Текст книги ""Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Кирилл Шарапов

Глава 12. Идём на восток

На сборы ушли две недели. Трофеи с базы зэков оказались впечатляющими. Откуда у заштатной банды столько добра, неясно, да и Анклав оброс жирком. Самым сложным оказалось отобрать то, что взять с собой в дорогу, а что отправить на планету, где закрепились беженцы с Земли2. Ворота, как и говорил Вилен, больше не открылись, поэтому пять кило золота так и остались кусками металла.

Освобождённые пленники частью примкнули к Анклаву, частью ушли, получив оружие, снаряжение и провизию. В Анклаве никого не неволили, каждый сам выбирал свою дорогу. Но половина пленников осталась с Сергеем и его людьми, и вот теперь уходила на восток в далёкое путешествие. Им предстояло пройти по мертвому и уже такому живому миру три тысячи километров, и достичь центра новой цивилизации. Они уходили, оставив пустые дома, сауну, колодец и могилу Захара. После гибели лидера его группа окончательно влилась в Анклав на правах полноправных членов под командованием Рыбака.

Вилен и Сергей стояли рядом с машинами, те были уже заведены и тихонько урчали на холостых оборотах. Люди, собравшиеся вокруг них, курили и тихо переговаривались.

– Всё взял?

Сергей кивнул.

– Большинство нашего имущества сейчас дома у Марины, здесь только то, что понадобится в дороге – запчасти, топливо, боеприпасы, еда. С трудом запихнули всё в два грузовика. Спасибо за рацию. Сколько сможем, будем держать связь, давая вам уточнение по маршруту. Поработаю немного для вас разведчиком. Марин, огромное тебе спасибо, без тебя бы мы не достали третий грузовик.

Девушка улыбнулась.

– Да ладно, здесь много ещё такого добра, просто вовремя вспомнила про то место. Конечно, пострелять пришлось, но куда ж без этого?

– Всё равно без тебя и твоих людей со Спаса нам бы не удалось привести его в порядок так быстро. Хорошо, когда папа глава поселения, – и Рыбак хитро подмигнул, вызвав новую улыбку у Ведьмы.

Сергей обернулся, колонна готова к выдвижению. Сам он в сопровождении Жанны и Макса ехал в «УАЗе», который был их первым трофеем.

Накануне был прощальный вечер, когда разросшийся Анклав гудел, пил, пел и танцевал. Но эта страница истории оказалась перевёрнута. Впереди долгая и опасная дорога. Оставалось только сесть и поехать.

– Береги себя, – обняв друга, произнёс Вилен. – Удачи тебе. Возможно, ещё встретимся.

– Обязательно встретимся, сержант, – хлопая друга по спине, ответил Рыбак.

Жанна в этот момент обнималась с Мариной. А потом народ прорвало, все пошли обниматься, даже новички. Много времени они провели вместе с Мариной и Виленом за последнюю неделю и успели узнать друг друга. У кого-то на глазах появились слёзы, Жанна предательски хлюпала носом. Сергей оглядел всех и скомандовал:

– По коням, бойцы, дорога у нас дальняя.

И всё пришло в движение.

Рыбак забрался в задранный по максимуму «УАЗ», поднял руку в прощальном жесте. Двери захлопнулись, и машины тронулись на восток, туда, откуда двадцать минут назад взошло ярко-красное осеннее солнце.

Бонусная короткая история о президенте Быкове и событиях, произошедших за воротами на Земле1.

Бонус

С момента награждения учёных прошла неделя. Президент Быков теперь постоянно держал руку на пульсе проекта. И результат появился. Валерий Рябов два дня назад провёл испытания грузового портала. Всё получилось, переносная питающая установка позволяла на десять минут распахнуть портал четыре на четыре в любой точке страны. Это открывало очень заманчивые перспективы. Ильин уже занимался проектом по переброске на Урал и в Сибирь добровольцев, которые должны будут закрепиться в конкретных богатых регионах и гнать сюда нефть и сжиженный газ. Планировалось построить с десяток небольших, хорошо охраняемых городков вокруг крупнейших месторождения и переправлять чёрное золото и голубое топливо эшелонами. Причём десять минут, со слов Рябова, это время работы, которое сможет поддерживать мобильная установка, а есликинуть провод от АЭС, хоть час держи открытым.

