Текст книги "Дикорожденный (ЛП)"

Автор книги: Перри Торани

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 40 страниц)

Глава 72

НОРА

– Если ты задохнёшься и превратишься во вздувшийся труп, за тебя дадут лишь жалкие крохи от полной суммы. Так что придётся потерпеть холод, – Ивер улыбнулся Норе. – Может, если будешь хорошо себя вести, я найду тебе одеяло.

Она свирепо посмотрела на него, всё ещё привязанная к скамье и дрожащая от холодного ветра, дующего с открытого пандуса.

– Пошел на хуй.

– Не сейчас, дорогуша. Может, после того, как я закончу. – Он вернулся к своей работе, предположительно угоняя корабль.

После очередной попытки срезать ошейник – на этот раз из носа у него потекла кровь – он выпрямился, затем подошел к открытым панелям корабля и подключил небольшой компьютер-раскладушку к настенному терминалу, как ни в чем не бывало. Он достал из сумки и надел перчатки с когтями, кончики которых удлинились, превратившись в иглы. Они раскалились докрасна, когда он начал резать и скручивать провода корабля, наполняя командный мостик едким дымом.

Только когда женщина начала кашлять, он открыл дверь, чтобы выпустить дым.

Теперь женщина тихо хрипела рядом с Норой; спящая она или без сознания – было непонятно. Ивер, казалось, не слишком беспокоился ни о той, ни о другой, продолжая стучать по своим устройствам.

Ее сердце сжалось от воспоминаний о том, как Джо сворачивал шестиугольники и кодировал Гиперврата прямо перед тем, как запустить ее с «Абеоны», сам того не ведая, запрограммировав шаттл прилететь сюда.

Как и ее дядя, Ивер напевал во время работы. Песни с Земли. Некоторые она даже узнала.

– Можешь, пожалуйста, заткнуться на хуй? – огрызнулась она. – Раз уж ты держишь меня в плену, я бы хотела немного тишины.

Ивер бросил на нее мимолетный взгляд, прежде чем продолжить заниматься своим делом.

– Пленники не выдвигают требований. Считай это бесплатным уроком того, как выжить в том, что ждет тебя дальше.

Через несколько минут он отложил инструменты и закрыл компьютер. Он поднял голову и заговорил с потолком на инопланетном языке.

– Он не станет с тобой разговаривать, – сказала Нора, испытывая к нему легкую жалость. Было ясно, что он не полностью контролировал свои действия, и если бы он отклонился от своей задачи, ошейник каким-то образом понял бы это и ударил его током. – Корабль будет говорить только с моразиром…

– Саравин. Чара ма ти комки? – спокойный голос корабля заполнил помещение. Весь свет стал ярче. Все экраны, погасшие накануне, снова заморгали. На одном даже появился приветственный экран с крыльями, парящими в звездном небе.

Когда она повернулась обратно, Ивер уже стоял перед ней с самодовольным видом. Она отшатнулась – как она могла не услышать его шагов?

– Не смотри на меня так, будто горишь желанием отвесить пощечину. – Он покрутил пальцем, и еще одна игла-стержень, которой он управлял – на этот раз оснащенная флаконом с жидкостью – нацелилась на ее руку. Он наклонился близко, его глаза блестели, как драгоценности в короне. – Меня это заводит.

Дыхание Норы участилось, когда игла блеснула над ней. Ему не понадобился инструмент, чтобы надеть наручники. Она лягнула его ногой, закричав, когда игла приблизилась.

– Ну все, маленькая куколка, – сказал он, задирая ее рукав и вытягивая ее локоть. – Пора спеть тебе колыбельную и отправиться…

Тяжелые шаги взбежали по пандусу.

Раздался хлопок.

Ивер взревел от боли, падая на одно колено.

Тени на стене сместились, когда на корабль шагнула фигура, окруженная ореолом солнечного света. Нора почувствовала слабость, боясь, что если пошевелится, иллюзия стоящего перед ней Айрика разобьется вдребезги. Он был немного в крови, но выглядел нормально. Все еще жив, все еще ее.

