Текст книги "Колояр. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 65 страниц)

‑ Свали, Федька! Скажи им, что стрелять буду, если дернутся в мою сторону!

Разведя руками, Федька вернулся за угол дома. Он не совсем дурак быть прокладкой между стрелками. Ну их, нафиг!

‑ Что вы нашли в раскопе? – до охранников дошло, почему парень, спрятавшийся в сарае, ведет себя совершенно неправильно.

‑ Не знаю, честно. Мы, когда увидели приближающийся патруль, сразу ломанулись от раскопа. Я успел вытащить Кирюху наверх, но что в его руках было – не видел. Пытался выяснить, но он ничего не сказал!

‑ Ладно, отвали, – жесткий толчок в плечо отбросил Федьку подальше. – Стой здесь и не вздумай бежать. Поймаем – пожалеешь, что родился.

‑ А что вы хотите? – почувствовав неладное, спросил парень. Он успел заметить, как егеря схватились руками за что‑то на груди. Наверное, активировали амулеты. У каждого княжьего бойца есть подобная защита. Как‑никак с древностями дело имеют. Артефакты не всегда дружелюбны к людям.

Оба дружинника по молчаливому знаку старшего разбежались в разные стороны, используя развалины парников, грядки и кусты одичавшей малины в качестве прикрытия. Оставшийся рядом с Федькой охранник клацнул затвором автомата, и металлический звук в рассветной тишине прозвучал как сигнал к действию. Снова живот скрутило от дурного предчувствия, вдобавок и зубы заныли.

Рация, висевшая на жесткой клипсе на левом кармашке дружинника, внезапно зашипела.

‑ На позиции, – сухо выплюнул динамик.

‑ По моей команде – сближение, – сказал охраняющий Федьку боец. – Стрелять только поверх головы. Надо выкурить его из сарая.

‑ Принято.

Федьке захотелось закрыть уши, но не успел. Прогрохотала короткая очередь. Над дверью сарая доски разлетелись ошметками трухлявых щепок. Прижавшись спиной к бревнам, он шепнул какую‑то молитву богам, слышанную им в детстве от бабки. Даже удивительно, как память смогла удержать слова и снять их с пыльной полки. Было жутко. Снова прогремела очередь. Дружинники били короткими, постепенно приближаясь к сараю. А Кирюха молчал. Неужто убили шальной пулей?

Выстрел из дробовика прозвучал хлестко, как приговор нажавшему на курок. Боец, прикрывавший своих напарников, покачал головой и сказал в пустоту:

‑ Твой кореш – конченный дебил. Сам себя в могилу загоняет. Что же такого он нашел в раскопе? Смелый до усрачки, первый раз такого встречаю. Обычно все штаны мочили и лапки кверху поднимали.

И Федька ему охотно поверил. Нельзя не поверить, когда такое говорит мощный плечистый мужчина с лицом человека, готового к самому неприятному повороту событий. Надо нажать на курок, чтобы разнести башку дураку – сделает этот.

Федька с любопытством уставился на небольшую коробочку, появившуюся в руках дружинника, на поверхности которой перемигивались несколько рядов светодиодных лампочек разного цвета. Сейчас вся верхняя шкала была залита нежно‑зеленым цветом, но постепенно переходила в желтый. Боец выругался.

‑ Он артефакт активирует, что ли? Парни, осторожно! – заорал он, не таясь.

Цвет шкалы мгновенно прыгнул на красный. Прохладный воздух, только что обнимавший разгоряченного от страха Федьку, вспух фиолетовым выхлопом. Наступила жуткая тишина, давящая на перепонки. А потом…

Мощнейший взрыв буквально снес остатки крыши с дома, ставшего прикрытием для Федьки и старшего бойца. Волна обжигающего воздуха пронеслась мимо них, вырывая из земли сухой бурьян, поднимая вверх прогнившие жерди заплота. Встретив на своем пути машины, она играючи перевернула «орион», а внедорожник сдвинула с места, после чего унеслась к холмам.

Федька не понял, как оказался на земле. Осторожно подняв голову, он с ужасом увидел, что сарай, ставший прибежищем для Кирюхи, перестал существовать. Как и сгнившие парники, грядки, кусты и деревья. Даже угол старого дома был срезан невидимой гигантской пилой, отчего строение опасно перекосилось.

