Текст книги ""Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Кирилл Шарапов

– Было пару инцидентов, кто-то очень хотел, чтобы мы разорились. Нашли лихих людей не из города, чтобы спалить производства. Но наемники, которых Базыр и Ставр наняли для охраны, быстро объяснили тем, что они не правы и не на тех прыгнули, человек семь положили, остальные сбежали. Больше никто не лез. От города проблем никаких, советники заинтересованы в отсутствии проблем. Вы поступили очень разумно, договорившись с ними. Больше ничего. Торговый дом показывает бурный рост, Ставр пребывает под сильным впечатлением, тут никто так дела не ведет. За время вашего отсутствия счет увеличился почти на семь тысяч золотом. И это при том, что нам не хватает мощностей производств, чтобы насытить рынок, как говорит Лада. Сейчас помощники, которых нанял Прохор Весемирович, занимаются организацией сразу двух направлений. Первое – уличная еда, второе… Как вы это называете? Тактическая одежда? Вир, тот кожевенник, который уже выправил патент на подмышечную кобуру, попросился к нам под крыло и сейчас занимается организацией большого цеха по пошиву. Так же он подбирает людей для разработки образцов одежды, обуви и остального снаряжения. От вашей разгрузки он пришел в восторг и уже изготовил несколько образцов. Вчера продемонстрировал, но если честно, мне было не до этого. Вроде неплохо вышло, но нужно внимательно смотреть, и желательно вам, Ваше сиятельство…

– Гляну, но завтра, сегодня отдыхать, только лабораторию осмотрю. И вообще, готовься к большому путешествию на восток. Нам предстоит проникнуть в мое родовое гнездо. Но об этом никому, все обсудим дома.

– Ого, – только и сказал Горд. – Информация, – он бросил взгляд на сидящую рядом с боярином Юлию, которая слушала внимательно, но в разговор не влезала, – которую по тем местам просили собрать, только начала поступать. Ничего ценного, так, местные политические расклады – кто с кем воюет, кто где правит, сколько людей, какая подготовка. И то пока только по нескольких небольшим городкам на окраинах. По центральной части бывшей вотчины никаких данных.

– Все равно полезно. Молодец.

– Ваша светлость, дозвольте спросить?

– Валяй, хотя я догадываюсь, какой вопрос.

– Дрозда я видел на трапе, – продолжил наемник, – а Сава где?

– Погиб Сава, – спокойно ответил Воронцов. – Мы нарвались на тварей, черного ведуна и жнеца, вот он его и убил. Ну, а я свалил эту тварь. Кстати, очень неплохо заработали на его почти целой тушке.

– Да мы уж видели, как счет в один день вырос больше, чем на пятьдесят тысяч. Вы, Ваше сиятельство, великий человек. – Последние слова он произнес с восхищением, но без какого-либо подобострастия, которое Константин часто видел в вотчине Рысевых. – Как же вам это удалось-то? Ведь считается, что они почти непобедимы.

– Потом расскажу. Подъезжаем.

Закончились складские ангары, стоящие вдоль дороги к городу, и показались стены Тверда. Ворота по ночному времени были закрыты, все вокруг ярко освещено мертвенно-бледным сиянием стационарных светцов. Их заметили, и тут же пулеметный ствол из УОТа (укрепленной огневой точки, так местные именуют ДОТы), навелся на машину.

– Не дергаемся, – приказал Воронцов, – никаких вед.

– Правильно, Ваше сиятельство, – согласился Подземник. – Машину нашу тут знают, я часто мотаюсь на производства, которые располагаются в складской зоне, пропуск на нее есть, так что, сейчас проверят и пропустят. Правда, личную проверку заставят пройти всех. Готовьте личинные грамоты.

Стоило остановиться, как из каменного сооружения с узкими щелями бойниц выбрался ведун в сопровождении местных дружинников в количестве пяти морд. Проверка надолго не затянулась, всех проверили на одержимость тьмой, изучили документы и, подав сигнал по мыслегласу, убрались обратно в свое укрепление. Через минуту створка ворот распахнулась, и машину пропустили в Тверд. Паром еще ходил, правда, реже, раз в час, его движение прекращалось только в полночь, до которой еще оставалось прилично времени. Так что, никаких проблем с пересечением реки не возникло.

