Текст книги "Колояр. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 65 страниц)

– Шаман был серьезно ранен, – решил оправдать меня Вихорь. – Если допустить его невероятную живучесть, вся энергия должна пойти на подпитку организма, выстраивая новый контур ауры. На это может уйти много времени. Сейчас он в капкане, и есть возможность добраться до него.

– Мы займемся этим вопросом, – холодно ответил Мирон. – Слишком рискованная операция, которая могла закончиться гибелью группы. Безответственное отношение, Вихорь, к своей работе. Я недоволен. Нужно еще разобраться, у кого возникла идея перехватить опасного мага таким способом.

– Я предложил, – спокойно отвечаю. – И мага уговорил. Потому что был уверен в успехе.

– И с тобой поговорим, – многообещающе посмотрел на меня архат. – Мало того, проявил вольницу, да еще привязал к себе древний артефакт, который является собственностью князя Юрия. Вопиющая наглость и….

– Он не может являться собственностью князя, – возразил я, игнорируя злые тычки Стриги, сидевшего рядом, под ребро. – Кинжал древний, на нем нет клейма рода Демидовых или мастеров бывшего хозяина этих земель. И захоронение произошло в очень древнее время, до того, когда племенной князь Ахтамак принял вассальную присягу вашей Семье, княже. Будь иначе, я без лишних разговоров отдал бы вам находку. Да, я принимаю вину, что не удержался и посмотрел клинок. Порезался нечаянно. Кто же знал, что этот артефакт находит себе хозяина через кровь?

Умыл я вас? Не зря столько времени потратил на юридические тонкости в отношении поиска и находок древних артефактов на княжеских землях. Вот почему шла такая драка между Волоцкими и Щербатовыми, считавшими, что любая безделушка, найденная ими на спорных территориях, принадлежит именно одному из родов. Нет родового клейма – вещь твоя. По закону. Вот и сморщился Демидов, понимая, что пролетел как стая диких гусей над болотом.

– Ты понимаешь, мальчишка, что теперь за этим кинжалом могут охотиться влиятельные люди? – зашипел Мирон. – Ты начнешь привлекать к себе излишнее внимание, что чревато ухудшением криминальной обстановки в родовом городе князя? В сейфе собрался держать клинок, или закопаешь, небось? Тебя же грохнут при первой возможности!

– Пусть попробуют, – усмехнулся я. – Нож будет при мне. Если он вам так необходим – проведем ритуал смены хозяина. Только боюсь, что процедура не поможет.

При этих словах Демидов рассмеялся. Все застыли, прекратив споры. У князя тряслись плечи, а лицо сморщилось в неприятную маску спекшегося яблока.

– Чтобы артефакт сменил хозяина – надо хозяину умереть, – вытерев слезы, сказал Демидов. – Ты хочешь умереть раньше срока, мальчик?

Намек более чем понятный.

– Не хотелось бы, – буркнул я. – Находка по любому закону – моя, княже. Ты прекрасно знаешь о нем. Любые твои действия по отнятию личной вещи у дворянина незаконны.

– Да, я знаю это, – застыло лицо у Демидова.

– Древние артефакторы умели привязывать вещь к человеку, – торопливо пояснил Мирон. – А про такой кинжал я даже не знал, хотя об оружии мне известно достаточно. Еще что-то в гробнице было?

Отвечаю спокойно:

– Нет. Кроме кинжала и костей – ничего.

– Странно, – задумался Мирон. – Кто же тогда лежал в захоронении? Доспехов нет, магического оружия, кроме ножа – нет. Ни меча, ни диска, ни кольчуги…

Я не стал отвечать, молча смотря в панорамное окно, за которым опять пошел мелкий дождь. Порывы ветра раскачивали тяжелые набухшие от влаги кроны деревьев, кидали на стекло дождевые капли, которые подобно слезам, неспешно скатывались вниз. Никого на улице не было видно, только где-то в глубине леса на дорожке мелькали фигуры охранников в непромокаемых плащах. Мирон не смог почувствовать фон четырех перстней, надежно упакованных вместе с личным амулетом-эвклазом в берестяной коробке, приобретенной у одного умельца-рукодельника из поселка. По моей задумке эвклаз должен был скрыть наличие остальных артефактов. Архат ничего не знает про них, и пусть дальше остается в неведении. Иначе за них мне оторвут голову сразу за порогом княжеского дома. И не поморщатся.

