Текст книги "Дикорожденный (ЛП)"
Автор книги: Перри Торани
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 40 страниц)
Моя.
– Как небеса, – произнес он. – Ты на вкус как небеса.
Он двигал пальцами внутри нее, сосредоточив заостренный язык на ее центре удовольствия, лаская его и пространство вокруг без какого-либо определенного ритма, ориентируясь лишь на подсказки ее тела, чтобы понять, что делать дальше.
– Как это называется?
– Мой… мой клитор.
– Клитор, – повторил он.
– Да – пожалуйста, Айрик. Не останавливайся.
Улыбаясь в нее, он сказал:
– Мой клитор.
А затем сомкнул губы вокруг него, посасывая так, словно изнывал от жажды в бесплодной пустыне, а она была последней каплей воды.
– Блядь, Айрик… – простонала она, прежде чем заглушить свой голос рукой.
Он с силой отдернул ее руку, переплетая их пальцы.
– Твой голос – мой, – предупредил он. – Позволь мне слышать, как ты выкрикиваешь мое имя. Так, как можешь произнести его только ты.
Пить из нее было неповторимым опытом. Нора запуталась пальцами в его волосах, удерживая его на себе, втираясь в его лицо. Она держала ноги широко раздвинутыми – его собственная жрица. А он лежал у ее алтаря, и в его голове не осталось иных мыслей, кроме желания поклоняться звукам ее стонов и криков.
Из обязательных инструктажей по размножению он знал, что самки способны на разрядку. Он знал, что означают эти легкие содрогания ее плоти. Нарастающие стоны и вздохи, оттягивание его волос. Он хотел этого – великолепия ее разрядки от удовольствия, которое он ей подарил.
– Кончи на мой язык, – простонал он. – Я хочу этого.
Она выгнулась навстречу его рту, поднимаясь к кульминации, которую он для нее выстроил.
– Айрик!
Ее бедра сомкнулись вокруг его ушей, перекрыв ему кислород и оставив лишь ее саму – заперев в добровольной тюрьме их собственного изготовления. Ее стенки спазматически сжались вокруг его пальцев, и даже если бы он захотел освободиться, он бы не смог.
Да, демонические глаза. Держи меня здесь, вечно внутри тебя.
Нечто похожее на нектар брызнуло ему в рот. У него не было иного выбора, кроме как поглотить всё это, проталкивая язык так глубоко, как только он мог достать, в тугую шелковистость ее лона, глотая ее с шумными прихлюпываниями.
Представляя, как он кончает внутри нее, наполняя ее своим семенем, как она сжимает его член так же, как сейчас сжимает его язык и пальцы, Айрик тоже кончил – густо и сокрушительно. Самая приносящая удовлетворение разрядка в его жизни, покрывшая изнутри его поддоспешник, хотя он к себе даже не притронулся.
– Вся ты – моя, – прошептал он, посасывая ее, пока она успокаивалась, не желая расставаться с ней и упускать легкие остаточные толчки, пробегающие по ее телу. – Всю тебя я буду держать в безопасности.
Судьбы, как же он ее обожал.
Новообретенная безмятежность окутала их, когда их дыхание успокоилось, вовлекая их в теплые объятия.
Она мягко потянула его за волосы. Позволив ему притянуть себя в свои объятия, она свернулась калачиком – сонная и великолепная, прижавшаяся к его боку, разомлевшая от блаженства.
Обведя шрам под его глазом, она прижалась губами к внутренней стороне его руки.
– Ненадолго? – спросила она. – Мы правда можем это получить?
– Да, демонические глаза, – ответил он, положив подбородок ей на макушку и зарывшись в ее волосы. – Это то, что я загадал… и я сделаю так, чтобы это сбылось.
Глава 42
НОРА
Нора проснулась от того, что голова Айрика находилась у нее между ног, а сама она была уже на полпути к оргазму. Его руки обхватили ее груди, сминая и нежно пощипывая их. Его ладони, огрубевшие от жизни, которая даже сейчас нависала над ними, играли с ее телом, лаская его.
