Текст книги "Колояр. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 65 страниц)

Главы 15, 16

Глава пятнадцатая

– Что скажешь, Миша? – Демидов устало развалился в кресле, удобно подстроившемся под его грузное тело, и смотрел, как Башлык уверенной рукой разливает коньяк по снифтерам – классическим бокалам для этого благородного напитка.

– Странный тип, – охотно откликнулся начальник СБ, передавая один из бокалов молчаливому Мирону, сидевшему в дальнем углу кабинета. – Создается впечатление, что Прохоров слишком много врет, но так, что за это вранье его не поймаешь.

– Уже делал запрос в архивы?

– Меня деликатно отшили, – сознался Башлык. – Такие специфические данные проходят по особому рангу через личное распоряжение императора.

– Плохо, – поджал губы князь. – Мне нужен хоть какой-то рычаг для предстоящего разговора. Очень завлекательные условия выдвинул сей господин. Я бы не отказался от концессии Курганных Земель. Но дело не только в них. Меня чрезвычайно волнуют попытки западных княжеских кланов выдавить нас со своих уделов. Это уже не смешно. Алмазовы очень обеспокоены ситуацией. Идут разговоры, что император хочет провести небывалые реформы в области земельных прав дворян. Не верю, что в стабильной ситуации, в которой находится Россия, нужны какие-то непонятные потрясения.

– Готовится централизация власти? – Мирон покачал головой. – Но ведь это война. Неужели не понятно?

– Как раз и понятно, – раздраженно ответил Демидов. – Но князь Геннадий Андреевич недвусмысленно дал понять: в их вотчине проявляются нехорошие тенденции. Эмиссары императорского клана, пользуясь своим правом невозбранного посещения личных уделов, все чаще уделяют внимание свободным дворянам.

– Полагаю, светлейший, так скоро тенденции не проявятся, – предположил Башлык. – Пока идет разведка, прощупывание интересов…

Князь сжал своей медвежьей лапой бокал и опрокинул его в себя. Даже не поморщился, но с возрастающим раздражением поглядел на своих советников. Не хватало Самохина и старшего сына – Алексея. Они уехали в Югорск, где до сих пор находилась княгиня Ольга. Расследование ведут, не понимая, что никакого злостного намерения при нападении на кортеж не было. Цель была одна – и ту прошляпили. Все коту под хвост!

– Что мы предпримем по Волоцкому, помощники? – решил он отвлечься от тяжелых дум и вернуться к началу разговора. – Предложение заманчивое, или не стоит на него клевать?

– Мы же понимаем, для чего Волоцкий жертвует землями, – осторожно сказал Мирон. – Это попытка втянуть нас в свои разборки. Не стоит влезать в них.

– А я думаю, что это хороший шанс пощекотать западных князей, – возразил Башлык. – Нам даже делать ничего не придется. Волоцкий сам, в приступе кровной мести, устроит большой тарарам в уделе Щербатова. В любом случае, мы ничего не теряем.

– То есть, надо разорвать контракт с Волоцким и отпустить его восвояси со своим артефактом на родину? – Демидов обвел взглядом подручных. – Погибнет – нож перейдет ко мне? А не погибнет – поставит Щербатова в неловкое положение?

– Только нужно приставить к нему человека, чтобы в нужный момент артефакт попал именно в его руки, – Мирон задумался. – Пожалуй, стоит попробовать. Мишка прав, при любом раскладе Колояра и нас ничего связывать не будет.

Повисло недолгое молчание, которое прервал сам князь.

– Меня в большей мере интересует Прохоров. Только ли он стоит за спиной Волоцкого? Или выше них есть влиятельная группа?

– Его магия вызывает смущение, – признался Мирон. – С трудом понимаю технику некоторых плетений. Кастование средненькое, словно ремесленник работает, а от трости веет жуткой силой, мощью. Артефакт достоин пристального внимания. Не к тому человеку он попал.

– Ты про трость? – оживился Башлык.

– О ней, родимой, – кивнул Мирон. – И о перстнях. Что-то они мне напоминают. Читал когда-то о таких фигурных вещицах с драгоценными камнями, запитанными силой.

