Текст книги "Поединок душ (СИ)"

Автор книги: Наталья Алексеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 37 страниц)

Они начали поединок. Медленно, аккуратно, словно танцуя. Принц больше отбивался и смешно ойкал, когда ее маленькие, но твердые ладошки припечатывали его по плечам и корпусу. Он был хорош, но старший брат все же превосходил его в технике и реакции. Ли Сиань поймала себя на том, что снова сравнивает, и поспешно отогнала эту мысль.

Офицер Чжоу наблюдал за ними со стороны, попивая остывший чай. Он видел, как постепенно тает лед между этими двумя, как они начинают улыбаться и обмениваться короткими, но уже не колкими репликами. «Они подружатся, – подумал он. – Но младший вряд ли решится перейти дорогу старшему. А даже если решится – она не позволит. Держать мужчин на расстоянии вытянутой руки она умеет виртуозно. Жаль только, что старшего это расстояние, кажется, только раззадоривает».

Он вздохнул, отставил чашку и приготовился разнимать эту парочку, если дружеский поединок вдруг перерастет во что-то более серьезное. Но, глядя на то, как искренне смеется Ли Сиань, уворачиваясь от удара принца, он понял: сегодня обойдется без жертв. По крайней мере, физических.

Глава 93
Трактат о том, как веселье маскирует сети судьбы

– Дети, я оставил вас всего на пару дней, а вы уже деретесь, – раздался вдруг знакомый голос, и все, как по команде, обернулись.

В проеме ворот, залитый мягким светом бумажных фонарей, стоял наследный принц Чжу Ди. Его темно-серое военное платье еще хранило пыль дороги, но взгляд был ясен и остр, как всегда. Он медленно обвел собравшихся глазами и остановился на Ли Сиань.

– Ли Сиань, тебе не стыдно? Ты же старше.

Девушка остановила поединок и, выдохнув, протянула младшему принцу руку дружбы. Тот принял ее с готовностью.

– Офицер Чжоу, – продолжал принц Ди, проходя к столу и усаживаясь с той ленивой грацией, что свойственна только большим хищникам, – они что-то не поделили или просто силами меряются?

– Просто коротали время, Ваше Высочество, – ответил офицер, стараясь сохранять невозмутимость. – Принц Фэн не хотел участвовать в поединке, но госпожа Ли его уговорила.

– Это как же? – бровь принца Ди поползла вверх.

Ли Сиань пожала плечами и, все еще улыбаясь, пояснила:

– Я сказала, что ничего не приносит мне большей радости, чем возможность каждый день бить принцев. А поскольку Вас не было в гарнизоне целых два дня… – она развела руками, – пришлось искать замену.

Младший принц рассмеялся и, бросив на брата озорной взгляд, воскликнул:

– Брат, твоя девушка – это нечто! Признавайся честно: сколько раз в день ты хочешь ее придушить?

– Да, мне это тоже очень интересно, – поддакнула Ли Сиань с невинным видом.

Принц Ди проигнорировал обоих и, усаживаясь удобнее, расправил полы платья на коленях.

– Вы будете ужинать? Госпожа Дао! – крикнул он в сторону кухни.

– Ему некогда меня душить, – доверительно сообщила Ли Сиань младшему принцу, пока они возвращались к столу, – он все время командует.

И они вместе прыснули от смеха, как два заговорщика. Офицер Чжоу и принц Ди синхронно посмотрели на них с одинаковым выражением укоризны.

– Это да, – охотно подтвердил принц Фэн. – Он с детства такой.

Глаза Ли Сиань загорелись.

– О-о-о, как интересно! А какой он был в детстве? Расскажите, пожалуйста! Такой же упрямый зазнайка, как и сейчас? Вам, наверное, все время хотелось его побить?

– Если честно… да, – признался младший брат, бросив на старшего короткий взгляд.

– Мы с офицером Чжоу не мешаем вам общаться? – холодно поинтересовался Чжу Ди.

