Текст книги "Янтарная тюрьма Амити (СИ)"

Автор книги: Рона Аск

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 42 страниц)

Глава 63

Вит.

Кто он такой? Что он из себя представляет? По лицу Дамиана я догадалась, что он тоже ни разу не слышал о вите, а из объяснений Церары поняла: даже некроманты не совсем понимали, кто он такой. Просто верили в его появление, которое должно их всех спасти, и на этом все. А суть фразы: «смог побороть смерть», – была далеко не в банальном выживании некроманта.

Еще с давних времен некроманты несчетное количество раз возвращали свои души в тела – побеждали смерть. Да, даже взять в пример то, как Церара воскресила куратора Азеса! Он же после этого не стал витом. А это значит…

Мы с Дамианом одновременно посмотрели на Сенжи, который продолжал сражаться с Кирэлом.

Если раньше отличия Сенжи казались какой-то индивидуальностью, как это было с нашим однокурсником Айзеком, чье пламя приобрело необычный красный цвет, то сейчас создавалось впечатление, будто мы смотрим за битвой не просто двух некромантов, а жизни и смерти. Один – словно сжигающий легкие бесконечный выдох: похож на дьявола с красными глазами, мертвенно-бледной кожей, черной сеткой вен и холодным мрачным пламенем. Второй – словно долгожданный вдох после долгого и мучительного выдоха: похож на небесное создание с чистым белым светом в глазах, желанием жить и неистовым пламенем с блестящими фиолетовыми искрами.

– Сенжи… – надломлено произнесла я, когда тот наконец-то настиг Кирэла и ударил его в грудь.

Раздался треск, а Кирэл, поднимая ногами пыль, отлетел назад. Церара и все некроманты дернулись, словно хотели рвануть с места, но через мгновение застыли. Несколько растерянных взглядов поднялись на директора, который все так же продолжал молчать.

– Что происходит? – забеспокоилась я, когда лицо Церары дрогнуло, показав гримасу испуга. – Церара!

Она долго колебалась, но все-таки с тревогой произнесла:

– Сенжи… Похоже, он пытался убить Кирэла.

От моего лица разом отхлынула кровь:

– Убить? Нет. Ты ошиблась. Сенжи не мог…

– Она не ошиблась, – твердым голосом перебил меня Дамиан и кивком указал на поле боя, где пыль осела и явила нам скорчившего, но все еще стоявшего на ногах Кирэла.

Его пальцы подрагивали, а руки, которыми он защитился от удара в грудь, неестественно прогнулись.

– Контролируемое окоченение – заклинание, которое частично превращает некроманта в труп, – пояснил Дамиан. – Без серьезных последствий можно преобразовать мышцы рук и ног, потому что эти части тела не сильно влияют на выживаемость, но вот сердце…

Он посмотрел на Церару.

– Оно перестанет биться. Я прав?

Ее плечи поникли, и она кивнула.

– А Сенжи метился как раз… – вздохнул Дамиан и замолчал, вновь посмотрев на Кирэла, а я договорила:

– В сердце.

– Самое уязвимое место некроманта – это его сердце, – слегка осипшим голосом произнесла Церара и вдруг покачнулась. – Что же… Что же этот придурок ему сказал?

Она зарычала, схватившись одной рукой за голову.

– Что он такого сказал, из-за чего Сенжи…

Церара судорожно выдохнула. Ее затрясло от еле сдерживаемого негодования, глаза вспыхнули насыщенным красным цветом, а под бледной кожей волнами пробежала сетка из пугающих черных вен. Я еще ни разу не видела, чтобы она вот так выходила из себя. И поторопилась коснуться ее, чтобы хоть как-то успокоить, отчего Церара вздрогнула и опустила взгляд.

Она дернула уголками губ, когда увидела, что я держу ее за крепко сомкнутый кулак, и в следующий момент разжала пальцы, позволяя мне взять ее ладонь.

– Спасибо, – произнесла она хрипло, а красный свет в ее глазах погас. – Я…

– Сенжи не станет никого убивать, – решительно произнесла я, после чего одарила Церару доброй улыбкой. – Его сердце очень сильное.

– Да.

На ее губах тоже появилась улыбка, и она выдохнула:

– Сильное.