– Есть мнение?

– Да. Прохоров не тот, кем себя представляет. Или скрывает свой ранг, умело показывая халтурность магических техник, или на самом деле не понимает, какое богатство держит в руках. Но больше всего интересно, сколько сущностей он прячет под маской?

– Я тоже почувствовал некую искусственность, – подтвердил слова своего мага Демидов. – Хотел пробить его защиту, но она умело отсекала и блокировало мои попытки. Похоже на техники древних. С этим Прохоровым нужно подружиться.

– Тогда вопрос с Волоцким решен? – Башлык чутко улавливал настроение хозяина, и сейчас по его успокоившемуся голосу понял, в какую сторону пойдет разговор.

– Детали можно обсудить завтра утром. С парнем контракт расторгаем, но без излишней шумихи. Приедет Самохин, пусть займется дезинформационным полем, – Демидов усмехнулся. – Подкинем Щербатову маленькую тайну, заодно оградим себя от подозрений. Все, заканчиваем, господа. Пора отдохнуть.

****

Как и было договорено, я появился возле сквера к назначенному времени. Нет, пришел чуть раньше, успев по дороге купить букет свежих желтых роз, сохранивших на лепестках капельки воды. Красивые цветы. Почему они не нравятся Алике? Символизм цвета? Так желтый – цвет золота, солнечный свет. С другой стороны, почему-то именно он связан с болезнью, смертью, разлукой, увяданием. Честно говоря, на всю эту мешанину предрассудков я не обращаю внимания. По мне хороший букет, органично смотрящийся в руках красивой девушки, не влияет на ее внутренний мир и психологическую устойчивость.

Плюнув на философские размышления, я занял позицию напротив училища на скамеечке возле сквера. Букет, обернутый в хрустящий целлофан, положил рядом, а сам стал ждать Алику, заранее настроившись на опоздание девушки. Ну, помада на губы, оценка собственной значимости возле зеркала, тушь, легкий макияж – сто пудов опоздает. Минимум, на час.

Алика пришла на пять минут позже, чем мы договаривались. Она была в длинном осеннем пальто бежевого цвета и в беретке, кокетливо сидящей на распущенных волосах. Оглядевшись по сторонам, Алика прошла по тротуару, миновала училище и дробно стуча каблуками сапожек, перебежала дорогу. Меня заметили.

– Здравствуйте, Саша, – я встал и улыбнулся, протягивая ей букет. Интересно, возьмет? – Меня зовут Артем.

Взяла, даже понюхала.

– День добрый, – девушка положила цветы на сгиб локтя и царапнула по мне внимательным взглядом, особенно задержавшись на перстнях. – Можете звать меня Алика. Впрочем, вы при разговоре уже прекрасно знали, как меня называть лучше всего. Куда пойдем?

А как же иначе, моя милая? Ты бы не поверила в слова Прохорова, если бы я не произнес имя, которое известно Колояру.

– Колояр все время вас так называл. Алика – это вроде кодового слова, чтобы вы поверили мне.

– Так и подумала, – кивнула девушка.

– Я приезжий в вашем славном городе, и вряд ли предложу сейчас что-то стоящее, – жутко интересно, признает ли она в моей второй личине Колояра? Говорят, у некоторых людей интуиция просто запредельная. – Кстати, предлагаю перейти на более дружественный формат общения.

– На «ты»? С незнакомым человеком, годящимся в отцы? – уточнила Алика и получив от меня утвердительный кивок, задумалась. – Доверяешь? Отлично. Пойдем в «Карамель». Там подают хорошие коктейли. И места, надеюсь, есть. А то в других местах топчешься возле барной стойки, успеваешь только отшивать разных придурков…

– Видишь, как у тебя опыт! – я ухмыльнулся. – Тогда вперед! Признаться, я слегка подмерз. Погода меняется не в лучшую сторону.

«Карамель», о которой я все-таки хорошо знал, будучи в роли Колояра, представляла собой молодежное кафе, в котором собирались разные слои населения, начиная от мещан и заканчивая дворянскими ребятишками. Такой симбиоз не влиял на отношения и возможность познакомиться с кем-то, кто по статусу ниже тебя. Здесь просто отдыхали и убивали время.

