Текст книги "Колояр. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 61 (всего у книги 65 страниц)

Черт, лучше бы я руками удавил шамана! Пылающее оружие колесом взмыло вверх и с мерным гудением, набирая обороты, понеслось в сторону остолбеневшего Рахдая. Клянусь, я видел его глаза, полные восторга и ожидания мгновенной смерти. Фанатик долбанный!

‑ Божественное оружие Вишну! – Рахдай опустил руки и упал на колени. Черные всполохи крыльев резко поникли и втянулись в фигуру шамана. Не знаю, что произошло, но магический фон резко снизился, а уши заложило как будто атмосферное давление изменилось.

Почему Рахдай не ушел через телепорт? Не знаю. Мой давний противник перестал сопротивляться, подставив себя под удар. Может, он знал нечто такое, что позволило ему безропотно принять гнев божественного солнечного диска, ослепившего всех, кто находился в пределах боевого ристалища?

Когда я открыл глаза и слепо посмотрел на то место, где стоял шаман, там виднелись обугленные останки, замысловато склонившиеся в последнем поклоне. Ну, на этот‑то раз Рахдай сдох? Или трансформировался в очередную аватару, которая будет бесконечно меня преследовать? В кого он мог переселиться?

Жуткий противник. Непонятный и, надо сказать, непобежденный. Не моя заслуга.

Клинок мгновенно остыл и дернулся в трансформе. Ясни вернулся ко мне и превратился в ручку, которую я тут же послал в карман. Все. Дело сделано. Теперь надо искать Алику и Лору. Как бы злая волчица не покусала мою девушку.

Неожиданно во дворе стало многолюдно. Десяток бойцов Водяного как‑то шустро просочились через завалы и пустые помещения фермы и окружили людей Пахома. Все четверо покорно с ошеломленным видом сидели в окружении вооруженных людей, а сам командир в своих неизменных черных очках подошел ко мне и похлопал по плечу без всякого пиетета.

‑ Молодец, впечатлил. Сжег, нахрен, этого колдуна. Слушай, переходи в мой отряд, а? Замолвлю словечко перед князем.

‑ Ага, чтобы я один за тебя всю работу делал? – усмехнулся я, пряча дрожащие руки в карманы куртки. – Перебьешься.

Водяной захохотал и поднял над головой перекрещенные руки. В ту же минуту откуда‑то вылетел микроавтобус и лихо заскочил во двор, обогнув жуткую композицию в виде сгоревшего шамана. Остановился, подняв пыль из‑под колес.

‑ Где девушка? – спросил я. – Лора спасла ее?

‑ Все нормально, – кивнул Водяной. – Правда, двоих пришлось угомонить. Рыжая – девка с характером. Предупреждала ведь, что перегрызет глотку каждому, кто рыпнется с пушкой.

Из‑за угла здания выбежала Алика и вихрем налетела на меня. Обхватила меня за шею и крепко зажмурившись, всхлипнула:

– Жив, мой яр! Боги, как же я за тебя перепугалась, когда увидела шамана! Как такое возможно? Я сама видела его мертвым!

‑ А я не верил в его гибель, поэтому и ждал подвоха, – я обхватил ладонями ее мокрое лицо и стал покрывать поцелуями, не обращая ни на кого внимания. – Все, родная! Больше я тебя не отпущу! Пахом!

Сотник нехотя поднялся с земли. На него сразу же направили стволы автоматов.

‑ Все в порядке, бойцы! – я подошел к своему бывшему командиру егерской сотни. – Передай князю, Пахом, что сделки не будет. Нехорошо это – слабую девушку использовать в своих интригах. Не по‑княжески. И еще… Забирай своих людей и уезжай с Курганных Земель. Археологи могут продолжать работу по договору, а вас я не хочу видеть. Вы и так взбаламутили весь Торгуев. И еще скажи Демидову, что со следующего года присутствие вооруженных людей на моих землях недопустимо. Охранять рабочих будут дружинники или егеря Щербатова. Это мое последнее слово. И не вздумайте мстить семье девушки. Я все равно узнаю.

‑ Я передам, Колояр, – кивнул Пахом. – Но знай, что ты подписался на вражду с Демидовым. Жаль будет, если погибнешь по своей глупости.

