Текст книги ""Фантастика 2026-61". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Владимир Поселягин

Соавторы: Александр Сухов,Данияр Сугралинов,Дана Арнаутова,Ринат Таштабанов,Марина Комарова,Николай Новиков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 115 (всего у книги 341 страниц)

– Я не нищий. Я просто спросил, где раздевалка, – сжимаю кулаки, – Вам что, так сложно сказать?..

– Нам – легко! Но не скажем. Папа говорит, что бедностью заразимся! А ты что, дружить с нами хочешь? – ехидничал он, вызывая улыбки друзей, – Что это за шапка? Ушанка? Фу, прошлый век! Что за куртка? У меня вот Болансеага! И вообще – ты беззубый и шепелявый!

– Но зубы у всех выпадают. Это же нормаль…

– У меня не выпали! И не выпадут!

Ухмыляются. Смотрят. Наслаждаются. И для них это не впервой, они сюда за этим и пришли. Они не просто так стоят у входа – они выискивают жертв.

Они знают, что победы им обеспечены.

– Ты же в курсе, что твою победу купили? Что без родителей… ты сам ни на что не способен, – пробормотал я.

– Что? Ты вообще офигел, дебил нищий⁈

– Ну почему нельзя быть нормальными людьми! Ну почему вы все вечно такие наглые упыри⁈ Мы же дети! Мы должны дружить!

– Мы дружим. Но не с тобой, – сказал рыжий противный мальчик, – И это не правда! Никто мне ничего не покупал! Я сам всех…

– Нет, – покачал я головой, – Нет. И ты это знаешь. Твои победы… ничего не стоят.

Мальчик сжал кулак. Он весь покраснел, надулся, стал похож на разъярённого бычка. Наверняка ведь понимает, что я прав. Что удовольствий от его побед не так уж, по факту, и много. Что его просто хотят порадовать.

И друзья его понимают. Они уже не такие мелкие и тупые.

Я же вздохнул и развернулся. Плевать. Сам найду. Общая так общая. Медаль всё равно для всех одинаковая.

– Д-да пошёл ты! Я тебя победю! – рявкнул он в спину.

– Ладно.

– И ты не убежишь уже, дурак, воняющий шоколадом!

– Ага, – отмахиваюсь, находя раздевалку.

– И… и вообще… с мамой пришёл, выскочка⁈ Знаешь, что я с мамой делал твоей⁈ Я… я в кино её водил! Понял⁈ И… и за попу щупал!

Я остановился. Замер. И медленно повернулся.

Что?

– Причём… тут моя мама? – не понял я.

– Ха! При том!

– З-зачем ты так? Что она тебе сделала? – я искренне не понимал, – Ты… вообще, что мелишь-то?..

И тут, поняв, что меня удалось зацепить за живое, рыжий мальчик разворачивается и начинает уходить.

Ч-что? Он так сказал про мою… маму? Про мою любимую мамулю? Этого маленького человека, про эту святую женщину, которая готова горы ради меня свернуть, которая всю жизнь будет дарить мне теплоту, любовь и заботу? Про самого дорого мне человека?

– Извинись! Эй!

– Всё, иди в жопу, – он отмахнулся и пошёл в отдельную раздевалку, —

И все они тоже развернулись.

Я молча стоял и смотрел им в затылок. Мои глаза широко распахнуты, а в голове туман. Я не верил. Отказывался. Что я только что услышал? Никто себе такого не позволял, эту наглость и этот бред!

Это же вообще переходит все черты. Разве аристократы… настолько верят в свою неуязвимость?

Прозвучал голос ведущего. Говорил переодеваться. Я молча иду в общую раздевалку. Людей здесь немного, все хмурые.

Надеваю шорты и майку. Беру шлем, капу и перчатки.

Голова в тумане и, погружённый в мысли, я действую на автомате. Выхожу на арену. Она была поделена на три боксёрских ринга. Участники ждут на лавочке, зрители на трибунах повыше.

Оглядываюсь. Да. Вижу. Зрителей в принципе немного, но моя семья выделялась даже на фоне богатеев. Красавцы и красавицы, лучезарные улыбки и переживающие глаза.

И мой взгляд упал на маму. Она, невинный ангелочек, даже не понимает, что десять минут назад её оскорбили. Приплели из-за какой-то чуши!

Я внимательно посмотрел ей в глаза. В её голубые, большие глаза.

И тогда… туман начал рассеиваться.

– Михаэль Кайзер и Иван Иванов! – объявили меня.

Я поднимаюсь на ринг. Сюда же поднимался рыжий мальчик. Иван, значит, да? Это он. Выше и больше меня, явно старше. Лет девять ему? Десять? Мы не должны были встретиться на ринге, разница заметна сразу.

Но встретились. Потому что папа Вани хочет, чтобы он победил.