– Достаточно, – ладони Демидова со стуком легли на стол. – Егеря выполнили свою работу, и за это получат премию. Можете возвращаться в свое подразделение. Там Курбат уже места себе не находит. Башлык, обеспечь ребят транспортом, довези до города.

– Слушаюсь, княже, – начальник СБ невозмутимо проводил нас взглядом и двинулся следом, закрыв за собой створки тяжелой двери.

Оставшись наедине с архатом, Демидов тяжело встал, неторопливо дошел до барной стойки, на которой стоял поднос с бутылкой коньяка и парой пузатых бокалов. Плеснул в них ароматный напиток, взял бокалы в обе руки, вернулся к столу и протянул один из них Мирону.

– Ты знаешь, что это за кинжал, Мирон?

– Понятия не имею, княже. Надо покопаться в древних книгах, может, найду ответ, – осторожно проговорил архат, сделав глоток. – В любом случае – артефакт солидный, мощный. Чувствуется в нем сила.

– Да, произведение искусства, – согласился Демидов. – Одна серебряная чешуя стоит целого состояния. Как думаешь, мальчишка не врет, что в гробнице ничего больше не было?

– Врет, – уверенно ответил Мирон. – Он нашел еще кое-что, но не хочет об этом говорить. Что-то очень важное и опасное. И с кинжалом этим промашка вышла…

– Н-да, верткий паренек оказался, – вздохнул Демидов. – Как-то я не подумал, что один из моих егерей будет знаком с уложением о древних находках. По сути, он прав. Мои распоряжения по артефактам – всего лишь попытка обрезать возможность всяким проходимцам грабить княжеское добро. Сам же и попал в ловушку.

– Если бы не привязка по крови…

– Надо лишить хозяина этого права, – задумчиво проговорил Демидов. – Смерть одного из егерей – вещь обыденная в нашей жизни. Приставим к нему человека, чтобы следил за каждым шагом Волоцкого. И в нужный момент забрать клинок через инициацию хозяина.

– Да, это разумное решение, Юрий Степанович, – согласился Мирон, – но мне не по нраву.

– И мне тоже, – сделал скорбное лицо князь. – Жаль, что мальчишка не подумал головой, хватая в руки незнакомую вещь. Нельзя холопу владеть оружием не по его чину. Ты прав, Мирон. Если о находке узнают мои противники, они попытаются сделать две вещи: перетянуть на свою сторону Колояра, или убив его, завладеть моим кинжалом. Нельзя допустить такую ситуацию.

– Понимаю.

– Только не торопись. Парень сейчас настороже. Он не глупец, понимает все расклады, а значит, постарается спрятать клинок подальше от глаз, да и сам начнет крутить головой по сторонам. Следи за ним, докладывай о каждом шаге. Появится шанс завладеть оружием – воспользуйся им.

– А что, если сообщить Щербатову о попытке Волоцкого совершить месть с помощью мощного артефакта? – замер Мирон. – Борис Данилович никогда не был в ваших врагах, живет далеко, с вашими интересами не пересекается. Можно кинуть ему немного информации о кровнике, придумать историю, чуточку запугать…

– Так…, – Демидов отставил коньяк в сторону. – Ты хочешь ввести в заблуждение Щербатова, чтобы он запаниковал и послал гостей к Волоцкому? А я при случае постараюсь послать его на какое-нибудь задание, где он может попасть в неприятности? Засада там, снайпер…, и мы чужими руками убираем хозяина артефакта, спокойно овладеваем им.

– Идеальная комбинация, княже, – склонил голову Мирон. – Только нужен человек, который не должен знать о качествах магического кинжала. Он просто его забирает, передает нам. А людям Щербатова подкинем какую-нибудь безделушку, коих достаточно в вашей коллекции.

– Нет, Мирон, плохая идея! – отрезал князь. – Слишком хитро и запутанно. Щербатов очень мстительный человек. Вон, ходячий пример перед тобой. Хочешь, чтобы наши семьи устроили резню между собой? Ты лучше сделай по-другому.

