Текст книги "Янтарная тюрьма Амити (СИ)"

Автор книги: Рона Аск

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 42 страниц)

Глава 54

Когда Мэй вышла из туалета, я уже успокоилась и со скучающим видом пыталась протереть носком ботинка дыру в полу. За все это время никто в коридоре не появился. За все это время я не переставала думать о собственных тревогах. И за все это время я успела тысячу раз позлиться на Реджеса и тысячу раз его простить. И в последний раз ему, кстати, повезло: когда Мэй вернулась, я его простила…

– Уверена, с ним все хорошо, – успокоила меня Мэй, когда мы отправились в сторону буфета, чтобы помочь Хосту донести все сладости.

Я удивленно на нее покосилась, ведь мы даже больше не говорили о декане, а Мэй вздохнула и произнесла:

– Он же сказал тебе отдохнуть эти три дня. Может, поэтому и не появляется, чтобы ты не надумала нагрузить себя? Все-таки мы такое пережили… – повела она плечами, а я нахмурилась.

Реджес и не нагрузить – как бы понятия не совсем совместимые. Если подумать.

– Тогда почему он не пришел на церемонию погребения? – поинтересовалась я и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Я беспокоюсь, как бы он не отправился в одиночку ловить убийцу.

– Даже если так, убийце стоит беспокоиться больше, чем ему, – заметила Мэй. – Пусть профессор Реджес еще не вел у меня занятий, но я слышала, какой он сильный. Лав! Да ты же сама это знаешь. Скажи, что он невероятно сильный!

– Да, – улыбнулась я.

– Нет, ты прямо скажи!

– Зачем?

– Скажи!

– Ладно-ладно, – сдалась я. – Профессор Реджес невероятно сильный, – и стоило это произнести, как вдруг сковывающие грудь цепи расслабились и позволили мне вдохнуть полной грудью. – Сильный…

– Вот видишь, – довольно заметила Мэй. – Я всегда, когда чего-то боюсь, думаю о хорошем, чтобы это хорошее непременно случилось. И ты тоже так поступай.

– Спасибо, Мэй, – улыбнулась я, а она вдруг встрепенулась и, указав пальцем вперед, воскликнула:

– О! Смотри, там Хост!

Мэй рванула в зал с Гиби, к которому мы только-только подошли.

– Идем, поможем ему!

Хост пытался удержать сразу несколько пакетов, как те, что принес Ник. Только его были крупнее и не совсем помещались в руках, норовя упасть на пол, поэтому Хост очень обрадовался, когда мы с Мэй подоспели на помощь.

Как выяснилось, те пакеты, которые принес Ник, были сделаны Чарлин, поэтому помещали больше продуктов. А у Сладос они пока что не получались такими удачными: в каждый из них помещалось только что-то одно. Но так как за тренировками Сладос наделала много пакетов, то решила их тоже раздавать. Пусть вместимость маленькая, зато пирожные не мялись, а чай не проливался. Тоже ведь плюс!

Уже с приподнятым настроением мы вернулись в логово, где застали занимательную картину: как Лекс что-то бормочет, сидя на диванчике и сгорбившись над записной книжкой, а Ник пытается приманить куском колбасы моего кота.

– Ну, давай! Давай! Тебе же нравится! Вижу, что нравится. Шая фигни не приготовит. Смотри, какая вкуснятина!

И кот, надо сказать, был уже на грани срыва и очень расстроился, когда при нашем внезапном появлении Ник поспешил запихнуть кусок колбасы себе в рот и отвернулся, стремительно его пережевывая. Кот к такому явно не был готов и сильно обиделся. Даже с цветом не сразу определился: сначала краснел, потом почернел, а потом… В общем, перебрал все цвета, но так и не определился: покрылся пятнами, прижал к голове уши, возмущенно заворчал и засеменил в противоположную от Ника сторону, где сел практически у стены и задом ко всем. Он даже отказался перекусить мандрагорой рядом с Ником! Лишь когда Мэй принесла аккуратно нарезанные кусочки к его стене, он соизволил тронуть их лапкой, и лишь когда все перестали на него обращать внимание – незаметно все слопал. По крайней мере, он думал, что незаметно.