Ильин валился в кабинет президента как всегда без приглашения. За последние недели нагрузка слегка спала, и премьер выглядел бодрым и отдохнувшим, да и появившиеся у него несколько толковых заместителей сняли с Андрея часть забот, которые раньше тот тянул лично. Но сейчас он был хмур и зол, и взгляд у него, как у обреченного.

– Что случилось, Андрей? – спокойно спросил Быков.

– Ничего не случилось, Рома, только предстоит случиться через два с половиной месяца. – Он протянул президенту папку. – Невольно начинаю думать о гениальности Булгакова, о том, что человек смертен. Несколько месяцев мы с тобой и несколькими другими соратниками занимались укреплением страны, мы сделали больше, чем предыдущая власть за десять лет, и через два месяца наступит конец всему.

Быков открыл папку, быстро пробежался глазами по единственному листу, на котором текста было меньше половины.

– Ты проверил, это правда?

– Правда, Рома, правда. Земле осталось жить два месяца. Тот астероид, который погубил динозавров миллионы лет назад, был вполовину меньше. На нас несётся маленькая планета. И даже если Земля уцелеет, нам этого уже не увидеть.

– Кто ещё знает?

– Астрономы, всего несколько человек, их уже изолировали и пообещали за молчание билет к спасению.

– Хм, порталы?

– Нет, блин, на ракету, – не сдержавшись, хохотнул премьер. – Конечно, в портал. Скорее всего, скоро узнают Американцы, если будут знать, куда смотреть. Но это не фильм «Армагеддон», бесполезно посылать туда всемогущего Брюса. Думаю, в течение недели-двух они засекут астероид Никитина. И они мгновенно смекнут, что единственный шанс спастись, есть у ненавистных русских. Короче, они пойдут на всё, чтобы захватить портал.

– Что ты предлагаешь?

– Сохранять тайну, как можно дольше. Зэков прекратить отправлять, теперь мир нужно готовить под себя. Не жалея сил и средств, начать переброску нужных людей, материалов, техники в старые промышленные районы Урала и Сибири. Когда же все узнают, начать переброску гражданских, спасти столько, сколько можно. Вопрос их выживания – не наша проблема. Конечно, это не касается специалистов.

– А наши западные «партнеры»?

– Пусть идут лесом. Возрождение в другом мире начнёт Россия, и никто больше.

– Они пойдут на всё, чтобы спастись, вплоть до ядерной войны.

– Плевать, Земля и так обречена. Это жестоко, но какое-то время мы сможем пудрить им мозги, пообещав билеты. Ва-банк они пойдут только, когда поймут, что мы их кинули. Даже если они нанесут ядерный удар, под Кремлем уже давно установлен спецпортал, мы можем свалить в течение пяти минут, только ввести координаты.

– А люди? – нахмурился президент.

– Люди всё равно обречены, – пожал плечами Ильин. – Тут не выйдет, как на корабле, капитан покидает судно последним, мы не сможем перекинуть в тот мир нас, наших союзников – Сербов и Белорусов, которых ещё примерно столько же, сколько и нас.

– Сколько людей смогут пропускать пункты в сутки?

– Около семидесяти тысяч. Если напрячься, то восемьдесят. Нам ещё необходимо снабдить их набором первого поселенца, едой, оружием.

Быков несколько минут сидел молча, обдумывая ситуацию. Наконец, он поднял глаза на Ильина.

– Андрей Денисович, во-первых, во избежание паники среди населения данные, касающиеся астероида, засекретить. Во-вторых, создать управление необходимых переселенцев, задачей которого будет переброска техники, специалистов и их семей, а также и ресурсов в район города Нижневартовск. Далее необходимо ускорить отправку добровольцев из числа русских переселенцев на выбранные ими территории. Прекратить отправку заключенных и жителей других стран, исключение для ближайших союзников России – Белоруссии и Сербии. Начать подготовку к исходу, поиску специалистов, которые должны переселиться в новый мир. Все данные считать секретными. Силовым ведомствам предписывается любыми средствами обеспечить безопасность границ, центров и граждан. Работу с уже переселёнными жителями прекратить ровно через две недели. Заморозить финансовые операции с искателями из уголовного контингента с конца этой недели.

