Текст книги "Я вам не Сталин! Я хуже. Часть1: Перезагрузка системы (СИ)"

Автор книги: Сергей Зеленин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 46 страниц)

Но ты то – профессиональный военный моряк, не одну собаку на камбузе съел и должен понимать и, хотя бы попытаться отговорить.

Страшно, да?

За что?

За жизнь?

Или, за карьеру?

А за страну не страшно – насрать, да?

Не… От Жукова ещё можно ждать хоть какой-то пользы, ибо надо отдать должное – он умеет наводить дисциплину среди подчинённых. Кулаками по сытой генеральской морде, палкой по его же хребтине, расстрелами…

Но умеет!

(Кстати, надо будет не забыть позвонить на Лубянку насчёт него и Тимошенко).

От Кузнецова и такого не дождёшься.

Это – человек-пустышка, ибо на бардак творящийся на флоте – Сталин два раза ему указывал, носом как слепого щенка в собственную «лужу» тыкал – советуя брать пример с царского адмирала Вирена, при котором: «…в военно-морских базах был порядок». Два раза советовал: в 1939-м и 1946-м годах…

На третий раз – снял с должности и заодно ликвидировал саму «контору» – Наркомат ВМФ СССР, сделав флот всего лишь одним из видов Вооружённых сил СССР.

Так почему бы не последовать его примеру на шесть лет раньше?

Обращаюсь к двум оставшимся морякам, сидевшими ниже травы, тише воды и даже судя по их зелёному виду – напрочь забывшими как надо дышать:

– Товарищи адмиралы!

Когда те встали с не совсем бодрым видом и в разноголосицу ответили: «Слушаю, товарищ Верховный главнокомандующий…», заявляю:

– С отменной программы «Большого флота», отпала и нужда в отдельном наркомате для ВМФ – он ликвидируется, как и Главный морской штаб. Взамен же, в Генеральном штабе Вооружённых сил СССР, образуется «Главное военно-морское управление» – с такими же правами и обязанностями, как положим…

Глядя на сидящего в зале «главного танкиста» – генерала Федоренко:

– …У «Главного автобронетанкового управления РККА».

Затем персонально обращаясь к каждому:

– Начальником Главного военно-морского управления назначаю Вас, адмирал Исаков. Заместителем – Вас, адмирал Галлер. Все нижестоящие назначения сделаете сами. Всё ясно, товарищи адмиралы?

Те, заметно приободряясь, дуэтом гаркнули:

– Ясно, товарищ Верховный главнокомандующий!

Сразу же, ставлю задачу:

– Первым дело требую как можно быстрее разработать военно-морскую доктрину СССР – чего от ваших предшественников, я так и не смог добиться…

Невольно возникает вопрос:

«Интересно, а появилась ли она хотя бы к двадцать первому веку?

Что-то ни разу не слышал».

– …Хотя с отменой программы строительства «Большого флота» она будет иметь «прибрежный» характер, но что касается омываемых СССР морей – доктрина должна быть агрессивно-наступательный. Поэтому Балтийский и Черноморский флоты обязаны обзавестись знающей сухопутную тактику боя морской пехотой – на первое время хотя бы по бригаде на каждом и средствами её высадки на укреплённое побережье. На формирование бригад морской пехоты, можно пустить плавсостав недостроенных кораблей… Исключая дефицитных специалистов, конечно. Ну и призванных из запаса моряков.

***

Закончив с флотскими делами, поискав глазами, нашёл знакомую по прошлой встрече с генералитетом лысую как биллиардный шар голову, и:

– Товарищ Голиков! Обрадуйте нас последними достижениями вашего ведомства и расскажите про ближайшие – хотя бы на эту весну-лето, планы Гитлера и его компании.

Тот, недоумённо:

– Сведения секретные, тов…

Резко:

– Вы читаете, что среди собравшихся здесь имеются германские шпионы? Кого конкретно Вы имеете в виду? Товарища Мехлиса? Товарища Кулика? Или товарища Будённого? Может, Вы товарища Сталина считаете германским шпионом?