Он вылизывал ее так, словно изнывал от голода, пока ее тело не начало двигаться по его прихоти. Клык скользнул по ее клитору, и электрический разряд пронесся по ее телу, натягивая его, как струну.
– Айрик, пожалуйста, – взмолилась она. Накануне вечером она видела его, набухшего в штанах, и это было ее ошибкой – не доставить ему удовольствие в ответ. Запустив пальцы в его волосы, она попыталась потянуть его наверх. – Позволь мне сделать так, чтобы ты кончил. Я хочу этого…
– Я голоден, – пророкотал он, перехватывая ее руку. – И ты – единственное, что я хочу съесть. – Когда она приоткрыла рот, он бросил на нее порочный взгляд между ее бедер, прикусывая нежную плоть.
– Ты говорила мне, что ты хорошая девочка. – Он прижал два пальца к ее входу, но не проник внутрь.
– Я хорошая девочка. – Она заерзала, нуждаясь в том, чтобы он оказался внутри. Но он крепче сжал ее запястье, удерживая ее на месте.
– Хорошая девочка позволит мне есть, пока я не насыщусь. – Он лизнул ее клитор, зажав его между языком и клыком, а затем проник пальцами ровно настолько, чтобы заставить ее извиваться.
Сдавшись, она откинулась на спальник и раздвинула ноги шире.
– Окей, – выдохнула она. – Тогда, пожалуйста… не останавливайся.
– Никогда, – простонал он прямо в нее, полностью погружая пальцы в ее киску и доводя ее до пика. – Я хочу никогда не прекращать есть тебя… моя хорошая девочка.
Внезапно он застонал, а затем сжал руки на ее талии. Не сбиваясь с ритма сосания и вылизывания, он перекатился на спину, увлекая Нору за собой так, что она оказалась сидящей на его лице.
Нора – ошеломленная, трепещущая и находящаяся на грани экстаза – нашла в себе силы забеспокоиться, что он не сможет дышать. Она приподнялась на коленях.
– Айрик…
Его руки крепко обхватили ее бедра, наполовину притягивая ее обратно вниз.
– Я хочу утонуть в тебе. Пожалуйста. Позволь мне.
Всё еще удерживая свой вес, она откинулась назад, расставив пальцы на его груди для равновесия.
– Ты уверен?
– Я сказал сидеть. – Положив руки ей на бедра, он со всей силы впечатал ее центр в свое лицо. Он вкушал ее так, словно она была его спасением. Она схватила его за волосы, оттягивая их от глаз, чтобы они могли видеть друг друга. Вся вселенная, от стеклянного моста над ними до Земли, Марса и всех остальных мест, – не имела значения. Вселенная была здесь, в его глазах, диких от желания.
Вибрации его стонов прокатывались сквозь нее. Она самозабвенно скакала на его лице, не думая ни о чем, включая его потребность в воздухе, и не осознавая ничего, кроме того, как он трахал ее своим языком.
Спазмы пронзали ее тело. Он извлекал из нее такое удовольствие, что она задалась вопросом, была ли она вообще по-настоящему жива до этого момента.
В полубреду она начала заваливаться вперед.
Айрик издал какой-то звук, нащупав ее руки и крепко сжав их – якорь и опора для них обоих, – позволяя ей доскакать на нем до конца, пока она кончала.
После того как он поцеловал ее бедра и, удовлетворившись тем, что слизал с нее всё до последней капли, он уложил ее рядом с собой. Он приподнялся на локте, расчесывая ее волосы пальцами.
– Как это называется – то, что я только что с тобой сделал?
Она повернулась к нему, уткнувшись носом в его грудь.
– Ты… заставил меня кончить. Оргазм. Кульминация. Перевернул мой гребаный мир. Есть и другие слова, но я не могу вспомнить их прямо сейчас.