– Да, княже, – склонил голову Мирон. – Слушаю.

– Отыщи каких-нибудь наемников через посредников, чтобы именно они были замараны в нападении на Волоцкого. Если ничего не получится – мы всегда останемся нейтральными в этой истории. А повезет – без проблем получим нужную нам вещь.

– Понял, хозяин. Так и сделаю, – Мирон снова отпил из бокала, – и заодно попробую что-то раскопать по артефакту. И еще, княже…. Нужна экспедиция на Варчаты, чтобы исследовать гробницу. Опытных взрывников, проходчиков, парочку магов. Много людей не нужно, суета ни к чему. Я сам хочу посмотреть, своими глазами. И тогда станет ясно, что утаил Колояр. Заодно и Рахдая проверю. Сдох он, или еще жив.

– Правильно, – Демидов прошелся по залу, о чем-то думая. – Даю тебе три дня на организацию слежки за Волоцким, а потом отправляйся на Варчаты вместе с Косаревым. Профессору тоже интересно будет исследовать захоронение.

– Сделаем, Юрий Степанович, не подведем.

Главы 9, 10

Глава девятая

Мне казалось, что найти артефакты древних правителей окажется делом столь сложным и почти невыполнимым, что не подумал, а как их сохранить и уберечь от алчущих взглядов уральского князя и его старшего архата. Теперь, когда законный трофей был в моих руках, я задумался.

Демидов признал мою правоту. Признал – но не смирился. Он захочет отобрать артефакт. Желание это читалось в глазах князя. Да и живя в казарме, трудно избежать лишних вопросов. И чтобы они не возникали, еще до приезда в город я просто спрятал кинжал на самое дно рюкзака, едва влезший туда из-за своей причудливой ручки. Пришлось изрядно попотеть, чтобы она не светила своей змеиной мордой перед любопытными товарищами. Коробка с перстнями перекочевала во внутренний карман куртки. Любопытство просто сжирало меня. Что за богатство попало в мои руки от неизвестного археологам и историкам мертвеца? Перстни с драгоценными камнями сами по себе вещь ценная, а если они обладают магической силой – становятся вообще уникальными. Только как их совместить с капризными блокираторами? Точнее, как себя поведут все эти разнородные предметы?

Старшина Курбат тепло встретил нас и дал три дня на отдых. И в первый же день я со Стригой вырвались в город, чтобы обсудить возникшую проблему. Мы прогулялись по широким улочкам, завернули в городской парк, где и решили посидеть за кружкой пива в летнем павильоне. Они еще не закрылись, пользуясь последними жаркими денечками августа. Один из них под названием «Старая бочка» привлек нас тем, что в павильоне было много свободных мест. Мы сели за круглый деревянный столик, покрытый темным лаком, и к нам тут же подошла хорошенькая официантка с улыбкой во все тридцать два зуба.

– Господа егеря что-то желают? – она пытливо изучала нас, выбирая, кого бы очаровать своими формами. Ребята из княжеской дружины и из егерских групп всегда привлекали девушке, и многие из них старались подружиться с ними. Мы-то как раз и были в выходной униформе с шевроном отряда «Рыси».

– Красавица! – расплылся в улыбке Стрига, отчего его старый шрам неприятно искривил губу. – Для начала по кружке светлого фирменного, рыбки сушеной и орешков.

– Какое именно пиво? – весело уточнила девушка, не обращая внимание на физический недостаток Стриги, полностью переключившись на товарища. – Есть два сорта фирменного» «Уральское светлое» и «Пенное Демидовское». Выбирайте. Но я бы рекомендовала «Уральское».

– Знаете, барышня, мы полностью доверимся вашему вкусу, – разомлел Стрига, и с видом голодного кота посмотрел вслед официантке, отходящей от нашего стола плавной походкой с волнительными движениями бедер, затянутых в темно-бордовую юбку. – Давно я не охотился на местных красоток.

– Есть куда отвести барышню? – я усмехнулся, занятый совсем другими мыслями.