Глаза Айрика обвели помещение, пока он держал Ивера на мушке своего пистолета, ненадолго задержавшись там, где на столе лежал его меч. Его взгляд скользнул дальше, пока не нашел ее.

На мгновение их глаза встретились. Губы Айрика приоткрылись. Он сказал что-то холодно и спокойно. Ветерок бросил пряди его волос на лицо, и его свирепый взгляд немного смягчился.

– Блядь… – выдохнул Ивер, повернувшись к Айрику и хватаясь за бедро.

Внимание Айрика резко вернулось к нему, он нахмурился.

– Блядь, – повторил он, сузив глаза. – Откуда ты знаешь это слово?

Барахтаясь, Ивер поднял руку, направив иглу на Айрика. Тот пригнулся как раз в тот момент, когда игла просвистела мимо его щеки, поймав ее прямо в воздухе. Бросившись к Иверу, он оказался прямо за его спиной меньше чем за два шага.

Ивер потянулся за пистолетом, который забрал у Норы, но Айрик перехватил его руку.

– Я не люблю, когда острые предметы находятся рядом с моим лицом, – сказал он, а затем вонзил иглу в бедро Ивера, туда, куда уже подстрелил его.

Тот вскрикнул.

– А мы грубоваты…

Айрик заломил руку Ивера за спину, и его слова оборвались хриплым стоном. Прежде чем тот успел выпустить еще одну иглу, Айрик стянул с него перчатки и отбросил их в сторону.

Пленница подскочила, свалившись со скамьи.

Айрик не обратил на это внимания, не произнося ни слова и не издавая ни звука, кроме дыхания и кряхтения от напряжения, пока заставлял гораздо более крупного мужчину подчиниться.

Он обхватил шею Ивера рукой. Ошейник зажужжал, ударив током их обоих. Айрик нахмурился, ненадолго остановившись, чтобы осмотреть ошейник. Он зашипел, а затем швырнул Ивера вперед с такой силой, что это дало ему секунду дотянуться до своего меча. Он опустился на колено над спиной Ивера и, словно разрезая бумагу, рассек ошейник на его шее.

Металлический ошейник упал на пол, все еще потрескивая. Айрик бросил свой меч рядом с ним.

Ивер ахнул, его свободная рука взметнулась к горлу, ощупывая кожу. Он попытался заговорить, больше не сопротивляясь.

Но для Айрика это не имело никакого значения. Полное подчинение – вот чего он хотел. Он обхватил обнаженную шею Ивера рукой, снова поднимая его на колени, вибрируя от напряжения. Лицо Ивера покраснело от удушья.

– Не надо… – Нора протянула руку, словно могла дотянуться до него сквозь небольшое разделявшее их расстояние. – Айрик, не убивай его.

Айрик бросил на нее взгляд – болезненный, растерянный и, возможно, немного раздраженный. Он покачал головой и продолжил давить.

Слюна потекла из уголка рта Ивера, когда Айрик сорвал еще одну пару наручников с его пояса. Глаза Ивера закатились, и его тело с глухим стуком повалилось вперед. Теперь уже обмякшего, Айрик оттащил его за лодыжки к стене перед Норой. Усадив его, как сломанную марионетку, Айрик зафиксировал руки Ивера над его головой намагниченными наручниками. Он вытянул ноги Ивера перед ним, с презрением глядя на кровь, вытекающую из его бедра на пол.

Затем он вернулся к своему мечу, подняв его, прежде чем подойти к ним обеим. Женщина вскрикнула, отползая прочь.

– Все в порядке, – сказала Нора в надежде успокоить ее. – Он мой – он никогда тебя не обидит. Просто… успокойся.

Айрик, по-прежнему игнорируя другую женщину, упал на колени перед Норой, раздвинув ее ноги, чтобы втиснуться между ними. Он срезал наручники с ее запястий, освобождая ее. Начиная со ступней, он провел свободной рукой вверх по ее ногам, бедрам, бокам, затем проверил ее руки, массируя покрасневшие следы на запястьях. Единственным звуком, который он издавал, было дрожание его дыхания, когда он взял ее косу, словно проверяя, каждый ли волосок остался на том же месте, как он оставил его тем утром.