– Перевернул твой гребаный мир, – сказал он, улыбаясь, явно довольный собой. Он толкнулся в нее своим твердым как камень бугром, сам будучи изрядно мокрым.
Прижавшись к нему в ответ, она сказала:
– Позволь мне тоже перевернуть твой мир. Я хочу всего тебя прямо сейчас. – Она потянулась к нему, но Айрик перехватил ее руку.
– Это сделает тебе больно – слишком сильно. Слишком узко. – Он поцеловал ее в шею сбоку. – Позволь мне сначала изучить тебя, а потом… ты сможешь изучить меня. – Он положил руку на ее киску. – Как ты называешь эту часть себя?
Нора колебалась, отчаянно желая, чтобы он оказался внутри нее, где бы он ни захотел ее заполнить. Но он смотрел на нее с ожиданием, и как она могла его разочаровать?
– Моя киска. Вагина. – И затем, возможно, потому что она всё еще светилась от того, что он с ней сделал, и потому что она неистово хотела, чтобы это было правдой, она добавила: – Твоя.
Глава 43
НОРА
– Ты правда собираешься нести меня целую вечность? – спросила Нора, находясь на грани перегрева.
Перед тем как пересечь мост и войти в раскинувшийся вширь город, Айрик дал ей еще одну футболку – серую, с гораздо меньшей нашивкой Вейнари. Но с ногами, обвитыми вокруг его голой талии, и руками на его шее она уже успела покрыться потом.
– Да, – сказал он, прижимая ее ближе к себе. – Я говорил тебе, город смертоносен.
Нора вздохнула, сдаваясь и положив подбородок ему на плечо.
По крайней мере, здесь были приподнятые платформы, защищающие их от солнц. Подвешенные в воздухе на разной высоте, они были увиты цветущими лианами, свисающими с краев.
Лаки тащился следом, косясь на здания так, словно им нельзя было доверять. Небоскребы из металла и стекла были настолько высоки, что птицы парили и кружили между ними, исчезая в облаках. Он был абсолютно несчастен.
Крошечный бот размером с белку с мигающими зелеными огоньками пронесся через улицу позади них, чтобы испепелить листок, упавший с рюкзака Норы. Лаки бросился на него, но тот взмыл в воздух и уселся на краю крыши, в безопасности.
Ступая точно по центру каждой дороги, Айрик вел их сквозь лабиринт городских улиц, соблюдая осторожную дистанцию от стен зданий. Всё больше роботов сновали туда-сюда, неистово ухаживая за деревьями с красной корой и маленькими парками, которыми больше никогда не будут наслаждаться те, кто их построил.
– Здесь правда больше никого нет? – Нора отстранилась от Айрика, силясь разглядеть что-нибудь сквозь двери зданий, которые открывались и закрывались, когда они проходили мимо.
– Никого, – сказал Айрик. Его пальцы впились в ее бедра. – Половина этого города умерла. Здания и вся энергия – яд. – Чтобы доказать свои слова, он повернулся так, чтобы она оказалась лицом к переулку.
Она вздрогнула, увидев в конце массивные тела. Гуманоидные конечности торчали под неестественными углами.
– Я думала, ты сказал, что людей здесь нет!
– Это не люди, – сказал Айрик, крепко удерживая ее. – Это… секс-роботы. Никогда не были живыми. Не мертвы. Посмотри между ними.
Нора сглотнула; мимолетный шок от того, что в его мире существуют секс-боты, угас, когда она сосредоточилась на том месте, куда указывал Айрик. С краю, так глубоко в тени, куда не доставал солнечный свет, из-за ботов выползла маленькая фигурка. Одна из тех черных ящериц, которые не давали Лаки заскучать и служили ему сытным обедом во время их пути. Она сунула голову в коленный шарнир одного из ботов. Затем отскочила назад, ее голова засветилась желтым.
– Что она делает? – Нора крепче обняла Айрика.