Мы были в первой дерущейся тройке, так что слушали правила на весь зал: без борьбы и ударов ногами, до нокдауна, остановки или победы по очкам. Три нарушения – дисквалификация. Золотая медаль за пять побед.

– Что за имя дурацкое, – улыбался он, – Михаэль. Что, уже хочешь к ма-а-амочке⁈ Ну заплачь, бедняк!

Я выдыхаю. Ощущение прикованных ко мне взглядов никуда не пропадало, а звуки зрителей так же отрезали все другие.

Но сейчас тишина была не от волнения.

Я остановился, выдохнул и задрал наверх три пальца. Все увидели. Затем опустил руку и указал ими на Ваню.

– Насчёт три – ты опозоришься, – сказал я, развернулся и пошёл к своему углу.

Вставляю капу. Надеваю шлем. Завязываю перчатки.

Раздаётся гонг.

Всё. Бой.

Иван двигается аккуратно, но уверенно. Стойка есть, шагать умеет. Явно боксирует хорошо для возраста. Ребёнка моей комплекции он должен был просто перемолоть, слишком велика разница что в опыте, что в габаритах.

Но…

– Раз.

Я пробиваю с ноги по его бедру!

Ваня мычит и падает на колено в первые же секунды, не успев даже нанести мне удар!

«Попадание по рубцу апатии»

– Стоп! – кричит судья, – Кайзер, первое нарушение! Без ног!

– Я знаю, – пробормотал я.

Иван поднимает голову и недоумённо на меня смотрит. Да, я помню правила. Без ног. Три нарушения.

– Вставай, – спокойно сказал я.

Встаёт.

Самая мощная моя часть – ноги. Я много бегал, много прыгал, рано начал ходить. Удары ногами – моя короночка.

Поэтому…

Раздаётся гонг, Иван делает неаккуратный шаг, целится, и уже бьёт боковым, как…

– Два.

Бах! Снова лоукик, снова в то же место! Я высекаю ляшку этой грёбанной свиньи, уже с двух ударов покрывая её синей гематомой!

– М-МЫА! – выкрикивает рыжий мальчик, падая на колено.

«Попадание по рубцу апатии»

– Стоп! – кричит судья, – Кайзер! Ты издеваешься⁈ Последнее предупреждение!

– Ага. Помню, – бормочу.

Иван жмурится и тяжело дышит, держась за ногу. Он поднимает на меня взгляд и смотрит… со страхом.

Он не сделал ни удара, он даже не сократил дистанцию, чтобы попасть! Однако он понимает, что если я ударю так ещё раз – он автоматом победил. И либо я не буду пользоваться козырем, либо проигрываю.

Поэтому он встаёт и хромает в свой угол. Ведь сейчас – его реальный шанс.

Хех.

– Бой!

Ваня поднимает руку и встаёт в стойку. Я не хочу его утруждать, поэтому сам сокращаю дистанцию.

Ваня подумал, что можно боксировать.

Ваня был прав.

А ещё Ваня был для меня лишь мясом.

Ведь стоило Ване наступить на переднюю хромающую ножку, как его защита опустилась и тогда… наконец…

– Три.

БАХ!

ВЫЛЕТАЕТ КАПА! ВЫЛЕТАЮТ ЗУБЫ!

КРОВЬЮ ОН ЗАХАРКАЛ, НАДКУСЫВАЯ ГУБЫ.

– СТОП! – кричит судья.

Иван валится набок, дрожащими руками держась за рот. Он мычал, смотрел на кровь и лежащие молочные зубы.

Сюда уже бежал тренер и, судя по цвету волос, его отец в пиджаке.

Иван поднимает на меня глаза. Огромные. Распахнутые. Его лицо побледнело, а дыхание срывалось. Он лежит и извивается каее червяк, в собственной же крови, собирая свои же зубы.

И смотрит на меня. В низу. В грязи.

– Ну давай, давааай, заплачь! – захныкал я, наклоняясь к нему.

– М-м… – его губы задрожали.

– Уа-уа-уа! Ну давай, ребёнок, слёзки пошли, да? Ну давай, девочка, заплааачь!

– М-м-муа-а-а-а! – заревел ребёнок, – Папа! Папааа! Мои жубки! Мои жубкииии! Мне бойноооо! – она верещал на весь зал.

– Ха-ха-ха! ХА-ХА-ХА-ХА! – я захохотал во всё горло, указывая на него, – А ведь я хороший мальчик. Добрый мальчик! Но такая дичь как ты – пробуждает во мне зверя, Ваня! ЭТО ТЫ ВИНОВАТ В ТОМ, ЧТО БУДЕТ ДАЛЬШЕ! – скалюсь, поворачиваясь на других детей, – СЛЫШИТЕ⁈ Я ТОЛЬКО НАЧИНАЮ!

Я задираю голову и глубоко втягиваю воздух.