«Жив! – пронеслось в голове у Федьки. – Валить отсюда надо!»

Рядом с ним зашевелилась непонятная куча из бурьяна, досок и земли, под которой оказался оставшийся в живых боец. Мужик сел, очумело, глядя по сторонам. Из одного ужа темной струйкой вытекала кровь.

‑ Ах ты ж…, ‑ с трудом ворочая языком, пробормотал он и зашарил пальцами по клапану кобуры. Федька почувствовал неладное. – Убью, гнида!

‑ Эй, эй! Хорош! – заорал Федька, выставляя перед собой руки. – Я‑то здесь при чем? Сам чуть не сдох!

‑ Встал на колени! – завопил в свою очередь егерь. – Быстро, падла!

В этот момент раздалось тарахтение моторов, и на оголившийся пятачок вывалились два легких багги, в каждом из которых сидели по паре княжеских дружинника.

‑ Матюха! – с одного из них соскочил высокий подтянутый мужчина в камуфляжном костюме с обвесом, в котором кроме пистолета ничего не было. – Ты почему по рации не отвечаешь? Что за взрыв был?

‑ Старшина! – дружинник поднес к уху ладонь и поморщился. – Один из копателей активировал мощный артефакт. Назначение неизвестно. Не знаю, что с группой. Возможно, погибли.

‑ Осмотреть место! – приказал старшина остальным. – Все тщательно проверить через магический анализатор. Вещдоки, материальные доказательства применения магии – собрать, сфотографировать. Начинайте! В первую очередь пострадавших найти! Так, а это что за гусь? Тоже копатель?

Старшина подошел к стоящему на коленях Федьке и бесстрастно пихнул его коленом в плечо. Парень едва не завалился на землю. – Живо отвечай: что нашли в раскопе?

‑ Да не знаю я, – устало ответил Федька, – Ничего не знаю. Я был наверху, на палеве. Кирюха вообще ничего не сказал. Сразу в машину – и деру.

‑ Этого голубчика под охрану! Глаз с него не спускать! Утром отправим в Торгуев на дознание. Где вели раскоп, сможешь показать?

‑ Смогу.

‑ Отлично. Покажешь, расскажешь. Сейчас закончим здесь – поедем.

‑ А где Кирюха? – еще не придя в себя, глупо спросил парень.

‑ Дружок твой на молекулы рассыпался, сука! И ребят погубил! Уроды, даже не знаете, что из земли достаете, любители херовы!

Мужик снова занес ногу, чтобы пнуть съежившегося копателя.

‑ Истерику прекрати, Матюхин! – рявкнул командир. – Живо за работу! Протокол, фотографии, показания приборов. Нужно доложить князю, что здесь произошло.

Часть первая. Телохранитель.

Глава 1

 Трость, мерно вращающаяся как лопасти ветрогенератора, стала набирать обороты. Мне с трудом приходилось контролировать бешеную энергию, рвущую из пальцев симулякр, превратившийся из кинжала в длинную лакированную трость с набалдашником. Рассекая воздух с гудением рассерженного шмеля, Ясни демонстрировал свою неукротимость и желание трансформироваться во что‑то более серьезное и убийственное. Но я не давал ему такой возможности, с каждым разом подчиняя себе древний своенравный артефакт.

Постепенно набрав инерцию, трость превратилась в едва видимую мерцающую окружность. Налившиеся в нестерпимой энергии камни переливались всей цветовой гаммой. Теперь нужно очень осторожно расслоить Стихии по разным направлениям, но не одновременно. Иначе меня унесет за пару километров от места тренировки. Все приходится делать самому, используя в качестве эксперта своенравного Ясни – то еще фантомное чудо. Капризное, к тому же. Если есть настроение – появляется в виде мерцающей фигуры и охотно учит меня некоторым приемам.

Основ магической науки, увы, я от него не дождался. Так, некоторые крохи, которые сейчас использую в практических занятиях. Но меня можно поздравить: я научился распределять Стихии по разным каналам, не смешивая их. А то недавно хохма была: слил каналы Воздуха и Воды воедино. На следующий день в новостях взахлеб рассказывали о небывалом дождевом фронте, пронесшимся над Торгуевым и окрестными поселками и деревнями. Главное, маги‑погодники совсем не ожидали, что с востока прилетит дурная туча с тоннами воды.

