Текст книги "Колояр. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 55 (всего у книги 65 страниц)

Но удержался, хотя корежило меня нехило. Подозреваю, что Ясни, как мог, поддерживал меня. Если бы он был живым человеком, лечение прошло не в пример быстрее, но фантом давал лишь часть своей слабой энергии, подпитывавшей ауру.

Князь Кирилл загнал машину на стоянку и приказал телохранителям отвести меня в номер. Двое амбалов, осторожно ступая за мной (я предупредил парней, чтобы они не вздумали хватать меня под руки), сопроводили до номера и пожелали быстрого выздоровления. Подозреваю, что бой с Колесниковым они тоже смотрели. Слишком уж уважительно ребята со мной обходились.

Оставшись наедине с собой, я разделся, с благодарностью помянув Целителя. Раны не беспокоили, к одежде ничего не прилипало. Скинув все с себя, залез под душ, настроил воду так, чтобы она была чуть теплой, и смыл с себя остатки грязи и пот. Аккуратно промокнулся полотенцем и только потом побрел в спальню. Вытащил симулякр и трансформировал его в кинжал. Без сил, голым хлопнулся на кровать и прижал к себе холодный металл ножен.

‑ Давай, дружище, помогай, – прохрипел я и провалился в забытье.

Главы 6, 7

Глава шестая

‑ Так может продолжаться всю жизнь, если не сможешь наладить нормальную работу точек энергетических выходов, – сердито втолковывал мне красивый юноша в ярком красном шелковом халате. Он сидел в кресле посреди пустой комнаты, оббитой бархатной темно‑зеленой тканью, закинув ногу на ногу. Юноша держал на руках пушистую черно‑белую кошку с изумительными голубыми глазами и почесывал ее за ухом. Кошка жмурилась от счастья и только посматривала изредка на меня, проверяя, внимательно ли я слушаю хозяина.

Хозяином, конечно, был Ясни. Этого въедливого друга я бы узнал в любом обличии. Интонации поучений одинаковы, тембр голоса тот же, вкрадчиво‑шепчущий.

‑ Как мне восстановить эти точки? – спрашиваю я, ощущая прохладу по всему телу. Самое забавное, что не могу окинуть себя взглядом. Опускаю голову и не вижу ничего, словно завис в густом тумане. – Мне нужен маг высшего уровня, архат. Но я не могу довериться никому, с кем нахожусь рядом.

‑ Зотов.

‑ Зотов имеет свой интерес, – возражаю я. – Может, он и хочет помочь мне, но держит в голове тот факт, что я обладаю древним оружием.

‑ Я с самого начала тебе сказал, что доверять ему можно, но до определенного момента, – хмыкнул Ясни. – Используй Зотова, получи то, к чему стремишься, и отбрось его в сторону. Потому что к тому времени он заползет тебе в душу, искушая многими знаниями. Но все это я могу сам дать, кроме выправления твоих искалеченных чакр. Мне не хватает… как это сказать…

Ясни в досаде щелкнул пальцами.

‑ Плотской осязаемости…. Грубое сравнение, но не могу подобрать. Мне нужно ощущать себя полноценным человеком, а не фантомом, как ты меня обзываешь.

‑ Обижаешься?

‑ Ни в коем случае. Зачем обижаться на правду? В общем, не дури, а попробуй сблизиться с Зотовым. Парень головастый, амбициозный. А ты не слишком‑то любишь заводить друзей, как я понял. Меняй себя. Удивительно, как ты с княжной поладил. Кстати, еще раз говорю, не робей, когда представится шанс…

‑ А ты куда собрался? – с любопытством спросил я, увидев, что Ясни встал с кресла.

‑ Не хочу мешать твоему посетителю, – ухмыльнулся фантом.

Комната свернулась клубами серовато‑желтого дыма, слизывая скудную обстановку вместе с креслом и драпировкой, и я очутился в непроглядной темноте. Странным образом она дышала, заставляя и меня медленно колыхаться, как на водном матрасе. Это было похоже на материнскую утробу, в которой младенец ждет своего рождения. Но в то же время сгустки боли пронзали меня, заставляя издавать стон.

‑ Я‑аар! – тихий мелодичный голос. – Ты меня слышишь? Я‑аар!