– Какой он у тебя… – произнес Ник, который за последние пару часов ощутил всю степень презрения кота. – Темпераментный.

Я криво улыбнулась, а сидевший на моих плечах и повернутый к нему задом Котя ответил:

– Пш-ш-ш…

Это был просто какой-то новый виток недружелюбия со стороны кота. Отныне ему уже не надо было даже смотреть на Ника, чтобы того «послать», как сам Ник и называл это «пш-ш-ш». И больше! Нику теперь не надо было ко мне подходить! Просто одно его упоминание о коте, заставляло того «грозно» сдуваться.

– Да принесу я тебе еще колбасы, – погладил затылок Ник.

– Пш-ш-ш!

– Подумаешь, съел! Я же не специально. Просто переволновался.

– Пш-ш-ш…

– Между прочим, мандрагору, которую ты сожрал утром, я принес!

Некоторое время тишины и…

– Пш-ш-ш.

– Да пошел ты.

– Пш!

– Нет ты…

И понеслось.

Я только удрученно вздохнула. Все равно эту перепалку не остановить, поэтому я прибавила шагу, чтобы Ник и Котя стали подальше друг от друга и продолжила выполнять просьбу Лекса – запоминать путь метаморфного хода.

После перекуса Лекс сделал вывод, что сейчас лучше всего исследовать второй этаж. Учителя все заняты охраной Академии, так что в преподавательском корпусе никого не будет и лучше пройти его, пока не начались учебные будни.

Второй этаж в списке Родера был самым богатым на метаморфные стены. Как Лекс признался, даже у них было довольно много в архиве ходов и выходов. Многие из них вели просто на улицу, а некоторые в подземелье. Один даже открывал проход в библиотеку, благодаря которому Ник и стащил книгу из запретной секции, но теперь этот путь был под тщательным надзором Воста.

– Он там поставил ветряную ловушку, – с кривой улыбкой рассказал Ник. – Стоит в нее попасть – и она сразу притащит тебя к библиотекарю. Так что лучше туда больше не соваться.

Теперь понятно, как он попался и почему теперь ребята очень надеялись найти еще один ход в библиотеку. Весь архив со знаниями в логове был собран благодаря этому ходу, который Мастера тщательно берегли, но из-за Ника он теперь стал запретной зоной. Однако, пока мы проходили стену за стеной, нам то и дело попадались выходы на улицу.

– Задний двор… – сделал пометку в книжке Лекс.

Следующая стена:

– Снова задний двор.

И…

– Задний двор.

А потом нам попался узел из трех ходов, которые вели:

– Задний двор…

– Наверное, это было сделано, чтобы маги могли быстро покинуть крепость, если нападут инквизиторы? – предположила Мэй, когда мы уже вернулись в узел метаморфных ходов и были на пути к выходу. – Все-таки…

Она резко замолчала, а Котя поднял с моего плеча морду – за нашими спинами раздался странный шорох.

Мы все резко обернулись, но ничего не увидели. Лекс даже повыше поднял огонек, чтобы осветить больше темного пространства, но даже так ничего необычного не появилось, а с нашим молчанием в коридорах воцарилась абсолютная тишина.

– Наверное, пыль… – предположила Мэй.

– Или кто-то на что-то наступил, – неуверенно добавил Хост.

Вот только под ноги никто даже не посмотрел, потому что звук исходил откуда-то издалека.

– Давайте… просто уйдем отсюда, – предложила я, но Ник вдруг шагнул обратно вглубь темного коридора, где было разветвление на три пути. – Ник!

