Текст книги "Дикорожденный (ЛП)"
Автор книги: Перри Торани
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 40 страниц)
Глава 48
НОРА
Ее вырвало из раздумий, когда радужный комок пуха на полной скорости понесся прямо на нее и врезался в ноги, сбив на землю.
– Он отправил тебя за мной, да? – Нора отцепила когти Лаки от своей футболки, пока он агрессивно пытался вскарабкаться по ней и облизать лицо. Его хвост обвил ее руку, помогая ей подняться. – Айрик… в порядке, верно?
Лаки издал трель – отнюдь не радостную – и заглянул ей в глаза.
Она нервно рассмеялась, надеясь, что он каким-нибудь образом не транслирует ей в голову образ лица Айрика.
– Давай просто мирно погуляем еще немного и убедимся, что я случайно нас не убью.
Он издал согласный тявк и сбавил шаг, подстраиваясь под ее хромающую походку.
Они шли по улице, которая когда-то, должно быть, была главной магистралью, освещенной бегущими неземными строками на экранах. Пугающе доброжелательные объявления на инопланетном языке доносились из-за дверей, которые открывались и закрывались по мере их приближения.
Всё это никак не помогало справиться с подступающей тошнотой, пока видения Айрика, вцепившегося в ее волосы в слезах и не желающего отпускать, прокручивались в ее сознании, словно на сломанном экране, не способном показать ничего другого.
В световых годах от источника боли и без малейшей возможности вырваться из нее.
Она повернула налево на перекрестке, затем еще раз налево. Лодыжка запульсировала от боли. Ну, проклятье. Она думала, что нога уже зажила, но ошиблась.
Из-за следующего угла донесся звук скрежета металла.
Нора замерла.
Один из тех очаровательных кругленьких ботов-садовников пролетел мимо них, искрящийся и искореженный.
Лаки метнулся вперед, распушив шерсть. Нора отступила на шаг, когда рычание и лай Лаки стали более свирепыми. Если бы она не знала его, то решила бы, что перед ней хищник вроде медведя или льва.
– Всё будет окей…
Он обернулся; слюна капала из его пасти, и он одарил Нору взглядом, который можно было интерпретировать только как: Заткнись нахуй и стой за мной.
Ее рука безвольно опустилась, и впервые она обратила внимание на его зубы, которые внезапно показались слишком длинными, чтобы поместиться в пасти. Неужели у ее милого маленького друга всегда были такие длинные клыки?
Он зашипел, снова повернувшись на звук; его взгляд сфокусировался, как лазер.
Громкий скрежет. Это был не голос Лаки. И не Айрика.
Желудок Норы ухнул вниз, и она сделала еще один шаг назад.
Из-за угла вышел мужчина. Он был зеленым, огромным и пугающе мускулистым. Ткань лохмотьями свисала с его тела.
Он остановился боком к ним, затем короткими рывками, как стрелки старинных часов, повернул голову, пока не оказался лицом к ним двоим. Он помахал двумя штуками по бокам – короткими обрубками рук.
Кровь Норы заледенела. Здесь не должно было быть никого. Так сказал ей Айрик. И это то, что она видела сама. Никаких следов чьего-либо присутствия, кроме мелких животных и птиц. И роботов.
Даже понимая, что у нее нет ни единого шанса убежать от этого мужчины, она развернулась, чтобы броситься наутек. Лаки перехватил ее запястье хвостом и вместо этого потащил в переулок.
Ее сердце бешено колотилось. Стены были так близко, что она могла бы коснуться обеих, если бы раскинула руки. Кудра могла быть прямо по ту сторону. Нора распласталась по стене переулка; Лаки стоял перед ней, оттесняя ее назад. Она позволила себе вздох облегчения оттого, что на периферии зрения не было желтого свечения.
Длинная тень упала перед входом в переулок, содрогаясь с каждым шагом мужчины. Он шагнул в проем.
– Всё будет окей, – прошептала Нора, погладив Лаки по голове.
Голова мужчины резко дернулась в ее сторону. Он издал протяжный, металлический скрежет.
Лаки отпустил руку Норы решительным рывком. С угрожающим рокотом он бросился на мужчину; его хвост вспыхнул, как след падающей звезды. Он врезался в грудь мужчины, но с тем же успехом мог бы удариться о кирпичную стену. Лаки рухнул вниз, скребя когтями. Мужчина остался стоять, даже не покачнувшись.