Выныриваю на поверхность реальности. Темная комната, освещенная мягким рассеянным светом из окна, закрытого легкой шторой; узкая полоска света, прорезавшая темноту спальни из коридора. И силуэт человека, сидящего на краю кровати. Его рука мягко ложится мне на голову, потом скользит ниже по груди и останавливается на животе. Сразу становится легко. Робкий ручеек энергии истекает из пальцев и распространяется по телу.

‑ Что ты здесь делаешь? – я уже знаю, кто это, и накрываю ладонью изящную руку Мирославы. – Как попала ко мне? Дверь сломала?

Короткий смешок.

‑ Меня попросил дядя Кирилл. Сказал, что ты умираешь, и перед смертью хочешь посмотреть на меня.

‑ Неразумно, – бормочу я, слабо сжимая ее пальцы.

‑ На улице две машины с охраной. На этаже еще четверо костоломов, – ответила Мирослава, склоняясь надо мной. Чувствую легкий запах духов и касание волос, накрывающих мое лицо. – Дверь открыли запасным ключом, я приказала.

‑ Утром убью администратора, – лениво пробормотал я. – Ты себя подставляешь. Князь Борис порвет меня как Тузик грелку, когда узнает, что ты ночью приехала к мужчине в гостиницу.

‑ Какой Тузик? – тихо хихикнула княжна. – Что за вульгарности, яр? Откуда только берешь их? Запомни, никто из персонала рта не раскроет. А отец знает. Он с дядей Кириллом после приезда с дуэли сели в гостевом зале и начали водочку вкушать.

Отправили меня сюда, спасать тебя. Расслабились после Костромы. Ладно. Закрой глаза…

‑ Зачем? – не понял я, но послушно прикрыл глаза рукой.

Вспыхнул ночник на прикроватной тумбочке.

‑ Чтобы глазам не было больно. Хочу на тебя посмотреть.

На Мирославе было платье кофейного цвета с мелким принтом в белый горошек. На шее поблескивала золотая цепочка, уходящая под горловину. Волосы частью собраны на затылке в незамысловатую прическу, а другая часть свободно спадала на плечи.

‑ Ужас, – вынесла она вердикт, когда окинула меня внимательным взглядом, и стянула одеяло до самого пупа, не замечая моих попыток задержать процедуру полного раскрытия своего бренного тела. – Это просто ужас. Дядя рассказал, как ты выглядел после боя. Сплошные гематомы по телу.

В голосе хотя бы равнодушия нет. Но и истеричных ноток, которые я еще больше ненавижу. Подумаешь, слегка повозили мужика…

‑ Пустяки, – отмахнулся я, разглядывая Миру. Дикая кошка спрятала свои коготки и мурлыча, пыталась подлезть под руку. – У меня опять откат.

‑ Я поняла по симптомам, как только дядя Кирилл рассказал, что тебя в машине всю дорогу корчило, – кивнула Мирослава. – Будем лечить. Послезавтра мы улетаем в Москву, должны успеть.

‑ Что успеть? – пробормотал я, снова ощущая головокружение и мучительные уколы утекающей энергии.

‑ Поставить на ноги, – Мирослава прикоснулась к распухшему лицу и осторожно провела по налившемуся синяку. – Я принесла с собой мази. Зотов на дорогу дал, проинструктировал. Но мазать будем утром. Сейчас важно закупорить пробои в ауре… Отвернись…

Угу, отвернись. Я даже на бок лечь не могу, любое движение начинает отзываться болью в теле. Кряхтя, повернулся на правый бок, который чувствовал себя гораздо лучше. Услышал шуршание снимаемой одежды, щелчок выключателя и просевшую постель. Одну рука Миры просунула под мою голову и обхватила лоб прохладными пальцами, а вторая легла на грудь. Непонятная дрожь пробрала меня. Может оттого, что поток моей невидимой жизненной энергии столкнулся с яростным сопротивлением защитного кокона девушки; а может оттого, что она крепко прижалась к моей спине всем телом, словно сливаясь в единый организм.

‑ Теперь так закупоривают ауру? – пошутил я, оглушенный ударами сердца и током крови, разогнавшейся по венам. Лежу ни живой, ни мертвый, ощущая приятную округлость грудей и жар, исходящий от девушки.