– Нет, но…

Взглядом приказав Начальнику Главного разведывательного управления Генерального штаба РККА, заткнуться:

– Даже если мы все здесь – все до одного германские шпионы, то на хрена спрашивается, хранить от них германские же секреты?

Не получив ответа:

– В общем «му-му» нам не любите, товарищ генерал-лейтенант, а рассказывайте что там сообщают ваши «штирлицы».

– Кто, кто?

– Ну, или «Рамзаи», не один ли хрен…

Растерянно, не понимая за что на него такой грандиозный наезд:

– Я не взял с собой документов…

– А по памяти? Нам здесь особая точность не нужда: не бюджет страны сегодня расписываем! Нам бы просто понять: чего ждать от наших западные соседей – проявивших за последние два года такую феноменальную шустрость со сказочной прытью.

И Голиков, то и дело спотыкаясь и запинаясь на каждой фразе, принялся пересказывать донесения своих военных атташе:

– Из сообщения «Марса» из Будапешта от первого января 1941-го года…

***

Надо быть абсолютно пустоголовым – до «малинового» колокольного звона под «кумполом», чтобы утверждать что Сталин (Политбюро ЦК ВКП(б), высшее политическое руководство страны) не слушал предупреждения разведчиков, не готовил страну к войне и, оттого якобы и произошли все наши беды 22 июня 1941-го года и после. Увеличивалась численность РККА, на западную границу перебрасывались всё новые и новые части и соединения… Принимались на вооружение новые образцы оружия и боевой техники, строились новые предприятия оборонной промышленности и модернизировались уже действующие…

Если это не подготовка к войне, то что же это?

На счёт же «неожиданности и внезапности» и «предупреждений разведки»…

Не надо быть разведчиком, не надо было красть из сейфов германского Генерального штаба карт со стрелочками… Надо было просто посмотреть на глобус Европы, чтоб понять:

Мы – следующие!

Сталин (Политбюро ЦК ВКП(б), высшее политическое руководство страны) готовил страну к обороне и считал, что и его генералы – делают то же самое…

Впрочем, тема «генералы и подготовка к войне» – требует отдельного рассмотрения.

Сейчас же про разведку, которая «предупреждала».

«Главное разведывательное управление» (ГРУ ГШ РККА) – это самый мощный и многочисленный отдел Генерального штаба Красной Армии.

Для сравнения: «Оперативное управление» последнего – орган, непосредственно разрабатывающий планы военных действий и руководящий операциями фронтов, состоял из следующих отделов:

1) Западный,

2) Среднеазиатский,

3) Ближневосточный,

4) Дальневосточный.

Начальник управления, два его зама и…

Всё!

Другие – Организационное управление, Мобилизационное управление, Управление по укомплектованию войск, Управление устройства тыла и снабжения, Военно-топографическое управление и, того меньше – очень часто всего лишь один отдел, его начальник и один-единственный заместитель.

«Главное разведывательное управление» же, это…

Нечто!

Для перечисления его отделов, пальцев рук не хватит – надо разуться, снять носки и подключить «к арифметике» ещё и пальцы ног:

1) Западный,

2) Балканский,

3) Восточный,

4) Военно-технический,

5) Специальный,

6) Паспортный,

7) Приграничной разведки,

8) Радиоразведки и радиосвязи,

9) Шифровальный,

10) Дешифровальный,

11) 11-й отдел⁶⁸,

12) Внешних сношений,

13) Центральной военной цензуры,

14) Информационный,

15) Спецзаданий,

16) Общий,

17) Кадров,

18) Политический,

19) Административно-хозяйственный.

ВО!!!

Не знаю у кого как, а у меня складывается впечатление, что Генеральный штаб РККА – это всего лишь прикрытие для этой сверхмощной спецслужбы!