Пружинисто вскочив, Лаки отряхнулся. Нора в каком-то странном оцепенении наблюдала, как его зубы удлинились вдвое.
– Л-Лаки?
Он рванулся вперед, и его зубы с силой сомкнулись на шее мужчины.
Мужчина взмахнул своими обрубками, рукава его рубашки захлопали, как флаги. Ему удалось отшвырнуть Лаки, но уши извернулся и обвил хвостом торс мужчины, чтобы тот не смог швырнуть его снова.
Словно ураган из розового и синего, Лаки рвал когтями и кусал; странный металлический звук эхом отдавался при каждом жестком смыкании его челюстей. Каждый раз, когда мужчине удавалось просунуть руку между Лаки и своим телом, он вырывал клочья его шерсти. Но ее маленький друг, не сдаваясь, рычал и продолжал кусать.
Нора попятилась к углу переулка. Крови не было – с тем, как сильно Лаки полосовал его когтями, мужчина уже должен был превратиться в лохмотья. Мужчина, вероятно сообразив, что Лаки не сбросить, начал колотить его руками.
Лаки просто убьет себя.
– Стой! – закричала она.
И мужчина, и Лаки резко повернулись к ней.
Прежде чем она успела скомандовать Лаки слезть, мужчина бросился к ней с нечеловеческой скоростью. Металлический лязг разорвал тишину переулка, вторя его странной походке.
– Ох, блядь, – ахнула она.
Он встал перед ней, загнав ее в угол. Лаки всё еще рвал его, хотя медленнее, уже выдыхаясь.
А затем мужчина открыл рот и завизжал.
Она присела и закрыла уши руками. И только тогда она заметила, что на нем не было штанов – только длинная, рваная, заляпанная рубашка.
Кожа мужчины пошла пузырями и начала сдвигаться, пока его лицо искажалось в «ухмылке». По мере того как его лицо менялось, кожа отслаивалась и отпадала, обнажая металлическую матрицу из проводов и жужжащих шестеренок. Его глаза на самом деле вообще не были глазами, а оранжевыми диафрагмами, которые расширялись и сужались, фокусируясь на ней.
Позади его «глаз» ярко горел желтый свет, словно он был демоном, пришедшим забрать ее душу.
Кудра.
Она сильнее вжалась в стену; холодный шершавый металл и бетон впились в ее кожу.
– Нора! – голос Айрика донесся со стороны входа в переулок. Он обнажил меч, но в тот момент, когда увидел андроида, его рука опустилась. Даже Нора понимала почему – нельзя было рисковать, вскрывая его обшивку и высвобождая кудру.
Но ее сердце всё равно радостно екнуло от того, что он пришел.
Она услышала, как Лаки издал странный крик, а затем его тело врезалось ей в живот. Нора согнулась пополам, тяжело дыша и хватаясь за живот. Бот балансировал на одной ноге – каким-то образом он отшвырнул Лаки от себя.
Лаки лежал у ее ног, пытаясь подняться. Но как только он обрел равновесие, андроид наступил ему на лапу с ужасающим хрустом. Он поднял свои обрубки, затем подался вперед, зажав Нору между собой и стеной.
– Нора, – сказал Айрик, оказавшись уже рядом с ней.
Она не могла сосредоточиться ни на чем другом, кроме Лаки, который вцепился в лодыжку андроида, мотая головой из стороны в сторону, чтобы заставить его сдвинуться.
Между ногами андроида открылась щель, и оттуда выдвинулся крупный шип; к его основанию всё еще прилипли ошметки мягкого материала. Когда он вытянулся и зафиксировался, из углубления вырвалась светящаяся желто-зеленая пыль, закружившись в легком потоке воздуха.
Пенис – его конец давно отломился, оставив лишь острое острие.
Секс-бот. Работающий на кудре.
Ее глаза метнулись к Айрику, широко раскрытые от паники.
Он уставился на землю, где пыль оседала прямо перед ее босыми пальцами, рядом с придавленной лапой Лаки. Кадык Айрика дернулся, когда он снова посмотрел на нее.
– Натяни воротник на лицо. Закрой нос и рот.