‑ Помолчи, дурачок, – фыркнула княжна. – Если не умеешь сам следить за своим магическим контуром – приходится помогать. Мне мама Ирина подсказала, что нужно делать. Полный контакт. Обычная тактильная терапия. Обнаженные тела лучше реагируют на обмен энергиями.

Что ж, мне нравится. Особенно, когда Мира закинула свою ногу на мое бедро.

‑ Лежи спокойно, не дергайся, – пробурчала она. – Это не то, о чем ты подумал. Просто засыпай. Я попробую накачать тебя энергией. Специально несколько амулетов захватала. Руками не вольничай! Смотри‑ка, ожил! И не только ты, но и твой дружок… Уф!

Ее рука дернулась вверх и застыла на моем солнечном сплетении. Стало очень жарко. Не знаю, отчего больше: от обнаженного тела княжны или от горячих волн, идущих изнутри.

‑ Может, лучше Целителя пригласить? Он без амулетов меня вылечит, – мой язык, к ужасу, стал заплетаться и нести чушь. А глаза, налитые тяжестью, закрываются сами собой.

‑ Ой, дурачок, – выдохнула Мирослава, еще сильнее обхватывая меня. – Бревно, как есть бревно…

‑ Ты сама себе противоречишь, – едва ворочаю языком. – Бревном называешь, а сама отпихиваешь.

Моя рука тут же легла на бедро девушки, демонстрируя неправильность ее выводов и погладила шелковистую кожу, не встретив сопротивления. Но непонятная сонливость переборола меня, и расслабленно вздрогнув, я провалился в черноту без сновидений. Хотя, мне послышался едва тихий вздох, который ощущался как дуновение легкого свежего ветерка.

Пусть друг Ясни хохочет, но я реально уснул, практически мгновенно. На меня воздействовали какой‑то усыпительной магией, чтобы руки свои не распускал. И я могу даже сказать, с помощью чего. Кулон на шее Мирославы очень уж подозрительно светился блекло‑сиреневым цветом. Именно он источал непонятные мне волны, вгоняя в сон.

Меня разбудило звяканье посуды и негромкие голоса в соседней комнате: мужской и женский. Открыв глаза, огляделся по сторонам. В постели я лежу один, накрытый до подбородка одеялом. Рядом, возле кровати, на стуле лежит одежда: трусы, футболка, спортивные штаны. Поднимаюсь, сбрасываю ноги на пол и морщусь. Ребра еще болят, но спина не горит огнем. Быстро одеваюсь и крадучись подхожу к двери, которая едва прикрыта. Княжна разговаривает с официантом, прикатившим тележку с кастрюльками и судками. Дает какие‑то указания. Парень почтительно кивает, разворачивается и уматывает из моего номера.

‑ Ну и что ты там подглядываешь? – весело крикнула Мирослава. – Выходи, маленький, завтракать будем! Только не забудь помыться и привести себя в порядок.

Потом я сидел за столом и с изумлением смотрел, как княжна хлопочет за столом, накладывая мне на тарелку рисовую кашу с прожилками растаявшего сливочного масла. Себе она придвинула омлет.

‑ Сначала попей куриный бульон, – приказала она, открывая один из судков. – И не смотри такими глазами. Ты килограммов пять потерял за ночь, наверное. Восполняй энергию. Сосиски не забывай. Вкусные.

‑ Было бы с чего терять, – удивился я. – Ничего же не было такого…

‑ Ничего такого…, ‑ передразнила Мирка. – Конечно, думаешь я тебе что‑то позволила бы в таком состоянии? И все равно ручками‑то щупал по моему телу, хоть и во сне. Мне даже интересно стало, до каких пределов тебя хватит.

‑ Да? Не помню, – утыкаюсь в тарелку с кашей.

‑ Ешь давай, яр. Стынет. Не помнит он… Много ты чего не помнишь.

Лицо Мирославы светилось загадочностью. Вот как? Тайны появились? Проклятье, что я делал во сне?

‑ Я утром мало ем, – вяло сопротивлялся я. – И за чей счет банкет?

‑ Тебе не все равно? – не поняла моей иронии Мирослава. – Будешь капризничать, крикну ребят из коридора. Они тебя насильно накормят. Хочешь?

‑ Нет, я предпочту твою компанию, – я вздохнул и принялся за еду. – Спасибо тебе за помощь. Когда ты меня успела обмазать?