Как же вот вас несёт мясом.

От всех.

Все вы – мои грёбанные жертвы. А жертвы, что не спрятались…

Зовутся пищей.

* * *

Спустя двадцать минут. Особая комната в этом спортивной зале с окном, выходящим на ринг.

Директор зала в срочном порядке вызвал помощника – организатора этого «мероприятия». Ведь соревнованиями их явно не назовёшь. А вот доилкой с богатых – вполне.

– Вы должны его остановить! Он не должен победить в пятый раз! – закричал директор, – Да он сейчас с сыном нашего главного спонсора выйдет!

– Да как мы его остановим⁈ Это нереально! Он перемалывает всех в первом раунде! – заорал и помощник, – У него больше нет нарушений!

– Значит придумайте новое!

– Н-но… но это же будет совсем уже…

– ВЫПОЛНЯ-Я-ЯТЬ! – завопил директор, – ОН НЕ ДОЛЖЕН УНИЗИТЬ ЕЩË И ГЛАВНОГО СПОНСОРА!

* * *

В то же время.

Огромный мужчина в чёрном шляпе стоял в тени элитного спортивного зала. Его тело стало ещё больше, вены вздулись, а асфальт теперь трещал при каждом ударе его трости.

Мистер Хайд дышал тяжело. Появился хрип. Руки дрожали.

– Да почему он не приходит⁈ – рычит чудище, – Где он⁈ ПОЧЕМУ ЕГО ТАК ДОЛГО НЕТ⁉ – едва не завопило оно глубоким, нечеловеческим голосом.

Барон Суббота не приходит. Но Хайд знает, что Михаэль у него в фаворитах! Он должен прийти! Уже второй момент, когда Барон ОБЯЗАН был явиться, ведь хаос и драки – то, что он так любит!

Но где… где чёрт возьми его носит⁈ Куда он делся⁈

– М-М-М! – мычит Хайд, хватаясь за голову, – Хватит! Хватит! Сиди в голове! СИДИ ТАМ! – поднимает яростные глаза на здание, – Мне что, лично нужно переломать ему ноги, чтобы пришёл этот божок⁈ Я… уже… не могу! М-м-м! – снова приступ головной боли, – Мне бы лишь… вакцины… чтобы удержать его в себе.

Сознание Хайда превращается в руины. Джекилл, его добрая сторона, всё чаще и чаще пытается вырваться, и с каждым днём атаки всё сильнее.

Нужна вакцина. Нужно ещё немного времени, чтобы навсегда убить добро внутри Хайда!

– Его охраняют. Не справлюсь! Нужно ждать… нужен момент! А когда найду… тогда…

– Ой, дяденька, а вы что тут делаете⁈ – раздался двоящийся девчачий голосок.

Хайд медленно поворачивается и видит… маленькую девочку в белой шубке, пушистой юбочке и заячьей маске.

– А вы чего так на детский зал смотрите? Вы что… тоже маньяк⁈ – ахнула девочка, – Ну и развелось же вас! Ужс! Ужс!

– Дрянь…, – прорычало чудище, громовой поступью шагая на жертву, – Я И ТЕБЯ РАЗОР…

– Ой-ой! – девочка быстро топнула по земле и провалилась в нору.

Земля резко зарастает, а из норы вылетает… телефон.

«Ало. Вы увидели преступника? Сообщите где вы! Ало!», – раздалось оттуда, – «Мисс, если вы не ответите, мы будем вынуждены пробить ваше местоположение! Прошу, ответьте!»

– Дрянь…, – зарычало чудище, – ДРЯ-Я-ЯНЬ!

Глава 6

* * *

Дневник Мистера Хайда. Почерк ровный, аккуратный. От былых рваных движений не осталось ни следа.

«Хватает одной капли, чтобы 'пропасть» на неделю. Вкалывая себе препарат, я засыпаю прекрасным сном, я чувствую счастье даже не наблюдая мира, я ПОНИМАЮ, что радуюсь жизни, хотя даже не нахожусь в сознании.

Но стоит очнуться – добро исчезает. Я чувствую опустошение, панику и ужас, осознавая, что рано или поздно препарат закончится.

Нужно прекращать. Без него я не смогу. Нужно остановиться!

Плюс, после доброты другой личности, по мне бьёт гиперкомпенсация. Я ещё злее. Ещё кровожаднее. И сил у меня становится ещё больше.

Это был интересный опыт, который дала случайная встреча (теперь думаю, случайная ли?) с… как там его звали? Доктор Джекилл?

Нет. Пора остановиться.'

* * *

Следующая запись в дневнике Хайда. Аккуратный почерк сменяется рваными буквами.

'Я прекратил. Перестал принимать!

Но…

В какой-то момент я заметил, что в ампуле стало меньше. Я подумал, что кто-то ворует, что препарат испаряется!

