Текст книги ""Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Кирилл Шарапов

Глава семнадцатая

Выйдя из дома Авии, он поймал на себе штук пять заинтересованных взглядов, народ слонялся по центральной площади, будто ему совершенно нечего делать. Черен сидел на лавке у крыльца, но тут же вскочил, ожидая команды. Константин задумался, Авия приняла правильное решение, но он и не сомневался, атаманша была умной женщиной и понимала, что ей не удержать столь ценного пленника, и лучше быть первым в провинции, чем вторым в Риме. Конечно, ей была неизвестна это формула, но она просчитала верно – лучше быть живой и управлять поселком и маленькой бандой, чем лежать мертвой на пепелище, и магическая клятва была разорвана, Воронцов снова стал свободным человеком. Вот только у него не было пути, Страж подписывал его на какую-то войну, которая еще даже не началась. Знаний о мире прибавилось, но его понимание было у Воронцова на зачаточном уровне. Теперь надо было решить, что делать. Ни денег, ни каких-либо других ресурсов у Константина не было. Обращаться к Авии по этому поводу, он не хотел, а ведь еще неделю назад он был очень состоятельным человеком – золото, оружие, в рукояти которого были очень нехилые камни, сферы.

– Хозяин, – пришел мыслеобраз от Беляша, на это раз обошлось без головной боли, так, почти незаметный зуд в висках, – внутри очень много вкусной чужой энергии.

– Ты про что? – не понял Константин.

И тут же появился образ сундука в соседней комнате, массивный, с железными полосами, висячим замком, который Воронцов вскрыл бы за полминуты, но тут, наверное, это было серьезной защитой. Хотя сомнительно, примитивный, скорее всего имелась и скрытая защита, которая гораздо серьезней.

– И что? – не понял Константин.

И снова образ сундука, а затем образ нескольких сфер тьмы.

– Ясно, – губы сами разошлись в подобие улыбки. – Предлагаешь ее ограбить?

Образ Беляша, активно кивающего, появился в мозгу, едва он успел закончить фразу.

– Не сейчас, но я подумаю, – произнес Воронцов. – А теперь не отвлекай. Черен, – он повернулся к ожидающему его охраннику, хотя в нем уже отпала надобность, ни один селянин и бандит теперь не поднимут на него руку. – Надо навестить кожевенника.

– Прошу за мной, Ваше сиятельство, – очень почтительно произнес бандит и повел Константина в направлении места силы.

Жил кожевенник почти рядом с теми амбарами. И это был единственный в поселке дом, который стоял чуть в стороне от всех и подальше от главной улицы. Объяснялось это просто – запах свежевыделанных кож был убийственным, но тут, похоже, снова работала какая-то магия, вонища не выходила за границы участка. Черен остался на улице, морща нос от запаха, а Воронцов, распахнув дверь, вошел внутрь.

Не успел он перетупить порог лавки, как навстречу ему устремился хозяин, – маленький, лысый, тощий, но с очень живыми глазами и густой бородой, которая была частично окрашена, а может, случайно обесцвечена в результате работ.

– Ваше сиятельство, рад видеть в моей мастерской. Заказать что-то хотите или купить уже готовое?

– Ни то, ни другое, милейший, – надменно произнес Константин. – Я пришел предложить вам идею, и если она вас заинтересует, вы ее у меня купите.

– А что, если я захочу вас обмануть? Ведь мне ничего не мешает выслушать вас, отказать, а потом самому сделать то, что вы предложите.

– Тогда я сильно осерчаю, – Воронцов строго посмотрел на кожевенника сверху вниз. – Видите ли, я больше не пленник, я свободный человек. Кроме того, вы дадите мне клятву, подтвержденную ведой.

Кожевенник, которого, как успел поведать ему Черен, звали Виром, задумался.

– Хорошо, я готов выслушать вас, и если идея и вправду стоит того, я куплю ее у вас, клянусь богами.

– Отлично, Вир. Что вы скажете о новом виде кобуры?