Мы дошли до кафе, откуда басовито стучали барабанные ритмы и звучала музыка. Девушки и парни возраста Алики, и даже чуть старше, поднимались по невысокому крыльцу, приветливо кивали паре бравых накаченных охранников. На меня посмотрели с сомнением, но тоже пропустили.

Внутри тоже было неплохо. Слева от входа тянулась барная стойка с кучей парней возле нее; в глубине кафе организована танцевальная площадка; правая половина зала отдана сидячим местам: диванчики, столики, снующие официанты в фирменной одежде с логотипом заведения. Классический черный низ, белый верх. Причем, что у девушек, что у парней. Все в брючках и отутюженных рубашках.

– А с местами-то проблема, – хмыкнул я, оглядывая зал. – И время еще не располагает к бурному веселью.

– Ну надо же! Как специально! – расстроилась Алика и вдруг радостно воскликнула: – Ой, вон там столик на двоих, в дальнем углу! Пошли быстрее!

Я помог девушке раздеться и передал верхнюю одежду в гардероб, получив взамен пластиковые номерки.

Нам повезло. Столик оказался незарезервированным только по одной причине, как подумал я: отсюда плохо наблюдать за танцплощадкой и пробираться к бару или потанцевать. Да еще неподалеку находятся двери в служебное помещение. Но разве замечаешь такие мелочи, когда рядом находится самая красивая девушка в мире, и ты готов любоваться ею, только бы никто не мешал. Удивительно, что нас заметили. Подлетел парень с кожаной книжицей-меню в руках и любезно передал нам. Я попросил его подойти через пять минут, чтобы определиться с выбором напитков или блюд. Не люблю торопливость. Алика сразу сказала:

– Закажи мне коктейль «Южная ночь». Для девушек в самый раз. А себе можешь что-нибудь покрепче.

Я выбрал себе банально просто пива. Но хорошего, местного бархатистого, портер, и блюдо с нарезкой. Не объедаться же сюда пришли, в конце концов. Пока ждали заказ, перекидывались с Аликой ничем не значащими словами.

– Чем ты докажешь свое знакомство с Колояром? – получив коктейль, тут же спросила Алика. – Ты прости, но для меня сегодняшняя встреча кажется каким-то нелепым сюрреалистическим сюжетом. Колояр уехал в Югорск, сказал, что вернется не раньше, чем через неделю. И вдруг появляешься ты… Извини, и разница в возрасте больше намекает на отношения отца и сына.

– Ну, Колояр мне не сын, – улыбнулся я. – Наше знакомство началось очень давно, чуть ли не с рождения. Я знаю о нем все, знаю о тебе почти все. Это ли не повод довериться мне?

– Что именно ты узнал обо мне? – нахмурилась Алика.

– Дочь лесника, живущего на озере Варчаты. Двадцать два года, не замужем, учишься на ветеринара. Познакомилась с Колояром не так давно. Могу даже сказать, как это произошло. Нужно для идентификации?

– Шутник ты, Артем, – хмыкнула девушка. – Ладно, одно слово. Место?

– Поляна в лесу, – тут же ответил я. – Могу даже слово в слово передать разговор. Потом – нападение оборотня…

– Как-то не впечатляет…

– Хм… А уточек пострелять?

– Все, достаточно, – наклонила голову Алика, слегка покраснев. – Почему-то я верю… Хотя про оборотня неудачный пример. Но про встречу на поляне Колояр вряд ли рассказывал своим друзьям. Не та тема для разговоров… Так что за причина для встречи?

– Колояр просил передать, что задержится в Югорске. По дороге туда произошло нападение на кортеж княгини Ольги. Никто не пострадал, но идет расследование. Возможно, что Волоцкий еще долго не появится в Демидово.

– Ох, боги! – прошептала Алика и закусила нижнюю губу. – Я догадываюсь… Он жив? С ним ничего не случилось?

– Колояр в порядке, передает привет, – я обхватил ручку толстостенной кружки и с наслаждением потянул в себя портер.

Алика смотрела на мои перстни, о чем-то усиленно думая. На ее лбу собрались мелкие морщинки.