Константин стоял, курил у борта, ветер с реки пах рыбой. Что ж, вот он и дома. Хотя совершенно неясно, где он, дом-то? По идее, это просто его база, он выбрал ее из-за местоположения. Да, у него вроде как есть дом, тут, в городе. Но вот статусу боярина он не соответствует. Насмотрелся он на усадьбу Рысевых, меньше всего ему хотелось прослыть чудаком в кругу, к которому он теперь принадлежал. С другой стороны, а не наплевать ли ему, человеку другого мира, на мнение этих людей? Это их быт, их культура, не его…

Юлия подошла почти неслышно и, обняв его за пояс, прижалась к нему всем телом.

– О чем задумались, боярин? – шепотом, чтобы никто больше не услышал, спросила она.

– О доме, – вполне честно ответил Константин. – Где он и что из себя представляет? – Он тоже понизил голос. – Я ведь чужой в этом мире, мне вполне достаточно этого особняка на Купеческой, в центре Тверда. Но теперь я глава боярского рода, и по идее должен соответствовать, теперь у меня есть ты, потом появятся наследники, где-то на востоке у меня есть усадьба и богатые земли.

– Но тебе они не нужны, – так же тихо заметила Юлия. – Для тебя вся эта мишура ничего не значит.

– Верно, – подтвердил Константин. – Вот теперь я и думаю, что такое дом, где он должен быть?

– Поживем, увидим, – неожиданно просто заявила девушка. – Сейчас не до этого. Мой дом там, где ты. Скоро война, и наверное, наш дом будет в походной палатке или на откидной полке грузовика. А потом будем думать.

– Наверное, ты права, – согласился Воронцов, – и сейчас это абсолютно не важно.

– Ваше сиятельство, а мне кажется, или ты о Ладе совсем не беспокоишься? – сменила тему боярышня.

– Не кажется, – качнул головой Воронцов и, швырнув окурок в реку, развернувшись, посмотрел в темно-синие глаза Юлии. – Не знаю, почему, но я думаю, что с ней все в порядке. Словно она, никому ничего не сказав, отправилась в гости, – повторил он вслух свои мысли. – Нагуляется и придет. Сказала – три дня, значит, три дня, доверимся ей. Но, если с ней и вправду случилась беда, вот тогда это плохо, и черт с ним, с Торговым домом, но впереди война, и враг превосходит нас, причем превосходит по всем статьям, и если мы не сократим этот разрыв за счет технического превосходства, нам не выстоять. Люди умудряются за три дня тьмы терять поселки, что же будет, если тьма вокруг надолго, и никуда не уйдет, над каждой парой квадратных километров солнце Сварога не повесить. Так что, да, пока я не волнуюсь, но вот если … – он не закончил фразу и посмотрел на приближающийся ярко-освещенный берег. – Пошли в машину, – быстро поцеловав невесту в губы, предложил он, – через пару минут причалим.

Через пять минут «Росск» уже несся по ночным улицам к особняку на Купеческой, месту, которое сейчас было домом Воронцова.

Обогнув дом и выставочный зал, машина остановилась у ворот, которые почти сразу распахнулись. Один из наемников с карабином на плече запустил их во внутренний двор и снова запер ворота, восстанавливая действие охранных вед.

Мал, который почти все время молчал, выбрался из автомобиля и окинул небольшой особняк цепким взглядом.

– Небогато живете, боярин, – заметил он очень тихо, так, чтобы никто не услышал, но Горд, который как раз выбрался из-за руля, как раз все услышал очень хорошо.

– А ты кто такой, – завелся он почти мгновенно, – чтобы так с боярином разговаривать?

Константин только хмыкнул на это. Понятное дело, что Горд не знал, кто такой Мал на самом деле, представили его, как боевого ведуна и гвардейца Рысевых, а о том, что он байстрюк боярина, доверенное лицо и фактически главный специалист по борьбе с любыми врагами рода, Подземнику не сообщили. И вот сейчас Горд мог нарваться на серьезную оплеуху. Да, накопилось у наемника, он себя два дня с момента пропажи Лады накручивал, и теперь это требовало выхода, и чтобы вспыхнуть, ему хватило одной фразочки.