– Животные редко заходить сюда. Они бояться роботов и знают, что здесь смерть. Но те немногие, кто это делает – они голодать. А кудра на вкус сладкая.
Ящерица попыталась облизать свою морду, но ее голова дернулась, заставляя бедное создание извиваться так, что это, должно быть, причиняло боль. Ногти Норы впились в плечи Айрика, когда из морды и пасти существа закапала кровь.
Лаки бросился им наперерез, отгоняя их назад.
Заметив их, ящерица зигзагами попыталась добраться до них – инстинкты всё еще гнали ее вперед, даже когда она истекала кровью. Не успев достичь солнечного света, ее лапы подкосились, и она рухнула с хрипом. В следующее мгновение она распласталась на земле – мертвая.
Она не могла оторвать глаз, когда мимо них пронесся маленький робот, пиликая веселую мелодию. Он подкатился к ящерице и остановился. На круглом брюшке робота открылась створка, оттуда выдвинулась трубка и замерла, не касаясь туши. Лазерный луч просканировал мертвую ящерицу, и в мгновение ока не осталось и следа ни от существа, ни от его мучений.
Когда Нора повернулась, глаза Айрика ярко светились от эмоций.
Прежде чем она успела заговорить, он сказал:
– Она в стенах, и когда-то, до того как изменилась, она была безопасной. Но теперь ты видеть, что она делать. Это не как сета. Или маргорок. Или дождь. Или даже океан. – Он приподнял ее так, чтобы они оказались на уровне глаз. – Я ничего не могу сделать, чтобы исправить это, если она коснется тебя. Ты понимаешь мои слова?
Ей показалось, что она видит, как собирается синее свечение его слез, но он моргнул, и оно исчезло.
– Я понимаю.
Айрик развернул их, налево и направо, уводя всё глубже и глубже в город, построенный для кого-то похожего на нее, но не совсем. Здесь были ручки и рычаги для рук, похожих на ее, хотя некоторые двери были намного выше, чем она ожидала. На экранах всё еще крутились зацикленные видео с существами, которые, как предположила Нора, были родственными людям видами.
– Это… все разные виды инопланетян?
Айрик остановился, не сводя с нее глаз, пока она смотрела на экран.
– Да.
Изображение на экране прокручивалось. Силуэты шести идущих людей, все гуманоидной формы. У некоторых были хвосты. У другого на голове был гребень. В самом конце, второй по миниатюрности, был человеческий мужчина. Нора видела точно такую же картинку, только с эволюцией человека, начиная с древнейших общих предков обезьян.
Шесть изображений сместились, сливаясь в единую гуманоидную фигуру, крупнее остальных. Силуэт повернулся лицом к ним, обнажая изгибы и конечности своей мощной формы. Даже без деталей Нора поняла, что этот вид был в чем-то более доминантным, чем остальные.
– Родственных видов семь? – спросила Нора, не в силах разорвать зрительный контакт со светящимися золотыми шарами глаз фигуры.
– Нет, только шесть: Люди, Ти'роси, Кирджарикс, Суралиан, Иланди, Торджарин. Есть и другие разумные виды – но только эти шесть могут размножаться друг с другом.
В руке седьмой фигуры материализовался клинок. Она подняла его высоко; его форма была знакомой, но не совсем такой, как у меча Айрика. Когда фигура опустила его, из ее спины развернулись крылья, закрыв собой весь экран, который сам по себе был размером с целый квартал.
– Тогда кто это?
– Считается… что все виды могут быть сделаны в один. Что это будет вся сила шести – нечто совершенно новое и идеальное.
Лаки издал низкий рык, не сводя глаз с фигуры.
– Я не ученый, – сказала Нора, поерзав на руках у Айрика, – но я не думаю, что генетика работает именно так.
– Так Вейнари заставят ее работать. – Он прижал ее ближе. – Но в нашем мире еще нет людей. И технологии для создания этого… существа тоже не готовы.
