Текст книги ""Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Кирилл Шарапов

Глава 11

– Беги, – раздался в голове панический голос Юлии.

Вот только Константин даже не успел обдумать это предложение. Черный поднял руку, и тьма вокруг стала вязкой, словно смола, и непроглядной. Воронцов перестал видеть, что-либо вообще. Только тусклая звездочка прислужника мерцала где-то впереди.

– Беляш, уходи на первый план, – мысленно скомандовал Константин, понимая, что это единственная возможность вырваться. Уйти в Астру хотя бы на десяток секунд, накинуть оберег пути и пырнуть эту тварь в бочину, поскольку в реале он его порвет, и имени не спросит.

Звездочка прислужника исчезла, и Воронцов тут же рванулся следом по поводку. Все это заняло пару секунд, и едва не стоило ему жизни. На мгновение он увидел противника, черный правой рукой удерживал тень, а в левой плел какую-то дрянь. Вот только граница Астры на этот раз не спасла, а жестко отфутболила его, обратно протащив по полу и приложив об стену. Но вышло все равно неплохо, еще в полете он разминулся с каким-то багровым, почти черным, сгустком энергии, который запустил в него одержимый. Револьвер вылетел из руки и сгинул где-то в непроглядной тьме, искать его было бессмысленно.

– Беляш, атакуй, – стараясь подняться и барахтаясь в густом киселе, скомандовал Константин.

И на этот раз все вышло, как надо, прислужник обрушился одержимому на спину, захлестнув шею арканом, не вырубил, но отвлек, сбил концентрацию, и тьма, тут же стала привычной. Воронцов раздумывать не стал, и нож, брошенный, хоть и не сильно, не слишком точно, но все же попал в цель. Только вот вместо мягкого брюха вошел в бедро черного. Беловодский клинок пронзил плоть на четверть, но этого оказалось достаточно. Полыхнуло серебром, черный заорал и качнулся, его рука метнулась к рукояти, но она неожиданно покраснела, и он отдернул руку,

Константин же, вскочив, сложил пальцы и призвал пламя Сварога, одновременно мысленно заорав:

– Беляш, прочь, – сгусток божественного огня, размером с теннисный шарик, озарив на секунду разгромленную и заваленную трупами приемную залу, унесся к цели.

Получилось неплохо. Сгусток ударил одержимого точно в центр груди в район солнечного сплетения. Теперь они поменялись местами, и в полет отправилась аватар черного ведуна, а может, еще какой твари из тьмы. Полет вышел коротким, Беляш все же успел соскочить, но аркан не отпустил, так что какой-то контроль над ублюдком еще оставался. Константин вытянул руку и позвал нож, но тот не ответил, бывший детектив его даже не чувствовал. Клинок сиял серебром, рукоять стала малиновой, словно раскалилась, но обратно к хозяину он возвращаться не спешил. Да и божественный огонь не смог поставить точку, одежда на одержимом вспыхнула и прогорела, словно была из специальной пиробумаги, которую используют фокусники. Черный, приложившись об стену, не упал, и даже не поплыл, он повис в воздухе в полуметре от пола. Глаза пылали уже настоящим огнем, ладони соединены, похоже, там зарождалось нечто убойное. Энергия вокруг него взбурлила. Он висел в прожженном исподнем, которое еще дотлевало, лицо злое, закопченное. Аркан, через который Беляш пытался его свалить, ему нисколько не мешал.

Расстояние между ними было метров семь. Понимая, что если одержимый жахнет, все, что останется от Воронцова, сметут в совок и выкинут в камин, Константин рванул вперед. Он материализовал в правой руке родовую скьявону, попутно отдав жезлу приказ на ускорение. Он буквально размазался в воздухе, время вокруг него замедлилось, но Черный все же успел, и на этот раз это была не тьма и не багровый огонь, нечто серое, ветвистое, напоминающее молнию, сорвалось с рук и устремилось точно в грудь Воронцова.

– Прах, – услышал он у себя в голове панический вопль Юлии.