– Я в порядке… со мной все окей, – сказала Нора, взяв его за лицо, чтобы заставить перестать искать повреждения. У него был порез на виске, но, к счастью, он уже перестал кровоточить.

Он отстранился.

– Вся моя жизнь… – произнес он с измученным выражением лица. – Твоя.

Губы Айрика впились в ее губы. Он взял то, что хотел – в чем нуждался – в сокрушительном поцелуе, который обрушил на нее всю полноту его собственничества.

Она заскулила, когда его клыки укололи ее язык, а его руки сомкнулись на ее шее, прижимая к себе. Как будто она вообще собиралась отстраняться. Все, что она когда-либо сделает, – это позволит ему погрузиться в нее.

Его пальцы впились в ее бедра, пока он продолжал целовать ее, даже когда женщина рядом с ними продолжала вырываться, а ботинки Ивера заскребли по полу, когда тот пришел в сознание.

– Отпусти… Меня, – голос женщины сорвался рядом с ними.

Айрик и Нора оторвались друг от друга, оба тяжело дыша.

– А вот и твой голосок, сладенькая, – Ивер усмехнулся, его голова болталась из стороны в сторону, все еще одурманенная. – Я знал, что он будет прелестным.

Айрик вскочил, в мгновение ока оказавшись над ним.

Нора подалась вперед, сбитая с толку, когда Айрик вонзил кончик меча в рану на бедре Ивера.

– Я еще не разрешал тебе говорить, – Айрик надавил клинком, пока Ивер не стиснул зубы. Свежая кровь лужицей скопилась на полу.

– А-Айрик, – ахнула Нора.

Красота шрамов Айрика исказилась во что-то чудовищное, когда он проигнорировал ее, и лезвие вонзилось глубже в ногу Ивера.

Вот как он выживал, напомнила она себе. Он должен быть сильнее и быстрее. Никакой пощады или прощения, потому что, если он пострадает… Ее поразило еще одно душераздирающее осознание. Его даже не смогут вылечить, если его тело будет уничтожено на службе его миру.

Даже если таким он был создан, Нора любила его. Она будет беречь его тело и сердце так, как его мир никогда бы не стал.

– Милый, – окликнула она его.

Он остановился, слегка повернувшись к ней, но не до конца. Он перехватил рукоять меча, но клинок не вошел глубже. Она не решалась встать или броситься к нему. Айрик балансировал на лезвии бритвы, и она знала, что что угодно может толкнуть его на поступок, о котором его любящая душа будет жалеть.

– Пожалуйста… остановись. – Она улыбнулась, надеясь, что он услышит, что все в порядке. Что он уже взял под контроль все угрозы. Что они в безопасности. – Думаю, этот мужчина и сам может быть пленником.

Ивер перестал извиваться, осторожно переводя взгляд с Норы на Айрика. Айрик резко выдохнул, его кадык дернулся при сглатывании. Он избегал смотреть на Нору, но медленно отвел оружие от Ивера.

– Откуда ты знаешь английские слова? – спросил он Ивера. – И почему ты вообще здесь?

Когда Ивер не ответил, Айрик кончиком меча заставил его поднять лицо, обнажив кожу на горле. Фрактальные шрамы в форме расходящихся лучей покрывали участок, где был ошейник, некоторые все еще кровоточили и покрывались коркой.

– Я мог бы ответить тебе несколько минут назад – когда ты еще был героем, освободившим меня, – грудь Ивера содрогнулась от смеха. – Но теперь, думаю, не стану. У меня немного… кружится голова, и, – он дернул раненой ногой, – я чувствую, что со мной немного жестоко обошлись. Не забывай, Бог видит всё…

– Почему ты никогда… не затыкаешься?

Все повернулись к женщине, которая теперь села и, едва способная удержать поднятую руку, указала обвиняющим пальцем на Ивера.

– Ты… ебучий идиот… просто… остановись.

Айрик переводил взгляд с нее на Ивера и обратно, прежде чем снова остановиться на женщине, плотно сжав губы.

– Кто этот мужчина?