– А что еще он просил передать?

– Самое главное…, – я отставил кружку в сторону и тщательно выбрал с тарелки кусочек копченой рыбки, источающей янтарный жирок. – Ни в коем случае не искать с ним встречи, потому что это опасно. Когда он завершит свою миссию, сам найдет тебя.

Нужно лишь подождать, Алика, всего лишь подождать какое-то время, и Колояр вернется.

– Все-таки он решился на авантюру, – покачала головой девушка. – А я ведь хотела помочь ему…

– Каким образом? – я снова глотнул темное.

– В свободное время хожу в библиотеки и ищу хоть что-то, позволяющее снять браслеты с его рук, – Алика на секунду замерла, глядя на мое лицо, на котором я изобразил высшую степень внимания. – Познакомилась с одним замечательным дедушкой, тоже любителем старины. Он книгу пишет о потерянных магических техниках древности. Не знаю, как умудряется в куче шелухи отыскать нужную информацию… Так вот, я задала вопрос про блокираторы, и он уверенно опознал в них «веригельн». Не знаю, что это такое, но, судя по всему, ты в курсе, Артем.

– Да, продолжай, – я уткнулся в кружку.

– Конечно, пришлось приложить массу усилий, чтобы отбиться от ненужных расспросов, вроде «откуда красивая молодая девушка знает про такие вещи», и направить разговор в конструктивное русло. Так вот, «веригельн» можно снять с помощью такого же древнего артефакта, как и он сам. Желательнее всего, из чего-то, составляющего комплекс «солнечного доспеха».

Я сглотнул слюну. Вот же чертовка! Кто ее просил лезть в запрещенную тему? Зачем?

– Что за доспех?

– Ты должен знать, Артем, – Алика кивнула на мою руку. – У тебя перстень с сапфиром похож на одну вещицу из арсенала доспеха. Кажется, «Солнечный удар» называется. Только не в треугольном замке, а в квадрате.

Мне впору побледнеть и прикрыть губки умной девушки рукой. С трудом сохраняю невозмутимое выражение лица.

– Что о нем говорится? Не подумай, что я издеваюсь, якобы не знакомый с этой теорией. Мне очень интересно.

– «Солнечный удар» входит в состав доспеха Борея – царя Севера, но в одиночку не может действовать эффективно. Ему нужны помощники. По легенде, у Борея было восемь предметов доспеха, но дедушка-писатель выдвинул другую версию. Якобы, доспех – это совокупность восьми камней, создающих мощную защиту носителя. Каждый камень, согласно своей природе, действует лишь во взаимодействии с другими. Они все вместе создают магический контур и позволяют пользоваться многочисленными техниками.

– А твой дедушка случаем не маг? – улыбнулся я, попробовав перевести разговор в плоскость шуток.

– Нет, он профессор, – не поддержала меня девушка, – и пишет про артефакты давно, лет тридцать. Даже подсказал, какие книги можно найти в публичных библиотеках. Попробую там порыться. Я очень хочу помочь Колояру, но так, чтобы не навредить ему.

– И это правильно, – кивнул я, тщательно выбирая на тарелке, что бы закусить к пиву. Нашел какую-то перченую колбаску. – В таком деле надо быть осторожным. За Волоцким пристально смотрят, хотя и не мешают. Отслеживают все контакты, чтобы потом через них воздействовать на парня. Я хочу сказать, Алика: его жизнь сейчас круто поворачивается. А куда повернется окончательно – зависит от тех моментов, которые я готовлю.

– И кто ты такой? – в глазах Алики зажглись огоньки любопытства.

– Считай меня адвокатом, – делаю небольшой глоток. Надо бы еще заказать кружечку. Пиво больно хорошее, свежее. – А чье это кафе?

– Сусловых. Они Демидову служат. Держат все рестораны и кафе в городе. Есть несколько точек на окраине, принадлежат свободным дворянам. Но, как ты сам понимаешь, свобода – понятие относительное. Князь Юрий Степанович вообще не любит чужаков на своей земле, но терпит их ради налогов.