– Офицер Чжоу не мешает, – весело ответила девушка, даже не взглянув на него.

– Я, на самом деле, не спрашивал, – усмехнулся принц Ди, и в его глазах мелькнула искра.

Ли Сиань картинно надула губки и повернулась к младшему принцу:

– Вот видите, Ваше Высочество, как он со мной общается?

– А ведь у него четыре непреодолимых недостатка, – подхватил игру принц Фэн, явно наслаждаясь. – Мог бы и не усугублять ситуацию.

Принц Ди нахмурился.

– Это какие еще у меня непреодолимые недостатки?

Офицер Чжоу, не поднимая глаз от чашки, монотонно перечислил:

– Вы мужчина, принц, наследный принц и военный.

Младший брат просиял.

– А у меня всего два! – радостно заявил он. – И кажется, мы с мастером Ли нашли общий язык.

– Это совершенно точно, – подтвердила Ли Сиань, одарив младшего принца такой искренней и спокойной улыбкой, что у старшего на скулах заходили желваки.

Он лениво потянулся и выразительно посмотрел на младшего брата.

– Кажется, кому-то пора домой.

– Ну уж нет! – возмутился принц Фэн. – Я останусь и с удовольствием с вами поужинаю!

Ли Сиань подперла щеку ладонью и, глядя на младшего принца с нескрываемым восхищением, протянула:

– Так здорово, что кто-то может сказать «нет» Его Высочеству. Это так… завораживает.

Офицер Чжоу, чувствуя, как воздух в павильоне накаляется, сделал глоток чая и едва не поперхнулся. Принц Ди перевел на него тяжелый взгляд.

– Офицер Чжоу, что прикажете с ними делать? Может, посоветуете что-нибудь?

Офицер, недолго думая, предложил единственное разумное решение:

– Поставьте их в разные углы, Ваше Высочество. А мы с Вами хоть поужинаем спокойно.

Ли Сиань медленно перевела взгляд на офицера Чжоу. Тот тут же осознал, какую двусмысленность только что породил, и побледнел. Девушка расхохоталась.

– Только молчите, госпожа Ли! – взмолился офицер. – Умоляю вас!

– Конечно, конечно, офицер Чжоу, – пропела она, прижимая руку к сердцу. – Вашу сердечную тайну я никому не раскрою.

Принц Ди, прекрасно понимая, куда дует ветер, посмотрел на несчастного офицера и с напускным сочувствием произнес:

– Госпожа Ли знает слишком много наших сердечных тайн. Скрывать от нее что-либо уже не имеет смысла.

– Может, мы с младшим принцем вас оставим? – невинно предложила Ли Сиань, переводя взгляд с принца на офицера. – Не будем мешать?

– Мне! Мне расскажите, что происходит! – взмолился принц Фэн, ничего не понимая, но жаждая подробностей.

Ли Сиань наклонилась к нему и громким театральным шепотом пояснила:

– Его Высочество строит глазки офицеру Чжоу. На случай, если у него со мной ничего не получится.

– А у него не получится! – радостно подхватил младший принц, которому идея про «недостатки» явно пришлась по душе. – Потому что у него четыре непреодолимых недостатка!

– Да, – кивнула девушка, – а для офицера Чжоу у принца только один недостаток – то, что он мужчина. Но, судя по всему, для самого принца Ди у офицера Чжоу недостатков нет. Он самый симпатичный офицер в гарнизоне.

– Даже так? – искренне удивился принц Фэн и перевел изучающий взгляд на офицера Чжоу.

– Мы решили, что вы идеальная пара, – торжественно доложила Ли Сиань, обращаясь к наследному принцу и офицеру.

– Надо еще их гороскоп рассчитать, – задумчиво добавил принц Фэн, потирая подбородок.

– И благоприятную дату для свадьбы, – поддакнула девушка.

Принц Ди смотрел на бледнеющего офицера Чжоу и благодушно улыбался – той самой улыбкой, от которой у подчиненных холодело в животе.