Нора поспешно сделала так, как он просил, натянув кофту на лицо, но при этом сильнее обнажив бедра рядом с тем местом, где осыпалась кудра.
Бот улыбнулся шире; его зубы почему-то всё еще оставались нетронутыми и белыми, торча из застрявшей на шарнире челюсти.
– Всё будет в порядке. Я исправлю это, – сказал Айрик. Но блестящая испарина на его лбу и груди выдавала его.
Он оценивающе посмотрел на андроида – примерно такого же роста, как он, но торс андроида был длиннее.
– Я не могу разрубить его. Меч поднимет кудру. Я не могу оттолкнуть его силой или потревожить то, что он уже рассыпал.
– Я думала, это секс-бот – почему он пытается меня убить!
– Сломанная кудра питать его, сводить его с ума, и ему нужно выполнить свою цель.
Ее взгляд был прикован к андроиду, который, как она теперь понимала, пытался… обслужить ее.
– Айрик…
Рот андроида зашевелился, из его горла вырвался голос. Айрик отшвырнул Нору в сторону, спасая ее от первого мощного толчка андроида.
Острая вспышка боли обожгла ее бок, когда заостренный пенис попытался проникнуть в нее, но промахнулся, пригвоздив ее кофту к стене и защемив кожу. Если бы андроид не был таким высоким, он вонзился бы ей в бедро.
– Я не хочу этого! – закричала она, надеясь, что ее голос достучится до его программы.
Робот склонил голову набок. Он попятился от нее; его челюсти щелкали, пока он пытался заговорить. Тошнотворный запах горелой проводки вырвался из его рта.
Айрик воспользовался образовавшимся пространством, чтобы вклиниться между его руками; он втиснулся между ней и машиной, плотно прижавшись к ней лицом к лицу. Он поставил одну ногу на кудру, а другую рядом с головой Лаки, который подозрительно затих.
Она в изумлении приоткрыла рот, глядя на него. Член бота торчал между ног Айрика, пугающе близко к его телу.
– Что ты…
– Я не позволю ему сделать тебе больно. – Айрик поцеловал ее в макушку. – Ты моя. – Он одарил ее совершенно неуместной улыбкой, словно ему не грозила опасность быть выпотрошенным ржавой, токсичной эрекцией обезумевшего секс-бота.
Андроид тикал, его шарниры скрежетали, как адская бомба замедленного действия.
Айрик обхватил его руки и потянул, издавая глубокий стон от напряжения. Андроид снова рванулся вперед, и Айрика впечатало в Нору; их обоих сдавило андроидом, переполненным нестабильной, бесконечной энергией.
Айрик уперся руками в стену по обе стороны от Норы и оттолкнулся; его руки дрожали под давлением. Он отодвинулся от нее. Всего на дюйм. Ровно настолько, чтобы она могла выползти.
– Иди, – сказал он. Пот катился с его носа и капал ей на губу.
Металл заскрежетал, оранжевые и красные искры полетели во все стороны от попыток андроида добраться до Норы. Желтое свечение ярко вспыхнуло изнутри лицевых шарниров андроида; его голова попыталась протиснуться над плечом Айрика, слишком близко к его открытому рту.
Не раздумывая, она прикусила кофту, чтобы удержать ее на лице, а затем закрыла рот Айрика рукой и зажала ему нос.
Айрик судорожно вдохнул, широко раскрыв глаза. Андроид давил вперед – непреодолимая сила. Шея и плечи Айрика натянулись, как струны, пока он сдерживал его, пытаясь не дать андроиду раздавить их обоих. Вены на его руках вздулись, отчетливо проступая от напряжения.
Его дыхание в ее ладонь было быстрым и неровным. Она даже чувствовала его гримасу и форму зубов, пока он отталкивался назад изо всех своих нечеловеческих сил.
Красочная пушистая вспышка скользнула вверх по боку андроида, обвившись вокруг его шеи. Лаки попытался ухватиться за светящийся красный штырь, торчащий сбоку, но его хвост не был предназначен для таких задач.
Лаки прожил здесь годы до нас и выжил.
Он должен быть умным, сказал Айрик.
Айрик проследил за ее взглядом к штырю, издав низкий рык.
– Нет.
Нора высвободила руку и потянулась через его бьющееся тело, пока он пытался ее остановить. Она схватила штырь.