– Согласно коммерческому уложению от 1971 года каждый удельный князь обязан предоставлять на своих землях возможности свободным дворянам для торговой и банковской деятельности, – припомнив кое-что из прочитанного, ответил я. – Демидову проще предоставить им привилегии, чем бодаться с законом.

– Думаешь, князья чтят закон? – фыркнула Алика.

– Конечно. Только закон в их понимании. Среди аристократии давно бытует мнение, что для их среды моральный кодекс, основанный на устных договоренностях, гораздо лучше, чем юридические тонкости, расписанные в многотомниках по гражданскому праву, – я вздохнул. – Боюсь, и дальше так будет продолжаться.

– Странное заявление, – неожиданно сказала Алика. – Создается впечатление, что ты, Артем, возмущаешься этим фактом. Так повелось со времен создания Русской империи. И законам не менее четырех сотен лет. Какой смысл бороться с фундаментальными положениями?

Умная девочка. Может, зря она в ветеринарное училище подалась? Ставить клизмы коровам и лечить всякую живность всякий горазд, а вот с такими выводами нужно в высший свет выходить. Если мои планы срастутся – заберу Алику с собой, женюсь на ней. После пережитого что мне злость и презрение в глазах дворянской знати?

– Ты можешь передать Колояру мою просьбу?

– Не проблема, – пожимаю плечами. – Какая просьба?

– Не нужно мстить! Папа очень хорошо видит души людей, его просто так не проведешь. Когда я уезжала на учебу, он сказал, что Колояра грызет давняя злость и обида. Мы не хотим его потерять.

«Мы»? Оговорка или на самом деле лесник Федор что-то разглядел во мне и нашел в жизни Алики место для несчастного дворянина? Довольно интересное заявление, о котором надо подумать. Или хотят отвлечь Колояра от кровной мести простым увлечением красивой девушкой? Прием слабенький и дешевый. Как понять извилистую мысль лесника с озера Варчаты? Простодушно разрешить своей единственной дочери начать сближение со мной? Кто ты такой, Федор Громов? Уж что я точно знаю: наивности в нем меньше, чем модификаторов в моей крови. Кстати, как они поживают после открытия энергетических каналов? Я про них совершенно забыл, ощущая только силу и власть артефакта Ясни. Плохо это или хорошо? Ммм… С магией я стал сильнее, если честно.

– Алика, а ты не ведьма? – спросил я в шутку.

– Дар отца мне не передался, – улыбнулась она.

– То есть? Твой отец колдун?

– Ведьмак. Ты удивлен?

– Мне Колояр об этом ничего не говорил.

– Так он и не знает. Думаешь, зря его князь Юрий назначил лесником на Варчаты? Он живет там лет тридцать уже, присматривает за городищем и за новыми людьми, которые там появляются.

– Ничего себе, вечер откровений, – пробормотал я, забывшись. Махнул рукой официанту, пробегавшему мимо, и попросил еще одну кружку пива. Алика от коктейля отказалась. Она очень уж пристально посматривала на меня, словно пыталась применить дар отца-ведьмака и выяснить, кто скрывается за оболочкой незнакомого ей человека. – Подожди, так ты, выходит, знакома с князем Демидовым?

– Конечно, – вздохнула девушка и повертела между пальцев коктейльную трубочку. – Именно он посодействовал женитьбе моего отца на маме, которую родители не хотели отдавать за какого-то одичалого парня из леса. Демидов сам поехал к ним сватом, после чего маминым родителям осталось только сдаться. Я видела князя несколько раз, когда он приезжал на остров. Отца он уважает… А мама умерла пять лет назад.

Я даже не успел задать про нее вопрос, и только кивнул сочувственно. Сейчас лишние слова не нужны. Мне интересны новые подробности, которые могли открыть нестандартные ходы в моем противостоянии с Демидовым. Надо же, Алика знакома с князем!

Со стороны входа послышались веселые и громкие голоса. Четверо парней, ввалившись в кафе, со смехом продвигались к барной стойке. Причем, вели себя так, словно хозяева этого заведения. Поглядев на Алику, я увидел, что она сморщила носик.