И конечно же, как зачастую у нас на Руси водится – это всего лишь верхушка айсберга, на который в своё время напоролся «Титаник» с Леонардо Ди Каприо и его классной чувихой на борту. По всему миру, Главное разведывательное управление распустило свои щупальца, как легальные – военные атташе при советских посольствах, так и нелегальные. Всего на май 1940-го года по миру было сорок две легальные резидентуры с 194 «источниками» (агентами-информаторами, то бишь) и девяносто одна нелегальная – с 1595.

В одной только Германии, по линии ГРУ было без малого 792 (семьсот девяносто два!) «штирлицев».

К «роковому дню календаря» по всему видно, «щупалец» стало больше ещё на порядок – так выделяемых год назад порядка пяти-шести миллионов инвалютных рублей, вдруг стало резко не хватать и, 18 апреля 1941-го Начальник Генштаба РККА Жуков писал Председателю Совнаркома Молотову об удручающем состоянии финансирования своего самого мощного отдела:

«Разведывательное управление Генерального Штаба Красной Армии испытывает большие трудности в своей работе из-за неналаженности денежного обеспечения…

…И находится под непрекращающимся нажимом справедливых требований, жалоб, претензий и недовольства со стороны командующих и начальников разведывательных отделов округов, военных атташе, легальных и нелегальных резидентов и источников⁶⁹».

Не мной было сказано:

«Владеющий информацией правит миром»!

Ну, или где-то примерно так…

Поэтому на разведку никаких денег не жалко, был бы толк.

Был ли толк от деятельности Главного разведывательного управления Генерального штаба?

Увы!

Кроме френчей и галифе присутствующих здесь генералов – пошитых явно не из изделий иваново-вознесенских ткачих, я другого «толка» – в упор не вижу…

От слова «ВАЩЕ(!!!)» не вижу.

ГРУ ГШ РККА – это военная разведка и, она должна не «предупреждать» – для этого имеется политическая разведка и дипломаты… А по идее, выведывать военные же секреты противника: численность и состав вооружённых сил вероятного противника, характеристики его вооружения и боевой техники и наконец – применяемую им тактику.

И вот здесь за нашими «штирлицами» – полный ноль!

Ни Генеральный штаб, ни советское политическое руководство ничего (или почти ничего) не знала об «Линии Маннергейма»… Советской пехоте и танкам, пришлось её разведывать уже в бою, ценой собственных жизней и потерянной технике.

Уже лишь за это, «контору» надо было разгонять к такой-то – вполне определённой матери!

До Великой отечественной войны, во время её и ещё очень долго после оной, насчёт количества танков и самолётов у супостата – советская военная разведка постоянно попадала пальцем в оппу… Причём – в свою же собственную.

Что такое «Блицкриг» мы узнали только 22 июня и причём – на своей собственной шкуре. Технические подробности этой тактики, стали известны уже после начала войны – только после удачной контратаки, когда разгромив штаб одной из танковых частей «Вермахта» – наши воины захватили немецкие штабные документы и переправили их в Генштаб.

Во время войны (особенно в самом её начале) военная разведка очень часто фатально промахивалась с определением направлений главных ударов противника – отчего мехкорпуса блуждали, а наносимые ими контрудары наносились по пустому месту.

Концепция «единого пулемёта», для наших генералов была «тёмным лесом» до самого конца войны, иначе зная нашу страсть подражать – хотя бы попытались запилить нечто подобное или хотя копирнуть.

Да, что там «единый пулемёт»…

Плоский котелок и тот стал для наших военных откровение Божьим и скопирован с немецкого уже в годы войны!

До этого из круглого бойцы и командиры кашу рубали – как «во времена Очакова и покорения Крыма».

Хотя, здесь я могу и ошибаться.

Да и с «предупреждениями», если приглядеться внимательно, не всё так гладко.

Это лишь в кино, затянутые в элегантный эсесовский чёрный мундир советский разведчик, пиз…дят секретные планы из сейфа у самого Гитлера и выходит при этом сухими из воды.

В жизни же, за очень редким исключением всё бывает иначе: как-то понудить к измене Фатерлянду лицо имеющее доступ к документам с грифом «Совершенно секретно!» – задача немыслимой сложности.