Мал, казалось бы, тоже все понял правильно.

– Прошу прощения, Ваше сиятельство, – обратился он к Константину. – Я не хотел задеть вас.

– Я понимаю, Мал, – отмахнулся Воронцов. – Да, не богато, но пока тут, сам знаешь что, мои земли далеко отсюда, и сейчас нет никакой возможности вернуть их. Ладно, пойдемте есть. Странно, вроде и перекусили на леткоре, а все равно кушать хочется, да и спать надо лечь пораньше, чувствую, завтра будет суматошный день. Горд, надеюсь, Вара приготовила ужин.

– Конечно, Ваше сиятельство, – успокоившись, доложил Подземник. – Начала готовить сразу, как из совета сообщили, что ваш леткор на подлете. Так что, вас и ваших гостей ждет богатый стол.

– Спасибо, Горд, – улыбнулся Константин, – но сначала мы осмотрим лабораторию. Нужно понять, что там произошло. – И Воронцов прошел в дом через черный ход.

– Ну, вот я и дома, – переступив порог, неожиданно произнесла Юлия.

Воронцов обернулся и посмотрел на девушку.

– Верно, любимая. Где мы с тобой счастливы, там и дом.

Глава пятнадцатая

Дверь в лабораторию, повинуясь приказу хозяина дома, открылась почти мгновенно. Константин перешагнул порог и внимательно осмотрелся, никаких следов борьбы, два магических светильника, не слишком ярко, горят над верстаком, на котором лежит какой-то цилиндр, напоминающий банку с тушенкой, рядом бумаги, исписанные довольно красивым каллиграфическим почерком Лады, «Монарх» артефакторши, инструменты. Мебель на своих местах, станки отключены, только дверь сейфа открыта, ничего запредельного. Железный шкаф с примитивным кодовым замком, но поскольку местные понятия о таких не имели, то это было вполне надежной защитой.

Воронцов прошел к рабочему столу артефакторши и заглянул внутрь сейфа, тут Лада хранила самое ценное – артефакты, материалы и записи по разработкам. Вроде все в порядке, никто не рылся. Хотя, кое-чего не хватало – записная книжка, которую он притащил из Беловодья на месте, а вот кубика, прихваченного там же и который всегда лежал на ней, не было. Вывод? А вывод прост – Славы приходили за своим имуществом. Они нашли комнату, где хранилось украденное Воронцовым, и обнаружили там Ладу. Как они прошли через защиту, которая даже не засекла гостей, сейчас не важно, гости сильно превосходят людей в возможностях, один этот кубик управлением пространством и, скорее всего, временем, чего стоит. Константин еще раз огляделся, следов взлома нет, следов обыска тоже, значит, Калинина сама отдала им артефакт. Разумно, не ей с ними тягаться, дальше… «Думай башка, шапку куплю», – Воронцов уселся в кресло на колесиках и медленно покрутился, изучая обстановку еще раз. Она записывает послание, что уходит на три дня, не поднимает тревогу, хотя ничто не мешало ей это сделать. Сообщение он уже прослушал, чуть взволновано, но это не страх, это предвкушение. Вывод – она ушла добровольно, заключив с незваными гостями сделку. Какую? Да тут вообще не надо быть гением или Шерлоком Холмсом. Что может понадобится любопытной, сильной артефакторше от пришедших к ней в лабораторию Славов? Знания. Она вернула им куб и как-то уговорила поделиться информацией. Что ж, если он правильно воссоздал картину произошедшего, ей действительно ничего не угрожает. И если она не вернется к назначенному сроку, он примерно знает, где искать, ведь тот дом в Беловодье он запомнил хорошо.

– Пойдемте, – выходя за порог мастерской и закрывая дверь, сказал Константин. – Срок, указанный в сообщении, не истек, так что, ждем. Одно могу сказать – она ушла по доброй воле, никто ее насильно никуда не тянул. И если что, я примерно представляю, где ее искать.

