Текст книги "Я вам не Сталин! Я хуже. Часть1: Перезагрузка системы (СИ)"

Автор книги: Сергей Зеленин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 46 страниц)

Бенедиктов радостно, как будто ушам своим не веря:

– Тараксакум кок-сагыз, товарищ Сталин.

– Вот, вот! Его самого. Уже накопленный золотой запас СССР, позволяет закупать каучук в Латинской Америке для нужд промышленности.

Вспоминаю и думаю-соображаю:

«Через СССР закупает и транзитирует натуральный каучук Германия, кстати. Надо бы сделать так – чтоб часть этого добра пропадала на наших необъятных просторах по фарс-мажору…».

Ещё вот:

«А если через Вышинского подкатить к русской диаспоре в тех краях, где в лесу иного-иного диких обезьян?».

Аппетиты растут:

Ведь, «там где среди пампасов бегаю тюлени», не только каучук имеется… Но и например, такой ништяк как «бальса» – самая лёгкая и одновременно прочная древесина в мире (в высушенном состоянии легче пробки), из которой делаю доски для сёрфинга и ракетки для тенниса…

Вещь!!!

Ну и такая ерунда, как отдельные части для самолётов, или даже практически целиком деревянные самолёты, вроде британского многоцелевого «Москито».

Однако, хорош грёзить, вернёмся к нашему кок-сагызу – мать его итти.

Известная история, да?

Хотели как лучше – а получилось через жопу!

Чтоб избавиться от импортной зависимости, в СССР под эту культуру-каучуконос отводили лучшие земли. Но трудозатраты были столь огромны, выход готовой продукции столь минимален, а рентабельность (если в данном случае вообще можно применить это слово) – такая низкая, что проще всё-таки тратить золото для закупки этого сырья, тем более что никто эмбарго на его ввоз в страну победившего социализма не объявлял.

Конечно, с началом Второй мировой войны, стоимость натурального каучука скаканула в заоблачные дали…

А разве не так же резко скаканула ценность трудовых ресурсов внутри страны?

Рабочие руки, которые собирали сперва семена этих «одуванчиков» (сами попробуйте!), сеяли неизвестными мне образом, а затем выкапывали корешки и извлекали из них каучук – могли бы заниматься чем-то более полезным во время войны.

Тем более, мы не нищие попрошайки – нам есть на что покупать!

В 1941-м году, золотой запас страны достиг своего исторического максимума: 2800 тонн и его хватило аж до 1991-го года.

Так куда его девать, это золото?

И чё жопиться, приберегая презренный металл для Горби с его прорабами Перестройки да ЕБН с вороватыми мальчиками-гайдарчиками?

Золото во время войны кушать не будешь!

А вот хлеб, хотя бы и чёрный – выращенный вместо этого «одуванчика», будешь уплетать за обе щёки.

Тем более я знал, что за годы войны, советской стороной по Ленд-Лизу будет получено три с половиной миллионов покрышек, примерно столько же камер и, почти два миллиона тонн синтетической резины и натурального каучука для их изготовления шин… И даже завод по их производству – который так и не был запущен, из-за нашего советского раздолбайства.

Я так же хорошо знал о военном и послевоенном голоде, когда от истощения умирали не только в блокадном Ленинграде, а например – даже в находившемся за тридевять земель от фронта Архангельске⁴⁸…

Так на хрена тогда?

Продовольственный вопрос во время войны будет стоять очень остро!

Поэтому решать, надо начинать прямо сейчас:

– Кроме этого, товарищ Бенедиктов, по весне надо привлечь городское население – пенсионеров, школьников, студентов, рабочих и служащих в выходных и отпусках… Парткомы, месткомы, профкомы… Даже балерин, балерунчиков из Большого театра и ёперных певцов иже с ними. Да, что там… Всех клоунов из цирков!

«Потом сами спасибо скажут».

– Нужно насадить как можно больше картофеля, понимаете? Везде, где только можно – вплоть до городских парков и клумб. Понимаете, товарищ Бенедиктов?

– Понимаю, товарищ Сталин.