Но сейчас было не до названий. Если бы не ускорение, все кончилось бы, скорее всего, тут же, поскольку щит, который замерцал перед Константином, эта сила даже не заметила. Воронцов завалился назад, прям как Нео в «Матрице», упал на задницу и заскользил по еще целому паркету. Вставать он не успел, узкий длинный клинок вошел точно в пах, руны вспыхнули, и родовой легкий меч пробил тело черного насквозь и пригвоздил его к стене, словно та была не каменной, а из пенопласта. Именно в этот момент ускорение кончилось, серая ветвистая хрень, которая висела над Воронцовым, унеслась в сторону центрального входа, и уже там ударила в стену, разнеся ее в куски. Вот только на этом она не остановилась, облепив камни, она начала их пожирать, словно плесень.

Все это случилось за долю секунды. Черный заорал, как резанный. Хотя, учитывая обстоятельства, в принципе, так оно и было. Видимо, Константин, нашпиговав того артефактами, все же зацепил его серьезно. Теперь осталось только добить. Он вскочил на ноги и вытащил из петли свое последнее оружие – жезл. Ухватившись за верхушку, активировал трехгранный клинок. Вспыхнули руны, полыхнул серебряный свет.

Черный прекратил орать, его рот открылся, и из него раздался чужой, словно мертвый голос:

– Это не важно. Тьма идет.

– До встречи, – с издевкой произнес Воронцов и вогнал клинок в лоб, прибивая одержимого к стене.

Тьма исчезла тут же, как вокруг Константина, так и из глаз одержимого. Клочья черного тумана собрались в очередную сферу. Не сказать, что большую, как с черного ведуна, чуть поменьше, но все равно не как с обычных тварей.

Воронцов поднял ее, затем прошелся по остальным трупам, собирая трофеи. Шарики с проклятых выглядели перспективно, с чертиков и бибизьяна – дежурно, с пары свежих упырей – две горошины, которые он тут же скормил счастливому Беляшу. А вот новая тварь порадовала. Описания подобной Воронцов в справочники Авии не видел, больше всего она напоминала покрытую зеленоватой чешуей здоровую кошку килограммов так под тридцать, четыре лапы, стандартный набор – клыки, когти, пасть большая, вполне влезет голова взрослого человека. Шарик, наполненный тьмой, валяющийся рядом с тушей, был размером, как с проклятого.

– Неплохо приподнялся, – усмехнулся Воронцов, нагибаясь за револьвером, – можно будет всем немного вкачать умений.

Зарядив оружие, Константин еще раз оглядел приемную залу, которая теперь требовала вполне серьезного ремонта.

Прибрав трофеи, Воронцов обратил внимание на пол под трупом аватара, там лежало штук шесть пирамидок, которые светились белым приятным светом. «Сборщик», – догадался Воронцов и быстро поднял добычу. Вот, значит, как выглядят хранилища света. Интересно, будут ли они работать у него, или для этого надо быть черным?

Константин вытащил скьявону, вытер изгвазданный почти черной кровью клинок и мысленно убрал его в ножны, которые теперь всегда незримо были с ним. Затем настал черед ножа из Беловодья. Тот прекратил светиться и стал вполне обычным. Отойдя на пару шагов, Константин раскрыл руку и позвал его. Все произошло штатно, рукоять саданула по ладони. Она была еще теплой, и Константин убрал так выручивший его клинок в ножны за спиной. Последним он вытащил жезл. Тело черного рухнуло на пол к его ногам. Теперь осталось дождаться новый наряд стражей порядка. И долго объяснять, что тут случилось.

– Ты сделал это, – в восхищении произнесла Юлия. – Прости, я почти ничем не смогла помочь. Но вы, Ваше сиятельство, вели себя крайне безрассудно.

– Все же хорошо закончилось, – ответил Константин и поморщился, все тело болело.

Только сейчас он понял, что виски просто разрываются от боли, последнее несколько минут его лупили, почем зря. Константин вышел на крыльцо и, достав сигариллу, уставился на машину городовых и мертвого водителя.

– Да уж, б…., сходит на тренировку, – произнес он и, усевшись на каменные перила, приготовился ждать появление местных властей. Сомнительно, что все, что тут случилось, осталось незамеченным.