Ее рука тяжело упала на колени, как будто она не ожидала, что ее голос сработает или что кто-то будет ее слушать. Она отпрянула под непреклонным вниманием Айрика.

– Отвечай, – повторил он, сильнее прижимая меч к горлу Ивера. – Мне не нужна его жизнь, если от нее нет пользы.

– Он… я не знаю, но… он…

– Тсс, дорогуша, – перебил Ивер. – Вспомни, что случилось с остальными…

С рычанием Айрик с силой наступил на бедро Ивера. Ивер дернулся назад, ударившись головой о стену.

– Этот ошейник на твоей шее, – сказал Айрик, вдавливая ботинок прямо в рану, заставляя Ивера извиваться, чтобы ослабить давление. Это было бесполезно. – Его надевают на животных, которых используют для боев. Не знаю, что ты сделал, чтобы заслужить его. Но если для повиновения тебе нужна боль, я могу дать тебе её. А теперь я спрашиваю: кто прислал тебя сюда и зачем?

В оцепенении – как он до сих пор не отключился? – Ивер заговорил:

– Думаю, ты знаешь, почему я здесь. Ведь с тобой такое происходит не впервые, не так ли? Когда всё катится к чертям. Когда тебя, – он многозначительно посмотрел на Айрика, – оставили позади. Бросили. Забыли…

Ивер заткнулся и стиснул челюсти, когда Айрик наклонился вперед, перенеся почти весь свой вес на его бедро.

– Это не ответ. И я не люблю повторять вопросы дважды.

Еще больше крови натекло на пол, и Нора покачнулась, прикусив язык, чтобы ее не стошнило.

– Хватит! – крикнула женщина. – С ним что-то не так. – В ее голосе слышался влажный треск из груди, словно она болела уже много лет. – И они используют его как раба. Пленника. Он называет себя Ивером, но остальные зовут его… вруукар.

– Вруукар? – Айрик тут же убрал ногу, а затем окинул Ивера недоверчивым взглядом. – Так вот кто ты такой… вот почему тебя сковали? Потому что ты отчасти зверь?

Ивер облизнул губы, обнажив длинный, толстый, раздвоенный на конце язык.

– В твоих устах это звучит почти сексуально. – Он вытянул шею, чтобы заглянуть за Айрика на женщину. – А ты что думаешь, дорогуша? – Он уронил голову на плечо, почти смущенно глядя на нее. – Теперь, когда ты знаешь, что я «отчасти зверь», ты будешь со мной разговаривать? Хочешь узнать, какие именно части меня звериные…?

Айрик схватил горсть волос Ивера и рванул вверх. Странное внимание Ивера к женщине рассеялось, и он издал хриплый стон. Айрик свирепо посмотрел на женщину.

– Дальше.

– Эт-тот… человек-акула… который был с тобой. Это он надел на него ошейник. Еще там… – Она прикрыла рот рукой и опустила взгляд. – Я… я больше ничего не знаю.

Глаза Айрика потемнели.

– Ты лжешь.

Женщина всхлипнула, затем повернулась к Норе, ее зеленые глаза были широко распахнуты от паники.

– Все в порядке, – сказала Нора, пытаясь улыбнуться. – Мы поможем тебе. Просто расскажи ему.

Женщина колебалась. Нора взглянула на браслет на ее запястье. Было бы неправильно использовать ребенка или любого любимого человека, чтобы заставить ее заговорить, но, чувствуя, что терпение Айрика на исходе, Нора была в отчаянии.

Прежде чем она успела заговорить, женщина отшатнулась, словно нечаянно выдала секрет. Она одернула рукав, чтобы скрыть браслет, затем снова повернулась к Айрику.

– Там есть… лидер, – продолжила она. – С которым все люди на корабле разговаривали по своим устройствам. Он… одевается как ты. – Она указала на Айрика. – Со… знаком. Здесь. На груди.

Айрик опустил взгляд на нашивку с крыльями и кругом, которая, как она полагала, принадлежала Вейнари. Он моргнул один раз, осмысливая услышанное. Затем его взгляд метнулся вверх. К Норе. Его глаза были наполнены чем-то ужасным и болезненным, но, как ни странно, в них не было ни удивления, ни замешательства.

