Текст книги "Колояр. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 51 (всего у книги 65 страниц)

Мысли лихорадочно заработали в криминальном направлении. Войти в доверие к коллекционеру, разведать, где хранятся его ценности, а потом безжалостно ломануть их. Мне нужно всего два перстня. Ничего больше трогать не буду.

Тонкие линии комбинации начали прорисовываться в моей голове. Моя с Мирославой свадьба станет хорошим предлогом посетить Лондон, где к тому времени окажется Пашка. Он должен вывести меня на Грэйса. Как? Путей достаточно, лишь бы княжич сыграл мне на руку. Остается Мира. Согласится ли она на авантюру? А ведь я еще не задействовал фактор майора Прохорова.

В дверь постучали. Деликатно, но вместе с тем и требовательно. Вроде как, мы соблюдаем твое право на личную жизнь, только открывать все равно придется. Я в одних трусах пошлепал к двери. А чего бояться? Внизу стоит гостиничная охрана с дополнительными силами из УКБ. На этаже еще четверо сменяемых дежурных. Любая заварушка тут же станет известна, и меня эвакуируют. Значит, кто‑то из высших чинов приперся. И кто?

Павел. Легок на помине. В стильном костюме из чесучовой ткани бежево‑песочного цвета, под которым просматривалась рубашка более темного тона, он весь светился как новогодний фонарик. В левой руке княжича торчала бутылка французского коньяка.

‑ Здравствуй, боярин! – весело произнес Павел. – Пустишь, будущий родственник?

‑ Уже зашел, не прогонять же, – я пошел обратно, не обратив внимания на его слова, и на ходу накинул халат. Как‑то негоже в одних трусах разгуливать перед гостем. Хотя… мой дом, что хочу, то и делаю.

Павел аккуратно закрыл дверь и с любопытством огляделся.

‑ Есть бокалы? – поинтересовался он.

‑ Без закуски будем пьянствовать? Или сделать заказ на кухню?

‑ Аристократ никогда не пьет без закуски, – Павел вытащил из кармана пиджака большущую плитку шоколада в золотистой обертке и с надписью «Кофейный мусс» фабрики купца Соболева. – Ты что? Как так можно?

Я поместил на столике два пузатых стакана, а княжич тут же уселся в кресло напротив меня и стал разливать напиток. Я зашуршал оберткой.

‑ Поехали, – Павел поднял свой стакан.

Выпили, закусили шоколадом.

‑ Послезавтра вылетаем в Ярославль, – сказал княжич. – Ты тоже. На трех «кобрах» с полным вооружением. Готовься.

‑ У меня нет подходящей формы, – ответил я, нисколько не удивляясь.

‑ Дам команду, принесут в номер. Померяешь, подгонишь. В штате гостиницы есть портные, – княжич повертел пустой стакан, со стуком поставил его на стол и снова плеснул. – Чтобы не застаивалась… А чего не спрашиваешь, зачем едем?

‑ Банду глушить, – пожал я плечами. – Выяснили, кто гадит под дверью?

‑ Твоя пленница раскололась в обмен на некоторые условия. Рассказала, где находятся лаборатории. Будем уничтожать их. И заодно костромских пригладим.

‑ И каким образом?

‑ Ракетный удар по местам проживания Бакринских, Аляповых и Лужиных, потом – магическая зачистка, – Павел стукнул донышком своего стакана край моего, подталкивая к выпивке.

‑ Вместе с семьями? – мне стало противно. – Там же дети, женщины.

‑ Так нужно, – твердо ответил Павел. – Даже если тебе не нравится, отговорить отца не получится. Операция получила согласие не только Панина, но и Апраксина. А старый хрыч связан с Великим князем совсем иными обязательствами. До сих пор никто нас не одернул. Значит, одобрение получено. Но ты не будешь Кострому в пепел превращать. Пожалел тебя батька. Твоя задача – зачистка лабораторий. Их две. Находятся в тридцати километрах от города. Координаты потом скажут. Сейчас только общий план. Что, гадко?

‑ Противно, – согласился я. – Нельзя так. Я имею в виду людей, а не лаборатории.