Я окинула взглядом остальных некромантов, но в отличие от Церары, все они хоть и выглядели настороженными, но не на грани того, чтобы выйти из себя, из-за чего я немного расслабилась. И тут же напряглась, когда возле Кирэла появился Сенжи.

Он выпорхнул из оседающего пыльного облака, точно стрела. Его правая рука висела изломанной плетью и была охвачена темным пламенем, а левая – занесена для удара.

Кирэл мгновенно встрепенулся. И когда я ожидала, что он снова отступит, потому что сражаться с тамими травмами опасно, Кирэл, напротив, остался стоять на месте и выкинул навстречу кулаку Сенжи ладонь изломанной руки. От резкого движения его предплечье неестественно изогнулась, точно тело мертвой змеи, а кости отвратительно захрустели, вправляясь и быстро возвращая конечности здоровый вид. Я невольно передернула плечами, а кулак Сенжи легко остановила испещренная черными венами ладонь.

– Опять метил мне в сердце? – произнес с каменным лицом Кирэл и усмехнулся.

Вдруг он встряхнул второй рукой, тоже восстанавливая в ней все кости, и на отмашь ударил Сенжи по лицу, от чего тот отлетел на землю.

– Да только в этот раз твой удар был слабее!

Кирэл настиг его и вновь ударил. На этот раз ногой. Сенжи даже не успел подняться после первого удара, как вновь оказался на земле, а до нас долетел хруст и болезненный стон.

– Все еще колеблешься⁈

Кирэл снова его пнул.

– Даже после того, что я сделал⁈

И снова… А Сенжи несколько раз сплюнул на землю кровь.

– Кишка у тебя тонка, чтобы кого-нибудь прикончить.

Кирэл присел возле него на корточки и схватил за волосы.

– Все трясутся над тобой, словно над каким-то сокровищем, – он смерил лицо Сенжи презрительным взглядом. – А на самом деле ты, пустышка, даже окоченением толком не научился пользоваться.

Кирэл сильнее потянул Сенжи за волосы, вынуждая его еще сильнее выгнуться назад. А когда тот попытался встать, уперся коленом ему в поясницу и ухватил обеими руками за шею.

– Давай, – приблизил он свою щеку к его. – Укрепи мышцы спины, чтобы я не смог переломить твой хребет. Иначе…

Я сильнее стиснула руку Церары, потому что сейчас взгляды Кирэла и Сенжи были направлен в нашу сторону. А Сенжи застонал, когда Кирэл сильнее надавил ему на поясницу и принялся все дальше оттягивая его верхнюю половину тела назад. Белый свет в глазах Сенжи часто замерцал, словно вот-вот погаснет.

– Ты не сможешь меня остановить.

– Сенжи! – не выдержала я, когда с его губ сильнее заструилась кровь, а сквозь стиснутые зубы сорвался стон на грани крика от того, что Кирэл практически ломал Сенжи пополам.

Моя рука выскользнула из ладони Церары, и в этот раз никто не стал меня останавливать. Я со всех ног рванула на поле боя, позабыв, что без огненной магии бессильна против некромантов. Сейчас меня волновало лишь то, что мой друг мучается от боли, а душу разъедала еще большая злоба на директора за то, что он позволяет этому происходить. Директор сколько угодно мог издеваться надо мной, но над теми, кто мне дорог – никогда. И если его целью привести меня сюда была попытка спровоцировать, то так тому и быть.

– Сенжи-и-и!

Сердце колотилось в груди, как бешенное, отдаваясь громким пульсом в ушах. Я протянула руку, словно бы это помогло мне быстрее дотянуться до Сенжи, чье лицо уже начало синеть от того, как сильно сжимал его шею Кирэл, наверняка для того, чтобы он больше не смог воспользоваться криком банши.

– Сейчас же отпусти его!

Мне осталось до них меньше десяти шагов, почти погасшие глаза Сенжи вдруг расширились, а ослабевшая ладонь перестала соскальзывать и вернулась на запястье Кирэла, крепко за него ухватившись.

– Хм? – только и успел произнести Кирэл, когда зрачки Сенжи поглотил белый свет, а от его тела разлетелось фиолетовое кольцо.