– А что тут можно сказать? – со скепсисом произнес мастер. – Сомнительно, что я узнаю, что-то новое. Но готов все же вас выслушать.

– Отлично, – улыбнулся Константин. – Как насчет того, чтобы вы стали делать наплечные кобуры для револьверов и пистолетов.

– Что? – озадачился Вир. – Как так?

– А вот так, – степенно произнес Воронцов. – Найдется карандаш и бумага?

Кожевенник кивнул и, зайдя за маленький прилавок, достал требуемое и положил перед гостем. Сам он был задумчивым, видимо, прикидывал перспективы дела.

Константин, довольно быстро и схематически набросал, как располагается оперативная кобура и ремни, как она крепится.

– Боги! – воскликнул спустя несколько минут мастер, изучив рисунок. – Как же все просто, и ведь никому подобное в голову не пришло. Конечно, кроме вас, Ваше сиятельство. Никогда ни у кого ничего подобного не видел. Это же золотое дно, особенно, если защитить изобретение ведой. О боги! Я покупаю, назовите цену.

Вот тут Константин серьезно задумался, слишком много ему было нужно, а в карманах гулял ветер. Да и слишком плохо он ориентировался в местных ценах, и даже не представлял, сколько может стоить идея.

– Я не знаю, сколько может стоить подобное. Сколько вы готовы предложить? – перешел он в наступление.

Теперь уже настала очередь Виру морщить лоб. С минуту он молчал, но, наконец, произнес:

– В городе вы смогли бы продать все гораздо выгодней. Я здесь тачаю сапоги и кое-что чиню. Денег у меня немного. Так что, готов предложить почти все, что у меня есть, – пять золотых кун, и то четыре серебром.

М-да, такого Воронцов не ожидал, цена была смешной. Но он понимал, что в крохотной деревенской лавке ему больше не дадут. Хотя кожевенник наверняка врет, что это его последние деньги.

– Десять, милейший. Да, я в затруднительном положении, но грабить себя я не позволю.

– Восемь, Ваше сиятельство, – воскликнул Вир, – и это и вправду почти все, что есть, клянусь богами.

– Это, правда, – неожиданно пришел в голову образ от Беляша, – он не врет.

– По рукам, – согласился Константин, понимая, что больше он с этой идеи ничего не получит. Сейчас ему было нужно очень многое, он мог получить это довеском к договору. – Но у меня есть условие, мне будет нужен внушительный ранец, ремень, кобура на пояс для револьвера, и перчатки, только обрежь пальцы по первую фалангу, – и Константин показал, где конкретно. – Ну и, конечно, ты мне сделаешь наплечную кобуру. Срок – до конца тьмы. Но я согласен на первый образец.

Вир просто расцвел и принялся жать руку его сиятельству, а Воронцов подумал, что его жестоко на. ли. Забрав деньги, среди которых было всего две золотых куны, он получил в дар сумку-кошель на пояс. Тут же ему были предоставлены на выбор ремни, все, как один, с массивными литыми пряжками, кобура на бедро и ранец, вот этот был действительно не плох. Крепкая кожа, конечно, прибавляла весу, но надежность требовала жертв, до синтетических прочных материалов этот мир дойдет не скоро. Он был в два раза больше, чем тот солдатский, что ему вернули, два вместительных отделения, два внешних кармана под всякую мелочь, и два сбоку, все закрывалось на обычные пряжки с ремешками.

– Зачарован от воды и огня, Ваше сиятельство, – заверил Вир, – сама Авия над ним работала, я его за три золотых куны выставлял. Но вам так отдам, уж больно хорошую вы мне идею фактически за дарма уступили. Пожалуй, покину я эту деревеньку, потерянную в лесах, как тьма сойдет. С такой идеей можно в вольном городе хорошо устроиться.

Константин собрал обновки в рюкзак.

– Ну что ж, удачи тебе, мастер. Буду в вольном городе, загляну к тебе. А пока жду от тебя новую кобуру.

– Прямо сейчас начну делать, Ваше сиятельство, – заверил его Вир. – Думаю, уже завтра к утру будет первый образец. Самому не терпится, ничего сложного-то нет, идея на поверхности. Но это ж каким умом надо обладать, чтобы свести вместе все, что нужно для ее реализации.