‑ Всю жизнь миротворцем притворяться не получится, – Павел говорил с нажимом, словно вбивал в меня истины, принятые в их семье. – Привыкай. Скоро сам станешь главой младшего Рода. Если блохи начинают беспокоить, их вытравливают беспощадно. Помни об этом всегда. Иначе закусают.

‑ От блох и чума бывает, – задумчиво ответил я, мысленно вопрошая самого себя, готов ли к такому восприятию действительности. Почему бы и нет? Всю прошлую жизнь занимался зачисткой неугодных. Может, это и хорошо, что лаборатории крушить буду.

‑ Вижу, особо не рефлексируешь?

‑ Да хрен ли рефлексировать? – ответил грубовато. – Жизнь стремительно покатилась в ином направлении, что явилось неожиданностью.

‑ Психуешь, что навязываем тебе Миру? – проницательно спросил Павел.

‑ Да как‑то…, ‑ я сделал неопределенный жест рукой. – До сих пор не приду в себя. Стать обладателем очень вкусной девушки, с которой постоянно на контрах – весьма неожиданно и странно. Тем не менее, она мне до сих пор голову не откусила.

‑ А тут ты прав, – кивнул княжич. – Точно сказал: вкусная. На любителя. Горький шоколад. Но она тебя очень уважает и даже «немножко любит», сама призналась. По секрету.

‑ Немножко? – я усмехнулся. – Тогда я спокоен. Пьем. Чего морозим?

После очередного рывка мы посидели молча, поглядывая друг на друга. Зачем Пашка приперся? Рассказать о том, что его сестра, наконец‑то, разглядела во мне человека, а не бездушную защитную стену, закрывающую ее от опасностей?

‑ Паша, ты не томи меня. Расскажи, что хотел‑то. Не бутылку же полностью вылакать пришел.

‑ О тебе Зотов очень интересовался, – княжич развалился в кресле. – Замотал меня своими просьбами посодействовать встрече с тобой. Догадываешься, зачем?

‑ Перстни заинтересовали его, – я поднял руку. – Он уже закидывал удочку. Умный мужик.

‑ Колояр, а на самом деле, что в них такого? Я и сам, конечно, вижу их магическую сущность. Но Зотов намекает о каких‑то древних реликвиях, очень похожих на твои артефакты. Они, якобы, являются частью легендарного доспеха великого царя Севера Борея…

‑ Только похожи?

‑ Да откуда я знаю? – махнул рукой Павел. – Тебе же они помогают формировать боевую магию? Ну и ладно. Играйся на здоровье. Вот только еще один момент. Зотов говорил о перстнях, как о неких промежуточных элементах, идущих в комплекте с загадочным доспехом. Ты сам‑то знаешь историю своих камешков?

‑ Ну, то, что они старинные – точно знаю, – я повертел перед носом Павла рукой с блеснувшими перстнями. – Некому было передавать мне семейные предания…

‑ Извини, – Павел слегка смутился. – Я скажу Зотову, чтобы прекратил хренью заниматься.

‑ Да пускай, – я налил очередную порцию коньяка. – Только в дружбу, Паша. Ты мне иногда сливай информацию о его изысканиях. Мне‑то некогда углубляться в исторические коллизии артефактов. А он, может, и раскроет их тайну.

‑ Предлагаешь стукачество? – засмеялся Павел. – Ладно, уговорил.

‑ И еще просьба…

‑ Говори уже, что ты запинаешься на каждом слове?

‑ Ты когда в Лондон собираешься?

‑ Как только проведем свадьбу, будет медовый месяц. Вояж по средиземноморскому побережью, – Павел почесал затылок. – Не раньше октября. Мы же не вернемся в Россию, а сразу рванем на Остров. Чего хотел?

‑ В гости наведаться. Вместе с Мирославой.

‑ Мутишь, Колояр, – пробурчал Павел, покачивая головой. – Ладно, не буду ничего спрашивать. Вы все равно скоро тоже отчалите. Свяжемся. Номер телефона менять не буду. Как надумаешь – звякни. Я не против. Приезжайте.

Я повертел в руках стакан, изучая на свет темно‑янтарную жидкость, плещущуюся на донышке.

‑ Ты только с Ариной в медовый месяцы рванешь?