– Слушаюсь, товарищ президент, – отчеканил Ильин. – Когда созвать совещание кабинета министров?

– Сегодня вечером. Время дорого, Андрей, нам нужно торопиться. Теперь это дело не порядка в стране, а выживания человека, как вида в целом.

– У нас почти готова спецбригада для переброски, хотели начать переброску пару дней назад, но все что-то тормозило. Тысяча прекрасных вояк, все ветераны конфликтов, уходят вместе с семьями, считай добровольцы.

– Начинай переброску, – согласился Быков. – Составят костяк нашей новой армии. Я дам указание смонтировать грузовой терминал. Перебрасывать придется очень много.

Ильин кивнул и, молча, вышел, на ходу давая указания.

Быков встал и подошёл к окну, из которого открывался вид на Кремль. Там ходили туристы, щёлкали фотоаппараты. Сегодня начался отсчёт до их гибели, и об этом знали всего несколько людей.

*************

Капитан Борисов спрыгнул с БТРа на землю и вдохнул свежий лесной воздух. Ему и его экипажу первыми довелось пройти грузовой портал, который вёл в небольшой посёлок рядом с довольно крупным городом Нижневартовск. Достав бинокль, он внимательно осмотрелся, всё мертво, как, впрочем, и сам этот мир, только с появлением землян тут снова начала бурлить жизнь. Мёртвые дома, мёртвая тишина, мёртвый Нижневартовск на горизонте, и вполне живая тварь, сидящая на парапете старой пятиэтажки, с интересом рассматривала людей.

– Сержант, тварь на одиннадцать часов видишь?

– Вижу, товарищ капитан.

– Снеси её, только желательно быстро и без особых разрушений.

Короткая очередь из тридцатимиллиметровой пушки, и тварь, разорванную в клочья, снесло вместе с куском парапета.

– Молоток, сержант, – похвалил его Борисов и обернулся, из портала, который работал уже около десяти минут, сплошным потоком шли люди и техника.

На часах всего восемь утра, значит, у бригады есть целый день, чтобы максимально зачистить город, обезопасив территорию от мутантов.

Капитан усмехнулся, это вам не зэки с ППШ, тут элита ветеранов под командованием Грузина, легенды среди добровольцев и наёмников. Когда-то тот жил на Украине, потом перебрался в Россию, где его и сагитировали создать добровольческую бригаду для войны в одном экзотическом месте. Он получил новейшее оружие, технику, провиант, военных инженеров, задача которых – ремонтировать сортировочную железнодорожную станцию, на которую потом будут прибывать эшелоны с оборудованием.

– Штаб вызывает Борея, – раздался в гарнитуре голос Грузина.

– Борей на связи, Штаб, – мгновенно отозвался Борисов.

– Илья, бери своих бойцов, обойди город по дуге и начинай чистить. Тебе навстречу пойдёт Тапир, с правого фланга Бес, с левого Спартак. Давите тварей к центру городка, тут что-то вроде центральной площади, туда и гоните. Как понял?

– Задачу понял, Штаб. Выдвигаюсь.

Борисов откинул накладной клапан на рукаве и быстро набрал на тактическом мониторе приказ командирам отделений. Новые игрушки радовали его как мальчишку, новейшие АК12 и АЕКи, крупнокалиберные Корды и снайперские винтовки АСВК и Ортис. Уникальное штурмовое обмундирование, сделанное с помощью нано хрени, которое держало полю калибра 5,45 и 7,62 с полсотни метров, беспилотники, тактические компьютеры, связь и прочие примочки. Он вскарабкался на броню БТР 82а и уселся на седушку от офисного стула.

– Макс, давай вперёд, обогнём город справа.