Живот Норы скрутило от осознания того, что в этом мире она будет более ценной, чем на Земле, и по пугающей причине.
– Что случится… если они найдут человека?
Айрик приблизил губы к ее уху.
– Они будут наблюдать за ней. И это всё, что они сделают. Потому что она – моя.
Они продолжили путь. До тех пор, пока Лаки не начал отставать всё сильнее, уставший и испытывающий жажду, издавая тихий плач каждый раз, когда Айрик поворачивался, чтобы идти дальше. Везде было либо слишком опасно, либо слишком близко к зданиям, чтобы остановиться.
Айрик мог бы делать это часами, поняла она; его потребность обеспечить им безопасность перевешивала пределы его тела.
Они завернули за угол, и она оживилась, услышав журчание воды. Вместо очередного здания перед ними расстилалось прямоугольное пространство размером с несколько футбольных полей, застланное фиолетовой травой, подстриженной до одинаковой длины. В центре бетонный трехъярусный фонтан извергал кристально чистую воду в бассейн. По периметру росли деревья в радужной коре. Ближе всего к тому месту, где они стояли, увитое лианами строение, похожее на павильон, манило обещанием укрытия.
Айрик бросил взгляд на окружающие здания, некоторые окна которых светились изнутри желтым светом. Он вздохнул, затем развернулся, чтобы унести их оттуда.
Почувствовав, как его руки дрожат от изнеможения, Нора отстранилась с внезапным приливом решимости.
Он нахмурился, но не стал силой заставлять ее остановиться, как, вероятно, сделал бы, если бы не был так измотан.
– Здесь небезопасно. Нам нужно продолжать искать.
– Ты идешь уже несколько часов. Ты не можешь нести меня вечно, – сказала она, потирая его бицепсы. – Нигде не будет безопасно – ты говорил мне это с самого начала. Но мы уже здесь, и это место выглядит как лучший вариант.
Айрик поднес ее косу к лицу и вдохнул, его брови сошлись от напряжения.
– Кудра убивать всё, к чему прикасается. Может быть сильный ветер.
– До сих пор не было никаких сильных ветров.
– Не должно было быть и обжигающего дождя, но он был. Не должно было быть таких больших волн, но они были. Это место сломано, и то, что я знать о нем, неверно. Я…
– Всё будет окей. Не похоже, что за стенами что-то светится. Там птицы – они бы не летали, если бы всё было так плохо. Кудра нас не тронет. У нас достаточно еды, и нам не придется покидать этот… парк, или что бы это ни было. Мы сможем отдохнуть. – Прижавшись к нему, Нора поцеловала его в центр груди. – А потом ты найдешь будку для звонков, и придет помощь.
Эмоции сдавили ей горло при мысли о прибытии «помощи». Она не хотела, чтобы ее спасали.
– Может быть… тебе не обязательно звонить прямо сейчас. – Она посмотрела вверх, положив подбородок ему на грудь, и улыбнулась. – Может, мы сможем подождать… еще немного. Разве нет?
Сильные руки обхватили ее за ягодицы, поднимая так, чтобы она оказалась с ним на одном уровне.
– Я никогда не должен был признаваться тебе, что никогда не скажу тебе «нет».
Глава 44
НОРА
Нора не знала, кто страдал больше теперь, когда они наконец добрались до места отдыха, – Айрик или Лаки. Пощипывающее ощущение не давало покоя ее пальцам, пока она наблюдала, как они оба злобно пялятся друг на друга, а затем на окружающие их здания. Она собрала остатки их совместной трапезы – сырное буррито и синие корнеплоды, которые Айрик принес из леса, – и сдвинула их в дальний угол павильона.
Слава богу, что Джо собрал пайки с высокой калорийностью, двойными порциями и увеличенным количеством белков и жиров. Ее сердце заныло при мысли о том, как он укладывал эту еду для своей собственной миссии, которой уже никогда не суждено было состояться.