Серьёзных источников нет, а «Центр» требует информации… Или, хотя бы «активности».

Где взять?

Приходиться собирать (или выдумать) сплетни.

Вот образчик:

«Начальнику Разведуправления Генштаба Красной Армии

Будапешт, 8 мая 1941 г.

Вагнер сообщил, что 6 мая 2 пьяных немецких офицера заявили в ресторане, что вся Европа теперь германская. На замечание штатских, что существует ещё Россия, они заявили, что кулак против СССР уже сосредоточен и что ни сегодня-завтра Германия ударит по СССР. Берлинское опровержение о сосредоточении немецких войск на границе СССР только для общественного мнения.

Француз, турок и американец сообщили, что в Будапеште проезжающие немецкие офицеры и солдаты открыто говорят о предстоящей войне против СССР.

Марс».

«Марс» – псевдоним военного атташе при полпредстве СССР в Будапеште, резидента военной разведки. «Француз, турок и американец» – военные атташе при посольствах соответствовавших стран в Будапеште.

«Пьяные немецкие офицеры», это ещё что!

5 мая 1941-го года в Центр поступила телеграмма, направленная в этот же день из Берлина «Арнольдом»:

«Советско-подданный Бозер сообщил Смирнову, что по данным немецкого офицера из ставки Гитлера, полученным через третье лицо , немцы готовят к 14 мая вторжение в СССР. Вторжение предположено осуществить с направлений: Финляндии, Прибалтики и Румынии. Одновременно будут мощные налёты военно-воздушных сил на Москву, Ленинград и высадка парашютных десантов в приграничных центрах. Не имея уверенности в подлинности сообщения и в самом источнике, принял меры к проверке их…».

«Арнольд» – военный атташе при полпредстве СССР в Германии генерал-майор В.И. Тупиков.

Прочитав «советско-подданный», я сперва решил что «послезнание» глючит… «Перезагрузил», оказывается – нет, точно «советско-подданный».

Мля… Ильф и Петров отдыхают!

Даже более серьёзные – чем «пьяные офицеры» источники, требуют пристального рассмотрения:

«2 мая 1941 г. «Рамзай» докладывал в Центр:

Я беседовал с германским послом Отт и морским атташе [Венекер] о взаимоотношениях между Германией и СССР. Отт заявил мне, что Гитлер исполнен решимости разгромить СССР и получить европейскую часть Советского Союза в свои руки в качестве зерновой и сырьевой базы для контроля со стороны Германии над всей Европой.

Оба, посол и атташе, согласились с тем, что после поражения Югославии во взаимоотношениях Германии с СССР приближаются две критические даты.

Первая дата – время окончания сева в СССР. После окончания сева война против СССР может начаться в любой момент так, что Германии останется только собрать урожай.

Вторым критическим моментом являются переговоры между Германией и Турцией. Если СССР будет создавать какие-либо трудности в вопросе принятия Турцией германских требований, то война будет неизбежна.

Возможность возникновения войны в любой момент весьма велика потому, что Гитлер и его генералы уверены, что война с СССР нисколько не помешает ведению войны против Англии.

Немецкие генералы оценивают боеспособность Красной Армии настолько низко, что они полагают, что Красная Армия будет разгромлена в течение нескольких недель. Они полагают, что система обороны на германо-советской границе чрезвычайно слаба.

Решение о начале войны против СССР будет принято только Гитлером либо уже в мае, либо после войны с Англией».

Во-первых, возникает вполне закономерный вопрос: германский посол в Японии и военно-морской атташе – лично были в Ставке Фюрера на совещании, где тот бесповоротно решил напасть на СССР по окончанию весеннего сева?

Так оно было 1-го мая!

А если учесть, что сутки в Стране Восходящего Солнца начинаются на 12 часов раньше, чем в Европе, то возможно в момент отправки той шифрограммы в Москву, того совещание ещё и в помине не было. По крайней мере в тот момент – когда на уши «Рамзая» вешалась эта «лапша».

