – подозвал тренер в спортивках, – Ударь грушу.

– Вот так? Ныа! – бью и тут же хватаюсь за кулачок, – Ай-й-й… чё она такая твёрдая?!

– Да уж… ужасно, – вздохнул мужик.

– А вы чё ждали, что я её насквозь пробью в первую неделю тъенировок типа или чо?

– Не воняй, картавый.

Я, кстати, начинаю замечать… что надо мной прикалываются! Во-первых, цвет моих волос, глаз и запах. Но к этому я хотя бы уже привыкаю. Но надо мной, как здесь говорят, начали «разгоняться» из-за картавости!

Похоже, настало время решать и этот вопрос. Научился говорить твёрдую «р», пора и с мягкой покончить.

– Тебе нужно поставить стойку. Иди к Колобашу, он тебя к новеньким пристроит, вместе заниматься будете.

Я огляделся, увидел тренера-младшего, и в итоге весь час стоял перед зеркалом и слушал, куда ставить ноги, как держать руки. Типа… э-э… стоять прямо нельзя – легко сбить. Правую ногу назад, левую вперёд. Колени подогнуть. И типа… э-э… левую руку чуть вперёд, правая у челюсти…

– Так? – спрашиваю.

– Ага. Верно.

Ха! Капец, такое лёгкое знание, а так важно! Только вот на деле оказалось…

– Кайзер! – заорали мне, когда я снова стоял на той прыгучей груше, – Ты какого чёрта руку не держишь? Где стойка?! Ты чё как пингвин обосравшийся?!

– А? – поворачиваю голову, и груша снова влетает мне в нос, – Мыа-ай, блин-н-н-н!

Дорогой дневник… применять знания оказалось сложнее, чем казалось. А ещё я снова проиграл груше.

Однако именно стойка и позволит мне не отхватывать от этой скачущей заразы. И её надо тренировать. И здесь…

И дома.

«Включи голограмму зала. Момент с тренировкой стойки», – сказал я Рою, стоя у кровати, – «Поставь на моё место Колобаша. Запускай»