Текст книги "Поединок душ (СИ)"

Автор книги: Наталья Алексеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 37 страниц)

Глава 71
Где яблоко становится мостом через пропасть

В один из вечеров, когда духота стала совсем невыносимой, Ли Сиань решила, что лучшего спасения, чем опустить горящие ступни в пруд, ей всё равно не найти. Она устроилась в тени раскидистого клёна, сняла обувь, закатала платье до колен и с наслаждением погрузила ноги в прохладную воду. Прохлада поднималась от щиколоток всё выше, и Сиань прикрыла глаза, позволив себе наконец расслабиться.

На противоположном берегу госпожа Дао кормила рыбу – лично, чтобы никто не отвлекал госпожу от отдыха.

Когда в воротах раздался стук, Сиань подумала, что это принц – или, может быть, офицер Чжао, по которому она уже начала скучать. Но во дворе появился господин Ван, свежий и сияющий, словно утренняя роса, а двое его слуг несли следом коробку. Сиань едва успела встать и одёрнуть юбку, но он уже всё заметил – его внимательный взгляд скользнул по мокрым следам маленьких ног на камнях, и в уголках его губ мелькнула понимающая улыбка.

– Сегодня невыносимая жара, – сказал он, направляясь к столу с видом человека, который здесь давно и имеет право на хозяйское поведение. – После двух недель прохлады лето, кажется, решило напомнить о себе напоследок.

– А у вас в царстве вообще бывает зима? – спросила Сиань, пропуская приветствия. Обоих это вполне устроило, как будто они уже давно обходились без лишних церемоний.

– Осень коротка, – ответил он, – а потом выпадает снег и лежит до середины весны.

– Я люблю снег, – призналась она, и в её голосе прозвучала лёгкая тоска по родине, которую она сама не ожидала в себе обнаружить.

– А фруктовый снег? – Ван кивнул на коробку. – Сюэ хуа лао. Принёс вам и вашим служанкам освежиться.

Девушек не пришлось уговаривать дважды. Правда, они робели сесть за один стол с господином, но Сиань заверила их, что он не кусается, а если вдруг начнёт, она его побьёт. Ван благодушно кивнул, и служанки наконец устроились за столом, смущаясь перед завидным холостяком столицы, но не в силах отказаться от угощения. Он объяснял, где какие вкусы, рассказывал, как делается мороженое, и вёл себя на удивление дружелюбно и раскованно.

Госпожа Дао олицетворяла полную противоположность – она сидела с каменным лицом, и Сиань прекрасно понимала почему.

Когда девушки разошлись, Ван сказал:

– Госпожа Ли, завтра я приглашаю вас на прогулку к горному озеру. Два часа езды, узкое ущелье, там сейчас приятно прохладно.

– Госпожа не поедет! – отрезала госпожа Дао. – Это неприлично.

– Я приглашаю всех, – мягко возразил Ван. – Сколько у вас служанок?

– Четыре и я, но у нас дел невпроворот.

– Я возьму большую карету, лимонад, угощения, – он явно пытался обойти её возражения, но сердце женщины оставалось непреклонным.

– Я должна написать Его Высочеству, – заявила госпожа Дао. – Если он разрешит…

– Если разрешит? – переспросила Сиань, и в её голосе прозвучало искреннее удивление.

– Он ваш опекун, госпожа Ли, – пояснила женщина. – Он оформил опекунство, как только поселил вас здесь.

– Опекун? – Ван искренне удивился, и его брови поползли вверх.

– Что вас так расстроило? – спросила Сиань, заметив его реакцию.

– Если опекуну не понравится ваш жених, – ответил он, – вы не сможете выйти замуж.

– Я не планирую замуж, – усмехнулась она. – И если это мне жених не понравится, я за него не выйду, и Его Высочество тут ни при чём. Это всё недостатки опекунства?

– Ещё каждое ваше передвижение должно быть с ним согласовано, – добавил Ван, и в его голосе прозвучала лёгкая горечь.

– Я не против согласования, лишь бы куда-то выбраться, – вздохнула Сиань. – Я сижу в этом павильоне как в клетке. Выходила только на рынок – и то с принцем.