Вечер покатился дальше, наполненный смехом и нелепыми обсуждениями свадебного наряда для офицера Чжоу. Они спорили о цвете шелка, о том, какие дары приличествует преподнести жениху-мужчине, и о прочих глупостях, от которых у самого офицера дергался глаз.

А Ли Сиань сидела, улыбалась, шутила и думала о своем. Смех звенел в павильоне, легкий, как весенние облака, в честь которых он был назван. Но внутри у нее все сжималось от холодного, трезвого осознания: ей самой, похоже, уже не избежать свадьбы. Потому что за ее судьбу взялся не просто мужчина, не просто принц – сам император. А против воли Сына Неба не идут даже такие, как она.

Она поймала на себе короткий взгляд принца Ди. Он улыбался, слушая очередную нелепицу от брата, но глаза его смотрели на нее – внимательно, цепко, с той собственнической теплотой, от которой у нее всегда перехватывало дыхание. И она вдруг поняла: он знает. Знает, о чем она сейчас думает. И ждет.

«Четыре недостатка, – мелькнуло у нее в голове. – И одно неизбежное будущее».

Глава 94
Глава о том, как тигр загнал лань в угол, но забыл, что у нее тоже есть клыки

Прошла еще неделя. Ли Сиань продолжала тренировки, а принц все так же время от времени появлялся на краю плаца – молчаливой тенью, от которой веяло одновременно теплом и угрозой. Дни текли размеренно, но в воздухе висело невысказанное. Приближался момент, когда он должен был сказать ей о зимней поездке в усадьбу, и с каждым днем эта мысль давила на него все тяжелее.

«Вот я и дожил, – думал он, глядя, как она ловко уворачивается от учебного удара. – Боюсь заговорить с ней. Я, который не боялся ни стрел, ни яда, ни гнева отца. Боюсь услышать ее „нет“». Перед глазами снова всплыла та записка из тюрьмы: «Если он осмелится». Тогда он осмелился. И теперь платил за это – медленно, день за днем, теряя себя в ее серых глазах.

В тот погожий день Ли Сиань отрабатывала с солдатами один из маневров ближнего боя. Сначала она показала его в паре с офицером Чжоу – тот, как всегда, схватывал на лету и был безупречен. Но когда она вызывала к себе новобранцев, чтобы поправить их очевидные ошибки, ей то и дело прилетало по правому плечу – тому самому, которому неделю назад досталось мечом. Девушка морщилась, но продолжала объяснять, потирая ушибленное место.

Принц смотрел на это молча, и с каждой минутой его челюсти сжимались все крепче. Наконец он не выдержал.

– Мастер Ли! – рявкнул он так, что несколько солдат вздрогнули. – Вы помните, что вы мне обещали?

Солдаты удивленно уставились сначала на своего принца, потом на своего мастера. Ли Сиань непроизвольно потерла плечо и сделала вид, что ничего не слышала.

– Продолжаем, – ровным голосом сказала она. – Еще раз.

Но незадачливый парень, стоявший с ней в паре, снова ошибся. Удар пришелся бы точно по больному плечу, если бы офицер Чжоу не шагнул вперед и не принял его на свою ладонь.

– Офицер Чжоу, спасибо, но не стоит, – сказала Ли Сиань и улыбнулась ему – тепло, искренне, так, как никогда не улыбалась принцу.

Чжу Ди почувствовал, как в жилах закипает кровь. «Она улыбается ему. Не мне. Ему». В этот момент девушка, как ни в чем не бывало, заправила выбившуюся прядку за ухо и вызвала следующего солдата. Тот был лучше, но в какой-то момент все равно ошибся и ударил ее по плечу. Ли Сиань начала спокойно объяснять ошибку, но вдруг заметила, что парень ее не слушает. Его глаза, постепенно округляясь, смотрели куда-то за ее спину.