Оно с гулом прорезало воздух, подожгло землю черным пламенем и оттолкнуло Кирэла, а заодно меня. Я ахнула, оказавшись сбитой с ног. Отлетела и уже приготовилась к жесткому приземлению, как вдруг почувствовала, как ударилась спиной о чью-то грудь. Мое сердце екнуло. Я запрокинула голову, чтобы посмотреть на своего спасителя, и сразу же внутренне похолодела.

– Завершить бой! – властно произнес над моей головой директор.

Он даже не посмотрел на меня. Резко взмахнул ладонью и отбил что-то яркое практически перед моим носом. Раздался треск, а потом грохот неподалеку, когда фиолетовая вспышка отлетела и ударилась в землю. Обхватив меня одной рукой, директор отступил на пару шагов, а я увидела, как охваченный фиолетовым пламенем и молниями Сенжи больше не лежал на земле. Одной рукой он держал Кирэла за горло над землей, а второй – вытягивал из него призрачный белый свет. И чем больше этого света покидало Кирэла, тем быстрее заживали раны Сенжи. Он словно похищал чужую жизнь.

Вдруг последний медальон на шее Кирэла задрожал и со звоном разлетелся на множество осколков. Его темное пламя выплеснулось, но тут же было подавлено и исчезло без следа, как и красный свет в глазах. А сам Кирэл открыл рот в немом крике, и теперь свет сочился не только из его ушей, носа и широко распахнутых глаз, но изо рта тоже, отчего поток стал плотнее и ярче. С каждым мгновением Кирэл выглядел все хуже. Его тело усыхало: истощалось до костей. Кожа истончалась, становилась дряблой и приобретала землистый оттенок. А переплетения черных вен превращались в уродливые провалы, откуда струйками высыпался и подхватывался потоками ветра серый прах.

Кирэл словно сгорал изнутри. Сгорал в объятиях смерти.

– Если из некроманта вытянуть всю жизнь, останется лишь тлен, – вдруг произнес директор.

Я вскинула на него взгляд и увидела, как он на меня смотрит.

– Вы… – выдохнула я со всей злостью и крепко стиснула зубы, а директор поднял ладонь и призвал оранжевый огонек.

Язычок пламени принялся стремительно белеть, сжиматься, громко трещать и вскоре превратился белую сферу, к которой потянулись все фиолетовые молнии, что ударялись тут и там. Благодаря ним сфера стремительно росла, расширялась и когда уже почти перестала помещаться у директора на ладони, он кинул ее под ноги Сенжи и стремительно увядающему Кирэлу.

Раздался грохот.

Вся накопленная сферой магическая энергия взорвалась и раскидала некромантов, прервав странное заклинание. Кирэл рухнул на землю и мешком прокатился по ней, поднимая пыль, а когда остановился, его, словно затянутые бельмом, глаза быстро прояснились, и он закашлялся. С каждым хриплым вдохом его истощенно тело сотрясалось и по нему пробегали редкие язычки черного пламени, точно искали источник столь серьезных повреждений, но никак не могли найти. А Сенжи, отлетев назад, точно кошка приземлился на ноги и вновь устремился к Кирэлу, отчего я подалась вперед и закричала:

– Нет!

Он резко остановился и обернулся. Его пылающие белым глаза широко распахнулись, а с губ слетело неуверенное:

– Лав…

Но не успел он договорить, как на поле боя хлынули подоспевшие некроманты с амулетами. И вопреки моим ожиданиям, рванули не к Сенжи, а к Кирэлу. Сенжи скрутили лишь два куратора, чему он даже не стал сопротивляться. А вот на медленно поднимающегося Кирэла навалилась сразу куча некромантов. Они начали быстро надевать на него медальоны, которые взрывались и разлетались осколками, отчего черное пламя становилось то слабее, то сильнее, а воздух в гробнице заметно похолодел.

– Церара! – раздался совсем рядом крик Дамиана.

Он лежал на земле, скорее всего тоже сбитый с ног фиолетовым кольцом, а Церара металась в сомнениях, явно не желая вот так бросать Дамиана и ослушиваться приказа директора.

– Поторопись! – крикнул ей Дамиан, а когда она обернулась, кинул медальон Кирэла.

Церара поймала его одной рукой и, скрыв в кулаке, решительно кивнула, а из уст Кирэла раздался яростный рык. Казалось, будто ему наконец-то выпал шанс ощутить боль, которую он не в силах стерпеть.