Продолжаю грузить:

– Сохранить урожай не менее важно, чем его вырастить. Поэтому, как только закончите с повсеместной посадкой картофеля, тут же начинайте копать овощехранилища. Не затягивайте до прилёта белых мух и пришествия полярных песТцов!

– Если встретите недопонимание на каких-нибудь уровнях – обращайтесь напрямую к чекистам, там помогут: кто откажется садить картошку или начнёт саботировать – тот отправится пилить лес.

Однако, сомнения обуревают:

«А хватит ли семенного материала?».

Нашёлся тут же:

– Если семян не хватает, Вы только свистните и, Внешторгу – будет поручено закупить семенной картофель в Америке.

Внутренний голос, ехидно-скептически:

«Фуйню какую-то придумал… Пока из Пиндосии на судах в порты привезут ту картошку, пока выгрузят… Пока погрузят в вагоны, да по городам и весям развезут… Пока то да сё – сгниёт твой семенной картофель».

«Блядь, а ведь точно… Забыл где живу!».

И несколько истерично, признаюсь, провозгласил:

– Самолётами по стране семенной материал развозить будет, но картошки насадим с запасом!

«Заодно и лётчики бомбардировочной авиации общий налёт повысят перед войной».

Кроме продовольственной, ещё одна причина по которой я – как три года не евший, доеб… Хм, гкхм… Докопался до этой сельхоз культуры. Искусственный каучук в те времена делали из спирта, а самый дешёвый спирт получался как раз из картошки.

А выпуск резины, надо к этой осени увеличить не менее чем двое!

Воспользовавшись моментом, Бенедиктов решил срубить побольше преференций для своего ведомства и, едва не причитая:

– Товарищ Сталин, с техникой просто беда!

– Жалуйтесь, товарищ Заведующий сельским хозяйством, что за беда такая с вашей техникой приключилась?

– С заводов – ни новых тракторов, ни комбайнов, на запчастей не приходит… Грузовики стоят без шин… ГСМ выпрашиваем где только можно по чайной ложке… Механизаторов забирают в Красную Армию…

Изрядно неприязненно косясь на присутствующего здесь маршала Кулика и, надо признаться – отвечающего ему тем же, той же монетой:

– …Имеющие же трактора, забирают в Наркомат обороны в качестве артиллерийских тягачей и, было бы не так обидно – если бы с пользой. А то ведь стоят под открытым небом на сборных пунктах, не ремонтируются, обслуживаются кем попало. Получается, что ни нашим, ни вашим!

Эту проблему я знал. Поэтому понимающе кивнув и, в упор глядя на багровеющего Кулика:

– Мы с товарищами из Наркомата обороны хорошенечко поразмыслим и, уверен – обязательно придумаем, как сделать так – чтоб было «и вашим было и, нашим».

Народным комиссариатом просвещения – «Наркомпросом», враз по моей воле ставшим «Департаментом образования СССР» – руководил Потемкин: но не броненосец вовсе, а Владимир Петрович… Бывший дипломат и он мне стразу чем-то не понравился.

Бывает такое, да?

Однако с ходу никого на замену найти не смог, поэтому решил пока работать с ним, а там посмотрим.

В этот раз просто приказал ему и всё:

– С первого сентября этого года система советского образования должна быть такой: после семи классов средней образовательной школы, молодой человек – по мере врождённых наклонностей и проявленных способностей – или сразу идёт работать на производство… Или поступает в фабрично-заводское училище, техникум иль колледж. Последние – для гуманитарных специальностей: медики, торговцы, юристы и прочая им подобная пи…здобратия, если сами не допетрили.

– После окончания этих средне-специальных учебных заведений, выпускники направляется на промышленные или сельскохозяйственные предприятия страны, в учреждения и заведения – откуда после наработки определённого стажа, наиболее достойные будут направляться в высшие учебные заведения…

Вижу, тот что-то хочет спросить, но я повысив голос – давая понять что выслушивать возражения не собираюсь, категорически требую:

– …Через полтора месяца жду государственного плана и графика перехода на такую систему образования. С первого сентября она должна заработать.

