Текст книги ""Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Кирилл Шарапов

– Признаю, ты в своих правах, Чужой.

Появилась подавальщица, которая начала сгружать с внушительного подноса миски, кружки и тарелки.

Радим дождался, когда деваха закончила и удалилась, быстро пересказал новости.

– Наше появление подозрений не вызовет. Сейчас в Воронград съезжаются команды наемников со всего востока. Барон Волод Торбин, что правит здесь, собирает силу против своего соседа графа Трубина. Тот его смертельно оскорбил, выставив за дверь, когда барон явился сватать старшего сына к младшей дочери графа. Все знают, что Торбин не тот человек, что спустит оскорбление и пренебрежение, и пойдет до конца. И теперь, оба набирают наемников, но дело только начинается, так что никого силком не тянут.

– За…сь, – буркнул себе под нос Воронцов, заметив, как улыбнулись Лада и Горд. Юлия пропустила мимо ушей, похоже, она пыталась совладать со своими чувствами, остальные, скорее всего, не поняли, что значит это слово. – У нас тьма прет с запада, – продолжил Константин, – черные ведуны вырезают целые поселки и веси, а эти два петуха собрались резать друг друга. Кстати, как тут с тьмой?

– По сравнению с севером почти тихо, – ответил Радим, – всего четыре нападения. Но это только по землям барона. Что у соседей, чарник не знает. Так что, наемников здесь много, и никого это не удивляет. Скажем, мы попали сюда в нужное время.

– Ну хоть что-то хорошо, – согласился Воронцов.

Неожиданно у стола возник невысокий крепыш со шрамом на лбу и, кивнув Радиму, без спроса уселся за стол.

– Какие будут приказы? – тихо поинтересовался он у капитана леткора.

– Знакомьтесь, – произнес граф, пожав протянутую руку наемника, – сотник Яромир Бышев, по прозвищу Кол, он возглавляет отряд, который я нанял, чтобы, если что, он пришел к нам на помощь.

Яромир кивнул всем сразу, скользнув сальным взглядом по Юлии, которая сидела напротив.

– Еще один такой взгляд, – прошипела сквозь зубы Юлия, – и я тебя мордой буду по столу возить, пока не сотру до костей.

При этом она совершенно машинально создала веду молнии и теперь гоняла искры по своими длинным украшенным перстнями пальцам.

– Понял, ведунья, не надо сердиться, – вскинул руки с раскрытыми ладонями Бышев. – Как ты с таким характером дожила до этого дня?

– А у нее это временами, обычно она чуткая и вежливая, – подколола боярышню Лада.

Яромир понятливо хмыкнул и обратил свой взор на Радима, а Калинина подмигнула тяжело дышащей Юлии.

– Расслабься, подруга, здесь нет врагов, во всяком случае, пока что.

И ведь сработало, Рысева кивнула, загасила так и не спущенную с поводка веду и, выдохнув, отпила сразу четверть пол-литровой кружки. Пламя в ее глазах слегка поутихло, и боярышня стала прислушиваться к разговору.

– Задача, Яромир, у тебя простая, – начал инструктаж Радим, – приглядывай завтра за восточными воротами, ну и за западными, но за ними одним глазом, все внимание к первым. Если увидишь, что в ту сторону спешат десятки баронских дружинников, ты со своими людьми тихонько топаешь вслед за ними, на глаза им не показываясь. Мыслеглас доставай, нужно связь установить, если у нас все будет плохо, держись в зоне приема, а там скажу, что делать.

– С той стороны пара ферм и усадьба боярская, вроде, как владелец объявился, но я слышал, он сейчас в Тверде. Где вас искать, если что?

– Нигде не искать, – голос Радима стал жестким. – Если тревоги не будет, сидишь спокойно в городе, и никуда не суешься, потом мы возвращаемся и улетаем, а твой контракт закрыт.

– Подожди, Радим, – неожиданно произнесла Лада, – дай-ка мне твой мыслеглас.

Она порылись в сумке, стоящей на лавке, и вытащила наружу тот самый набор инструментов, упертый Воронцовым в Беловодье. Озадаченный граф протянул артефакт Калининой. Та быстро изучила руны, улыбнулась, потом достала из сумки заготовку для мыслегласа, только из черной кости, и начала прямо за столом резать на ней руны.