– Где? – выдохнул Горд с нетерпением. Скажи Воронцов, куда ее увели, и бывший наемник потребует немедленно отправляться за ней.

– Завтра, – покачал головой Константин. – Успокойся, Подземник, я не думаю, что ей что-то угрожает. Прояви терпение.

– Хорошо, Ваше сиятельство, но если она не вернется завтра, мы пойдем за ней.

– Конечно, Горд. А теперь нужно умыться с дороги, и перекусить не помешает.

На рассвете Воронцова разбудил громкий стук в дверь спальни, барабанили от души. Сунув руку под подушку, Константин извлек из-под нее револьвер и взвел курок. Стук мгновенно прекратился, видимо с другой стороны отчетливо расслышали щелчок. Юлия тоже проснулась, браслет ведуна на ее левом запястье слегка светился, а по пальцам забегали голубовато-белые яркие искры, скорее всего ведунья активировала молнию, не огнем же фигачить.

– Ваше сиятельство, Константин Андреевич, простите, что разбудил, – раздался из-за двери взволнованный голос Горда, – Лада вернулась. Сейчас подметает все, что от ужина осталось.

Константин глянул за окно, заря уже вступила в свои права, большие напольные часы показывали семь утра.

– Скоро будем. Буди, Вару, пусть завтрак готовит.

– Уже, Ваше сиятельство, – ответил Подземник, и в коридоре раздались торопливые шаги.

– Я первая умываться, – заспанным голосом заявила Юлия, рассеяв искры на пальцах, и прямо, как была голышом, поспешила в ванную.

– А ты точно боярышня? – весело поинтересовался у нее Воронцов.

– Точно, – заверила его Рысева. – Просто тебя я вообще не стесняюсь.

– Ну и хорошо, – в полголоса заметил Константин и направился к шкафу.

Через десять минут они переступили порог столовой. Мал был уже тут, полностью одетый и вооруженный. Лада сидела на своем привычном месте и крутила в руках горячую чашку с кофе. Горд нервно вышагивал от стены к стене.

– Рада видеть вас, Ваше сиятельство, – шутливо отсалютовала она Воронцову. – И вас, боярышня.

Мал удивленно хлопнул глазами, не привык он, чтобы людям с подобным положение обращались столько фамильярно.

– Здравствуй, Лада, – улыбнулся Воронцов. – Рад, что с тобой все в порядке.

Юлия, вполне радушно кивнув на приветствие Калининой, уселась напротив нее.

– Мал, иди, погуляй, тут сейчас будет частный разговор, – попросил Константин, но интонация была такая, что ослушаться ведун не смел. Да и был он человеком времени. Старший по положению сказал выйти, значит, этот приказ нужно выполнить немедля, и не задавая лишних вопросов.

Ведун поднялся и, бросив прощальный взгляд на Ладу, вышел в коридор, плотно прикрыв за собой дверь.

Воронцов на всякий случай запустил веду поиска и, убедившись, что Мал отправился в выделенные ему апартаменты, а не торчит в коридоре, посмотрел на объявившуюся подругу. Выглядела она уставшей, словно последние недели плотно работала, причем фактически без сна, круги под глазами, несколько отчетливым морщин, отросшие волосы, бледное, похудевшее лицо, да и глаза ее выдавали, тяжело ей дались эти три дня.

– Горд, – Воронцов бросил взгляд на бывшего наемника, который так и вышагивал по столовой, – сядь, отвлекаешь мельтешением.

Подземник замер, словно, его вырвали из глубоких размышлений, рассеяно хлопнул глазами, после чего уселся рядом с Калининой.

– Ну а теперь, – посмотрев на артефакторшу, весело произнес Константин, – расскажи, Снегурочка, где была? Расскажи-ка, милая, как дела? – все это он пропел тонким голосом.

Горд и Юлия уставились на него широко распахнутыми глазами. Лада же поперхнулась кофе.

– За тобою бегала, Дед Мороз, пролила немало я горьких слез, – прокашлявшись, пропела она, стараясь изобразить бас, после чего Воронцов и Калинина в голос заржали.