‑ Совсем скоро я войду в Семью Щербатова, женившись на княжне Мирославе, – я с удовольствием смотрел, как меняется лицо Пахома. – Подумайте на досуге, а нужно ли нарываться на клановую войну?

Пахом покосился на труп Рахдая, о чем‑то подумал и кивнул.

‑ Забирай своих бойцов, и не забудь о двух трупах, – сказал Водяной, показывая жестом, чтобы пленникам дали беспрепятственно покинуть ферму. – Можете и эту головешку забрать.

‑ Зачем он нам? – равнодушно откликнулся княжеский сотник. – Закопайте здесь…

Он увел своих людей, а мы стали собираться в обратную дорогу. Бойцы Водяного и в самом деле быстренько закопали обгорелый труп Рахдая где‑то под забором, разровняли землю, а сверху еще и мусор навалили. Был шаман – и исчез.

‑ А где Лора? – мне было неуютно, что волколак разгуливает без нашего контроля по ферме.

‑ Она сказала, что ей нужно провести трансформацию, – прижимаясь ко мне, ответила Алика. – Думаешь, сбежит?

‑ Да никуда не сбежит девка! – услышав нас, хохотнул Водяной. – Я ее к себе в отряд возьму, если ты не хочешь, Волоцкий! Прикинь, какая бы группа образовалась: маг, оборотень и куча крутых и крепких ребят! Мечта!

‑ Фантазер! – я довольно крепко обхватил Алику за талию и повел к «хорьху». Надеюсь, воевать больше не придется.

Лора появилась в тот момент, когда все собрались возле машин. Рыжая пошатывалась, еще не отойдя от трансформы, но никак не выказала свою слабость. Я подскочил к ней, поддержал за локоть.

‑ Спасибо тебе, Лора, – я с благодарностью посмотрел на усталую девушку, прикрывшую глаза.

‑ Мы квиты, витязь, – бесстрастно ответила рыжая и хлопнула меня по плечу. – Будь счастлив.

Главы 13, 14

Глава тринадцатая

‑ У меня есть несколько вариантов ответа, почему так произошло, но все они… – Алика пожала плечами, – неинформативны. Например, я знаю, что Сударшана – огненный диск Вишну – является символом времени. В процессе эволюции человеческого сознания оружие прошло персонификацию, стало очеловечиваться. И в конце концов оно стало служить Вишну в роли верного слуги. Войдя в комплекс «солнечного доспеха», Сударшана стала проявляться как разрушительная сила. Здесь мы видим объединение пылающего оружия и колеса времени, которое может и должно уничтожить вселенную.

Она зацепила вилкой узкую ленточку маринованного крабового мяса и аккуратно положила в рот. Пожевала, кивнула удовлетворенно головой.

‑ Ты предполагаешь, что Рахдай мог перейти в иное качество? – насторожился я.

‑ Есть теория о переходе сущности человека, которого коснулось пламенное оружие, в иную ипостась. Аватара шамана может возникнуть в другом месте, – вздохнула Алика. – Фактически ты убил Рахдая, но нет уверенности, что он не нашел себе новое тело.

‑ Он меня задрал, – признался я. – Какой‑то неубиваемый, честное слово.

Я вовремя прикусил язык. Не стоит при Мире упоминать про покушение, в котором, как оказалось, Рахдай не погиб. Два выстрела из снайперской винтовки, заряженной магическими пулями, не принесли результата! Чертов колдун мастерски построил иллюзию своей смерти, да так, что все в лагере поверили! Артист!

‑ Боишься, как бы он снова не появился на твоем пути?

‑ Теперь я знаю, как с ним справиться, – уверенно ответил я, откидываясь на спинку стула.

‑ Алика, а ты точно на своем месте учишься? – усмехнулась Мирослава, сидевшая напротив нее.

Да, произошло то самое событие, о котором я думал в последнюю очередь. На следующий день после удачной спецоперации, в которой Алика благополучно была освобождена и взята под усиленную охрану, приехала семья Щербатовых без княжича Павла. Тот вместе с молодой женой остался в загородном московском имении, где вскоре предстояло поселиться и нам с Мирославой.