Ко мне приехали два учтивых господина из Комиссии по магическому надзору и мягко (на первый раз) пожурили за ребячью выходку. Никто, слава Богам, не пострадал, кроме животноводческой фермы на окраине города. Там водные потоки вырыли двухметровый овраг прямо на ее территории. Дело замяли. Подозреваю, что без Щербатова не обошлось. Ржал, наверное, когда выслушивал жалобы пострадавших.

Я овладевал Стихиями постепенно, не смешивая их без надобности, и все равно понимал тщетность своих попыток стать истинным хозяином своих магических способностей. Мало того, теперь приходилось проводить боевые испытания каждой из Стихий по отдельности. Равномерное жужжание вертящейся трости постепенно настраивает меня на решительность. Я начинаю видеть с помощью магического зрения потоки энергий. Светло‑лазоревые дрожащие ниточки Воздуха, крутясь по часовой стрелке, сплетаются в плотную косичку и уверенно тянутся в пространство; желтовато‑коричневые протуберанцы Земли как ошалевшие от испуга птицы, мечутся в разные стороны, но подчиняясь каким‑то своим физическим или магическим законам, остаются строго в своем секторе; багрово‑оранжевые искры Огня самые красивые и опасные, завораживают звездной россыпью на темном фоне; бледно‑голубая Вода спокойна и умиротворена.

Решительно вздохнув, направляю энергию земной стихии в небольшой холмик, поросший густым кустарником и деревьями черемухи. Пространство вокруг меня едва заметно вздрогнуло, а из трости выплеснулась неряшливая клякса, которая с басовитым гудением понеслась к цели, теряя свои очертания в полете.

Бугдум! Тело ощутило вибрацию воздуха, полы моей куртки взметнулись как крылья птицы и опали, пропустив излишки энергии через себя. С деревьев посыпались листья, кустарники же согнуло чуть ли не до земли.

Не останавливаюсь и формирую кляксу из водных пузырьков, которые в полете начинают вытягиваться и образовывать довольно опасную конфигурацию в виде наконечника копья или лезвия. Неожиданно произошли какие‑то изменения в структуре материи – и в холм ударили ледяные сосульки, войдя в плотный дерн чуть ли не на половину.

Я сбился с ритма, и гудящая сфера исчезла. Пропало ощущение восторга и мощи, черпаемой из недр своего организма. Сразу исчезли краски окружающего мира, наступило опустошение.

‑ Вот это крутяк! – раздался мальчишеский голос из небольшого подлеска с западной стороны, который закрывал мои земли от проходящей в трех километрах от имения автомобильной трассы.

Я побледнел и медленно повернулся, силясь разглядеть зрителя. Вижу только желтое пятно, мелькающее в пышных зарослях молодых елочек.

‑ А ну‑ка, выходи с поднятыми руками! – закричал я, унимая бешено бьющееся сердце. В моих неопытных руках любой сбой в плетении мог закончиться плачевно для зевак. Потому и выбрал уединенное место подальше от строительной площадки, где вовсю шло возведение моего родового гнезда. Надеялся, что здесь никто меня не потревожит. Ага!

Из‑за деревьев показался вихрастый мальчишка в желтой футболке с какими‑то неяркими рисунками, больше похожими на брызги краски, в тонких спортивных штанах и в потертых бутсах со сбитыми носками. В руке он держал пластиковый бидон с закручивающейся крышкой. Лицо простецкое, горит восторгом. Я сдержался и не стал орать. Жив – и ладно.

‑ Сюда подойди, – я поманил его пальцем. – Да иди, не бойся. Бить не буду, в лягушку не превращу.

Последнее обещание воодушевило единственного зрителя. А то испугался, что после восторженных воплей получит люлей от страшного мага.

‑ Здрасьте, – мальчишка с любопытством уставился на меня, мгновенно просканировав с головы до пяток.

‑ Здорово, шпион! – я придал голосу звуки рушащихся с горы валунов. – Ты кто такой? Откуда взялся? Что вообще делаешь на частной территории? Знаешь, чьи земли здесь?

‑ Знаю, – пацан смешно сморщился от солнца, выглянувшего, наконец, из‑за молочной пелены облачного утра. – Волоцкие здесь живут. Батька сказал, что молодой барин вернулся, дом строит. А я из Лукашино. Деревня тут неподалеку, возле дороги.