‑ Утром, – отпивая из узкого длинного стакана апельсиновый сок, ответила Мира. – Будить жалко стало. Ты даже не шелохнулся, так и спал в обнимку со своим кинжалом. Кстати, штучка занятная. Мне рассказали, как ты в Костроме превратил артефакт в защитный доспех. Такой же чешуйчатый.

‑ Это не чешуя, а особым образом наложенные пластины, – возразил я, с недовольством помянув Зотова и Невзора. Кто‑то из них проболтался. – Трансформа брони полностью повторяет покрытие ножен. Надеюсь, ты его не трогала?

Я внезапно побледнел.

Мирослава смотрела на меня так спокойно, будто ночью не прижималась ко мне обнаженной и впервые такой желанной. Но в глазах таились смешинки и ожидание чего‑то большего.

‑ Не переживай, даже не прикасалась. Ты овладел искусством быстрого боя, – кивнула Мирослава. – Это здорово. Очень здорово. И умеешь замедлять время. Я поняла это, когда дядя Кирилл рассказал, как ты завалил Колесникова. Никто не может двигаться, вкладывая в промежуток между ударами сердца шаги и возможность поразить противника. Но ты не пользовался магией. И это тоже хорошо. Редкий дар.

‑ Мне нужно разобраться, почему при ускорении я начинаю терять энергию своей ауры, – я налил себе из кувшина апельсиновый сок. – Это уже не в первый раз. В Журавлихе откат был сильнее.

‑ Да, силу отката удалось скомпенсировать накачиванием энергии, – Мирослава отодвинула от себя тарелку и стакан. – Хорошо, что я захватила с собой все нужные амулеты для поддержки своей силы.

Девушка усмехнулась.

‑ Мне нужен наставник, – понимая, что могу бесконечно тыкаться носом в стену без союзников, открыл свое желание Мирославе. Если Жарох до сих пор не появился со своим магом – ждать нельзя. – Такой наставник, который будет держать язык за зубами. Зотов из таких людей?

‑ Я его не знаю так хорошо, как Невзора, – задумчиво произнесла Мира, одновременно с этим намазывая на булку джем. – К старому архату ты питаешь неприязнь, как и он к тебе. Не понимаю причин такого взаимоотношения… Но Зотов… Помощник сам себе на уме. Тоже чем‑то обижен на старика. Возможно, он сможет тебе помочь. А независимых наставников ты в княжестве не найдешь. Разве что на Алтае. Туда много чародейского народа ушло в свое время.

‑ Идея, – пробормотал я, мысленно ругая себя. Раньше‑то не мог догадаться? – Алтайские старцы, конечно же…

‑ Колояр, я хочу тебе помочь, и поговорю с Зотовым, – Мира протянула руку и положила на мое запястье. – Лучше скажи, как прошла твоя встреча с Александрой.

На этот раз она произнесла это имя спокойно, без всякой издевки, желчи и иронии. Понимая, какая пропасть лежит между ними, княжна не видела в ней соперницу, и добившись моей благосклонности, решила найти точки соприкосновения с Аликой.

‑ Да нормально все, – я пожал плечами. – Истерику не закатывала, по щекам не хлестала. Согласна на роль ведомой. Проблема ведь не в этом.

‑ Она из чужого княжества, – кивнула Мирослава. – О чем и речь. Тебе проще подать прошение Демидову, чем ломать установленный порядок.

‑ К Демидову я не пойду, – упрямо мотнул я головой. – Даже не уговаривай.

‑ Хорошо, не буду, – княжна улыбнулась. – Тогда мне еще лучше, не находишь? Но я подозреваю, какая у нас будет семейная жизнь, если Саши не будет рядом. Романтика и влечение закончатся, останутся склоки. А я не за этим вступаю под длань Лады с тобой, яр. Мне не нужен мужик с комплексами обиженного мальчика. Могу и сама так обидеться, что взвоешь.

‑ Может, не станем сейчас ужасы друг на друга нагонять? – поинтересовался я. Допив сок, почувствовал себя намного лучше. Уже ничто не корежило, раны не дергало щемящей болью. – Просто поговорим, что будем делать дальше.