– Понял, командир, – откликнулся мазута и, выдав облако гари, коробка плавно тронулась вперед, уводя за собой остальную роту.

Через двадцать минут задача была выполнена, рота вышла на позицию, но в город входить не торопилась.

– Борей вызывает Тапира, – переключившись на ротный канал, запросил Илья.

– Тапир на связи, Борей. Вышел на позицию, готов начать по твоему сигналу. Получил запрос от Беса и Спартака, они тоже на местах.

– Тогда начали, – скомандовал Борисов. – Идём, не торопясь, обшариваем всё, сжимаем кольцо, давим тварей. К вечеру посёлок должен быть чистый.

– Понял тебя, капитан, начали.

– Вперёд, – скомандовал Борей бойцам и неторопливо пошёл впереди БТРа, который тронулся следом.

Через минуту грянули первые разрывы гранат и длинные очереди, бойцы врывались в дома и подъезды, зачищали квартиры и подвалы. Информация шла потоком. Несмотря на преимущества в огневой мощи, снаряжении, выучке мутанты без боя своё жилье сдавать не торопились. Уже через пять минут после начала атаки у Спартака появились первые потери. Мутант человеческого типа ворвался в строй штурмовой тройки и одним ударом оторвал бойцу голову, второму распорол новейший нагрудник жилета и сломал ребра, третьему почти оторвал руку, но был застрелен идущими сзади бойцами. Бес тоже потерял одного, когда в лицо бойцу какая-то мелкая тварь, размером с кошку, плюнула едкой кислотой, которая моментально разъела прозрачное забрало и выжгла дыру в черепе на пять сантиметров. Скоро и в первом отделении Борея потеряли сразу двоих – одного разорвали какие-то полумуравьи размером с крыс, второй умер спустя десять минут после укуса.

Но, несмотря на всё это, через четыре часа задача была выполнена. На площадь огнём выгнали с сотню различных тварей, половина погибла там, расстреливаемая в упор, вторая половина полегла при попытках прорывов. Уйти удалось немногим, в основном это были несколько десятков летучих тварей.

– Штаб, это Борей, задача выполнена, противник уничтожен или бежал. Потери – одиннадцать человек – двести, ещё шесть – триста.

– Твоих трёхсотых получил, – отозвался Грузин, – ими уже занимаются, а в полевой лаборатории обследуют двухсотых. Молодец, капитан, выставляй периметр, будем закрепляться, нам теперь тут жить. Завтра пойдём чистить станцию, а инженеры займутся укреплением лагеря и посёлка. Как только возьмём станцию, что в километре отсюда, начнут поступать серьёзные грузы. Гражданские перейдут спустя два дня.

– Так точно, товарищ полковник, разрешите выполнять?

– Действуй, капитан.

– Построить периметр, – скомандовал Борей, выходя на ротный канал.

Взревела техника и снова тронулась к окраине. Сейчас туда подтянуться инженеры, которые создадут полосу отчуждения. Задача рот – прикрыть их работу. Скоро прибудут гражданские специалисты и семьи бойцов, у кого они, конечно, есть.

– Теперь это наш дом и нужно содержать его в порядке, – пробормотал Илья, устроившись на броне штабного БТРа и наблюдая, как его бойцы ставят различные датчики.

Он ещё не знал, что вскоре сюда переберутся первые лица государства, почти сто тысяч различных специалистов и ещё двести обычных людей. Что именно с этого маленького посёлка начнётся возрождение мира.

*************************

Эван Мур прибыл в Санкт-Петербург обычным регулярным рейсом из Лос-Анжелеса. Взяв такси, он поехал в гостиницу. Распаковав вещи, он спустился в холл и записался на экскурсию в Эрмитаж.

Весь день он бродил по величественным залам, поражаясь наследию русских. Он был удивлён тем, что увидел. Россия всегда представляясь ему какой-то дикой, отсталой страной. Ему казалось, что здесь должно быть холодно даже летом, что русские ходят в шубах. В медведей на улице он никогда не верил, как и в то, что у каждого русского есть маленькая треугольная гитара с тремя струнами со сложным названием – балабайка. Но то, что он увидел, поразило его. Это был такой же европейский старый город, вроде Праги, на улицах очень много красивых женщин, дорогих машин и маленьких магазинчиков.