Что ещё?

Ах, да!

Чуть самое главное не забыл:

– В систему образования вводятся уроки обязательной начальной военной подготовки: после общеобразовательной школы допризывник должен знать строевую подготовку, стрелковое дело и тактику стрелкового подразделения. После средне-специального учебного заведения, это должен быть почти готовый младший командир. С наркомом обороны состаканьтесь на этот счёт и на всех парах – только вперёд, товарищ Потёмкин… Семь фунтов Вам под киль и попутного ветра в жо… В корму!

Давая понять, что на этом разговор закончен:

– У меня всё!

Посмотрю на его первые шаги, а потом решу: оставить его на этой должности, или снять и законопатить куда подальше.

Затем, обрадовал народ введением в самое же ближайшее время системы «Всевоенобуча» – военная подготовка населения без призыва в армию и отрыва от производства.

Кроме этого, с этой весны планируется призывать в Красную Армию и женщин, не имеющих специальностей – характерных для «слабого пола в сапогах и шинели»: например медика, связиста и так далее… Такие, главным образом – будут проходить службу в частях войск ПВО страны (заряжающими зенитных орудий, прожектористами, операторами звукоулавливающих установок и др.) и наблюдателями в подразделениях ВНОС (воздушное наблюдение, оповещение, связь) ВВС РККА.

Озвучив сии намерения, разъяснил:

– Соответствующие законы уже готовится в Верховном Совете и, скоро будут одобрены всеми ветвями власти, которые я представляю.

Морщу лоб от тяжких раздумий:

«Так, так, так… Для женщин надо заказать специальную униформу: ведь у них грудь выше чем у среднестатистического красноармейца, а жопа наоборот – ширше… Опять же: специальное нижнее бельё – ведь бойцу РККА по уставу бюстгальтер не полагается. Опять же – труселя! Какие трусы должна носить женщина-военнослужащий? «Семейники» по колено или что-то вроде панталон? Ну и что-то специально для… Хм, гкхм… Для «критических дней» – чёрт бы их побрал! Обычная вата пойдёт, интересно? И сколько её надо в месяц на один «штык» в юбке? Надо бы с Валентиной Васильевной посоветоваться по этому поводу…».

Поставил в известность собравшихся об ликвидации Академии Наук и об образовании «Научно-технического комитета при Совете Народных Комиссаров СССР» – «НТК СНК СССР», под председательством Глеба Максимилиановича Кржижановского…

Уведомил об создании «Информбюро при СНК СССР» – которому подчиняются все средства массовой информации страны и, представил Льва Захаровича Мехлиса – как его Председателя.

Обрадовал и ликвидацией Всероссийской Академии художеств – вместо неё отныне будут отдельные объединения «по интересам» – вроде Союза писателей СССР, курируемые «Информбюро» товарища Мехлиса…

И на этом отпустил заведующих департаментами, оставшись работать с наркомами.

***

Сперва, конечно такая же песТня – кадровые назначения и перестановки в наркоматах.

Вместо сгинувшего в кремлёвских катакомбах Кагановича, Наркомом путей сообщения СССР я назначил совершенно нового человека – Ивана Владимировича Ковалева. В «реальной истории», это назначение произошло лишь 20 декабря 1944-го года. До этого же, с мая 1941-го, Ковалев являлся заместителем Наркома госконтроля СССР по железнодорожному транспорту…

То есть это – человек Льва Мехлиса и, надо признать – в его команде очень способные руководители и незаурядные люди.

С началом войны был переведен в РККА и, в июле 1941-го стал начальником Управления военных сообщений Красной Армии. С 1943-го года он становится первым заместителем начальника, а в 1944-м – начальником Центрального управления военных сообщений.

На этой должности Ковалев получал сводки по итогам дня, включая сведения о задержках тех или иных транспортов, причинах задержек, принятых мерах, и ежесуточно докладывал Сталину о продвижении воинских эшелонов и о состоянии железнодорожной сети. Причем докладывал только по памяти, она у него была просто феноменальная.