‑ Зовут как?

‑ Васька Шамарин. Мой отец в автослесарке работает.

‑ Сюда зачем пришел?

‑ Так воды набрать, – мотнул головой Васька. – Здесь родничок есть, вода вкусная. Бабка просит иногда, чай варит, глаза промывает. Полезная очень.

‑ И где он? – заинтересовался я.

‑ Да за холмом, куда вы ледяные копья метали! Я как раз туда и шел, потом увидел, как вы тренируетесь, и решил посмотреть.

‑ Ладно, хватило ума не лезть туда! – проворчал я, остывая. – Ты понимаешь, что мог попасть под магический удар! Мало того, сам чуть не пострадал, так еще и мне помешал закончить комплексную тренировку. Выдрать бы тебя прямо здесь!

‑ Я же не знал! – Васька удивленно захлопал глазами.

‑ Что ты не знал? – надо пацана немножко припугнуть, чтобы в следующий раз не лез бездумно через лес прямо под боевое кастование. – Не знал, что здесь частная территория? Врешь, паразит! Хозяин приехал – сейчас наведет порядок. Огородит все здесь, штрафы введет! Хочешь, чтобы батька за тебя расплачивался? Воды им захотелось! Все! Лафа кончилась, Шамарин Василий!

‑ А вы маг боярина? – любопытство перло из мальчишки, несмотря на мою грозную речь. – Говорят, в каждом дворянском Роде есть маги разных уровней.

‑ Архимаг, – не страдая скромностью, решил себе присвоить второй ранг. А что? С кинжалом Ясни можно и на звание архата замахнуться. Эх, мечты.

‑ Ого! – глаза Васьки полыхнули. – Покажите пару приемчиков? Ну, таких…простых.

‑ Простых…, ‑ ворчу я. – Не могу. Я – боевой архимаг, работаю с плетениями, а не с живой материей (и как бы я превратил пацана в лягушку, интересно?). В общем, давай‑ка, топай отсюда. Набирай воду – и вали домой. Если в следующий раз бабка вздумает чай попить из чужого родника – лучше предупреди меня заранее. А то хозяин сердиться будет. Нельзя здесь просто так бродить. Запрещено.

‑ А где вас искать?

‑ Где стройка – там и ищи, – подсказал я. – Я здесь часто бываю, контролирую рабочих по приказу господина Волоцкого. Понял?

‑ Да.

‑ Ну, тогда иди к роднику. Потом – домой.

Пацан чуток разочарован, я вижу. Но ничего поделать не могу. Неквалифицированный маг хуже обезьяны с гранатой. Угроблю пацана во время демонстрации какого‑нибудь фокуса… Нет‑нет.

Васька исчез за холмом, а я, вздохнув, пошел к «хорьху», ждущему меня на проселочной дороге, уже вычищенной и пригодной для проезда легкого транспорта. Там тоже следует поставить предупреждающие знаки. С самой весны здесь такая активность ведется, что народ с близлежащих поселков и деревень потянулся посмотреть, обеспокоенный шумом самосвалов и экскаватора. Узнав, что вернулся молодой хозяин имения, многие озадаченно чесали затылки. Не знали, что сказать.

Многие ведь приложили руку к разорению сгоревшего особняка и хозяйственных построек. Чуют за собой вину. Теперь живут в напряжении, что я начну за разор судиться. А мне оно надо? Да и как доказать, что именно такой‑то и такой‑то таскали кирпичи под покровом ночи на своих тележках? Глупости. Но пусть боятся. Полезно для будущих отношений.

Я сел в машину и погнал к имению, где кипела стройка. Компания трудилась ударно, возведя полностью первый этаж. Площадка была заставлена штабелями кирпича, плитки. Отдельно горой лежала арматура, гудела автономная бетономешалка. В общем, полюбовался я на свое будущее жилище, поговорил с прорабом. Семеныч, как все его здесь называли, был опытным строителем, за плечами у которого не один возведенный объект для аристократов. Так что он знал, как не расстроить клиента. Более того, посоветовал мне не мелькать здесь и не раздражать работяг. К осени здание будет полностью возведено, площадка убрана и замощена. Все коммуникации – по плану.