– Не вопрос, – откликнулся Стрига, погрузившись в сладкие грезы. – Куча гостиниц, доходных домов. Зависнем на пару дней. Курбат все равно не ждет нас раньше середины недели.

Девушка принесла заказ, пожелала приятного дня и отчалила подобно белоснежной яхте в безбрежные морские дали. А Стрига, отпив приличный глоток, мгновенно утратил игривость.

– Кол, ты с огнем играешь. Зачем злишь князя и Мирона? К чему все эти знания о каких-то законах, уложениях? Сказал бы просто, что согласен уступить артефакт, но не знаешь как. Помогите, пожалуйста, я все осознал!

– Ты серьезно? – я покачал головой, не соглашаясь с доводами друга. Пиво, кстати, было отменным: холодным и вкусным. – Как бы они отлучили мой трофей от меня самого? Только через смерть. Я же не идиот, Стрига. Все просчитано. Это мой выбор. Как думаешь, Курбат разрешит мне снимать квартиру вне гарнизона? Хочу из казармы переехать. Постоянно держать нож в таком месте опасно. Неизвестно, кому захочется сунуть нос в мой рюкзак. Артефакт убьет любопытного…

– У нас нет крыс, Кол, – нахмурился друг.

– Когда узнают – появятся соблазны. Поверь. Людскую психологию легко просчитать.

– Ну, тогда никаких проблем. Брык ведь живет в городе со своей бабой. Ворон, Злыдень – тоже на съемных квартирах обитают. Появляются только в день нарядов и когда на задания уходим. Кол, и для чего ты этот спектакль устроил?

– А ты не догадываешься? – я закатал рукава куртки и продемонстрировал браслеты. – Ты же знаешь, как я хочу избавиться от этой гадости. Они – мои надзиратели и защитники. Знал бы ты, как они надоели! Постоянно перед моими глазами напоминание о родителях, о Щербатове и о его псах, обрекших меня на такую жизнь! Ни одно заклинание не способно помочь, ни один маг не знает способ снять «веригельн». Как думаешь, зачем я на мозги старшине капал, чтобы он меня на Варчаты отправил в составе группы захвата? Там был шанс найти древний «солнечный доспех» Варахи.

– И чем бы они помогли тебе? – Стрига ополовинил кружку и стал ловко очищать сушеную рыбку. – Доспех – не ключ к взлому твоих браслетов.

– Да, не ключ, – согласился я с его словами. – Ты знаешь, что «веригельн» – жутко древний артефакт. Нет, я неточно сказал. Браслеты сделаны по каким-то древним магическим канонам, хотя и являются современными. А ключом является человек, один поганый маг из клана Щербатовых. Имя его произносить не буду, чтобы пиво не испортилось.

– Ой, да ладно тебе, – ухмыльнулся Стрига, отрывая от рыбки полоску вяленого мяса. – Нашел, о чем беспокоится. Такое пиво не испортишь именем колдуна.

– Не хочу вовлекать тебя в проблемы.

– Да ты уже вовлек, – спокойно заметил товарищ. – Зуб даю: Мирон начнет нас поодиночке трясти. Если я буду врать, архат выпьет мои мозги, считывая память по крупицам. Так что валяй, открывай свои замыслы. Я их, правда, лет сто уже знаю. Хочешь отомстить Щербатову. Так и скажу дознавателям.

– Мне нужно не только отомстить, но и добраться до Невзора. А до этого как-то решить проблему защиты. Если архат знает, как их снимать, то знает, как нейтрализовать, чтобы я не воспользовался браслетами как щитом, прежде чем доберусь до князя.

– Амулет?

– Ненадежно. Вот почему мне нужна броня этого Варахи. Только она поможет мне выступить против клановых магов. Есть такое чувство, что перстни – ключ к пониманию природы «солнечного доспеха».

– Ты решил против всего клана воевать? Ты сумасшедший, Кол. Смертник. Тебя раскатают блином по сковороде тонким слоем, завернут в него начинку в виде потрохов и сожрут, не подавившись. Угомонись, отдай кинжал Демидову и живи спокойно. Женись на Алике – я же видел, что ты на нее даже дышать боишься – и забудь о мести. Столько лет жил спокойно. Зачем сейчас решил стать занозой в заднице аристократов? Или, знаешь, что? Застрелись. Сразу же. Зачем мучиться?