– Госпожа Ли, вы что, не против поехать с господином Ваном⁈ – госпожа Дао была на грани обморока.

– Я очень не против поехать к озеру со всеми вами, – спокойно ответила Сиань. – А ложку дёгтя в этой бочке мёда можно и потерпеть.

Лун ничуть не обиделся, только усмехнулся в ответ.

Согласовать поездку на завтра не удалось – принц отсутствовал, и госпожа Дао в конце концов уступила уговорам своей госпожи. Сиань была так счастлива наконец выбраться куда-то, что готова была на любые условия. Удостоверившись, что желание девушки не связано с господином Ваном лично, а просто с жаждой свободы, госпожа Дао согласилась, но предупредила: если та попытается сбежать, их всех казнят. Сиань поджала губы и молча кивнула.

Утром подали большую карету, которую сопровождали несколько крепких мужчин.

– Боитесь, что я сбегу? – спросила Сиань, подавая руку Ван Луну и кивая в сторону охраны.

– Если вы захотите сбежать, – серьёзно ответил Ван, удерживая её руку дольше, чем требовалось, – я готов вам помочь. Правда, придётся взять меня с собой.

– Вы не сможете мне помочь, – покачала она головой. – Если я сбегу, моих слуг казнят.

– Нет ничего, что я не мог бы решить, – сказал он, и в его голосе прозвучала такая уверенность, что она на мгновение поверила.

– А решить не сбегать со мной – вы можете?

– Этого, боюсь, нет, – он улыбнулся. – В любом случае, решать вам.

Она удивлённо взглянула на него. В отличие от принца, который привык решать всё за неё, Ван допускал, что у неё может быть своя воля.

Дорога заняла около двух часов. Госпожа Дао раздвинула сидящих, устроилась между своей госпожой и Ваном и всю дорогу сидела с видом голодного коршуна, не спуская глаз с молодых людей.

Сиань, чувствуя её напряжение, даже не смотрела в сторону мужчины. А Ван Лун непринуждённо общался со служанками, и к концу поездки они все уже были в него влюблены без памяти. Сама Сиань пару раз улыбнулась его шуткам – но госпожа Дао так зыркнула на неё, что она опустила голову и больше не поднимала до самого озера.

Когда карета остановилась, все выбрались наружу. Тропинка сначала петляла по лесу, а потом вывела на скалу, нависшую над озером. В одном месте дорогу прерывал большой камень – чтобы продолжить путь, нужно было спрыгнуть вниз. Мужчины спрыгнули первыми и принялись помогать служанкам и госпоже Дао, беря их под мышки и опуская на вытянутых руках.

Когда очередь дошла до Сиань, она отказалась от помощи.

– Госпожа Ли, – мягко сказал Ван, – если не хотите принимать помощь от меня, воспользуйтесь помощью любого из моих людей. Прыгать самой в платье опасно.

Сиань посмотрела на крепких мужчин, терпеливо ждавших за спиной своего господина, перевела взгляд на недовольную госпожу Дао – и снова отказалась.

– Я спрыгну сама, – упрямо сказала она.

– Хорошо, – спокойно согласился Ван и отошёл, давая ей место.

Но упрямица постояла еще какое-то время и заявила.

– Я передумала, господин Ван, помогите мне спуститься.

Она присела на корточки, протянула ему руки – и в этот момент за её спиной раздался знакомый голос, резкий и громкий. Но было поздно: Ван уже подхватил её и поставил на землю.

Принц подскочил к камню, окинул взглядом открывшуюся картину – они стояли поодаль друг от друга, рядом его люди и все служанки, – но всё равно нахмурился, и желваки на его скулах заходили ходуном.

– Хотите присоединиться? – уточнил Ван, и в его тоне не было ни капли удивления, словно он только этого и ждал.

– Уже присоединился, – буркнул принц и легко спрыгнул с камня.

– И славно! – совершенно искренне обрадовался друг. – А то госпожа Дао живьём готова меня съесть, лишь бы я не приближался к госпоже Ли. Надеюсь, теперь её подозрения немного утихнут.