‑ И когда мне можно будет приезжать? – с усмешкой спросил я напоследок. – Тебе звонить?

Семеныч весело хохотнул и как бы в шутку ответил:

‑ Да одного раза в неделю хватит. Так, чтобы моих пацанов в тонусе держать.

‑ Договорились, – я пожал прорабу руку и поехал домой, то бишь в гостиницу, где продолжал жить, упорно отвергая предложения Щербатова переехать в какой‑то загородный флигель, ничем не уступающий княжеским хоромам по комфорту.

Уже поздно вечером после ужина, сидя в кресле с бутылкой пива в руках, внимательно изучал узоры на ножнах кинжала. Телефон, лежащий на журнальном столике, отчаянно запиликал. Я с неудовольствием посмотрел на вызов. Хм, Мирослава собственной персоной. Что ей вдруг приспичило со мной поговорить? Или случилось нечто, и требуется мое присутствие?

Чего гадать?

‑ Да, хозяйка, – пряча усмешку, отвечаю в гулкую тишину.

‑ Прекрати паясничать, Волоцкий! – тон девушки слегка повышен, чувствуется, нервничает. И слова как‑то странно растягивает. Да она под хмельком! – Ты сейчас где?

‑ У любовницы, – сбиваю княжну с агрессивного настроя.

Удалось. На несколько секунд зависает тишина. Потом взрывается возмущенным воплем:

‑ Какая любовница? Что за шутки идиотские?

‑ Мне нельзя уже и девушку завести? – пробормотал я в сторону, а потом снова бросил в трубку заледеневшим голосом. – У меня выходной. Сейчас ложусь спать, чтобы быть в конторе с раннего утра. Довольна?

‑ Хватит, а? Ты сможешь сейчас приехать в «Оранжерею»?

‑ Что я там забыл? – странная просьба Мирославы удивила.

‑ Меня! – раздраженно крикнула девушка. – Ну, пожалуйста! Я сейчас в таком состоянии, что за руль не сяду! А если папка узнает – он же меня, как лягушку из анекдота, наизнанку вывернет…ик! И вообще, мне кажется, кто‑то за мной следит с самого города! Черный «скиф» всю дорогу тянулся за моей машиной, и сейчас стоит возле ресторана!

‑ Чтоб тебя волколак…, ‑ я едва сдержал мат. – Кто это такие? Разглядела хоть что‑то?

‑ Да ничего такого страшного, – язык у Мирославы стал заплетаться. – Мы все равно здесь с девчонками зависаем, но многие разъехались.

‑ Из наших кто знает?

‑ Только Лапочкина. Она обещала прикрыть меня, если папка начнет искать. Короче, Волоцкий, хорош трепаться, а? Приезжай. Мне нужно протрезветь и утром с ясной головой идти в контору. Там же куча документов скопилось по транзитным потокам из Швеции!

Вот же дурочка! Начала трепаться не по делу, сейчас нам не хватало еще, чтобы пошла утечка информации!

‑ Амулеты здоровья примени, в конце концов, – я едва сдерживался, чтобы не заржать. Это же надо так: пробухать весь вечер в загородном клоповнике, забить на свою работу и иметь наглость отрывать меня от законного отдыха.

‑ Умный, да? – задышала праведным гневом Мирослава. – Забыла дома. Ну, что ты деревянным прикинулся? Приедешь?

‑ Хорошо, жди меня и не высовывай нос из этой норы… Кстати, а где ты сейчас? Почему такая тишина?

‑ В туалете, а что? Здесь никого нет, музыка не мешает.

‑ Да ничего. Не вздумай на улицу выходить. Сиди в зале и не дергайся.

«Оранжерея» – это такой молодежный тусовочный клуб для аристократов. Я бы назвал его местным клубом клана Щербатовых. Там собираются ребятишки дворянского сословия, чтобы славно покутить на природе, покупаться в шикарном открытом бассейне, потанцевать. Глядя на это великолепие, не хочется ругаться, но надо. Я знаю, что там мажоры принимают наркотики, курят галлюциногены и прочую дрянь. Не хватало, чтобы и Мирослава втянулась в это дерьмо. Девушка мне нужна здоровой и с ясной головой. Так что ехать придется.

‑ Я буду через час. Воды побольше попей, сушняк, поди, долбит? И не жри всякую дрянь, которую вы любите давать друг другу.