‑ Конечно! Зачем мне Ксюшка нужна? – хохотнул княжич. – Вот преимущество многоженства! Старшую оставлю дома с ребятишками, а сам с молодой – в круиз! Ты тоже привыкай к такому счастью.

Ксения была первой женой Павла из простого боярского саратовского рода, и есть вероятность, что Арина оттеснит ее с позиции ведущей. По знатности Вяземская превосходит Ксюшу на десять рядов. Увы, такова реальность семейных традиций.

‑ А потом? – допытывался я.

‑ Потом вызову в Лондон. Будем жить всей семьей. Да ты боишься, что ли? – Павел расплылся в хитрой улыбке. – Неопытный, сразу видно. Колояр, скажу тебе честно: с Миркой, заразой, будет очень трудно. Совершенно непредсказуемая натура, взрывная, меняющая свои предпочтения ежесекундно. Батя рад будет спихнуть эту норовистую кобылку с рук. Но ты не пожалеешь, если поведешь под венец мою сестренку. Честно тебе скажу. Верная жена будет. Не в том аспекте, что за твоей спиной рога тебе не будет отращивать (знавал я подобных, поверь), а в самом деле верная во всех твоих делах. Захочешь преступление совершить – пойдет за тобой, не задумываясь. Только не разочаровывай ее, старайся доминировать. Ты хозяин, твое слово – закон. Пример – отец. Она желает именно такого мужа.

‑ Спасибо за совет, – я услышал главное. Мира поддержит меня в преступлении, которое я собираюсь совершить в скором будущем. И не только поддержит, но и сама поучаствует в нем. Она авантюристка в душе. Вообще, если пошла такая пляска, я и Алику привлеку. Создам криминальное трио ради будущего своей семьи.

‑ Что еще хочешь узнать про семейную жизнь? – Павел слегка захмелел, но не пытался убрать негативные последствия алкоголя с помощью специального амулета. – Стесняешься? Ладно, расслабься. Главное, не допускай в свою постель сразу двух красоток, которых скоро обретешь.

Он хохотнул, не заметив, что я покраснел. Прохорова такими вещами нельзя смутить, но его сущность давно уже не влияла на мои чувства.

‑ Почему? – с интересом спросил я.

‑ Ты умрешь через неделю, вот что. Постарайся донести до них, как важно беречь тебя в супружеской жизни, не переусердствовать.

Наверное, на моем лице было написано такое, что Павел захохотал, чуть не согнувшись пополам.

‑ Ну ты и…, ‑ я даже не мог подобрать нужного слова.

Разговор после этого как‑то съехал на второстепенные темы, и Павел все чаще стал поглядывать на часы. Я уже собирался выпроводить княжича, но вспомнил одну немаловажную вещь.

‑ А что с нашей дуэлью? И где Витька Колесников?

‑ Отец отослал его в Курганные Земли на усиление, – Пашка поморщился. – Черт, как невовремя вы зарубились! Слушай, я могу надавить на придурка, чтобы он принес извинения за свои слова.

‑ Нет, Паша, я не согласен, – хмель приятно бил в голову, но язык не заплетался и слушался меня. – Он оскорбил моих родителей. А за такое голову отрывают. Вот пример: наказание костромских. Хотите под нож пустить целые семьи, не разбираясь, кто прав, а кто виновен. Колесников должен за свои поганые слова ответить, и он ответит. Надо будет, сам съезжу к егерям и проведу бой.

‑ Ладно, но только после Костромы, – взял с меня слово княжич и решительно поднялся на ноги. Я проводил его до двери. – А своим секундантом выбери Володю Решетникова и кого‑нибудь из своих знакомых. Мы же все умотаем в Москву. Вот тогда и разбирайся с Колесниковым. Иначе отец под любым предлогом не даст тебе провести дуэль. Или выбей разрешение.

‑ Хорошо, я приму твой совет, – пожав на прощание руку Павла, я закрыл дверь и, пошатываясь, дошел до постели. Убрал книгу на тумбочку, досадуя, что прервали на самом интересном месте. Но свой план я теоретически отшлифовал и довел до ума. Как оно будет в жизни?