Не осталось. Вот только, не желая нести потери, городовые решили отказаться от лихого степного налета тачанками, они окружили квартал и медленно, под прикрытием ведунов и бронеавтомобилей с пулеметами, двинулись на штурм. Ждать их пришлось минут двадцать. Первыми появились зеваки, в основном жители близлежащих домов, в предрассветной серости зажглись семь-восемь окон, к забору прилип мужик в пижаме в тапочках, но надо отдать ему должное – с инкрустированным золотом и серебром охотничьим ружьем. Он стоял за забором и глаз не сводил со спокойно курящего Константина. Воронцов же, поняв, что ждать долго, перебрался на лавочку, которая обнаружилась возле небольшого парка. С нее были отлично видны ворота, да и сидеть на теплых досках гораздо лучше, чем на холодных мраморных ступенях.

Наконец в ворота, выставив вполне себе серьезные стихийные щиты, судя по оформлению, в виде языков пламени и морозной измороси, чеканя шаг, цепью вошли три ведуна с посохами. За ними, сжимая карабины, столпившись вокруг броневичка с крупником в башенке, шли пятеро городовых. С другой стороны дома тоже были слышны какие-то передвижения.

Если они и заметили Константина, то никак не прореагировали на него. Скорее всего, они о нем знали, и уже давно, а не торопились потому, что все, что могло случиться, уже случилось. Чего спешить на пожар, если уже угли остыли?

Ведуны прошли мимо, косясь на спокойно сидящего на лавочке боярина, и стали медленно подниматься по ступеням. За ними без единого слова прошли городовые. Константин даже ради интереса ткнул себя пальцем, проверяя, не стал ли он призраком, которого никто не видит.

– Нормально с тобой все, – верно истолковав его действие, произнесла Юлия. – У них приказ – тебя не трогать. За тобой придут другие люди, гораздо серьезней.

И словно в подтверждение в ворота медленно въехали сразу три автомобиля. Два вполне обычные «Велро», черного глянцевого цвета, с гербом гвардии на дверях. А между ними уже знакомый ему трехосный длинный лимузин, что забирал его из гостиного двора.

– Опять? – вздохнул Воронцов, заметив вылезающего наружу секретаря совета Чеслава в сопровождении пары гвардейцев и двух ведунов. – Сударь, вам не кажется, что это напоминает дурную шутку? – голос Констатина был усталым. Ребра и спина болели, все же знатно ему прилетело.

– Ваше сиятельство, – затараторил секретарь, – не извольте беспокоиться, это не арест. Но вам придется проехать со мной, совет уже извещен, и через час состоится заседание. Ставр Прохорович, когда узнал, что именно вы подняли тревогу, просил меня, если вы не пострадали, очень вежливо пригласить вас на беседу. Также он просил особо отметить, что вас никто, ни в чем не обвиняет. Просто вы, как свидетель и участник событий, сможете рассказать гораздо больше, чем сыскари, ползающие на коленках, которые узнают что-то за полдня.

– Я в этом городе никогда не высплюсь, – буркнул под нос Воронцов и, пошарив рукой вокруг, попытался найти трость, но потом вспомнил, что оставил ее в коляске. Плюнув, он поднялся и пошел к лимузину. – Гвардейцев две машины вы ради моей безопасности прислали?

– Именно так, Ваше сиятельство, – согласился с его предположением Чеслав.

– Вы бы лучше их прислали, когда я с тварями и одержимым рубился, – забираясь в уютное и теплое нутро авто, проворчал Константин. – Не больно-то вы спешили.

– Сигнал о том, что наряд погиб от проклятых, в головной управе получили через несколько секунд. Уже через три минуты все были подняты по тревоге, а старший ведун городского управления порядка оправил прислужника в летучем образе, дабы изучить обстановку, чтобы не загонять людей в ловушку.

– Не осуждаю, – откидываясь на спинку и устало прикрыв глаза, прокомментировал услышанное Воронцов, – ведь наверняка выполнял предписание на подобный случай.