После прогулки вокруг озера все расположились на пикник в живописном месте.

– Мы не рассчитывали, что вы присоединитесь к обеду, Ваше Высочество, – заметил Ван, и в его голосе прозвучала лёгкая колкость.

– Я не голоден, – отрезал принц, но в этот момент Сиань протянула ему яблоко – то самое, которое сама собиралась съесть.

– Возьмите, Ваше Высочество, – сказала она. – Вы, наверное, как всегда, не успели ни позавтракать, ни пообедать.

Все уставились на неё. Повисла неловкая тишина.

– Что? – она оглядела присутствующих с вызовом. – Я не могу угостить человека яблоком?

– Госпожа Ли, – мягко пояснил Ван, и в его голосе прозвучала тщательно скрываемая грусть, – в нашем царстве, если девушка делится едой с мужчиной, это значит, что он ей нравится. – Он сделал паузу. – Его Высочество вам нравится?

Сиань почувствовала, как кровь прилила к щекам. Почувствовала, но уже ничего не могла с этим поделать.

– А в моём царстве, – сказала она с вызовом, – человек может поделиться едой с тем, с кем хочет, и ничего это не значит. Ваше Высочество, если не хотите яблоко, верните.

Она протянула руку к замеревшему принцу. Он смотрел на неё, не в силах пошевелиться, – её слова, её жест, её покрасневшие щёки говорили о том, о чём она никогда не сказала бы вслух.

– Спасибо, госпожа Ли, – наконец ответил он и откусил демонстративно большой кусок, почти половину. – Я голоден, как волк.

Ван перевёл взгляд с одного на другого и ничего не сказал. Только улыбнулся – чуть грустно, чуть понимающе – и отвернулся к озеру, где в прозрачной воде отражались безразличные ко всему облака.

Глава 72
О том, как день рождения стал днем побега

День рождения Ли Сиань наступил через пару недель, когда жара спала и наконец-то потянуло осенней прохладой, и выпал на её выходной. Она была бесконечно этому рада. Если бы пришлось идти в этот день в гарнизон, солдаты и офицеры непременно решили бы поздравить её, а ей вовсе не хотелось лишнего внимания. Ей просто исполнилось двадцать – только и всего. И этот год стал самым насыщенным в её жизни: столько событий, столько потерь, столько новых лиц, что голова шла кругом.

По привычке она проснулась рано, но не стала вставать. Лежала в постели, перебирала в памяти возвращение от тёти, сватовство старшего чиновника, принцев родного царства, императрицу, отца, тот страшный бой, а потом – новую жизнь в царстве Чу, где она до сих пор жила с постоянным страхом, что в любой момент спокойствие кончится. «Сегодня, – решила она, – я не буду спешить. Пусть хотя бы сегодня этого не случится».

Она задремала, а проснулась от голосов у дверей павильона. Голоса быстро стихли, она перевернулась на другой бок – и вдруг вспомнила детство. Как обычно проходил этот день в поместье отца. В первую и последнюю очередь это был день памяти матери, и Ли Сиань старалась не попадаться никому на глаза, особенно отцу. Она проводила его в своей комнате, даже не выходя к столу. «Значит, – подумала она, – и сегодня лучше остаться в павильоне».

Ближе к девяти утра её пришла будить госпожа Дао.

– Госпожа, с вами всё хорошо? Вы так долго спите. Его Высочество уже дважды приходил.

– Зачем? У меня сегодня выходной, – ответила Сиань, хотя про себя подумала: «Пора уже не удивляться, что это невыносимое Высочество проводит со мной почти все выходные».

– Не могу знать, госпожа. Его Высочество мне не докладывал. Вы будете умываться и завтракать?

– Нет, спасибо. Пока нет.

– Но… Его Высочество сказал, что скоро снова придёт.

– О боже. Хорошо. – Сиань села и потянулась. – Можно мне накрыть завтрак в спальне?

– Да, конечно, как прикажете.