– Добрый ты, Стрига, – вздохнул я, вертя кружку, взявшись за ручку. – Никогда плохого не посоветуешь. Хочу тебе сказать, что скоро подходит срок, после которого наступает отчуждение выморочных земель моего Рода в пользу того, кто предложит большие деньги.

Я замолчал, допивая пиво, а потом загреб в руку пригоршню орешков, чтобы погрызть их. Стрига молча смотрел куда-то в пол.

– И почему-то я уверен, что покупателем будет Щербатов. Мне нужно успеть восстановить право и прочно сесть на своей земле. Пусть мой дом сгорел, а на его месте растет трава – это не повод тварям жировать на костях отца и матери. Я все сказал, Стрига.

– Тебя уничтожат, Кол, – с жалостью сказал друг, и обернувшись, показал официантке на кружку, потом поднял два пальца. Девушка понятливо кивнула. – Ты даже не представляешь, с кем бодаться собрался. Не дадут тебе до Щербатова добраться. И близко не подойдешь. Отойди, угомонись.

– Главное, ты не вмешивайся во все это, – посоветовал я, начисто отметая все аргументы Стриги. Он же многого не знает, ему простительно. – Когда двое дерутся, третий стоит в сторонке.

– Господа егеря! – официантка поставила полные кружки с пенным, забрав старые. – Может, еще что-нибудь?

– Пока ничего не надо, спасибо! – Стрига вновь плотоядно облизнулся.

Я вздохнул. Может, это и правильно. Зачем ему чужие проблемы? Вон, одни девушки на уме. Живи и радуйся. Я же как упрямый носорог несусь навстречу своей судьбе.

– Не передумал? – Стрига посмотрел на меня с участием в глазах. Все понимает, друг боевой, но злится, что я отвергаю все правильные доводы.

– Артефакт я не отдам, – отвечаю твердо. – Ни добровольно, ни под пытками. Это моя гарантия, когда Мирон начнет прижимать. Выторгую себе кое-что. А теперь… Мне нужна небольшая квартира, «левый» ствол, не засвеченный через Службу регистрации огнестрельного оружия, желательно – машина, пусть даже старенькая. Что из этого можно сделать быстро?

– Квартиру ты можешь через объявления найти, не проблема, – Стрига задумался. – А вот ствол – это к ворам обращайся. Там ребята ушлые, хоть дьявола из преисподней достанут. Машину попробую найти, сам не светись. Есть пара дельцов на продажах. Дешевое старье найдут.

– Ладно, уже кое-что, – я окликнул официантку, только что отошедшую от столика с новыми посетителями. – Девушка! А где здесь можно купить свежие газеты?

– Господин егерь чем-то интересуется? – ну, до чего же улыбчивая барышня! А вот в глазах мелькнуло удивление. Явно не по адресу вопрос.

– Давно в городе не был, новостей захотелось почитать, – я отшутился.

– От нашего павильона направо и прямо, шагов пятьдесят. Там лотошники с утра с прессой стоят. Может, еще не ушли.

– Сиди здесь, я мигом, – выскочив на улицу, огляделся по сторонам, почему-то зацепившись взглядом за человека в темной куртке на заклепках, и с капюшоном на голове. Он сидел неподалеку от павильона и ел мороженое, не отводя взгляда от «Старой бочки». Мое появление было настолько неожиданным, что он не успел сделать вид обыкновенного отдыхающего. Я сразу понял, что Мирон прицепил ко мне «хвост». Сбегал до лотков, купил несколько газет, преимущественно с объявлениями о сдаче квартир, и вернулся обратно за стол.

– Когда хочешь переехать? – поинтересовался Стрига.

– Как только найду подходящую хату, – я пожал плечами, разворачивая «Городские ведомости». – Мне собраться – что подпоясаться. Вещей немного. Все с собой. Договориться бы с Курбатом. Ответственность за группу несет старшина, а не сотник. Ну, что у нас здесь?