Воронцов кивнул и, закинув за спину ранец, вышел на улицу. Черен тут же оказался рядом.

– Позвольте, Ваше сиятельство, взять у вас ранец, нечего вам таскать самому тяжести.

Константин подумал и передал тому почти пустой рюкзак.

– Неси, – разрешил он.

А сам задумался, что делать дальше. Деньги кое-какие появились, теперь и гардероб не помешало обновить, готовая одежда тут только в лавке. Там же нужно к оружию прицениться, и патронам. Черт, как же лихо его обули ребятки ныне покойного Соловья, ведь все было, а теперь ни черта нет.

– Пошли, глянем на вашу лавку.

Черен кивнул и двинулся вперед, закинув на плечо имущество боярина. Похоже, его вполне устраивала роль сопровождающего и носильщика.

Лавка, переступив порог которой Константин аж присвистнул. Деревенский продмаг на его родной Земле, был по сравнению с ней настоящим гипермаркетом. В этом мире он видел два магазина – «Лавку братьев Силовых» и табачную. Да, небо и земля, даже почти разрушенный оружейный магаз, переживший шестьдесят лет катастрофы в проклятой столице, выглядел лучше. Помещение – три на четыре, тусклый свет, которого едва хватало, чтобы разглядеть товар, стойки справа и слева, впереди прилавков, за которым стоял хозяин. Он был полной противоположностью Вира – среднего роста, с сальными тонкими волосами серого цвета, весом эдак килограммов под сто тридцать, круглым морщинистым лицом с тремя подбородками, и маленькими заплывшими жиром глазками. Первое впечатление – полная антипатия.

– О, Ваше сиятельство, – радостно воскликнул он, – все ждал, когда же вы появитесь!

Воронцов, неспешно разглядывая товар, дошел до прилавка и стал изучать оружейную стойку за спиной торгаша. Пожалуй, это было самым интересным местом, но даже тут все было печально.

– М-да, – произнес про себя Константин, изучая товар. Три винтовки, две свежие, с увеличенными пятнадцати зарядными магазинами, как у людей Кина, а может, даже и их, бандиты сдали из личных трофеев, и его собственная, вытащенная из дворца князя. Пяток ружей, один дробовик с рычажной перезарядкой, остальные двустволки и одностволки, состояние крайней убитости. Калибр, как ни странно, привычный, отечественный – двенадцатый. Дальше на крюках висели пистолеты и револьверы, ничего похожего на «Императора», с которым теперь расхаживала Авия тут не было и в помине, за то нашлась уже знакомая смесь ТТ и кольта1911 «Монарх» 9мм. Выглядел он солидно, вот только, глядя на него, складывалось ощущение, что его делали не на заводе, а в кузнице, причем оба молотобойца были косорукими. Приказчик просветил, что делают их в трех местах. Первое – самое лучшее качество – мануфактуры боярина Медведева, вотчины которого располагались на юге, днях в десяти дороги. Второе место – Старгород, на землях графа Смолина, вотчинные земли боярина Орлова. Тут уже и качество пониже и надежность, но и цена вниз падает. Третий делают в вольном городе Светлодар, город воров, карманников и нечестных дельцов, жил там народ, что-то вроде цыган, только очень воинственных, вот там и делали третью версию монарха. Стоила она гроши, надежность была аховой, умельцы покупали это недоразумение оптом, потом дорабатывали. Вот и этот пистоль был оттуда родом и не факт, что доработан. Револьверы были разные – и откидной барабан, и с переломом, и с перезарядкой, как у нагана, долгой, нудной, неудобной.

Толстый лавочник все время, что Константин разглядывал товар, молчал, видимо, не решался лезть к его благородию с советами.