Спустя короткое время, когда Ли Сиань кое-как привела себя в более или менее божеский вид – умылась, расчесала волосы, накинула длинный тёплый халат – и села завтракать в спальне, к ней без стука влетел Его Высочество.

– Ли Сиань, ты плохо себя чувствуешь? Заболела? – Он появился на пороге так стремительно, словно за ним гнались.

Она подняла глаза и едва не поперхнулась.

Он был одет в чёрное шёлковое королевское платье с вышитыми золотыми драконами. Волосы убраны по-особому: передняя прядь заколота маленькой короной, остальные распущены по плечам. На широком поясе висели все положенные печати – знаки статуса и высокого положения. Сейчас он как никогда был похож на настоящего принца, и у Ли Сиань кусок застрял в горле. Бороду он подстриг очень коротко – и слава небесам, что не сбрил полностью, а то с девушкой точно приключилась бы какая беда.

Она закашлялась, схватила стакан, налила воды и выпила залпом.

– Нельзя же так! – выдохнула она. – Без предупреждения!

– Прости, не хотел тебя напугать. Всё в порядке?

Она отвернулась, стараясь говорить как можно спокойнее:

– Всё в порядке. Сегодня выходной. Я не заболела. И это не ваша спальня, Ваше Высочество.

Он не обратил внимания на её тон.

– У тебя разве не день рождения сегодня? Почему нет настроения? У меня всегда отличное настроение в мой день рождения! – Он счастливо улыбнулся и уселся напротив неё, явно намереваясь завтракать вместе.

– Рада за вас, Ваше Высочество, – проговорила Сиань, изучая его новый образ. Почти без бороды он выглядел гораздо моложе. – Но ваш день рождения, к счастью, не совпал с днём смерти вашей матери. И его, наверное, как национальный праздник, отмечают в каждом доме. А я в этот день всегда старалась никому не попадаться на глаза. И сегодня не хочу нарушать эту прекрасную традицию. Традиции – наше всё, как говорится.

Принц нахмурился.

– Ли Сиань, но ты больше не в своём доме, а в моём. И я лично очень рад, что в этот день ты появилась на свет.

– Это ваш дом, Ваше Высочество, – она подчеркнула «ваш», – но это не ваша спальня.

– Хорошо. – Он вздохнул. – Прости. Госпожа Дао сказала, что ты уже завтракаешь, и я не подумал…

– Я могла завтракать неодетой, – заметила она сухо.

– Прости.

– Слишком много «прости» для одного завтрака, – она прищурилась. – Что-то тут нечисто.

Она ещё раз окинула его взглядом.

– Вы куда-то собрались, Ваше Высочество? Не опаздываете?

Он усмехнулся – её хамство его уже не задевало.

– Мы с тобой сегодня поедем в императорский дворец, – Ли Сиань заморгала от удивления, – Погуляем по императорскому саду. В это время года он необычайно красив.

– От слова «императорский» у меня начинает болеть голова. А вы его уже дважды произнесли. После завтрака я вернусь в постель.

– Тебе нездоровится? – Он вдруг понизил голос до участливого. – Женские дни?

– Что? – Она опешила. – Нет! И вообще! Как вы можете⁈ Нет!

Принц тяжело вздохнул, как человек, который устал от недопонимания.

– Ли Сиань, у меня три жены. Я всё знаю про женские дни… и не только.

– Очень рада за вас и за ваших жён! Прямо полегчало сразу! – Она помолчала, потом добавила твёрдо: – Никуда я с вами не поеду.

Он вздёрнул бровь – королевскую, выдержанную.

– Ли Сиань, ты знаешь, что ты сейчас делаешь?

– Что?

– Отказываешь наследному принцу.

– Поверьте, мне не впервой, – ляпнула она и тут же пожалела. Но принц молчал, только смотрел внимательно. – И что мне за это будет? Казнят?

– Выпорют, – ответил он так спокойно, словно речь шла о погоде.

– Хорошо. Завтра, – так же спокойно ответила она.

– Что – завтра?

– Пусть меня выпорют завтра. – Она пожала плечами. – Хотя… зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня? Можно и сегодня. Мне всё равно.