Квартиры в центре города сразу отпадали. Цены на них ломили нещадно, до десяти рублей в месяц. Для Колояра, получавшего шестьдесят целковых, такие затраты были неоправданными. Жаба возмущенно квакала и не разрешала шиковать. Мне нужна точка, от которой можно добраться до центра за десять-пятнадцать минут, и чтобы было удобно просматривать прилегающую к дому территорию. Частный сектор тоже не совсем устраивал, так как не исключалась постоянная слежка из соседних домов.

– Как думаешь, район Суконной мануфактуры подойдет? – спросил я Стригу. – Бывал там? Я как-то слабо знаком с окраинами. Это ты у нас по девкам бегаешь…

– Да тихо ты! – зашипел друг, оглядываясь по сторонам. – Это не совсем окраина. Там склады заводские больше всего места забирают, а двухэтажные бараки идут вдоль железной дороги. По ней сырье подгоняют на фабрику. За дорогой – лесопилка, небольшой лесок, потом идут дворянские особняки.

– До центра долго добираться?

– Не-а, на таксомоторе – за десять минут. Вообще, если хочешь там брать хату – самое то. Бараки старые, но крепкие. И контингент не очень. С ножиками часто ходят. Лучше другой район посмотри.

– Ничего, мне привычно с такими, – ухмыльнулся я.

– Соскучился? – засмеялся Стрига, вспомнив мой побег из школы, когда я пару дней ошивался в Торгуеве.

Палец Стриги уткнулся в одно из объявлений, которое предлагало однокомнатную квартиру с ванной, туалетом, кухней. Цена нормальная, четыре рубля в месяц.

– Ага, вот нормальный вариант. Только одна проблемка.

– Что не так? – оторвался я от чтения. Пиво допил, и теперь целиком погрузился в изучение жилищной проблемы.

– Аренда идет через маклера. А эти кровососы еще пару рублей накинут, – поморщился Стрига. – Видишь, номера телефонов? Почти на каждом объявлении идет повтор первых цифр. Торгаши скопом закупают номерные ячейки, чтобы было легче отслеживать на своем рынке чужака. Ладно, будем звонить?

Я посмотрел на часы и согласно кивнул. Время позволяло. Стрига вытащил из кармана свой старенький мобильный аппарат и сосредоточился на наборе цифр, указанных в объявлении. Как только гудки прервались и раздался щелчок, он передал мне трубку.

– Алло, – произнесли хрипло на другом конце. – Маклерская контора «Этажи». Говорите.

Коротко объясняю, что мне нужна недорогая квартира для временного проживания, минимум на полгода. Однокомнатная вполне подойдет. Назвал номер объявления. Маклер тут же начал расхваливать объект, но я прервал его.

– Мне не важно, какой там ремонт сделан, и сколько потрачено на укладку канадского паркета. Вы можете сегодня показать квартиру? Как я понимаю, один комплект ключей хозяева передали вам?

– Да. Я подъеду к дому в половине восьмого. Вас устроит? – маклер оживился.

– Вполне. Ждите возле дома. Какая у вас машина? «Ансат»? Цвета «мокрого асфальта». Хорошо. Я понял.

Отдаю телефон Стриге, протарабанил пальцами по столику.

– Надо ехать. Вызови такси.

– Подожди, а? – Стрига вскочил и торопливо направился к барной стойке, возле которой стояла официантка, обслуживавшая их весь вечер, и о чем-то разговаривала с долговязым барменом. Заметив подходящего егеря, улыбнулась. Парочка удалилась в сторонку, о чем-то недолго шептались, после чего товарищ вернулся с довольной мордой.

– Ну, вот, теперь можно и съездить!

– Ночь обещает быть сказочной? – ухмыльнулся я.

– Ты даже не представляешь! – выдохнул Стрига. – Такие моменты упускать нельзя!

Глава десятая

Квартира, которую показал маклер, меня устроила. Пусть она была обставлена минимумом мебели, но наличие кухни и раздельного санузла обрадовало больше всего. Жить можно. Скрипучая рассохшаяся кровать, книжный шкаф с десятком каких-то потрепанных книжек, еще один шкаф, только бельевой, диван с парой кресел, круглый стол на металлической подпорке – необходимый минимум, чтобы совсем не было тоскливо. Даже давно немытый балкон есть.