– Интересные у барышни в сумке вещички хранятся, – пробормотал Яромир. – Это ведь кость проклятого, такая стоит не меньше полусотни золотом.

– Верно, – пробормотала Калинина. – А теперь заткнись и не отвлекай.

Наемник состроил рожу, которая выражала крайнюю озадаченность. А Лада сосредоточенно резала руны, причем делала это механически, изредка откладывая резец и отпивая из кружки пива, или доставая тушеное мясо из тарелки.

Все с огромным интересом следили за ее работой. Она уложилась примерно за двадцать минут, потом сжала артефакт в кулаке и опустила под стол. Константин обострившийся чуйкой уловил, как плеснуло силой. Похоже, это почувствовали и Мал с Юлией.

Лада протянула оба мыслегласа обратно Радиму.

– Теперь он километра на четыре, может, чуть больше достанет. Тебе нужно было мне раньше сказать я бы сделала что-нибудь помощней. Здесь, на коленке, лучшее, что могу. Ни материалов нужных, ни времени и места.

Яромир присвистнул.

– Сударыня, а сколько будет стоить еще один такой же специально для меня?

– Триста, – не задумываясь, озвучила цену Лада. – В паре они работают даже чуть дальше, может быть, на пять или шесть километров.

Наемник присвистнул, обычно мыслеглас, даже самый лучший, не обеспечивал связь дальше восьми сотен метров, но он и стоил около ста тридцати, и мог поддерживать связь примерно с пятью абонентами.

– Нет у меня столько, – вздохнул Кол, – даже если у ребят позанимаю, то пару сотен соберу. Ладно, сударыня, потом как-нибудь закажу, как разбогатею.

Радим быстро провел слияние с мыслегласом, проверили связь, все работало.

– Ну, тогда отдыхайте, – поднимаясь и кивая всем, произнес сотник наемного отряда. – Я и мои люди будем ждать распоряжений. Хорошего вечера.

– И насколько ты сможешь сделать мыслеглас, если у тебя будет время, материал и спокойное место? – поинтересовался Константин.

Лада задумалась.

– Километров на пятнадцать, может, чуть больше, если они будут оба мои. А если тебе нужна легкая рация, только попроси, через весь свет не обещаю, но, думаю, километров на пятьсот можно что-то придумать, коробка размером с лист формата А4, но это, если будет время и подходящий материал.

– А по цене? – заинтересовался Мал.

Лада задумалась еще сильнее.

– Тут вопрос не в материалах, – наконец, произнесла она. – Полагаю, они обойдутся сотен в пять золотом. Но ведь материал не главное, важна моя работа и редкость товара. Допустим, я могу назвать цену в пятьдесят тысяч, но кто это сможет себе позволить? Скину до пяти, и это смогут позволить себе бояре и крупные города, ну и некоторые аристократы и промышленники. Но вопрос, насколько подобное необходимо? Ведь я могу создать усилитель сигнала, и покрытие этого артефакта вырастет в десятки раз. Вопрос в цене – кто готов будет вложить в это дело сотни тысяч?

«Да уж, – подумал Воронцов, – стать монополистом в развитии сотовой связи этого мира? Заманчиво». Вот только зря Лада опять засветила свои возможности перед Малом, вон какой задумчивый сидит. Да и Яромир тоже лишнее увидел. Но в ближайшее время ей ничего не угрожает. А ведь и вправду придется нанимать полк для ее охраны. Может, и не так плохо иметь укрепленную усадьбу? Ладно, одна проблема за раз, но приглядывать за ней придется в оба глаза. А сейчас надо расплатиться за ужин и двигать искать ночлег…

Город покидали вместе с фермерами и поденными рабочими часов в девять утра. Дружинники на воротах покосились на небольшой отряд наемников, двигающих в сторону усадьбы, но никто не задал ни одного вопроса, проверили документы и, кивнув, разрешили идти дальше.

– И каково вернуться домой после стольких лет? – спросил Радим, догнав Воронцова, который шел чуть впереди.