Она обернулась – и в тот же миг сильные руки подхватили ее под колени. Принц поднял ее, как пушинку, прижал к груди и, развернувшись, пошел к своему кабинету. Ей пришлось обхватить его за шею, чтобы не упасть. Она не знала, как реагировать – при всех! – и потому просто замерла, стараясь не выражать никаких эмоций. Но в своем воображении она уже убила его десятком разных способов. Медленных. Болезненных. С выдумкой.

Солдаты провожали их взглядами. Кто-то – с изумлением, кто-то – с радостным предвкушением сплетен, кто-то – с плохо скрываемой завистью. Офицер Чжоу смотрел им вслед и чувствовал, как его сердце в очередной раз разбивается на мелкие осколки.

В кабинете принц закрыл дверь ногой, дошел до стола, сдвинул свободной рукой все, что на нем было, и аккуратно усадил девушку на столешницу. Затем выпрямился и посмотрел на нее сверху, ожидая реакции. Ли Сиань окинула его взглядом – пустым, безразличным – и отвернулась.

«Хорошо. Так, значит», – подумал он, и в груди у него что-то опасно дрогнуло. «Посмотрим, кто кого».

Он опустился перед ней на колени, прижав ее бедра к краю стола своими. Их лица оказались на одном уровне. Он медленно приблизился, чтобы поцеловать, но она отклонилась назад, выставив ладони – не касаясь его груди, но создавая преграду. Он наклонился еще ближе, она отклонилась дальше и отвернулась. Тогда он положил одну руку ей под спину и пальцами осторожно, но крепко сжал ее шею сзади, упираясь другой рукой в стол позади нее. Она тут же повернула голову и взглянула на него. Под его пальцами, в ее венах, гулко билось сердце – быстро, испуганно, но не от страха.

– Третье обещание, – сказала она тихо.

– Я помню, – прошептал он. – Ты можешь убить меня потом, если захочешь.

И начал ее целовать.

Он так давно хотел этого. Случай был не самым подходящим, но он больше не мог сдерживаться. Девушка замерла, лихорадочно соображая. Варианты мелькали в голове один за другим: вырваться и убежать, ударить и убежать, ударить, вырваться и убежать… А потом что-то изменилось.

Его поцелуи стали другими. Он прижал ее к себе крепче, взял ее лицо в ладони и начал целовать – глаза, щеки, снова губы, шею, снова и снова возвращаясь к губам. С таким голодом, с такой отчаянной решимостью, будто и правда решил умереть после – в расплату за вторжение за ее стены из льда и стали, которые она выстраивала годами.

И в голове у нее вдруг стало легко и пусто. Внутренний голос, вечный страж ее покоя, снова замолчал. Ей показалось, что сердце переворачивается в груди, а в животе растекается странное, незнакомое тепло. Она, не знавшая ни отцовской, ни материнской ласки, с удивлением ощутила, как по венам огнем разливается тепло другого человеческого сердца. Сердца, которому на нее было совсем не все равно. В этом поцелуе она чувствовала все: заботу, тревогу за нее, извинение за то, что он таким варварским способом заявил на нее права перед всем гарнизоном, и еще много чего, чему она не знала названия.

Чжу Ди вдруг понял: если он не остановится прямо сейчас, то возьмет ее прямо здесь, на этом столе. Усилием воли – огромным, почти нечеловеческим – он отстранился. Открыл глаза и взглянул на нее.

Она тоже медленно приоткрыла глаза. Это больше не были холодные серые клинки, готовые пронзить. Это было сонное туманное утро, мягкий серый бархат, сладко спящая серая кошка. Ее взгляд лишал его воли, поэтому он снова зажмурился, прижался лбом к ее лбу и опустил руки ей на плечи, легонько сжав. Его собственное сердце колотилось где-то у горла.

– Ваше Высочество, – прошептала она, пытаясь аккуратно высвободиться, – пожалуйста, придумайте какое-нибудь другое наказание. Это для меня… слишком.