А Константин просто ох…, недоумевал, цены были такие, что его финансов хватит на дешевого «Монарха», тот всего пять кун серебром стоил. Его винтовка была выстелена за пять золотых. Самый приличный револьвер, как и все, что делались после катастрофы с шестигранным длинным стволом, стоил шесть, остальные подешевле – от двух до четырех, но тратить на это деньги? Увольте. Дробовик стоил три рыжья, магазинная винтовка, которая оказалась новоделом, да еще и полуавтоматом, целых десять, вторая болтовка – семь. Ружья Воронцов даже не рассматривал. Значит, придется обходиться тем, что есть. К счастью, несостоявшийся убийца явился к нему с репликой офицерского длинноствольного револьвера под стандартный калибр 7,50х30, револьвер Зора, «иволга», спрятанный в бане, был короче на пять сантиметров и калибр имел поменьше почти макаровкий 9х21. Константин посмотрел на торгаша.

– Два десятка длинных семерок к револьверу, полтора десятка коротких девяток под Иволгу.

– Десять серебром, – ныряя под прилавок и доставая вполне себе заводские пачки, назвал цену барыга.

– Побойся богов, – возмутился Воронцов, поняв, что его сейчас опять пытаются на…

Он знал, что патроны стоят дешевле. Пачка семерки – 20 штук, обходилась в пять серебрушек, короткие, так как не слишком популярны, всего две за двадцать. А тут только половина пачки.

– Охренел совсем? – поинтересовался он у торгаша. – Скидывай минимум три. И добавь шомпол и масло.

– Ваше сиятельство, – возмущенно завопил пухлый, – тут вам не город, моя цена такая. Это там семерка по четыре куны, здесь у меня семь.

– Скидывай, – процедил Воронцов, – я же не уронил тебя до реальных, так что, ты с наваром, имей совесть.

Торгаш с багровым от возмущения лицом с минуту дышал, тягаясь с Константином взглядами, потом все же сдался.

– Семь.

– Другое дело, – согласился Воронцов. – Я не против, когда торговец наживается, но когда он задирает цену чуть ли не вдвое, я бью ему по роже. – И продемонстрировав кулак в перчатке из тонкой кожи, которым Вир сразу обрезал пальцы, полез в калитку.

Он еще раз прошелся вдоль прилавков. Пачки махорки его не заинтересовали, два пакета табака из лавки еще имелись, даже запасная рубаха была, пусть вся в бурых подтеках, но все же. Взгляд наткнулся на наколенники, толстые, кожаные, с двумя ремнями и даже какая-то мягкая подложка.

– Это кто ж такой умный? – поинтересовался сам у себя Константин, а ведь он хотел загнать эту идею очередному кожевеннику, и не задаром. А теперь все. Какой смысл продавать то, что есть и так. – Сколько? – крикнул он, демонстрируя хозяину наколенник.

– Куна, – отозвался тот, радости от посещения Константином его лавки сильно поуменьшилось.

– Беру, – примеряя обновку на правую ногу, крикнул Воронцов.

В принципе, было удобно, он даже упал на колено, чтобы проверить. Чувствительно, конечно, но не так, как без него. Нее, точно нужная хрень. Черт, а ведь у него еще куртка, которую он кое-как от кровищи отстирал, но все равно носить-то ее нельзя, любое зверье учует изгвазданную подкладку с километра. Френч – штука хорошая, но долго не протянет. Воронцов перевернулся и посмотрел на соседнюю стену, где висела кое-какая одежда. Штаны, рубахи – не то. Платья, сарафаны – совсем не то. Все примитивное, явный самопал. Так, куртки кожаные, две, на него не налезут, размерчик подкачал. А вот кожаное полупальто с полами до середины бедер, массивными пуговицами и отворотами, вроде налезет. Константин без спросу снял его с вешалки и, скинув френч, начал облачаться в настоящую комиссарскую кожанку. Да, она словно сошла с экрана, прям как фильмах про гражданскую – плотная, вот только впереди лето, жарко будет, а до горки тут не скоро созреют.

Воронцов облачился, застегнул пуговицы, лацканы отогнул и закрепил, довольно широкие, чуть ниже солнечного сплетения. Выглядело круто. Подвигал руками, кожа слегка поскрипывала, не тяжелая и не такая толстая, как та, что он взял в «Лавке братьев Силовых». Вообще удобная куртка.