– Ты куда? – воскликнул Лекс, но Ник только отмахнулся от нас и, постепенно скрываясь во мраке, произнес:

– Все нормально, я просто посмотрю.

Снова тишина. Долгая и напряженная, а потом… Ее пронзил рев пламени!

Мы пригнулись и прищурились от яркой вспышки, что сильно превосходила свет от огонька Лекса и буквально резанула по глазам, и закрылись от хлынувшего в лицо дыма и горячего воздуха. Мое сердце при виде неистового огня в замкнутом помещении вовсе уползло в пятки. Ноги подкосились. На лбу выступила испарина. И когда все закончилось, я обнаружила себя стоящей на коленях и упирающейся ладонями в пол. Котя жался рядом и взволнованно порыкивал, а Мэй трясла меня за плечи:

– Лав… Лав. Лав!

– Это была мышь! – вернулся из темноты Ник. – Всего лишь…

Он резко замолчал и, отбросив труп мышки, тоже рванул ко мне:

– Лав! Что случилось?

– Все х-хорошо, – выдавила я, погладив ладонью взмокший лоб. – Я просто…

«Негоже магу огня бояться пламени», – вспомнились слова Реджеса.

– Оступилась.

– Оступилась? – не поверил столь же обеспокоенный Лекс, но я настойчиво повторила:

– Да, оступилась, – и протянула руку. – Лучше помогите мне встать.

«А то колени все еще дрожат», – мысленно добавила.

Котя недовольно зарычал, когда пальцы Ника сомкнулись на моей ладони, но Мэй поторопилась подхватить кота на руки. И тот с недовольной миной притих.

– Спасибо, – выдохнула я, оказавшись на ногах, после чего расправила плечи, глянула на пол и поторопилась перевести тему: – Так значит, это была мышь?

– Да, – не сразу ответил слегка растерянный Ник.

Он перестал пристально на меня смотреть и поискал мышку, которую через мгновение подобрал за хвост и с улыбкой произнес:

– Да. Это… она! Теперь бояться нечего, злодей устранен!

– Фу, – сморщилась Мэй.

А вот Котя, напротив, при виде мышки довольно чавкнул и облизнулся, отчего повисла пауза, за которую Ник что-то явно сообразил, подался вперед и…

– Хочешь?..

– Даже не думай! – воскликнула Мэй. – Котя не будет это есть!

– Почему же? Котам полезны мыши, а это еще поджаристая.

– Фу! Ник, выброси ее! Выброси немедленно! Лекс! Скажи ему, чтобы он ее выбросил!

– А… Эм… – растерялся Лекс, глядя то на Мэй, то на Ника, явно не зная, чью сторону занять. – Это ведь кот Лав, ей лучше знать, что можно ему есть, а что нет, – в итоге выкрутился он, а я напряглась, когда взгляд Мэй метнулся ко мне.

– Лав ни за что не позволит съесть своему коту какую-то дохлую мышь, – заявила она уверенным, монотонным голосом, а Ник таким же тоном ее поправил:

– Поджаристую мышь, – будто это хоть что-то меняло.

– Мя-я-я, – тонко пропищал Котя, запрокинув морду и пристально посмотрев на Мэй.

А я тяжело вздохнула.

На самом деле «поджаристая мышь» не самое страшное, что может слопать кот, который спокойно питается мандрагорой.

– Хватит с него на сегодня, – произнесла я, забирая кота. – А то ему и два завтрака, обед, полдник… и так толстый. Лучше, давайте уйдем отсюда поскорее, а то гарью сильно пахнет.

– Ты же маг огня, – усмехнулся Лекс. – Тебе не привыкать.

Однако все-таки развернулся к выходу. Я смогла выдавить кривую улыбку, а Ник печально выдохнул:

– Вот досада…

И выкинул через плечо мышь, которую Котя проводил грустным взглядом. Даже когти мне в плечо впил. Я же очень обрадовалась, когда мы выбрались в коридор Академии. Даже вдохнула полной грудью, а Лекс поинтересовался:

– Хост, у тебя остались сферы памяти?