Пока не заметил, что сейчас совсем другая дата.

Я что… не помню, как его вколол? Не помню, как уснул и дал контроль другой личности?

Плохо.

Я уничтожу препарат! Я избавлюсь от него! Ведь если я действительно вкалываю его неосознанно…'

* * *

Последняя запись в дневнике Хайда.

'Я уничтожил ампулу. Нет больше препарата! Так почему… ПОЧЕМУ Я ВСË ЕЩË ЗАСЫПАЮ САМ ПО СЕБЕ⁈

Этот Доктор Джекилл… эта тварь… ЧТО ОН МНЕ ДАЛ⁈

Я не могу себя контролировать. Моя злость всё больше, и дни… недели… нет, уже месяцы летят всё быстрее! Я засыпаю, просыпаюсь, и осознаю, что снова творил добро, снова жил другой жизнью!

И моя вторая личность… Джекилл… он ведь ничего не помнит. Не осознаёт, что есть Я. Он думает, что он – оригинал!

НО ЭТО Я! Я!!! Я ДОЛЖЕН ПРАВИТЬ ТЕЛОМ!

Нужно что-то делать. Периоды забвения всё чаще! Мне нужна вакцина. Лекарство. Нужно обратить этот эффект вспять! Я не хочу исчезать.

Я… не хочу умирать.

Если всё так продолжится – Джекилл навсегда займёт моё тело. Нельзя. Нет.

Мне нужна вакцина. Это вопрос жизни и смерти. Я убью кого угодно, превращу в мясо хоть богов, хоть детей!

Я. НЕ ОТДАМ. СВОЁ. ТЕЛО!'

* * *

Я сидел дома у бабули. На столе – огромный торт, куча вкуснейшей еды. А вокруг – вся моя любимая семья.

– Ну, сынуля! – мама сняла крышку с тортика, – Поздравляю с победой на первых соревнованиях! Ура-а-а! – она захлопала в ладошки.

Я захихикал, замахал ножками и захлопал в ответ. Радовались все. Реально. Даже Баал! Да даже крыски пришли на запах вкусняшек, тоже кусочек хотят! Правда они не понимали причину сбора, но радовались авансом.

Недовольной была лишь Аурелия. И я понимаю почему.

– Но ведь он… не победил… – пробормотала она, – Его ведь исключили! За надуманное правило! К-как этому можно радоваться! Это совершенно. Не. СПРАВЕДЛИВО! Ш-Ш-Ш! – злая кошечка зашипела.

Я тепло улыбнулся.

Ага. Меня дисквалифицировали в третьем раунде, после нокдауна белобрысого мальчика в золотых шортах. Причина?

Перчатки не той формы.

– Почему ТАКОЕ отношение к обычным людям⁈ Для них что, не писан закон, не писаны правила⁈ М-М-М! – Аура встала в позу круассана и злобно замычала.

Полагаю, копьё Справедливости бесит несправедливость.

Вообще, да, сначала кажется странным, почему мы попали в эту ситуацию. Вы знаете, кто моя бабушка⁈ Но если подумать – да ничего здесь странного.

Да, Император решит любую проблему, стоит к нему обратиться. Но не стоит обращаться к дьяволу. Бабушка не пошла к нему даже под предлогом вернуть Всеволода, а лишь когда я пропал.

Ну и Василиса выходит из леса только из-за меня. Нафиг ей эти статусы, разборки, аристократии не упёрлись. Ей бы грибов попить, с нами шашлыка поесть, да чтобы все отстали. Сто лет женщине, заслужила отдых!

И вообще, разве она не за Ключи Соломона работала? Которые мы отдали.

– Баб, а ты на Императора работаешь? – спросил я.

– Не, – вальяжно отмахнулась она, – Нет причин.

Ну вот и всё понятно. Апокалипсисом на побегушках она была, напомню, за доступ к книге, а сейчас нафиг ей это всё? У Императора нет рычагов давления.

Вот и получается, что Василисе – это не нужно. Батя – крутой, но в Европе и в прошлом. Про Всеволода – может и знали, но вообще при другом правителе. Откуда у нас статус? Мы тупо к нему не стремимся.

Но мы всё равно его получим – когда батя полноценно на службу заступит. Ещё около года.

– Мхаха-ха-ха, – засмеялся я, вспоминая ситуацию и те лица организаторов.

Но кааак же я тогда смачно угарел. Все подумали, что с ума сошёл! Но это такоооое позорище, мне просто стало смешно с этого абсурда!

– Да ладно, фиг с этой медалькой. Все знают, что я победил. Грамота, фигамота… ой да поооофиг! Зато теперь я не боюсь никаких соревнований! Да я теперь на каждых буду выступать! Я уверен в себе! – тыкаю тортик вилкой, – Давайте лучше кушать!