В желании спихнуть зависший в реестре арендуемых квартир объект, маклер с большим пивным пузом заливался соловьем, нахваливая удобное расположение, наличие социальных объектов, магазинов, доступность транспорта. Я слушал его вполуха, и воспользовавшись паузой в словоизлияниях, выставил перед ним ладонь.

– Достаточно, я все понял. Ключ?

– Пожалуйста, – маклер осторожно в ладонь блеснувший тусклой латунью брелок с двумя ключами (от верхнего и нижнего замков). – Один экземпляр остается у меня, другой у хозяйки. Но вы не переживайте. Я сюда ни ногой. Хозяйка предварительно свяжется с вами, прежде чем захочет зайти в квартиру.

– Уже радует, что без моего разрешения здесь никого не будет, – я усмехнулся. Не горю желанием внезапно увидеть незнакомого человека в тот момент, если в гости захочу пригласить девушку. – У вас все? Документы подписаны, аренда оплачена на два месяца вперед, комиссионные – тоже. Всего хорошего.

Маклер торопливо выкатился из квартиры, а я с облегчением захлопнул дверь и передвинул защелку замка, чтобы язычок вошел в паз. Все, закрылся, отгородился от внешнего мира. Можно и расслабиться. Первым делом разложил свои вещи в шкафу по полкам. Рюкзак забросил на самый низ. Из оружия у меня был только пистолет, который я мог и должен носить постоянно согласно предписания. Свой автоматический карабин и боеприпасы остались в части, в оружейке казармы. На службу необходимо приезжать по вызову или в случае заступления в наряд. Все остальное время – личное. График нарядов на текущий месяц я переписал себе в блокнот. Выходило, что придется съездить в часть десять раз, не считая срочных вызовов на задание или по каким-то другим случаям. Отлично. Не знаю, почему сразу не сообразил переехать из казармы на квартиру. Контракт не привязывал меня жестко к одному месту. Главное, будь на связи и никуда не пропадай.

Получается, у меня времени навалом. Можно и Алику навестить. При мысли о девушке вдруг потеплело в груди. Я боялся сознаться себе, какие чувства испытываю к дочери лесника. Явно не простые или дружеские. Между нами промелькнуло нечто большее, чем простой интерес. И ведь мы оба поняли, что нас потянуло друг к другу. Такое не забывается и не игнорируется.

Переодевшись в легкий хлопчатобумажный домашний костюм, я занялся клинком. До сих пор не знаю, к какому типу оружия отнести найденный артефакт: к короткому мечу или длинному кинжалу? Вытащил его из рюкзака, внимательно осмотрел ножны, поражаясь искусству чеканки. Серебряные чешуйки тщательно пригнаны друг к другу, и даже зазоров между ними не видно. Потянул на себя ручку ножа и залюбовался клинком. В простоте всегда заключается красота. Мне показалось, что металл потеплел в руках, а на рукояти ожила змея, зажегши свои рубиновые зрачки. Взмахнув клинком, с удовольствием послушал свист рассекаемого им воздуха. Отличная балансировка, ладонь как будто влилась в рукоять, стала единым целым. Неужели оружие признало меня хозяином? Поднес нож к глазам и встретился со своим отражением в матовом блеске металла. Вздрогнул. Показалось, что на меня взглянул человек из прошлого, майор Прохоров. Артем Васильевич. Честь имею.

– А я уже и лицо свое забыл, – потрясенно пробормотал я. Метаморфоза была настолько быстротечна и невероятна, что все увиденное я отнес на счет усталости. День оказался бурным и суетным.

С щелчком вогнал клинок в ножны. Где спрятать артефакт? В квартире слишком мало вариантов, и опытные спецы, которые обязательно наведаются сюда в скором будущем по приказу Мирона, перевернут все вверх дном, простучат стены и полы, вскроют все ниши, которые обнаружат. Да еще проще: положат на середину комнаты амулет, который считывает магические искажения пространства – и прощай, оружие.