– Зачарована на прочность, – начал рекламировать барыга, который так и остался безымянным, – не каждые когти возьмут. Да и из офицерского револьвера, не прострелить, плюс, вторая руна – комфорта, летом не жарко, зимой можно таскать до минус пяти или десяти. Если тонкий свитер тоже зачарованный, то и минус пятнадцать не страшно. Веды накладывал сильный ведун, не чета нашей, многоуважаемой, Авии. Настоящий чаровник.

– И откуда она у тебя?

– Трофей, – вполне честно ответил торгаш, – сняли с одного сильного бойца, что шел в караване, который еще осенью грабанули. Нет у меня тут на нее покупателей, в город увезу, после тьмы.

– Сколько?

– Четыре золотых и без торга, мне не надо прямо сейчас ее продавать. Если бы не зачарование, отдал бы за пятнадцать серебрушек, а так – это уже артефакт.

Константин с сожалением снял полупальто и повесил обратно на вешалку. Дорого, и толстый явно не уступит. Выложив на стол восемь чеканов, он забрал патроны и масло с шомполом и направился к выходу. Забрав у Черена рюкзак, он сгрузил в него покупки.

– Все, пошли домой, находился я. Да, и не нужно мне больше сопровождение, так и скажи Аркаду. Не тронет меня тут больше никто.

– Мне не сложно, – тут же заявил бывший бандит.

– Мне сложно, охрана ведь не все твои функции, крепыш ведь шпионить послал?

Черен виноватое кивнул.

– Простите, Ваше сиятельство, что мне командиром велено, то и делаю.

– Ну, поскольку я теперь не пленник и мне охрана не нужна, то мы закончим совместные прогулки. Кстати, видел в лавке кожаное полупальто, зачарованное, сколько такое может стоить в городе?

– Дорого, не меньше семи золотом, а может, и все десять. Сколько толстый Пан пытался с вас содрать?

– Четыре.

– Значит, скинул, раньше шесть требовал, никто его тут не возьмет, даже за половину. А кто мог взять, размер не подошел. Ладно, Ваше сиятельство, пойдемте, провожу, и вещи донесу, и там распрощаемся. Я могу еще чем-то помочь?

– Можешь, мне замок нужен на обе двери, и щеколда внутри. Как этот дурачок Зор жил без запоров?

– Здесь многие так живут, хотя внутри запоры всегда есть. Я все сделаю, есть у меня дома необходимое.

– Тогда вот, как поступим. Давай рюкзак и двигай до дома, берешь необходимое, и ко мне. Думаю, вдвоем мы быстро все сделаем.

Черен кивнул и, передав Воронцову его имущество, направился к центральной улице.

На крыльце показалась Авия в сопровождении Аркада, она столкнулась взглядом с Воронцовым, и довольно приветливо ему кивнула, после чего направилась в сторону харчевни.

– А вот это шанс, – подумал Константин.

Он отошел за угол пристройки к торговой лавке, там никто не увидит, что произойдет, ему любопытные ни к чему.

– Беляш, ты хотел помочь, есть возможность.

– Слушаю, хозяин, – мгновенно отреагировал прислужник.

– Вот тебе задача – на глаза никому не попадаться, никого не убивать, попробуй украсть сферы тьмы, запертые в сундуке у атаманши. Нехорошо, конечно, она ко мне вполне по-человечески отнеслась, но это мое по праву. Сможешь сделать это, не оставляя следов, хорошо, но никто не должен тебя обнаружить. Заберешь половину, половину ей оставишь. Ты все понял?

– Да хозяин, я все сделаю.

У ног Воронцова материализовался клок тумана, а потом что-то быстрое, и не такое белое, как раньше, скользнуло в тень. Константин ощутил, как разматывается незримый никому, кроме него поводок, прикрепленный к безымянному пальцу. Через него он ощущал счастье, Беляш был в восторге от своего первого задания. Служить – вот его предназначение.