Блядь, какой горячий.
– Стой! – снова вскрикнул Айрик.
Игнорируя шипение обжигаемой кожи, она сжала пальцы и дернула назад со всей силы. Ей удалось вытащить штырь наполовину. Голова андроида содрогнулась, челюсть защелкала. Не сводя глаз с Айрика, она дернула снова. На этот раз штырь поддался, ее рука отлетела назад, ударившись о стену. Боль прострелила костяшки и ладонь. Оставалось надеяться, что ничего не сломано.
Скрежет бота прекратился. Андроид перестал дергаться, а затем и вовсе замер. Его тело безвольно навалилось на Айрика.
Нора разжала ладонь, но обожженная кожа прилипла к стеклянной трубке.
С громким, полным боли воем – воистину волчьим – Айрик оттолкнулся от стены, отрывая руки андроида от его тела и освобождая их. Бот грудой рухнул на землю.
Осев на колени, Айрик потянул Нору за собой.
– Ты спасла нас, – выдохнул он, хватая ее за руку. Он выдернул штырь из ее ладони и швырнул его за стену переулка. Он перевернул ее руки – обе – и поморщился при виде свежего волдыря, вздувшегося в центре ее ладони.
Но никакого свечения. Никакой кудры.
Он прижал ее ладонь к своим губам, издав тихий всхлип облегчения.
Придерживая ее за талию, он выполз из переулка на открытую улицу, где гулял сильный ветер. Они сели у стены, дрожа всем телом. Айрик закрыл глаза, его голова упала ей на грудь. Секундой позже он резко сел, широко раскрыв глаза.
– Их может быть больше.
В вихре скользящих рук и рваного дыхания они осмотрели тела друг друга, убеждаясь, что они чисты. Он прижал Нору к груди; его горячие, дрожащие пальцы приподняли ее подбородок так, чтобы она смотрела на него, пока его зубы стучали от нерастраченного адреналина.
Ошеломленная потребностью прикоснуться к нему – такой же неотъемлемой, как желание есть или пить, – Нора потянулась к нему, баюкая его лицо в ладонях.
– Мне так жаль, – сказала она. – То, что я сказала раньше… я не хочу просто ненадолго…
Он перевернул ее под себя; его кожа пылала лихорадочным жаром. Волна тепла пульсировала в ее животе.
– Я не хотеть «жаль». Я хочу слушать твою жизнь. – Он прижался ухом к ее груди, напряжение его тела крепко прижимало их друг к другу. Через несколько вдохов он сполз ниже и уткнулся лицом ей в живот; дрожь сотрясала его тело.
Она обнимала его, поглаживая шрам на щеке и пытаясь замедлить дыхание. Он носил на себе летопись опасностей, которые охотились на него и потерпели неудачу. Доказательство его компетентности. Доказательство заложенной в нем доминантности.
Но, казалось, его инстинкт выживания ослаб из-за нее.
– Ты пришел за мной, – услышала она собственный голос. – Почему ты продолжаешь приходить за мной? Это приводит только к тому, что тебе делают больно.
Айрик поднялся на колени, оседлав ее. Даже растрепанный и потрясенный, его взгляд пылал убежденностью. Он долго смотрел на нее, словно ответ на ее вопрос был настолько очевиден, что он не мог поверить, что ей вообще пришлось спрашивать.
Она заерзала под ним; ее сердце было готово вырваться из груди.
– Потому что ты моя. – Он снова притянул ее в свои объятия, убирая волосы с ее глаз. – Ты знаешь, что случилось бы со мной? – Он сглотнул, его глаза наполнились синими слезами. – Если бы я потерял и тебя от кудры?
И тебя.
– Я не знать, что делать с тобой. С тем, что мы сделали. – Он прижался лбом к ее лбу. – Но… я чувствую… внутри меня идет кровь. Всё время. И это останавливаться только тогда, когда я с тобой. Даже Лаки…
Он замолчал, его голова резко повернулась в сторону переулка, из которого они только что вышли.
Желудок Норы ухнул вниз, ей не хватало воздуха. Айрик опустил ее на землю, а затем бросился обратно в переулок.
Всё еще приходя в себя, она обхватила колени руками, напоминая себе, что Лаки долгое время выживал здесь сам по себе.
Без тебя рядом.