– Нельзя это так оставлять… – пробурчала Аура.

– Девушка, ворчать, в общем-то, вредно. Мда-м. Усы выпадать начнут, – подходит Баал, – Скушайте лучше сосиску, да выпейте алкоголю.

– Не нужны мне твои сосиски, ш-ш-ш! – злая женщина не очень любила большого кота.

– Ну, как знаешь. А я, собственно, рюмочку другую опущу. За Михаэля! – поднимает он рюмку водки.

– За Мишеньку! – все поддержали.

– За меня! Ха-ха! – поднимаю вилку с тортом.

Хороший день. Без медальки, но с очевидной победой, уверенностью себе, и местью за мамулю! Главное сейчас не обожраться.

* * *

Спустя два часа.

«О-о-ох, как же я обожрался», – я держался за живот, – «Помогите… помогииите… Рой спаси… спаси-и-и»

«Могу вызвать рвоту»

«Ты что, издеваешься? И терять подшипники⁈»

Я шёл с дедушкиного сарая и жрал найденные подшипники. Ну какое объедение, ну я не могу остановиться!

Сначала тортик с чаем, потом курочка, потом шашлык, потом тортик, потом курочка, потом тортик, потом лимонады. Потом еда закончилась, и я начал жрать зубочистки и салфетки. А когда все разошлись, и я пошёл прогуляться, чтобы отойти от еды, я зашёл в сарай и увидел там железные штучки. Целая банка подшипников! Для меня это как семечки.

– Грэ-э, – у меня аж отрыжка, – Боже, я чудовище…

Уже был поздний вечер, темно, шёл снежок. Все разошлись по комнатам, кто-то даже уже спать. Пытались уложиться и коты, но…

– ЭТО МОË-Ë-Ë МЕСТО-МНЯУ-МАУ-МАУ! – мычала кошка, – Я ХОЧУ СПАТЬ НА ПЕЧКЕ!

– МУ-У-УАУ-УАУ-УАУ, ТАК ПОДВИНЬСЯ! – орал кот.

– Я НЕ БУДУ С ТОБОЙ РЯДОМ-ОМ-ОМ ЛЕЖАТЬ.

– Я ПЕРВЫЙ ПРИШËЛ!

– Я ДЕВОЧКА.

– А Я «ПРЕДАТЕЛЬ».

– МУ-У-У-У.

– М-М-М-МУА-АУ!

Баал и Аура стояли в позе круассанов и яростно друг на друга орали. Шерсть вздыблена, глаза огромные, ярости полные пушистые штаны. Не, ну тут уже Аура не права, Баал реально первым пришёл. И хоть он и джентльмен, но точно не терпила!

И я уже почти зашёл в дом, как вдруг…

Слышу шелест. Подозрительный такой, знаете, будто кто-то в кусты забежал. Я понимаю откуда это, поворачиваюсь, но ничего за забором не вижу. Так, ёмаё, что ещё за сюрпризы.

«Не-не, не прокатит. Мальчик растёт и становится сильнее», – хмурюсь.

Мои зрачки начали вертикально растягиваться. К сожалению, я не вижу так же как днём, всё скорее серое, но вот подсвечивание живых существ…

Что, чудище драное, не ожидало, что у меня демонические глаза⁈ Я вижу тебя в кустах! Вижу силуэт живого существа! Прячется, дрянь!

Я поднимаю камушек, целюсь и кидаю его в куст! На, падла!

Бумц.

– Ой! – слышу низенький голосок.

И из кустов тут же выстреливают… длинные уши.

– Да ёп… – вздыхаю, – Выходи давай!

Кусты шуршат и оттуда медленно поднимается Зайка, держащаяся за макушку. Она гладила свою голову, отчего её ушки забавно качались туда-сюда.

– Ты к нему в гости значит, а он тебе камнем по макушке!

– Нефиг прятаться, – пробубнил я, – Чего тебе?..

– Как чего? Пошли играть! Ты посмотри какая погодка, какой снежок! – она вскинула руки и закрутилась, отчего закрутилась и её длинная меховая юбка, – Последний в году снегопад!

Я поднял голову. И впрямь… красиво. Снежок медленно падал крупными хлопьями, а теплота и свет луны создавали ощущение праздника.

Блин. Реально ведь последний снегопад. Всё, дальше слякоть и полноценная весна.

Пум-пум-пум…

– Эй, а ну сюда! – подманиваю её к забору.

– Да? – игриво подходит.

– Сюда-сюда!

– Да-да?

Мы встаём по разные стороны, я достаю дедушкин амулет и со всей силы припечатываю его в Зайкин лоб! Бумц! Давай, работай! Ну давай, скажи, что она маньяк-людоед!

Ну! Это же будет проще!