Сердце Норы упало. Он ожидал этого.

– Дальше, – сказал он, снова поворачиваясь к женщине.

– У него… много татуировок и…

– Заткнись, – прошипел Ивер. – Будь ты проклята, женщина. Раньше я не мог вытянуть из тебя ни слова, а теперь ты никак не замолчишь. Он нам не друг – он один из них.

Айрик переводил взгляд с Ивера на женщину, анализируя пространство между ними, как будто видел перед собой материализовавшуюся нить.

– Эта женщина, – обратился Айрик к Иверу таким тихим голосом, что Нору пробрало до костей. – Она важна для тебя.

Ноздри Ивера раздулись, но он слегка пожал плечами.

– Думаю, она милая – как бездомный, больной котенок. Из тех, кого гладишь один раз, зная, что он скоро сдохнет. Или, говоря понятными тебе словами, больная уши, брошенная своим хозяином, когда была еще щенком.

Айрик резко вдохнул, отпуская Ивера и делая шаг назад.

– Как ты мог…

Его челюсти сжались, и что бы там ни сказал Ивер, это было отброшено. В суматохе дезориентирующих движений и криков Ивера Айрик перепрыгнул через стол и стащил женщину со скамьи. Он притянул её к себе, приставив лезвие меча к её челюсти.

Нора вскочила, дернув его за руку.

– Какого хуя ты творишь?

– Сядь, – сказал он, не поворачиваясь к ней.

Зрачки женщины расширились от страха.

– П-почему…

– Твоих ответов недостаточно, – сказал Айрик женщине. – Теперь снова его очередь.

Неистово вырываясь из наручников, Ивер произнес что-то на инопланетном языке.

Айрик усмехнулся.

– Я больше не подчиняюсь Клятве моразира.

Лицо Ивера, и без того бледное от потери крови, побледнело еще больше.

– Ладно, – тихо взмолился он. Он одарил женщину дрожащей улыбкой. – Всё, что хочешь. Только… будь с ней осторожен.

Нора стояла рядом с Айриком, ошеломленная и неподвижная. Должно быть, это сон – возможно, один из кошмаров Айрика, который наконец-то сбылся. Она прошептала ему:

– Что ты делаешь?

Он повернулся к ней, его взгляд обжигал радиацией.

– Я сказал, сядь. Если мне придется повторить, я сам тебя свяжу.

Глава 73

АЙРИК

Сердце Айрика колотилось в груди. Он отказывался смотреть на Нору – её учащённого дыхания и мольбы было достаточно, чтобы ему захотелось обратить клинок против самого себя.

Эта боль была хуже неудачи, смерти или следующей за ними неведомой пустоты. Никакие годы ковки не подготовили его к муке наблюдать, как свет в глазах Норы меркнет, сменяясь страхом. Страхом перед ним.

Он твёрдо держал лезвие под дрожащей челюстью женщины. Она не сопротивлялась, настолько обессиленная, что нуждалась в поддержке Айрика, чтобы просто стоять на ногах.

Кто-то охотился за ним – это было ясно. Был ли это один человек или весь флот Вейнари со всеми его силами, Айрику нужно было это выяснить.

Он не мог противостоять целой империи. Но он мог уничтожать простых смертных. У Ивера должны быть имена – список конкретных лиц. Целей, которые нужно уничтожить, если Айрик хочет когда-нибудь снова познать хоть мгновение покоя.

Он убил сотни, тысячи – а может, и больше – во славу доброго имени Вейнари. Что значат ещё двое, если это ради безопасности Норы? Если она будет жива, будет с ним в этой вселенной, тогда он проведёт остаток жизни, заслуживая её прощение. Вечность, если потребуется.

– Я знаю, о чём ты хочешь спросить, – сказал Ивер, в голосе которого не осталось и следа прежнего высокомерия. Он держал всё ещё скованные руки открытыми, прижав тыльные стороны ладоней к стене. – Отпусти её – она слишком слаба, чтобы сбежать или представлять какую-либо угрозу. Я расскажу тебе всё.