Шерсть забилась ей в нос и рот.
– Лаки! – воскликнула она, вскакивая на ноги.
Айрик баюкал Лаки на руках, и тот гордо восседал в его объятиях, как маленький улыбающийся король. Его задняя лапа висела под неестественным углом, но его это, похоже, не сильно беспокоило.
– Его нога сломана, – сказал Айрик с таким видом, словно это была его собственная травма.
Она прислонилась к стене, на глаза навернулись слезы, а на лице блуждала нелепая улыбка. Затем, осознав, что это всё еще могло быть чудесным сном, она обняла и Лаки, и Айрика, сжав их так крепко, что Лаки издал приглушенный тявк.
– Ох ты, бедное, свирепое маленькое создание, – сказала Нора, отстранившись, чтобы дать ему вздохнуть. Она поцеловала оранжевые пятнышки на его голове, затем осторожно приподняла губы. Должно быть, в панике ей привиделось, как его зубы растут, потому что его клыки, хоть и сами по себе впечатляющие, снова стали нормальными.
– Я могу его понести, – сказала она, забирая его у Айрика. Он не был легким – как минимум фунтов тридцать, – но ей это было нужно. Лаки сунул нос ей под мышку, а хвостом крепко обвил руку Айрика.
Нора успела сделать всего шаг, прежде чем Айрик подхватил ее на руки, так что теперь он нес их обоих.
Нечто восхитительно неуловимое окружало их, и она не стала возмущаться, что они слишком тяжелые для него. Они не были. Может быть, он тоже чувствовал это – то, что они едва не потеряли в темном переулке на заброшенной планете, – потому что он затих, а его дыхание замедлилось, подстраиваясь под ее ритм.
Глава 49
НОРА
Когда они вернулись в парк, близился вечер. Цветы начали закрываться по мере того, как свет солнц угасал. В фонтане зажглись синие, зеленые и фиолетовые огни, как они, вероятно, исправно делали десятилетиями. Изображения на экранах немного потускнели, и казалось, будто в этом мире на какое-то время действительно остались только они втроем.
Айрик опустил их на землю под навесом. Нора уложила Лаки у перил и осмотрела его. Не считая ноги, с ним всё было в порядке.
Айрик остановился, его глаза двигались справа налево, читая то, что было написано на полу.
– Что там? – спросила Нора.
Он помедлил перед ответом.
– Ничего.
Пробормотав что-то на своем языке, он взял флягу с водой и опустился на колени рядом с ними. Он вылил всю бутылку на Лаки.
– Не трясись, – скомандовал он существу.
Лаки заворчал, но остался на месте, пока Айрик втирал заживляющий гель в ладонь Норы, а затем в лапу Лаки.
– Он уже заживает, – сказал он Норе. – Послушай.
Лаки смотрел на них, очаровательно сбитый с толку, и из его тела исходило громкое урчание.
Айрик перебинтовал лапу Лаки, затем встал, снова глядя в пол.
– Мойся, – сказал он ей. – Чтобы быть уверенным.
Она нахмурилась, когда он поставил миску с водой и питательным гелем рядом с Лаки, затем погладил его от морды до кончика хвоста; его рука всё еще дрожала.
Увидев, что она всё еще стоит позади него, он вздохнул и прошел мимо нее к фонтану. Они оба механически вымылись; сердце Норы падало всё ниже с каждым мгновением тишины.
Она сказала что-то не так? Она не проронила ни слова с тех пор, как Айрик принес их в парк. Может быть, у него было время обдумать ее слова – может быть, он наконец понял, что всё это не стоит таких проблем.
– Я хочу помыть тебе волосы, – сказала она, пробираясь к нему сквозь воду.
– Мой свои собственные волосы. – Он не поднял глаз. – Торопись.
Она села в фонтан и сделала так, как он сказал, моля Бога не расплакаться, потому что она устала от этого, и это ни капли не помогало. Что-то изменилось в тот момент, когда они вернулись в укрытие.
– Что написано на полу?
Айрик собрал их пустые бутылки для воды и начал наполнять их из верхнего, чистого яруса, где они не купались. Ее желудок сжался, но она подошла, чтобы помочь ему. Он протягивал ей полные бутылки, не глядя на нее.