Ну… скажи мне… что…

«Блин… такой мягенький», – пальцами я ощутил её шёрстку, – «И тёплый…»

Ощутив очень плюшевый и мягенький лоб, я невольно начал его нащупывать и почёсывать. Зайка на это забавно зашевелила носом.

Пушистенько…

Так, стоп, как она носом-то шевелит? Да нифига это не маска, вы что, гоните⁈

– Ну всё, хватит, что за похабство, – она шлёпнула по моей руке и стеснительно прикрыла лоб, – Мальчик у нас тактильный, да?..

Смотрю на свою руку, по куда пришёлся удар мягенькой варежки. Зайка вся какая-то… пушистая и мягенькая. Хочется обнять.

– И что делать будем?.., – вздыхаю.

– Просто погуляем, половим снежинки! Но предупреждаю – маску не сниму! Если принципиально – надевай свою.

– А вот тут опа, – ехидно развожу руками, – У меня нет с собой маски! Значит придётся тебе её…

«Маска у вас в рюкзаке»

От этого я чуть подзавис. Как обухом по голове ударило, ошарашило. Я и до этого начал замечать, что все чаще и чаще неосознанно таскаю ее с собой. В школу, к бабушке, пару раз закидывал в спортивную сумку.

Но…

Какого чёрта?

«Рой, а маска случаем… ну… не магическая?»

«Обычная маска»

«Врёшь! Лгун!»

'У меня мало того, что нет такой функции, так это и не имеет смысла. Моя цель – ваше благополучие, я не буду врать.

Что до маски, полагаю, это ответ вашего мозга на психологическую травму, полученную в аду. Тогда вас спасла маска, и мозг считает, что она – необходимость'

– Короче походу я шизик, понял, – вздыхаю.

– Я тоже, ха-ха! – засмеялась Зайка двоящимся голосом, – Ну у меня в родителей.

Я качаю головой, разворачиваюсь к дому и иду за маской. И впрямь – лежит в рюкзаке, смотрит на меня пустыми глазницами.

Что тебе надо⁈ Почему ты залазишь в мою рюкзак⁈ Гр-р! Выкинуть бы тебя, но что-то реально стрёмно, вдруг ещё раз спасёт. И Зайке этой фиг, а не моё лицо! Коли сама в маске – и я буду.

Натягиваю и спускаюсь. Коты уже все улеглись кто на печке, кто возле, родня наверняка засыпает, а я так обожрался, что не усну ещё час. Так что… почему бы и не погулять?

Да и Зайка, несмотря на девочковость – довольно весёлая. По пузу ей не пропишешь, как Максиму и Лёне, но в снежки можно и поиграть!

Не успеваю выйти за калитку, как слышу за собой шаги. Поворачиваюсь и вижу две грустные морды – одна черепушка, другая вот-вот завоет на луну.

– Играть… можно?

– Ауф?

Вздыхаю и поворачиваюсь на Зайку.

– Чем больше – тем веселее! – засмеялась она.

Ай, ладно! Машу им, чтобы выходили. Тем более с Вендиго безопаснее! А волчонок иначе на забор нассыт, снова от бабушки нагоняй получит.

Так мы и пошли уже вчетвером.

Не снимая техники Демонических Глаз, хоть и не идеально, но я не просто вижу в темноте, так и вовсе шорохи живых существ. Вон птичка. Вон белочка.

О, гусеница! Угарная такая, волоса…

– *Ням*, – волчонок сожрал её прямо с дерева.

– Аутёнок, фу!

И тут… бам! Мне смачно влетает снежок в затылок. Я хватаюсь за голову и злобно поворачиваюсь на Зайку.

– Офигела⁈

– За лобик!

– Ах ты… – собираю свой шарик, – Получай!

– Ой! – она снова забавно квакает и начинает убегать.

Началась война. Не на жизнь, а на смерть! Я не проиграю девочке! Ыа-а-а, я лучший стрелок в снежках! Меня боялся весь дикий запад, страшились все девочки, и тряслись все Зайки!

Но только… какого чёрта… она такая резвая⁈

– Волчонок, взять зайца за жопу! – приказываю.

– Ха-ха, ой, ай! – девочка подпрыгивала от попыток аутёнка схватить её за юбку, – Не надо жопку, там хвостик!

Играли мы долго. И я, довольно выносливый пацан, даже выдохся. Зато Зайка – чёрта с два! Зайка от Михаэля ушла, от волка ушла, а от вендиго – не ушлааа!

Да. Точку в войне поставил уж слишком разумный людоед.

– Играть? – услышали мы голос, – Игра-а-а-ать!

Я уже почти схватил ушастую за уши, как мы оба останавливаемся, поднимаем голову и видим…

Как двухметровое чудище задирает ТАКОЙ снежный ком, что им убить можно.

– Нафаня, стой! – ору я, – Нафаня! НАФАНЯ, НЕ НА…

– УИ-И-И! – зимний дух долбанул в нас шаром.