Константин и сам не знал, что ответить, это ведь не его дом, он никогда тут не был, его двойник, детство которого прошло в этой усадьбе, погиб.

– Тяжело, – сказал он первое, что пришло на ум, – я слишком давно покинул отчий дом.

Граф кивнул, поняв, что его друг не хочет говорить на эту тему, и отстал, оставив Воронцова в покое.

Константин же, достав сигариллу, прикурил. Пока что, все шло довольно хорошо и, можно сказать, по плану. Уже закончились фермы, осталось позади стадо, пасущееся на лугу, солнышко висело высоко, день обещал быть жарким, самое время порадоваться зачарованному сюртуку. Дорога, мощенная камнем, была в отличном состоянии, хотя последние годы ей не слишком активно пользовались. Вот впереди показалась кованая ограда усадьбы и закрытые ажурные с позолотой ворота. Странно, но Константин не считал это своим, но ведь он Воронцов, и все вокруг принадлежит ему. Вот только сейчас он не ощущал себя боярином, хотя и приближался к центру своей власти.

Не доходя метров пять до ворот, он остановился, не решаясь приблизиться. В душу заползла неуверенность – а что, если защита его не пропустит? Что, если сейчас все увидят, что он самозванец?

– Чего мнешься, Константин Андреевич? – с едва заметным сарказмом поинтересовалась Лада. – Вперед, не стоит тут торчать у всех на виду. Если из Воронграда за нами приглядывают, лучше действовать пошустрее.

Юлия подошла к нему и, тронув за локоть, шепотом, так, чтобы никто не услышал, произнесла:

– Знай, чтобы не случилось, я все равно тебя люблю. Ты мой боярин Воронцов.

Константин сделал два неуверенных шага и протянул руку к кованой ажурной створке ворот, в которую был вделан герб его рода – башня с пикирующим на нее вороном. Кисть словно сквозь ледяную воду прошла, пальцы, коснувшиеся герба, слегка кольнуло, словно несильный электрический разряд получил.

– Здрав будь, боярин Константин Андреевич, – раздался в его голове монотонный, явно нечеловеческий голос. – Добро пожаловать домой.

Глава вторая

Воронцов облегченно выдохнул, защитный артефакт признал его. Теперь нужно быстро разобраться, как и что, и укрыться внутри, желательно не нарушив защиту.

– Открыть ворота, – мысленно приказал он, – защиту не снимать.

Вместо ответа с легким скрипов створка неторопливо стала открываться вовнутрь.

– Получилось, – с явным облегчением в голосе произнесла Юлия.

– За вашей спиной находится шесть человек, считать их угрозой или вашими гостями? В первом варианте они не смогут последовать за вами, и при желании будут уничтожены при прохождении щита, во втором случае они получат ограниченный доступ к усадьбе, который вы сможете скорректировать в любой момент.

– Гости, – тут же ответил Воронцов. А сам подумал: «Странно, что артефакт, который наверняка гораздо старше меня, говорит довольно современным языком».

– Добро, – отозвалась защитная система. – А что до речи моей, так я звучу в вашей голове, так вы меня воспринимаете. С возращением, Ваше сиятельство. В связи с появлением законного владельца усадьбы Воронцовых блокада снята, плотность щитов внешнего охранного периметра с осадных понижено до крепостных. Ваши вассалы оповещены о возвращении владельца земель.

– Твою мать! – выругался Константин, вот этого он предусмотреть не мог. – Восстановить осадные щиты, – приказал он.

– Невозможно, Ваше сиятельство, пока вы и ваши гости находитесь на территории усадьбы.

– Почему?

– Когда подняты осадные щиты, активируется веда покоя, хранящая дом и все, что в нем есть от разрушения. Все живое внутри действия веды замирает, пока не будет снята защита.

– Повысь возможность защиты.

– Крепостные щиты самые мощные, сильнее их нет.

– Ладно. Есть ли в усадьбе живые люди?