Достойный для этой должности человек, судя по «послезнанию»!

Так почему бы зная это, не ускорить максимально его карьеру?

Кадровые изменения, в некоторых наркоматах шли рука б руку с реорганизацией отдельных – очень громоздких и посему – трудно– и неэффективно управляемых госструктур.

До своей безвременной кончины от рук хрущёвцев, Лазарь Каганович возглавлял не токмо НКПС, но и Наркомат нефтяной промышленности СССР. Действуя по золотому правилу всех диктаторов, деспотов и тиранов всех времён и народов, гласящему: «Разделяй в властвуй», я разделил это монстра надвое – на Наркомат нефтедобывающей промышленности и Наркомат нефтеперерабатывающей промышленности, поставив во главе заместителей Кагановича…

Кого ж ещё?

Первый возглавил Николай Константинович Байбаков – которого думаю представлять не надо, второй наркомат – Иван Корнеевич Седин, который тоже в «реальной истории» был славен многими делами, в частности с созданием в годы войны «Второго Баку» на востоке страны.

Так, так, так…

Озадачу позже, пока у нас период реорганизации.

Такая же участь постигла и другого гиганта – Народный комиссариата химической промышленности (НКХП), в который входило одиннадцать главных управлений: по управлению предприятиями азотной промышленности, основной химии, горно-химической, лакокрасочной, анилинокрасочной, йодо-бромной, резиновой, каучуковой и пластических масс… Два управления производства военной химии, управления сбыта и снабжения, учебных заведений и геолого-разведка… Плюс отдельные тресты.

Химия – это очень важно для войны!

С целью разгрузить этого «монстра», я вывел из состава наркомата стекольное, фарфоровое и спичечное производства и передал их в подчинение республиканским департаментам промышленности.

Также из химпрома были выведены предприятия резиновой, шинной, асбестовой, каучуковой отраслей, трест «Союзрасткаучук», научно-исследовательские, проектные и учебные институты соответствующего профиля… Из них был создан новый наркомат – резино-технической промышленности⁴⁹, во главе которого был назначен Тихон Борисович Митрохин.

Последнему была тут же поставлена задача:

– Товарищ Митрохин! Нам срочно нужен второй гигант шинной промышленности на Востоке и, лучше всего – в Омске или даже Барнауле. Через две недели жду ваших письменных соображений по этому поводу, товарищ нарком.

Про сырьё для производства синтетического каучука рассказывал – это картофельный спирт: отвратительное «пойло» – но зато самое дешёвое.

По этой причине местом строительства первого советского гиганта резиной промышленности выбрали именно Ярославль – где урожайность этой культуры была наибольшей в европейской части страны.

За Уралом же, как по своему времени знаю (ибо сам родом их тех мест), рекордсмены по выращиванию картофеля – именно Алтайский крае и Омская область…

Ведро с куста и картоха – во!

В довоенном СССР, единственным предприятием – производящим шины для авиации, артиллерии, танков, автотранспорта был Ярославский резино-асбестовый комбинат (ЯРАК).

Во-первых, его изделий критически не хватало – отчего даже в мирное время тысячи машин стояли «разутыми»…

А во-вторых, летом 1943-го – он был полностью уничтожен авиацией Люфтваффе и, если бы не Ленд-Лиз…

Впрочем, Ленд-Лизу мы обязаны не только покрышками для всех видов техники. Но вся беда в том, что все основные «плюшки» от союзников нами были получены в 1943-1944-х годах – когда полстраны уже лежало в руинах и сплошь было покрыто братскими кладбищами…

Меня это ни в коем случае не устраивает!

Поэтому, я не намерен просто так сидеть на попе ровно и ждать милости от Рузвельта.

Как уже говорил, при каждом наркомате должно быть несколько ВУЗов – для подготовке специалистов и не менее одного НИИ – для разработки технологий.