– Я вовсе тебя не наказываю, – он не отпускал.

– Тогда что?

– Я тебя хочу. С ума схожу – как хочу. Поэтому целую.

Девушка замерла. Он озвучил то, о чем она и сама уже догадывалась. Но сказанное так прямо и просто, это сорвало все маски. Раньше они стояли друг напротив друга, и между ними была дверь – закрытая, но не запертая. Теперь двери не было.

– Но… ты же говорил, что не видишь во мне женщину. Отпусти меня! – прошипела она.

– Ты тоже обещала мне беречь себя, – ответил он, отпуская ее и отступая за стол.

Она встала, постояла немного, собираясь с силами, и пошла к выходу.

– Сиань, я тебя не отпускал, – вкрадчиво проговорил принц, пропуская мимо ушей ее «ты».

Она остановилась, сжала и разжала кулаки. Потом развернулась и выдохнула шепотом, кипя от гнева:

– Ничего страшного не произошло. У меня даже синяка не будет. Но зато при всем гарнизоне ты притащил меня сюда, как мешок… не знаю чего. И они сейчас стоят и думают, чем мы тут занимаемся за закрытыми дверями. Давай, задержи меня подольше. Пусть их фантазия разыграется!

Она снова развернулась к двери.

– Боже, я просто не знаю, что мне с тобой делать, – проговорил принц, закрывая лицо руками.

– Ты ничего не должен со мной делать!

Она почти дошла до двери, когда он прошипел сквозь зубы:

– Вернись. Сейчас же.

– Мне нужно уйти, иначе мы поругаемся, господин Чжу.

– Господин Чжу? Теперь я снова господин Чжу? Вернись сейчас же!

Она тяжело вздохнула, постояла спиной к нему, потом взяла себя в руки, развернулась и, сделав несколько шагов к столу, встала, уставившись в пол.

Он поднялся и подошел к ней сам. С каждым его шагом ей все сильнее хотелось плюнуть на все – на гордость, на последствия – и просто убежать. «Нет. Не побегу. Но если он только дотронется до меня – побью».

– Ли Сиань, послушай меня. Я ведь уже говорил тебе: ты мне не безразлична. Я просыпаюсь, думая о тебе, и ложусь спать, думая о тебе. Ты и дальше собираешься это игнорировать?

– Надеюсь, при этом ты ничего хорошего обо мне не думаешь.

Он усмехнулся:

– И нехорошее я о тебе тоже думаю.

– Я тоже часто думаю о тебе нехорошо, что уж скрывать! – с вызовом ответила она.

– Уверен, мы говорим о разных вещах.

Она промолчала – все и так было понятно. Тишина повисла между ними, густая и напряженная.

– Ваше Высочество, – наконец заговорила она, стараясь говорить ровно, – я понимаю ваши чувства. Наверное, понимаю. Но прошу вас: давайте не будем даже начинать эти игры.

– Я с тобой не играю, Ли Сиань.

– Чтобы ты ни говорил – это игры! – она сделала вдох и продолжила спокойнее: – Вы наследный принц. Я вообще не из вашей страны. Учитывая мои прежние заслуги, меня давно надо было казнить. И я, кажется, ясно дала понять: меня не интересует ни брак, ни другие отношения с мужчинами. Я хочу, чтобы меня просто оставили в покое.

Она замолчала, чувствуя, как усталость наваливается свинцовой плитой. «Как же я устала. Устала сопротивляться ему, себе, этому миру».

– Отправьте меня в тюрьму, Ваше Высочество, – голос ее дрогнул. – Пожалуйста. За непослушание, за грубость, за хамство – наверняка найдется за что. Я хочу в тюрьму.

– Да ты с ума сошла. Я предлагаю тебе… себя, а ты хочешь в тюрьму?

– Там… безопаснее. И спокойнее.

– Ты такая трусиха? Или я настолько тебе противен? Я же вижу, что нет! Чего ты боишься?