Глава 2

Глава вторая

Две остроносых «кобры» с подвешенными на пилонах ракетами, хищно наклонили корпуса и шли как привязанные по выделенному диспетчерами Нижнего Новгорода коридору, минуя город с южной оконечности. Оставив далеко позади высокие трубы тепловых электростанций и вышки спутниковой и мобильной связи, они с легкостью разрывали плотный, нагретый за день воздух, пластуя его на тонкие кусочки. За ними, незначительно отставая, увязался транспортный вертолет, выкрашенный в стандартный темно‑зеленый камуфляж. Ни гербов, ни опознавательных знаков, которые могли идентифицировать летную группу, на бортах не было.

Я находился именно в этом транспортнике вместе с командой магов и двумя десятками крепких парней, облаченных в полное боевое снаряжение, которое увидишь не у каждого сотрудника УСБ. Все в бронежилетах, укрепленных для верности защитными магическими сферами, в тактических шлемах и с автоматами. Серьезно подготовились. Ни одного человека из дружины или егерей. Видать, у Щербатова в загашнике прятались спецы иного формата. Лица за стеклами черных очков невозмутимы. Их командир, пристроившийся в самой середине скамьи, меланхолично перемалывал крепкими белоснежными зубами жвачку.

Чтобы шум винтов и движка не бил по ушам, каждому из нас раздали наушники. Я и так ни с кем не собирался разговаривать, и поэтому решил по дороге вздремнуть. Все равно в Ярославле мы долго не пробудем. Вся операция рассчитана на три‑четыре часа с одновременным ударом по лабораториям и родовым поместьям Бакринских, Лужиных и Аляповых. После чего быстро сворачиваем активную фазу, оставив в Костроме несколько оперативных групп для зачистки, и возвращаемся домой. А порядок будет наводить Апраксин. Он со своей администрацией туда позже подтянется.

Насколько я понял из разговоров Щербатова со своими подчиненными, атаковать костромских бояр будут, в основном, ярославские бойцы. Но князь Борис с сыном Павлом и своими людьми тоже поучаствуют в операции. Подозреваю, что Щербатов хочет докопаться до причин охоты на Миру. Может, я зря переживаю за невинных, и все семьи не будут подсекать до самого корня? Не душегубы же Панин и Щербатов! Кхм…Насчет второго у меня большие подозрения. Человеколюбием он не страдает. А если и нападет меланхолия, то исключительно ради будущей выгоды.

Вертолеты садились на загородный аэродром, принадлежащий Панину. Он не принимал гражданские самолеты, а использовался для личного транспорта. Судя по трем длинным ангарам, техники у местного князя было навалом. Часть из них оказалась надежно скрыта от любопытных глаз, но парочка таких же боевых «кобр» стояли на открытых площадках, и возле них копошился обслуживающий персонал. На пилоны вешали какие‑то интересные на вид продолговатые «сигары», внешне похожие на ракеты, но без хвостовых стабилизаторов.

‑ «Пылающий дождь», – пояснил Зотов, когда мы вывалились, наконец, из транспортника, и по энергичным взмахам руки какого‑то мужика в темно‑синем комбинезоне направились к ангару, возле которого уже толпилась куча народу. – Магические бомбы. Используются для полной зачистки местности. Одной штуки хватает, чтобы накрыть пару кварталов. Применяются для отвесного бомбометания. Неужели решили половину Костромы сжечь?

Н‑да, никакой пощады для семей бояр, посмевших дерзнуть против высокого герба. Зачищать будут всех.

‑ А у наших «кобр» обычные ракеты, – я кивнул на княжеские машины, заруливающие на специально выделенные стоянки. – Против лабораторий имеет смысл применить как раз «пылающий дождь».

‑ С чего вы взяли, господин Волоцкий, что ракеты – обычные? – Зотов пристроился рядом со мной; губы его раздвинулись в улыбке. – Мы же не воевать собрались, а выжигать заразу. Восемь зарядов с разнообразным магическим наполнением. Вон те, с красной полосой – «ярость демона», огненная смесь с мощной детонацией в радиусе трехсот метров. С синей полосой – для блокирования пожаров, если начнет гореть лес. Могут также работать на полное замораживание биологической субстанции.