– Хватит! – взревел Кирэл.

Из толпы некромантов вылетело несколько человек, которые приземлились в паре шагах от общей толпы некромантов и покатились по земле, а я наконец-то смогла разглядеть стоявшего на коленях истощенного Кирэла. На его шее висело штук двадцать медальонов, из которых около десяти было разбито.

– Я сказал, хватит! – вновь яростно повторил он, отталкивая от себя еще одного некроманта, попытавшегося нацепить на него очередной медальон.

От сильного толчка парень пролетел мимо меня с директором и угодил прямиком в Церару. Она не стала уклоняться, а, напротив, поймала его. Ее ноги зашуршали по земле, а под кожей промелькнули черные вены, которые исчезли сразу, как только она с парнем на руках остановилась. Кирэл тем временем отбросил от себя еще двух кураторов и нескольких ребят, после чего схватился за голову и рявкнул:

– Оставьте меня! Я справлюсь! Я…

Стиснув зубы, он сорвал с шеи три медальона из восьми и повторил тише:

– Не подходите ко мне.

Церара, было, вновь рванула к нему, но директор вскинул руку, остановив ее, после чего покачал головой, что увидели другие некроманты и тоже послушно замерли.

Глаза Кирэла то вспыхивали красным, то гасли. Черное пламя пробегало по вздрагивающему телу, исцеляя все раны, кроме крайнего истощения. Сверкающие золотом волосы превратились в пыльные сосульки и частично скрыли лицо. А на шее по очереди взорвались и осыпались еще два медальона. Но Кирэл продолжал бороться.

Он держался за голову и часто, тяжело дышал, пока остальные некроманты напряженно ждали. Как вдруг его подрагивания прекратились.

– Я… сильнее… – спустя мгновение хрипло выдохнул Кирэл, выпустив изо рта черное облако, и, не поднимая головы, шатко поднялся с колен.

Он сделал шаг, отчего все дернулись и посмотрели на директора, который ничего не сказал, а Кирэл уверенно двинулся в нашу сторону.

Сенжи впервые попытался вырваться из хватки Азеса и еще одного мужчины, отчего двум другим кураторам пришлось идти на помощь, а я похолодела от страха, когда все такой же истощенный, похожий на скелет и с нависшими на лицо волосами Кирэл остановился возле меня.

– Прости, – произнес он скрипучим, старческим голосом. – Тебе, наверное, было страшно.

Я так и не смогла ничего произнести, просто с ужасом и шоком на него взирала, как вдруг почувствовала, что в моих волосах что-то закопошилось, а потом увидела, как нечто маленькое и черное выбежало на плечо.

«Паук!» – пропищала мысленно и крепче стиснула зубы, когда Кирэл поднял руку.

Восьминогое чудище, бодро сбежало по моему плечу, перепрыгнуло на ладонь хозяина и спряталось у него в рукаве. А Кирэл довольно дернул уголком губ и обернулся к Сенжи, которого кураторы прижимали к земле.

– Он не ядовитый, – таким же сухим и ломанным голосом произнес он. – Но умеет больно кусаться.

Вспомнив, как после первого знакомства с Мушенькой по мне бегало множество жуков, один из которых оказался очень кусачим, я невольно передернула плечами. А Кирэл, больше не обращая на меня внимания, отвернулся и продолжил идти. Однако поравнявшись с Церарой, он на мгновение задержался. Осторожно, стараясь случайно ее не коснуться, забрал свисающий из ее руки медальон и произнес:

– Спасибо за заботу, – после чего окончательно двинулся прочь.

Стоило ему покинуть гробницу, как все словно разом выдохнули. Кто-то из некромантов облегченно опустился на землю, кто-то зашептался, а кто-то продолжал молчать и задумчиво смотреть туда, где Кирэл скрылся. Все понимали, что тот был на грани. И некоторые даже со страхом косились на Сенжи, которого продолжали удерживать кураторы, в чьих глазах тоже теплилось опасение, хотя он больше не сопротивлялся и спокойно лежал на земле. Лишь, пожалуй, Азес не был в ужасе и выглядел так, будто ему довелось прикоснуться к невиданному ранее сокровищу.