Юлия улыбнулась. Горд, уже привыкший к выходкам инопланетников, просто воздел глаза к потолку, словно спрашивая у богов – ну и за что мне все это?

– А теперь серьезно, – порадовавшись, что обстановка слегка разрядилась, произнес Константин. – Выкладывайте, Лада Захаровна, что же тут случилось, и начнем с дела прошлого, что от тебя хотел барон Киран?

– Ты прав, дело прошлое, и касалось оно Лады, той, что жила здесь до меня. Если я все правильно поняла, поскольку он больше орал и брызгал слюнями, она была воровской и аферисткой, и тиснула у него какую-то фамильную диадему, ценой тысяч в десять золотом. Не знаю, что пошло не так, но то ли ее ранили, то ли загнали в болото, где она и сгинула. Во всяком случае, барон так думал, и вероятнее всего, был прав, поскольку я появилась тут. Ну, а он, когда меня встретил, решил, что я выжила, и захотел вернуть свою реликвию, или хотя бы деньги за нее. Тут ворвался Тал и перерезал ему глотку.

– Так, с этим все понятно, – подвел итог Воронцов, – дело прошлое, проехали. – Он бросил взгляд на Горда, который слушал очень внимательно, и был немного обижен, что Лада ему ничего не рассказала. И он, похоже, решил в этом покопаться.

– Почему ты мне ничего не сказала? – спросил он.

– Не знаю, – вполне честно ответила Калинина. – Тогда, когда ты в первый раз спросил, вокруг было много народу. Потом ты вроде не возвращался к этому вопросу, ну я и не стала напоминать.

Горд улыбнулся, это объяснение его вполне устроило. Он пересел на соседний с Ладой стул и взял ее за руку. Та улыбнулась ему в ответ, но Воронцов почувствовал, что это не вся правда. Почему-то артефакторше было стыдно за прошлое своего дубля. Ну да это его не касалось, больше его беспокоило повторение, поскольку тут могли быть совершенно разные мотивы – от конкуренции до происков Братины. Хотя и прошлое может еще не раз настигнуть. Но все же это, пожалуй, меньшая из проблем, с ней можно разобраться по ходу пьесы.

– Ладно, – после паузы, произнес Воронцов, – эту тему мы закрыли, случилось и случилось. Теперь давай поговорим о твоем путешествии. Как там Беловодье?

Горд и Юлия, не веря, уставились на него. Для них ведь Беловодье – сказка, хотя оба его видели, но сложить факты не сумели.

Лада иронично приподняла бровь.

– Как догадался?

– Я же бывший детектив, – прикуривая, заметил Константин. – Осмотрел твою мастерскую, не обнаружил куба, проанализировал послание. Следов борьбы не было, значит, ушла сама. А куда ты могла уйти с кубиком? Только туда.

– Браво, Константин Андреевич, все верно. Хотя тут мог быть иной вариант – я разобралась в устройстве артефакта, прошла в карман и там застряла, – сходу предложила Лада.

– Не подумал о таком, – согласился Воронцов. – Но сомнительно, что ты тогда бы указала точный срок, насколько собираешься уйти, скорее бы, ты записала совсем другое сообщение. Так что на самом деле произошло?

– За кубом пришел тот, у кого ты его спер. Дабр – волхв, разменявший почти четыре сотни лет, придворный артефактор князя Славов Аска. Ты знал, чью мастерскую обчистить. Он просил передать, что не сердится на тебя, и больше никакого преследования, он просто пришел вернуть куб. И хорошо, что я не начала с ним экспериментировать, последствия могли быть страшные. Мы поторговались, и он согласился кое-чему меня научить. Это было очень тяжелое обучение, но теперь я лучше понимаю явь и артефакторику. То, что я узнала там, не знает ни один человек здесь.

– Дорого дались тебе эти три дня, – произнес Горд, слегка сжав пальцы Калининой.

Та повернула к нему лицо и выдала вымученную усталую улыбку.

– Это для тебя, милый, три дня, для меня прошел год, даже чуть больше – год и месяц. Я жила в специальном помещении с замедленным временем, очень удобно, когда требуется заниматься делом, не отвлекаясь ни на что. Я очень скучала, – она притянула к себе опешившего Горда и поцеловала его. – Иногда только мысли о тебе не давали мне сорваться и потребовать вернуть меня обратно.