– Теперь, когда сняты осадные щиты и отключена веда покоя, есть, выжившие гвардейцы в количестве двадцати двух человек, все ранены. Они находятся в правом крыле, которое считается личными покоями боярского рода Воронцовых. Два десятка слуг, прячущиеся в погребе. Живность на скотном дворе я не считаю. Остальные обитатели усадьбы погибли.

– Что произошло в усадьбе?

– Костя, – коснувшись его плеча и вырывая из мысленного диалога с артефактом, позвала Юлия, – нам лучше войти. Мы торчим тут у всех на виду, как бы дружинники барона не явились.

– Конечно, тем более оповещение о том, что появился законный владелец усадьбы, уже отправлено всем вассалам рода Воронцовых, как верным, так и предавшим.

– А вот это очень плохо, – заметил Радим. – Значит, скоро нас окружат.

– Живо внутрь, – скомандовал Константин, осознав, что Юлия права, и что он, действительно, глупо тратит время.

Барьер пропустил всех без каких-либо проблем, последним внутрь вошел Воронцов, за которым ворота снова закрылись.

– Грязновато у тебя тут, боярин, – заметила Лада, разглядывая пару трупов гвардейцев в черных с белыми вставками мундирах, таковы были цвета дома.

Воронцов подошел к ближайшему и перевернул его на спину.

– Интересно, – разглядывая пробитую грудь, сказал он, и это было сделано не клинком, словно кто-то с огромной силой ударил кулаком, сокрушив защиту кителя, который наверняка был зачарован, а затем и грудину, раздавив сердце. – Надо как можно быстрее выяснить, что тут случилось?

– Плохо тут все, – заметил Мал, вытягивая «Северную звезду» из кобуры и передергивая затвор.

Остальные последовали его примеру.

– Дайте мне пару минут, – попросил Константин.

Все, что раньше он слышал про гибель рода, были слухами. Никто точно не знал ответа. Вроде как лет двадцать назад кто-то устроил на Воронцовых охоту. Кто-то говорил, что была междоусобица с соседними боярами. Рысев вообще не знал, что случилось, просто три года назад усадьба прекратила отвечать на вызовы. Посланные соседними боярами люди наткнулись на осадные щиты, которые указывали, что внутри больше нет живых наследников рода. И только после этого вассалы передрались между собой. Из двадцати осталось пятеро – трое мятежников и два графа, которые по-прежнему верны роду. Теперь настала очередь выяснить правду.

– Артефакт, – мысленно позвал Константин своего собеседника, – что произошло в усадьбе?

– Четыре года назад в результате укрепляющего Астру ритуала что-то произошло. Ваш батюшка – Андрей Александрович, стал одержимым. Первым его жертвой стала ваша матушка – Ольга Дмитриевна, ее тело до сих пор лежит в святилище. Затем он поднялся из подземелья и ударил тьмой, погрузив в нее всю территорию усадьбы. Во тьме появились какие-то невообразимо сильные фантомы, которые убивали людей, разрывая их на части, пробивая насквозь. Даже самые сильные щиты ведунов не могли их остановить. Заклинания разнесли всю центральную часть первого этажа. Дежурная сотня гвардии и вызванная подмога пыталась его остановить, но он и его тени во тьме убили почти всех. Последним рубежом обороны стала спальня вашей младшей сестры Ирины, туда снесли всех раненых гвардейцев. Два десятка тех, что еще держались на ногах, дали залп, который приняли на себя бесплотные тени. И тут в коридоре появилась Ирина, ей было всего восемь, но про нее говорили, что она превзойдет по силе боярина. Она была окутана белым светом. Вот такая, сияющая, она пошла навстречу вашему батюшке. По черным теням с ее рук начали бить белые молнии, а затем она вспыхнула, разом разогнав тьму, и осыпалась белой светящуюся пылью. Все оставшиеся в живых гвардейцы, находившиеся в коридоре, погибли, обратившись пеплом. Ваш батюшка пережил нападение, но, видимо, лишился защиты, один из уцелевших раненых гвардейцев, вывалившийся из комнаты боярышни, выстрелил в него. Пуля угодила точно в лоб, и тьма ничего с ней не смогла поделать, боярин упал замертво. Тут исчезли и недобитые вашей сестрой тени, и сама тьма. В этот момент усадьбу закрыли осадные щиты, и активировалась веда покоя, жизнь замерла. И так было долгих четыре года, пока не появились вы. Снаружи бушевали сражения, приходила и уходила тьма. А здесь был полный покой. Вам на территории усадьбы ничего не угрожает, можно убрать оружие. Но берегитесь, Ваше сиятельство, барон Торбин, один из сильнейших мятежников захвативший Воронград, не раз пытался пробиться сюда, и теперь, когда защита усадьбы ослабла, и он знает, что вы вернулись, обязательно попробует снова.