Бывший детектив усмехнулся и направился к дому. Свалив свое добро в угол, он дошел до бани и извлек из тайника револьвер Зора. Прицепил на пояс слева кобуру, которую взял специально под этот ствол, затем извлек из рюкзака трофей с ночного гостя, все, теперь можно было не опасаться. Разобрав револьвер, который был в довольно плачевном состоянии, он принялся его чистить и смазывать. Удивительно, как этот недоумок вообще смог из него выстрелить? Патроны он осмотрел и два отложил в сторону, надежды на них не было никакой.

К моменту, когда появился Черен, он заканчивал сборку.

– Три минуты, – произнес он, обращаясь к гостю, который сжимал в руках деревянный инструментальный ящик. – Сейчас соберу, и начнем.

– Да я и сам могу начать, – заявил бандит и принялся выкладывать наружу все необходимое для работы.

Константин пожал плечами и продолжил счищать ржавчину со ствола. Да уж, черт знает, в какой нычке валялся этот револьвер, но ему давно не доставалось внимания. Пощелкав курком вхолостую, Воронцов удовлетворенно кивнул сам себе и, снарядив барабан, сунул оружие в кобуру на правом боку. Обвязал веревочку вокруг ноги, чтобы не болталась, постарался быстро вытащить, но как у ковбоев не вышло, ну да ладно, дело практики, будет время потренироваться.

– Откуда пистоли, Выше сиятельство? – поинтересовался Черен, который как раз размечал место под засов.

– Тайники Зора, – отмахнулся Воронцов, – случайно нашел. Хотя второй ствол запущен был жутко, может, и кому другому нычка принадлежала. – И ведь даже почти не соврал.

Пока Черен был занят, Константин прислушался к прислужнику. Беляш, проник в дом через плохо закрытое окно, и теперь ходил вокруг сундука, прикидывая, как вломиться внутрь. Его смущал не замок, он чувствовал наложенные на хранилище чары, и вот они его беспокоили.

Разорвав контакт, Константин посмотрел на Черена, тот крепил засов очень грубыми гвоздями, которые имели насечки, так что хрен выдернешь, практика дюбель-гвоздя была тут в ходу. Надо сказать, справлялся он ловко, и помощь ему не требовалась.

Воронцов прошел на кухню и затопил печь, нужно было сварить обед, но сначала вымыть кастрюлю, в которой по-прежнему скисал отравленный суп.

Супы не были его страстью, да и набор продуктов очень ограничен. Когда Черен закончил с обоими засовами, на плите уже кипел очень бедный аналог щей. Хотя, что можно сварить из капусты, лука, моркови вяленого мяса и четырех картошин?

– Есть будешь?

Черен отрицательно покачал головой.

– Все, ваше сиятельство, я закончил, принимайте работу.

Константин снял накипь и пошел смотреть два железных массивных засова.

– Конечно, выбить не проблема, но все равно так просто уже не войти, я поставил петли снаружи двери, ведущей на центральную улицу. Но вот чего у меня нет, так это замка. Придется вам к Пану идти, у него найдется пара замков, старых, но вполне рабочих, он хоть и жадный, но за серебрушку отдаст.

– Спасибо, Черен. Может, все же составишь мне компанию?

– Нет, Ваше сиятельство, я перехватил, когда домой бегал. Жена покормила. Я очень сильно удивлен, что вы смогли что-то приготовить, учитывая бедный набор продуктов. Да и боярин у плиты, да еще так уверенно – вообще чудо. Благородные поголовно белоручки, без слуг ничего не могут, разве что дерутся на дуэлях и стреляют сами. Вы не такой, еще три дня назад пленником были в кандалах, затем привилегированным ходили, где хотели, делали, что вздумается. Не прошло и суток, и вы свободный человек. Это самый быстрый путь из рабов, про который я слышал, – он улыбнулся, – побеги не считаются.

– Ну, спасибо. Ладно, благодарю за засовы, не буду тебя задерживать. И уж коли ты не хочешь мне составить компанию, я поем, проголодался.