Кто будет возглавлять НИИ Наркомата резино-технической промышленности, я уже определил: Алексей Александрович Баландин – руководитель кафедры органического катализа на химическом факультете МГУ. Организовав лабораторию органического катализа, этот учёный в 1943-1944 годах создал технологию получения синтетического каучука из газов образующихся при крекинге нефти, за что получил Сталинскую премию.

Надеюсь теперь, Сталинскую премию он получит хотя бы на год-полтора раньше…

Конечно – не без творческой подсказки и бодрящего «пинка под задницу» со стороны «Научно-технического комитета при Совете Народных Комиссаров СССР» и нас с Глебом Максимилиановичем Кржижановским, лично.

Народным комиссаром химической промышленности был и ныне здравствующий Михаил Денисов… Но видимо со своими обязанностями во время войны он не справлялся и, посему в феврале 1942-го года – был заменён на Михаила Георгиевича Первухина, проработавшего на этой должности аж до 1950-го года, когда он был повышен до заместителя председателя Совета Министров СССР…

Так почему бы не сделать этого раньше?

«Послезнание» – великая сила и это касается не только «заклёпок»!

Выделил из Наркомата среднего машиностроения – наркоматы автомобильной (нарком – «тот самый» Лихачёв, который – «ЗиЛ») и танкостроительной промышленности (тот самый Малышев, в «реальной истории» – «Князь танкоградский»).

Оба сразу, не сговариваясь, ринулись в бой за интересы своего ведомства.

«Тот самый» Лихачёв, а точнее – Иван Алексеевич, первый директор «ЗиСа» – второго по величине автомобильного гиганта страны (после смерти Реципиента, переименованного в «ЗиЛ») и до недавнего момента – Нарком среднего машиностроения СССР, почуяв «ветер перемен» – ринулся топить НКАП, без того на то разрешения:

– Товарищ Сталин! С автомобильной промышленностью страны, творятся самые настоящие безобразия! Нас перегружают заказами от других наркоматов, и в первую очередь – от авиационной промышленности. У нас отбирают целые заводы, и даже моторостроительные цеха основных производств – Горьковского завода имени Молотова и Московского – имени Сталина, переподчиняют для производства авиамоторов…

Сразу видно – у человека наболело и наболело конкретно:

– …Выпуск основной продукции падает: в 1938-м году было выпущены 211 тысяч автомобилей, а в прошлом – в 40-м, всего 110 тысяч… Скажите мне: разве Красной Армии не нужны автомобили?

«Князь танкоградский», а точнее – Вячеслав Александрович Малышев, до этого –  заместитель председателя СНК СССР и председатель Совета по машиностроению при СНК СССР, туда же:

– Товарищ Сталин! Моторостроительный завод «№75» не приспособлен к выпуску танковых дизелей «В-2», которые по технологической сложности – скорее относятся к авиационным двигателям и должны производиться на моторостроительных заводах Наркомата авиационной промышленности… Иначе, мы сорвём танкостроительную программу.

Иван Исидорович Носенко – Нарком судостроительной промышленности СССР, их поддержал:

– Товарищ Сталин! Недавно в Наркомат авиапромышленности был передан Воронежский завод судовых дизелей… Под угрозой не только выпуск малотоннажных морских судов и буксиров по программе «Большого флота» – но и производство тяжёлых понтонных парков для РККА.

Строго посмотрев на этих «трёх богатырей» – поднявших копья на нашего разжиревшего, толстожопого и кое-как летающего дракона: не так огнедышащего – как испускающего неприличные звуки из-под хвоста и, рявкнул:

– Хватит!

Делая соответствующий жест рукой:

– Вы – трое, а ну-ка быстро подошли сюда.

Когда они оказали перед трибункой, привстав наклоняюсь к ним и шиплю:

– Товарищам новоявленным наркомам категорически не рекомендуется скакать поперёк батьки в пекло. Как дам команду «фас!!!» – будете рвать, а сча даже гафкать не сметь. Где-то через недельку встретимся, а пока занимайтесь организационными вопросами.

Создал отдельный Наркомат артиллерии и поставил во главе него Амо Сергеевича Еляна, до этого бывшим директором «Горьковского артиллерийского завода № 92» – где главным конструктором трудился «тот самый Грабин».