А я решил, наконец‑то, свести вместе своих будущих жен в ресторане «Флоренция», чтобы они познакомились поближе друг с другом, нашли общие интересы или проблемные точки. Я вообще не представлял, чем закончится такой эксперимент. Слегка озадаченный предстоящим ужином, первым делом заказал столик по высшему разряду. Морские блюда, хорошее вино, тихая музыка – что еще надо для умиротворенной беседы между без пяти минут родственниками?

Алике я вручил банковскую карту «Альянца», на котором лежали мои накопления за работу телохранителем и облегченно вздохнул. Опасался, что девушка начнет выказывать недовольство, говорить правильные, но ненужные речи о бескорыстии и прочую глупость, которая всегда вызывала у меня отторжение. Но все прошло нормально. Алика приняла как должное финансовую помощь. А я попросил Елену помочь выбрать для нее вечерний наряд. Раз уж взвалил на свои плечи непосильную ношу в виде неожиданного союза с двумя молодыми барышнями – придется тащить. Старшая сестра Миры охотно согласилась и вытолкала меня взашей из своего имения, чтобы я занялся делами, приличествующими солидному кавалеру, а не нервному воздыхателю.

Алика подобрала себе длинное темно‑изумрудное платье с открытыми плечами и неглубоким декольте, в котором уютно расположилась защитная магическая подвеска из горного хрусталя. Темно‑русые волосы были собраны в пышную прическу с многочисленными кудряшками.

Мирослава предпочла короткое вечернее платье черного цвета. На ней вообще любой наряд смотрелся выигрышно благодаря фигуре, а мужчины, которые в этот момент находились в ресторане, то и дело бросали завистливые взгляды на наш столик. Обломитесь, ребята. Все прекрасно знают Мирославу в лицо, и меня, как телохранителя. Интересно, какие пересуды поползут завтра по городу, когда начнут выяснять, кем является вторая девушка, сидящая с нами за столом.

‑ Я всегда увлекалась историей и археологией, – призналась Алика, бросив на меня взгляд. Девушка еще не могла выстроить линию поведения и жутко комплексовала перед княжной. Мне казалось, что ее потряхивает от нервного напряжения. Но Мирослава, умница, вообще не обращала на это внимания. – А ветеринарное училище – всего лишь извилистый путь наверх. Колояру я рассказывала, что мирянам тяжело пробиться в сословные университеты и институты.

‑ Думаю, мы решим вопрос с обучением, правда, яр? – Мирослава улыбнулась и подняла бокал с вином. Осторожно отпила. – Ты как сама смотришь, Саша, на смену профиля?

‑ Зачем мне что‑то менять? – Алика удивленно поглядела на Миру.

‑ Ну… В свете последних событий у нас возникла потребность в специалисте по магическим артефактам, – княжна едва заметно кивнула мне. – А ты имеешь хватку, я заметила. Колояр рассказывал мне, как ты помогала ему в поисках информации по перстням.

‑ Проще обратиться к профессионалам, – пожала плечами Алика.

‑ Нам не нужны специалисты со стороны. Так что подумай… Кстати, что теперь с учебой Сашеньки? Концы обрублены?

‑ Что‑нибудь придумаем, – я нахмурился. Действительно, своими действиями я самолично оборвал обучение Алики. Ходу ей на Урал в ближайшие годы не будет. Все документы остались в Демидово. – Я встречусь с Косаревым и обрисую ситуацию. Если археолог не поможет – обратимся к князю Борису. Выход всегда есть, Алика. Не переживай.

‑ Сейчас я переживаю только за отца, – губы девушки дрогнули. – Демидов начнет мстить, и весь гнев обрушит на него.

Я прикрыл ладонью ее запястье и очень бодро сказал, что работаю над этой проблемой. Всегда можно найти или компромисс, или такой ход, который удовлетворит обе стороны. Говорил, чтобы успокоить, а сам волновался. Стрига пока молчал, и я не представлял, насколько далеко продвинулась его акция по спасению Федора Громова.

‑ Мира, расскажи, как прошла свадьба? Что интересного вокруг нее было?