Во-вторых, а что этим двоим вообще на том Совещание делать? Вторжение в СССР их хоть как-то – хоть каким-то боком касается?

Не… Конечно в Третьем Рейхе был бардак, согласен…

Но не до такой же степени!

В-третьих, при чём тут Турция?

В четвертых, на лицо явное противоречие, с целью «залюбить» мозги: «Гитлер и его генералы уверены, что война с СССР нисколько не помешает ведению войны против Англии» и в то же время – «Решение о начале войны против СССР будет принято только Гитлером либо уже в мае, либо после войны с Англией».

Так что налицо у нас что?

Явная дезинформация от адмирала Канариса, за передачу которой через ГРУ высшему политическому руководству нашей страны – партайгеноссе Рихарду Зорге присвоили звание «Герой Советского Союза».

Слава Богу, что хоть посмертно – японским самураям огромное спасибо!

А то бы поди, до сих пор в школах рассказывал юному поколению россиян, про как он предупреждал, а впавший в маразм Сталин писал на его докладах:

«Пошёл к ебеней матери»!

Кстати, все серьёзные источники информации, как тот знаменитый – из «штаба германской авиации», относились не к ГРУ ГШ РККА, а к совсем другому ведомству:

«Сообщение из Берлина

Источник, работающий в штабе германской авиации, сообщает:

29 апреля Гитлер в речи, произнесенной в «Спортпаласе» перед молодыми офицерами-выпускниками, содержание которой в прессе опубликовано не было, заявил:

«В ближайшее время произойдут события, которые многим покажутся непонятными. Однако мероприятия, которые мы намечаем, являются государственной необходимостью, так как красная чернь поднимает голову над Европой».

Эти сведения получены источником от нескольких офицеров, но подлежат дополнительной проверке.

Начальник 1-го Управления НКГБ Союза ССР

Фитин».

У этого «источника» был позывной «Старшина», звали его Харро Шульце-Бойзен и, был он сотрудником отдела зарубежных ВВС (разведка) генерального штаба Люфтваффе, в звании обер-лейтенанта.

И даже он, был вынужден не тырить секретные документы их сейфов, а довольствоваться слухами!

Как известно даже школьнику из моего времени, его Сталин «послал» и причём – послал «конкретно»…

Да потому что понял, что это – сплетня.

***

И вот тут то, нужно снова вернуться к пресловутому «человеческому фактору», то бишь – к кадровому вопросу:

«Кадры решают всё!», а кто у нас во главе военной разведки?

Такое ощущение, что на неё ставили в соответствии с главным кадровым принципом времён так называемого «Застоя»:

«Не справился с промышленностью пойдёшь на сельское хозяйство!».

Ну а куда же ещё – не расстреливать же, правильно?

Если сделать поправку на время, то это будет звучать так:

«Прежде чем расстреливать – надо дать человеку шанс».

Вот кто это такой, этот генерал-лейтенант Голиков?

Профессиональный разведчик, начавший карьеру с нелегала, или хотя бы с войскового разведчика?

Ну, а як же!

Филипп Иванович начал военную службу с того, что добровольцем вступив  в Красную Армию, учувствовал в подавление крестьянского восстания… Возможно разведчиком в отряде красноармейцев-карателей, история про то скромно умалчивает. Но даже если это и так, разведывал он довольно хреново и отряд был взбунтовавшимися мужиками разбит вдрабаган.

Бывает, что уж тут пенять – первый блин всегда выходит блином… Почему у начинающего разведчика должно быть не так?

Уцелев тем или иным образом, наш герой был откомандирован на учёбу и окончил в 1919 году двухмесячные… Хм, гкхм…

Военно-агитаторские курсы.

Эээ… Должно быть они так назывались для конспирации, на самом деле это – школа разведчиков.