– Последняя, – вытащил он из кармана прозрачную сферу и показал.

Мы все отчасти удрученно, а отчасти облегченно вздохнули. С одной стороны, нам было интересно продолжать исследовать тайные пути Академии, а с другой – мы уже порядком устали и пора было отдохнуть. Тем более, уже было время заката и близился ужин.

– Значит, пора заканчивать, – подытожил Лекс. – Исследуем еще один и все. А выберем мы… Чтобы далеко не ходить. О! Вот этот, недалеко от лестницы в медпункт, – захлопнул он записную книжку и улыбнулся: – Может быть, найдем что-нибудь интересное.

Поддержав его предложение, мы дружно двинулись в указанном направлении. Второй этаж Академии считался самым большим. В нем было все: и гостиная, и дуэльная, и кабинеты преподавателей. А еще актовый зал и даже несколько кабинетов для учебы. Например, кабинет трансформагии был здесь – поближе к медпункту, наверное, чтобы ученики, кто не справился с преобразованием своих заклинаний, могли быстро получить медицинскую помощь. Все-таки эксперименты с магией всегда травмоопасные, потому что любое отклонение от стандартов было непредсказуемым. Как непредсказуемо и то, что маг мог представить в своей голове, чтобы создать уникальное для него заклинание.

Там же, кстати, недалеко от кабинета трансформагии был защищенный чарами зал для слияний заклинаний, куда пускали только старшекурсников. А еще здесь же, поближе к медпункту, был кабинет для учеников факультета Целительства. И как раз рядом с ним находилась наша последняя за этот день метаморфная стена.

Добрались до нее быстро, потому что находились совсем рядом. Открыли тоже почти сразу: Мэй удачно хлопнула ладонью по стене и моментально нашла нужный камень. Честно говоря, в основном Мэй и открывала все метаморфные стены, которые мы исследовали, чему она очень радовалась.

– Не зазнавайся, – попытался отвесить ей щелбан Лекс в то место, где Чарлин оставила руну-оберег, но она ловко увернулась и показала ему язык.

А как только мы оказались внутри метаморфного хода, то сильно удивились. Поначалу он выглядел обычным. Но чем дальше мы продвигались, тем сильнее хмурились. А Котя вовсе, сидя на моих плечах, в который раз оглянулся и пошевелил мои волосы, дернув хвостом. И если раньше я это игнорировала, он еще в коридоре Академии так делал, то в этот раз не удержалась и тоже посмотрела назад. Там ничего не было. Покрайней мере на расстоянии, которое выхватывал свет огонька Лекса.

– Лав? – почти шепотом поинтересовалась Мэй, которая шла рядом, но в ответ я только покачала головой и успокаивающе почесала кота за ухом.

«Наверное, он все еще грустит из-за поджаристой мышки», – мысленно успокоила сама себя, а Лекс вдруг остановился и произнес:

– Он ведет в лабиринт.

– Однозначно, – согласился с ним Ник, а я, Мэй и Хост выглянули из-за их спин, чтобы увидеть, что их так заинтересовало.

Там был арочный проход, который словно бы заложили стеной.

– Может, просто на первый этаж? – предположила я.

– Нет, – покачал головой Лекс, а Ник пояснил:

– Все ходы в лабиринт, которые мы находили, были такими, – и указал пальцем на каменную арку, на которой был вырезан витиеватый рисунок, после чего вздохнул и добавил: – Говорят, по завиткам узора можно даже разгадать правильный путь и куда он ведет. Мол, так маги древности оставляли карту для своих потомков.

Лекс тем временем подошел к стене и погладил ее ладонью, после чего вдруг развернулся и с улыбкой произнес:

– Мэй, откроешь ее для нас?