– Почему ты так не хочешь ехать со мной? – спросил он, и в голосе его впервые прозвучало что-то уязвимое. – Я настолько тебе противен?

Сиань нахмурилась, задумавшись. Дело было вовсе не в нём. Он не был ей противен. Они теперь общались почти как друзья – конечно, принц время от времени напоминал о своём высоком положении, но он не унижал её, не принуждал ни к чему такому. Его отношение к ней сейчас можно было назвать заботой, и Сиань не хотела совсем отказываться от этой заботы.

– Ваше Высочество, о нас поползли слухи в гарнизоне. – Она опустила глаза. – Будто мы… вместе. Мы только один раз сходили на рынок, отсутствовали всего один день, вернулись вместе – а они уже поползли. Я этого категорически не хочу.

– Почему? – Он искренне не понимал.

– Эти слухи могут иметь для вас катастрофические последствия.

– Какие?

– Катастрофические, – проворчала она, – это от слова «катастрофа», Ваше Высочество.

Он молчал, ждал пояснений. Но она опустила голову и замолчала.

Может, принц Ки меня и не ищет, – подумала она. – В конце концов, речь никогда не шла о его любви ко мне. Он просто хотел развлечься – в своей садистской манере, правда, на законных условиях. Но не более того. А ещё он хотел развязать войну с царством Чжу. И я могла бы стать прекрасным предлогом.

Она посмотрела на свои руки – чистые, спокойные. Но сделай она неверный шаг – и на них будет кровь сотен, а то и тысяч людей.

– Делайте со мной что хотите, Ваше Высочество, – сказала она тихо. – Но я с вами никуда и никогда больше не поеду.

Принц задумчиво посмотрел на неё, потом произнёс:

– А что, если мы поедем туда, где нас никто не увидит?

– Вы поедете куда-то без охраны? – она подняла голову. – Нет, это опасно.

– В это место я всегда езжу один. А теперь у меня будешь ты. – Он усмехнулся. – Уверен, в случае опасности мы вдвоём справимся.

– А почему бы вам не поехать одному, а меня оставить здесь? – Она вдруг почувствовала, что сдаётся, но попыталась сопротивляться до последнего. – Я планировала проваляться весь день в постели. Никогда раньше этого не делала.

– Именно потому, что у тебя день рождения, мы должны сделать сегодня что-то необычное и запоминающееся. Чтобы весь год прошёл отлично. Ты не должна валяться в постели, как больная.

– Ваше Высочество, простите ради бога, но вам что, заняться нечем? Какое вам дело до моего дня рождения?

– А может быть, я устал каждый день чем-то заниматься и хочу отдохнуть и получить удовольствие от отдыха? – Он развёл руками. – А ты, судя по всему, знаешь в этом деле толк.

– Я⁈

– Ну конечно! – Он начал загибать пальцы. – Собиралась весь день в кровати проваляться – раз. По крышам лазаешь – развлекаешься– два. Рисуешь ради удовольствия – три. Каждый день бьёшь мужчин – четыре. Надо мной издеваешься, тоже исключительно ради удовольствия – пять. И тебе каждый раз это сходит с рук.

– Вас послушать, так у меня не жизнь, а мечта. – Она невольно усмехнулась. – Действительно сплошное удовольствие, особенно последнее.

– Ну так что? Поедем?

– Ну, допустим, – сказала она, передразнивая его любимое словечко. – Что это за место?

– Моё убежище. Там, где я отдыхаю от шума гарнизона и суеты дворца. Очень красиво и тихо.

– А что мы там будем делать?

– Гулять, отдыхать, общаться.

– А что мы будем там есть?

Он рассмеялся – искренне, свободно.

– Не бойся умереть там с голоду. Я распоряжусь собрать еду. Да и там мы можем что-нибудь приготовить.

– Я могу только помыть овощи. Ну, или вскипятить чайник. Не надо на меня сильно рассчитывать, Ваше Высочество.

– Я и не рассчитывал. – Он покачал головой. – У тебя сегодня день рождения. Я даже чайник сам вскипячу.