Вернувшись в гостиницу, Эван обнаружил на журнальном столике сообщение с местом и времени встречи. Пора начинать подготовку к тому, ради чего он приехал. Его реальная цель была в десяти километрах от города Гатчина, на территории спецзоны номер одиннадцать в ста двадцати километрах от эстонской границы. Эти эстонцы были на диво медленными ребятами. Когда-то Эстония была даже частью России, но теперь она часть ЕС и не забывала пинать своего соседа по западной указке.

– Вот дегенераты, – подумал Эван. – За последние годы мы натравили на Россию почти всех соседей, наращивая свою мощь. Откололи всех её союзников, которые были рады предать её за чемодан с зелёной резаной бумагой.

Всё изменилось, когда русские открыли портал в другой мир. Эти месяцы Америка стремительно теряла своё влияние в регионе, да и в мире. И вот теперь майору Муру поступил приказ – любыми средствами, не считаясь с потерями, захватить установку портала и вывезти её из страны. На границе Эстонии и России стояла маневренная группа, которая должна была прорваться к спец зоне и прикрыть его отход. Три недели сотня элитных спецназовцев из подразделения «Дельта» прибывали в Россию тайно или явно. По последним данным только трое из них были задержаны российскими спецслужбами.

Майор Мур вышел из комнаты и навсегда закрыл дверь в неё, оставив там вещи. Они нужны только для отвода глаз. По легенде и по паспорту он преуспевающий адвокат, прилетевший уладить проблемы дочерней американской компании в порту. Всё снаряжение уже ждёт в месте сбора группы, его снял один из самых засекреченных агентов внедрения. Снаряжение будет русским, но это хорошо, Мур всегда уважал русское оружие, русские могут делать поганые автомобили, поганую электронику, да всё, что они делали, гораздо хуже европейского или американского, но оружие… Оружие эта нация воинов-философов делала лучшее в мире, как бы не рекламировал американское качество сержант Харрел.

План был прост – под видом усиления охраны проникнуть на объект, ликвидировать дежурную смену, взять под контроль установку, дать сигнал манёвренной группе и держаться. Специально для этого в состав подразделения включены десять этнических русских, живущих и служащих в «Дельте». Именно они будут играть роль командиров, поскольку остальные по-русски не говорят. В лучше случае могут сказать пару слов, и то типа «водка» и «калашников».

Таксист привёз его в большой загородный дом, находящийся за пределами города, и, получив плату, уехал. В ярко освещённом особняке Мура уже ждали. Его встретил сержант Эйвери и провёл внутрь. Все вскочили при появлении командира. Люди уже разобрали снаряжение и теперь облачались в форму российского спецназа.

– Господин майор, – обратился к нему Эйвери, – ваш комплект. Вы последний, больше никого не ждём. Транспорт прибудет через сорок минут, после чего он доставит нас прямо к месту проведения операции.

– Эйвери, вам не кажется, что всё слишком просто? – заметил майор, начиная облачаться. – Даже в Никарагуа и то были сложности. А здесь? Сто отборных спецназовцев собрались в двадцати километрах от места проведения операции. И нам никто не помешал?

– Я никогда не сталкивался с русскими, – пожал плечами гигант – штатный пулемётчик взвода. – Говорят, они хорошие солдаты, говорят, у них замечательные спецслужбы, но мы элита.

Майор кивнул.

– Да, Эйвери, вы правы, мы элита. Антонов, а вы что скажите?

Николай Антонов, перебравшийся в штаты с семьёй десять лет назад, пожал плечами.

– Не знаю, сэр, но мне кажется, что что-то не так. Всё действительно очень просто.

– Поясните?

– Понимаете, русский никогда не отступает. Если русский бежит назад, это значит, он бежит за патронами. Это шутка, сэр, но вместе с тем и правда. Русский солдат умрёт, но не отойдёт, пока задача не будет выполнена. И эта тишина, сэр, мне она не нравится.