Несмотря на окружавший их мрак, шум фонтана и щебетание летающих созданий, гнездившихся в каждом закоулке вертикальных пространств города, наполняли улицы приятным гулом и суетой жизни.
Они втроем сидели под крышей павильона на гладком полированном камне, испещренном надписями и изображениями звезд и крыльев, похожими на эмблему на футболке Айрика. Айрик смотрел в пол, его глаза двигались справа налево, словно он читал.
– Что там написано? – спросила Нора.
– Ничего.
Синий бот с заостренными ушами пронесся мимо, сметая пыль со ступеней платформы.
– Дело в роботах? – спросила Нора. – Они работают на кудре?
– Нет. – Он не сводил глаз с пола, поглаживая шрам на щеке. – Солнце питать их. Кудра не может двигаться быстро без того, чтобы ломаться.
– Ох, – сказала она, подперев подбородок рукой. Возможно, всё дело в том, что Айрик просто понял: всё это было ошибкой. Она вздохнула. – Нам стоит поискать будку для звонков?
– Нет!
Его взрывной ответ ошеломил ее, но у нее не было времени задавать вопросы, потому что Айрик схватил ее и затащил к себе на колени так, словно кто-то собирался ее выкрасть. Он уткнулся лицом ей в шею и глубоко вздохнул.
– Я хочу отдохнуть с тобой. Еще немного. – Его горячее дыхание заполнило пространство за ухом, послав восхитительную дрожь вниз по позвоночнику. – Но твоя еда почти кончиться, и… что-то не так. Даже без звонка о помощи кто-то должен был прийти за мной. Они могут отследить мой корабль. Знать, где я.
Нора расслабилась, чувствуя облегчение. Она попыталась придумать что-то, что могло бы успокоить и его тоже.
– Может, дверь, через которую ты прошел, всё еще сломана.
– Я никогда не слышать, чтобы одна из них ломалась, – ответил он.
Она поцеловала морщинку, пролегшую у него между бровей. Он мгновенно расслабился, отчего она почувствовала себя более могущественной, чем когда-либо в жизни. Неужели это и значило иметь для кого-то значение?
Издав посапывающий звук, Лаки пододвинулся ближе и положил морду Норе на колено.
– Ревнивый уши, – сказал Айрик, бросив на него презрительный взгляд, но при этом долго и нежно поглаживая его по боку. – Его нужно лучше тренировать, учить, что сначала ты – моя.
Она одновременно взъерошила волосы Айрика и почесала Лаки за ушами; ее сердце колотилось громко и полно. Никогда еще она не была так рада своему существованию, как в этот момент.
– А ты не думал о том, что меня хватит на всех?
– Если тебя «хватить на всех», то только потому, что я беспокоиться о твоем здоровье и заставлять себя остановиться, чтобы не взять тебя снова.
Улыбка Норы угасла, когда ее охватило нечто куда более волнующее.
Он наблюдал за ней; его глаза тлели.
– Ты говоришь мне, что я могу быть более жадным с тобой?
Ее киска пульсировала, всё еще болезненно чувствительная после его утренних ласк, но уже снова изнывающая по нему. Даже одних только его пальцев было слишком много, но она хотела его всего и не собиралась жаловаться.
Она поймала себя на том, что кивает. Она будет отдавать и брать столько, сколько сможет, пока длится это чувство.
Айрик сказал что-то на своем родном языке. Лаки фыркнул, одарив их обоих жалким взглядом. Но затем он сполз вниз по ступеням, прихватив с собой мусор, чтобы какой-нибудь бот нашел его и испарил.
Поднявшись на колени, Айрик сбросил меч и перевязь.
– Ложись, демонические глаза, и открой ноги. Я еще не насытился тобой.
Сопротивляясь врожденному желанию подчиниться ему, Нора скрестила руки на груди и улыбнулась.
– Нет.
– Нет? – Он отстранился со своей собственной легкой усмешкой.
Она положила руку ему на грудь, под изгиб мышцы.