‑ Хм, – княжна подперла левой рукой подбородок, – интересного очень много. Ну, во‑первых, меня домогались… Да‑да, очень недвусмысленно и нагло. Есть такой Анатолий Измайлов, очень нахрапистый столичный мажор, сынок одного из бояр, входящего в управленческий аппарат Великого князя. Ох, намучилась я с ним…

Мирослава задумчиво закатила глаза к сверкающему позолотой потолку, и ее красивое лицо приняло странное выражение.

‑ Представляешь, он приперся к отцу и попросил моей руки, – очнувшись, улыбнулась девушка. – Огромный букет роз, из‑за которого не было видно посыльного, дорогущее колье с бриллиантами и пылкими признаниями.

‑ А ты что? – я понимал, зачем княжна говорит об этом. Психологический тест, проверка на мою реакцию. Буду ли я ревновать? Конечно, мне как нормальному мужику не пристало выглядеть бревном. Копытом бить, огнем фыркать – вот как надо себя вести.

‑ Папка очень рассердился. Мало того, целыми днями важные встречи происходят, люди в имении разные крутятся, а тут появляется напыщенный болван и расточает флюиды страсти. Измайловы, конечно, не последние люди в столице, но терпеть подобное не стоит.

‑ Можно, я его на дуэль вызову? Все равно чем‑то в Москве заняться придется, – предложил я.

Девушки рассмеялись. Разговор как‑то сам по себе перетек в более легкую форму. Болтали о разном. Алика понемногу расслаблялась, рассказала, как познакомилась со мной, как мы убегали по берегу озера от волколака, и как она натерпелась страху, оставив меня наедине с тварью. Мирослава слушала внимательно, не отрывая от меня заинтересованного взгляда, и в ее зрачках полыхали загадочные золотые искры.

‑ Оказывается, ты у нас специалист по убиванию оборотней, – губы княжны дрогнули в улыбке. – Я же говорю, дорогой, что тебя не так просто свалить. Это с виду ты такой доступный. А как куснешь – зубы сломаешь… Ладно, посиди пока, поскучай, а мы с Сашей посплетничаем.

Девушки встали из‑за стола, и Мирослава, подхватив Алику под руку, потащила ее в дамскую комнату. Тут же появился официант и предупредительно спросил:

‑ Подавать горячие блюда? Цыпленок парминьяна уже готов.

‑ Через десять минут, – я подумал, что девичье чириканье затянется надолго, и решил не спешить. – И еще одну бутылку вина, такого же. Открывать при мне.

‑ Да, сударь, – кивнул официант. – Десерт?

‑ Можно попозже, мы не торопимся. Вечер будет долгим и томным, – неожиданно пробормотал я, вспомнив странное выражение, которое я слышал где‑то и когда‑то в иной жизни.

‑ Что, простите?

‑ Ступай, милейший, – не стал я вдаваться в подробности. – К заказу это не относится.

А сам откинулся на мягкую спинку стула и попытался поговорить с Ясни. Меня крайне заинтересовали слова Алики о перемещении души Рахдая в чье‑нибудь тело. Если мне когда‑то удалось обрести вторую жизнь, почему бы и вредному шаману не проделать такой трюк?

Мой друг‑фантом не выглядел растерянным. Сказал только, что такие случаи изредка происходят. Шаман вполне мог впитать в себя мощь огненного диска Сударшаны и воплотиться в одном из его слуг. Не самый плохой исход для сгоревшего в яростном божественном пламене человека. Могу ли я с ним однажды встретиться? Нельзя исключать такого момента. Спасибо, обрадовал. Всю жизнь за спину посматривать?

Я слегка расстроился, но увидев подходящих к столу оживленных девушек, откинул в сторону все волнения. По их глазам вижу – обо мне говорили. Перемыли мои косточки и распределили роли в будущем совместном хозяйстве. Точно, точно! Ну и ладно. Мне от этого никак хуже не будет.

‑ И где вы ходите? Горячее стынет. Давайте, присаживайтесь. Вы там не подрались?

Девчонки снова весело рассмеялись и переглянулись с видом заговорщиц. Я разлил вино по бокалам, произнес какой‑то легкий незапоминающийся тост, и только потом приступил к разговору, который был очень важен в предстоящих делах.

‑ Мне нужна ваша помощь, милые мои, – сказал я, обводя притихших подруг. – Дело очень серьезное и опасное, и от вашего слова зависит, какую стратегию я выстрою в дальнейшем.