Айрик сузил глаза, не шелохнувшись.

– Это Ворн, – сказал Ивер, не сводя глаз с лица женщины. – В том… что бы они там ни думали, что делают, замешаны десятки командиров, моразиров и его собственное потомство. Но тот, перед кем все отчитываются, – это Ворн.

– Оурекс, – произнёс Айрик; в его сознании мелькнул образ Элиор, улыбающейся ему, когда он был ещё мальчишкой. – Остальные из них… тоже в этом замешаны?

– Нет, – он покачал головой. – Не могу сказать наверняка – в их глазах я всего лишь вруукар, поэтому меня посвящали далеко не во всё. Но я уверен, что это не весь Оурекс, иначе зачем было бы играть с тобой в эти игры? Они могли бы просто убить тебя, разве нет? Особенно после того, как стало известно, что Элиор…

– Что Элиор? – Холод тяжёлым грузом сдавил грудь Айрика.

– Ты должен понимать, что оставлять тебя в живых – это риск. Может, Алгоритм и выбрал тебя, чтобы ты шёл путём моразира, но Ворн всегда считал это ошибкой – превращать нечто нестабильное и дикое во что-то неубиваемое. Так что, когда стало известно, что Элиор получила доступ к хранилищу, больше не было причин оставлять тебя в живых.

Айрик резко выдохнул, эмоции и озарения кружились совсем близко, но он не мог за них ухватиться.

– Ты выглядишь немного… удивлённым, – Ивер сделал паузу, его чешуйки поблескивали от пота. – Боже правый, только не говори мне, что ты не знаешь о хранилище. – Он усмехнулся, расслабив руки в наручниках. – Для моразира, славящегося как мощью тела, так и силой духа, ты, кажется, знаешь не так уж много.

Он стиснул зубы – почему он ничего не мог вспомнить?

Его последняя поездка туда, что когда-то было его домом. Гнев. Одиночество. Разочарование от наблюдения за тем, как его родители, казалось, потакали любви, которая создала его. Он лежал на полу, не в силах заснуть. Но в какой-то момент ночью вошли его родители. Он зажмурил глаза, притворяясь спящим. Отец сказал ему, что нашёл способ добавить Элиор в Хранилище Джортага, на случай, если с ним самим что-то случится. Ей можно было доверять – Вейнари презирали её так же сильно, как и их. Если бы с Айриком что-то случилось, Элиор смогла бы помочь. В хранилище были инструменты, знания и технологии, которые могли бы помочь ему, если Вейнари…

Он покачал головой, делая глубокие вдохи сквозь стиснутые зубы. Безумие его отца было уникальным – это было Безумие Моразира, смешанное с безумием любви. Безумие, в котором переплелись фантазии и надежда.

– Айрик, – прошептала Нора. – Я знаю…

Он повернулся так, чтобы оказаться к ней спиной.

– Где сейчас Элиор?

– В тюрьме за пределами планеты.

– Мертва? Жива? – Терпение Айрика стремительно иссякало, покалывание в руках достигло звенящего предела.

Женщина тихо заскулила, когда лезвие немного соскользнуло, разрезая ткань на её горле.

– Жива, – выкрикнул Ивер. – Она жива!

– Айрик, – взмолилась Нора, её голос позади него был тихим. – Я знаю, как тяжело не чувствовать ситуацию под контролем. Мне страшно – я знаю, что мне всегда страшно. Ничего нового. Но сейчас всё контролируешь ты. Здесь всё в порядке. Он говорит и не может причинить нам вреда. – Она стояла совсем близко позади него – он чувствовал её тепло. Но она не прикасалась к нему, и его сердце обжигало от нарастающего в груди давления.

Он ослабил хватку на женщине ровно настолько, чтобы откинуться назад и прижаться к Норе. Её руки мгновенно обвились вокруг его талии, и он почувствовал, как она прижалась мокрой щекой к его спине.