– Раз плюнуть! – мгновенно воодушевилась она и коснулась одного из камней. – Оп!

Но проход не открылся, из-за чего ее улыбка стала немного кривой.

– Секундочку, – потерла она ладонью лоб и попробовала еще раз. – Оп!

На этот раз все получилось. Только она коснулась камня и влила в него немного своей магии, как рука прошла сквозь стену.

– Я же сказала: раз плюнуть! – гордо вздернула она нос и тут же отпрянула, когда Лекс опять попытался дать ей щелбан.

– А я говорю: не зазнавайся, – хохотнул он, когда Мэй с детской дразнилкой «бе-бе-бе», упорхнула ко мне поближе, после чего вновь посерьезнел: – Хост, записал?

– Да, – ответил он, показав мерцающую белым сферу памяти. – Но на блуждания одной сферы не хватит. Лучше нам сразу записать верный путь.

– В таком случае… Лав! – оглянулся на меня Лекс и плотоядно улыбнулся: – Побудешь нашей временной сферой памяти?

– Лав тебе не сфера памяти, – недовольно заметила Мэй. – Забыл, как мы обещали не злоупотреблять ее даром? И… – она с сомнением посмотрела на стену: – Нам обязательно исследовать это место?

– Да! Конечно! Это же лабиринт! – хором произнесли ребята.

– Давай не будем губить дух авантюризма? – закатил глаза Лекс. – Это же такой шанс узнать еще одну тайну Академии!

– И выходы в подземку – большая редкость! – добавил Ник, а Хост скомно поддержал:

– На все метаморфные ходы, подобных – единицы. Вдруг там найдутся какие-нибудь забытые сокровища древних магов, – произнес он мечтательно и сверкнул глазами.

– Или еще один грязный секретик Родера, – хохотнул Лекс, отчего все поморщились и воскликнули: «Фу!».

– Я не усну, если не взгляну хоть одним глазком, – нетерпеливо выдохнул Лекс. – Так что разведаем его сейчас, но… – он снова бросил взгляд на меня и Мэй: – Без тебя и твоей памяти, Лав, этот процесс может сильно затянуться.

Я вздохнула и, тоже приблизившись к стене, коснулась ее прохладной поверхности, которая уже успела затвердеть.

– Если, конечно, ты не устала. Тогда ничего страшного: вы с Мэй можете подождать нас в гостиной Академии, а мы перезапишем какую-нибудь из сфер памяти, чтобы не заблудиться. Все-таки лабиринт важнее какой-нибудь кладовой.

Как часто говорила моя сестра: «Не можешь победить – возглавь». В моем же случае: если не можешь предотвратить… Одного взгляда на лица ребят было понятно, что им не терпится заглянуть в этот ход, и оставлять их там одних мне совсем не хотелось. Мало ли кто ждет на той стороне? Может кто-то из прихвостней Холлера, Родер с его грязными секретами или кто похуже.

Пусть Лекс считает, будто убийцей был кто-то из обычных людей, отчего-то я в это не верила. Хотя орудием убийства был зачарованный нож, который которым вполне мог воспользоваться какой-нибудь любес, но… Даже самую неудачливую ведьму, белладонна сбережет. И уж лучше мне встретить шальное заклинание, чем кому-то из ребят. Я хотя бы смогу его запечатать.

А еще это неплохой шанс воспользоваться в сложившейся ситуацией в личных целей.

– Хорошо, я согласна.

– Отлично. Тогда вперед! – обрадовался Лекс и коснулся открывающего проход камня.

– Но я пойду первой.

– Лав! – воскликнула Мэй, а Лекс удивился:

– Что?

– Если хотите, чтобы я поработала сферой памяти, то будьте добры уступить мне первенство, а еще записать на наш с Мэй этот ход в счет повышения. Думаю, мы достаточно сделали, чтобы получить уровень магистра в твоем свитке, – мило «оскалилась» я.