‑ Как что? – бросила на меня лукавый взгляд Мирослава. Она легко поднялась, обогнула стол и подошла со спины. Обхватив за плечи, наклонилась ко мне и промурлыкала в ухо: – Жить, любить друг друга. Если, конечно, ты пересилишь свое недоверие ко мне. Я вижу и чувствую, что ты разрываешься от противоречий.

‑ Странный у нас союз намечается, – признался я, прикрыв своей ладонью руку Миры. – Как вы друг с другом уживаться станете?

‑ Ты Сашу имеешь в виду? – губы Мирославы пощекотали мою шею. – Уживемся как‑нибудь. Даю слово, что не буду унижать ее своим дворянским высокомерием. Да ведь она тоже получит статус, станет чуточку равной. Но до тех пор ты будешь моим единственным мужчиной, которого я ни с кем делить не собираюсь.

‑ В радости и горе?

‑ Да.

‑ Даже если я затею нечто, идущее вразрез с твоими убеждениями?

‑ Что ты задумал? – засмеялась девушка. – Меня всегда ужасно притягивали тайны. Знал бы ты, как я рвалась на Курганные Земли покопаться в княжеских могильниках! Хотела найти нечто древнее, чтобы узнать о вещи все‑все! А сколько исторических научных трудов перечитала!

Мирослава даже вздохнула от воспоминаний, но отрываться от меня не собиралась.

‑ Хочешь узнать самую настоящую тайну, тянущуюся из далеких и седых времен? – я придал голосу таинственности и хрипоты. – Слушай, княжна, всего один раз! Больше повторять не буду!

Шлепок по спине – и взвиваюсь на стуле от рванувшей меня боли. Мирослава ойкнула и отскочила в сторону. Потом сообразила, что натворила и ласковой кошкой приникла ко мне. Поневоле мои руки оказались на ее талии. Прижимаю княжну сильнее к себе и чувствую, что желание обладать этой женщиной начинает вырываться из‑под толстой корки безразличия. Или она талантливо играет свою роль, или в самом деле ее чувства ко мне искренни. Как понять‑то? Сорвать сейчас с нее одежду и взять то, что и так скоро будет моим? Но постель не даст правильного ответа, а только усугубит терзания. Еще и по морде получу, если ошибочно расценил ее мысли.

‑ Извини, забыла о твоей ране, – Мирослава на секунду обмякла в моих руках, но потом отстранилась. – Сегодня никаких резких движений. Быстро в кровать – и спать. А я еще раз намажу твои синяки. Пока буду лечить тебя – расскажешь о своих тайнах.

‑ Ты помнишь, я спрашивал тебя об Уильяме Грэйсе? – спросил я, лежа на животе, а Мирослава легкими движениями наносила резко пахнущую лекарственной микстурой мазь на гематомы. От шеи и до самых ступней, где на левой ноге багровел огромный синяк.

‑ Да, – фыркая от падающей на глаза пряди волос, ответила княжна. – Я после твоего запроса долго пыталась понять, чем тебя заинтересовал британец. Ты явно не в гости к нему собрался на чашку традиционного чая.

‑ К каким мыслям пришла? – мне стало интересно.

‑ Грэйс – маньяк‑коллекционер. Маньяк – в хорошем смысле. Его интерес в коллекционировании связан с артефактами евроазиатского континента и Индии, – Мирослава остановилась. – Сейчас мазь впитается, еще раз намажу… Грэйс ищет древние магические вещи, собирает по кусочкам различные легенды и по ним строит логическую цепочку поисков. Так он приобрел много интересных артефактов, и причем, не все из них через аукционы.

‑ Так, ближе к делу.

‑ Когда я узнала о британце все, что хотела, появился Зотов со своими стенаниями, что некий боярин Волоцкий обладает артефактами, не являющимися семейной реликвией. Дескать, нехороший солдафон каким‑то образом отыскал часть «солнечного доспеха» и не хочет делиться тайнами его могущества. Сопоставив увиденное собственными глазами, когда ты заполевал эту сучку‑оборотня и уничтожил в одиночку наемников в имении, со словами Зотова, я задумалась, что ты не зря собираешь сведения о Грэйсе. У него есть что‑то из недостающего комплекта «доспеха».