Этот завод прославился… Ээээ…

Прославится!

…Конвейерным производством пушек во время войны – что без участия директора никак не возможно, а его главный конструктор – их скоростным проектированием и технологическими картами.

И я очень надеюсь, что в «текущей реальности», эта «сладкая парочка» обрадует нечто подобным на общесоюзном уровне…

Особенно после моей подсказки.

***

Как и намеривался ранее, Наркомом обороны СССР назначил маршала Кулика.

Конечно среди мои современников «там», это назначение вызвало бы бурю негодования и протеста – так как среди электората Григорий Иванович канает за «маршала поражения»…

Позвольте, но маршал маршалу рознь!

Как и среди других профессий, при всей их профессиональной тупости – среди военных существует определённая специализация: один стратег думает над каким-то хитрым стратегическим планом, другой командует войсками – выполняя этот план в реале, третий обеспечивает выполнение этого плана материально…

Это как в коллективных видах спорта, например в футболе: нападающий бегает за мячом – чтоб его забить в ворота, защитник бегает за нападающим – чтоб пнуть его по лодыжке и не позволить забить, а вратарь ловит мяч – если защитник промахнулся по лодыжке нападающего…

Тренер же сидит на скамейке запасных и на чём свет стоит материт всех троих.

Все при деле и каждый занят тем, что умеет и к чему имеет прирождённые предрасположенности.

Но видно до войны, коллективный разум Политбюро – этого не понимал (или наоборот – очень хорошо понимал) и, оттого делал очень странные назначения – поставив к примеру чисто строевика Жукова во главе Генерального Штаба РККА.

После разгромно-катастрофического начала войны же, тот же «коллективный разум» запаниковал и в поисках спасителя собственной задницы – стал отправлять командовать фронтами всех подряд, в том числе и маршала Кулика – чисто хозяйственника…

Ясное дело, что эта затея была обречена на фиаско ещё на стадии смелого замысла!

Это как в футболе, после первого же пропущенного мяча – поставить нападающего ловить мяч, тренера – бегать за мячом, вратаря – пинать по лодыжке тренера, а защитника – материться со скамейки запасных… А потом удивляться, что в наши ворота был забит второй, третий… И десятый гол.

Возвращаясь к нашим баранам, скажу: нарком обороны – должность скорее хозяйственная, чем штабная или строевая. При всех своих действительных или мнимых недостатках, маршал Кулик с 1937-го возглавляет «Главное артиллерийское управление» (ГАУ РККА) – занимающееся вопросами вооружения, перевооружения, снабжения армии боеприпасами и ещё много чем – полный список оказался бы слишком длинным…

И вот с этой-то стороны, Григорий Иванович – именно маршал Победы!

Ведь каждый принимаемый на вооружение перед войной патрон, не проходил мимо него.

Жуков писал в своём историческом высере, что маршал Кулик якобы «недооценивал автоматы»…

Клоун!

Человек, отвечающей за вооружение – «недооценивает», а на 22 июня 1941-го года – на вооружении РККА состояло порядка ста тысяч пистолетов-пулемётов.

Откуда?

Такая же хрущёвская история, в общем то – как со Сталиным и победившим вопреки его воли советским народом.

Да, что там какие-то несчастные автоматы, или как там их – пистолеты-пулемёты…

Возьмём к примеру танк Победы: «Т-34» – даже американским каналом «Дискавери», признанный за «лучший танк Второй мировой войны»…

Уж там-то нам врать не будут!

Читаешь какой-нибудь хорошо документированный источник⁵⁰ про его создание, принятие на вооружение и начало серийного производства и, то и дело натыкаешься, например на такое:

«Необходимо отметить, что для обеспечения проведения столь масштабных испытаний полномочий начальника ГАБТУ КА Я.Н. Федоренко было недостаточно. В связи с этим заместителем народного комиссара обороны СССР маршалом Советского Союза Г.И. Куликом 25 октября 1940 г. была издана  директива «№ 76791с » о проведении НИ полигоном ГАБТУ КА в период с 27 октября по 27 ноября 1940 г. испытания длительным пробегом трех полностью укомплектованных танков Т-34…». 