– Значит, это не просто место в горах. Там есть домик?

– Есть.

– Большой?

– Нам хватит.

Она несмело улыбнулась – той улыбкой, которую не могла сдержать, когда он говорил что-то по-настоящему тёплое.

– Мне никто и никогда не делал таких подарков. – Она посмотрела на него почти серьёзно. – Не кипятил чайник в мой день рождения. И я сейчас очень серьёзно.

Он не ответил. Сидел и думал о том, что нужно взять с собой. Она тоже молчала, обдумывая его предложение.

– А как мы туда поедем? – спросила она наконец. – Я не очень люблю ездить верхом.

– Я возьму небольшую двухместную карету. Погрузим туда всё, что нужно. – Он взглянул на неё. – Ну что? Едем?

– Ну… хорошо, – осторожно согласилась она.

Чуть больше чем через два часа принц зашёл за ней, чтобы ехать. Он переоделся в обычную одежду, снова убрал волосы в жгут на макушке, и Сиань, глядя на него такого привычного, наконец выдохнула.

Госпожа Дао в этот раз почему-то не вспомнила о приличиях, не напросилась всем гуртом служанок вместе с ними, а настояла, чтобы Ли Сиань надела тёплое женское платье и собрала столько вещей, будто отправляла её на неделю, не меньше.

– Ваше Высочество, мы же сегодня вернёмся? – спросила Сиань, когда он грузил её вещи в карету.

– Посмотрим, – ответил он неопределённо. – Может, останемся на пару дней.

– На пару дней⁈ – Она даже приостановилась. – А как же… мои тренировки?

– Я распорядился. Если нас не будет, тебя заменит офицер Чжао. – Он взглянул на неё. – Ты сядешь в карету или мы до вечера будем тут стоять?

– Мы так не договаривались, Ваше Высочество. – Она чувствовала, как внутри поднимается паника. – Не договаривались о паре дней. О ночёвке… вместе. И ещё: если офицер Чжао придёт меня навестить, а меня нет? И вас в гарнизоне нет одновременно со мной – что он подумает?

– Я уже поговорил с офицером Чжао, – спокойно ответил принц. – Он не придёт тебя навещать. А насчёт ночёвки… давай договоримся сейчас.

Он смотрел на неё своими тёмными живыми глазами, и она никак не могла сформулировать мысль – чего раньше с ней никогда не случалось.

– Нет, – сказала она, отступая. – Мы не будем договариваться. Поездка отменяется. Простите, Ваше Высочество, поезжайте один.

Она уже развернулась, чтобы уйти, когда он сказал ей в спину:

– Ты меня так сильно боишься?

Она замерла, повернулась.

– Чего мне вас бояться? – Голос её дрогнул, но она взяла себя в руки. – Вы думаете, я вас не побью, если что? Я не посмотрю тогда, что вы неприкосновенны. Моя неприкосновенность мне дороже!

– Ты очень плохо обо мне думаешь, Ли Сиань. – Он сделал шаг к ней. – Я готов дать тебе слово, что в этой поездке не позволю себе ничего лишнего.

– А почему только в этой? – спросила она, чувствуя, как странно бьётся сердце.

– Потому что я стараюсь быть осторожным в своих обещаниях.

– А что вы имеете в виду под «лишним», Ваше Высочество?

– А что ты обычно имеешь под этим в виду?

– Я имею в виду то, что происходит между мужем и женой… ну… в постели.

– Но это понятно, – он улыбнулся, и в улыбке его не было насмешки, только какая-то тёплая мягкость. – Мы пока ещё не муж и жена.

И прежде чем она успела возразить, он взял её за талию и помог сесть в карету.

Она не сопротивлялась. Только сжала пальцы на коленях и посмотрела в окно, за которым медленно уплывали назад стены гарнизона.

«Что я делаю?» – подумала она. – «И почему мне совсем не страшно?»

Ответа не было. Но где-то глубоко внутри, в том самом месте, которое она привыкла держать на замке, стало тепло и тихо, как в том убежище, куда они сейчас ехали.