– Вы, Ваше сиятельство, прям в корень зрите, – польстил ему Чеслав. – Когда прислужник добрался сюда, все было уже кончено, вы сидели на лавочке и курили. Но все равно, следуя предписанию, бойцы выдвигались медленно, сжимая кольцо, дабы, если какая тварь от вас ушла, не упустить ее.

Константин, в принципе, понимал справедливость сказанного, весь бой с момента гибели городовых и ведуна занял не больше пяти минут. Пока же власти раскачались, объявили тревогу, провели разведку, подкрепление было высылать уже поздно. Интересно, среди этих есть трофейшик? Вот его облом ждет. Для себя же Воронцов решил, что хрен советникам, а не сфера. На эти трофеи у него были большие планы.

Машина остановилась перед зданием совета минут через пять. Константин, выбираясь на утренний свежий воздух, приказал жезлу активировать призыв тени, не то, чтобы он опасался или ждал от Ставра подлянки, но береженного – боги оберегают, ну и уникальная веда. Эта шутка развеселила Константина, и по ступеням он поднимался уже с легкой улыбкой.

В зале совета было шумно. Сейчас он больше всего напоминал оперативный штаб, все восемь членов совета присутствовали, на большом столе стояли чашки с взваром, свежий хлеб, нарезка и колбаса.

Все советники сгрудились вокруг какого-то серьезного артефакта, очень напоминающего проектор, наверняка дорогущая штучная работа. А почему? Потому что там показывали кино с проекцией в воздух, и все восемь членов совета пялились на место происшествие. Никто даже не обратил внимания на нового персонажа.

Константин ничуть не обиделся, повернулся к Чеславу, который хотел привлечь внимание советников, и приложил палец к губам. Секретарь кивнул и занял свое место, а Воронцов подсел к столу и, сделав пару глотков взвара, принялся мастырить себе большой сэндвич. Майонеза, естественно, не было, зато имелась ядреная горчица.

Он успел сожрать половину бутерброда, когда один из советников, которого звали Тай, обернулся и обнаружил спокойно жующего боярина. Его лицо от удивления вытянулось. Константин на это подмигнул и откусил очередной кусок.

Тай кашлянул, привлекая внимание остальных, и когда все повернулись к нему, мотнул головой в сторону Воронцова.

– Ваше сиятельство, рад видеть, – наконец, произнес Ставр.

– И я рад, – улыбнулся Константин. – Но хочу заметить, судари, у вас очень неспокойный город, меня в нем постоянно пытаются убить.

– А может, дело в вас? – пробурчал Длан, самый молодой из них. – С того момента, как вы появились в Тверде, у нас просто вал происшествий.

– Возможно, советник, вы и правы, – легко согласился Вороноцов. – Вот только скажите, прорыв тьмы, одержимый, пара проклятых, незнакомая тварь, игнорирующая пули, и так, по мелочи, это что у вас ежедневная рутина?

Ставр покосился на проекцию, надо отдать должное, очень четкую, пусть и в голубоватых тонах, и вздохнул.

– Вы правы, боярин, то, что случилось, из ряда вон. Мне очень жаль, что вы оказались, вовлечены, но я очень рад, что вы уцелели, и смогли не только выжить, но и ликвидировать самый опасный прорыв за последние лет десять.

Константин кивнул.

– Благодарю. Но я хотел бы получить мне причитающееся – меня интересуют трофеи и ингредиенты. – Про сферы он намеренно не сказал, хотя и понимал, что они об этом просто не смогут не вспомнить и попытаются наложить лапу на бесценные шарики.

– Поскольку, Константин Андреевич, ваша победа не оспорима, – Ставр зло зыркнул на остальных и те виновато опустили глаза, – все это будет доставлено к вам в особняк. Сферы будет разделены пополам между вами и городом.

– Уважаемый Ставр, – с прохладой произнес Воронцов, показывая свое недовольство, – я понимаю, если город претендует на одну-две, но половина… Я рисковал шкурой. Я сражался в одиночку. Вы мне ничем не помогли. И сейчас вы пытаетесь отжать у меня самые ценные трофеи?

Ставр кивнул.

– Хорошо. Но вот в чем дело, наш трофейщик уже осмотрел трупы тварей, проклятых и упырей, в которых превратились городовые и ведун. Ни одной сферы не было обнаружено. Как вы это объясните?