– Я понял тебя, Ник, – сказав это, майор отвернулся и не заметил, как от подобного сокращения перекосило лицо подчинённого.

Через двадцать минут они были готовы. И почти тут же во двор с высоким забором заехали три спец автомобиля, купленных на аукционе и подготовленных для этой акции. Каждый вмещал в себя тридцать десантников. Пришлось потесниться, но влезли все.

– Внимание, парни, – достав рацию и выходя на общую волну бойцов, произнёс Мур, – операция начата. Теперь говорят только те, кто знает русский, остальные с надменными мордами стоят и молчат. Кто откроет рот без приказа, я пристрелю и скажу президенту, что эта дырка в жопе предусмотрена природой.

Все одобрительно заржали шутке, после чего, выполняя приказ, заткнулись, они были лучшими в мире солдатами, и теперь настало время показать всё, что они умели.

Их беспрепятственно пропустили во двор спец зоны, так как документы, что достал агент внедрения, были подлинные. Спецназ, который действительно должен был сюда пожаловать, появится только завтра.

И разговор Антонова с начальником караула прошёл без проблем, через пару минут тот уже отдал команду на русском:

– Из машин, шевелитесь, тараканы беременные.

Никто не знал, что значит эта фраза, кроме улыбающихся русских, но те сделали знак, и спецназовцы посыпались из машин.

Всё испортила банальная привычка, кто-то из бойцов зацепился за сиденье и вывалился из машины под громкий хохот. И всё бы хорошо, но этот придурок открыл свою варежку и во всю луженую от пива глотку на чистом английском выдал: «Fuck your mother». Немая сцена длилась несколько секунд. Командир караула потянулся к автомату, но Антонов, выхватив пистолет, выстрелил ему в лицо.

Тишина рухнула мгновенно, двор наполнился звуками выстрелов. Падали часовые на вышках, падали спецназовцы, в толпе не успевших разбежаться и занять укрытия дельтовцев рванула ручная граната, кто-то заорал на оной ноте. Один из осколков просвистел рядом с ухом Мура и вошёл точно в глаз сержанта Клафлина, отшвырнув его на борт грузовика. Всё пошло не так с первой же секундой. Дэльтовцы доказали своё превосходство, они взяли двор за три минуты, потеряв одиннадцать человек против шестерых русских. Ещё через три минуты дверь во внутренние помещения была взорвана, отделение охраны ответило огнём. Бой за базу занял больше двадцати минут, такого Мур ещё не видел, он не сталкивался с подобным врагом, врагом, который смертельно раненый поливает коридор из автомата, давая товарищам время отступить. Врагом, который зажимает в руке гранату без чеки и подрывает сам себя, забирая с собой неосторожно приблизившихся противников. Он почти не участвовал в захвате, не его задача лезть вперёд. Он шёл по коридорам базы под звуки стрельбы, перешагивая через трупы людей в одинаковой форме, и большинство из них, растерзанные пулями, плавающие в лужах крови, были его солдатами. Ему впервые было больно и стыдно.

Когда последний защитник объекта пал, Мур собрал своих и пересчитал. В строю осталось сорок четыре человека, восемнадцать из них были ранены, семь очень серьёзно. И это с учетом, что русских было тридцать два.

Ник Антонов стоял, качаясь и заливая кровью камуфляж из рассечённой щеки. Он позволил себе открыть рот и тихо произнести:

– Я предупреждал, сэр, такого врага у вас ещё не было.

Майору надо бы было одёрнуть подчиненного, но он знал, что парень прав, с таким противником он ещё не сталкивался. Это был достойный противник, лучший из тех, кого когда-либо видел Мур, а он повидал на своем веку немало.

– Вы захватили техников?

Антонов покачал головой.

– Они покинули объект по спец коридору, о котором мы ничего не знали. Установка исправна.

– Готовьтесь к демонтажу, – приказал майор. – Мобильно группе – зёленый свет. Если они не успеют дойти, мы пойдём навстречу. Вперёд.

Все засуетились, кроме раненых, лежащих у стены.