‑ Неразумно, – покачал я головой. – Так мы всех ученых перебьем. Ни доказательств, ни компрометирующих документов. Химеролога хорошо бы взять за жабры. Кто‑то же их спонсирует. Недешевое мероприятие.

‑ Зачем князю пленные? – недобро усмехнулся Зотов. – За последние дни собрано достаточно улик, чтобы покарать виновных. А они находятся в Костроме. Факты неоспоримые.

‑ Девушка‑оборотень заговорила? Сама или помогли? Попасть в лапы магов из УКБ мало приятного. «Эликсирами правды» любой язык развязать смогут. Или с помощью ментального проникновения в мозг.

‑ Да, причем сама, без всяких снадобий, – кивнул Зотов. – Девочка соображает, что хозяевам сейчас будет не до нее, а после завершения операции так и вообще никто не предъявит за провал. А мы пообещали вернуть ей нормальный облик со временем.

‑ Разве препараты, блокирующие метаморфозы организма, которые существуют, не действуют?

‑ Они страдают ненадежностью, дают только временный эффект, – помощник Невзора развел руками. – Девушка согласилась подождать, пока мы испытаем новые компоненты для блокирования. Дело не быстрое.

‑ И все же слова оборотня – не самые лучшие доказательства, – я покачал головой.

‑ Скажу по секрету, – Зотов понизил голос, потому что мы приблизились близко к ангару. – Из Москвы нашему хозяину дали знать, кто именно направлял руку наемников. Кто‑то, имеющий уши в Костроме…

У меня сжалось сердце. С чего вдруг московский доброжелатель вмешивается в провинциальные разборки? Ему‑то какое дело до Щербатова, Паниных, Бакринских? Может, стремится как раз чужими руками убрать всех свидетелей гораздо большего заговора? Допустим, обрубает следы, ведущие в великокняжеский клан. Так что Мирослава все равно остается под ударом. Нужно только дождаться подходящего момента. Например, когда она приедет в столицу…

Возле командного ангара нас остановили, проверили с ног до головы и попросили пройти внутрь. Боевую группу направили в другое место. Я же вместе с Невзором, Зотовым и двумя подмастерьями‑магами оказались внутри большого помещения, выделенного под штаб. Здесь уже находились наши князья, многочисленная рать телохранителей, десятники, старшины, воеводы. Панин и Щербатов стояли рядышком в торце стола, на котором раскинулась большая карта местности. Предварительным разбором предстоящей операции руководил незнакомый мне человек в камуфляже. Но по нашивкам я выяснил, что он – воевода из ярославского клана. Ничего нового из того, что поведал мне Зотов, руководитель операции не сказал. Как запланировали, так и будет.

Две панинских «кобры» берут курс на Кострому и отрабатывают по целям. Через десять минут десантный борт выбрасывает диверсионные группы в местах расположения особняков боярской троицы. Проводят зачистку. Тех, кому повезет остаться в живых (с трудом верилось), забрать с собой для допросов. Химерологов или научных сотрудников по возможности брать без ущерба здоровью. Если повезет, конечно. А то магический огонь – он такой, знаете ли, неразборчивый. Опытный материал уничтожается полностью. Что имел под опытным материалом воевода, я сообразил сразу. Мальчики, девочки, попавшие в жадные руки химерологов, прошедшие первый этап трансформации. Увы, но здесь князья были правы. Пока нет надежного лекарства от оборотничества, заниматься благотворительностью неразумно.

Тех волколаков, которые уже вкусили крови, уничтожать обязательно – это категорический приказ воеводы. Разбежавшихся зверей постараются отследить с помощью егерей. После уничтожения боярской верхушки хозяйствовать здесь придется Апраксину до того момента, пока Москва не посадит наместника.

И опять скребнуло по сердцу. Всех причастных к какой‑то тайне зачищают под корень. Черт возьми, во что я влезаю?

Единственное изменение произошло в сроках операции. Начинать будем не сегодня, а завтра, в половине пятого утра. Поэтому все участники остаются на аэродроме. Для них выделены ангары со всем необходимым. Питание, туалет, спальные места, развлечения в виде бильярда, шахмат и чего еще душа пожелает. За спиртное карать будут жестоко.