Закончив, она схватила бутылки и бросилась обратно к краю фонтана, испытывая тошноту. Неужели она наконец начала вызывать у него отвращение? Ничего этого не случилось бы, если бы она оставалась на месте в парке. Когда она наклонилась, чтобы взять свою футболку, что-то дернуло ее за волосы, останавливая.
Прежде ничего не выражавшее лицо Айрика исказилось от боли. С его волос капала вода, дыхание было тяжелым. Он выбил бутылки из ее рук, не заботясь о том, что плоды их трудов с плеском упали обратно в бассейн фонтана. Теперь, когда ее руки были свободны, он взял ее обожженную руку и поднес к губам.
– Это могла быть ты, – сказал он. – Сломанная или хуже. – Он притянул ее к себе за косу, сведя брови. – Я прожил всю свою жизнь с болью. Так я учусь. Так я стал тем, что я есть. – Его лицо дрогнуло, превратившись во что-то поразительное и трагичное – статую героя, заброшенную в древнем храме, застывшую в вечных муках. – Но я никогда не знал ничего подобного.
Он сорвал с себя перевязь, швырнув ее вместе с мечом в бассейн.
– Эта боль в моей груди. От мысли, что потерял твою жизнь. Теперь вы оба страдаете, потому что я дал вам слишком много пространства – думая, что так будет правильно. – Он наклонился так, что их носы почти соприкоснулись, и она не почувствовала ничего, кроме запаха малины. – Я больше не оставлю пространства между нами.
Нора сглотнула, силясь заговорить.
Айрик не заслуживал наказания, которое неминуемо последует, если он оставит ее себе.
И всё же она не могла от него отказаться. Даже от надежды на него. Она будет его, если он этого хочет, так долго, как он будет ее хотеть. А потом, после этого, у нее останутся их воспоминания и еще кое-что, о чем можно будет горевать. Она освободит для этого место в своем сердце, готовая заплатить цену за то и другое.
Его рука обвилась вокруг ее талии, и он вывел ее обратно на мягкую фиолетовую траву рядом с фонтаном. Он снова взял ее раненую руку, прижав к губам.
– Даже если мне придется связать тебя – привязать так, чтобы ты больше никогда не смогла меня покинуть, – я не отпущу тебя. Даже если я буду один в этом…
– Ты не один, – прошептала она.
Его глаза мерцали, как звезды – он ей не верил.
– Ты не один, – повторила она, обводя шрам под его глазом. – Клянусь – это не так. С того момента, как я думала, что умираю, а ты был просто сном… Кажется, я захотела быть твоей.
Он издал звук в горле, почти похожий на плач.
– Я не хочу, чтобы ты меня отпускал. Пожалуйста… не надо.
Когда Айрик опустился на колени, уперевшись руками в землю, она оказалась полностью заперта под ним. Он немного опустился, позволяя ей услышать рычание в своей груди. Одна его рука обхватила ее за горло, большой палец нежно поглаживал кожу. Мягко и осторожно, хотя она не смогла бы пошевелиться без его разрешения.
Он провел рукой вниз по ее горлу, с любовью лаская грудь, затем спустился ниже, широко расставив пальцы на ее животе. Скомкав подол футболки, он стянул ее через голову и отбросил в сторону. Одним четким движением она оказалась совершенно голой. Его взгляд окатил ее ярким светом, и появилась надежда, что под его восхищенным взором она сможет стать чем-то лучшим. Он поможет ей – она знала, что поможет.
– Айрик, – услышала она свой голос, – я хочу, чтобы ты отдал мне всего себя.
– У тебя есть весь я, – мгновенно ответил он. Он поцеловал ее в шею; его клыки задели пульс, за чем последовал влажный бархат его языка. Она поймала себя на мысли, что ей хотелось бы, чтобы он пил кровь, только чтобы она могла питать его своим телом.
Он спустился ниже, сжимая ее груди вместе; его дыхание вырвалось вздохом благоговения. Когда его рот накрыл ее грудь, ее тело ответило жидким жаром между ног и стоном. Сначала вылизывая ее сосок до твердого пика, словно она была покрыта медом, он поворачивал голову из стороны в сторону, позволяя клыкам дразнить ее до состояния сводящего с ума возбуждения.
– Айрик…
Со стоном он прикусил ее сосок и потянул, тут же успокаивающе лизнув.