Зайка очень высоко прыгнула, а вот я, веря в лучшее – отлетел как сбитая кегля. Звука только не хватало.

– Ха-ха-ха-ха! – заржала девочка.

– Их-хи-хахахаха-хиха! – немного стремно, но искренне захихикало и чёрное чудище с рогами.

«Возможно вам будет интересно, но вы избежали перелома только благодаря адаптации к дробящему урону»

– Ох, ё-ё-ё-ё… – прохрипел я, – Я больше с вами играть не буду…

Зайка аж с ветки свалилась от смеха, а Нафаня бегал и прыгал, не сдерживая радости, а от его громовых прыжков тряслись деревья и падал снег.

И пока я лежал, вся троица подошла ко мне.

Тепло. Радостно. Чистое звёздное небо освещало полянку, крупные хлопья падали на маску, а я смотрел на трёх своих друзей, склонившихся надо мной: на заячью, волчью, и оленью голову.

И как-то…

Как-то всё это мне родное. Свобода. Друзья. Игры.

– Ну вот видишь, мальчик. А ты не хотел, – улыбнулась Зайка, протягивая мне руку, – Весело же?

– Да откуда-ж ты такая свалилась… – поднимаюсь.

– С луны!

– Это как?.. Ты бы разбилась…

– Ну Зайка с Луны. Легенду такую не знаешь? Эх, бестолочь.

– И что ты забыла на Земле, «Лунная Зайка»?..

– Российское гражданство и бесплатная страховка, – пожала она плечами, а затем, судя по глазам, игриво улыбнулась, – И интересные мальчики.

Я улыбаюсь. Прикольная, блин. Забавная. С ней весело, хоть и непонятно. И знаете… ощущение недосказанности только больше меня притягивает. Я чувствую себя как… не знаю… хищник, выискивающий жертву.

– Прикольный у тебя зверинец! Да ещё из разных точек мира, мифологий, – она оглядела зверят, – Двуглавая крыска из китайской… вендиго из индейских земель… вот этот балбес не знаю откуда.

– Ау? – не понял волчонок.

– Они же все магические. Почему связь с ними не построишь? Магическую.

– Да если бы я умел… – печально вздыхаю, – Давно об этом мечтаю, да как-то руки не дотя…

– Хочешь научу?

Я замер. Завис.

Я медленно поворачиваюсь на Зайку, и вижу… что сейчас она не улыбается. Просто стоит, смотрит и ждёт моего ответа.

– Ты прикалываешься?.., – не понимаю, – Ты шутишь? Это шутка, для которой я слишком не призыватель?

– Нет. Меня этому мама научила. Мне не надо, но-о-о… – она ехидно протянула, – Но если пообещаешь, что мы будем часто играть, то мо-о-ожет…

– Будем! Будем-будем! – закивал я, – Если научишь приколам – я буду с тобой хоть через день играть!

– Пхех. Мальчишки… – хмыкнула она, – Сядь, подзови питомца и дай свою руку. Нужна капелька крови.

Я быстро киваю, сажусь в позу лотоса и подзываю… хм, а кого? С кем я хочу выстроить связь? И что это вообще за связь такая?

Блин, не буду рисковать, и подзову волчонка. Может с Вендиго я с ума сойду или рога отращу?

– Моя мамуля научила меня делать магическое тату, проводить связь со зверьми, – тихо и нежно сказала она, обходя меня со спины, – Мне нужна капелька твоей крови, Миша.

Я снимаю варежки и вскрываю небольшую ранку на своей ладони. Слышу как шебуршит Зайка, и вижу… её тоненькую, бледную девчачью ладошку. Маленькая такая, аккуратная. Ну как у обычной девочки. Может она всё-таки человек?..

Она макает пальчик в кровь и обходит с другой стороны.

– Прикрой глаза. Придумай символ, начерти его на волчонке и держи там руку.

Волчонок сидел передо мной и терпеливо ждал.

Символ? Придумать? Какой подходит для этого питомца? Что бы мне такое выдумать?

Хм…

Решившись, я вскрываю рану на пальце и черчу на лбе волчонка… кровавый полумесяц. В честь его интереса к луне.

Зайка аккуратно садится рядом. Я чувствую, как она прижалась к спине и молча, аккуратно повторяет символ на верхней стороне моей ладони.

– Я проведу связь. Будет щипать. Но не бойся, я буду нежной, снимая с тебя твоё личико, милый.

И тут…

– Кха-а-а! – я делаю резкий вдох.

Левая рука зажглась болью, лёгкие опустошило и я, не сдержавшись, резко открываю глаза. Я невольно вцепился в волчью шерсть, мои глаза судорожно забегали, а нос…

– Ха-а-а… ха-а-а-а… – я тяжело задышал, начиная оглядываться.

Что это…

Ч-что я чувствую?