‑ Мы с тобой, – ответила Мирослава, – ты же знаешь.

‑ Нет, не знаю, – жестко возразил я. – Одно дело – жить в любви и согласии, а другое – рисковать жизнью дорогих тебе людей. Мира, мы с тобой уже говорили на тему авантюризма, и ты сказала, что способна на риск.

‑ Конечно, – пожала плечиками княжна. – Я не отказываюсь и сейчас.

‑ Я с тобой, – Алика схватила бокал. – Речь идет о недостающих артефактах?

‑ Да, именно о них, – выдохнул я и показал перстни. – Нужны еще четыре таких. Два из них находятся у коллекционера‑англичанина Грэйса. Два других предстоит отыскать.

‑ Мы должны вытащить у Грэйса эти камни и заменить их подделками, – вспыхнули глаза Мирославы. – Я все‑таки была права? Ты ведь этого хотел?

‑ Да. Первую часть операции мы спланируем в Мадриде, когда уедем туда жить, – подтвердил я. – Пока будем охотиться на коллекцию британца, Алика постарается выяснить судьбу двух остальных перстней. Я не думаю, что найти их будет так сложно. Всегда остается след: финансовый, человеческий. Люди по природе своей болтливы. Нужно только отыскать таких болтунов. Когда мы заполучим информацию по оставшимся перстням – соберемся все вместе и обсудим ситуацию.

‑ Почему тебе так важен полный комплект? – нахмурила брови Мирослава. – К чему готовишься, яр?

‑ К войне, милая. К большой войне, где на кону будет стоять наша жизнь, – не стал я врать, держа в голове предсказание Рекущих. – Думаешь, я зря спрашивал тебя об отношении Великого князя к вашей семьей, к тебе лично?

‑ Ты что‑то знаешь?

‑ Немного. Пока не торопи меня. Когда соберу всю информацию – расскажу. Теперь у меня есть две замечательные женщины, которых я намерен защитить ценой жизни. А «солнечный доспех» поможет мне в этом. Чтобы он полностью функционировал, мне обязательно надо заполучить недостающие перстни.

‑ А где буду находиться я? – резонно спросила Алика. – В Мадрид, судя по всему, меня не берете, так?

‑ До свадьбы – нет, – кивнул я. – Но есть варианты: или в доме Елены Борисовны, или переехать в Москву. Надеюсь, князь разрешит?

‑ Только если узаконить отношения с Сашей, – предупредила Мирослава. – Но с момента нашей свадьбы должно пройти не меньше полугода. Дурацкое правило, да не мы его составляли.

‑ Я знаю об этих условных ограничениях. Поэтому я буду просить князя дать Алике возможность жить в Торгуеве под присмотром. История с костромскими боярами научила меня осторожности. Если они сумели закинуть в город несколько наемных групп, то и Демидов может пойти на обострение.

‑ Дозволь мне поговорить с отцом, – мягко напомнила Мира. – Я лучше сумею убедить его. А Лена с радостью согласится принять Сашу на некоторое время.

‑ Я буду искать следы пропавших перстней, пока вы подбираетесь к Грэйсу, – кивнула девушка. – А как насчет поездки за границу? Смогу ли я воспользоваться этим правом?

‑ Все решу, – успокоила Алику княжна. – Думаю, через год мы будем сидеть где‑нибудь в ресторане и праздновать успех.

Ох, как бы я сам хотел такого развития событий. Напрягают меня слова Ясни о пристальном внимании Евгенической Палаты к Мирославе. Как бы не очухались ученые головы и не донесли Великому князю о появлении опасных факторов в лице некоего Колояра Волоцкого. Ведь придется полгода жить в Москве рядом с боярством, не обремененным человеколюбием. У каждого Рода есть свои планы, и стратегия быть поближе к клану Долгоруких. Появление Первородного из небытия взбаламутит болото. Значит, спокойствия не будет.