– Как вы, парни? – подойдя и присев на корточки рядом с сержантом Эйвери, спросил Мур, но понял, что сержант ему уже ничего не ответит, застывшие глаза с недоумением уставились в потолок. Он закрыл ему глаза и посмотрел на остальных, парни были мрачнее тучи, их уже успели перевязать, но трое совсем плохи.

– Нам надрали жопу, сэр, эти русские просто звери, – произнёс капрал Андерсен.

– Но мы выполнили задачу, – возразил майор, – значит, мы лучшие.

– Нас было больше, мы напали внезапно, – хмыкнул Андерсен, держась за обрубок ноги. – Нам надрали жопу, сэр.

И Мур понял, что капрал чертовски прав, им надрали жопу тридцать русских. У них было преимущество – три к одному, а их все равно поимели.

– Ты прав, солдат. Сегодня это были не долбанные папуасы, сегодня мы, пожалуй, впервые сражались с настоящими солдатами. И я бы больше никогда не хотел воевать против них.

Установка была демонтирована за двадцать минут. Ещё десять потребовалось, чтобы загрузить её в один из грузовиков, во второй загрузили раненых. Остальные легко разместились в оставшемся грузовике.

– Проныра вызывает Змею, товар у нас, идём навстречу.

– Змея Проныре, оборона прорвана, двигаемся к вам. Спутник докладывает, что на подлете русские вертолёты, поторопитесь.

– Понял тебя, Змея, жмём на полную.

Они достигли конвоя одновременно с русскими вертушками. И понеслись дальше под прикрытием Хаммеров и Вулканов. До границы всего сорок километров, но…

– Это не операция, а жопа полная, – произнёс Антонов, глядя, как сразу два Хаммера накрыло неуправляемыми снарядами, а из объятых пламенем кувыркающихся машин вылетают изломанные тела.

И снова Мур был с ним согласен. Грузовик с ранеными взлетел на воздух и улетел в кювет, но водитель гнал и гнал машину, даже когда из подбитого, идущего впереди Хаммера выскочил человек и попытался остановить их. Водитель только зажмурился и нажал на педаль газа, размазывая солдата по капоту, у него приказ, и этот приказ он выполняет, установка важнее всего.

Через десять минут они пролетели через разбитую таможню и оказались в Эстонии, но останавливаться не стали, на военном аэродроме их ждал транспортный борт, который доставит их в Берлин, а оттуда в Вашингтон. Спустя двадцать минут два грузовика вылетели на разбитое взлётное поле и, вытащив установку, запихнули её в транспортный Геркулес. Аппарель закрылась, и самолёт пошёл на взлёт.

– Мы сделали это, парни, мы лучшие. – Мур оглядел своих людей, из ста человек осталось двадцать шесть. И по хмурым мордам он понял, что они не разделяют его пафосных слов. – Что со Змеёй? – вышел он на связь с пилотами.

– Змея полностью уничтожена на границе, никто не спасся, – мрачно сообщил пилот и отключился.

«Ещё две роты, – подумал майор, – три танка, семнадцать джипов, грузовики, бронетранспортеры, Вулканы, всё это теперь хлам».

А рядом с ним догорают две сотни парней.

– Не дай Бог нам воевать с русскими, – прошептал Мур.

********************

– Ну что, Андрей, просрали установку?

Ильин, сидящий в кресле напротив, был совершенно спокоен.

– Просрали, товарищ президент. Как вы и велели.

– Рассказывай, – приказал Быков. – Шухер уже на весь мир стоит, а прошло всего три часа.

– Да что рассказывать? Всё прошло согласно плану. Три недели они стягивались, а мы делали вид, что не видим этого. Мы максимально незаметно снизили охрану. Им должно было казаться, что всё, как надо. Ребят жалко, они герои, но иначе было никак, пиндосы заплатили за свою наглость, дорого заплатили. И наши парни доказали, что лучшие в мире, завалить больше полусотни их хвалёных дельтовцев – это победа.

– Сколько всего погибло в результате операции с нашей стороны?

– Сорок восемь человек. Тридцать два на объекте и ещё шестнадцать на границе.