– Я хочу поцеловать тебя везде, что мое.
Айрик улыбнулся шире, позволяя ей толкнуть его назад так, что он откинулся на руки, вытянув длинные ноги перед собой. Она перекинула ногу через его бедра, оседлав его.
Ее сердце бешено колотилось, когда она стягивала с него ремень, остановившись как раз перед тем, как конец ремня должен был проскользнуть через последнюю шлевку на штанах. Он взглянул на ее руку, склонив голову, ожидая.
Нора заколебалась. Боясь, что если она зайдет так далеко, это будет неправильно. Всё, что она хотела сделать, было неправильно. Может быть, ему это не понравится. Может быть…
– Если ты хочешь поцеловать везде, что твое… – Он качнул бедрами, полностью высвобождая ремень. – Тогда тебе лучше начать – твоим губам нужно заявить права на многое во мне.
Она посмотрела на ремень, лежащий у нее в руке. Казалось, ей вручили поводок от дикого волка, который хотел, чтобы его гладили и хвалили. Она быстро расстегнула его штаны и стянула их. На ногах у него было не так много шрамов, только два на бедре.
И пугающе огромный бугор, натягивающий тесные боксеры.
Он наблюдал за ней с осторожной улыбкой.
– Нет места, где бы я не хотел твои губы.
Просунув пальцы между резинкой и его горячей кожей, она сдернула белье.
– Ох, – выдохнула она, оказавшись лицом к лицу со всем Айриком. Его было почти слишком много, чтобы охватить взглядом за один раз, когда его эрекция вырвалась на свободу. Его член был серовато-белым, но головка темнее, с синевато-пурпурным отливом. Как и весь он, эта часть его была безупречна по форме: толстая, твердая, как железо, с каплей спермы – синей и светящейся, – скопившейся на самой верхушке.
Не задумываясь, она потянулась к нему, обхватив его ствол одной рукой и подхватив каплю другой. Его голова откинулась назад, и он издал глубокий стон от ее прикосновения.
– Даже это, – сказала она, переводя взгляд с него на его сперму. – Даже эта часть тебя…
Кубики пресса Айрика пошли рябью от напряжения, когда она сжала его крепче.
– Эта часть меня… что? – Его губы приоткрылись, когда она поднесла каплю к своим губам.
– Даже эта часть тебя прекрасна. – Она облизала палец.
В то же мгновение, как она это сделала, по языку рассыпалось покалывающее ощущение. Это чувство захватило всё ее тело, расслабляя и размывая реальность.
– Ох, – вздохнула она. Его сперма была волшебной – почему она ожидала чего-то меньшего? Красно-пурпурные цвета цветков вокруг них засияли ярче и ослепительнее, пока она не убедилась, что видит ультрафиолетовый свет. Восхитительные ароматы и вкусы мяты и ягод наполнили ее нос и рот, и она поняла, что до конца своих дней никогда не попробует ничего вкуснее Айрика. – Твоя сперма…
– Да, Нора? – Айрик наклонился к ней, отчаянно ожидая ее следующих слов.
– Мне кажется, от твоей спермы я… – Она хихикнула. – Чертовски ловлю кайф.
– Я не знаю это слово.
– Как будто… я во сне. В хорошем сне. – Понимая, что ей нужно больше его, и быстро, она погладила его от основания до кончика, наслаждаясь тем, как он извивается и кусает губу. – В таком чертовски хорошем, что я не могу поверить, что это реальная жизнь.
К тому времени, как она закончила фразу, чувство уже начало угасать.
Еще.
Она опустила голову, забирая в рот столько его, сколько смогла.
– Нора! – вскрикнул он, оттягивая ее назад за косу. – Это слишком много…
– Всего тебя, – простонала она, снова заталкивая его член в рот – она едва могла принять треть – и поглаживая всё остальное. Его длина толкнулась в заднюю стенку ее горла, вызывая слезы. Он был восхитителен – мятная малина, мускус и желание к ней, которое она могла попробовать на вкус сквозь его кожу.