– Предупреди, как на горизонте появятся его дружинники.

– Слушаюсь, Ваше сиятельство. Мои возможности позволяют наблюдать за всей территорией вокруг поместья, включая Воронград. Так что, как только солдаты барона покинут город, вы об этом узнаете.

Константин кивнул и сосредоточился на своих спутниках, нужно было быстро объяснить им все и приступать к выполнению плана, который уже посыпался. Как, там, говорилось в его мире? До начала сражения каждый план хорош, после первого выстрела плох. Снова у него жесткий цейтнот.

Пока шли к боярским палатам, он пересказал все, что тут случилось четыре года назад.

– Невероятно, – произнес Мал, – впервые слышу о подобном. Надо предупредить Николая Олеговича, боярин Рысев должен знать о случившемся.

– Надо, – согласился Воронцов. – Вот только как? Артефакт связи есть только в городе, а нам туда уже не вернуться. Противник уже извещен о нас, и не пройдет и часу, как мы будем тут окружены. Мы в центре земель барона, и он может поставить под ружье человек пятьсот, и это только те, кто рядом. У него есть артиллерия, ведуны, долго не продержимся.

– Константин Андреевич, – подал голос Горд, – что нам-то теперь делать?

Воронцов задумчиво крутил в руках порсигар. Наконец, достал сигариллу и прикурил.

– Радим, свяжись со своими на леткоре, пусть поднимают «Прекрасную Анну» и перегоняют сюда, нечего ей делать на взлетной площадке. Противник быстро раскопает, кто проник в усадьбу и на чем мы сюда явились. Можем потерять леткор. Затем дай знать наемникам Яромира, пусть будут наготове, если что, ударят в спину дружинникам барона. Понимаю, что их слишком мало, но тут от них толку не будет. Юлия, передай сообщение Тавру, пусть поднимают свои леткоры и двигают сюда. К сожалению, их появление обнаружат быстро, но они оттянут на себя часть врагов. А мы будем быстро делать дело, и сваливать отсюда.

– Быстро не получится, – прокомментировала план Воронцова боярышня. – Если с артефактом проблем не будет – забрать и все, то ритуал потребует от тебя много сил и времени.

Только сейчас Константин понял, что даже не удосужился узнать, сколько времени займет инициация. И проблема ведь не в нем, проблема в круге, Рысев заверил что соберет боярский круг в течение пяти часов, главы родов обещали поторопиться, они и сами рады разделить ношу с новичком.

Перед крыльцом все сбавили шаг, позволив Воронцову идти впереди. Он молча взошел на крыльцо и толкнул огромные двойные двери. Те подались на удивление легко. Приемная зала сильно пострадала – стены черные от копоти, паркет выгорел, частично выломан, куски огромных мраморных колон валяются под ногами, лестница местами разрушена. Запах гари забивает ноздри, к нему примешивается сладковатый запах сгоревшей плоти. Трупов тут хватало – десятки тел, хотя, наверное, гораздо больше. Некоторые выглядят целыми, некоторые обгорели, другие разорваны в клочья. Кровь еще даже не успела свернуться, оно и понятно, веда покоя сохранила все так, словно это случилось не четыре года назад, а десять минут прошло. Технически, для всех выживших действительно прошло всего несколько минут.

– И здесь не прибрано у вас, боярин, – заметила Лада, переступая через обгоревший труп прямо на пороге.

– Лад, давай без сарказма, – попросил Воронцов.

– Извини, – смутившись, ответила артефакторша, – я столько трупов с поселка Авии не видела, нервы.