– Пожалуйста… – Она схватила его за волосы, останавливая. – Я хочу всего тебя. – Она приподняла бедра, тершись о его растущий бугор.
Он сел, всё еще оседлав ее, глядя туда, где соприкасались их тела. Его дыхание сгустилось в тяжелые хрипы. Он погладил ее живот, чуть ниже пупка.
– Я… никогда не делал этого. Я… не хочу, чтобы тебе было больно.
Ее глаза расширились.
– Что…?
Давление его руки на ее живот каким-то образом возбуждало ее больше, чем его член на ее киске.
– Неприкосновенный. Мое прикосновение может только разрушать, никогда не строить или делать лучше. Неплененный. Я не кланяюсь никому, разве что после смерти, когда нет выбора. Не… – Он закрыл глаза, подбирая слово. Найдя его, он снова открыл их. – Непокоренный. Никто не командует мной, демонические глаза. Я не трахаюсь, но я использовал секс-ботов. Они созданы, чтобы принимать всё так жестко, как мне нужно давать. – Он взял ее руку, прижав к своему животу. – Я хочу трахнуть тебя, быть покоренным тобой. Но… я боюсь, что ты этого не переживешь.
Нора сжала его руку, жар затопил ее от того обещания, которое он только что непреднамеренно дал. Он посмотрел на нее с легкой улыбкой – видела ли она когда-нибудь, чтобы он выглядел немного застенчивым?
О господи, кажется, я его люблю.
Она говорила осторожно и медленно, чтобы он понял.
– Ты можешь дать мне это жестко. Если ты хочешь сделать это так. – Она сглотнула. – Я хочу, чтобы это было жестко – от тебя.
Мышцы его пресса сократились от натужного дыхания; бугор в его штанах стал еще больше.
– Не просто жестко, я хочу, чтобы ты кончил внутрь – заполнил меня. Тебе не нужно беспокоиться, потому что у меня стоит имплант. Я не забеременею. Ребенка не будет.
Его глаза метнулись к ее животу, вспыхнув ярче, когда он надавил рукой.
Она сделала вдох; никогда в жизни она не озвучивала столь смелой просьбы, но если ему нужна была команда, она ее даст.
– Трахни меня, Айрик. Жестко. Я хочу, чтобы было больно, – прошептала она, не оставляя сомнений в том, о чем просит. – Если это ты… всё окей.
Глаза Айрика метнулись к ее глазам. Всепоглощающий взгляд исказил его черты.
– Нора, – сказал он низким голосом. – Я трахну тебя. Жестко. – Медленно – до мучительности медленно – его взгляд снова скользнул вниз, к низу ее живота, который дрожал от ее дыхания. Он облизал губы, поглаживая мягкий изгиб ее живота. – Но… никакого ребенка. Часть меня чувствует… что это чертовски жаль.
А затем его рот накрыл ее рот: он целовал и стонал, отдавая и забирая всё одновременно.
Не отрываясь от ее губ, она услышала звон пряжки его ремня и шорох ткани, когда он раздевался. Он раздвинул ее колени, затем открыл ее пальцем. Едва уловимый шепот прикосновения, но достаточный, чтобы заставить ее страдать.
Несомненно почувствовав, насколько она уже влажная, он прерывисто вздохнул, а затем резко отстранился.
Он спустился вниз по ее телу, устроившись между ее ног.
– Прекрасная, – сказал он, обхватив ее бедра руками. – Как цветок. – Он оставил поцелуй на ее клиторе. – Я позабочусь о тебе. Дам тебе всё, что тебе нужно. Заставлю тебя расцвести, чтобы ты смогла принять меня. Всего меня. – Он нырнул внутрь: его язык был повсюду и внутри нее.
Нора смотрела на него между своих ног, не веря своим глазам, пока он вылизывал ее. Мужчина, который еще несколько дней назад изъяснялся лишь простыми фразами.
Он облизал пальцы, не сводя с нее глаз, а затем погрузил три из них в нее. Доведенная до исступления звуком собственной влажности, она приоткрыла рот, когда оргазм уже начал накатывать. Другой рукой он поглаживал себя, собирая синее свечение спермы, сочащейся из его члена. Будучи крупным мужчиной, ему не составило труда дотянуться до ее рта, не отрывая головы от ее ног, чтобы протолкнуть увлажненные пальцы ей в рот. Она сомкнула губы и стала сосать, наслаждаясь его вкусом, нуждаясь в том, чтобы он проник даже в ее разум.