Меня даже слегка пробило. Как будто я окунулся в прошлое своей службы в Семиречье. Вот тут командиры, решающие оперативные задачи, а вот там – бойцы, ждущие приказа. И я среди них. Только разница существует. Я в какой‑то степени более свободен, на меня не давит груз ответственности. Мой непосредственный начальник Невзор больше нужен для отчетности. Каждый из нас, магов, знает свои возможности и силы.

Бойцам отвели большое помещение в районе служебных построек, а всю вспомогательную братию поселили в маленьком уютном гостиничном комплексе, который, как оказалось, существовал при аэродроме. И то хлеб. Я был приятно удивлен такой заботой со стороны ярославского князя. А, может, это Щербатов посодействовал. Кто их знает.

Мне пришлось поделить свой номер с Зотовым. Помощник Невзора как‑то ловко напросился в постояльцы, и я подозреваю, с какой целью. Речь об этом зашла сразу после ужина.

Я забрался на кровать с какой‑то развлекательной книжкой в потрепанной обложке, и только настроился на приятное времяпровождение, как Зотов, примостившись по соседству, произнес:

‑ Мне кажется, господин Волоцкий, вы сознательно избегаете меня. Я ведь несколько раз пробовал поговорить с вами, даже приезжал в «Интерлогист», но прорваться наверх в ваш офис не получилось. Может, расставим все по своим местам? Пора бы выяснить наши предпочтения.

‑ Я до сих пор не знаю вашего имени, господин архимаг, – посмотрел на соседа через верхний обрез книги. – Как‑то все официально. Может, познакомимся для начала? Мое имя – Колояр.

‑ В таком случае, зови меня Игнатом, – правильно понял намек Зотов и усмехнулся. – Поговорим?

‑ Полагаю, речь пойдет об артефактах? – я устроился поудобнее, подложив подушку под спину, приняв положение полулежа.

‑ В первую очередь – о них, – кивнул Зотов с разгоревшимися глазами. – Я делал запрос в централизованный архив, чтобы найти хоть какие‑то материалы по древним магическим вещам, вроде оружия, колец, браслетов, перстней… Меня натолкнули на мысль ваши перстни, удивительно похожие на легендарные артефакты времен царя Борея, иначе называемого Варахой. Он был правителем Севера, чуть ли не мифической Гипербореи, от которой остались немногочисленные следы на Урале, на побережье Северного океана, на Таймыре… Оставив по непонятным причинам империю на своего сына Сваруна, он ушел на юг, в Индию. Предания гласят, что Борей владел «солнечным доспехом», но индийские Веды об этом упорно молчат. Его современники, полагаю, этих доспехов на нем не видели, а только знали, что они были. Остались намеки, что могущественное оружие Борей тоже оставил Сваруну.

‑ Что такое «солнечный доспех»? – я решил поиграть с архимагом, в надежде получить новую информацию. Ведь Алика могла что‑то упустить в процессе своего расследования.

‑ Только не строй из себя невежу, – усмехнулся Зотов, легко раскусив мою игру. Однако не стал сердиться. – «Солнечный доспех» – комплекс магической защиты, включающий в себя разнообразное оружие и броню. Например, «скипетр войны», огненный диск Сударшана, Небесное Копье, разнообразные защитные приспособления в виде «лат», «стены непроницаемости». По некоторому размышлению, пришел к мысли, что такую громоздкую систему защиты и активного боя Борей не мог таскать на себе. Но и отказаться от нее тоже не в силах. Поэтому я пришел к мысли о некоей трансформе, позволявшей Борею в кратчайший момент облачаться в нужный комплект.

‑ Что за трансформа? – я‑то догадывался, что хотел сказать Зотов, но любопытство пересиливало. Ведь архимаг своим умом и анализом ситуации доходил до сути, а мне бескорыстно помогала Алика и призрачный слуга Ясни.

‑ Магические кольца или перстни, которые при взаимодействии между собой проявляли некие качества доспеха. То есть, на самом‑то деле Борей мог стать неуязвимым, применяя перстни с драгоценными камнями, создавав необходимые комбинации защиты или атаки. – Зотов наклонился, словно хотел рассмотреть мои артефакты на пальцах.

Я ему не мешал. Правая рука лежала на животе – любуйся, сколько влезет.