Набравшись там познаний в разведческом ремесле, юный Голиков последовательно прошёл все его ступени: агитатор в полковой пулемётной команде, секретарь политотдела Особой бригады, инструктор-организатор политотдела стрелковой дивизии и закончил Гражданскую войну начальником информации дивизии…

И на всех вышеперечисленных должностях – разведывал, разведывал и ещё раз разведывал – как завещал разведчикам великий Ленин.

Обогащённый опытом разведывательной работы, наш возмужавший герой идёт на повышение и с 1921-го года становится начальником политсекретариата губернского военного комиссариата. С 1922-го – начальником отделения политотдела Приволжско-Уральского военного округа. Полгода спустя – начальником агитационно-пропагандистского отдела политуправления Западно-Сибирского военного округа.

И вновь на всех этих должностях, товарищ Голиков – разведывает, разведывает и разведывает…

Перспективного разведчика заметили и направили на Курсы усовершенствования высшего начальствующего состава РККА (КУВНАС), после окончания которых он продолжал заниматься разведывательным делом, став начальником агитационно-пропагандистского отдела политуправления Приволжского военного округа.

Однако, в один прекрасный момент, Филипп Иванович решил:

«Хватит разведывать, ибо накопленный разведывательный опыт – уже просто некуда складывать, пора уже и полководческого набраться… Мало ли, что – вдруг пригодится».

Что-то такое «строевое» закончив экстерном(!), он был переведён на командную должность и сперва командовал стрелковым полком. Затем также заочно(!!!) окончив «Академию имени Фрунзе» – стрелковой дивизией, после чего последовательно – отдельной механизированной бригадой, механизированным корпусом и, наконец «строевик-заочник» Голиков – член Военного совета Белорусского военного округа и член Бюро Центрального комитета Белорусской компартии.

В «репрессивные» годы над разведчиком нависли было тучи – его даже увольняли из РККА…

Жертва репрессивного сталинского режима!

…Но обошлось и, отделавшись лёгким испугом и даже не замарав синие штаны, Голиков сперва командует армейской группой в Киевском венном округе, затем армией – с коей участвует в Польском походе. И наконец, вновь возвращается к разведывательной деятельности, возглавив ГРУ ГШ РККА.

Это ещё что!

До него эту «контору» возглавлял генерал-лейтенант авиации Проскуров, который сам про себя так сказал на совещании по итогам Советско-финской войны:

«Был я в свое время неплохим летчиком, командиром, перешел в разведку…».

Могу закончить за него:

«…Где стал полным гАвном».

За промахи военной разведки во время Зимней войны, его сняли с должности заменив Голиковым и, отправили снова в авиацию – где годом позже арестовали и, вместе с Рычаговым и прочей «авиакомпанией» – расстреляли за бардак творившейся в ВВС РККА и связанную с ним высокую аварийность.

Бывший до Проскурова Александр Григорьевич Орлов, вроде бы соответствовал «профилю», ибо в тридцатые годы работал военным атташе в крупнейших европейских странах…

«Ниже» копать не будем, просто подведём общую черту: кто бы не был во главе «Главного разведывательного управления Генерального штаба Рабоче-Крестьянской Армии» (ГРУ ГШ РККА) не стоял, общим было:

На всех уровнях этой «шарашкиной конторы» царил неописуемый словами бардак, недаром именно оттуда были все знаменитые перебежчики – начиная от Гордиевского и кончая Резуном.

Про бардак творившийся при Берзине («невинно» расстрелянном после Урицкого, но до Никонова, Гендина и Орлова) можно прочесть в мемуарах разведчика Михаила Абрамовича Мильштейна «Две встречи с Берией». Про Лаврентия Павловича там – совсем чуть-чуть: по ходу – он был упомянут в названии лишь для «хайпа»… Про бардак же в Главном разведывательном управлении – страниц триста мелким шрифтом.

Голиков начальствовал в этой «конторе» недолго и, в октябре 1841-го был заменён генералом Панфиловым. Но не тем, что – панфиловец, а… Неизвестно кем – инфы про него в моём «послезнании» ноль.