– Сделаем перерыв, – произнес все еще придерживающий меня директор. – Азес, отведи Сенжи к Кирэлу. Пусть он вернет ему то, что забрал.

– Да, профессор, – охотно откликнулся Азес и помог Сенжи подняться, когда остальные кураторы поспешили отступить.

А я вырвала руку из хватки директора и устремилась навстречу другу.

– Сенжи!..

– Флоренс, – перебил меня строгий голос директора, и я остановилась. – Прошу вас не задерживайте сейчас Сенжи. Вы сможете поговорить с ним немного позже. За ужином.

– Ужином? – я злобно на него оглянулась. – После всего, что тут случилось, вы хотите, чтобы я…

– Лав, – раздался мягкий голос подошедшего ко мне вместе с куратором Сенжи. – Все хорошо.

– Хорошо? – процедила я сквозь зубы и воскликнула: – Это ты называешь «хорошо»?

Я бы еще добавила, что на нем живого места нет, для пущего эффекта, да вот только Сенжи всем своим видом излучал здоровье! О том, что битва все-таки была, говорили лишь его пыльные и всклокоченные волосы, да надорванная и с пятнами крови одежда.

– Вы сейчас чуть не попереубивали друг друга, а он, – ткнула я пальцем в директора, – еще на профессора Реджеса что-то…

Не успела я договорить, как меня за локоть схватил Дамиан.

– Не надо, – произнес он, держась за ушибленный бок и, видя, что я готова взорваться, покачал головой.

Я бы была не я, если не поняла, что он не хочет, чтобы я продолжила говорить про Реджеса. Причины мне были отчасти ясны, но от злости и обиды они не избавляли. Потому что из-за жалобы директора, который сам подвергает не просто учеников – а некромантов! – опасности, Реджес теперь может никогда не вернуться в Академию!

Вновь выдернув руку, но на этот раз из пальцев Дамиана, я еле сдержалась, чтобы не выругаться. Стиснула зубы, опустила голову и отступила, перестав заграждать путь Сенжи и Азесу.

– Лав, – слегка надломленным голосом произнес Сенжи, отчего я напряглась, но головы не подняла. А он вздохнул и почти прошептал: – Я рад, что ты в порядке.

Я наконец-то на него посмотрела, но Сенжи уже был ко мне спиной. А когда он проходил мимо Церары, она подалась к нему, но вдруг остановилась и стиснула рукой, которой к нему потянулась, свое плечо.

– Флоренс, – услышала я голос директора.

Он устало вздохнул, когда я не скрывая ярости обернулась.

– Я понимаю ваш гнев, но уверяю вас: иначе было нельзя. Скоро вы и сами все поймете.

Он поднял ладонь в приглашающем жесте:

– Уделите вместе с Флэмвелем немного вашего внимания?

– Я могу отказаться?

– Нет, – все так же спокойно произнес директор.

– Тогда к чему создавать видимость выбора? – фыркнула я, а он улыбнулся и мягко парировал:

– Из вежливости.

Директор первым пошагал к проходу, в котором недавно скрылись Сенжи и куратор Азес, а мы с Дамианом угрюмо переглянулись и поплелись следом. В отличие от всех некромантов, покидающих гробницу обычным путем, мы двинулись другим: более извилистым и замысловатым. И если Дамиан шел спокойно, то я старалась запомнить каждый закуток, чтобы в случае опасности найти выход.

– Каково ваше мнение о Сенжи? – вдруг поинтересовался неспешно шагающий директор.

От неожиданности я даже вздрогнула: больно громко прозвучал его голос в полной тишине мрачного коридора. Сначала мне хотелось ответить что-то в стиле: побитый и замученный, но я сдержала эти слова на кончике языка, который еще для пущей надежности прикусила. А немного подумав, спросила:

– Что именно вы хотите услышать?

Приподняв черную бровь, директор покосился на меня, а Дамиан произнес:

– Поразительный.

– Поразительный? – удивился профессор Рамэрус. – В чем же?

Дамиан нахмурился:

– Он отличается от обычных некромантов.

Директор кивнул, а я вновь задала вопрос:

– И из-за этих отличий вы решили провести это самоубийственное соревнование?

Дамиан дернул меня за рукав, за что заработал мой раздраженный взгляд и удрученно вздохнул.