‑ Есть версия, что при манипуляциях с перстнями возникают разнообразные магические плетения, формирующие так называемый «солнечный доспех» в различных вариациях, – пробормотал Зотов. – Твои перстни, Колояр, очень похожи по описанию на эти артефакты. Но я не понимаю, где еще четыре?

Черт! Любопытный архимаг зашел очень далеко в своих изысканиях!

‑ А что с остальными? Есть еще один комплект?

‑ Вспомогательный, – Зотов глянул на меня чересчур пристально. – Правая рука соблюдает принцип внешней защиты и атаки, левая рука – отвечает за ментальную защиту и нападение. Сапфир, рубин, алмаз и изумруд отвечают за внешние проявления магии. На твоей руке именно эти камни.

‑ Послушай, Игнат, – я пошевелил рукой, любуясь игрой граней своих камней, – если честно, я сам давно интересовался, что за наследство попало в мои жадные ручонки. – Подозреваю, что ты стал жертвой своей ошибки. Да, удивительное совпадение, и только. Обычный слепок с настоящих перстней, канувших в неизвестность.

‑ Да‑да, канувших…, ‑ пробормотал архимаг, стискивая ладонями свои колени. – «Огненная птица» уничтожившая бандитов на трассе является одним из компонентов доспехов Борея. Об этом упоминают исследователи в старинных книгах. Не думаю, что реплики, которые ты носишь, способны на такое.

Вот же дотошный, черт возьми! Я изобразил недоумение и развел руки в стороны.

‑ Плетение «феникса» – стихия Огня, как‑никак, любезный Игнат! А эта стихия – наследственная.

‑ Десять лет назад на твоих руках были браслеты «веригельн», – напомнил с улыбкой Зотов, как скрадывающий несчастную мышку лис. – Я ведь помню подростка, который не мог пользоваться своим Даром. А блокираторы за все эти годы полностью уничтожили способность к воспроизводству магической энергии. И вдруг Колояр Волоцкий из выхолощенного мага превращается в какую‑то невероятную машину убийства…

‑ Скажешь тоже – машина, – польщенно пробормотал я.

‑ Машина, – уперся Зотов. – Играючи разделался с четырьмя наемниками на дороге; снес с крыши снайпера на расстоянии двести метров; скрутил волколака и раскатал в блин еще одну группу наемников. И ведь есть свидетели. Один из них – очаровательная княжна Мирослава. Я знаю эту девочку. Она романтическими бреднями не страдала никогда. К ее словам отношусь очень серьезно. Ты пользовался еще каким‑то артефактом, очень похожим на царский атрибут власти – кинжалом Ясни.

Хороший удар. У меня дыхание перехватило и сердце засбоило. Да черт возьми, что нужно Зотову? Зачем он под меня копает? По приказу Невзора?

‑ Я к чему веду, Колояр, – Зотов протарабанил пальцами по коленям, – слишком много совпадений, после которых у меня не осталось сомнений: ты каким‑то образом отыскал артефакты Варахи, но не полностью, и теперь являешься владельцем уникального магического доспеха. Почему я утверждаю это? С четырьмя перстнями и Ясни ты на голову выше многих архатов, и даже с творцами можешь бодаться. И не надо меня убеждать о семейных реликвиях. У Волоцких никогда не было таких вещей.

‑ В курганах нашли, – стал маневрировать я.

‑ Брось, Колояр, – поморщился Зотов и руки его замерли. – Меня не стоит недооценивать. Я не мальчик уже, жизненного опыта хватает, чтобы распознать, где ложь, а где правда. Ты не куришь?

Странный переход от энергичного допроса к банальному вопросу удивил, но я не подал виду. Зотов что‑то хотел сказать, и с помощью пальцев вырисовывал какие‑то знаки.

‑ Нет.

‑ А вот что‑то захотел сигаретку выкурить. Выйдем в коридор?

‑ Прогуляемся, – мне стало интересно, что задумал маг.

Когда мы покинули номер, Зотов тихо сказал:

‑ Пошли на улицу. Не хочу здесь ничего говорить.