«В первой половине января 1941 г. заместитель народного комиссара обороны СССР Г.И. Кулик подписал подготовленные в ГАБТУ КА письма на имя председателя Комитета обороны при СНК СССР и народного комиссара среднего машиностроения о результатах проведенных испытаний трех танков Т-34 длительным пробегом. В вышеуказанных письмах ( № 144090с  и  № 144140с ) были перечислены основные недостатки танка Т-34, выявленные в ходе испытаний длительном пробегом, а в заключительной части содержалось требование о принятии решительных мер по их скорейшему устранению…».

«Руководство ГАБТУ КА согласилось с предложением А.А. Горегляда и 2 декабря 1940 г. заместитель начальника ГАБТУ КА И.А. Лебедев в  письме № 77287с  сообщил заместителю народного комиссара обороны СССР Г.И. Кулику , что считает возможным принять 143 танка Т-34 с максимальным углом возвышения пушки в 25° (без переделок башни). Резолюция Г.И. Кулика на этом письме была краткой – «Разрешаю».

О решении Г.И. Кулика принять 143 танка Т-34 с максимальным углом возвышения пушки Л-11 в 25°, вместо 30°, ГАБТУ КА незамедлительно уведомило народный комиссариат среднего машиностроения и военную приемку на заводе № 183. В завершении рассмотрения этого вопроса необходимо отметить, что из переписки руководителей заводов № 183 и Мариупольского (письма  № СО6466  и  № 61с ) следует, что вина в сложившейся ситуации была обоюдной…».

Так кто, как не он?

По крайней мере, другого – более опытного хозяйственника, я в армии пока не вижу. Расстреляли же его в «реальной» истории вовсе не за отсутствие таланта, а за длинный язык. Распустил его, а коллеги-генералы – сдали, ибо среди этой кодлы – он держался волком-одиночкой, то есть не был своим.

Кстати, это…

Хорошо, что вспомнил про Жукова: надо будет в обед обязательно на Лубянку позвонить и сказать чтоб их с Тимошенко из кутузки выпустили.

Пока же:

– Товарищ Наром обороны СССР!

Вскакивает с места, весь из себя – гордый и важный такой:

– Слушаю, товарищ Сталин.

– Подойдите ко мне.

Когда Кулик, едва ли не бегом приблизился, сую ему в руки папочку с надписью «Приказ №1» и не громко – чтоб больше никто не слышал, но на полном серьёзе:

– В Красной Амии вводится цветовая дифференциация по штанам.

– Извините, товарищ Сталин…?

Товарищ не понял.

– Объясняю буквально на пальцах, товарищ маршал СССР: от младшего лейтенанта до капитана включительно – штаны останутся синими, как на Вас сейчас. От майора до полковника – красные. Все генералы будут носить жёлтые штаны, а маршалы всех видов – в крупную клетку всех трёх цветов… Как меня слышите, приём?

Тот побагровев перезрелым помидором и мгновенно вспотев – аж ручьём побежало, глухо выдавил из себя:

– Товарищ Сталин! Требую немедленной отставки со всех должностей.

– Требуете или простите?

– Прошу.

Не мог удержаться от смеха:

– Хахахаха!!! Вы хотя бы документ сперва прочтите, а потом отставки просите… Хахахаха!!!

Кулик открывает папочку и шевеля губами читает – прямо на глазах светлея и с каждой прочитанной строчкой – «проясняясь» ликом.

Наконец, закрыв документ, от счастья сияя новой Луной на чистом от облаков небом:

– Есть всему командному составу перейти на обмундирование полностью защитного цвета!

Конечно, я кое-какие финтифлюшки для удовлетворения командирского тщеславия оставил – а то ведь расплачутся, как великовозрастные ученики спецшколы для «альтернативно одарённых». От младшего лейтенанта до капитана включительно – сбоку штанов защитного цвета будет узенький красный лампасик, от майора до полковника – два узеньких красных лампасика, у генералов – один широкий, а у маршалов – два широких красных лампаса.