Да уж, Подземник был ошарашен свалившейся на него информацией, он только глазами хлопал, не зная, что сказать.

Юлия смотрела на Ладу с восхищением. Действительно, не каждый день встретишь человека, который обучался в Беловодье у волхва Славов. Это шанс на миллион, и Калинина рискнула и использовала его на все сто.

– Дабр – жесткий учитель, – продолжила меж тем Лада. – Он не давал мне продыху. Я спала часа по три, максимум четыре в сутки, иногда не спала вообще, и все время училась – читала, писала, вырезала, чертила, считала. И да, Костя, мне больше не нужно изучать язык Славов, я его знаю в совершенстве. Это первое, чему меня научил волхв. Раз в неделю я ходила с ведунами на четвертый план во тьму, за сферами. Славы охотятся именно там. А теперь, Константин Андреевич, я надеюсь, Вара уже проснулась, и завтрак готов, поскольку я умираю от голода. Этой чашки кофе, что приволок мне мой возлюбленный, мне мало. Сейчас поем и пойду спать, прихватив Горда, я по нему очень соскучилась. И если какая-то зараза заикнется, что нужно куда-то бежать и что-то делать, я пошлю его на хрен.

Воронцов при этой фразе заржал в голос. Понятно, кому было адресовано это предупреждение. Потом взял мыслеглас со стола и отдал служанкам приказ, тащить завтрак.

– У тебя ровно сутки, – усмехнулся он. – А потом мы загрузимся в леткор и отправимся отбивать мои родовые земли. Это, если, конечно, после твоего обучения ты не передумала мне помогать.

– Не передумала, – покачала головой Калинина. – От твоего успеха или неудачи зависит судьба яви, как бы это пафосно не звучало. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы мы победили, правда, пока не представляю, как. Но об этом я буду думать позже. Сейчас я слишком устала и хочу есть.

В этот момент дверь распахнулась, и Христа с Витой вошли в столовую, подняли лифт с сервировочным столиком и начали сгружать на стол завтрак, с небольшой опаской косясь на Ладу. Оно и понятно, та исчезла на три дня из запертого помещения и вернулась туда же, не потревожив ни охранный артефакт, ни стражу.

Присутствующие, пока они сервировали стол, молчали. Появился Мал, так же молча уселся на свободное место. Только Горд очень тихо произнес:

– Ты мне потом все расскажешь?

Лада улыбнулась.

– Конечно, милый, все, что смогу рассказать.

Служанки закончили, поклонились Константину и покинули столовую, плотно закрыв дверь. Собравшиеся накинулись на еду, словно не ели, как минимум, сутки.

Лада какое-то время с улыбкой наблюдала за Юлией, потом светским тоном произнесла:

– Рада тебя видеть, боярышня, скажем так, воплоти. Когда Константин сообщил, что у вас все вышло, и ты обрела тело, и он договорился с твоей родней, я была счастлива за вас. А это, я так понимаю, сторожевой пес, которого к тебе приставил батюшка или сам боярин?

– Попридержи язык, женщина, – холодно произнес Мал, похоже, он был в шоке от манер Лады. Ну да, ведь по положению он был гораздо выше и не привык ни к таким словам, ни к такой манере поведения.

Юлия на это рассмеялась.

– Спасибо, Лада, я тоже рада твоему благополучному возвращению. И да, ты права, это мой телохранитель Мал, приставлен дедом на время нашего нового путешествия. – Потом она посмотрела на ведуна. – А ты, Мал, будь посдержанней. Здесь не вотчина, здесь свои порядки. Тем более в этом доме. Ты привыкнешь.

Ведун сверкнул глазами, но ничего не сказал, просто принялся сооружать себе очередной бутерброд.

– Значит, завтра на рассвете летим на восток? – подал голос Горд, разряжая обстановку.

– Да, – ответил Воронцов. – И от этого путешествия будет зависеть очень многое. Приходится спешить, что, конечно, плохо но другого выхода нет. Радим сегодня готовится к полету, а завтра на рассвете стартуем.