– Да это же… – дернулся глаз Лекса. – Шантаж!

А Ник подался ко мне Ник, будто хотел меня коснуться, но вдруг передумал и стиснул кулак.

– Лав, – произнес он тихо. – Лучше мне пройти первым.

– Нет, – уверенно качнула я головой. – Первой пойду я.

– Но…

– А ты сразу за мной, – улыбнулась я, заглянув ему прямо в глаза.

Ник на мгновение оторопел, но после провел ладонью по волосам и, отведя взгляд, произнес:

– Хорошо. Сразу за тобой.

– Свет, – протянула я ладонь, чтобы забрать огонек у Лекса – все-таки он ярче, чем мой.

И приподняла бровь:

– Или ты не согласен?

Лекс недовольно поджал губы, после чего воскликнул:

– Согласен!

И сунул мне в руку огонек. Я вновь ему мило «оскалилась», после чего повернулась к стене. Но, прежде чем через нее прошла, ощутила, как Котя на моем плече вновь оглянулся.

– Все хорошо, – прошептала я, почесав его за ухом и набрав побольше воздуха, решительно шагнула сквозь стену. – Идем.

Сердце гулко ухнуло в груди, когда кожи коснулась чужая магия, а стоило ей исчезнуть, как я оказалась в пустом широком коридоре. К счастью, ничего опасного или шокирующего меня здесь не встретило, кроме внезапного порыва ветра, который разметал мои волосы. Я расслабленно выдохнула, а Котя зафыркал на моем плече, нюхая пропитанный сыростью свежий воздух.

– А тут прохладно, – заметил появившийся из-за стены Ник и огляделся.

Как и обещал, он последовал сразу же за мной, а уже следом за ним остальные ребята.

– Так-с, что тут у нас. Налево или направо? Я за то, чтобы повернуть налево. Хост?

– Тогда я выбираю право.

– Мэй?

– Ну, я… – замялся Мэй, которая поежилась, а я произнесла:

– Возможно, гадать не придется.

И первая свернула направо, откуда недавно дул ветер.

– Я знаю, куда нам идти.

– Знаешь? – удивился Лекс. – Откуда?

И тут ему в ответ вновь по коридору пронесся гул вместе с ветром.

– Оу…

– Теперь понятно. Почему тут так холодно, – еле слышно произнесла Мэй.

– Наверное, где-то рядом выход наружу, – предположил Хост, равняясь со мной. – И сомневаюсь, что на территорию Дома фамильяров… Там-то всегда тепло.

Он вытащил из кармана сферу памяти, которая засветилась мягким, призрачным светом, что заметил Ник:

– Решил сразу записывать?

– Ага. Сомневаюсь, что мы здесь заблудимся, – посмотрел он в темноту коридора. – Ветер нас выведет.

– Тц, – цыкнул за нашими спинами Лекс. – Только зря сделку заключал…

За что тут же получил локтем в бок от Мэй.

Позабыв об усталости и противоречиях, мы продолжали идти по лабиринту подземелья. Внимательно оглядывались, прислушивались, и на каждом распутье терпеливо ждали порыв ветра, чтобы вновь продвинуться вперед. Я особо не считала, сколько поворотов мы прошли, все равно Хост все записывал, но чем ближе мы были к выходу, тем холоднее становилось.

Вскоре на стенах появились сосульки и заблестел иней. Порывы ветра стали сильнее, пробираясь под ученическую форму, которая отчаянно пыталась нас согреть наложенными на нее чарами. И если бы не ветер, то у нее это вполне бы получалось. К счастью, меня еще спасал от холода сидевший на плечах Котя, чей пушистый хвост обнимал меня за шею, точно шарф.

– Все хорошо, – в который раз я почесала за ухом Кота, но в этот раз скорее для своего спокойствия, нежели его.