Константин кивнул и направился к небольшой мраморной тумбе, которая была испещрена сложнейшими цепочками рун. Это было одно из многих мест доступа к охранному артефакту.

– Радим, ты связался с леткором и наемниками?

– Да, ваше сиятельство. Яромир уже поднял своих людей, но город пока что покидать не торопится. Его люди наблюдают за воротами, там пока тихо. Витор уже взлетает. Через полчаса будет здесь.

– Пусть поторопится, а то садиться придется под огнем.

– Выделенные дедом люди уже в курсе, леткоры готовят к взлету, – вставила свои пять копеек Юлия. – Им потребуется семь часов, чтобы добраться сюда.

– Ну что ж, – произнес Воронцов, накладывая руки на сферу артефакта, – значит, нам нужно продержаться здесь примерно до ночи.

Он прикрыл глаза и сосредоточился на связи с артефактом. Опыт у него имелся, хотя тот, что установлен в его доме, был гораздо проще. Это как сравнивать бентли и запорожец, вроде обе машины, но есть разница.

Первым делом Константин посмотрел свой статус. Все было ожидаемо – полный доступ ко всему дому, приоритет отдачи приказов. С момента гибели родичей он автоматически стал главным. Но сейчас было важно найти вход в сокровищницу. Можно прокатить Рысева с инициацией, но артефакт он добыть обязан. Вот выжившие гвардейцы в правом крыле, их было двадцать два, все измазанные в крови, некоторые серьезно покалечены, у кого нет руки, у кого пальцев. Вон тот здоровяк останавливает ведой кровь на обрубке ноги. Другой, что в углу, дернулся и беззвучно уронил голову на грудь. Двадцать один. Интересно, сколько еще умрет без помощи?

– Мал, бери Юлию, и поднимайтесь на второй этаж, правое крыло, второй поворот, там куча раненых гвардейцев. Без помощи большинство из них умрет.

Ведуны кивнули и направились в сторону лестницы, перешагивая через мертвецов и стараясь не вставать в лужи крови.

– Только без фанатизма, – крикнул вслед Воронцов. – Я понимаю, что всех спасти нельзя, помогите только тем, кому возможно помочь. А вы мне скоро понадобитесь бодрые и полные сил, поскольку противник на подходе.

– Я пойду с ними, – неожиданно заявила Лада, – у меня кое-что есть в моем чемоданчике.

– Иди, – разрешил Воронцов. – Хотя, подожди. – Он быстро начал крутить карту поместья. То, что не могли себе позволить обычные люди, для бояр не было чем-то необычным. Вот то, что нужно. – Горд, – позвал он, – бери Ладу, и в левое крыло, там, в конце центрального коридора, обитал лекарь. Он погиб, лежит посреди своего приемного покоя. Но там много разных эликсиров, думаю, они помогут нам поставить людей на ноги.

– Тогда мне лучше сначала туда заглянуть, – произнесла Юлия, которая стояла на нижней ступеньке лестницы. – Меня обучали основам лекарского искусства, и названия каждой склянки я знаю. Я быстрее разберусь.

– Хорошо, – легко согласился Воронцов, – сначала туда. Все, время дорого. Пока мы трепались, еще один гвардеец умер.

Он прекрасно понимал, что если человек умер так быстро, значит, и спасти его не могли никакие чары и эликсиры. Воронцов остался с Радимом и Дроздом.

– Ну и воняет же тут, – неожиданно произнес граф.

– Согласен, – ответил Воронцов, возвращаясь к артефакту, – но придется потерпеть. А теперь не отвлекайте, мне нужно предоставить доступ леткору, который скоро прибудет, а то защита его так шарахнет, что твоя «Прекрасная Анна» уже не будет такой прекрасной, если вообще будет.