– Отчасти, – вопреки нашим ожиданиям ответил директор. – На самом деле Сенжи проходил стандартную тренировку некромантов.

– Стандартную? – спросил Дамиан, прежде чем я успела что-то ляпнуть, за что опять заработал раздраженный взгляд, который на этот раз его позабавил.

– Да. Некроманты особый вид магов, – начал объяснять директор. – Чтобы развиваться и укреплять свой дух, им приходится проходить много испытаний. Поэтому без особой нужды мы не разрешаем приходить посторонним в корпус Некромантии. Многие сочли бы обучение слишком жестоким и опасным.

– Это уж точно, – произнесла я и охнула, когда Дамиан пихнул меня локтем. – Но зачем доводить до такого? Кирэл чуть не обратился! Хотите сказать, подобное тоже здесь в норме?

– Не совсем, – покачал головой директор. – Эта тренировка высшего уровня, созданная для выпускных курсов. Не каждому по силам ее пройти. Испытуемый должен сам пожелать в ней участвовать.

– Хотите сказать, что Сенжи и Кирэл вызвались на нее добровольно?

– Кирэл – да, а Сенжи…

Директор ненадолго замолчал.

– Сенжи был готов ко всему, чтобы вернуться к своим однокурсникам.

Мои глаза удивленно распахнулись:

– Кирэл сказал, что вы хотите, чтобы Сенжи покинул корпус Некромантии. Так это правда?

– Истинная, – улыбнулся директор. – Я хочу, чтобы Сенжи вернулся к жизни до получения силы некроманта. Но перед этим ему нужно было показать, что он к этому готов. Хотя нет, не так…

Он остановился возле одной из четырех дверей и взмахнул рукой, призывая водную пленку, на которой появилось слегка искаженное изображение, где Сенжи касался лба Кирэла, под чьей кожей пульсировали светящиеся белые вены. С каждой пульсацией вид некроманта становился лучше, а Сенжи – все более усталым.

– Нужно было убедиться, что все к этому готовы, – произнес директор и развеял видение, после чего продолжил идти, а я украдкой на него глянула.

Казалось бы, директор сказал не так много, чтобы внести полную ясность, но его слова словно бы все расставили по местам. И пусть я до сих пор на него злилась – в то же время начинала понимать: для чего все это было сделано. Директор столкнулся с тем, что не мог объяснить, а Сенжи приходится с этим необъяснимым жить.

«Он словно идет по тропе, которую не видит никто, кроме него, – пронеслась в моей голове угрюмая мысль. – Как и я тоже…»

А директор и Реджес пытаются угадать ее повороты, чтобы мы не упали.

– Так, что вы думаете о Сенжи, Флоренс?

– Он… – заикнулась я и, собравшись с духом, произнесла: – Вит?

Директор остановился и обернулся, посмотрев сначала на меня пронзительным взглядом черных глаз, а потом на Дамиана.

– Похоже, Церара считает вас близкими друзьями, если рассказала про вита.

Он вновь продолжил идти.

– Не думаю, что Сенжи вит. Однако очень к нему близок.

– Его заклинания словно перевернуты, – продолжала я. – Тот крик банши… Он был не таким как у Кирэла и навредил некромантам.

Директор кивнул:

– У всего в мире есть противоположности. Лич – это существо, отрицающее жизнь. А там, где есть отрицание, должно быть и принятие.

– Как у монеты две стороны, – догадался Дамиан, и директор улыбнулся:

– Да, поэтому вит – это существо, принимающее жизнь. И если крик банши лича будет вредить живым, то вита – мертвым или тем, кто связан со смертью.

– А некроманты, словно ребро монетки, – прошептал Дамиан, чем заработал еще один кивок директора.

– И куда палец жизни их качнет – ту строну они и выберут. Сейчас Сенжи единственный, кто смог достаточно близко подобраться к сущности вита, которого еще никогда не видел этот мир.

Я опустила взор, чтобы скрыть свои эмоции. Похоже, директор тоже верил в то, что вит существует. Но если это не так? Что, если это всего лишь последствие того, что я запечатала песнь души Сенжи, и когда она снова вырвется…

– Многие некроманты боятся Сенжи, – снова заговорил Дамиан. – Поэтому вы хотите, чтобы он покинул подземелье?