Котя больше не оглядывался назад, а просто смотрел в обратную сторону, из-за чего Лекс и Мэй в какой-то момент перенервничали, а Ник сходил проверить наш тыл, но так и ничего не обнаружил. В итоге мы просто перестали обращать на это внимание. Может, кот дорогу обратно запоминал… Так, на всякий случай.

Вдруг с новым поворотом в коридоре посветлело. Я мгновенно встрепенулась, заметив впереди пятно света, похожее на выход, а Ник с Лексом переглянулись и прибавили шагу, обгоняя меня и Хоста. Они первыми приблизились к источнику света – широкой щели и протиснулись наружу, где стены стали неровными, точно высеченными в скале, а вскоре мы все оказались в просторной обледенелой пещере.

– Это… – произнесла Мэй, но так и не договорила.

За нее закончили Лекс:

– Выход.

А Ник добавил:

– В Скрытый лес.

Однако всех напрягли не видневшиеся на выходе могучие деревья Скрытого леса, чьи заснеженные кроны уже окрасились в цвета заката. А погасший костер, над которым висел маленький котелок, и лежавшая на оттаявшей земле всякая утварь.

– Что-то не похоже это на сокровища древних магов, – взволнованно прошептал Хост. – Скорее на то, что здесь кто-то был.

Первым пошевелился Ник. Он подошел к костру и присел на корточки. Я же огляделась и, немного поколебавшись, приблизилась к выходу из пещеры, закрывшись рукой от колющих снежинок, которые морозный ветер мгновенно швырнул мне в лицо.

Ник зачерпнул горсть углей с пеплом и произнес:

– Угли слегка теплые.

– Кто-то ушел совсем недавно, – произнесла Мэй.

– Возможно, – отряхнув руку от грязи, он вытер ее о штанину и поднялся.

– Следов на снегу нет, – заметила я и, перестав всматриваться в сгущающийся мрак леса, вернулась вглубь пещеры.

– Ну, следы можно замести ветром… – предположил Лекс, на что Мэй возразила:

– Или воспользоваться лабиринтом.

– Вздор! Проход маленький, ты сама видела, мы еле в него протиснулись. И кто в здравом уме будет идти в лабиринт?

– Наверное, тот, кто здесь был! Говорила же, не надо нам сюда идти, а ты… – принялись тихо ругаться ребята, пока Хост с серьезным видом все обходил и записывал в сферу.

Я тоже подошла к костру и коснулась котелка.

«Ледяной! – удивленно заметила, после чего тоже запустила руку в угли. – Тоже холодные…»

– Чувствуешь? – посмотрел на меня сверху вниз Ник, который в это время поднял с земли деревянное блюдце и покрутил в руках. – Почти остыли, но след огня остался.

«Наверное, только маги огня могут ощутить это тепло», – нахмурившись подумала я и произнесла:

– Да. Чувствую.

– Нам нужно все рассказать преподавателям.

– Я…

– Лекс! Ты обещал! Если мы найдем что-то подозрительное, то мы обо всем расскажем!

– Если найдем доказательства, что кто-то использует метаморфные стены! – поправил Мэй Лекс. – Но то, что кто-то здесь был, это не значит, что он ими пользовался! Может… Может, кто-то из учителей здесь отдыхал.

– Отдыхал? Что за бред ты несешь?

– Да уж бред! – фыркнул Лекс. – Не заметила? Профессор Реджес который день в Академии не появляется.

Я внутренне напряглась и собралась обернуться, но тут мне на глаза попался обугленный обрывок ткани и я застыла.

– Вдруг это он исследует Скрытый лес и здесь отдыхал! Смотри! Вся пещера покрыта льдом, а этот угол весь оттаял. Такое под силу только магу огня!

Чувствуя, как внутри все скручивается от волнения, я потянулась к куску ткани, но не успели мои пальцы на нем сомкнуться, как…

– Котя!

Ни с того ни с сего кот рыкнул, сорвался с моих плеч и рванул в глубь пещеры.