Константин, больше ни на кого не обращая внимания, снова погрузился в изучение схемы защиты поместья. Сейчас был активирован пассивный режим обороны. Хранилища энергии, безумно дорогие и емкие, были полны, потрачено за эти годы процентов десять от силы. Константин перевел режим обороны в активный. Любой приблизившийся к усадьбе получит оповещение, что он входит в запретную зону, и если не отвернет, будет атакован. Чего тут только не было – воздух, огонь, земля, вода. По данным артефакта энергии, имеющейся в запаснике, хватит на активную оборону в течение двух суток. И Константин надеялся, что этого будет достаточно. Он уже увидел поднявшийся в воздух леткор Радима и, поставив на нем метку «гости», дал команду разрешить посадку прямо на центральной лужайке. Теперь следовало найти сокровищницу, и вот тут Константина ждал сюрприз – никакого помещения с надписью «здесь все ценное» не нашлось. Вот подвал, где установлен артефактный круг, в котором проводят инициацию, и больше ничего.

– Артефакт, где сокровищница?

– Информация отсутствует. Этой тайной владели только члены рода, и вы должны сами знать, где она. Вся информация по этому вопросу у меня удалена.

– Зашибись, сходил за пенсией, – пробормотал Воронцов. – Артефакт, я потерял память, а мне очень нужно в сокровищницу.

– Данные отсутствуют.

– Бл… – мысленно заорал Воронцов. – Хорошо, – слегка успокоившись, произнес он, – мне нужно знать, куда ходили мои родичи, и никого с собой не брали.

– Только в нижний зал с рунными кругами, где ваш батюшка впустил в себя тьму, – последовал незамедлительный ответ. – Слугам и гвардейцам было запрещено туда заходить под страхом смерти. В остальные помещения усадьбы ограничивался уровнем доступа.

Константин задумался. Если рунный зал единственное место, значит, нужно начинать оттуда.

– Радим, Дрозд, – давайте за мной. И тут его внимание привлек тусклый свет возле опаленного пятна на полу. Нагнувшись, он поднял сферу тьмы. – Зашибись, – произнес он и вернулся к охранному артефакту. – Сколько всего теней удалось убить при нападении?

– Основные потери они понесли от вашей сестры, там погибло девять теней, не считая вашего отца. Еще шесть были уничтожены на территории усадьбы. Вот места их гибели.

Воронцов увидел точки на карте дома, почти все в центре и в левом крыле. Лекарь оказался ведуном, причем со светлыми ведами, он уложил троих. Еще трое погибли здесь, в приемной зале. Константин внимательно огляделся, и тут же нашел две сферы.

Из левого крыла появились Лада с Гордом и Мал с Юлией, которые тащили в руках какие-то чемоданчики, скорее всего с эликсирами. Они кивнули Константину и устремились на второй этаж.

Воронцов же направился в лазарет и быстро поднял в коридоре еще три черных шарика. Надо сказать, они были довольно крупными, а ведь наверняка в сокровищнице рода найдется еще.

– Хорошо быть трофейщиком, – вздохнув, заметил Радим.

– Только очень опасно, – усмехнулся Воронцов, возвращаясь обратно в приемную залу. – Видишь ли, друг мой, сферы можно поднять только там, где есть твари тьмы, а уж они умеют даже самому шустрому указать дорожку в Ирий.

– Тоже верно, Ваше сиятельство, – согласился Радим. – Видал я старых трофейщиков, но их очень мало.

Константин несколько минут прикидывал, как лучше поступить, собрать оставшиеся сферы или все же спуститься сразу в подвал. Решил, что пока он будет искать сокровищницу, добро может пропасть, а значит, нужно сначала сделать дело, которое совсем не может ждать. Перепрыгнув метровый провал на лестнице, Воронцов поднялся на второй этаж, свернул направо в разрушенный центральный коридор. Света тут хватало, трупы защитников и слуг, выбитые окна, обгоревшие закопченные стены, обуглившиеся в рамах картины. Некоторые защитники были убиты тьмой, знакомая паутина черноты, расползающаяся под кожей. Интересно только, они смогут встать, как было в том поселке, или это другое колдовство, и оно именно убавало, а не превращало. Но пока вроде никто не собирался подниматься и бежать убивать живых.

Константин заметил сферу и поднял ее, затем увидел сразу две. Правда, была одна странность. После того, как Аиша в поселке Авии взорвала себя, были уничтожены не только трупы тварей, но и сферы не образовались, хотя, может быть, тут все вышло иначе, ну да плевать. Константин остановился над трупом мужчины в дорогом кафтане в цветах рода, на лбу дырка от пули, по вздыбленному паркету растеклась кровавая лужа.