– Ну, тогда нам пора, – поднимаясь, произнесла Калинина. – Времени мало, а мне нужно сказать Горду очень многое.

Мал с возмущением стрельнул в нее глазами, очередное пренебрежение этикетом разозлило его, но он смолчал.

Подземник поднялся и, кивнув оставшимся, направился следом за Ладой.

В дверях артефакторша обернулась и посмотрела на Воронцова.

– Костя, твоя авантюра с кубом дала мне то, о чем я и мечтать не могла. Теперь я, пожалуй, самый сильный артефактор яви. Спасибо тебе, за этот шанс.

Дверь за ними закрылась, и Мал осуждающе уставился на Воронцова.

– Боярин, – наконец, не выдержал он, – почему вы позволяете смердам так с собой разговаривать? Они ведут себя в вашем доме, как хозяева.

Юлия уже хотела что-то ответить, хотя, скорее всего, просто приказать ведуну заткнуться, но Воронцов покачал головой.

– Мал, – обратился он к гвардейцу, – эти люди – мои друзья. Они не слуги, не смерды и холопы, они такие же хозяева в этом доме. Снаружи этих стен мы не равны по положению, но здесь мы можем быть равными. Не обращай внимания на их поведение, для меня пренебрежение Ладой титулами и вежливыми обращениями ничего не значит. Так что, не нужно каждый раз испепелять ее взглядом. Меня все устраивает, нет никакого урона чести. Не нужно создавать проблем на пустом месте. Мы поняли друг друга?

– Да, Ваше сиятельство, – озадаченный отповедью, произнес ведун. – Я постараюсь.

– Вот и хорошо. А теперь давайте заканчивать завтрак, времени мало, а дел много, во всяком случае, у меня. Я отсутствовал почти месяц, нужно встретиться с управляющим, просмотреть бумаги по Торговому дому, с Виром переговорить. Они вроде с Подземником разработали кое-какие образцы по моим идеям, так что, нужно их оценить. Это даже хорошо, что Горд всех пораньше разбудил.

Но все же Константин сначала доел завтрак, затем выкурил трубку у камина, после чего они с Юлией поднялись в кабинет, в который вызвали управляющего.

Прохор Весемирович явился с толстенным портфелем подмышкой, вид у него был уставший, видимо, работы прилично.

– Ваше сиятельство, – поклонился он, скосив глаза на боярышню, которая уселась у камина чуть в стороне и читала утреннюю газету. О присутствии посторонней во время доклада он даже не заикнулся. Если боярин считает, что это нормально, значит, и ему не стоит лезть со своими замечаниями.

– Итак, Прохор Весирович, как наши дела? – сходу переходя к делу, спросил Воронцов.

– Прекрасно, Ваше сиятельство, – расплылся в улыбке управляющий, – просто прекрасно. То, что вы рассказали мне с Ладой Захаровной о ведении дел, очень помогает, прибыль растет. Производства, штампующие простейшие бытовые устройства, развиваются. Но вот с артефактными устройствами все не так просто… – Он виновато развел руками. – То, что делает Лада Захаровна за день, требует упорного труда ведуна, артефактора и минимум три дня. Так что, ни о каких больших объемах говорить не приходится, скорее, сейчас идет штучная сборка под заказ. Но эта продукция интересна покупателям, и сейчас мы ищем возможности нарастить производство. Гораздо лучше дело обстоит с проектом уличная еда. Это очень заинтересовало всех лавочников, кто занимается продажей продуктов. Имея пример ваших бытовых приборов, у меня очередь из двух десятков жертвователей, которые хотят начать дело совместно с Торговым домом Воронцова.

– Вот и пускай начинают, – согласился Константин. – Мы предоставляем идею, они все остальное, дальше только отчисление доли, нижняя планка – не меньше десяти. Что там с нашим новым направлением тактической одежды?

– Шьют новые образцы. Ткачи и кожевенники в восторге. Вы с Ладой Захаровной за эти несколько месяцев принесли столько свежих и простых идей, что мы не успеваем их, так сказать, переваривать. Все требует вложений, но недостатков в источниках финансирования нет.