– Как ты знаешь, – продолжил Ивер, – биологические анализаторы хранилища не реагируют ни на клонированные ткани, ни на кровь, взятую у тела, находящегося в состоянии стресса. Не знаю, как оно было создано, – уж точно не с помощью технологий, известных Вейнари. Поверь мне, я пытался его взломать, и результаты оказались плачевными. – Он вскинул подбородок, демонстрируя шрамы. – Так что можешь спать спокойно, Принц. Поскольку другого способа открыть его нет, её будут сохранять в живых.

Айрик ощетинился. Принцем он был не в большей степени, чем моразиром.

Он не мог понять и половины слов Ивера, который говорил на инглийском. Но он уловил достаточно, чтобы понять, что его тело представляло ценность только живым, лишь в том случае, если служило Вейнари в качестве ключа или оружия.

– Что в хранилище? Почему кудра? Какая от всего этого польза Ворну – что он пытается сделать? – Он прижал плоскую сторону клинка к горлу женщины, чтобы заставить её вскрикнуть, а не порезать. – Ты заставляешь меня задавать слишком много вопросов.

Ивер вздрогнул. Капельки пота выступили между прижатыми чешуйками на его коже.

– Я не знаю наверняка, но его любимая фраза: Истинный Отец устал от того, что свет сбился с пути. И одной из моих первых задач для него после моего… – он моргнул, словно охваченный внутренним смятением, – пленения было организовать инопланетный комплекс для создания видов праймов. Чтобы «вновь зажечь» видение Истинного Отца об объединении всех истинных видов в один.

Кровь Айрика застыла. Он и раньше слышал подобные слухи. Что те, кто создавался как праймы, были первым экспериментом по созданию единого вида. Это обернулось грандиозным провалом: на свет появлялись особи с непредсказуемыми мутациями и наклонностями. Оружие, которое не подчиняется или не выполняет команды, бесполезно. Поэтому почти все они были уничтожены ещё при рождении, в и без того вызывающих споры искусственных утробах.

Выбракованы. По приказу Алгоритма.

Именно так Вейнари поступали с целыми планетами. Но Алгоритм, чья логика была странной и туманной, никогда не отдавал приказов об уничтожении целого вида.

– А… – Айрик сглотнул. Женщина больше не дрожала в его хватке, пугающе замерев. – Кудра.

Хотя кровотечение у Ивера остановилось, его смуглая кожа стала почти белой.

– Что ж, есть ли лучший способ очистить планету от жизни, сохранив при этом её природные ресурсы в неприкосновенности? Кудра, чтобы сохранить планеты, которые могут оказаться полезными… и дрозекар, чтобы разобраться с теми, что бесполезны. Этому новому виду понадобится дом – целая галактика для заселения. Твоё хранилище – это последний фрагмент головоломки. В нём есть технологии, способные нейтрализовать кудру. И оружие, которое там находится – пусть и слегка запылившееся, – всё ещё смертоносно и сможет противостоять нынешним методам вмешательства Вейнари. Вейнари не могут его отключить, а это оружие не сможет сказать «нет» тому, кто его использует.

Он почувствовал, как руки Норы крепче сжались на нём. Он заставил себя сделать вдох.

То, что говорил Ивер, могло быть правдой, ложью или галлюцинациями человека, потерявшего слишком много крови. Айрик никак не смог бы это проверить, пока сам не вскрыл бы хранилище.

– А какова твоя цель во всём этом? – спросил он. – И Ксалликса?

Взгляд Ивера опустился на конец косы Айрика, перевязанной лоскутком ткани с цветочным принтом.

– Ксалликс – потомок Ворна. Неудивительно, что Ворн считает, будто его род ближе всего к свету Уллиэля. Так что, разумеется, распространение нового порядка он начнёт со своих собственных отпрысков, – объяснил он. – Именно остальные генералы должны были заметить его тщеславие. Но они этого не сделали. Видишь ли, они все одинаковы. Высокомерны. Элиор была единственной, кто это заметил, и, ну… теперь от неё гораздо меньше шума, не так ли?

Ветер ворвался через пандус, принеся с собой запах ииласа. И всё же, спустя столько времени, он так и не нашёл ни единого фрукта, который мог бы источать этот аромат.

– Это Ворн – этот новый «порядок» – отнял у меня мать и отца?