Он застонал, когда она провела языком по чувствительной подушечке его пальца, побуждая его добавить второй. Свернув палец внутри ее киски, он задевал все правильные точки, двигаясь туда-сюда. Цвет его глаз изменился, когда его сперма захватила ее чувства. Он вжался лицом между ее ног, словно хотел, чтобы его следующим глотком воздуха стала она.
– Такая голодная до меня, – произнес он; его слова действовали разрушительно, вибрируя сквозь нее. – Ты высасываешь меня сверху и снизу.
Ее пальцы на ногах впились в прохладную землю, а голова откинулась назад, когда по телу прокатился электрический разряд. Время, должно быть, остановилось, потому что ее дыхание и каждая до единой мысль перестали существовать.
А затем он вернулся, его рот обрушился на ее с той же силой, с какой она кончала; она чувствовала его отчаянные стоны о свои губы и зубы, заставляя ее оседлать волну разрядки до тех пор, пока ее бедра и его рука не промокли насквозь.
– Посмотри на себя, – сказал он, поднося промокшие пальцы ко рту.
Ее кожа гудела так, словно она плавала в ванне с шампанским, а перед глазами взрывались маленькие звездочки.
– Как хорошо ты кончила. Только для меня. – Он закрыл глаза, слизывая ее блестящее желание со своих пальцев. Его язык совершил медленное движение от основания к кончикам, раздвигая пальцы, чтобы не пропустить ни единой капли.
Трепет прошел по ее телу, когда начал подниматься новый оргазм – просто от наблюдения за тем, как он наслаждается ею.
– Еще, – сказала она. – Всё.
Он погладил ее по щеке, ослепив медленной улыбкой.
– Я скормлю тебе всё. Мало-помалу. Даже если будет больно. Потому что, как ты сказала, это я.
Потянувшись между ними, Айрик провел кончиком члена по ее скользкой киске, такой влажной и готовой для него. Прижавшись к ее центру, он издал протяжный стон – волна желания и нужды, передавшаяся от его сердца к ее. Он напрягся, проталкиваясь внутрь лишь на малую часть. Отчетливое давление расцвело в ее лоне. У него вырвался тихий скулеж, и он опустил тело, опираясь на руки.
А затем, к величайшей панике Норы, он замер.
Она видела эти мысли – его тревогу. Его сомнения. Невидимую силу, удерживающую его. Может быть, ту самую, что подавляла ее, пока каждая унция хотения и желания не покинула ее тело, пока она была на Земле.
Пока Айрик не разбудил ее – даже если поначалу это было против ее воли.
Она вцепилась в его предплечья, изо всех сил стараясь не подаваться навстречу. Чтобы дать ему шанс решить самому.
– Я хочу принять тебя. Всего тебя. Дай мне это… пожалуйста.
Он застонал, прижавшись губами к ее губам.
– Ты знаешь, какую власть ты имеешь надо мной, демонические глаза. И я люблю, что ты ее используешь.
С дрожащим вздохом он скользнул в нее – всего на долю дюйма. Ровно настолько, чтобы она почувствовала резкую боль от растяжения, превосходящего всё, что она когда-либо принимала до этого.
– Ох! – вскрикнула она, ее тело изогнулось, чтобы ослабить давление.
Айрик остановился. Он поднял палец, чтобы погладить ее челюсть.
– Я останусь здесь. Этого достаточно.
– Этого недостаточно. Я сказала – всего тебя.
Его голова упала ей на плечо, затем он подался вперед, продолжая в том же духе, миллиметр за миллиметром, заполняя ее тело. Его дыхание стало рваным, но он нашел в себе силы хвалить ее.
– Ты идеальная.
– Я никогда ничего не хотела так, как хочу тебя.
– Ты моя. Твоя киска. Твой рот. Твои руки. Твоя кожа. Твои волосы. Твои слова. Твое дыхание.
Это не было проникновением или входом. То, что совершал Айрик, было заявлением прав на собственность. Вторжением настолько полным, что она знала в самых дальних уголках своего разума и души: он изменил ее духовную подпись.