– Всего хорошего, Ваше сиятельство, приятного аппетита. Авии я скажу, она распорядится, чтобы вам продуктов доставили.

– Буду благодарен, а то корзинка, доставшаяся в наследство от Дарии, дно показала.

Черен почтительно кивнул и вышел за дверь.

Константин задвинул массивный засов и вернулся к плите, очень не хватало половника, но и ложкой он справился. Жаль только, что у него осталась только одна миска, вторая разбилась, когда его отравили. О чем он думал, когда предлагал разделить с Череном обед?

Похлебка вышла слегка солоноватой, скорее всего из-за мяса, но Воронцову было не до жиру. Что ж, план минимум он выполнил, он снова свободен. Имеется кое-какое имущество и оружие, вскоре он сможет покинуть эту крохотную деревеньку, потерявшуюся в лесах на отроге гор.

Кто-то дернул дверь, та не поддалась. Несколько секунд было тихо, а затем раздался требовательный стук.

– Ваше сиятельство, – крикнули с улицы, – поговорить надобно.

Константин уже вполне смирился с этим обращением и своим фальшивым статусом боярина и реагировал на это, как на само собой разумеющееся. Он прислушался к прислужнику, нет, тот был в порядке. К сожалению, он не смог справится с чарами сундука, и теперь затаился под здоровенной кроватью, в надежде улучить момент и выполнить задание. Отступать Беляш не желал. Если не зверек повлек за собой визит Аркада, а голос снаружи принадлежал именно ему, тогда что? Воронцов поднялся из-за стола и пошел к двери. Отодвинув засов, он отступил в сторону и слегка толкнул дверь. Делегация была внушительная – телохранитель Авии и двое незнакомых бандитов.

– Чем обязан?

– Тут вот какое дело, – начал Аркад, переступив порог и давая войти своим спутникам. Затем увидел рукояти револьверов, слегка приподнял бровь, но быстро пришел в себя. – А вы время не теряете, Ваша сиятельство. Ну да ладно. Хозяйка дала вам свободу, вы сами себе оружие добыли, не знаю, как, но меня это не касается. Мы пришли вернуть ваши вещи, которые нам в наследство достались, мы их с тел подручных Ждана взяли. Не хорошо будет, если ваше у нас останется. Вы – человек отмеченный Сварогом, а он сердится, когда обижают тех, на кого он взгляд свой устремил. Так что, вот.

На кухонный стол легла кобура с револьвером из «Лавки братьев Силовых» и две пачки патронов. Второй бандит выложил три пачки винтовочных патронов, амулет, поднятый с трупа мародера, и серебряные часы. Третий мужик с косматой бородой положил рядом пару золотых червонцев, офицерский кортик в ножнах и серебряный портсигар.

– Может, еще, кто что вернет, – виновато произнес он.

– Часть народ уже продал или отдал за долги, – пояснил Аркад. – Авия отказалась расставаться с «Императором», назвала это глупыми суевериями. Не сердитесь на нее, Ваше сиятельство.

Константин глазам не верил, эти матерые душегубы вели себя с ним крайне почтительно, заискивали, старались угодить. Да уж, странный мир.

– Я не держу зла, и благодарю, что вернули.

Аркад и остальные расцвели и, поклонившись, покинули дом. Константин опять запер дверь. Что ж ему так не везет с револьверами, которые он чистит? Стоит это сделать, как тут же появляется замена. И оба раза в виде хромированного длиноствола. Он снял кобуру с трофейным револьвером, который теперь можно было продать (на кой он нужен?), и заменил ее на тот, что вернул Аркад. День явно задался.

Настойчивый громкий стук в дверь вырвал его из раздумий. Ну, кого еще там принесло? Неужели «сознательные» местные решили вернуть еще что-то.

Снаружи снова постучали.

– Иду! – поднимаясь, крикнул он и направился к двери.

Он уже даже пожалел, что поставил запор, так ему еще и швейцара нанять придется. Засов лязгнул, дверь приоткрылась. Да уж, на ловца и зверь бежит, вот этого гостя он никак не ждал.