Возле гостиничного домика крутился только один вооруженный охранник, и наше появление отметил, но не стал препятствовать тому, что мы зашли за угол, где в окружении нескольких кустов стояла скамейка, ящик с песком и урна для мусора. Мы сели рядышком, и Зотов действительно закурил. Ни разу не видел, чтобы маги дымили сигаретами. Пагубная привычка отбивалась элементарными заклинательными плетениями.

‑ Удивился? – Игнат тихо рассмеялся. – Это для виду. Ладно, давай играть в открытую, Колояр. О чем мы говорили в комнате – более‑менее известно. Теперь о главном: я не знаю, где находится дублирующий комплект перстней, но по некоторым данным, он осел у частных коллекционеров. Одного я знаю: Уильям Грэйс, живет сейчас в Лондоне. Остальные тоже ушли через аукционы. Подозреваю, что никто и не знает, чем владеет. В этом твой шанс, парень.

‑ Не понял! – я взглянул на Зотова, задумчиво пыхающего сигаретой.

‑ Я хочу помочь тебе овладеть Силой, – ответил неожиданно маг. – Но не просто так, сам понимаешь.

‑ Так! Разговор пошел откровенный! – я оживился. – Бескорыстие в княжестве Торгуеве никогда не было в числе добродетелей. Поясни мне, Игнат, свою позицию. Зачем ты предлагаешь свою помощь?

‑ Когда я поступил на службу к князю Щербатову, мне было двадцать два года, – негромко ответил Зотов, сосредоточенно глядя на тлеющий кончик сигареты. – В УКБ всем заправлял опытный архат Матвей Владимиров. Ему уже тогда было лет девяносто, но за последние годы своей жизни он стал моим наставником и учителем. Его заместителем как раз ходил Невзор. Как маг – очень сильный специалист, разбирающийся во всех тонкостях ремесла. Уверенный… нет, скорее, самоуверенный человек, стремившийся получить высочайший ранг «творца». Владимиров, вероятно, почувствовал какую‑то угрозу, исходившую от помощника, и приложил немало усилий, чтобы комиссия завалила Невзора на аттестации. «Творца» он не получил, и подозреваю, как ненавидел старика. Когда Владимиров умер, Невзор стал главой УКБ, но пробыл там недолго. Князь Борис взял его в клан личным магом. Но свою власть Невзор в УКБ не потерял. Всех, кого Владимиров привечал и оказался в ближнем кругу, архат мгновенно записал во враги. Думаешь, почему я, имея тот же ранг, что и Невзор, до сих пор нахожусь на побегушках? Все Управление сверху донизу пронизано соглядатаями этого человека.

‑ Почему тогда ты служишь Щербатову? Твоя вассальная клятва не вечна. Уходи.

‑ Как раз Щербатов меня устраивает. Меня не устраивает этот хрыч, держащий в обеих когтистых лапах и УКБ, и окружение князя, – Зотов поплевал на пальцы и загасил окурок. Щелчком отправив его в урну, он продолжил: – Может показаться, что я хочу использовать тебя в подковерных играх. Но я хорошо помню мальчишку с браслетами на руках, представляя, какие муки он испытывал при инициации. Сила, не выходящая на должный уровень, сжигала искру Дара и губила энергетические каналы. И в истории с гибелью твоих родителей… там много непонятных моментов, связанных с Невзором. Ты ведь ничего не знаешь…и не помнишь.

‑ Как я мог что‑то знать? – сохраняя безразличие на лице, пожал я плечами. – Годовалый сопляк, которого чудом спасли из горящего дома.

‑ Тебя вытащили Невзор и Мисяй, – с трудом проговорил Зотов. – Но что‑то произошло в доме. Очень плохое. Не спрашивай меня, я не готов так далеко заходить. Боюсь. Только не верю, что эти двое могли проигнорировать прямой приказ Щербатова спасти младенца.

‑ Хм, этот приказ легко обойти. Сказали, например, что обвалилась крыша, не успели вытащить. И что там могло произойти? Ты хоть что‑то знаешь или догадываешься?

Мне не хотелось давить на архата. Сделка между совестью и верной службой зачастую меняют человека не в лучшую сторону. Зотов не будет нарушать клятву верности своему князю, но не откажется устроить неприятности недругам. Надо же, не подозревал, какие страсти бушуют в недрах УКБ. Чисто пауки в банке!