– Твой отец? – утвердительно спросил Радим, подходя ближе. – Похожи.

Да, Константин – попаданец из другого мира, не мог не признать, что они, действительно, похожи. Оба высокие, крепкие, нос и скулы, подбородок. Правда, вот что интересно, лежащий человек совершенно не походил на его настоящего отца. Воронцов нагнулся и закрыл покойнику глаза, поднял довольно крупную сферу, лежащую под рукой, и быстро собрал оставшиеся. Интересно, а похожа ли его мать на ту, что жила на Земле. Воронцов уже хотел развернуться и идти в рунный зал, но вспомнил о гвардейцах. Он мысленно коснулся артефакта и за три секунды выяснил, кто из выживших имеет самый высокий статус. Константин прошелся по остаткам баррикады, которую защитники впопыхах возвели из мебели, и вошел в комнату. Приемная зала была забита ранеными, между которыми ходили Мал, Юлия и Лада. Горд стоял, прислонившись к стене и приглядывал, чтобы чего плохого не случилось.

– Ваше сиятельство, – выдохнул один из них с золотым шнуром сотника, – вы вернулись. Да здравствует боярин Константин Андреевич!

И те, кто были в сознании, подхватили этот крик.

– Да, Тихомир, я вернулся, – улыбнулся Воронцов.

Он прошел вперед и присел возле раненого сотника. Зацепило того серьезно. Черный мундир был пропитан кровью, большая рваная рана с правой стороны груди. Наверное, он бы истек кровью, но кто-то, а может, и сам, наложил веду. Перевязать его еще не успели, поэтому Константин видел в ней сокрушенные ребра.

– Жить будет, – заверил его Мал, переходя к его соседу, который лежал на полу без сознания, вместо левой кисти культя, замотанная окровавленной тряпкой. – Этот тоже, – вливая в рот раненому флакон очередного эликсира алого цвета, – даже руку за пару недель отрастим. Если, конечно, выберемся.

– Простите нас, Ваше сиятельство, но одержимый, который получился из Андрея Александровича, был очень силен. Боярин и так был одним из могучих ведунов Роси, а с тьмой он стал непобедим. Простите, что не сберегли вашу сестру.

– Не виню. Вы сделали, что могли. А теперь отдыхайте, и не вздумайте умирать, вы мне еще понадобитесь.

Лицо сотника расслабилось, он с облегчением прикрыл глаза.

– Мы искупим, Ваше сиятельство, – прошептал он.

– Искупите, – согласился Константин, – я верю в это. – И поднявшись, он окинул взглядом раненых, их осталось двадцать. – Нет вашей вины, воины, – громко произнес он, чтобы все слышали. – Вы сделали все, что могли. А теперь выздоравливайте. Мои люди сделают, что могут. Мне нужны верные, преданные роду бойцы. А мне пора, очень много дел предстоит.

И Константин вышел в коридор, сопровождаемый кличем:

– Слава боярину Константину!

Воронцов спустился на первый этаж и обнаружил там людей, с десяток мужчин в камзолах дома стаскивали трупы погибших в одно место, укладывая их вдоль дальней стены. Увидев спускающегося по лестнице боярина, они дружно рухнули на колени, склонив головы.

– Ваше сиятельство, – не поднимая глаз, произнес тот, что выглядел постарше остальных, на вид ему было лет пятьдесят, – мы верны роду Воронцовых и вам.

– Встаньте, – приказал Константин. – Соберите вещи и оружие, мы скоро покинем усадьбу. Сейчас я не смогу ни защитить ее, ни удержать. Так что, оставьте трупы, мы обязательно вернемся, а сейчас займитесь сборами.

– Слушаюсь, Ваше сиятельство, – поднимаясь и кланяясь, произнес мужчина.

В этот момент пришло сообщение от артефакта, что леткор «Прекрасная Анна» снижается и через несколько минут сядет на лужайку перед усадьбой, а в Воронграде формируется отряд дружинников в три сотни человек.