«Я же говорил тебе, что девочка умна как Аштавакра, хоть и не принадлежит мужскому роду! – зашелестел голос Ясни. Удивительно, но я чувствовал его, хотя симулякр лежал на тумбочке. Видимо, фантом может общаться со мной в пределах пяти метров. – Ты понимаешь, почему Рекущие подняли панику? Если твоя женщина станет матерью детей, несущих даже малую долю ее проницательности и ума, вкупе с Силой, которую я им подарю, престол будет ваш. Когда ты будешь овладевать этой женщиной, я должен находиться рядом!»

«Пошел вон, старый развратник, – лениво подумал я, расслабляясь под мягкими движениями княжны. – Положу тебя на столик, этого хватит. На каком расстоянии ты чувствуешь меня?»

«Шесть локтей точно, – откликнулся Ясни. – Дальше не знаю. Кстати, может быть наши аурные поля настроены по‑разному. Надо проверить».

‑ …вот и подумала, что ты не устоишь от соблазна наведаться к Грэйсу, – вернул меня в действительность голос княжны. – Ты не спишь?

‑ Я тебя слушаю, – встрепенулся я, сбрасывая сонливость. – До каких пределов простираются твои мысли?

‑ О, тебе стоит послушать! – азартно произнесла Мира. – Может, напросимся в гости старине Грэйсу, как только появится возможность? Вдруг у него в коллекции есть то, что тебе не хватает? Зачем ему боевые артефакты, пылящиеся в сейфе? А тебе пригодятся.

Я медленно приподнялся на локтях и очень внимательно посмотрел на княжну. Судя по разгоряченному лицу, моя будущая женушка нисколько не блефовала и не шутила.

‑ Ты сама придумала или кто подсказал? – осторожно спросил я.

‑ Еще чего! – фыркнула Мирослава. – У меня своя голова на плечах и язык я умею держать на замке, как никто другой. Мы же теперь в одной связке, яр? Или у тебя другое мнение?

Я улыбнулся. Грозные нотки в голосе княжны меня нисколько не смутили. Кажется, первый союзник сам обозначил свои интересы.

Глава седьмая

Прибор ночного видения вырывает из темноты правильный прямоугольник дома, погруженного в спячку. Светится только одно окошко на втором этаже. Я знаю, что Мисяй сидит в своем кабинете, маясь бессонницей. Или разговаривает со своим хозяином по телефону, дает отчет.

Старый «безопасник» остался в городе и не поехал с князем на свадьбу Павла и Арины Вяземской. Щербатов по каким‑то своим соображениям взял вместо него Петрушина. Для молодого помощника такое доверие многого стоит. А Мисяй, как опытный лис, пригодится в Торгуеве. Так что княжеская воля вполне логична и оправдана. Я же, узнав о решении Бориса Даниловича, обрадовался неимоверно.

Мисяй проживает на той же улице, что и семья Щербатовых. Представители клана (самые приближенные) любят селиться в одном месте, образуя что‑то вроде пчелиного гнезда, где каждый работает на благо роя, тьфу, Рода. Никуда далеко бежать не надо. Захотелось хозяину снять стружку с нерадивых слуг – свистнул громко, выйдя на улицу, и все прибежали. Утрирую, конечно. Но большинство верных холопов и слуг обустроились вокруг дворца Щербатовых.

Казарма охранников СБ находилась неподалеку, сразу за парковой зоной, огражденной кирпичной стеной. Еще дальше стоит особнячок Невзора, а рядом с ним через небольшую парковую зону живет Мисяй.

Снова прикладываю ПНВ к глазам. Забор каменный, ворота из кованного железа с ажурными вставками. По верху забора искусно вмонтированы металлические штыри с заостренными концами, расставленные в равных промежутках, через которые без травм фиг проскочишь. Возле ворот пусто, ни одной машины. В маленькой уютной дежурке горит свет, в окне маячит фигура охранника. Не спит, службу несет.

Двор тоже пустой. Но это не значит, что Мисяй о своей безопасности заботится хуже, чем о хозяйской. Есть у него люди для охраны. Днем я внимательно следил за перемещением служилого контингента. Как раз на смену постов повезло нарваться. В общей сложности насчитал шесть человек. Двое на входе, еще двое периодически контролируют периметр двора. Судя по видеокамерам, в доме сидит оператор и старший смены. Ночью охрана обходит двор, но не столь часто. В двенадцать и в четыре утра, как по уставу. В будке тоже происходит смена в это же время. Снаружи не подобраться.