‑ Дурак ты, Волоцкий! Как с княжной разговариваешь! – связь оборвалась.

Вот не знаю, ругаться или нет? Возись с этой взбалмошной барышней, свой выходной теряй. Ну, не зря же князь Щербатов свел нас вместе, зная характер своей доченьки. Досадить таким образом решил, а заодно провести эксперимент: укрощу ли я девку или она первой у меня всю кровь выпьет?

Делать нечего. Собираюсь с сожалением. Недопитое пиво уходит в холодильник. Натягиваю на себя простецкую и свободную одежку, чтобы в случае конфликтной ситуации никакие пиджаки и узкие брюки не мешали. Симулякр привычно повисает на металлической клипсе в кармане. На руках пара перстней: ведущий с сапфиром и алмазный. Для небольших кастований вполне хватит. А на кулаках я и без магии справлюсь.

Аккуратно выехал со стоянки, перекинулся парой слов с охранником, который открыл мне ворота и пожелал приятного времяпровождения. Молодец, никаких вопросов. Здесь многие стараются лишний раз не болтать. Не знаю, по какой причине. Боятся княжеских стукачей?

До «Оранжереи» я доехал быстрее, чем планировал. Дорога пустая, никто не мешает. Гони да гони. Осветив фарами стояночный комплекс, сразу же заметил тот самый «скиф» – темно‑серый внедорожник, на котором только на рыбалку кататься. Стоит себе в сторонке, на площадку не заезжает. Успел заметить три силуэта внутри.

Припарковался, заглушил движок и пару минут обдумывал ситуацию. Кто это может быть? Люди князя? Кто‑то доложил папаше, что дочка крутится в не в самом порядочном месте? Интересно мне, знает ли Щербатов о дурной репутации «Оранжереи»? Должен знать. Тогда почему не чистит эту клоаку? Свои интересы есть? Вполне себе версия.

Вышел из машины, захлопнул дверцу и неспеша направился к странному внедорожнику. Подошел со стороны водителя, постучал костяшками пальцев по стеклу. Темное полотно дрогнуло и скользнуло вниз. На меня смотрел молодой парень с мордой, которая в образовавшуюся щель никак не пролезет. Упитанный парень, плечи борцовские, пальцы, обхватившие баранку, похожи на сардельки.

‑ Чего надо? – недружелюбно спросил он.

Я мгновенно зафиксировал остальных. Четверо. Ошибся с количеством. Один спит, уютно сползши вниз по сиденью и положив голову на дверцу. Рядом с ним застыл низкорослый и худощавый тип. Значит, резким должен быть. Мелкорослые всегда такие, особенно жилистые. На соседнем с водителем сиденье такой же «борец», как и тот, который сейчас на меня смотрит.

‑ Закурить не найдется?

‑ Свои иметь надо, – ожидаемо ответил водила и закрыл окно.

Намек понятен. Отошел от машины и направился к заведению, откуда через открытую дверь несутся бешеные ритмы танцевальной музыки. Мне перегородил дорогу охранник с шокером на ременном поясе. Активно работая челюстями, сминающими жвачку, он поинтересовался целью моего визита. Ну, да, почему бы не возомнить себя вершителем чужих судеб, если посетитель приехал на скромном немецком «хорьхе».

‑ Я за княжной Щербатовой, – с легкой улыбкой ответил я, держа руки в карманах куртки. – Можно ли мне забрать ее?

‑ Кто вы, сударь? – несмотря на странную ситуацию, охранник держался спокойно, вежливо, не быковал. – И с чего вы взяли, что Мирослава Борисовна находится здесь?

‑ Дурочку не включай, – добродушно улыбаясь, ответил я. – Она просила меня заехать за ней и забрать домой. Или ты хочешь лишиться места?

‑ Шли бы вы отсюда, сударь, – охраннику стало не по себе. Внутренний голос шептал ему пропустить незнакомца, но служебные инструкции не позволяли таких вольностей. Аристократическая молодежь не любит, когда их тусовку ломают посетители в неподобающей месту одежке. Явно мещанин пробует прорваться внутрь. – Ей‑богу, не имею права пускать вас.

‑ Не пустишь? – я сделал еще один шаг по лестнице и вытащил руки из карманов.