– Всего.

Принц смотрел на нее и понимал: с ней творится что-то неладное. Она была на грани.

– Мы поговорим сегодня вечером, хорошо? Тебе нужно отдохнуть и собраться с мыслями. Я отпускаю тебя домой. Офицер Чжоу проведет тренировки.

– Хорошо. Я могу идти?

– Да. Иди.

Когда она вышла из кабинета, то заставила себя улыбнуться солдатам, разом повернувшимся в ее сторону. Подошла к офицеру Чжоу. Ей до боли хотелось расплакаться и чтобы он обнял ее и сказал, что все будет хорошо. Но она знала: он уже никогда не сможет к ней прикоснуться, даже по-дружески.

Она снова представила, что умерла и все это не имеет к ней никакого отношения. Старый трюк. Но сегодня он почти не работал.

– Офицер Чжоу, – сказала она мертвым голосом, изучая подол его пыльного платья, – пожалуйста, проведите сегодня обе тренировки. Я ухожу и…

Она зажмурилась и сжала челюсти.

– Госпожа Ли, – тихо сказал он, – все будет хорошо.

Она быстро взглянула на него, шумно вздохнула, развернулась и, помахав солдатам на прощание, пошла к выходу. Держалась из последних сил.

Офицер Чжоу смотрел ей вслед и понимал: между нею и Его Высочеством начался самый настоящий поединок. Она отстаивала свою свободу, он – свою любовь. И он, офицер, слишком хорошо знал, кто в этом бою проиграет.

Глава 95
Непреодолимая сила женского любопытства и ее последствия

Вечером того же дня принц пришел к ней на ужин. Ли Сиань сидела за столом, глядя в одну точку. Когда он вошел, она даже не подняла глаз.

– Мы ведь поругаемся сегодня, Ваше Высочество, – сказала она тихо и равнодушно.

– А ты этого хочешь?

Она устало вздохнула. Ей не хотелось уже ничего. Только чтобы все закончилось.

Какое-то время они молча ели, но аппетита не было у обоих. Наконец принц отставил палочки.

– Послушай, нам давно пора обсудить один важный вопрос.

«Что-то мне подсказывает, что обсуждения опять не будет», – равнодушно подумала она.

– Скоро я уеду на зиму в свою усадьбу, – продолжил он. – Там прошло мое детство. И… я хочу, чтобы ты поехала со мной.

Девушка нахмурилась. Перед глазами всплыла их поездка в горный дом, и та последняя ночь. Если бы он тогда захотел, он бы сделал ее своей – на шкуре у камина, на столе, да где угодно. И она была бы не против. Она до сих пор не понимала, что на нее тогда нашло, и это пугало ее до колик в животе.

– Зачем? – спросила она наконец.

– Мне так будет спокойнее за тебя. Для твоей безопасности.

– За мной здесь вполне может присмотреть офицер Чжоу. Он тоже носится со мной как с писаной торбой.

– Он не внушает мне доверия. Он звал тебя замуж.

– Ну и что? Я ему отказала.

– Ты отказала, и он перестал надеяться? Перестал пытаться заставить тебя передумать?

Она вспомнила тот поцелуй после вечерней прогулки и вздохнула.

– Он же целовал тебя после того, как ты ему отказала, верно? – принц внимательно смотрел на нее.

– Это не ваше дело.

– Почему ты позволила ему?

– Это не ваше дело!

– То есть ты отказалась выходить за него, но позволила ему себя поцеловать?

– А вы меня поцеловали, вообще не спрашивая! И что? Знаете что, Ваше Высочество, давайте закончим этот дурацкий разговор. Целоваться – не значит жениться. Позволила и позволила. Может быть… из любопытства. Из простого женского любопытства.

– И как?

– Что «как»?

– Ты знаешь, о чем я спрашиваю, – он старался говорить спокойно, но в голосе звенела сталь.