– Проблемы?

– Никаких, Ваше сиятельство, – покачал головой управляющий, – все, что есть, все можно решить без вашего вмешательства. Разве что, мне не дает покоя похищение моей непосредственной хозяйки. Нам так и не удалось выяснить его причину.

– Пусть вас это не беспокоит. Думаю, с этого направления нам больше ничего не угрожает, к нашему делу это не имеет никакого отношения. Это были личные претензии барона к Ладе, и с его смертью они снялись. Но это, не значит, что не угрожает и с других, так что, внимательно проверяйте всех, кто хочет с нами работать.

В дверь кабинета требовательно постучали. Воронцов бросил взгляд на тут же напрягшуюся Юлию и увидел мгновенно появившиеся искры на ее пальцах.

– Войдите, – разрешил он, не забыв активировать призыв тени. Прохор, следуя знаку боярина, отступил в сторону, дабы не закрывать обзор.

Мал вошел решительно, вид у него был обеспокоенным, видимо, ситуация, которая привела его сюда, хотя Воронцов просил не отвлекать их, была и впрямь серьезная.

– Ваше сиятельство, – голос его был строгим и деловым, – там внизу человек, он просит встречу с вами. И требует немедленно.

– И с чего бы мне все бросать и идти к нему на встречу? – поинтересовался Константин.

– Он сказал, что у него послание от тех, кто держит в руках вашу жизнь.

– Ух ты, – удивился Воронцов, расцветая в улыбке. – Не знал, что боги пользуются услугами обычных людей, чтобы передать мне сообщение.

Юлия звонко рассмеялась, эта шутка рассеяла напряженную атмосферу.

Мал тоже улыбнулся, похоже, он начал привыкать к подобному поведения боярина.

– Сейчас я спущусь, – наконец, прекратив улыбаться и поднимаясь из-за стола, заявил Константин. – Пойдем, милая, прикроешь щитами на всякий случай. И ты, Мал, держись настороже, думаю, к нам явился переговорщик из Братины теней. И я даже предполагаю зачем.

Он решительно вышел в коридор и спустился на первый этаж. В гостевой зале стоял неприметный мужчина среднего роста в сером простецком сюртуке, лицо непримечательное, скользнешь взглядом и почти сразу забудешь.

Два наемника не сводили настороженных взглядов с гостя, но оружие пока оставалось в кобурах. Константин на это только улыбнулся. Незнакомец был спокоен и уверен в себе, и если он захочет, эта парочка даже не успеет дотянуться до рукоятей револьверов.

Заметив спускающегося по лестнице Константина, гость сделал два шага вперед.

– Говори, – потребовал Воронцов.

– Ваше сиятельство, – отвесив издевательский поклон, произнес браток, – у меня сообщение для вас от Братины теней. Несмотря на то, что вы убили семерых наших – двоих в этом доме, пятерых в другом – Братина отказывается от мести вам и вашим близким, заказ на вас расторгнут. Больше Братина не возьмется за любое дело, связанное с вами. Имеете ли вы что-то сказать?

– Нет. Иди, и передай тем, кто тебя послал, я услышал.

Мужчина в сером простецком сюртуке кивнул и, развернувшись на каблуках, покинул дом.

Охранники нервно переглянулись и расслабились, один ушел в крохотную коморку, где он дремал, пока напарник сторожил, второй занял диванчик у стены.

Мал выдохнул и пасом развеял какую-то веду, скорее всего, щит. Юлия же, как ни странно, была абсолютно спокойна. Оно и правильно, Братина – это организация убийц, она не присылает парламентеров, она бьет из-за угла. Но все же боярышня демонстративно подняла правую руку ко рту и задула язычки пламени на кончиках пальцев.

– У тебя успех за успехом, – заметила она. – Вольцы отказались от охоты на тебя, теперь Братина сдала назад. Мне кажется, с ними провели разъяснительную беседу. Как думаешь, кто?

– Есть несколько вариантов, – разворачиваясь и поднимаясь обратно в кабинет, ответил Константин. – Возможно, это был Орислав. Думаю, он достаточно авторитетен, чтобы ставить условия Братине.