Константин молча достал из кармана две сферы с чертиков и катнул по столу.

– Ваша доля. Если кто-нибудь заикнется о том, что я жадный или все несправедливо, я развернусь и уйду.

Советники завороженно уставились на лежащие на столе черные шарики.

– Вы, Ваше сиятельство, еще и трофейщик, – с уважением и завистью в голосе произнес Горисвет, один из ведунов.

Константин кивнул.

– Да. Но если вы планируете использовать мои способности, или сесть мне на шею, даже не надейтесь. А теперь давайте вернемся к вопросу, по которому вы меня сюда пригласили.

Ставр быстро сгреб со стола сферы и кивнул.

– Город претензий не имеет.

Советники переглянулись, было видно, что они не согласны, но никто не стал оспаривать решение главы. Да и что тут скажешь? Трофеи принадлежат победителю. На город боярин не работает, тварей убил он, и обирал он, мог бы вообще на хрен послать.

– А теперь мы бы хотели услышать вашу историю, – продолжил Ставр. – И начните, пожалуйста, с того момента, как вы оказались возле усадьбы покойного купца Сазона, да еще в столь позднее, хотя точнее сказать, в столь ранее время.

– Я возвращался к себе из тренировочного зала мастера Яна. У меня сегодня назначена дуэль в манеже, и я хотел освежить в памяти некоторые навыки. Проезжая мимо усадьбы, мой артефакт, – он продемонстрировал всем перстень, – почувствовал тьму, но слабую. Я попросил возничего остановиться, и, понимая, что нужно спешить, вскрыл замок на воротах и приказал связаться с управой. Наряд прибыл быстро, я высказал все свои предчувствия. В дом они вошли без меня. Через минуту раздались несколько выстрелов, затем крик. Водитель, оставшийся снаружи, вытащил револьвер, но тут же получил ментальный удар невиданной силы и умер на месте. Ну а, дальше, – Константин вздохнул, – дом затопила тьма, и мне пришлось вмешаться. Пока события не вышли из-под контроля… Я вошел в дом в сопровождении прислужника…

– Невероятное стечение обстоятельств и запредельное везение, – произнес Добран, старший из ведунов. – Выйти победителем из подобного боя посчастливилось единицам. И верно, боги за вами приглядывают. Не даром, вы носите на себе отметку Сварога.

Константин скривился, он не слишком хотел, чтобы эта информация всплыла.

– А вы не знали? – повернулся главный ведун к остальным советникам, которые при озвучивании этой информации дружно переглянулись. – Неужели никто не догадался взглянуть на боярина поискам сокрытого?

– Я бы хотел, чтобы это не ушло дальше совета, – с нажимом произнес Воронцов, – не нужно всем знать, что я отмечен богом. Так что, давайте-ка дружно клясться.

– Не имеет смысла, – произнес Добран. – Любой, у кого развит поиск сокрытого чуть выше среднего порога, увидит на вас отметку. Скрыть ее можно только артефактом.

– Вот и давайте так и сделаем. Моя спутница Лада позаботится об артефакте, который меня прикроет, а клятва богам позаботиться, чтобы информация из этого зала не ушла. Будем считать ее стратегической тайной. Чеслав, тебя это тоже касается.

Советники и секретарь дружно произнесли клятву, а Константин, довольный этой маленькой победой, ее принял.

– Итак, а теперь мне хотелось бы узнать, что нарыли ваши сыскари, поскольку один из них за вашими спинами тщетно пытается дозваться вас.

Все обернулись к проекции, про которую забыли на время рассказа Воронцова.

Добран, который управлял артефактом, активировал звук, и сыскарь смог пробиться в эфир.

– Советники, – поклонился он, потом наткнулся взглядом на Константина, по лицу пробежала тень недовольства, но он справился с собой, так что, вышло почти незаметно.

– Говори, Ходок, – приказал Ставр.

– В бальной зале позади лестницы, – начал сыскарь, – найден круг ритуала. Совершенно незнакомые рунные вязи, от них просто прет тьмой, ничего похожего с тем, что мы видели на левом в берегу, где были убиты люди. – Он развернул передающий артефакт так, чтобы все увидели то, о чем он говорил.