Ужин закончился десертом, после которого я подхватил прелестниц под руки и повел их к выходу. Там уже стояла изящная «эспада», поблескивая светло‑бежевыми лакированными боками при свете фонарей. Возле машины торчали два бугая из охраны князя. Увидев девушек, они зашевелились и распахнули заднюю дверцу. Я по очереди поцеловал своих будущих жен, не догадываясь, о чем они разговаривали между собой. Но их хитрые мордашки наводили на некоторые мысли. Меня уже начали делить.

Дождавшись, когда машина развернется на широком парковочном пятачке и уедет от ресторана, я медленно пошел по улице в сторону гостиницы. «Флоренция» находилась неподалеку, и двести метров прогулочным шагом нисколько меня не утомили. Полезно проветриться после нескольких бокалов вина. Пьяным я себя вообще не ощущал, а приятное послевкусие застолья будоражило кровь. Но больше всего меня волновала тема божественного оружия, как назвала его Алика. Почему Рахдай безропотно принял смерть от крутящегося диска? Он что‑то знал? Тогда откуда у него эти знания? Что собой представлял шаман? Гений от природы или кто‑то обучал его всем премудростям чародейства? Вот о чем моя голова болела. Рахдаю знания давали, а не сам он приобрел их с помощью природной магии.

Страшно представить, если Рахдай принял смерть и перевоплотился в одной из аватар Всевышнего. Получается, я самолично дал в руки шамана нечто, возвышающее его над остальными магами. Тьфу, надо прекратить об этом думать. Иначе совсем свихнусь от подозрений. Я лично видел сгоревший труп своего врага…

Ага, и лично видел, как пуля десятого калибра проломила башку Рахдая! Оказалось, все было подстроено умелой иллюзией! Высший пилотаж, надо признать.

Вернувшись в гостиницу, я заметил помимо местной охраны двух ребят, скромно сидевших на диванчике в холле. При моем появлении они сделали вид, что меня не знают. Ага, что‑то новенькое. Охрану приставили? И кому понадобилось охранять телохранителя? Так забавно. Но я не против. Пусть служат.

Закрывшись в комнате, принял душ и после завалился в постель с книжкой архата Зотова. Там еще много интересных моментов не прочитано. Раз магия плотно входит в мою жизнь, предстоит со всей тщательностью проштудировать солидный фолиант. Ведь пользы от него гораздо больше, чем я представлял на самом деле. Например, я щелчком пальца могу погасить люстру, не вставая с кровати. Удобно и практично.

Глава четырнадцатая

Старое здание, построенное еще в начале девятнадцатого века из массивных кирпичных блоков терракотового цвета, оставалось, пожалуй, единственным из того раритета, который князь Щербатов не стал сносить. Оно пряталось на западной оконечности города, утопая летом в густой зелени парка, а зимой – окружено непроходимыми сугробами, наметаемыми со стороны Волги.

Раньше здесь находился городской арсенал княжеской дружины, а после некоторых изменений и строительного бума его отдали под архив. И был таковым до середины двадцатого века. А потом как‑то внезапно о двухэтажном солидном и крепком строении позабыли. Подъездная дорога не ремонтировалась, зарастая жесткой травой и разрываемая корнями тополей; позже здание обнесли тяжелым кованым забором и зачем‑то построили сторожку.

Вывезенных из Костромы опальных князей или их родственников и вассальных слуг держали здесь. Терракотовое здание с непроницаемыми стенами превратилось в тюрьму, и содержались здесь весьма опасные для Щербатова люди. Подвальные помещения переоборудовали по самому последнему слову техники, убрали сырость, оштукатурили стены, завезли грубую прочную мебелишку для заключенных. Небольшая охрана справлялась со своими функциями, особо не напрягаясь.

Именно сюда направил меня князь по личному распоряжению. Я все‑таки добился от него разрешения навестить костромских узников и задать некоторые волнующие меня вопросы.

‑ Я не верю, что ты разговоришь этих людей, – хмыкнул Щербатов, когда отключил телефон после разговора с комендантом тюрьмы. – Мы уже вытащили из них все, что могли с помощью «длинного языка».

‑ То есть, их все‑таки больше, чем один? – уточнил я.

‑ Двое, – нехотя кивнул князь. – Средний брат боярина Бакринского и сам Глава Рода Лужиных. Те, кому не повезло сдохнуть в самом начале.

‑ Отлично, – я заторопился. – Тогда сейчас же еду, пока они не умерли окончательно.