– Многие, но не все, – поправил его директор. – Есть те, кто верят и надеются.

Я вспомнила взгляд Азеса, с каким благоговением он смотрел на Сенжи, помогая ему подняться, когда три других куратора испуганно отпрянули.

– А причина, почему я хочу, чтобы он покинул корпус Некромантии в том, что здесь ему не место.

– Что это значит? – спросила я.

– То и значит, – остановился возле высоких ворот директор и оглянулся. – Тот, кто склонил чашу весов к жизни, должен быть там, где жизни больше всего. Тем более вы сами, Флоренс, усердно твердили, что Сенжи больше не опасен.

Улыбнувшись, он взялся за массивную ручку, чтобы за нее потянуть, как вдруг Дамиан поинтересовался:

– А что в тот раз Кирэл сказал Сенжи?

– Хм?

Директор озадаченно замер, но через мгновение догадливо протянул:

– А-а-а, вы про тот бой?

– Да. Из-за этого он пытался убить Кирэла.

Я удивленно покосилась на Дамиана, чье выражение лица было невероятно серьезным и строгим. То, как жестко он произнес: «убить Кирэла», – дало мне четко понять, что Дамиан тоже не одобрял подход директора и, возможно… Только возможно, что тоже был обижен за Реджеса, которому наверняка перепало в штабе от капитана. Кажется, не меня одну это разозлило.

Словно прочитав мысли на наших лицах, директор смущенно отвел взгляд.

– Здесь, пожалуй, мне стоит перед ним извиниться, – вздохнул он. – Перед ним и Кирэлом.

– Так что Кирэл ему сказал? – надавил на него Дамиан.

– Что тот паук был ядовит, – повел плечами директор, после чего вновь потянул за ручку двери, впуская в мрачность коридора яркий свет и голоса людей. – Сожалею, но это была моя идея.

Он первым шагнул в помещение, что почти полностью повторяло наш Большой зал, где мы завтракали, обедали и ужинали. Только этот был в разы меньше.

– Можете присоединиться к ученикам или пойти со мной за кураторский стол, – предложил директор, пока мы оглядывались по сторонам, и его лицо вытянулось, когда мы с Дамианом хором ответили:

– К ученикам.

– Что ж…

Немного подумав, словно делая какие-то выводы, директор вновь улыбнулся, но на этот раз не так уверенно, как обычно, и с долей печали:

– Тогда желаю вам приятного аппетита.

Взмахнув черной мантией, он отправился в сторону кураторского стола, что был к нам ближе всех, потому что мы вошли не с главного входа, а запасного. И, как и в Большом зале, этот стол в точности повторял преподавательский, вплоть до местоположения. Только здесь не было флагов с гербами факультетов. А вместо учителей сидели кураторы. Все кроме Азеса, который еще оставлася с Сенжи и Кирэлом.

Мы же с Дамианом нашли Церару за одним из ученических столов и поспешили туда. Рядом с ней как раз было три свободных места.

– Как думаешь, здесь кормят так же, как и наверху? – шепотом поинтересовалась я, когда мы проходили мимо некромантов, которые провожали нас заинтересованными взглядами.

Одной девушке Дамиан даже подмигнул, отчего ее бледные щеки зарделись, а я довольно грубо его одернула:

– Давай не здесь?

Дамиан фыркнул, но заигрывать перестал.

– Боишься, что тебе в тарелку пауков и тараканов наложат? – усмехнулся он, вернувшись к нашей теме.

– Я серьезно!

– Так я тоже. Лав…

Он снисходительно на меня посмотрел.

– Некроманты, конечно, от нас отличаются, но сомневаюсь, что настолько. Ты же сама видела, как некоторые из них едят в нашей столовой.

– И то верно… – смущенно выдохнула я и напряглась, когда Дамиан приблизился и зловеще добавил:

– Хотя, может, они там и питаются, потому что тут вместо макарон сколопендр подают.

– Дамиан!

– Что? – довольно рассмеялся он, а я раздраженно поджала губы.

– О чем беседовали? – поинтересовалась Церара, заметив мой недовольный вид, когда мы к ней подсели.

– Да так… – отмахнулся Дамиан. – О местном меню.