Константин подошел поближе, большой ровный рунный круг, в центре лежит женщина, по краям еще пять таких же кругов только поменьше. Руны выжжены прямо на паркете. Черные, безжизненные.

– Для ритуала пробоя слоя Астры, – продолжил сыскарь, – использовалась жертва, темная. Личность установлена, это та пропавшая из дома на левом берегу. Зовут Анисьей. Ее убил адепт ударом под левую лопатку, ритуальный нож оставлен в теле.

– Ходок, ты не ошибся? Город защищен от внешних перемещений по первому плану Астры, – с сомнением произнес Прокоп, второй из ведунов.

– Нет, ведущий, – почтительно ответил сыскарь. – Я проверил границу, она хранит на себе следы пробоя, вот только пришли они не из первого плана, а из четвертого. Тварь, которую не смогли опознать, вероятно, обитает в изначальной тьме, она требует тщательного изучения. Я настаиваю, чтобы ее тело было доставлено в научный городской центр.

– Я не против, – ответил Константин, когда Добран посмотрел в его сторону. – Но в таком случае я потребую ознакомления с результатами изучения.

– Благодарю, Ваше сиятельство, – вполне учтиво произнес старший ведун, – это может быть очень важно для города. Вы получите самую полную информацию. Но попрошу вас подробно описать эту тварь, и как вы ее убили.

– Хорошо, – согласился Воронцов, – тем более там действительно много интересного. Внешнее описание вам ведь не нужно, а только точное, как я ее убил.

Добран кивнул и снова вернулся к сыскарю.

– Ходок, есть еще информация?

– Нами убито две твари, скрывались в подвале, обычные живоглоты. Пострадавших нет. Сферы с них и с Анисьи подняты. Остальных сфер нет.

Некоторые советники бросили неприязненные взгляды на Константина, но тому было фиолетово, он уже сожалел, что погорячился, и отдал эти две.

– Вы опознали одержимого? – влез со своим вопросом Константин.

Одергивать его не стали, так как вопрос был в тему.

– Нет, – покачал головой Ходок, – этот человек не живет в городе. Как он проникал внутрь? Неизвестно. Где жил? Тоже. Но обязательно выясним. Возможно, это даст нам ответ на вопрос о том, откуда у него знания, чтобы пробить границу Астры аж до четвертого плана.

– Меня больше интересует, что он хотел добиться? – буркнул Авдей, главный ассаул, который руководил всеми силовиками Тверда, единственный из советников, который носил не камзол, а мундир. – Что-то еще, Ходок?

– Да, советник, мы не нашли ни тела, ни следов старшего наряда Софрона. Сава лежал возле машины, да вы сами видели. Слав и Норт стали упырями и были убиты боярином и его прислужником. Околоточный Герг с пистолетом в руке лежал в зале, его убили артефактным клинком. А вот тело старшего в доме и на территории не обнаружено.

– Продолжайте розыск, – скомандовал Авдей, хотя, скорее всего, он уже махнул рукой на пропажу подчиненного, понимая, что ничего его люди не найдут. – Осмотрите первый план.

Константин же устало зевнул, взвар закончил свое действие, и глаза просто закрывались.

– Уважаемые советники, прошу вас доставить меня домой, я очень устал, а вечером еще дуэль с бароном, мне нужно отдохнуть, ночь выдалась крайне тяжелая.

– Конечно, Ваше сиятельство, – учтиво поклонился Ставр. – Город в моем лице благодарит вас за совершенное, вы очень храбрый и благородный человек. Все, о чем мы договорились, будет выполнено. Результаты расследования будут доведены до вас. Чеслав, машину к красному крыльцу, довести его сиятельство до дому в целости и сохранности.

– Будет сделано, – вскочив и выпятив грудь, произнес секретарь. – Прошу вас, Ваше сиятельство, за мной.

Константин кивнул советникам и пошел прочь, сейчас у него было одно желание – добраться до кровати и проспать часов десять. Вновь обретенные часы барона показывали начало седьмого. Ночь закончилась.