– Простите, Ваше Высочество, но вы не моя подружка, чтобы обсуждать с вами такие вещи.

– А не меня ли ты просила не обещать тебя никому из мужчин?

– Вот именно! Вы не должны меня обещать никому, но я лично имею право пообещать себя тому, кому захочу. И целоваться могу с тем, с кем хочу!

Такого поворота Чжу Ди не ожидал. Вопиющее кощунство над его чувствами и устоями.

– Ли Сиань, запомни одну вещь. После того как я дотронулся до тебя – пусть даже один раз поцеловав – никто из других мужчин не имеет права даже посмотреть на тебя. И ты уже не имеешь права проводить свои женские эксперименты и с кем-то еще целоваться из любопытства. А про другие вещи я вообще молчу.

«Вот сейчас мы и поругаемся», – подумала она, но сил спорить не было.

– Я сделаю вид, что я согласна, – ответила она и закрыла глаза.

Принц шумно вздохнул. А она, помолчав, добавила:

– Но не вздумайте запрещать офицеру Чжоу общаться со мной как с другом. Если вы это сделаете, клянусь, я пущусь во все тяжкие.

– Немыслимо, – прошептал он, тоже закрывая глаза.

Она взглянула на него, тяжело вздохнула, подперла щеку рукой и принялась строить башенку из кусочков курицы в тарелке.

– Если я пообещаю вам, что буду вести себя хорошо, – снова попыталась она, – никаких женских экспериментов больше. Я могу не ехать?

– Нет.

– В отличие от вас, я держу свои обещания.

Принц промолчал. Крыть было нечем.

– Вы же погрузите меня силой, если я откажусь? Или свяжете и повезете?

– Надеюсь, до этого не дойдет.

– А как тогда?

– Ты можешь просить все, что хочешь.

«Вот оно, – подумал он. – Женщине, которой от тебя ничего не нужно, ты в итоге отдашь все».

– Мне ничего не нужно от вас, Ваше Высочество, – сказала она, вторя его мыслям. – Просто оставьте меня в покое.

– Ли Сиань, а если я буду продолжать платить тебе жалованье, офицер Чжоу продолжит тренировки, и это всего на два-три месяца…

– Что я буду там делать эти два-три месяца? – она снова вспомнила тот вечер у камина. Как смотрела на него – такого большого, сильного, спокойного, ставшего вдруг таким близким. Как хотела, чтобы он встал, отнес ее в постель и до утра целовал так, как целовал в лесу. – Хотя это не важно. Ваше Высочество, простите, но я вынуждена отклонить ваше щедрое предложение, – сказала она твердо.

– Это твое окончательное решение?

– Да.

– Тогда я увольняю тебя со службы, – в его голосе прорезалась сталь. – Моим солдатам больше не нужен мастер боевых искусств в твоем лице. Или ты едешь со мной, и я плачу тебе жалованье. Либо ты не едешь – и больше их не тренируешь, и жалованья не будет.

– И что я буду делать? Вы посадите меня в тюрьму?

– Нет.

– А что?

– Возьму тебя в свой гарем!

– Я туда ни за что не пойду!

– А я не буду тебя спрашивать!

Девушка, ожидавшая чего-то подобного, все равно почувствовала, как земля уходит из-под ног. «Истерику разрешу себе позже», – пообещала она себе.

– Я думала, вы другой, Ваше Высочество, – сказала она своим обычным мертвым тоном. – А вы такой же, как все.

И поскольку он молчал, прекрасно понимая, с кем она его сравнивает, она встала из-за стола, прошла в спальню, сняла обувь и легла в кровать, накрывшись с головой одеялом.

И в этот миг Чжу Ди понял: он только что совершил ту самую ошибку, о которой его совсем недавно предупреждал отец. «Если ошибешься – она тебя не простит».

Он сидел за столом, глядя на закрытую дверь ее спальни, и чувствовал, как между ними вырастает новая стена. На этот раз – из его собственных слов.