– А-а-а, это, – протянула она привычным потусторонним голосом. – Спешу вас разочаровать, но жуков и пауков не будет. Блюда здесь ничем не отличается от тех, что наверху.

– Видишь! – нарочито громко обратился ко мне Дамиан. – Я же говорил!

– Да пошел ты… – огрызнулась я и покраснела еще сильнее, а Церара хихикнула, прикрыв губы ладонью.

Через мгновение золотые тарелки наполнились обычными блюдами, и мы принялись ужинать.

В отличие от общей столой, здесь было куда тише. Некроманты, хоть и переговаривались, но делали это вяло и вполголоса, отчего их бормотание напоминало тихое и убаюкивающее жужжание на фоне мыслей. Вот как на уроках, где особо громко шуметь нельзя, но от скуки ученики все равно находят тему для разговоров. Я даже под этот монотонный шум начала засыпать.

– Флоренс! – пощелкал перед моим носом Дамиан, отчего я вздрогнула, а он довольно улыбнулся. – Того гляди, носом в тарелку нырнешь. Ты есть собираешься или…

Вдруг Дамиан осекся, а его веселое выражение лица исчезло. В столовой некромантов все стихли, отчего я в панике огляделась и увидела, что возле меня стоит Кирэл.

Все немного помолчали, но потом бросили нас разглядывать и вернулись к своим делам. А я так и застыла, крепко сжимая в руке вилку, словно та могла защитить меня от бездны, что таилась в темно-карих глазах Кирэла, и впивалась в душу, точно волчьи зубы в еще теплую плоть. Я даже дыхание затаила.

– Кирэл! – немного вяло, но все же обрадовано произнесла Церара. – Тебе уже лучше?

Он перестал испытывать меня взглядом и повернулся к Цераре. И вот что удивительно… То ли мне показалось, то ли нет, но его холодное выражение лица словно бы немного оттаяло.

– Лучше, – коротко ответил Кирэл, но и без этого было видно, что все повреждения в битве исчезли.

Его золотистые волосы снова блестели, крайнее истощение пропало, а испорченную одежду он сменил на новую.

– Скажи, Сенжи невероятен, – улыбнулась Церара.

Держа руки в карманах, Кирэл некоторое время помолчал, после чего все-таки произнес:

– Да. Он занятный.

– Занятный – и только? – нагло встрял в их беседу Дамиан, в голосе которого раздались нотки то ли насмешки, то ли издевки.

Я приподняла брови, когда увидела, как он, подперев голову кулаком, с гаденькой улыбкой наблюдает за Кирэлом. Похоже, Дамиан в конец чокнулся, раз после всего увиденного не боится задирать некроманта. А Кирэл, услышав его вопрос, не выразил ни единой эмоции и равнодушно повторил:

– Занятный – и только.

Он опустил взгляд на единственное свободное место возле Дамиана, который вдруг сместился так, чтобы его задница заняла и его тоже.

– Сенжи ведь тоже скоро придет, – нахально улыбнулся Дамиан. – Пока погрею для него местечко.

Кирэл на это ничего не ответил. Он немного помолчал, после чего развернулся и, все также не вынимая рук из карманов, двинулся дальше вдоль стола.

– Кирэл! – поднялась на ноги и окликнула его Церара, но тот даже не оглянулся, нашел подальше от нас свободное место и сел за него, а Церара с тяжелым вздохом снова села.

– Любовные треугольники – они такие, – еле разборчиво промямлил Дамиан, и Церара его переспросила:

– Что?

– Да так, – таинственно улыбнулся он. – Ничего… О! А вот и Сенжи!

Дамиан махнул рукой, а я обернулась и не удержалась от улыбки. Все это время я волновалась о состоянии Сенжи. Все-таки ему сильно досталось. Так еще тот странный ритуал, который показал нам директор, тоже не давал покоя, но, к счастью, Сенжи выглядел отлично.

На нем тоже была новая форма, а на бледной коже отсутствовал даже малейший след после битвы. Единственное, что бросилось в глаза: Сенжи выглядел немного уставшим и растрепанным, словно только что проснулся и впопыхах собрался на занятия. Однако стоило ему заметить нас, как он расцвел радостной улыбкой и, даже не обращая внимания на некромантов, которые опасливо на него оглядывались, поспешил к нам.