Охранник дернулся и застыл в неприятной для него позиции: рука на полпути к шокеру. Сверкнувшие в свете фонарей камни в перстнях выключили его мозг. Он даже не знал, что делать. Я похлопал ретивого служаку по щеке и вошел внутрь. На меня тут же обрушился шквал мерзостного звука, принимаемого некоторыми за музыку.

Поморщившись, огляделся в поисках Мирославы, но в сверкающей стробоскопическими вспышками темноте невозможно было рассмотреть что‑либо, кроме мельтешащих теней.

Пришлось ловить официанта, который шел куда‑то с парой коктейлей в руках.

‑ Братец, а где мне княжну Мирославу найти?

‑ А она в кабинке сидит, – неопределенно мотнул головой парень.

‑ В какой? – я что‑то притомился объясняться с каждым работником этого гадюшника.

‑ Подождите, сударь, я покажу, – что‑то в моем лице официанту не понравилось, и он быстро смылся. К его чести, вернулся быстро. – Пойдемте.

Парнишка провел меня между бушующими волнами танцующей молодежи в небольшой закуток, отличающийся большей тишиной и наличием четырех огороженных кабинок. Постучавшись в одну из них, он кивнул мне и испарился, словно боялся попасть под гневную руку княжны Щербатовой.

Я не стал дожидаться разрешения, жалея о потраченном времени. Толкнул хлипкую дверцу и вошел внутрь. Быстро оценил ситуацию. За круглым столиком сидят три прилично поддатые девицы. Мирослава среди них, хвала Богам!

‑ Ой, красавчик какой! – восхищенно хлопая глазами, пьяно засмеялась одна из девиц в зеленом коротком облегающем платьице, сидевшая на боковом диванчике. – Ты кто, мальчик?

‑ Дедушка Мороз, – ответил я, отчего Мирослава хихикнула. – Подарков у меня с собой нет, а вот Снегурочку заберу.

‑ А кто Снегурочка? – игриво спросила вторая, миловидная рыженькая, сидевшая рядом с княжной. – Я согласна быть ею!

‑ Угомонись, Ирина! – толкнула ее в бок Мира. – Сегодня Снегурочка – я!

И она, выкрикнув какой‑то клич, воздела руки вверх. Девчонки захлопали в ладоши и предложили мне присоединиться к ним. Цирк на палочке, блин!

‑ Нам пора, – напомнил я мягко. – Извините, барышни, но я забираю Мирославу Борисовну.

Я ожидал увидеть упертую девчонку, даже готов был применить силу, чтобы увести отсюда свою начальницу, но Мирослава встала и шагнула из‑за стола. Бутылка, попавшая под ее нетвердую руку, с грохотом упала на пол.

‑ Пока, девочки! – она послала подружкам воздушный поцелуй и вцепилась в меня как весенний клещ. – Уф! Штормит‑то как!

На княжне было короткое черно‑серебристое облегающее платье, и такие же, в тон, туфли на высоком каблуке. Ступая по полу, она неоднократно подворачивала ноги и едва не падала, удерживаемая лишь моей твердой рукой. Похохатывая, Мирослава успевала перекинуться с кем‑то парой слов, обещала встретиться попозже – в общем, я употел, пока тащил младшую наследницу клана к выходу. Стыдоба! Завтра по углам начнут шептаться, портить репутацию своему патрону – князю Борису.

Охранник выпучил глаза от такой картины, и в его мозгу что‑то щелкнуло, передвинув мыслительный процесс в ненужную для меня сторону.

‑ Стоять! – решительно перегородив мне путь, сказал парень. Шокер взлетел вверх, направляясь в мой подбородок.

Тело мгновенно среагировало на опасность. Модификаторы послали импульсы всем нужным мышцам через нейроны, готовя своего носителя к боевому ритму. Вместе с повисшей на руке Мирославой я отклоняюсь назад чуть ли не до хруста в позвонках, умудряясь сохранить равновесие, и перехватываю свободной рукой запястье с травматическим оружием. Скручиваюсь вбок и дергаю охранника на себя с одновременной подножкой. Парень летит носом в дверь и с грохотом открывает ее своей глупой головой.

И тут очнулась Мира.

‑ Болван! – завопила она. Остроконечный носок туфли врезается бедолаге в ребра. – Идиот! Ты что творишь? «Волчий билет» захотел, придурок?