Чую снег. Хвою. Чую мокрую шерсть, чую свой дом, ощущаю животных в сотнях метров, и осознаю уникальный запах Зайки, который до этого не слышал.

Глаза волчонка стали синеть и едва заметно светиться.

«Ваши волосы чернеют. Глаза синеют»

Волк встаёт. Его мышцы трещат, тело раздувается, я ощущаю, как от него начинает разить энергией. Магией. Он начинает стремительно что-то поглощать, обретать силу! И я…

Тоже её ощущаю.

Я вытягиваю руку к Луне.

Её свет был осязаем.

– Ха-а-а… – протяжно выдыхаю, открывая поры кожи.

«Вы поглощаете инородную энергию. Она смешивается с энергией лунного волка»

Лунный свет усиливается, будто спутник светил конкретно на нас, в эту область, будто мы – не то враги, не то лучшие друзья!

Я отпускаю волчонка и активирую Ритм Геде, чтобы запечатать в себе эту силу! Сжимаю кулак, пытаясь прогнать энергию луны по телу. Моя кожа побледнела. Вены посинели. А вместо ногтей – чёрные длинные когти.

Я не ощущал силы, как это обычно бывает, не ощущал мощи. Но я…

Ощущал какую-то божественность.

Я слышу за сотни метров. Вижу, словно сейчас день без теней. Запахи столь чёткие, что я ощущаю оставленный в беседке шашлык! Будто я всюду, будто от меня ничто не скроется под светом Луны! А ещё…

Связанная с энергосистемой, моя кожа так же менялась.

Под лунным светом я становился полупрозрачным, обретая невидимость.

– Вот видишь, Миша, – улыбнулась Зайка, – Я же говорила – со мной ты можешь быть кем захочешь! Хоть Лунным Лордом. С его личной Лунной Зайкой.

Я глянул на свои чёрные когти и посмотрел на Зайку.

Под луной я вижу лучше, чем когда-либо. Никакое демоническое зрение не сравнится с этим состоянием, этой формой лунного зверя.

И сейчас я отчётливо вижу улыбающиеся глаза моей новой подруги. Красненькие.

У Зайки – глаза красного цвета.

– Ну как тебе? Скажи же, что прекрасно примерить чужую шкуру, – она наклонила голову, – Да, мой милый мальчик?

– Научи… научи! Как ты это делаешь⁈

* * *

Этой же ночью.

Аурелия открыла глазки. В доме стояла темнота. Спали и хозяева, и весь их зверинец.

Кошка встала, зевнула и потянулась, выгибая спинку.

«Блин, бока затекли…», – вздохнула она, – «Неудобное тело»

Аура глянула на печку, где с удовольствием устроились обычные, не разумные коты, и их тёмный предводитель – сам Баал.

Удивительно… Баал. Реально он! Падший ангел, закованный в цепях. Аура знала, что он стал демон-лордом, и знала, что забросил домен, но она даже не подозревала… что встретит его при таких условиях.

А она ведь восхищалась им. Светлейший и один из сильнейших, первый после Добродетелей. Он был ориентиром! Маяком! И если бы не Соломон… этот демонолог с его Ключами, что смог призвать Баала как духа и испортить его…

Ай. Всё это дела минувшего тысячелетия. Даже такая святая и сильнейшая душа как Баал – может отказаться от Небес. Это жизнь.

Но вот кто не собирается отказываться от своей природы и принципов – так это Аурелия.

Она ещё раз зевнула, сконцентрировалась и исчезла во вспышке телепорта!

Хоть и в теле кошечки, Аура ещё способна перемещаться сквозь пространство! Пусть и не бесконечно, как раньше.

Аурелия выпрыгивает в квартире Кайзеров. Кроме спящего лысого чудища и змейки с забавными дырочками на носу, никого здесь нет. Ну, Ауре и не сюда надо.

Кошечка проходит сквозь стены, спрыгивает на улицу и в течение следующих пары часов ищет одного человека. Всего одного! Ей пришлось пройтись по всему городу, чтобы его отыскать!

И она его находит.

Квартира в элитном спальном районе Города N. Пятый этаж. Огромная площадь! Наверное – очень дорогая. Влиятельный здесь человек…

Но справедливости не важны твои богатства.

Аура прыгает на пятый этаж проникает сквозь окно!

Вот он. Спит в кровати, будто ничего не случилось. Будто не совершал он греха, будто не закрыл глаза на Алчность и Гордость!

Хозяин того самого зала, где проходило вчерашнее соревнование.

Аура садится на пол. Вздыхает. Прикрывает голубые глазки, и…

Её тело начало деформироваться, трещать, и увеличиваться! Из хребта вырвались костлявые крылья, лапы удлинялись, а когти заострялись! Нечто общее, между ангелом и домашней красивой кошечкой. Нечто…