– Старший сын Суслова, – пояснила девушка, – Костя. Со своей свитой из мелких дворянчиков. Не думала, что сюда припрутся. Казарин, братья Мешковы. Вся свита здесь. Хотя, еще Семенова нет. Как так, самого боевого засранца не захватили?

– Ты их всех знаешь?

– О, боги! Ну, конечно! – Алика серьезно злилась. Она хорошо представляла, чем заканчиваются визиты Суслова и компании в увеселительные заведения. Везде скандалы, вечная показуха своего статуса. И еще одна мысль тревожила Алику. Суслов пришел в «Карамель» не случайно, а целенаправленно выискивая ее. Пару раз им пришлось столкнуться, и Костя загорелся желанием, чтобы Алика стала его девушкой-приживалкой. По слухам, господин Суслов уже нашел для своего сынка невесту, и свадьба должна состояться в ближайшие месяцы. Но мягкая красота Александры Громовой сбила Костю с правильного пути. И так-то не отличался покладистостью, так теперь постоянно преследовал девушку. Алика не хотела говорить о своих проблемах, но я прекрасно видел, как поморщилась она при виде зашедших парней.

– Я могу чем-то помочь тебе? – спросил на всякий случай, зная, что Алика откажется. – Может, намекнуть ему о твоем знакомстве со светлейшим?

– Зачем? – поморщилась девушка. – Он и так прекрасно знает о моих «привилегиях». Только это его не останавливает.

Свитские тем временем облюбовали один из лучших столиков в обрамлении кожаных диванов и согнали оттуда компанию ребят, уступивших им безропотно места. Тут же Суслов, успевший подобрать по пути от стойки к столу трех девушек, уселся вместе с ними и подозвал официанта. Тот без конца кивал головой и быстро чиркал карандашом в блокноте. Дворянин лениво посматривал по сторонам и внезапно замер, уставившись на меня. Потом перевел взгляд на Алику и преобразился. Широко улыбнувшись, он похлопал по плечу своего свитского – худощавого длинного парня с «конским хвостом» на затылке – и направился к нашему столику. Шел он уверенно и расслабленно, чувствуя себя здесь хозяином.

– Надо же, какие люди сегодня нас посетили! – Костя был слегка подшофе, и запах дорогого парфюма смешивался с винными парами. Подойдя к столу, он проигнорировал меня и сел к Алике с другого бока. Ладно, что обнимать не стал. Двое свитских остановились неподалеку от столика, а третий остался с девушками.

– Вы обворожительны как никогда!

– Вечер добрый, Константин, – с холодом в голосе ответила девушка. – А я вот не ожидала вас увидеть здесь. Чем так «Карамель» привлекла, почему не в «Жасмин»?

– Пф! – фыркнул Суслов, мазнув презрительным взглядом Колояра. – Там сегодня скукота. Как знал, что сегодня весь цветник здесь соберется! Мари, Софи, Вика, Сашенька – все здесь! Какая удача!

– Так идите к ним, – улыбка тронула губы Алики. – А я занята. У меня есть кавалер.

– Ох, кто же? – Суслов по-шутовски завертел головой, словно не замечая моего присутствия. – А я думал, что вы обзавелись охранником! Не кажется ли, что кавалер чуток староват?

– Всяко разно фору тебе дам, сударь, – усмехнулся я, не реагируя на откровенную грубость молодого дворянчика. Мне хватило пары секунд, чтобы составить его портрет. Все, как обычно. Отпрыск важного лица, красующийся своим положением и значимостью. Хотя про значимость сказано громко. Обычный наглый мажор, привыкший к мельканию под ногами человеческих муравьев. Но Суслов, надо признать, оказался парнем видным, стройным, подтянутым, со свежим лицом. Ровесник Колояра, нет, чуть помоложе. Короткая стильная стрижка, легкий летний костюм светло-серого цвета, зеленая рубашка с золотыми запонками. На правой руке кольцо с личным гербом семьи, что могло означать только одно: у Демидова этот род в почете, имеет много привилегий. Неприятный случай. Такого типа не осадишь просто так, но ведь Костя ведет себя по-хамски. Как еще руку на талию девушке не положил. Но уже дергается, пытается. Видать, был опыт с прилетевшей пощечиной.