С собой носить постоянно? Глупо. Ладно, попытка – не пытка. Спрячу. В любом случае артефакт завязан на моей крови. Пусть постараются убить, прежде чем завладеть кинжалом. Я слышал о разных страшилках, что происходит с теми, кто пытается забрать чужое оружие, завязанное на крови, если хозяин до сих пор жив. Во всех случаях похитители погибали странным образом: кого пуля срезала, кто под нож хулиганов попадал, кто в аварии погибал. Не тянул с переходом в мир иной, в общем.

Тщательно осматриваю свою берлогу. Жилая комната отпадает. Здесь просто негде спрятать находку. В стенах и в полу нет полых пространств, но там и будут искать в первую очередь. Балкон? Тоже не стоит. Так же забраковал туалет и ванную. А вот на кухне меня привлек длинный стол тумба со шкафчиками, протянувшийся от одной стены до другой. Видно, хозяйка готовила на нем, вся поверхность потерта и носит следы ножа. Я открыл шкафчик и задумчиво посмотрел на нижнюю полку, лежащую на уровне пола. Скорее, даже не полка, а нижняя часть шкафа, чтобы продукты или кухонная утварь не стояла на полу. Выгреб наружу пакеты с макаронами и мукой, оставшимися от предыдущих жильцов. Поглядел на полку и подцепил кончиком егерского ножа ее край. Крашеная под цвет шкафа доска приподнялась, открывая небольшое пространство, куда легко уместился артефакт. Теперь тщательно закрываем, возвращаем продукты на место. Но все эти потуги я считал зряшными и ребячьими. Кого хочу обмануть? Если Мирон использует амулет поиска, кинжал найдут через пять минут.

Надо искать надежное место, пока нахожусь на службе у Демидова.

Спрятав артефакт, я занялся ужином. Залил старенький чайник водой и поставил его на плиту греться. Надо бы купить электрический, отметил я важную деталь быта. И пока он закипал, открыл банку мясных консервов, нарезал колбасы, свежих огурцов и помидор. Уселся на скрипучий табурет, выложил на стол тряпицу, в которой были завернуты персти. Глядя на тускло сверкающие камни в обрамлении темно-серебристого металла, я переводил взгляд с одного перстня на другой. Какую силу они в себе несут? Что означает форма этих артефактов? Не просто же так древний умелец отливал их, придавая каждому оригинальность? Квадрат, овал, треугольник… Непонятно.

Надел персти на пальцы – один за другим – и стал подспудно ожидать чего-то необычного. Наконец, весь комплект оказался на руке. Подняв кисть, я приблизил ее к себе, вглядываясь в поблескивающие грани драгоценных камней. Ожидая, что магия проявит себя во всей красе, я выставил руку вперед и сжал пальцы в кулак.

Браслеты возмущенно отреагировали на близкое соседство с магическими предметами совершенно неожиданно. Они обхватили запястья ледяным холодом, распространившимся до самых плеч; ярко заалели руны, переливаясь всполохами огней, пробегающими искорками, подобно праздничным новогодним гирляндам на фасадах домов. внезапно холод исчез, уступив место теплой волне эйфории, захлестнувшей меня. Странные образы, доселе мне незнакомые, стали возникать перед глазами. Люди, невиданные звери, сценки из жизни, где мелькали светлолицые бородатые мужчины, прекрасные девушки и женщины с роскошными длинными волосами, всепожирающий огонь, несущийся по верхушкам деревьев, блеск стали и хищные оскалы каких-то странных существ, несущихся лавиной по холмистой равнине…

Воздух вокруг внезапно сгустился – руку больно свело от судороги. И ярко полыхнуло перед глазами фиолетово-сиреневой вспышкой. С противным хрустом нечто странное влетело в стену, а я грохнулся со стула на пол от неожиданности.

– Мля! – только и удалось вымолвить, глядя на осыпавшуюся штукатурку и большое черное пятно, воняющее какой-то кислятиной. – Экспериментатор хренов!

Звуки окружающего мира обрушились на меня. На печке вовсю пыхтел чайник, звонко хлопая подпрыгивающей крышкой; где-то ревел ребенок; с улицы неслось бренчание гитары. Я поднялся, приоткрыл окошко, чтобы выветрить неприятный запах, снял с печки чайник. И пока механически закидывал в себя пищу, находился в состоянии шока, четко осознавая, что заполучил не просто богатство, а какое-то магическое оружие.