– Необходимые жертвы, – с грустью произнёс Быков. – Ты уверен, что они не смогут ей воспользоваться?

– Рябов заверил, что куда бы они людей не посылали, те попадут в такую радиоактивную помойку, что не протянут и месяца даже в защите.

– Пусть, суки, надеются. До прилёта астероида ещё четыре недели, три у них уйдёт, чтобы разобраться с принципом и запустить её. Мы выиграли время. Пока они будут надеяться её запустить, они ничего не будут предпринимать. А потом всё будет уже не важно.

– Именно так, Роман Игоревич, – согласился Ильин.

– Как развивается проект?

– Сейчас полным ходом идёт переброска грузов. Передовой отряд зачистил станцию, и вот уже две недели ежедневно мы отправляем по два эшелона с грузами. Также переправлены инженеры и дополнительные воинские подразделения. Сейчас военная группировка там насчитывает пять тысяч человек, готовится к отправке ещё столько же. После чего начнётся переправка специалистов и рабочих кадров. Должны успеть всё за неделю. Дальше снова пойдут грузы. Последними уйдут те, кто их отправляет и охраняет, это особая договоренность.

– Справедливо, – согласился Быков. – Конин передумал?

Ильин покачал головой.

– Он твёрдо решил остаться здесь. Остальные готовы уйти в любой момент. Скоро всё изменится, со дня на день ожидается обнаружение астероида Францией, Англией и Германией. Так что, секретность наша рухнет, начнутся бунты, а мы будем с честными мордами уверять, что у нас есть план, секретное оружие из другого мира. Конин уже подготовил презентации.

– А может, посадить Альберта в мешок и силком в портал? У него всё равно никого нет, – предложил Быков.

– Нет, Ром. Даже если сделаем, работать он с нами всё равно не будет, это его выбор, и я его уважаю. Я бы тоже остался, но тебе будут нужны все, на кого можно положиться, а я один из немногих.

– Что верно, то верно. Ладно, готовь ноту по поводу вторжения НАТО, надо сделать хорошую мину при плохой игре.

Ильин встал и, пожав протянутую руку, вышел, нужно торопиться.

**********************

Москва медленно погружалась в хаос. Всё тайное выплыло наружу, мир узнал об астероиде-убийце. Первыми попытались завладеть установкой штаты, им позволили. Потом китайцы, но тут не выгорело, установка во Владивостоке была подорвана персоналом вместе с территорией. Дальше попытки пошли одна за другой – британцы, израильтяне, немцы и французы. Все пытались добраться до вожделенного спасительного портала, но единственный захват, который произошёл, был спонтанным и бескровным, персонал ворот, взбунтовавшись, увёл в портал свои семьи и друзей, после чего подорвал установку.

– Ну что, Андрей, тяжко?

Ильин медленно поднял глаза, словно его голова была из литого металла.

– Тяжко, Рома. Альберта жалко, хороший был мужик, ни за что погиб.

Альберт Конин погиб накануне, пытаясь успокоить людей, собравшихся на Манежной площади. Кто-то выстрелил из толпы и попал ему сразу в сердце.

Быков кивнул.

– Жалко.

Он прислушался, звуки выстрелов доносились всё ближе. Москва встала на дыбы, требуя открыть портал. Верные части перекрыли подступы к Кремлю, но сдерживать народ становилось всё труднее. В Наро-Фоминске взбунтовалась танковая бригада, и теперь шла на Москву. Падение кремля было делом времени, ОДОН и Кремлевский полк, занявшие оборону, не протянут долго, они и так измочалены.

– Людей жалко, – неожиданно произнёс Ильин. – Всех жалко, даже долбанных пиндосов жалко.

– И мне жалко, – согласился Быков. – Если бы мы узнали на месяц, на два раньше, мы бы смогли успеть больше.

– Мы сделали необходимое, – отрезал Андрей. – Груз ушёл, переправка персонала и семей закончена. Переправка вспомогательного аппарата закончена. Савин и Абрамов уже там, остались только мы с тобой. Пора, Рома.