– Какой-то странный у тебя кавалер, неразговорчивый, – хмыкнул Суслов. – А ты кто такой? Я не знаю тебя. Чьему роду служишь? Какого сословия? Мещанин, небось?

Вдруг он изменился в лице. Я в это время принял из рук подошедшего официанта кружку с пивом, и засветил перстень. Нечаянно. Потому что не собирался с его помощью доказывать свое право на спокойное времяпровождение с девушкой. Но Суслов мне помешал.

– Кхм, – поперхнулся Костя. – Извините, сударь, сразу не разобрался. Такие вещи у челяди вряд ли увидишь, да?

– Неужели думаете, что я имею наглость выдать себя за простолюдина? – мрачно спросил я. – Неосмотрительно с вашей стороны, сударь.

– Константин Суслов, – он протянул мне руку и примиряюще улыбнулся. – Нашу семью в городе хорошо знают.

– Артем Васильевич Прохоров, адвокат и бывший военный, – сделав упор на последнее слово. – Приехал в Демидово по личным делам.

– Прошу прощения за недопонимание ситуации. Отдыхайте. А…может, к нашему столу? Посидим, пообщаемся. Думаю, у нас много общих интересов найдется.

– Благодарю, уважаемый Константин, – с трудом сдерживая смех, я сделал вежливый поклон. – Боюсь, в вашей компании мне будет неуютно. Да и планы на сегодня совершенно другие.

И выразительно посмотрел на Алику. Девушка, подыгрывая мне, ослепительно улыбнулась, вцепившись в мою руку. Суслов совсем скис и удалился к своему столику, уже накрытому разнообразной снедью. Свитские затопали следом, ошеломленные случившимся казусом.

– Уф, я думала, что этот придурок начнет унижать тебя, – выдохнула Алика, но руку не убрала. – Это все из-за перстня. Видел, как его перекорежило? Он посчитал, что ты – весьма крупная личность, гостящая в нашем городе. Пойдем отсюда?

Я расплатился за столик на выходе из кафе, потом вышел на улицу к ждущей меня девушке. До общежития мы шли пешком, благо было недалеко, всего несколько улиц. Большую часть дороги мы молчали. Алика все-таки не выбросила букет, и задумчиво утыкала в него носик, о чем-то размышляя.

– Ты его уговоришь не делать глупости? – перед воротами общежития девушка повернулась ко мне и протянула руку.

– Постараюсь, – я намеренно задержал в своих руках теплую ладонь Алики. – Но и со своей стороны обещай, что не предпримешь никаких лишних действий по разгадке тайн артефактов. Ни Демидов, ни его люди не должны знать твоих новых интересов. Отстранись от происходящего и просто учись. А я все сделаю сам.

А что? Я ведь не врал на голубом глазу, а говорил чистую правду. Всю кашу, заваренную мною, расхлебывать предстоит мне. Лишь бы Алика не мешала своими инициативами. Попрощавшись, я уходил воодушевленный. Встреча принесла много полезной информации. Теперь надо обдумать, как воспользоваться знакомством семьи Громовых с князем Демидовым. И каким образом это поможет мне в борьбе с кровным врагом.

Глава шестнадцатая

Опять пошел дождь. В последнее время он стал мне надоедать. Скучаю по мягким осенним дням из моего кадетского прошлого. Тихий шорох падающих листьев, легкая молочная кисея раннего утра, застывшее неподвижное небо – совсем не то, что здесь. Мрачная дождевая туча приползла с океанских просторов и вольготно расположилась над городом. Солнце прячется где-то на самом верху, не в силах пробить хоть небольшое оконце. Земля ждет зиму.

– Мы долго обсуждали ваши предложения, Артем Васильевич, – Демидов отвернулся от окна с таким же непроницаемым лицом, как и тучи на небе. – Вернее, предложения господина Волоцкого, который так и не удосужился показаться на глаза. Это не красит дворянина. В конце концов, он не совершал никакого преступления, а все мои претензии крутятся лишь вокруг нарушения о присвоении чужой собственности.