Обхватив его обеими руками, она двигала ими вверх и вниз синхронно со своим ртом, пока ее горло не расслабилось достаточно, чтобы он мог проникнуть глубже. Слезы текли по ее щекам, смешиваясь со слюной, стекающей по его великолепному члену.
Он баюкал ее голову, прижимая ее к себе, чтобы она могла насытиться им, вылизывая его, пробуя его на вкус, изучая его. Его тело напряглось, дыхание стало рваным. Она стонала в него, отчаянно желая дать ему что-то хорошее, как он давал ей. Айрик зарылся руками в ее волосы, притягивая ее вниз, а затем с силой толкнулся ей в рот.
Он кончил с рыком, эхом отразившимся от зданий, и город принадлежал ему, как и удовольствие, которое она ему дарила. Сперма заполнила ее рот – горячая, густая и мощная, – и мир вокруг них преобразился в искрящиеся цвета, которых она никогда не воспринимала, и вряд ли воспринимал хоть один человек.
Айрик смотрел на нее, лаская ее горло, отслеживая каждый глоток, пока она продолжала пить всё, что он ей давал. Словно она была самым эротичным из всего, что он когда-либо видел. Нора сосала, желая получить каждую его каплю до последней, не желая, чтобы это чувство когда-либо заканчивалось.
Его глаза были не сине-зелеными, а опалесцирующими. Как она могла этого раньше не замечать? Она узнала также, что Айрик краснеет. Это было настолько едва уловимо, что без эффекта его спермы она бы этого не увидела. Его щеки приобрели пурпурно-розовый оттенок, как и его губы, приоткрытые и стонущие ее имя.
Подцепив ее подбородок кончиком пальца, Айрик приподнял ее, притягивая к себе так, что ее мокрая киска потерлась о его полутвердый член.
– Что ты чувствуешь?
Смех зародился глубоко в ее сердце.
– Я чувствую… будто только что съела ложку звезд.
Его глаза ослепительно вспыхнули в ответ, и он потянул ее вперед за косу, сокращая расстояние между их губами.
– Я тоже этого хочу, – сказал он, а затем поцеловал ее.
Он лизал и покусывал ее губы, позволяя ей получить остатки его с его собственного языка.
– Да, – простонал он. – Это магия. Ты и я.
Долгие минуты после того, как она покрыла каждый дюйм его кожи поцелуями, они лежали вместе, наблюдая, как солнца садятся в просветах между зданиями.
Завтра, она была уверена, Айрик встанет на рассвете и отправится на поиски будки для звонков. Но пока она будет счастлива.
Нора не будет думать о Джо. Об «Абеоне». О своей маме. О папе. Или о Тео.
Она даже осмелится – видит бог – поверить, что отдала горю достаточно своей жизни и может смотреть в будущее, в котором разделит мир с таким мужчиной, как Айрик. Она не будет думать ни о ком из них. Не здесь. Не тогда, когда она лежит в объятиях того, кто, по какой-то причине, похоже, хотел ее.
Мягкое пушистое одеяло опустилось ей на ноги. Лаки.
Я не буду думать ни о ком из них здесь.
В этом не было никакого смысла. Не тогда, когда она светилась от эмоции, о которой умоляла на Земле тех, кто должен был ей ее дарить. Не тогда, когда Айрик отдавал ей это так свободно. Нора так сильно хотела этого на Земле, что начала думать, будто это чувство игнорирует ее назло.
Засыпая, она подняла взгляд, чтобы мельком посмотреть на Айрика, который уже провалился в сон.
У нее перехватило дыхание, и она почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Он выглядел умиротворенным, его губы изогнулись в легкой улыбке. Должно быть, именно это чувствовали те, кто находился на «Абеоне», когда смотрели в иллюминаторы на вращающуюся внизу Землю – абсолютно ошеломленные самим фактом существования и пораженные его красотой.