‑ Что же ты хочешь услышать от них?

‑ Если они выложат мне то, о чем я подозреваю, поделюсь с вами, Борис Данилович, – я попрощался и рванул на «хорьхе» в тюрьму.

Меня уже ждали. Охрана была извещена, на какой я машине приеду, и поэтому удалось беспрепятственно и быстро заскочить на территорию таинственного особняка. Комендант, встретивший меня, был похож на какого‑то пирата: окладистая черно‑смолянистая борода, аккуратно подстриженная и ухоженная; лихо подкрученные усы; темно‑зеленая кепи, надвинутая на глаза, скрывала большую половину лица. Да и голос у а‑ля пират был прокуренный и грубый, как будто комендант всю свою жизнь провел на холодных ветрах и в штормах.

‑ Охапкин, – представился главный тюремщик. – Я провожу вас в комнату допросов. Князь Борис Данилович приказал мне во всем подчиняться вашим запросам. Надеюсь, они не превысят разумные пределы?

‑ Нисколько, господин комендант, – отрицательно покачал я головой. – Мне нужно, чтобы никто не присутствовал при допросе. Охрану и Целителя оставьте за дверью. Пусть будут готовы к неожиданностям. Мало ли… Сердечко не выдержит или еще какая закавыка.

‑ Сердечко, скорее, у нас не выдержит, – попробовал пошутить Охапкин, грузно шагая по арочному коридору вглубь здания. Где‑то в глубине раздавалось звяканье железа, глухие голоса охраны, редкий стук молотка. Чинили что‑то? – Упертые твари попались. Только с помощью магических эликсиров смогли развязать языки.

‑ А ментальное воздействие применялось? – я заволновался.

‑ Нет. Был приказ пока не трогать. Князь чего‑то ждет. Прошу…

Охапкин остановился перед мощной решетчатой перегородкой, звякнул ключами, открыл замок и пропустил меня в следующую секцию. Она отличалась от коридорной системы тем, что с правой стороны я насчитал несколько дверей. Одну из них открыл комендант.

‑ Заходите. Здесь комната допросов. Все чисто, ни соплей, ни крови. Бьют в другом помещении…

Такая откровенность покоробила меня. Нет, я не чистоплюй, когда дело касается вещей жизненно важных, вроде безопасности близких людей. Надо будет, сам настою на выворачивании суставов. Охапкин говорил настолько буднично, словно для него узники уже являлись не живыми людьми, а манекенами для отработки ударов.

‑ Допросы велись письменно или никаких документов нет?

‑ Как же нет? Сейчас прикажу принести, – комендант погладил бородку. – Изволите сразу оба дела?

‑ Да, и побыстрее. Еще… Графин с водой, стакан, сигареты, – распоряжался я. – Не забудьте за дверью поставить двух надзирателей и Целителя пригласите. Видеонаблюдение ведется?

‑ Так точно…

‑ Отключить. Никаких записей. Узнаю – головы отверну виновным.

‑ Но князь Борис…

‑ Улажено, – прервал я коменданта. – Вам не стоит беспокоиться. Всю ответственность беру на себя.

‑ Слушаюсь, сударь, – Охапкин понял, что меня не пронять своими инструкциями и попятился из комнаты.

Через пять минут на массивную крышку стола легки две папки с допросными листами Ярослава Бакринского и Сергея Лужина. Тут же появились графин с водой, на горлышко которого насадили граненный стакан, пепельница с пачкой сигарет и зажигалка. Охранник, принесший все это, вытянулся и старательно поедал меня глазами.

‑ Ведите Бакринского, – приказал я. – Узники в наручниках?

‑ Да.

‑ Снимите возле комнаты. Во время допроса не входить. Ждать снаружи.

‑ Если что понадобится – в полу есть кнопочка вызова, – доверительно произнес охранник. – Одно нажатие ногой, и мы уже здесь.

‑ Понял, спасибо.

Ярослав Бакринский – костромской боярин, средний брат Главы Рода, судя по убористому почерку дознавателя, остался в живых благодаря своей супружеской измене. В момент атаки ночевал у любовницы на другом конце города, но попался в лапы бойцов князя Панина по глупой случайности. Вместо того, чтобы бежать из Костромы, ринулся спасать свою семью. Но это свойственно всем нормальным людям. Бакринский не был трусом, и беспокойство за детей и жену перевесило инстинкт самосохранения.