– Светлейший, – я сижу в кресле напротив массивного стола, закинув ногу на ногу. Кинжал Ясни, замаскированный под трость, уютно расположился на коленях. – Ваши претензии основываются на местном кодексе – даже не на законе! – который вы довели до своих подданных и подчиненных. Проштудировав все доступные Уложения, я нашел несколько прецедентов. Точнее – пять. Четыре из них закончились никак не в пользу княжеских претензий. Поэтому Волоцкий, когда отказывал вам в передаче найденного артефакта, был прав. Древность кинжала только подтверждает правоту вашего подчиненного.

– Я лукавить не буду, – тяжело посмотрел на меня князь. – Все, что лежит в моей земле – мое. Но я исхожу из ситуации, что молодой и неопытный егерь случайно завязал боевой артефакт на свою кровь. Поэтому и не обвиняю его в неповиновении. Официально заявляю, что отказываюсь от претензий по кинжалу.

– Мне очень отрадно слышать от вас такие слова, светлейший, – я привстал и слегка поклонился. Произнесенные слова писались на диктофон, который лежал на столе совершенно открыто, как доказательство наших совместных намерений и договоренностей. Значит, Демидов пошел на риск, и больше всего боится не Щербатова, а неожиданностей с моей стороны, то бишь – Волоцкого.

Со стороны князя в кабинете присутствовали архат Мирон со своим молодым помощником (не знаю, зачем он привлек его к переговорам) и личный адвокат – пожилой мужчина с длинными седыми бакенбардами. Он внимательно слушал меня и периодически закрывал глаза, словно вспоминал статьи и уложения, которыми я сыпал в разговоре. Каких трудов мне стоило найти все материалы – кто бы знал! Хорошо, что в городе еще остались адвокаты, имеющие частную практику. За хорошее вознаграждение один из них грамотно разложил все возможные претензии князя и мою защиту. Так что я был прав, когда не стал отдавать артефакт в руки Демидова, пусть он хоть трижды лопнет. Слепил для самого себя удобные законы и потирает, довольный, руки.

Да вот ошибся немного светлейший. Забыл, что предки его пришли на уральские земли не первые. Были здесь хозяева до него, да память людская почти выветрилась. Но легенды о северном царе оказались слишком живучи, и Уложения по найденным сокровищам и магическим артефактам уже действовали на территории империи с большим успехом. Кинжал Ясни с перстнями имеет четыре тысячи лет истории, и доказать сей факт можно легко, устроив экспертизу. Не пойдет на это Демидов, опасаясь шумихи. А вот мечту завладеть Ясни он не отбросил. Я представляю, какие сейчас выстраиваются комбинации, чтобы кинжал перешел в его руки совершенно легально. По лицу вижу – не нравится Юрию Степановичу история, в которую он влезает. Но артефакт манит как вкусно пахнущий кусок пирога! Если бы он только знал, какую мощь я держу в руках! Боюсь, убил бы на месте! И это ведь только половина «солнечного доспеха»!

– Хорошо, давайте больше конкретики, – Демидов посмотрел на своего адвоката. Не завидую старичку. Или уволит, или закопает где-нибудь в лесу. Никаких аргументов в пользу хозяина не привел, только вначале бодренько пытался осадить меня. Увы, не получилось. Я предъявил копии тех самых прецедентов, закон об найденных артефактах – и все. Сдулся адвокат. Пусть князь и является хозяином удела, но выше всех стоит Великий князь Московский Дмитрий Ярославович Долгорукий, император России, и только он имеет право на все земли от западной Галиции до бурных восточных берегов Сахалина.

– Какие условия выдвигает господин Волоцкий? – проскрипел адвокат и щелкнул золотой ручкой. Пододвинув к себе блокнот, он уставился на меня в ожидании предложений.

– Обоюдное расторжение контракта, – я покрутил трость и сделал вид, что задумался. – Это главное. Светлейший князь Юрий Степанович и столбовой дворянин Волоцкий Колояр по согласию досрочно прерывают соглашение с сегодняшнего дня. Далее, никаких препятствий для моего клиента любые службы князя Демидова не чинят. Ни в аэропорту, ни на железной дороге, ни по любому другому пути из удела.