Тот в свою очередь, через год уступил кресло некому Ильичёву, Ильичёв – Кузнецову… Но не адмиралу, а…

Неизвестно кому.

Конспирация «бойцов невидимого фронта»?

Нет, ни коим образом…

Бардак!

***

Уже после окончания войны, при Кузнецове – который «неизвестно кто», СМЕРШем (военной контрразведкой) было проведено расследование деяний разведчиков-нелегалов, всю войну просидевших «в тылу врага».

В оккупированной фашистами Бельгии, то бишь.

На допросе они дали очень любопытные показания:

«…Арестованный в июле 1945 года резидент Главразведупра Красной Армии в Бельгии ГУРЕВИЧ (кличка «Кент») показал, что он был подготовлен наспех, а переброска его в Бельгию была организована непродуманно. По этому вопросу ГУРЕВИЧ показал следующее:

«Перед переброской меня за границу, по существу, я никакой подготовки не получил. Правда, после оформления моей вербовки работником Главразведупра Красной Армии полковником СТРУНИНЫМ, я был направлен на курсы при разведшколе Главразведупра Красной Армии, но они для практической работы ничего, по существу, не дали. На этих курсах я в течение 5-ти месяцев изучал радиодело, фотодело, и был ознакомлен с общим порядком конспиративных встреч с агентурой за границей».

В буквальном смысле – худо-бедно подготовив, разведчика-нелегала решили забросить в Бельгию под видом мексиканского художника, побывавшего несколько месяцев в Советском Союзе и потом решившего выехать в эту страну через Финляндию, Швецию, Норвегию, Германию и Францию.

Вот что по поводу этой «легенды» говорит сам Гуревич-Кент:

«Надо сказать, что данная мне легенда была очень неудачной хотя бы потому, что я в связи с недостаточностью времени не мог получить никакой консультации о Мексике, об ее внутреннем положении, условиях жизни, и даже ее географических данных. Кроме того, испанский язык, являющийся основным в Мексике, я знал далеко недостаточно для мексиканца и говорил на нем с явно выраженным русским акцентом.

Таким образом, в пути следования я был не в состоянии отвечать на самые простые вопросы о положении в Мексике, а это, бесспорно, навлекало на меня всевозможные подозрения».

Вот так вот: мексиканец, а мексиканского языка не знает…

Поняв, что с гражданством дали маху, в Центе решили изменить «легенду». Вот как это происходило:

«Будучи в Париже, я встретился там со связником Главразведупра, который вручил мне уругвайский паспорт на одну из фамилий уругвайского коммерсанта, а я ему сдал свой мексиканский паспорт.

Получая паспорт уругвайского гражданина, я был совершенно недостаточно осведомлен о жизни Уругвая. Когда этот вопрос я поднял еще будучи в Советском Союзе, мне БРОДИН сказал, что такая возможность мне будет предоставлена.

Действительно, спустя некоторое время мне была представлена для ознакомления коротенькая справка, написанная от руки на 2-х страницах одним разведчиком, находившимся в Уругвае очень короткий промежуток времени. Причем в этой справке были указаны две улицы Монтевидео, названия нескольких футбольных команд и подчеркнуто, что население, особенно молодежь, часто собирается в кафе. Ни географического, ни экономического и политического положения в этой справке освещено не было…».

А теперь держитесь за стулья крепче:

«Я даже не знал фамилии президента «моего государства», т. к. по этому вопросу в Главразведупре имелись противоречивые данные. Когда я заметил БРОДИНУ, что этих данных для меня недостаточно, он обещал мне их дать, но их в Главразведупре не оказалось, и мне в последний день перед отъездом было предложено пойти в библиотеку имени Ленина и ознакомиться там с УРУГВАЕМ по БСЭ. Естественно, что и там нужных мне данных, как для коммерсанта богатой уругвайской семьи, найти, конечно, не представилось возможным».