‑ Княжна, простите меня! – охранник даже не думал вставать, получая очередной тычок.

‑ Хватит! – рявкаю я, выведенный из себя дурацкой ситуацией. Уже все надоело. Беру в охапку девушку и тащу ее к своей машине, краем глаза отмечая оживление в салоне внедорожника. По спине пополз холодок, отдающий неприятным жжением в крестце. Это появилось у меня совсем недавно, как я стал ощущать токи своего Дара. Магия помогает мне ощутить опасность, исходящую от чужой машины. Кто же это такие? Залетные?

Я открыл дверь и помог Мире сесть в кресло, заботливо застегнул на ней ремень безопасности, нечаянно проведя рукой по упругой груди, что резко снизило мою самодисциплину, сами понимаете. А хороша! Девушка спокойно перенесла мой косяк, но что‑то неразборчиво пробормотала.

‑ Все, сейчас поедем, – сказал я, когда сел за руль. Снова кидаю взгляд на «скиф». Пока ничего необычного. Никто к нам не бежит и не садит из стволов по машине.

‑ А моя машина? – вскинулась Мирослава. Голос уже чуточку протрезвевший.

‑ Я утром пошлю Гиви. Он заберет твою зверушку, – пообещал я. – Представляю, как обрадуется парень, когда сядет за руль «Мазератти»!

‑ Если разобьет – я его казню на городской площади, – кровожадно пообещала княжна. – Ох, как же я спать хочу!

‑ Ничего, скоро в своей постельке окажешься, – я стал разворачиваться, одновременно с этим контролируя «скиф». А ребятки‑то намылились за нами в самом деле! Черт, паскудство полное! Кто они такие? Какую цель преследуют? Ну, это понятно. Мирославу пасут. Но зачем?

Четверка во внедорожнике и не скрывала своих намерений. Как только я выехал с территории «Оранжереи», они увязались за нами и держались в пределах видимости. Попробовал оторваться – «скиф» тоже увеличил скорость. В голове проносятся десятки вариантов. Проехать, нарушая правила, под камерами, чтобы дорожная полиция среагировала? Или резко свернуть в какую‑нибудь подворотню? Город я знал назубок, кроме новых микрорайонов, растущих длинной кишкой в западном направлении. Щербатовский особняк находился в старом районе, так что можно и попробовать.

Кидаю взгляд на Миру. Кажется, задремала, откинувшись на кресле назад. Даже похрапывать стала. Нашим легче. Притапливаю педаль газа – «хорьх» заурчал сытым котом и рванул по пустынной трассе. Через пять километров начнутся дачные поселки. Именно здесь нужно поиграться с преследователями. Посмотрю, как будут реагировать.

Мимо пронеслись белые строения местного санатория, освещенные яркими фонарями. Густой подлесок врезался в его территорию, образовывая уютную зону отдыха. Но мне не до красот. Увеличиваю скорость. Шкала спидометра дернулась и перескочила за цифру сто. Где там наши недружелюбные ребята?

«Скиф» уверенно шел за мной, выхватывая светом фар из ночи мою машину. Вот уже показались огни дачных поселков. И мой «хорьх», словно хлебнув воды, закашлялся и резко стих. Его как будто вырубили на ходу. Мгновенно осматриваю приборную панель. Топлива хоть залейся. Рулевое колесо крутится, и я хотя бы могу контролировать движение, не съехать в кювет. Но «хорьх» обиженно снизил скорость и вскоре остановился.

‑ В чем дело? – совершенно трезво спросила Мирослава. Она, оказывается, уже не спала и с тревогой смотрела на мои потуги завести мотор. – Ты почему балуешься магией? Места другого не нашел?

‑ Магией? – я удивленно смотрю на девушку. – Я даже маленькое плетение за рулем не сотворю. Мне делать нечего?

‑ Кто тогда остановил машину? Ты?

Я все понял. На меня, точнее, на электрику воздействовали ударным плетением, потому что ни одна дальнейшая манипуляция не привела к результату. Мы остановились, а «скиф», снизив скорость, медленно подъезжал к нам.

‑ Так это те самые уроды! – в голосе княжны послышались нотки паники. Она лихорадочно дернула на себя бардачок и стала там рыться. – Демоны! Это же не моя машина! Дай мне телефон, я позвоню отцу!