Айрик знал ответ. Но когда Ивер вздохнул, Айрику показалось, будто копьё из кудры, пронзившее сердце его отца столько лет назад, теперь вонзилось в его собственное сердце. Раньше он никогда не задумывался, почему оно не сломалось. Кудра должна была быть хрупкой. Теперь он понял: её усилили, чтобы использовать как оружие.

– Если это тебя утешит, время Вейнари вышло, как говорится. Просто то, что придёт им на смену, ничуть не лучше. То же дерьмо, другой сортир – человек уже научил тебя этой чудесной идиоме?

Когда Айрик не ответил, Ивер продолжил.

– Твоя легенда – неклеймёный, превосходящий всех остальных, несмотря на то, что дикорождённый. Нетронутый. Не захваченный. Не покорённый. Не модифицированный в соответствии с видением всемогущего Истинного Отца. Ты не должен был выжить, и ты подрываешь всё. В этом новом мире для тебя нет места, мой трагичный, дикий принц.

Ивер улыбнулся; его зрачки теперь были расфокусированы и разного размера.

Руки Норы так сильно впились ему в живот, что он подумал, не сольётся ли она с ним воедино.

Он закрыл глаза. Он был всего лишь одним мужчиной, но у него всё ещё был его меч. С ним он останется неубиваемым. Оружием, которое создали сами Вейнари.

Он не мог сбежать от империи – даже от новой, под командованием Ворна.

Но – и, должно быть, это говорило живущее в нём Безумие – он не хотел от неё сбегать. Он хотел её разрушить. Именно так он всё исправит.

Пробормотав извинения, Айрик освободил женщину от металлических пут, перерезав их. Она упала на пол, тяжело дыша.

Когда он повернулся к Норе, его сердце остановилось. Боль переполняла её взгляд, воспламеняя его.

В то же мгновение он упал на колени.

– Прости меня…

Его слова оборвались, когда она рывком притянула его к своей груди, уткнув его лицо между грудей и едва не задушив.

– Заткнись, – крикнула она. – Я очень на тебя злюсь.

– Прости меня, – простонал он, надеясь, что вибрации его голоса достигнут её сердца. Он вытащил её косу из-за головы, чтобы обнять её. – Ты мне веришь? Я бы никогда не причинил ей вреда. Но мне нужно было, чтобы он заговорил, чтобы я знал, что делать дальше… как всё исправить.

Единственное безопасное место для него в этой вселенной было здесь, когда он смотрел снизу вверх в её карие глаза.

– Пожалуйста, – взмолился он. – Скажи, что веришь мне, черанна. Что я бы не причинил ей вреда. По-настоящему.

– Я сказала, заткнись. – Она сильнее прижала его к себе, покрывая поцелуями его макушку. – Ты мудак, ты в курсе? Но… – Она поцеловала порез на его виске. – Я тебе верю.

Позади себя он услышал, как женщина зашаркала по полу, двигаясь к Иверу.

Оставь их, подумал он. Должно быть, они так же свихнулись от этого безумия и страсти, как и я.

Через несколько минут ему придётся уйти и привести Торрена и Лаки. Но пока, ещё ненадолго, он хотел именно этого.

– Почему он называет тебя принцем? – спросила Нора, поглаживая его по волосам.

Айрик сильнее прижался головой к её груди.

– Потому что… в другое время – в другой вселенной – именно им я мог бы быть.

Она ахнула, отстраняясь с улыбкой на губах.

– Принц, значит? – Она приподняла бровь. – Ну разумеется.

Её пальцы оставляли горячие следы, обводя шрамы на его лице. Их дыхание выровнялось, и он стёр последние слёзы с её глаз.

– Мог бы подмигнуть или ещё как-то дать знать, понимаешь? – сказала она. – Чтобы я так не паниковала.

– Подмигнуть? – Айрик положил подбородок на изгиб её груди. – Это что-то вроде поцелуя? Покажешь мне?

Она рассмеялась.

– Не думаю, что подмигивать – это подобающее принцу занятие, но да, я могу…

Слова Норы оборвались ослепительной вспышкой света и оглушительным хлопком.