Парковая зона перекрыта камерами и, подозреваю, магическими ловушками. Так, дверь дежурки заперта постоянно, а сам бодрствующий выходит во внутренний дворик покурить или просто косточки размять. Для связи с внешним миром существует переговорная коробочка с миниатюрным экраном. Надо что‑то спросить – подходишь, нажимаешь на кнопку и беседуешь, отвечаешь на вопросы, зачем, собственно, пожаловал.

Внаглую не прорваться. Светить своим магическим бронекостюмом я не хочу. Если убирать Мисяя – то не дома. На улице, в толпе, в ресторане «Скифское золото», где главный ублюдок обедает, в машине, наконец. Снайперский выстрел через окно кабинета не оправдан. А вдруг пуленепробиваемое стекло вставлено? В общем, опыт майора Прохорова в ликвидации неугодных объектов здесь должен пригодиться.

Сам Мисяй в последнее время всерьез озаботился своей охраной. Не меньше четырех человек постоянно находятся возле него: водитель и трое телохранителей. Неужели опасается меня? Что я должен думать?

Убрав прибор в карман куртки, я аккуратно прошел по крыше трехэтажного старого дома, стоящего через дорогу от объекта, к открытому чердаку, спустился по лестнице в подъезд и спокойно вышел на улицу. Неподалеку меня ждал «Орион‑Гранд», приобретенный на имя Прохорова Артема Васильевича. Вот и пришла пора побегать машинке. Свой «хорьх» я светить не стал, но менять личину пока не собирался. В темноте мало кто будет обращать внимание на человека с умело наложенными средствами маскировки, меняющими личность до неузнаваемости. Всего пара мягких ватных шариков за щеки, наклеенные усы – вот и совершенно другой человек. Кстати, завтра бы надо проверить реакцию Мисяя и подойти к нему вплотную, когда он будет обедать в ресторане. Невзначай, словно ошибся, принял его за старинного друга. Тьфу! Если все пройдет удачно, палачу моих родителей не жить. До возвращения Щербатовых надо успеть разобраться с Мисяем, представив дело так, что его грохнули костромские наемники, оставшиеся в Торгуеве. Есть на кого свалить, особенно после акции.

Я знаю, каков распорядок дня у главного пса князя. Завтра с утра он наведается во дворец, где несут службу его люди, проконтролирует слуг, даст нагоняя и поедет на Стрелецкую, где тоже большой штат сотрудников. После него путь лежит в «Интерлогист». Терминал в Жигулях он посещать не будет, потому как вчера ездил. Зачем ему каждый день там появляться? А вот по городу с удовольствием покатается. Значит, мне нужно утром быть в нашем офисе, засвидетельствовать свое почтение господину Мисяю. После этого я приму облик Прохорова и начну следить за перемещениями врага.

Оружие я приобрел заранее. Магией пользоваться не собираюсь, чтобы не палиться. Главное, чтобы все пути вели к костромской троице, от которой осталась одна пыль. Но кроме пыли остались еще люди, которые затаились в Торгуеве. Вот на них и нужно направить все внимание УКБ.

Спокойно доехал до охраняемой стоянки, где оставил «Орион‑Гранд», после чего прошелся по улице к своему «хорьху», терпеливо дожидавшемуся меня на площадке сетевого магазина, уже давно закрытого. Вокруг ни души.

Опять стукнуло ощущение опасности, кружащейся где‑то рядом, прикасающейся к загривку холодными пальцами. Покрутил головой по сторонам, отмечая пустынность улиц, освещенных молочным светом фонарей. Прохожих уже не видно – город давно спит. Проехал автомобиль, и снова тишина. Оставлять тачку в неизвестном месте было неосмотрительно, но более удачной стоянки не придумать. Большая площадка перед двухэтажным современным торговым павильоном сейчас пустовала и просматривалась со всех сторон. Возможно, где‑то камеры направлены на стоянку. Грабителей я не опасался, потому что найти гадов можно в считанные часы. А за доказанное воровство князь мог не только плетьми высечь прилюдно, но и руку оттяпать. И плевать он хотел на мирские суды. Если обижали его людей, Щербатов не церемонился.