Со шпионской экипировкой у Гулевича-Кента, тоже всё было не слава Марксу:

«Выезжая из Советского Союза, я по легенде до этого находился в Нью-Йорке и других странах, а вез с собой только один, небольшого размера чемодан, в котором находились: одна пара белья, три нары носков, несколько носовых платков и пара галстуков, в то время как иностранные туристы, побывавшие в других странах, везут с собой в качестве багажа по нескольку чемоданов с различными носильными вещами, большое количество различных фотографий, личных писем и т. д..

Больше того, я. как личный турист, побывавший в Советском Союзе несколько месяцев, не взял с собой в качестве «памятки» ни единой русской вещи или даже открытки, которая бы напоминала о моем посещении этой страны.

Вследствие этого, сразу же, как только в Ленинграде я сел в вагон, в котором находились иностранцы, следовавшие в Финляндию, на меня было обращено внимание, почему именно я, как иностранный турист, не имею с собой никакого багажа».

Нашего незадачливого «Штирлица», проколы ждали буквально на каждом шагу:

«По приезде в Хельсинки я должен был явиться в Интурист и получить билет на самолет, следовавший в Швецию. Когда я обратился к швейцару Интуриста, поскольку других работников в воскресенье не было, и спросил его на французском языке о том, что мне должен быть заказан билет на самолет, он предложил мне говорить на русском языке, дав понять, что он знает о том, что я русский, и играть в прятки с ним не следует».

«По приезде в Париж я остановился в гостинице «Сейтан», и на другой день должен был зайти в кафе «Дюспо», находящееся на Криши, для встречи со связником Разведупра. При этом было обусловлено, что при входе в кафе я займу место за заранее определенным столиком, закажу чай, немедленно расплачусь за него и буду читать французскую газету. Связник должен был точно так же находиться в кафе, сидеть за столом, имея на столе французский журнал. Здесь мы должны были друг друга только видеть, сами же встречи должны были произойти немедленно по выходу из кафе, около дома № 120 или 140 по Криши.

Прибыв по указанному адресу, я не нашел кафе с названием «Дюспо». В этом доме находилась закусочная, рассчитанная на обслуживание шоферов конечной автобусной остановки, под названием «Терминюс». При входе в закусочную я увидел, что там имеется всего 1–2 стола, за которыми посетители обычно играли в карты. Посетители же в основном заказывали вино и горячее кофе, как это принято в закусочных во Франции.

То, что я занял место за столом и заказал чай, вызвало смех у официанта, и мне было предложено кофе, говоря, что чаем они вообще не торгуют.

Я пробыл в кафе более получаса, однако связника Разведупра по данным мне приметам не встретил. Полагая, что возможно был перепутан адрес, я попытался разыскать на этой улице нужное мне кафе, однако его не нашел. В действительности же оказалось, что несколько лет тому назад в помещении, в которое я заходил, было именно кафе «Дюспо», но впоследствии оно было преобразовано в закусочную».

Это ещё что!

На допросе Гуревич-Кент показал, что Главразведунром Красной Армии ему было предложено по приезде в Брюссель остановиться в гостинице «Эрмитаж». Но на месте оказалось, что эти гостиница – уже пять лет как была превращена…

В публичный дом.

Мля, Голливуд отдыхает!

Не так за державу обидно, как за наш советско-российский кинематограф…

Не, а куда наши сценаристы-режиссёры смотрят? Почему они кинокомедий по этим сюжетам не снимают?

А потом обижаются, что с «Оскарами» их регулярно обходят…

Другой арестованный Главным Управлением «СМЕРШ» резидент Главразведупра Красной Армии во Франции, Треппер под оперативным псевдонимом «Отто», рассказывал чекистам не менее интересные вещи:

«Резидент МАКАРОВ (кличка «Хемниц») – несмотря на то, что он как будто бы прошел специальную школу, не знал самых элементарных понятий о разведработе, не говоря уже о том, что он не знал ни одного(!) иностранного языка. Кроме того, «Хемниц» должен был проживать как уругваец, в то время как он не имел никаких понятий о (его «родной стране», и еще менее о стране, в которой ему пришлось работать».