Низкорослый, но весьма широкоплечий, заросший бородой, с длинными волосами, падающими на плечи, Бакринский выглядел лет на пятьдесят, но в досье указывалось, что ему всего тридцать. Интенсивные допросы человека не молодят.

‑ С вами обращаются хорошо или есть претензии? – я не торопился тормошить узника. Пусть подергается на нервной почве. – Как кормят? Гигиенические услуги предоставляют?

‑ Кто вы такой, сударь, чтобы спрашивать о гуманных способах содержания в этом клоповнике? – проворчал Бакринский, поведя плечами. Старенькая замурзанная куртка, явно чужая, затрещала по швам.

‑ Представитель князя Щербатова, – ответил я. – Независимый представитель.

‑ Ох, ты! Что за зверь такой? – удивился мужчина. – Первый раз о таком слышу.

‑ Не стоит юродствовать, – я постучал пальцем по пачке сигарет. – Будете курить?

‑ Не откажусь, – кивнул боярин. – Пагубная привычка, да что уж в моем положении. Все равно скоро закопают…

Я не поленился встать, подойти к узнику, вытащить из пачки сигарету и предложить ему. Зацепив тонкими пальцами гильзу, Бакринский сунул ее в рот. Я щелкнул пальцем, вышибая огонек перед носом Ярослава, и тот невозмутимо прикурил. Окутался дымом и полюбопытствовал:

‑ Магический допрос? Все‑таки решили ментата привлечь?

‑ Я не ментат. Можете расслабиться. Просто поговорим, если у вас появится желание рассказать о событиях, произошедших в Торгуеве.

‑ Не понимаю.

‑ Понимаете, Ярослав. Все вы понимаете. Акция по уничтожению костромского клана инициирована князем Апраксиным после убедительных доказательств, что вы причастны к покушениям на Мирославу Щербатову – дочь местного князя. Не лично вы, а ваш клан, в который входила ваша Семья, Аляповы и Лужины. Поэтому вам нет смысла сейчас выгораживать свои деяния.

‑ Вы уничтожили больше ста человек просто так, одним движением руки, – сжав зубами кончик сигареты, бросил обвинение Бакринский. – Мои дети, жена, близкие родственники – все погибли в магическом огне. Какой мне смысл открываться? Да плевать я хотел на вас. Ничего не скажу.

‑ Собственно, я хочу узнать, чья была идея ликвидировать младшую княжну Щербатову? – оставаясь спокойным, спросил я. – Не самого князя, не княжича Павла или Олега, не кого‑то еще из клана Щербатовых, а именно Мирославу? Целенаправленно, неоднократно… С привлечением наемников, оборотней. Согласитесь, что странно… Княжна – одна из представителей аристократического рода, не имеющая веса в политике, в общественной жизни, в кругу знати. Обычная девушка, только и всего. Почему именно она?

‑ Я ничего не знаю, – пожал плечами Бакринский. – Все вопросы по Торгуеву решались между моим старшим братом, Лужиными и Аляповыми. К разработке подключались только самые проверенные люди, умеющие держать язык за зубами.

‑ А вы, Ярослав? Неужели остались в стороне? – я сделал вид, что удивлен. – Как‑никак, принадлежите Роду, который взял на себя тяжесть создания клана. Разве не унизительно? Ведь вы могли получить герб от Долгоруких, если бы не страдали излишними амбициями, не привлекали химерологов к бесчеловечным опытам на людях. У нас, кстати, есть показания одного оборотня, захваченного после очередной вашей акции. Лора ее имя. Знакомо вам?

Бакринский снова окутался дымом. Упоминание рыжеволосой девушки его нисколько не взволновало. В досье, как я успел прочитать, она уже упоминалась, и Ярослав отрицал участие в ее судьбе.

‑ Да, про Лору я слышал, но не был с ней знаком, – все же ответил узник. – Я утверждаю, что не причастен к разработкам химерологов, а также не знаю, за каким чертом понесло Варфоломея уничтожить княжну.