Открыв дверь «хорьха», я сел за руль и снова напряженно вслушался в шорохи спящего города. Уже два часа ночи, здесь мало кто шарахается просто так. Дружинники ночных гуляк отлавливают и весьма интересуются таким времяпровождением. Странно, почему я так неспокоен? Ясни молчит, не реагирует. Значит, все в порядке? Вообще‑то, по словам фантома, я уже достаточно развил свои интуитивные способности, потому и могу чувствовать опасность. Или некие настораживающие сигналы…

Закрываю дверь, вталкиваю ключ в замок зажигания, и вдруг понимаю, что все время в машине кто‑то прятался. Ощущение умело поставленной иллюзии пустоты, обманки накатило резко, как удар поленом из‑за угла. Резко вздергиваю правую руку и с полуоборота наотмашь бью локтем в эту самую пустоту чуть выше спинки кресла. И что самое удивительное – попадаю во что‑то. Крик раздался одновременно с каким‑то противным хрустом.

Резко подскочивший магический фон сдавливает виски. На заднем сиденье материализовались две темные фигуры. Одна из них, завывая от боли и прижимая ладони к лицу, откидывается назад. Вторая резко наваливается на меня, сдавливая горло мощными руками. Вот тут‑то Ясни и проснулся, начал колотиться в грудь. Ну, старая перечница! Я с тобой еще поговорю! Это как можно было пропустить ловушку?

А меня прижали плотно к спинке кресла, не давая возможности для маневра. Здоровый бык попался. Тут и второй, раненый, подключился, со злости огрев меня по голове чем‑то мягким, но довольно плотным. Вроде носка, набитого песком. Этакая деликатная «колбаска» для вырубания шустрых парней. Я поплыл. Тщетно пытаясь провести трансформу, продолжал сопротивляться, размахивая кулаками. И ничего не понимал. Магия не действовала. Перстни не реагировали на мои команды. А тут и снова «колбаска» прилетела. Сознание помутилось, и я отключился.

‑ Вы его обыскали? – голос неуловимо знаком. Где‑то я уже его слышал.

‑ Обыскали. Оружия нет. Только авторучка и четыре перстня. Он, сука, мне щеку ими порвал!

Второй голос был полон злости.

‑ Переживешь, – спокойно ответил первый. – Залечим. А из холодняка ничего не нашли?

‑ Нет. Никакого кинжала не было. Мы даже в машине все обыскали. Вот, все в моем кармане.

‑ Ладно. Хорошо его связали?

‑ Не дернется, – буркнул еще один голос.

Внизу что‑то скрипнуло, пол дернулся, и я открыл глаза. Надо мной низкий потолок, справа и слева по два сиденья. Понятно. Во внедорожник закинули. Похож на «Буран». И кто, интересно, меня оприходовал? Почему не сработали магические трансформы?

Мягко урча, машина неслась по ночным улицам, а я до сих пор гадал: наемники из Костромы? Люди Мисяя? Или Рахдай? Больше вариантов не было. Но и этого хватало. В любом случае передо мной встает проблема собственного выживания. Допустим, это Рахдай. Чтобы завладеть кинжалом Ясни, я должен быть мертв. Однозначно. Но его не нашли и решили повременить с убийством, не догадываясь, что авторучка и является артефактом. Не повезло парню, который забрал кинжал у меня. По статистике ему скоро придется умереть.

Машина сделала излишне резкий вираж, меня едва не отбросило под кресло. Ударился локтем о какую‑то железку, сжал зубы. Но поездка наша завершилась. Мы остановились. Захлопали двери. Похитители покинули машину. Глухо зазвучали голоса на улице. Потом задняя дверь поднялась вверх и меня с нахальной бесцеремонностью выдернули за ноги наружу. Поставили вертикально и пару раз хлестнули по щекам.

‑ Очнулся, голубь? – зло спросил человек, бивший меня. Темные пятна на щеках подозрительно похожи на размазанную кровь. – Давай, двигай ногами. И не вздумай геройствовать.

Пока шел, поддерживаемый с двух сторон, успел посмотреть, куда мы приехали. Оказалось, какой‑то двор, окруженный старыми домами барачного типа. Сразу вспомнились рабочие слободки, где таких зданий было полно. Хм, отлично. Я еще хорошо помню план застройки таких районов, и в случае побега могу поводить за нос преследователей и незаметно исчезнуть. Ладно, подожду встречи с заказчиком. Кто такой смелый?