Кулик отошёл от меня, буквально весь – от головы до ног, лучась от прямо-таки внеземного счастья. И у меня тоже – в полном и строгом соответствии с обратной связью, настроение поднялось: ведь это так здорово для человека – осчастливить ближнего…

А разве диктатор, тиран, деспот (и далее по списку) не человек?

Ещё какой!

Самый человечный человек.

***

Главное же событие первой половины дня, которое уверен – будет иметь грандиозно-потрясающе последствия…

В сравнительно отдалённой перспективе, конечно.

Из «Народного комиссариата электропромышленности» выделил «Наркомат радиопромышленности», на который поставил академика Иоффе.

Почему именно он?

Приходилось читать, что Абрам Фёдорович был не столько учёным – сколько организатором науки, а стало быть – имеет вполне определённые организационные способности, очень надеюсь – что незаурядные.

Тот было, поначалу пошёл в глухой отказ:

– Я учёный, товарищ Сталин! Я никогда не руководил наркоматами.

Давая знать, что дискуссия в данном случае неуместна – «яйцеголовых» не переспоришь, усмехаюсь:

– Вам ещё повезло, товарищ Иоффе! Я например – всего лишь недоучившийся семинарист и, никогда ещё не был – ни Председателем Совнаркома, ни Председателем Верховного Совета, ни тем более – Верховным Главнокомандующим…

Голос мой стал несколько угрожающим:

– …Так что не выёживайтесь товарищ академик, а назначьте себе заместителей, начальников главков по направлениям – создав таким образом свою команду, вызовите директоров заводов и приступайте к работе.

Тот видит – деваться некуда, и:

– Я согласен, товарищ Сталин.

Ну, что я говорил?

Умный человек оказался, недаром академик.

Даю первое задание:

– Нам с вами надо к лету, хотя бы вдвое увеличить выпуск продукции для Красной Армии и прежде всего – танковых, авиационных и носимых пехотных радиостанций с кварцевым резонатором. Требуется резко увеличить производство радиолокационных станций – не менее чем в пять раз! А для этого нашему радиопрому, необходимо в первую очередь прекратить выпуск всей гражданской продукции…

Подумав, решил что учить академика нечего – дядька уже взрослый, дееспособный и имеющий голову на плечах:

– …А впрочем, сами решайте – что делать: Вам как Наркому видней. С моей же стороны, Вам будет оказана любая посильная поддержка.

Напоминаю:

– Слышали мой разговор с товарищем Вышинским? Готовьтесь в командировку, собирайте делегацию, готовьте список оборудования и технологий – которые необходимо закупить.

Кроме всего прочего, имелось и ещё одно соображение: как среди советских, так и среди зарубежных учёных – академик Иоффе имел большой авторитет, поэтому заручиться его поддержкой перед ликвидацией Академии наук СССР, было бы не лишним.

С той же целью, я чуток приоткрыл перед ним свои далеко идущие планы:

– В будущем же, Абрам Фёдорович, я вижу ваш наркомат таким же мощным и влиятельным, как положим – Наркомат авиационной промышленности… Не меньше!

Подняв палец вверх:

– И только в ваших силах сделать так, чтоб это «будущее» – настало как можно раньше!

Вижу, от открывающихся перед ним перспектив – у академика буквально в зобу дыханье спёрло и понимаю:

«Всё будет на мази».

К Абраму Фёдоровичу подсел Глеб Максимилианович Кржижановский и, они о чём-то начали очень оживлённо трещать… «Состаканились», стало быть.

«Ну, значит – всё будет на конкретной мази!».

В общем же, как и обещал на Съезде Верховного Совета СССР – поручил правительству скорректировать «планов громадьё» по Третьей пятилетке, добавив к принародно озвученным ещё полный отказ от программы строительства «Большого флота» – который «в реале» произошёл вскоре после начала войны и свёртывание возведение «Линии Молотова» на западной границе – которое тоже будет прекращено после «внезапного и вероломного»: